Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Японская часть города » Университет Исследования Экспериментальной Энергетики (УИЭЭ)


Университет Исследования Экспериментальной Энергетики (УИЭЭ)

Сообщений 61 страница 90 из 108

1

http://img155.imageshack.us/img155/7835/eeeix.png

Огромный муниципальный комплекс, с собственной подземной автостоянкой, обнесенный высоким глухим забором.
В холле - ресепшен, длинный коридор и лифт. Стены коридора - светлого оттенка, потолок и пол - тёмные. Здание напичкано магическими переходами из одной комнаты в другую. Из коридора, к примеру, можно попасть в потайную комнату через полупрозрачную дверь, которая открывается взору только когда нажмешь на замаскированную кнопку. Эта комната оформлена так же как и коридор (по бокам светлая, снизу и сверху - темные оттенки). Посередине комнаты металлический стол и стулья - похоже, это комната для допросов или тайных встреч.
Лифт тоже необычный - когда заходишь в него и нажимаешь комбинацию цифр, не чувствуешь, как он двигается, т.е. складывается  впечатление, будто бы стоишь на месте, хотя на самом деле лифт двигается - бесшумно и совершенно неощутимо.

Отредактировано Hei Kiroi (2009-12-15 16:35:57)

0

61

НПС Уинстон Морисси

Уинстон часто забывал, что вокруг него есть еще кто-то, потому люди для него значили не больше мух. Назойливые маленькие мошки вечно доставали с какими-то вопросами, большие и ленивые - просто наблюдали и находились вечно рядом. Сегодняшний день был наполнен роем малявок, которые лезли к его миру, заставляя реагировать. Заставляя...
- Да, конечно. Я как раз именно туда и направляюсь. - безразличие в голосе. Казалось, он даже слабо узнавал того, кому решил помочь. Подумаешь, очередной коллега или... нет, о том, что это может быть не сотрудник, он даже не задумывался. Сейчас его волновало только очередное лекарство от какого-то жутко опасного, но и чрезвычайно редкого вируса. Ему начало казаться, что лекарство найдено, но следовало попробовать все на пациенте.
Дверь лифта бесшумно открылась, пропустив вперед Икеба, вошел и сам. Быстро нажав несколько цифр и одну букву, Мужчина стал ждать, когда дверь откроется. Через пару секунд дверь лифта так же бесшумно раскрылась, впереди был обычный коридор. - Палата номер пять. - задумчиво сообщил Морисси и направился к двери с номером 11.
Комнаты на этом ярусе были все как одна похожи, отличались только пациенты, которые в них находились. Обычные больничные палаты с белыми стенами и темным полом. В комнатах была кровать, стул и стол. Некоторых из "пациентов" привязали к кровати, у других – не было сил самостоятельно подняться с нее, прочие же ждали, когда в очередной раз их навестит "добрый дядя ученый" и имели возможность ходить из угла в угол. В каждой палате стояла прослушка, камера и магическая охрана, не позволяющая "зверушкам" выйти из клетки.

0

62

В отличие от директора, молодой человек не кичился оружием, и не лихачил - спокойно зарядил оружие и встал в стойку. Стоял он, конечно, несколько странно. Михаил думал, что Элай воспользуется более классической, указанной во всех наставлениях по спортивной стрельбе - рука с оружием на одной линии с плечами, вторая заложена за спину.
- Хех, ты думал, что Адам будет учить парня, который должен убивать вампиров, по учебникам, которые предназанчены для спортивных состязаний? - сам себя упрекнул маг. - Скажи спасибо, что от бедра не палит. А то многие рекруты COMFEC'а до сих пор считают, что чем больше боеприпасов ты израсходовал, тем больше шанс поразить цель. Принцип "евреи - не жалейте чаю" в действии, мать его.
Размышления Коркинга прервал выстрел.
- Семерка? - заклинатель присвистнул. Бывший пехотинец не был уверен, что сам смог бы повторить этот результат, будучи в подобных условиях. Внимательно проследив за тем, как парень отстрелял всю обойму, канадец стащил с головы наушники.
- Для первого раза - замечательно. Впрочем, вы должны больше времени отводить прицеливанию - у этих пуль слишком малая останавливающая способность, чтобы случайными попаданиями можно было вывести противника из строя. Я думаю, вам стоит попрактиковаться с Акселем - он большой специалист в этой области.
Маг вернулся к своему револьверу и, одним движением откинув барабан, вытряхнул на стойку патроны вперемешку с уже отстрелянными гильзами. После чего принялся заряжать лежавшие рядом дробовые заряды 410-го калибра. Закончив с этой нехитрой операцией, он протянул оружие экзорцисту.
- Так вам должно быть привычнее, - усмехнувшись, добавил Сыч. - Не волнуйтесь, не взорвется в руках. Оружие изначально под это рассчитано, без каких-либо моих личных извращений над ним в плане типа боеприпасов.

+

Отредактировано Михаил Коркинг (2012-01-16 00:56:16)

+1

63

Лого представлял себя со стороны как комок рецепторов, постоянно пульсирующий под давлением, схватывающий информацию жадно и без разбора. Он запомнил набранный Морисси код, посматривал коридоры, по которым они двигались, пробуждая их образы в памяти. Одинаковые коридоры. Чертов лабиринт Минотавра с химерами и неопознанными тварями, чей яд в клыках убивает мгновенно. Из каждого угла на них смотрели камеры, под их взглядом приходилось сохранять спокойствие, обыграть естественность. Скоро в этом отпадет всяческая необходимость. Его план продуман лишь на треть, пусть его любимая женщина Фортуна позаботится о нем сегодня. Только сегодня.
- Да, благодарю, Морисси. – Логос проследил за ним, запомнил дверь, в которую он вошел. Наверняка у этого ботаника есть личный транспорт, и он еще принесет пользу. Логос опустил ладонь на дверную ручку, дверь оказалась не запертой, замок легко провернулся, и тут у него подкосило ноги. В ступоре он стоял перед кабинетом, глаза буравили дверь. Что он увидит за ней? Насколько он готов к этому? Камеры любопытно пялились на него с двух сторон, времени на раздумья не было. Закрыв глаза, он толкнул дверь, шагнул в лабораторию и заперся изнутри. Глаза были повсюду, в лаборатории тоже – красная лампочка мигала над головой. Он долго скользил глазами по стенам, словно боясь напороться на клетку, но она сама попала в его поле зрения - клетка, в сравнении с которой квартира Логоса могла бы стать для Эвелина Райским Садом. Лицо Икебы Кавагучи скривилось в ужасной гримасе, можно поспорить, что его хозяин никогда бы не смог сотворить с ним подобное. Лого поставил портфель на свободный стол и двинулся к клетке, дрожащей жилистой рукой расстегивая пальто. Когда он шел сюда, то надеялся увидеть Эвелина в сознании и подать ему знак, который бы мигом обличил в этом низкорослом зрелом японце горячего любовника Осени. Но надо было сразу оставить всякую надежду еще на входе в этот алтарь науки. Нуриэль был прав – такому существу (просто Логос боялся называть ему по имени даже про себя) могут сниться только отвратительные обрывки снов, щедро смазанных багровой краской кошмаров. Логос отвернулся от клетки, снимая пальто с плеч. Ненависть и отчаяние лишили его любой здравой мысли, но что он ожидал увидеть? Полноценного Эвелина с вечным недовольством на румяном лице? Нет? Черт, да он в свои худшие времена и самые черные депрессии выглядел намного лучше, чем сейчас. Лежащее на полу клетки перебинтованное тело с дистрофической угловатостью, нездоровым цветом кожи, и лицом, на котором выделяются только скулы. Логосу необязательно иметь на себе пояс смертника, чтобы взорваться от всех этих противоречивых чувств, заполнивших его нутро. Он так растерялся, что с него едва не слетела маска. Надо взять себя в руки, иначе времени у него будет еще меньше, чем есть. А то, что есть, даже стыдно называть временем.
За то, что с ним сделали, они все попадут под суд.
Но об этом позже.

На клетке не было замка. Значит, существовала другая преграда, которая мешала Эвелину выйти. Да в этом Университете одни демоны с их хитрыми устройствами, ученые крысы, препарирующие лабораторных! Знать бы, как на самом деле извлечь Эвелина из этой клетки. Логос приоткрыл ее, медленно, ожидая, что в каждый следующий момент с ним что-нибудь произойдет. Но, кажется, у него был свободный доступ к клетке.
С этой минуты его время пошло обратно. Он накинул пальто на Эвелина, закутал хрупкое искалеченное тело в темный твид, ощутил, как не вовремя глаза отреагировали на переживания влажным покалыванием. Все в порядке, сейчас Лого уже ничего не чувствует, а Эвелин на руках обнадеживающе теплый. Прижимая его к своей груди, Логос двинулся прочь из клетки. И не тут-то было. Дверь с грохотом запахнулась, и запертыми в клетке их оказалось двое. Ох, Логос, только не включай истеричную женщину, которая уже заламывает пальцы и рвет волосы. Если ты прошел сюда, значит дело только в Эвелине.
Перевоплощаться в Эвелина сейчас слишком опасно – есть вероятность, что система охраны сможет заблокировать дверь из лаборатории. Но проще открыть обычную дверь, чем эту метафизическую. Логос протянул руку к двери, та вновь поддалась ему. Он стоял в проходе, прижимая Эвелина к себе, и вот уже его лицо – это лица Эвелина, его руки – это руки Эвелина, и на руках у него – Эвелин. Защита возмущенно сработала, столкнувшись с таким парадоксом, но немного запоздало – Лого успел оставить своего мальчика, закутанного в пальто, по ту сторону клетки, а затем снова принять облик Икебы Кавагучи, который вылетел наружу как ошпаренный.
Эвелин сидел рядом с клеткой, уронив голову на грудь. Веса в нем явно стало меньше, по ощущениям, так раза в два. Логос торопился – он доставал из портфеля все, что в нем было, и распихивал по карманам брюк. Достав навигатор, проверил пути отступления – главное, преодолеть лифт и добежать до подземной парковки. Только в здании сложно ориентироваться даже с электронной картой на руках, а уж ориентироваться на бегу будет еще сложнее.
Достав пистолет, он перезарядил его, коротко выдохнул – он не видел себя в зеркале, и на сей раз оболочка Икебы вышла у него немного хуже. Лицо казалось моложе, обезумевшие зеленые глаза были чужды и вся та демоническая кровь, что была в Логосе, горела в них..
Где же ты, Минотавр? Твои пленники идут на выход.

Отредактировано Logo (2012-01-17 15:31:20)

+1

64

Не было никаких "сигналов", на дверях не стали появляться решетки и ничего толком не происходило. Только воздух, казалось, сгустился и если бы Лого попробовать отворить любую из дверей - понял, что они заблокированы. Единственная дверь из всего коридора, что могла открыться была той, за которой совсем недавно скрылся Морисси. Из-за своей невнимательности мужчина не закрыл дверь, а лишь немного прикрыл ее, оставляя щель для тех, кто захотел бы "подсмотреть" за его работой.
В коридор уже спешила охрана - трое парней с амулетами антимагии, которые блокируют любую магию ниже 3-го уровня, вооружены они были всего лишь винтовками со снотворным и электрошокерами. Убивать подопытных - нельзя, только усыплять.
Сам же Морисси был настолько увлечен своей работой, что не заметил изменений в воздухе - вентиляцию отключили и запустили снотворный газ. Времени осталось мало, прежде чем все уснут.
Двери лифта бесшумно открылись, открывая дорогу в коридор тем, кто пришел за беженцами.
- Сдавайтесь, иначе мы будем стрелять. Прокричал один из них, пока не высовываясь в коридор.

0

65

Логос вернулся к Эвелину. Отложил на стол пистолет, поправил на угловатых плечах пальто, крепко запахивая его, чтобы оно не сползло с обезвоженного тела во время бега. Боязливо поглядывая на клетку, словно она могла сама наброситься на них и опять замкнуть в себе, Логос подхватил свою ношу на руки, сперва на две, затем закинул белую руку-плеть себе на шею, развязав себе правую. Правую, в которой он будет держать пистолет. Он закрыл глаза, облизнул сухие бледные губы – электронная карта возникла в его сознании, все еще четкая, со всеми деталями, фотографическое качество. За ней последовал ряд цифр, который набирала рука сотрудника, его случайного проводника, на панели лифта. Ему пора на выход, сейчас же, быстрее. Стены уже сжимаются, пол грохочет, потолок трескается. Память требует обновления хеша.
Логос толкнул дверь в коридор, где еще стояла почтительная тишина. Разве что звуки вентиляции сменились, она гудела куда интенсивнее, даже пугающе. Почти над головой Лого из вентиляционной шахты был слышен вой конвекционных потоков, и то ли воздух в легких становился тяжелее, то ли в коридоре его становилось меньше. Это просто паника вяжет из него узлы.
Он добежал до одиннадцатого кабинета, борясь с неудобством – все-таки ему стоило перехватить Эвелина как-то по-другому, но останавливаться сейчас времени не было. За дверью кабинета стоял Морисси, его спина была открыта для удара, а сам он был увлечен своей работой, словно заставлял весь мир ждать пока закончит. Логос предусмотрительно закрыл за собой дверь, рука с пистолетом взлетела в воздух чуть ниже уровня глаз. Он не следил за голосом, не следил за акцентом. Молодой и уверенный голос совершенно не шел искривленному лицу Икебы.
- Делай то, что я тебе скажу, или ты сам окажешься на цинковом столе.
Кидаться угрозами как в кассовых экшенах Логосу понравилось. Крамольные мысли, пришедшие ему в голосу, даже взбодрили его, но к этому он вернется позже. Намного позже. А сейчас главное – прицел, затылок под прицелом, ручка двери за спиной.
- Ключи от твоей машины. Положи их на стол рядом со мной. – Лого кивнул головой на стол по правую руку от себя, палец чуть двинулся на курке. Быстрее, быстрее, не тяни время, сознание вращалось по орбите с огромной скоростью, норовя вот-вот соскочить с нее. Он думал о том, как же ему поступить, оставить ли Морисси целым и не запятнать себя или же прострелить ему ногу и тем самым доставить себе хоть какое-то удовольствие.
В коридоре звякнули двери лифта, и громкие голоса возвестили о том, что огромный организм Университета Исследований уже вычислил свою заразу и отправил на борьбу несколько вооруженных до зубов антител. Логоса в самом деле едва не надавил на курок. Ему нужно попасть в лифт, чтобы покинуть здание. А теперь туда не пробиться, иначе он рискует нарваться на шквальный огонь. О, черт, почему он потащился сюда с голыми руками, Менша был совершенно прав. Чтобы выйти отсюда живым, нужны или свой человек, или своя личная армия. Но Логос все равно выберется отсюда. Он прижался спиной к двери, вслушиваясь. Кабинет заперт изнутри, им нет никакого смысла вламываться. Скорее всего они пройдут мимо, как раз в открытую дверь лаборатории с обманутой клеткой. И тогда у него будет шанс. Может быть.
- Ни звука. – Он не опускал руки, Морисси продолжал быть счастливым обладателем шанса на получение пули в височную долю. Просто от нервного напряжения. Они снова были одни в звуковом пространстве, только вентиляция сопровождала их. В следующее мгновение пришла еще одна догадка. Воздух действительно становился тяжелее, даже в палате, где все пропитано химией, чувствовался немного резкий запах. Логос поднял глаза к потолку, белый свет стационарных ламп мигнул, обжег сетчатку и распался на спектр. Еще раз, затем еще, пока Лого не ощутил  головокружение.
О, нет. Это не переживания. Это газ. Если придется, он сброст маску сразу же как только зайдет в лифт, она уже ничего не стоит, когда у него на руках Эвелин.

+2

66

Морисси посчитал, что намного безопаснее для него будет "не рыпаться". Он явно не походил на роль Героя, а потому молча положил в указанное место ключи. Мысли его сейчас вертелись вокруг лишь одного желания, чтобы незнакомец оставил его здесь целым и невредимым. Из-за газа хотелось зевать, веки отяжелели и организм начал расслабляться. Наверное, виной был еще и постоянный недосып из-за работы.

Ответа не последовало, потому один из трех охранников выглянул - пусто и почти в самом конце коридора приоткрытая дверь. Знаком указав остальным охранникам, мужчина занял боевую позицию. Двое перебежками отправились к двери. Один остался в коридоре, другой направился в палату. Газ был им не страшен - специальные маски защищали от любых примесей.
Охранник, который зашел в комнату, понял, что либо сбежавший невидимка, либо никого в помещении нет. Но главная проблема была даже не в этом. Из-за случившейся ошибки, он по каким-то непонятным причинам не смог выйти из комнаты.
- Чисто. Но у меня проблемы - барьер сломался, мне не выйти. - сообщил оставшемуся снаружи.
Охранник, оставшийся в коридоре, замер как раз напротив двери с номером 11, повернулся к напарнику, который был в лифте, взглядом будто спрашивая - "и что дальше?"

0

67

Лабораторные крысы всегда очень покорные. Красные глаза поблескивают, глупо, незатейливо, голые хвосты скользят по полу, когтистые лапки царапают людские пальцы. Логос держал ученого на привязи, Эвелин обмяк у него на руках, голова свесилась через локоть, приоткрытые губы обжигало сухое дыхание. Оружие всегда право, когда есть оружие – ничто не истина. Послушный, послушный Морисси, и ключи от автомобиля. Кажется, японская, судя по ключу.
Влажная ладонь на пистолете постукивала пальцем по смертоносной дуге курка, Логос же умудрился переместить вес Эвелина только на локти, освободив вторую руку. Ключи упали на дно кармана пальто, который был аккурат на бедре мальчишки.
И вновь – ухом к холодной двери, алые губы Логоса уже не тонкая полоса, они красные и распухшие, он нервно зажимает их острыми зубами. Один прошел дальше, к открытой лаборатории с пустой клеткой. Там никого нет, ваш бесценный алмаз со сточенными гранями у Логоса на руках, с синими венами под желтоватой кожей, ваш алмаз вернулся в свою оправу.
Второй стоит здесь, у двери, его присутствие столь явно, будто между ним и Лого нет металлической перегородки, и они стоят плечом к плечу. А третий, должно быть, где-то у лифта. Это будет ва-банк. Пан или пропал, хотя ничего нового для Многоликого. Кто-то романтически вздохнет и пропоет это вещее: «ты идешь по острию ножа, нежный юноша», но это только лирика. Настоящая поэзия здесь, слабо стучит пульсом в запястьях на шее Лого, слабо качает кровь сердечным комом. Все остальное – даже на прозу не тянет. Одноразовое.
- Счастливо оставаться. – Он убрал прицел со лба Морисси, незаметно повернул защелку и пинком толкнул дверь. Смазанные петли поддались, дверь широко распахнулась, защищая его тыл. Рука с пистолетом взмыла в воздух, напряженная до предела, твердая, как сталь – черные волосы, морщины на щербатом лице, но зеленые глаза – кислота, и алые губы кривятся. Ему даже не нужна точка лазерного прицела, прицельно выпущенные три пули найдут новый дом теле этого защитника порядка с устрашающей маской. Отдача пошла по руке до плеча сладким разрядом, пора на старт. Две пули в икроножные, одна - в безрассудно открытое горло.
Логос оторвался от двери, на бегу и вслепую пустил четыре пули куда-то за дверь, отрывая еще несколько необходимых для побега секунд от ленты времени. До лифта десять долгих шагов, в ожидании выстрела в спину, в ожидании ядерного взрыва, который может разорвать его и Эвелина, разорвать целый мир в клочья. В кабине лифта лежит вырубленный охранник, темная кровь обволакивает пол в радиусе, костяшкой пальца Лого вколачивает кнопку дверей, и лифт закрывается, издевательски медленно, пропуская угрозу. Он бьет ладонью по кнопке этажа, сначала невпопад, потому что его нервы клинит, а в воздухе уже пахнет не медицинским запахом сна, а кровью. Со второго раза лифту назначен верный маршрут на цокольный этаж, под ногами мешается тело в броне, из простреленной ноги льется первичный бульон, Логос прижимается к стене, его губы касаются гладкого прохладного лба, в пределах видимости – дуло пистолета, и постоянно сменяющиеся в алгоритме «++» цифры на счетчике этажей. Когда дверь откроется в следующий раз, там может быть все, что угодно – шквальный огонь из всех орудий навылет, ультразвуковая волна, от которой лопнут его ушные перепонки, а в мозгу наступит кровоизлияние. Логос закрыл глаза, веки подрагивали над голубоватым белком глаз – после выхода из лифта сразу поворачивать налево, затем - направо, по лестнице и до самой подземной стоянки.
Лифт становился какой-то другой внеземной системой отчета, время здесь стремилось к нулю, а, может, это просто Логос еще не был готов к тому, что может быть на выходе. Опять его нога коснулась трупа, и по всему телу разлился могильный холод. Он приподнял подбородок Эвелина, не вглядываясь в лицо неуклюже припал к его губам, иссушенным и забытым. Два долгих месяца, шестьдесят с лишним дней по вечность в минус первой каждый. Если они не доберутся до стоянки, грусть уже не будет душить Логоса грубой веревкой. Последний поцелуй остался за ним.
Почти прибыли. Лифт звякнул и двери поползли.

+2

68

На удивление, никого в коридоре не оказалось. Все здание будто замерло и притихло. Но не стоит верить напускному спокойствию, еще следует уехать из здания, что может оказаться самой большой проблемой - дверь на стоянке открывает охранник, который сидит за пуленепробиваемым стеклом. Ему уже пришло распоряжение не выпускать и не впускать никого, пока не поймают беглецов. Дверь, что охраняет въезд в подъезд здания не выбить машиной или магией. Она защищена очень внушительно.

0

69

Gravity Kills - Always

Двери лифта полностью разъехались, и звонкая тишина коридоров прорвалась внутрь так же, как прорвались бы грады ожидаемых, едва ли не желаемых пуль. Лого завис, глядя вдаль, туда, где перспектива сужала монотонный коридор. Чего он ждал? Что вот сейчас откроются все десять на десять дверей, и грозная охрана пригвоздит его как бабочку7
Стерильность. Во всем. Только где-то далеко зазвонил телефон, давая старт.
Логос подхватил Эвелина и нырнул в бледно-зеленую кишку коридора с мигающими лампами. На белоснежных плитах каждый его шаг обозначался окровавленной подошвой.
Второй поворот, и вновь никого. Логос сбегает по лестнице, груз начинает давить на руки, тяготить его. Цифровая карта все так же ярко циркулирует в мозгу тонкими зелеными линиями. Шум вентиляции врывается в сознание, напоминая о том, что организм Лого уже отравлен, а тень юноши на его руках нескоро придет в себя. Уже тащит сквозняком, где-то совсем рядом дверь с зеленым EXIT. Вот и вход на стоянку. Здесь пахнет бензином, городским духом и снотворным.
Ряды блестящих машин стояли каждая в своей ячейке, послушно, в надлежащем числовом порядке. Черные, белые, с  матовым блеском, и глянцем, по которыми скользили вереницы отражений.
Логос едва не уронил ключи, пытаясь достать их из кармана. Предплечье просило о помиловании – женственная ипостась Лого относилась к длительным физическим нагрузкам с определенной брезгливостью. Даже зная, что в руках не двадцатипудовая гантеля.
На зов сигнализации отозвалась серебристая мазда, мигнув фарами через два ряда от Логоса. Слишком хорошо, это все слишком хорошо! Почему никто не остановит его в лоб? Где мощь волны, которая унесет его за собой, утащит на дно?
Он открыл багажник – к счастью Морисси явно не совершал долговременные трипы на своей машине, покрываясь реактивной плесенью в своих лабораториях. В багажнике не было ничего кроме троса и стратегических инструментов на случай непредвиденной ситуации. Задвинув весь этот хлам вглубь багажника, Логос бережно устроил Эвелина, помог ему свернуться в позе эмбриона, подложив сухие ладони под висок. Поправил на нем пальто, пробежался пальцами по холодной щеке. Прости, мой мальчик. Это ненадолго. Растворенный эфир в твоей крови не позволит тебе сойти с ума, если ты решишь проснуться в скукоженной и удушливой темноте багажника.
Логос прыгнул на передней сидение за руль, достал телефон. Менша говорил о ней, о той, с кем имел дело напрямую. Женщина, представляющая меркантильные интересы сверхученого, который и заправляет всей этой каруселью. Кажется, Логос тоже имел с ней дело, просто чужие имена без необходимости не падали монеткой в копилку памяти.
Мила, кажется так? С таким именем и такой внешностью – о, Логос уже презирал ее всю, без остатка, он бы надел ее маску и принял бы на себя всякое издевательство в ее адрес. Духовное и физическое. Повернув к себе зеркало заднего вида, Многоликий торопливо натягивал на себя чешую помощницы профессора. Светлые волосы, беспристрастный взгляд, изгиб бровей, румяна на скулах, губы чуть красные, оттягивают на себя мужское внимание. Мужская рубашка великовата ей, Логос расстегнул две верхних пуговицы – карикатурно увеличенный бюст в отсутствие нижнего белья выглядел весьма вульгарно. Пришлось одну пуговицу застегнуть.
Наманикюренные пальцы легли на ключ, Логос повернул сцепление, и двигатель отозвался на ласку. Беспрепятственно, борясь только со своей паранойей, новоявленная Мила вырулила из ячейки, развернула своего стального коня и направилась к контрольно-пропускному пункту. Здесь явно н еобошлось без Минотавра - женский торс и мужские ноги, которые уверенно давили на педаль. Это развеселило Логоса, лицо Милы озарилось нехарактерной улыбкой.
Сейчас еще одна задача – не переиграть с голосом. И как можно быстрее заставить охранников отворить ей шлагбаум – Логосу не хотелось, чтобы его сокровище залеживалось в таком непривлекательном месте, и подпрыгивало на каждом "лежачем полицейском".
Мутный дневной свет обнадежил его – из здания он уже выбрался.
Красно-белый штрих шлагбаума на пути к желаемой свободе не заставил себя ждать – Логос подвел машину к ККП, бледная женская рука свесилась из окошка, Мила впилась в охранника тревожным взглядом, губы искривились.
- Вы слышали тревогу? Ситуация чрезвычайная, проникновение в одну из лабораторий. Вам уже велено никого не пропускать? – ногти застучали по крылу машины, выбивая нервную дробь. – Мне нужно удостовериться в том, что один из артефактов находится в безопасном месте, вне стен Университета. И поскорее, Профессор не любит ждать.
Строгий взгляд из-под густых ресниц. На грязно-белом свету они едва отсвечивали зеленым. и надежда на то, что господа из КПП не додумаются спросить Лого о том, почему его героиня сидит в рубашке на два размера больше.

+1

70

Единственную, кого ненавидел, боялся и любил этот охранник была Мила. Слишком хороша, для всех этих "смертных", слишком недоступна и высокомерна. Слишком дальновидна и проницательна. Он ненавидел ее чуть больше, чем боялся и чуть меньше, чем любил.
Охранник открыл дверь, молча, словно был роботом, даже не желая спорить с этим великолепием, и как только машина тронулась с места - пожалел о том, что сделал. Будто из ниоткуда появилась еще одна Мила. Вооруженная двумя пистолетами она начала палить по машине совершенно не беспокоясь о том, что может кого-то убить. Она хотела убить хоть одного из тех, кто сейчас на всей скорости уносился прочь. Серебряные пули с разрывным наконечником, которые были омыты святой водой. Эти пули ад, как для оборотней, так и для метаморфов.
К счастью Лого, он был не совсем метаморфом, а точнее - он был вовсе не метаморфом.
Провожая взглядом машину, Мила выругалась. Возможно, она хотя бы улыбнулась, узнав, что таки попала в обоих, и теперь их жизнь будет зависеть только от судьбы.
Пуля попавшая в Лого, разорвалась в плече, разворотив его так хорошо, что левой рукой он вряд ли сможет еще около месяца нормально шевелить. Кровь остановить сложно, но возможно, силы медленно, но уверенно покидают демона. Святая вода очень сильно замедлит регенерацию, но не убьет парня. Пуля, а точнее только осколок от пули, зацепивший Осень, поранил правое бедро. Серебро вызвало мгновенную реакцию, для предотвращения некроза ткани, и скорейшего выздоровления следует обратиться к врачу, способному сделать противоядие серебру. В противном случае рана будет гноиться и очень-очень долго заживать.

пы.сы. Врачей отыгрываем самостоятельно либо договариваемся с кем-то из игроков.

0

71

Black Light Burns - Coward

Вот оно, долгожданный час, шестьдесят три дня ожидания, так, сколько там это в часах, в минутах? А черт с ним, кому какое дело, шлагбаум медленно открывается, псевдо-Мила поворачивается к рулю, искра улыбки пробегает по лицу и оно искажается как удара током.
Со всей дури Логос жмет на педаль, резина вгрызается в асфальт, набирая ускорение, и потом автомобиль cрывается с места, оставляя за собой выхлопные газы и отражение проклятой цитадели в зеркале заднего вида.
Вот и все – в секунду с Милы слетает ее женское личико, и рыжеволосый румянощекий Лого смеется вслух, запрокинув голову. Экстатический восторг выбивает его из реальности громким горкьим смехом. Ровным счетом настолько, что он и не замечает, как рядом с контрольно-пропускным, удаляющимся в перспективе, возникает женская фигура. Та самая, вот только не поддельная. Залпы выстрелов, и от пуль никуда не уйти.
- Вот сучка! – это не его голос, чей-то сдавленный крик. Он с силой поворачивает руль, машину заносит и выбрасывает на полосу автострады под углом девяносто градусов. Осколки разбитого стекла летят ему в лицо, он закрывает глаза и в следующее мгновение все его сознание разрывается, а белое пятно перекрывает тьму под веками. Резина визжит, две машины в соседнем ряду сталкиваются друг с другом, и вторичный треск разбитых фар врывается в парализованный болью и белизной мир Логоса. Святая вода - он помнит это омерзительное чувство чужих рук, выворачивающих наизнанку. Как он рулит, как он вообще жив – нога давит на педаль газа инстинктивно. Он пытается отдышаться, но воздух не циркулирует в крови, не заглатывается со вдохом – изо рта сочится кровь. Лобовое стекло, коробка передач, спидометр и руль забрызганы демонической кровью. Это будет чудо..чудо, если Лого сейчас никуда не врежется, потому что на глазах у него тугая темная повязка – мутные фонари по обочинам, красные пятна машин, силуэты каких-то улиц, и постоянно бухающий огромный молот, удары которого отдаются во всем теле мощной вибрацией. Он собрал все свои силы, чтобы остановить кровь, но он не чувствует руки, почти не ощущает собственного тела.
Это просто цветочки в сравнении с тем выстрелом в переулке. Он боится поворачивать голову и смотреть на свое плечо, боится, что координация сдаст окончательно, а от увиденного развороченного плеча его выблюет собственной лимфой. Полицейская сирена ударила по ушам – этого еще не хватало. Как хорошо, что в машине есть навигатор.Логос свернул с широкой автострады, пальцы на руле стали белые как мел.
На полупустой улице под желтым указателем «в шашечку» стояло такси, пожилой водитель курил в открытое окно. Логос неуклюже припарковался, рукавом вытер губы, уловил свое размытое отражение в зеркале, попытался вяло улыбнуться – вот дерьмо. Вот же дерьмо! Целой рукой от нашарил в кармане бумажник, достал оттуда тридцать тысяч, засунул бумажник обратно.
Выйти из раздолбанной мазды и не завалиться на бордюр оказалось настоящим подвигом. Водитель такси поспешно выкурил сигарету, и, кажется, собрался уже давать по газам, увидев, как к нему в вечернем желтом свете, приближается бледная фигура в однозначно алой рваной рубашке. Левая рука Логоса свисала безвольной плетью, он правой равнодушно заткнул ее в карман, лицо его искривила гримаса боли. Как только водила включил зажигание, Логоса облокотился на его бампер, потеряв равновесие.
Мотор затих.
Мужчина выскочил из такси, поспешной подбежал к демону. Иностранец, смекнул он. Судя по внешнему виду – не бедный. Очередная разборка, лучше всего будет вызвать полицию, прямо сейчас. И неотложку, само собой.
- Сэр, что с вами? Вы ранены? Что с вашей рукой? – на своем кансайском тарабанил водитель, боязливо пытаясь подставить свое плечо для опоры рыжеволосому иностранцу. Логос смотрел перед собой как умалишенный, в одну точку, губы опять окрасились кровью. Где он, здесь так холодно. Эвелин, где Эвелин?
- Деньги в кармане. В правом. – Он зажмурился, откинул голову – горячее дыхание вырвалось паром в октябрьский воздух, растаяло. Водитель покачал головой.
- Я сейчас вызову Вам Скорую, подождите, какие деньги,сэр.
- Нет! Не надо Скорую. – Грязно-розовое токийское небо плыло перед глазами. – Отвези, куда скажу.
Мужчина сжал зубы, неохотно полез в указанный карман. Тридцать тысяч – приличные деньги, которыми не стоит бросаться. Да и если иностранцу скорая не нужна, это его проблема. Свой гражданский долг водитель выполнил. А сидения все равно кожаные, кровь легко стереть губкой.
- Садитесь.
- Постой, в багажнике.
Мутность в глазах Логоса сменилась на удивительную остроту зрения – только сейчас он заметил, что багажник изрешечен пулями. Он оттолкнул от себя водителя, и бодро заковылял к мазде. С невиданной сноровкой отпер багажник - и от ужаса позабыл о терзавшей левую часть тела боли. Как в сомнамбуле Лого скинул с юноши влажный от крови плащ.
Право бедро было отвратительно разворочено той же смертоносной пулей, а Эвелин так и лежал эмбрионом в черной луже, спокойный и совершенно ни в чем не виноватый. На глаза Логоса навернулись слезы. Жгучие, они кололи щеки, впивались в уголки губ, стекали с подбородка. Если бы у него были силы, он бы закричал так громко, что каждый спящий бы проснулся, каждый живой узнал о его горе, о его невезении, о его безумной идиотической любви. За спиной мужчина издал какое-то сакральное ругательство, прижал ладонь к лицу – карие глаза в морщинах расширились.
Лого прощупал пульс, но от сердца не отлегло. Такой тихий, сходящий на нет, ритм.

Они ехали в такси, Эвелин лежал головой на коленях Логоса, впереди мелькали красные как пролитая кровь улицы. Усталость от непрекращающейся тяжелой регенерация вырубала. Логос уже не видел перед собой дороги, его правая рука не чувствовала холодной гладкой щеки.
Он стоял в переулке. В том самом, где когда-то Эвелин прострелил ему плечо, и это было словно в прошлой жизни, когда-то совсем давно, когда он был другим, и Эвелин – тоже. Безликий помнил – там, в черноте переулке, его ждут тени из прошлого, безмолвные, обиженные, брошенные, с холодными волчьими глазами. Но он смел шел в эту темноту, оглядывался, каждую секунду чего-то ждал.
Но ничего не было. Ни теней, ни перемен, все те же граффити на стенах, тот же мигающий фонарь с мотыльком в ореоле горячего света, те же заколоченные окна.
Не было никого. Он робко позвал кого-то по имени, эхо отозвалось ему многократным повторением.
Густая чернота впереди. Позади. Сверху.
Крик будто поднимался откуда-то снизу, наполняя собой бесконечность.
Эвелин! Я так старался. Так старался для тебя. Разве ты не видишь, Эвелин?
Я больше не хочу оставаться один.

----> тут будет локация.

+3

72

---> Начало игры.

Март. 2013 год.
• ночь: лужи вновь замерзли. Безветренно. Небо ясное, звезды яркие. Ближе к утру ожидается мелкая морось.
Температура воздуха: 0

Велики и чудны дела Твои, Господи Вседержитель, и мириады воинств Твоих устроены с таким порядком, какого не обеспечит своей армии ни один владыка мира, будь он князь США или Японии. Ты знаешь имя каждой звезды и каждого астероида, и все они движутся по Твоему зову. О да, мировой порядок нигде не отходит в целом от Твоей схемы – будь то светлое, усыпанное звездами, словно сито отверстиями, небо Эйлсфорда или же это токийское небо, мутное от множества неоновых отсветов, в котором звезды подобны глазам наркомана, столь же мутны и тусклы….
Поток мыслей Финеаса был прерван неожиданной пропажей равновесия и парой секунд размахивания руками для его срочного обретения, поскольку младшего экзорциста ничуть не интересовала перспектива быть принятым за пьяницу, бездомного или же любителя крепких медикаментов по причине принятия лежачего положения посреди улицы, еще, надо сказать, далеко не безлюдной. Ему вполне хватало и шуток со стороны людей, с которыми приходилось сотрудничать в ходе операций ордена – дескать, монах монахом, а в темноте вылитый Мефистофель, и не отличишь. Надо сказать, что на шутки эти священник всегда реагировал негативно, ибо сравнение с нечистым ему претило; да и к тому же, не стоило лишний раз поощрять и без того развращенное мышление нынешнего поколенья, для которого единственно возможные культурные образы – порожденья лукавого, а не более достойные того люди, святые и блаженные. Тот же Израиль был хромым, к примеру.  В таких случаях Финеас любил повторять выражение “o tempora, o mores!”, так как оно, несмотря на то, что принадлежало язычнику, жившему в тогдашнем оплоте порока – Риме, как нельзя лучше описывало то, что ныне творится с людьми и, тем более, «и нет уже между вами ни скифа, ни грека, ни иудея, ни варвара – один Христос, и вы в нем».
Завидев фонарный столб, священник остановился у него и со вздохом оперся об него плечом. Усталость, бессонная ночь и долгие плутания по городу в поисках нужной улицы давали о себе знать, и отдых был более чем необходим – конечно, «жало в плоть» стоило принимать как испытание Господне, преодолевать которое надобно со смирением и долготерпением, но и внешних вспомогательных факторов никто не отменял. К слову, о внешних факторах: за что еще я люблю пору, в которую «горлица отверзает уста свои в земле нашей, и виноградники начинают цвести», так это за вот такие ветерки, легкие и нежные касания которых способны облегчить любые невзгоды, даже муки адские, как это хорошо видно на примере богача из притчи о Лазаре. Финеас с наслаждением вдохнул, впуская в грудь прохладный повеявший воздух, и, прикрывая глаза, подставил лицо под его порывы. Так прошло приблизительно с минут пятнадцать, после чего Финеас с некоторым сожалением, но двинулся дальше – надо было успеть вовремя на встречу с этой мисс Рэйвенскрофт, а до назначенного времени оставалось менее десяти минут, к тому же, надо было успеть проверить окружающий эфир на пребывание еретиков и порождений Злого. Конечно, «в чужой монастырь со своим уставом не ходят», что младшему экзорцисту уже мягко, но достаточно ясно дали понять в токийской обители, но священник не был намерен мирно относиться к любым проявлениям нечисти и нежити. Гибели, лишь гибели и очищения заслуживают отрекшиеся сыны Господа, и если не мы, псы Господни, то кто охранит Его овец добрых от волков, прокравшихся в стадо, о которых предупреждал еще Христос, а после него его ученик Иуда Фаддей? О, а вот и оно, УИЭЭ. «Университет Исследования Экспериментальной Энергетики» - что ж, для столь внушительного названия выглядит как минимум скромно, что, признаюсь, внушает уважение. Быть может даже, среди этой ученой братии имеются братья и сестры во Христе.
Улыбнувшись такой мысли, Финеас вошел в коридор и стал ждать ту, с кем ему должно было встретиться, по словам отца Петра – некую госпожу Рэйвенкрофт, главу второго отдела УИЭЭ.

Отредактировано Эйлсфорд (2012-03-27 20:07:54)

0

73

Мила
Каблучки звонко цокотали по полу, разнося весть о том, что девушка приближается задолго до того, как ее миниатюрная фигурка появится в поле зрения. Темные волосы были собраны в высокий хвост, на глазах - очки. Одета девушка была в строгий костюм - черная юбка, пиджак и белая шелковая рубашка. Подойдя к Эйлсфорду, замерла на миг, а после обратилась на английском.
- Добрый день, господин Финеас Эйлсфорд. Меня зовут Мила, собеседование проводить буду я, Вам необходимо ответить на несколько вопросов Профессору, прежде чем Вас примут. Прошу за мной. - Девушка развернулась и довольно стремительно направилась вглубь коридора, замерев у одной из стены, она открыла проход в комнату переговоров. Неизменно пустая комната, в центре которой стоял стол, стул и ноутбук.
- После Вас. - Девушка пропустила инквизитора в комнату и закрыла за собой дверь. Она предпочитала заходить с другой стороны, дав немного времени человеку привыкнуть к необычной комнате.
В помещении было светло и тихо, ноутбук был пока выключен. Финеас пробыл один в комнате около пяти минут, и только потом появилась Мила, войдя через такой же странный проход. Девушка включила ноутбук.
- Присаживайтесь, Профессор должен Вас видеть.

0

74

Не успел Финеас расслабиться и замереть в ожидании (а заодно и отдохнуть) – как подсказывал ему опыт, относительно не маленьком, поскольку женщины на его памяти вообще имели свойство опаздывать и несколько пренебрежительно относиться к понятию «пунктуальность» (нет-нет, Финеас и не думал, разумеется, с хулой относиться к «сосудам слабым», но против фактов идти – тоже), как услышал один из наиболее уникальных звуков последнего столетия, звук неспешно звенящих женских туфлей. На каблуках, разумеется. Конечно, можно было бы сослаться на звук копыт об брусчатку, но, увы, не в этом месте, не в это время, и потому с некоторым затаенным сожалением священник открыл глаза и обернулся в сторону все приближающегося цокота обуви – обернулся для того, чтобы на мгновение внутренне застыть в искреннем удивлении. Нет, само собой, брат младший экзорцист предполагал, что теоретически мисс Рэйвенскрофт может оказаться кем угодно, начиная от типичного образа деловой женщины среднего возраста до благочестивой матроны, вступившей в тот возраст, когда матрону оную уже смело можно именовать матушкой, но кто-кто, а  достаточно юная на вид девушка, чуть старше или чуть младше Финеаса, но в целом его ровесница, представлялась наименее возможным вариантом. Хотя бы по причине того, что, как правило, столь серьезными структурами  - а УИЭЭ, без сомнения, структурой был достаточно серьезной – руководят личности куда более внушительного возраста, как обладающие достаточно огромным опытом управления. Но пути Господни воистину неисповедимы и этим самым случаем Он успешно преподал урок сего, отметил про себя священник, и только раскрыл рот, собираясь обратиться к девушке с приветствием, как следующее заявление дополнило чашу мер и весов удивления Финеаса:
- Добрый день, господин Финеас Эйлсфорд. Меня зовут Мила, собеседование проводить буду я, Вам необходимо ответить на несколько вопросов Профессору, прежде чем Вас примут. Прошу за мной.
Слегка пожав плечами, Финеас пошел следом за Милой, иногда опираясь рукой об стену, дабы лучше держаться на ногах. Господь, Ты ниспослал мне воистину ночь неожиданностей. Возблагодарю же Тебя за столь своевременный и, гм, оригинальный пример того, что не нужно думать о многом заранее, когда нужно только одно – сегодняшнее и относящееся к этому мгновению, по возможности. Итак, но будем же спокойны, это вполне нормально и в духе любого человека – иметь управляющего или же своего заместителя. Как и Моисей говорил с народом не сам, а через брата своего Аарона, так и нынче следуют его опыту и поучениям в данной области. А еще, Спаситель, благодарю Тебя за то, что очищаешь душу мою от греховных помыслов, ибо несколько лет назад я бы точно воспротивился запрету на пользование какими-либо транспортными средствами без особой на то нужды. После скольких-то метров вглубь коридора девушка остановилась у стены и открыла дверь в комнату – обычную, как подумал Финеас, комнату, обставленную более чем по-спартански. Впрочем, для переговоров, собеседований, психологических пыток и допросов обстановка комнаты была более чем подходящей. Или для экзорцизма. На мгновение в голове священника промелькнула мысль о том, что хорошо было бы каждую церковь оборудовать подобной комнатой, идеально белой и практически ничем не обставленной, дабы воздействовать на психику не только демона, но и несчастного одержимого. Да и демон бы никуда не делся из видимости….
Тем временем Мила пропустила Финеаса в комнату и закрыла за собою дверь. Таким образом, экзорцист остался в комнате наедине с собою и своими мыслями, в полном неведении по поводу того, сколько продлится эта процедура ожидания – хотя нужно ли было думать об этом? Решив, что за день было достаточно суетных мыслей и забот, священник позволил себе расслабиться и полностью уйти в себя, словно бы отключившись на время от внешнего мира. В таком состоянии он и пробыл около нескольких минут – показавшихся ему, к слову, достаточно долгими – пока голос Милы не привел его в чувство.
- Присаживайтесь, Профессор должен Вас видеть.
Финеас кивнул в знак согласия и опустился на стул, с наслаждением вздохнув. Этого положения тела явно ему недоставало уже очень долгое время, судя по ощущениям.
- Pax vobiscum и моя личная благодарность за ваше время и, в частности, за предложенный стул.

0

75

Мила
- Профессор ни с кем никогда не встречается лично, все переговоры производятся он-лайн. Это безопасно, потому что у нас замкнутая система передачи, утечка информации - невозможно. С этими словами девушка отошла к стене и оперлась о нее спиной. - Ходить по зданию в нужные вам кабинеты необходимо через лифт. Не беспокойтесь. Первое время возможно и будете путать коридоры, но со временем привыкните. Все нужные коды вам выдадут.
На ноутбуке появилась непонятная заставка. - Доброе утро. Рад лицезреть Вас здесь. - Поприветствовал Профессор. Голос был изменен, потому точно нельзя быть уверенным, что по ту сторону монитора мужчина. - Вам следует подписать несколько бумаг о неразглашении информации. Мила... - девушка тут же положила на стол папку с бумагами и ручку. - Подписав это, вы получите коды тех кабинетов и коридоров, в которые можете быть допущены. Это несколько лабораторий, конференц зал, комната отдыха. Если вы хорошо себя проявите, вам со временем будут доступны и другие помещения. Надеюсь, вы понимаете, мы не имеем права на ошибку, потому проверять вас будут все время работы здесь. - Голос замолчал.
- Если у вас есть какие-либо вопросы - задавайте сейчас. У Профессора много работы еще сегодня. - Тихо добавила Мила.

Отредактировано GameMaster (2012-04-06 13:47:17)

0

76

Апрель. 2013 год.
• утро: сильный ветер дает ощущение слабой минусовой температуры. Небо затянуто тучами. Под ногами похрустывает лед, еще не успевших оттаять луж. Срывается то ли меткий дождь, то ли мокрый снег.
Температура воздуха: + 3

Начало

- Не дёргайся, Айя. Постарайся сидеть ровно. Если ты не будешь идти нам на встречу, то я буду вынуждена приковать тебя к кровати, обездвижить каждую часть твоего тела и, предварительно засунув кляп тебе в рот, сделать это с помощью грубой силы.
- Если послушать вас, Док, то я не кровь сдаю, а органы. И вообще, объясните мне, в конце-концов, какого дьявола вы вонзаете мне иглу в руку каждую неделю? Может, хоть в следующее воскресенье вы дадите мне отдохнуть?
Сквозь полураскрытые ресницы пробился яркий свет. Этот свет излучали лампы, белые стены, пол, да и всё, что могло находиться в кубическом кабинете, выбитым словно из лунного камня. Спустя мгновение, то волнение, что было вызвано неожиданным прыжком сознания в свет, испарилось в воздухе, вместе с мыслями о резкой, но мимолетной боли. Средней тяжести вздох лишь пуще повлёк за собой растворение заснеженности, окутавшей взор. Объекты обретают четкость линий, их текстуры обрамляются контрастом. Отвращение к уколам было свойствено девушке с детских лет, но в последнее же время их чуждость обретает куда больший, чем некогда, размах. Кисараги вынуждена каждую неделю сдавать небольшой отчёт, а если быть точным - собственную кровь. Молодой солдат и хорошо продвинувшийся по работе специалист института является довольно интересным объектом для изучения. В венах её течёт особая сила, объяснить которую научным языком, казалось, было невозможно. Но, тем не менее, объяснение тому таки нашлось. С одной стороны, девушка, в какой-то мере, должна представлять угрозу правительству: её особенности в некотором роде противоречат уставу и общим правилам института. Но, с другой стороны, та сила, что была дарована ей врагом, может быть использована против самого врага. Если бы не данный факт, то Кисараги бы сюда и не попала бы вовсе. А если попала, то, будь добра, играй по их правилам, - думала она, слепо выполняя данные ей поручения из года в год. Хоть некоторые пункты и способны раздробить её уверенность на равные доли замешательства и агностицизма, но в другом Институт, по её мнению, способен удовлетворить все нужды юного солдата.
Уставленный в выдуманную пропасть взор был растормошен лёгким прикосновением пальцев мило улыбавшейся врачихи. Айя, будто от страха, малость дёрнула кистью, собирая пальцы в кулачёк. Казалось, что от рассеянной пациентки улыбка женщины стала только ярче. Приложив обработанную вату к месту укола, врачиха, склонив голову, стала высматривать глаза златовласой гостьи.
- Ну ведь ничего страшного не произошло, правда? Прости меня за ту шутку, если тебе это показалось грубым и могло как-то задеть, - в ответ словам врачихи, Айя вопросительно дёрнула бровью. Удачно пошутить, а потом извиниться? Откуда такая робость в наше время?
- Разве я сказала что-то по этому поводу? Не припомню такого. Вы мне лучше ответьте, Док: что у нас в следующее воскресенье? Я снова приду на съемку, мне введут какую-то дрянь, а потом, через некоторое время, вы возьмете у меня кровь, так?
- Именно, Айя, - кивнула та, избегая при этом встречи взглядов одинаково внимательных радужек синего и карего цвета, - Но на следующей неделе мы откажемся от использования препаратов. Если дополнительная проверка докажет точность предыдущих тестов, то, будем надеяться, ты окажешься абсолютно стабильной.
- Хотелось бы. Не очень-то заманчиво сидеть рядом с дуриками, где, я так полагаю, не только отсутствует телевизор, так ещё плюс готовят отвратительно. 
Женщина, сдерживая смех, принялась убирать приборы. Использованный шприц полетел в урну, аптечка была убрана в стол.
- На этом всё, Айя. Жду тебя в следующее воскресенье, а пока береги себя. Да, кстати, забыла спросить. Как поживает твоя подруга, Ами?
- Сестра, хотели вы сказать?
- Да, твоя сестра, - женщина кусает губу, вопросительно рассматривая удаляющуюся к двери испытуемую.
- Она в порядке, я думаю. Спасибо, что поинтересовались, Док.
- Называй меня Клариссой.
- Ну тогда пока, Клэр, - ухмыльнувшись, девушка закрыла за собой дверь. Яркий свет, будто туман, расстилался по черно-белым коридорам. В сознание стремительно, множеством змей, прокрадывались мысли о нереальности данных мест. Густость воздуха навевала сон, постепенно пробиравшийся под кожу тысячами и тысячами переходящих на шепот голосов. Приоткрыв губы, вдыхаешь окружение, позволяя ему заполнить лёгкие целиком и полностью. Один коридор превращается в два, два превращаются в четыре, и так до тех пор, пока не потеряешься в массе фигур, белых и черных. Это почти незаметно, но если осмыслить и понять, совершить попытку достижения истин, можно сопоставить себя и образовавшуюся в голове потрескавшуюся шахматную доску. Ты пытаешься прийти к решению, но что-то мешает тебе это сделать. Перед тобой стоит цель, её выдумал именно ты, а не кто-либо другой. Твои фигуры - белые. Но нет худа без добра или, как было бы сейчас правильнее, добра без худа. Неожиданно звучит грозный удар по противоположной части игральной доски, сопровождающийся вздутию не только пыли, но и нервов. Это черные фигуры, возникшие прямо перед тобой. Их смешки пытаются достучаться до твоего сердца, дабы лишить тебя уверенности раз и навсегда. Твоя цель - закончить что-то. Белая пешка делает шаг вперёд. Ничего решительного, это пока лишь имитация настоящего сражения в твоей голове. Сравнить это можно со вздернутым носом в ответ на усмешку. Как уверенный взгляд, готовый принять удар и отразить его в любой момент. Сглотнув, ты, будто похитив глаза у слепого, смотришь вперёд закрытыми глазами, во тьму, где-то в глубине надеясь, что блеф "белых" не будет пустым. Сомнения, неуверенность, попытки заглянуть за грань поражения, мысленное построение провала в его мельчайших последствиях - всё это губит нацеленность. Что же является для Айи целью на данный момент? Допустим, цель её - достичь ресепшена, выбраться из ужасающе повторяющегося шквала коридоров, наваливающихся на девушку один за другим. Быстрый ропот ног несёт её куда-то вперёд, стучание сапогов заглушает сонливый шёпот стен, быстро уходящий в молчание. Но что, если прислушаться? Что, если стены, по сути, и есть тот самый ключ к спасению? А может, никаких голосов, слышимых из стен, и нет вовсе? Прислушайся к себе, Айя.
Девушка остановилась. Ветер, что гнался за нею, в движениях своих рубящий пространство, разбился о невидимый щит остолбенения. Пальцы нервно стучат по карманам, тело окутало томительное ожидание. Вздыхая, она открыла глаза. Черные фигуры не решались сделать шагу, но конвульсии их были как когти по спокойствию "белых".
Конечно же я знаю, - хмыкнула она, - Возможно, места эти запутаны, но ведь я уже была здесь.
Черные беззвучно делают свой ход. Леденящий душу скрежет белой фигуры, пешки, что послужила прежде лишь пустым словом в бездну, вонзился в слух черни. Айя стремительно шагает вперёд. Каждый её шаг был быстрей предыдущего, будто движение её обрело определенный маршрут.
Налево, а потом.., - посмотрела она за угол. Там её взгляд замечает охрану.
Черные фигуры дают трещины, образуя разлом. Условия игры моментально меняются, позволяя груде окаменелостей наконец собраться воедино. Доска заживает, залечивая раны. Ветер повторяет контуры черных и белых фигур, сплетая их нервы, будто корни. Между ними возникает неоспоримый контакт.
Айя подошла к толстому мужчине в кепке, тут же к нему обратившись.
- Здравствуйте, вы не подскажете, где находится лифт?
Яростная борьба сомнений с решительностью, похоже, подходит к решающей развязке. Стук челюстей Коня и грохот сердца Бишопа обретают взаимосвязь. Они чувствуют друг-друга, мысленно сростаясь друг с другом, как единое целое. Щелчок, все фигуры белых крошатся в прах, развеваясь под силой десятибального шторма. Потеря контроля, блеф за блефом - думали черные. Да будет так, - в плевке разразился рыком Король. Черные стираются в небытие, вместе с прахом белых образуя торнадо ожиданий. Ужасающий гул окутал три, нет, две фигуры, всё сильнее пододвигая их к финальному столкновению. Сокрушаясь под напором цикличной жестокости, в гвалте они срываются с позиций.
- Пройдите в конец коридора, заверните налево. Там лифт, ведущий к ресепшену.
- Спасибо.
Король черных фигур издает предсмертный крик, сгоряя в агонии. Мат.

0

77

Апрель. 2013 год
День: ветер немного ослаб. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. На деревьях распускаются почки, кое-где уже видны маленькие зеленые листики.
Температура воздуха: + 19

День Города
Отличное начало нового дня. Я, мокрая с головы до ног, стою в дверях пустой комнаты и мысленно перебираю возможные варианты пыток одного небезызвестного снайпера и костерю свою неосмотрительность на все лады. Дело в том, что я только приехала с задания, о котором расскажу чуть позже. Уставшая и жутко раздражительная. Готовая вспылить по малейшему поводу, только заикнитесь. Вот подумала, что после сдача отчета можно быстро сбросить свои вещи в нашей общей комнате тут, в УИЭЭ, и попробовать расслабиться. Хоть несколько часов поспать. Вот только я не предвидела дальновидность одного знакомого, который черте каким макаром узнал о моем приезде раньше других. Не было меня значит всего-то каких-то десять месяцев с хвостиком, дай думаю обрадую остальных своих визитом. А тут меня ожидал такой маленький сюрприз как сработавшая система безопасности. Последняя разработка нашего гения. Какой-то умный человек (трехэтажный мат в сторону снайпера из нашего отряда и помянула всех его родственников где-то до седьмого колена) сменил код или того хуже поставил индивидуальное оригинальное приветствие. Убью когда увижу.

Что ж такого интересного я делала весь прошлый год? Да так все по мелочам. Самая большая неприятность в Токио за последнее десятилетие, которая произошла не без непосредственной помощи и участия (кто бы мне сказал кто их просил об этой самой помощи) УИЭЭ, ошеломила многих. Я, как и все оперативники и вообще работники I отдела, о её неминуемом приближении узнала заранее и наша банда (не назвать же пять человек, из которых обычными людьми был только соглядатай) вместе с еще несколькими отрядами отправили в метро. В эпицентр разрыва подпространства Изнанки. Одна из многих в городе. Вот там нам пришлось трудно. В то время как основная группа оперативников отправились в один конец метро, в самую гущу неприятностей и той самой дыры для отвлечения внимания и выполнения своей части роботы, маленький отряд во главе незнакомого мне человека остановились в нескольких сотнях метрах сзади образовавшейся дыры в Изнанку. Моя задача, как и всей группы, как можно тише и быстрее установить взрывчатку С4 на опорные колоны и насколько хватит остатков - повсюду куда только смогут добраться.
Наше маленькое мероприятие ясное дело не могло пройти полностью гладко и по плану. Пока основная часть армии мелких разношерстных монстриков хлынула в сторону оперативной группы на той стороне метро, а все остальные к нам, пришлось пошевеливаться и использовать способности каждого по максимуму. По ходу установки взрывчатки несколько раз отстреливались от низших демонов, которые казались почти безвредными для нашей экипировки, но их то было слишком много! Я свое задание выполнила честно и пока наша группа отстреливались и заодно медленно отступали назад, отвлекая внимание, в облике вороны добралась до этой самой пространственной дыры, где вертелось большое количество демонят. Времени было мало и все что я успела: незаметно вернуться в свой облик, как можно ближе подобравшись к центру дислокаций врага, прикрепить взрывчатку и включить отсчет. Да, таймер на ней был, но времени то Малова-то! Как только прозвучали первые взрывы с той стороны туннеля метро я добралась до последней станции метро. Жаль хвост из нескольких демонов не давал расслабится. Стрелять нельзя иначе другие услышат, если еще не услышали. Но я естественно была последней в нашем маленьком отряде, успевшая спрятаться в густых тенях, на несколько секунд опережая цепочку взрывов. Но это для меня привычно. Мои способности помогали вытворять такие трюки не так часто как хотелось бы, но и этого достаточно для спасения собственной задницы из неприятностей.
Где-то через двадцать минут начался апокалипсис для Токио и его жителей. Мы в меру своих сил удерживали силы противника (в основном демоны Изнанки, но попадались и зараженные демонами люди), но когда произошел всплеск магии, эпицентром которого стали улицы Токио, невозможно было и дальше скрывать хаос, который до этого еще кое-как поддерживали в виде упорядоченного хаоса. Возможно, если бы я не была магичкой (анимагом), то не обратила внимание на возмущение магического пласта города. В итоге этот выброс манны вылились в неприятности на физическом, реальном плане. Столкновение двоих разных по своей природе пластов, если их так можно назвать, привело ясное дело к столкновению и как итог – полгорода исчезло в одно мгновение, а на её месте медленно и величественно выросла как гриб после дождя гора. Как не странно, то что в это время творилось с магией словами не передать, пером не описать и очень долго ругаться. Жаль цензура не пропустит, а то бы это вылилось в целую книгу. Места особо больших возмущений в магическом плане произвели на свет аномальные зоны, в которых творишь черт знает что. Правильнее правда будет сказать закрепились так и не закрывшиеся дыры в Изнанку плюс ко всему повышение способностей у любого одаренного хоть крохой дара существа.
В это самое время было замечено повышение манны в выжившей части города, что привело к легким беспорядкам на улице. Магические существа как будто сошли с ума, опьяненные витавшей в воздухе манной, вносили еще больше хаоса в испуганных людей. А это снова стычки и безумие на улицах. Хорошо хоть все это смогли быстро взять под контроль службы порядка с поддержкой УИЭЭ. Да, тогда много отличных экземпляров было отловлено и заключено в подземных камерах организации. Оттуда еще никому не удавалось сбежать. Так что слишком расслабившимся из-за опьяняющей магии, коей было в излишке именно в этой части Токио, одаренным людям и нелюдям оперативники "щелкнули по носу" и ощутимо проредили ряды нелюдей.
Что касается дальнейших действий Японии относительно пропавшей части центра страны - Токио, то это происшествие еще долго удерживало внимание и высокий рейтинг у репортеров, политиков, ученых и простых любознательных жителей города и не только. Появившаяся часть города в Европе произвела шок на весь мир. УИЭЭ быстро осознали открывающиеся перед ними возможности и, не теряя времени, отправили лучшие умы Японии в Европу, где довольно быстро и прочно обосновались, щедро раздавая пинки по мягкому месту всем сунувшиеся на нашу территорию в Европе и Японии. В первые же недели было собрано громадное количество данных, которые уже не помещались в особых скрытых хранилищах. Наверное не одна сотня разнообразных амулетов родилась именно благодаря "несчастному случаю", а пропавшие без вести "люди" проклинали этот день.
Но как бы то ни было, вместе с хорошими новостями всегда есть и плохие. Руководство не удовлетворяло произошедший случай и некоторым участникам того самого проекта попало по первое число. Летели головы, пропадали люди и отсылались в самые темные глуши самые активные. Всех недовольных и добросовестных, выживших после репрессий, быстро осадили и отлучили от дел. Так что в то время особенно не хватало ученых и рабочих у всех отделах. Кризис - он самый. Зато проблемы начались не только в Японии, где теперь стоит только часть города Токио и обосновалась еще неназванная гора, но и в другой части города, переехавшей в Европу. Власти других стран требовали львиную часть от исследований феномена Города Легенд. Впрочем я не знаю до чего они договорились. Знаю только что то было кровавая война между политиками и учеными всех стран. Каждый хотел оторвать хоть кусочек от пирога. Не многим кстати удалось, т.к. все еще ничего не решено.
Тогда, да и сейчас ажиотаж вокруг того происшествия еще не угас и похоже еще долго будет на первом месте повсюду. Вот тогда были умные люди, которые додумались требовать чтобы упавшая на их город часть Токио стала равноправной частью той страны. Что-то вякали о том, что раз часть города там, значит она принадлежит им. А Япония не имеет на часть города никакого права. Мда... этих самых умных людей растерзали в первую очередь и еще долго ходили шепотки о тех случаях. Маленький персональных ад.
Но мне нет дела до политиков и других фанатиков, зацикленных на новой "игрушке", а потому перейду к себя любимой. Как я уже говорила наши умники с УИЭЭ и всей страны отправились в Европу изучать уникальный случай, а вместе с ними и я. Сама. Без своего любимого отряда. Представляете? Расформировали наш отряд и отправляли туда где мы больше всего были нужны. Хотя спрашивать нас никто и не собирался. Но все же... все же, не честно. Жаловаться было некому и так я оказалась в незнакомой стране. В самые сжатые сроки пришлось изучать язык страны, немного культуру и не забывать постоянно тренироваться, ну и читать умную литературу, в свободное от работы время. Так что последующие полгода прошло для меня как мгновение. Состоялись мелкие столкновения с другими людьми и влиятельными личностями. Охрана наших ученых и защита информации от утечки к противникам. Приходилось заниматься не только добычей информации, но и убийством. Все как всегда.
Бывало посылали в самый разгар конфликта и улаживать отнюдь не мирными способами. По другому они не понимали. Зато все эти неприятности и постоянные задания помогли мне отшлифовать уже имеющиеся способности и опробовать применить знания с теории на практике. Да, было трудно и иногда смертельно опасно, но я то выжила. Правда последние месяцы было самыми трудными. Часть города мы отвоевали, но выиграли то только один бой. Впереди еще тысячи таких сражений. Когда закончиться эти неприятности не знаю, но пока есть УИЭЭ мне скучать не приходилось. Вместо открытого конфликта люди из-под тежка нападали и пытались добыть информацию. Вплоть до рукоприкладства. Чего стоят одни артефакты и аномальные зоны в старой части Токио. Чтобы усмирить разбушевавшихся "ребятишек", которые слишком заигрались, пришлось провернуть несколько серий заданий. В итоге клетки снова и снова пополнялись образцами и "желающими добровольцами" на эксперименты. Правда в этот раз намного осторожнее действовали. А раньше что было иначе?

Сжимая кулаки, я старалась дышать глубоко и пыталась удержаться от опрометчивых поступков. Я знала, что зараза снайпер приготовит какую-нибудь каку. Знала, что этот гаденыш соскучился и хоть мы теперь не отряд, но все равно решил поприветствовать меня в свое отсутствие. Знала и все равно надеялась, что хоть на этот день меня оставят в покое. дадут придти в себя что ли. Я то же шутки то же понимаю. Смеюсь над ними и вместе с другими, но сейчас был не удачный момент. Противопожарная система в потолку сработавшая именно в тот момент когда я прошла к своей койке, бросила вещи и собралась вздремнуть пока меня не вызвали на ковер к начальству. А тут хотели похоже утопить. Я в бешенстве.
- Син!!!
Крик души, вырвавшийся из моих легкий громогласным ревом на весь этаж. В этом единственном слове столько вложила душевного тепла и обещания медленной смерти виновнику. Я прямо умиляюсь себе, так многообещающе получилось, что не оставалось ни единого шанса ошибиться. Я убью его при следующей встрече. Закопаю в садику под деревом. Скрипя зубами (ой-ой, хоть бы в порошок не стерла от усердия), открыла двери. Проходящие мимо простые рабочие и военные искоса смотрели на мой нелепый наряд аля "мокрая уличная кошка", но молчали и делали вид что меня нет. Громко стукнув на последок этой самой дверью и не удовлетворившись этим в чем есть последовала на поиски смертника. Одежда по дороге волшебным образом сушилась сама. Ага, а как же, сама собой. Капля за каплей впитывались кожей либо сползали на пол и оставляли лужи. Пока все вода не покинула меня и мокрой остались только волосы.

Отредактировано Рэйвен (2012-04-20 20:52:51)

+1

78

Апрель. 2013 год.
• день: ветер немного ослаб. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. На деревьях распускаются почки, кое-где уже видны маленькие зеленые листики.
Температура воздуха: + 19
< Daemonis aedes

Ему вряд ли здесь рады те, кто знает, каково же его истинное лицо. Но… он и не стремился бывать в научном центре слишком часто. Большей частью работа состояла в наблюдении и составлении отчетов со своими добавлениями. О той стороне он знал многое, но не всё, а о грани, разделяющей миры, информация являлась исчерпывающей. Свой интерес в присутствии среди ученых до сих пор маячил где-то недалеко. За прошедшее время демон успел изменить приоритеты, поэтому не очень интересовался всем, что доступно ему в данный момент. Третий отдел – Изнанка и барьер между мирами. Второй – да, кое-что недавно начало беспокоить в просочившейся оттуда информации. Первый отдел – уже не вызывает ничего, кроме раздражения, так как стоит столкнуться с кем-нибудь из знающих… начинаются весьма подозрительные разговоры. Благо, случайных встреч в этом здании легко избежать с его путаной пространственной геометрией!
Метаморф заученной дорогой добрался до центрального зала с постоянным разломом в Изнанку, мельком взглянул на показания нескольких приборов, не заметив ничего необычного. Почти. С Катастрофы кое-что изменилось всё-таки, так как грань между этой и той стороной стала менее прочной. В общем, делать ему здесь нечего, потому что все данные отправляются на компьютеры. А также, в кабинете может ждать работа в виде очередной задачи на счет артефакта или вообще посыл за барьер для практических исследований. Почему нет? Он же там свой, и в случае непредвиденного нападения будет не жалко жизни какого-то там демона. Глупые какие предположения. Пора бы уже усвоить, что здесь он ученый, прежде всего, а потом только представитель иной расы.
Через несколько минут хождения через пространственные двери парень неожиданно оказался в кабинете. Обычно, он вылетал в коридор… а сейчас путь странным образом сократился. Может, система переходов обладает разумом?  Нет же. Он набрал не тот адрес, попав не туда. Вздохнув, Зевс развернулся и уже внимательней отнесся к процессу «блуждания» по комплексу. Ещё пара минут, и цель достигнута.
- О, - протянул парень, сразу приметив на столе не кипу из бумаг, а нечто любопытное. Экран компьютера светился сотнями цифр и несколькими изображениями в отдельных окнах. – Знакомые штучки… - сел в удобное кресло и с прищуром уставился на монитор, потом на несколько листов с текстами и миниатюрный анализатор материй. Тоже своего рода артефакт, но сделанный людьми. Зачем он здесь? Или… это не прибор, а ещё одна новая разработка УИЭЭ? Они издеваются! В общем, не мешало бы заглянуть в бумаги, а потом уже возмущаться. – Да нужны нам эти бумаги… - тихо возмутился демон, отодвинув непонятное устройство в сторону и переключив внимание на то, что предлагал к прочтению и ознакомлению компьютер. – Артефакты. Редкие. Хм. Хм… - Метаморф по мере чтения информации ухмылялся. Ему знакомы эти вещи, но… люди ошибаются об их назначении. Да, артефакты. Да, их сила не чувствуется и они не подвергаются исследованию. Но. Это лишь усилители, искусственные собиратели маны из окружающего пространства. – Ага, я не эксперт по артефактам. Шиш вам, а не информация. Или… Профессор что-то хочет от меня. Пробудить интерес? Может быть… Если не заинтересуюсь, то вещички не стоят внимания. А если… Стоп, не факт, что это некая интрига. Паранойя, мать же вашу… - Зевс откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. На состоянии сказывались события последних месяцев. Сколько всего произошло...
- Ладно, я… - вздохнул тяжко и придвинулся к столу ближе, сделав заметки под имеющейся информацией о том, что данные находки с Изнанки не для людей, они опасны. И всё. Уточнять не желал. В конце концов, он здесь занимается другими делами. Приборчик так и остался без внимания. Сам же парень занялся просмотром отчетов за прошедший год. Кое-какие он видел, конечно, но далеко не все. – Здесь и здесь… - нашел, что искал и нажал «создать новый документ». – При определенных условиях параметры грани миров изменяются на какое-то время, и становятся доступны совершенно иные методы её пересечения. Да, это нужно записать как-то так… - пальцы бегали с неплохой скоростью по клавиатуре, мысли метались между работой и… прошедшей ночью. Мир с нарастающей скоростью катился… куда-то. Бездушный проявляет чувства к человеку. Изнанка норовит проникнуть на эту сторону, выдавая аномальные показания в некоторых случаях. Или это уже преувеличения, и о таких вещах думать стоит меньше. Втянулся в жизнь среди людей, но не остановился. Движение вперед продолжается. А пребывание среди персонала УИЭЭ  до сих пор играет роль. Это и новости об артефактах, и информация о планах людей по вылазкам на ту сторону, и… самое любимое – колебание барьера, пелены, грани… изменение пространства.  – Всплески происходят до сих пор. Мощные. Мир трещит по швам. Если законы Изнанки проникнут сюда, то… - с губ сорвался смешок, - людям кранты. А мы этого пока не хотим. Нужно найти другой выход. Если он есть… - Вель рад бы обратиться к Алькано, но тот же под замком в наказание. – Всё просто в мыслях и мечтах. А на деле – почти невозможно. Артефакты. Кое-какие артефакты не могут быть принесены через грань… и не должны. – Он добавил ещё несколько предложений в отчет, снова обратившись к данным приборов и поставив через десять минут тщетных попыток напечатать что-нибудь ещё… точку. Ему не нужно специально идти в зал с дырой на другую сторону, чтобы почувствовать, какой «смрад» изливается оттуда. – Странное место. Не такое.
Следующие несколько часов парень пытался разобраться с накопившейся полезной для него информацией. Ученые центра делали маленькие шаги в распутывании узелков общей картины. Они видят не всё. Точнее, они мало, что видят. Зевс не станет открывать все карты, по крохам делясь своими знаниями. Всё-таки, в будущем всезнайки в лице людей не нужны… ни ему, ни остальным демонам.
- Что ж, толк есть… - протянул метаморф, наткнувшись на любопытный файл и почитав его немного. Определенно, не всё так «печально». Бросив чтение, парень вырубил комп и вышел из кабинета. Внезапно пропало желание торчать здесь и что-либо делать. Работа выполнена уже давно. А теперь он отправится… в зал с провалом в Изнанку, ещё раз. Колебания параметров ещё не закончились. Может быть, он на этот раз увидит, в чем дело. Вышел в коридор и воспроизвел в памяти карту комплекса. – Ага, идем туда. – Каждый раз он выбирал разные пути, иногда находя новые помещения и коридоры. А один раз… или два... оказывался на территории второго отдела. К первому его так и не допускали «волшебные переходы». Как и сейчас. Зевс задумчиво перебирал разные комбинации цифр на панели управления очередной «аркой» и получал отказ. Жаль, магия здесь со свернутым пространством почти бесполезна... - Знакомый голос, - кажется, кто-то кричал, но явно не от ужаса. Значит, всё хорошо!

+1

79

Я всегда считала себя умной и, когда этого требовали обстоятельства, терпимой девушкой. Для шпионажа это были минимальные требования. И как не странно я проходила это испытание не хуже других людей. Так было всегда. Но знаете когда я повстречала этого ненормального снайпера поняла как глубоко ошибалась в отношении себя маленькой. Он тот еще язва, который к тому же по определению попал в наш отряд. Если до этого его часто плоские шуточки были терпимы, как же видела то редко, то когда пришлось жить с ним под одной крышей поняла, что это злая шутка госпожи судьбы.
Син - отличный снайпер и душа компании, если это компания - мазохисты со склонностью к медленной и мучительной смертью их тушек, Физически и психологически, в первую очередь. Он всегда находит слабое место оппонента и немедля пользуется своими тузами, чтобы вдоволь измываться над поверженным или измученным противником. Тот еще садист. Но если сторонним людям достается только малая часть сомнительного удовольствия в его компании, то всем членам отряду достается львиная часть. С самого начала своей постоянной жертвой и единомышленником, не спрашивая об этом у вашей покорной слуги, выбрал меня. Ведь кроме постоянных пикировок с ним приходиться терпеть его любвеобильность, настырность и упрямство в любом вопросе. И ради чего? Чтобы позлить всех вокруг! Так что он - тот еще зараза.
Вот только он потоптался по больному мозолю и выставил меня мелкой хулиганкой, хотя все как раз наоборот. Я то не в самом хорошем расположении духа, когда выходила из общей комнаты в спальном корпусе, спустя полчаса бессмысленных блужданий по корпусу сдалась. испытывать отрицательные эмоции и тем более держать их долго в себе не умею. Потому когда мои нервишки пошаливают лучше всего спрятаться и забиться в какую-нибудь глушь. Но тем не менее как бы я быстро "не сдувалась", оставлять шалость безнаказанной не буду.
[Дождусь удобного момента и как следует отомщу. Может быть до того времени придумаю что получше обычного утопление шкурки одного наглого и не безызвестного снайпера. А сейчас...]
За следующим поворотом показался холл. Такая себе зона нейтралитета. Общая для всех. Честно говоря не ожидала, что так быстро сюда доберусь, не тем более такая тишина. У меня сложилось такое впечатление, словно здесь никто нет и не было больше недели. Стая мурашек на спине говорила о том, что мне не нравится такое положение дел и все, что хотелось - это отыскать хоть кого-нибудь живого на этом этаже. Или же это моя магия почувствовала что-то и насторожилась, чего следовало бы сделать и мне. Но нет, я уверенно пошла по знакомому коридору, пока попала в запрещенный для посещений корпус. Территория III отдела.
Вместо того чтобы задуматься и прислушается к голосу разума я пошла по коридору, упрямо направляясь в один ведомый мне кабинет. Одета была я по-простому и незатейливо. Поэтому совсем не похожа на сотрудника УИЭЭ. Черные бриджи до колен и короткая по меркам обычных туник с двумя разрезами по бокам. С собой у меня ничего не было, хотя шла я как раз чтобы сдать второй образец отчета о работе в Европейской части Города Легенд. Должна была быть приличная кучка (это за весь прошедший месяц) бумаг с несколькими экземплярами рабочих артефактов, ну и по мелочам. Вот этим всем должна была просто завалена. А вместо этого я с пустыми руками фривольно брожу по чужой территории.
Но я то знала куда нужно идти, а потому это не заняло много времени. Память отменная, а потому уже через каких-то две минуты стояла у двери в кабинет, собираясь постучать. Занесла кулачок к двери... Так и замерла, услышав шаги за поворотом. А т.к любопытство не порок, то конечно же обернулась в сторону шума, замирая на месте. Что-то мне подсказывало, что в нужном мне кабинете никого нет, а значит отчет сдать не удастся. Досадное недоразумение, которое как-то придется объяснять. если кто будет спрашивать. Правда в последнем я не сомневалась. Но хорошо хоть бейджик со своим именем на шею повесила.
Хотару Ёсида - сотрудник I отдела по охране порядка.
Коротко и ясно, не правда ли? Последняя часть названия была лишь условностью. Наш отдел всегда считали чем-то не очень нужным. Как будто мы варвары и решаем все силой. Кроме отлова нелюдей и стражи порядка в городе, т.е. опять таки мордобой, нас ничего больше не интересует. Но я тут подумала: а что умники из УИЭЭ будут делать без нас, силовиков? Считай первой линии обороны в случае грозящей опасности. Усмехаюсь, представляя костлявых людей с горящими от энтузиазма и недосыпа уплетающих со всех ног от низшего демоненка, высоко подбрасывая ноги и подол беленького халата, не забывая размахивать руками по сторонам и пищать о помощи. Большинство ученых  те еще неженки. А может быть так считаю только я. На то они и мысли, мечты, чтобы иметь возможность на существование.

+1

80

И не только голос. Эта заноза здесь, недалеко. Как не вовремя! – Метаморф стиснул зубы, совершенно не желая кого-либо сейчас видеть, а тем более говорить. – Стоп. Отчего же, пойдем-ка мы навстречу. Как раз по пути в зал с дырой. – Он всё ещё продолжал страдать ерундой, набирая комбинации цифр и букв, но минуя очередную дверь, оказывался всё в том же отделе. Каждое посещение комплекса дополняло деталями воображаемую карту его скрученного пространства. Интерес даже воспылал к данному строению! Главное, никто не мешал заниматься любимым занятием – исследовать сей лабиринт. – Детище безумца, поистине. Кажется, я заблудился, - скептически подумал парень, заслышав шум где-то. По логике шума в здании быть не должно, если каждая арка или дверь ведет в совершенно другую часть комплекса! Но, погодите, не все же пространственные перегородки не пропускают звук? Или, здесь дело не в этом. Есть определенная ось, на которой всё держится. Ось проходит через большинство помещений и коридоров, объединяя их в систему «телепортов и порталов». Следовательно, если звуки имеют возможность действовать на «ось», то они будут слышны в той или иной мере всюду, где имеется соприкосновение с «осью». – Это лишь теория. Магия и физика взаимосвязаны, но здесь больше магии. Человечество ещё не может изобретать настолько сложные системы. Область научной фантастики. – Также звуки могут проникать сквозь обычные стены. Вполне возможно, что пространство свернуто намного меньше, чем кажется. – Всё гениальное просто. Так, куда дальше? – Демон задумался ненадолго, застыв у одной из «магических» дверей, развернулся и двинулся по коридору, ведомый своим чутьём. Надоело валять дурака. Время не ждет, а кое-что происходит там… у огромного провала в Изнанку, невидимое и пока ещё едва ощутимое. – Они уже знают обо всем. И вечно обходить эту проблему стороной не будут. - С той стороны тоже есть любопытные твари, способные пересекать любые барьеры. Кто на что горазд, мир так разнообразен!
Шаги Зевса вряд ли кто-нибудь услышит (в кроссовках двигаться бесшумно легко), шорох одежды разве что выдаст гуляющего в неподобающем «гражданском» виде парня. Обычные признаки. Тот, кто чует магию, сразу засечет давящую своим уровнем тьму. Но здешние ученые, обладающие таким даром, осведомлены о сотруднике «Х», поэтому паники он своим присутствием не выдавал. Ученые – люди понимающие и неагрессивные, в большинстве. Новый поворот коридора (черт, здесь иногда поворотов такое множество!) вывел метаморфа к… девчонке, явно болтающейся тут без дел и… не по правилам. С абсолютно спокойным выражением лица он преодолел разделяющее их расстояние, не проронив ни слова. Всё-таки, он изменился за прошедшее время. Стал как будто старше… для стороннего наблюдателя. Только один пока человек знал, что с ним недавно приключилось в Изнанке, отсюда и результат, смазавший границу между личностями и перевернувший в сознании многие вещи с ног на голову. – Мм, какой соблазн мне на пути попался, - ухмыльнулся, не сделав попытки пока распускать руки, держа их вообще в карманах брюк. – Первый отдел что-то потерял здесь? – издевательски, сверля девушку взглядом. Она ему не враг, но и не друг. Эти понятия в данном случае неприменимы к их связи, которая была установлена из чистейшего упрямства и любопытства. – Что за месяц из сюрпризов! Одна игра другой милее. – Конечно, Хотару не должна здесь находиться просто так без поручения. А поручение, судя по всему, отсутствовало, если она свободно прохлаждается тут. Посыльные от первого отдела – странность, ведь компьютеры давно уже служат отличным средством связи и передачи информации. – Нечего тебе шататься, где не следует. Иначе, встретив меня… - растягивая слова и поднося правую руку к лицу девушки, коснулся едва-едва пальцами её щеки, - при «удачном» стечении обстоятельств, нарвешься на неприятности, - усмешка, безразличная, а в застывшем янтаре глаз частично скрываемые приглушенные желания учинить над кем-нибудь расправу, выплеснуть негатив, отвлечься. – Например! – Метаморф весело оскалился, ловя зеленоглазую бестию в цепкие и крепкие объятия и закидывая на плечо. – Поймаю и утащу в своё логово, - последовал смех, с каплей яда, но без серьезности. – Эй-эй, не надо меня бить только! - ещё один всплеск веселья. Вряд ли Хотару будет довольна таким положением, но ей же не уйти всё равно. А его слова – явная шутка – приобретают осмысленное значение, когда парень разворачивается в сторону двери, через которую можно попасть, в том числе, в зал (называйте, как хотите, но это же действительно зал – огромное пространство-помещение!) с массой приборов и провалом в Изнанку. Логика хорошо работает? Догадки есть? Ага, где ещё может быть «логово зверя», если не в его родном мире, спросите?
Придерживая девушку за талию на своём плече, без каких-либо блужданий и задержек добрел до необходимой «зоны». Казалось бы, портал не имеет никакой защиты, но до сих пор внутрь комплекса ещё не проникали ни эфемерные сущности, ни другие жители Изнанки. Зевс не собирался воплощать в жизнь свою шутку по очевидным причинам. К тому же, на той стороне он зарекся не появляться в ближайшее время. – Приехали. Отсюда беги в свой отдел, точно не промахнешься с дверью, - бросил парень, поставив девчонку на ноги. Он прошел к регистрирующему оборудованию, убедившись, что все параметры по-прежнему выглядят слишком подозрительно. Следующей точкой для остановки стала площадка, с которой происходит непосредственный доступ к «дыре» и барьеру. Магия. Зевс задумчиво смотрел на «воронку» и чего-то ждал. Может быть, просто наблюдал за колебанием непрозрачной «поверхности». – Не нравится мне что-то. Как будто… - он прикрыл глаза, ладонью провел по магической пелене, не пускающей сюда никого с Изнанки без особого приглашения. – Давай уже, иди отсюда, - чуть громче и резче, чем планировал. Те, кто здесь присутствовал не стали вмешиваться, зная, что метаморф просто так к порталу не подходит. Да и не враг он себе… устраивать вторжение «своих» в данный комплекс. Хотя, зря они так думают. Вероятность не равна нулю…

+1

81

Слушая все приближающиеся шаги, я начала паниковать. Если бы меня кто проводил сюда то был бы шанс оправдаться. Хоть как я не люблю этого делать. Сюда послали с определенной целью и хотелось как можно скорее выполнить возложенное на меня задание и свалить куда подальше. Бумаги, которые был лень тащить самой, покоились в теневой изнанке с прикрепленными к ним магическим маячком, обозначая местоположение в таком большом, одиноком и холодном мире. Причина ж по которой я тут и по идее должна нести эти самые бумаги на подпись не больше чем отвлекающий фактор прячется в специально предназначенном для этого контейнере. Для безопасного и, главное без приключений, пути к Университету новая игрушка ученых из Европы пребывала в том же теневом измерении, урывая большую долю манны для своего поддержания там. По дороге я было даже чуть не потеряла этот артефакт, умудрившись упустить угасающий в враждебном к живым людям измерении свой маячок. Этот артефакт (где только такой нашли, если не благодаря госпоже Случаю случайно создали) высосал всю магию, вбуханную в маяк. Таким образом артефакту грозило быть навечно потерянным. Если не контейнер, то найти было бы значительно проще, а так безопаснее.
Но рассуждения о воспоминаниях не могли отвлечь от затихших шагов, а после минутного напряжения в ожидании чего-то или кого-то не выдержала и громко постучала. Хотя знаю уже, что там никого нет, но что поделаешь - приличия требуют соблюдения правил хорошего поведения. Вот тут то появился Зевс собственной персоной. Между тем несся с собой тяжелую черную магия и струящийся вслед за ним длинный шлейф остаточной магии. Я не ожидала такой скорой встречи и немного растерялась, что не мешало встряхнуть плечами, словно в попытке стряхнуть неприятную магию. Даже немного страшно было, так как что-то знакомое было в этой тьме. Слава всем темным богам, это было давно и ничего кроме собственной манны и вредной магии во мне не было.
[Вот почему я не люблю находиться в любом другом отделе, кроме своего или общего для всех...]
Вяло ворочались мысли, выслушивая предостережения и просто словоизлияния "мистера Зло". Открываю и закрываю ротик, подражая выброшенной на сушу рыбке. Не хватает совести съязвить ученому, но и не позволяет гордость и природная вредность смолчать. Демон, чувствовавший себя здесь как дома, задал провокационные вопросы, а я молчу. Задрав подбородок, пытаясь посмотреть в глаза старому знакомому и хоть внешне выглядеть спокойной. А внутренне словно мешком ушибленная. Просто ответить какого лешего тут забыла и на каких правах (наверное на правах следующего в меню второго или уже третьего блюда) тут нахожусь не могу. Стоически игнорирую выпады в свою сторону и таращусь на него все более откровенно. Нет, это ж нужно было пытаться запугать, а потом еще как мешок с картошкой тащить к его "логову". Создалось такое впечатление словно у меня нет прав и вообще стоит молчать в тряпочку пока меня не спросят.
Я же сражалась с привычкой валить все, что пытается протянуть ко мне свои ручонки или угрожает мне. Пока ты не видел мои руки, вытащила мед. иглу, косясь то на нее, то на твою спину. Прицениваюсь в какую часть твоего тела вогнать этот самый серебряный металлический стержень. Борясь с искушением, но не предпринимая попытку освободится. Решаясь таки колотить кулачками по твоей спине и брыкать ножками в воздухе, пытаясь "случайно" заехать острыми коленками как минимум в грудь. Побольнее.
Тебя похоже весело от моих заранее провальных попыток вырваться, не говоря уже о мольбе о пощаде. Бессмысленно. Потом же с таким самым выражением невозмутимости на мор...кхм, мужественном лице будет, ты отпускаешь меня на пол. Предварительно вошел в просторный зал, заваленном всякой нужной всячиной. Глаз привлекла дыра в чужой мир, которая в первую очередь привлекла мое внимание, заставляя нервно топтаться на месте. А потом и вовсе инстинктивно отступить на шаг назад, словно этот шаг давал шанс спастись. От дыры веяло таким замогильным холодом и потусторонней исковерканной самим миром подобием жизни, что я только сейчас понимаю, что этот мир, Изнанка, намного хуже теневого пространства. Там хоть тихо и спокойно. Там нет ничего. Вообще ничего. Только взывающий к её помощи маги и выброшенные в её чрево вещицы. Там хоть имеет право на существование живые и враждебные тому пространству существа. Пусть не надолго, но все же и это результат. Изнанка - в моих глазах представляла собой мир похожий до нашего, но намного агрессивнее Темнее. Несущий смерть всем гостям коренными жителями того мира.
Впрочем полученная информация занимала свое место в нечетном количестве шкафов и шкафчиков, где-то на подкорке сознания. Ощущая кожей новые неприятности, которые в этот раз могли посоревноваться со всеми моими приключениями вместе взятыми, задрала голову. Отчаянно заглядывая в твои глаза, Зевс, словно пытаясь найти в ним опровержение моим догадкам. Что мне все это только кажется и вообще разыгравшееся воображение. Но устало вздыхаю, понимая что все взаправду. Что-то намечается. Вон как ты мечешься от монитора к монитору. Как плескается вокруг магия, беззвучно шепча о скором прибытии кого-то. Злого? Возможно. Чужого? Так и есть.
Не хочу представлять что здесь будет происходит и уже наперед зная, что сейчас сделаю еще одну ошибку, за которую мне в дальнейшем сочтется. Устало вздыхаю, подходя вплотную к встревоженному тебе, загораживая проход к другим приборам. Смотрю в глаза и вместе с выдохом сообщаю радостное известие почему-то говоря на пониженных тонах, чтобы нас не услышали.
- Я знаю, что это может быть лишним, но напомню лишний раз. Плевать на твое отношение ко мне и всем вокруг. Но не забывай, что ты на ЭТОЙ стороне и как бы работаешь на людей. И если что-нибудь произойдет (чувствую неизбежность события, которое здесь запомнят надолго) и пострадает хотя бы несколько сотрудников УИЭЭ я лично с тебя спрошу. Будь уверен.
С каждым словом приближаясь опасно близко к тебе, отгоняю разного рода мысли. Я забочусь об этой организации как могу. А если по твоей вине произойдет что-то серьезное и пострадают хоть кто-либо из наших, то я буду не в самом радужном настроении. Понимаю, что нарываюсь. Пытаюсь казаться смелой, хотя на самом деле опасаюсь. Но ни первое ни второе не помешает мне отречься от своих принципов и сделать тебя врагом номер один. Всегда же было правило - своих не трогать. А значит с тех самых пор как я очутилась в этом университете и приняла новые устои в жизни запретила себе злиться и поднимать руку на любого здесь, в УИЭЭ, находящегося человека. Не только.
Это сдерживало порывы хотя бы немного поцапаться с тобой и доказать как-нибудь свою правоту. Хотя бы оставить царапину что ли. Но нельзя. По крайней мере тогда. Стараюсь выглядеть уверенной и убедительной, чеканя каждое предложение, надеясь что до тебя дойдет общий смысл "если пострадает что-то тебе каюк", но не особо надеясь на твое благоразумие и инстинкт самосохранения. Я же умею быть плохой девочкой, если меня вынудить. так получилось что я столкнулась с твоим носом, хотя ты и выше на целую голову если не больше. Пришлось поспешно отступить и сражаясь с вдруг навалившейся еще большей усталостью направилась к выходу. Правда остановилась у приоткрытой двери, смерив демона предостерегающим выражением лица и одарив тебя проказливой улыбкой.
- Да и будь добр вернуть цепочку с крестиком, который оставался у тебя после нашей первой встречи. Знаешь ли, он мне дорог как память.
Махнула ручкой всем остальным, ошеломленно  взирающим за произошедшем, и быстро скрылась за дверью. Шаг и я скрываюсь в тени, выхаживая там с минуту. Прислушиваясь к магическому полю в III отделе. Вдруг демон разозлился и собирался искать егозу, чтобы немедленно отомстить? нет, я до последнего тут, в теневом пространстве, прятаться буду. Пока станет невмоготу.

+2

82

Гибель человечества – изначальное желание – меньше всего волновала метаморфа. Его мысли занимали совершенно другие вещи… О себе. Он запутался. Когда Алик и Зара взаперти, наступает момент самокопания и разбора собственных чувств. – И что я тут делаю в таком состоянии? – безразлично думал парень, тогда ещё пропустив слова Хотару мимо ушей и отозвавшись, - Не стоит, у меня отличная память. - Она несла полную чушь. Демоны не конченые сволочи, в самом деле же! Но… пусть люди так думают, не просто «для прикола» создавалась репутация темных. – Давно. В Лондоне. Он сказал, что у меня нет души – это так. Там только тьма, не знающая света, страшная, но очень притягательная и теплая, к ней хочется прикоснуться. Никогда не забуду то ощущение, когда меня «читал» ментат… или эмпат, кто он там… - Вель вздохнул, негромко хмыкнув. Внезапно захотелось осуществить запретное – устроить погром в центре, раскрасить стены и пол в алые тона (угадайте чем) и смыться до появления основных сил военных. – Да-да-да, я пришлю тебе цепочку по почте, детка! – в своей обычной манере бросил он, презрительно и с раздражением, без притворства. К сожалению, или же, наоборот, к счастью, демон не мог (или не умел) выглядеть слабым даже при приступах романтики и нежных воспоминаниях. – Черт, а я могу. Всё могу. Поиграем пока по навязанным правилам! Уломали, Высшие, будьте вы все прокляты. Убью же когда-нибудь… - Ему нет дела до девчонки. Позже кое-кто отыграется. Именно этот «кое-кто» и имеет на неё виды под названием «бесит». А Вель – само спокойствие и уверенность, ему всё до лампы. Причиной тому не мысли, витающие на высоте облаков, а работа, требующая внимания.
- Включите всё освещение и мотайте отсюда, люди, - посоветовал он. Освещение – дабы не осталось теней для зеленоглазой занозы. А просьба уйти – для вящей безопасности, потому что… он ещё не понял, чем грозит нестабильность грани, разделяющей миры.
Он надавил ладонью на барьер, с изумлением наблюдая, как рука спокойно его минует. Но… это не то ощущение, которое должно быть! Такое чувство, будто нет барьера, а рукой он касается пространства провала в Изнанку. – Что это за… - Отдернул руку, повиновавшись интуитивному порыву. А следом за рукой высунулась морда жуткой твари, по которой Зевс не замедлил ударить и отправить туда, где это «чудо» оставило остальную часть тела. – Очаровательно просто, - пробормотал он. – Вот он другой способ. Во время таких скачков параметров магический барьер становится уязвим из-за… чего? Нет, не знаю. Магия – часть всей системы… - Парень зажмурился, не видя логики в происходящем. – Магия. С той стороны разве что… Вмешательство. – Вздох. Тяжелый. По губам скользнула улыбка. – Идиоты. Не бывать этому. Не бывать, пока я здесь. – Метаморф сделал шаг назад, изобразив в воздухе взмахом кисти руки сложный символ. – Печать. Активация. – Под ногами медленными линиями из тьмы появлялся круглый рисунок с любопытной символикой внутри. Похоже на призыв. От протянутой ладони к барьеру точно также в воздухе появились художества из темных-темных линий. Свободной рукой вновь пришлось отбить вылезшее нечто и потом ещё удивиться – «это кто был?». Определенно, Зевсу везет в последнее время на «земляков». – Печать Асмодея. Слияние… - мысленно прочитал строки из памяти и произнес концовку сквозь зубы, осторожно перенося заклятие на барьер, ставший в данный момент бесполезным. Бывает. Сюда бы мага иной направленности, но время не ждет. – Дьявол, кто придумывал названия всей абракадабре слов? – Иногда древние тексты вводили в натуральный когнитивный диссонанс, но учить всё равно приходилось очень многое, так как постоянно носить с собой гримуары – лень.
И пока жива Она, - неосознанно добавил, чувствуя, как с той стороны рвется что-то, не желающее уходить. От печати под ногами поплыли языки темной энергии, исполняя завораживающий танец. Казалось, пол вибрирует от того, что его пронизывает. Даже ощущение ветра создалось, ибо волосы на голове не желали лежать спокойно, а одежда колыхалась. Печать от ладони «пустила корни» в пелену барьера, содрогаясь под ударами со стороны Изнанки. – Что же там… - Метаморф никогда не был лишен страха… И сейчас, ему было страшно от неизвестности. Магия высокого уровня стоит многого. А тварь, рвущаяся сюда, никак не желает сдаваться. – Хару… - Зевс заметил небольшую тень краем глаза, чудом оставшуюся при данном освещении. – Только не возвращайся, - отрешенно пробормотал демон, почти полностью сосредоточившись на колдовстве. Наверное, со стороны выглядит даже красиво: печати, видимые глазу, потоки тьмы, иллюзия ветра и слегка пораженный маг, распахнутыми глазами смотрящий на… невидимую угрозу. – Ещё рано, ублюдки, что б вас!.. – не удержался, делая полшага вперед и вкладывая в созданное заклятие ещё одну порцию энергии (маны). Сзади услышал торопливые шаги и шум и повернулся на небольшой угол. Военные? Для них же старается, а дула их оружий смотрят ему в спину. Ирония. – Защита ещё на мне висит. Посмейте только стрелять, людишки. – Хмыкнул, криво улыбнувшись, и снова перенес своё внимание на содрогающуюся магическую печать, прикрыв глаза. – Зря. Какие вы люди глупые! Глупые! – тихо бесился Вель и прятал улыбку, давясь беззвучным смехом. – Черт, я должен пройти этот этап до конца. Познать любовь? Понять? Ну что ж, согласен! – Опустил правую руку, от которой исходила печать, и со всего маха кулаком левой ударил в центр магического плетения.
– Закрыли бы глаза, - разворачиваясь, громко бросил метаморф. Но его, естественно, послушали немногие. Сами виноваты. В следующее мгновение зал озарила фиолетовая вспышка от печати и грохот, будто рванула граната. Барьер – на месте. Ошметки тьмы плавают у ног мага, а он с любопытством осматривает группу людей с первого отдела. Видно… нервы у них там не у всех железные, потому что неожиданно какой-то «отморозок» нажал на курок. – Это ваше «спасибо»? – зло спросил парень, уклонившись от снаряда-иглы, окропленного святой водой. Произойди это месяц назад – попали бы, а сейчас – он же не сидит, сложа руки, - кое-чему научился.
Раздались команды командира отряда и скупое извинение. Никакой благодарности за сделанную вместо них работу по защите комплекса от попытки вторжения. Зевс судорожно вздохнул, чувствуя себя выжатым лимоном, и направился к приборам. Взглянул на параметры, раскрыв рот от увиденного. – Ох, что я наделал-то, - веселый смешок. Показания в норме, а несколько минут назад они подверглись интересным изменениям. – Вот… - кажется, он нашел закравшуюся ошибку. – Искажение пространственной ткани. Хм. - Обернулся к провалу в Изнанку, присматриваясь к колеблющейся поверхности барьера, ставшей более «натянутой» и менее прозрачной. – Так, я промолчу, что дыра стала из-за меня больше, но теперь параметры в норме и барьер плотно примкнут к краям провала. – Вель двинулся к одной из дверей из зала, медленно переставляя ноги и стараясь не обращать внимания на внезапно ухудшившееся состояние. Плата – не совсем жизнь, а скорее уж испорченное настроение из-за самочувствия. – Мне нужен срочно отдых… - Кажется, его кто-то окликнул и просил подойти. Кажется, даже пытались остановить, размахивая руками перед подернувшимися пеленой глазами и что-то радостно вопя. Кажется... пытались... ударить? Легко отмахнулся - рефлексы. Метаморф шел на автомате…
Не потерять контроль. Не потерять контроль. Не потерять… - одна единственная мысль, заставлявшая делать шаги и уходить дальше от людей и шума. Ему даже стало наплевать, как в этот момент он выглядит со стороны. Отсутствующий застывший взгляд. Загадочная улыбка. Ломанные движения. – Теряю… контроль. – Доплелся до своего кабинета, закрылся там и свалился в удобное кресло, запрокинув голову назад и впившись пальцами в подлокотники. Накрыло его. Всё сразу: усталость, жажда хищника, чувства. А ещё, он всё думал о… Зоуи, которой он пообещал чудо. Только одно чудо будет стоить очень и очень дорого, наверное. Чудо – что это?

• утро следующего дня: роса на зеленой траве. Солнышко пока слабо греет землю, но обещает к полудню жару. Прохладный, довольно сильный ветер гоняет уличную пыль.
Температура воздуха: + 8

Думаю, я знаю, как чувствуют себя люди с бодуна… - разлепил веки, зевнув. Он думал, что вернется таки домой, но отрубился прямо в кресле. И проспал достаточно долго, если за окном снова утро. Голова перестала болеть через несколько минут. – Наверное, - засомневался метаморф, вскочив с кресла…
Десять минут. Ровно столько понадобилось для того, чтобы покинуть здание УИЭЭ и поймать попутку в центр города. Решение принято, пора действовать.
> Центр.полицейское управление

Отредактировано Zeus (2012-04-24 14:09:17)

+2

83

Отсиживаться в месте куда не может попасть ОН неплохая идея. Магия в теневое подпространство не сможет попасть, если её сюда не принесли живые создания или любая вещь, на которую можно повесить любого рода магия. Самостоятельно это невозможно провернуть, но если по неведенью сама притащу сюда, то несдобровать. От нескольких скромных догадок моего больного воображения и богатой фантазии о моем дальнейшем наказании за фривольное поведение с демоном спина покрывается холодком, а проказливая улыбка не сходит с лица. Да, наказание определенно будет веселеньким. Только бы оно было незаметным для окружающих и не мешало выполнять обязанности сотрудника I отдела. Впрочем осознание своей ошибки не мешало строить коварные планы, в которых фигурирует Зевс и множество мелких шалостей в моем исполнении. Вроде бы боюсь и в то же время не могу удержаться от соблазна спровоцировать его.
[Странные отношения сложились между нами. К сему это приведет? Каждый раз, выкидывая такие номера, наживаю себе сильного и опасного врага, тем не менее не могу себе отказать от маленькой шалости. А все мои провинности медленно и уверенно складываются в тележку, на общую кучку. не сомневаюсь, что когда я меньше всего ожидаю подвоха мне предъявят весь список и потребуют возмещения "убытков". Ну и моральная компенсация заодно, как же без нее. Но вот смогу ли оплатить такой большой должок - другой вопрос. Гм, лучше не встречаться совсем. Хоть попытаться игнорировать что ли.]
Задумчиво изучала темного перед собой, различая не ясные тени и очертания предметов. Стоит только коснуться чего-то казалось бы материального как но тут же таило на глазах, словно утренний туман. Единственным материальным здесь была и есть я сама. Других путешественников теневого мирка еще не встречала. Возможно мы так никогда и не пересечемся. Как я рада! Словами не передать, пером не описать. Но как бы я не пыталась отвлечься постоянно возвращаюсь в произошедшему. Уши стыдливо краснеют, а глаза опасно сужаются, выражая крайнюю степень раздражение. Не более. Так легко позволить себя пленить и тащить как какой-то мешок картошки. Тренированная и подготовленная (ага, ага прошла обучения, но практики как таковой раньше не было) к худшим развитиям событий и встречей с опасными существами иного мира, я позволила непозволительную роскошь - расслабилась. Вредить любым доступным и известным мне способом нельзя. Защищать нужно. Злиться нельзя, иначе рано или поздно дойду до членовредительства. Все что остается ругаться и пытаться без ущерба для обоих выпутываться из этих на первый взгляд нелепых и комичных ситуаций. Я так больше не могу. Чем дальше тем хуже. Понимаю, что глупо поступаю, настраивая всех союзников против себя любимой, но иначе их держать на расстоянии не получится. Особенно одного вредного и очень необычного демона.
Зевс. Как странно мы столкнулись лбами в первый раз, все еще вводит в недоумение. Ошибиться номером дома. Или был дан не правильный номер специально. Не суть важна. Все еще дрожу от странного и необъяснимого чувства тревоги и вопящую во все горло интуиции об надвигающей опасности. Конечно же, оставаться в стороне не намерена, не смотря на легкий приступ паники и понимая своей бесполезности. Что-то опасное собралось входить через ту дыру, которую я минутой раньше видела. Я уверена, что все неприятности из-за нее, хотя не могу доказать. Вот-вот собралась явить себя миру в роли спасительницы, появившись за спиной Зевса и как следует накричать. По многим причинам. Заодно спасти его тушку, т.к. меня по головке не погладят за его пропажу. А возможно были и другие причины, но признаться самой себе в слабости к кому-то или чему-то отказываюсь! У меня вообще нет таких эмоций как любовь, симпатия, дружба, доверия и вообще любые другие теплые чувства. Я их променяла на ехидство, иммунитет к выкидываемые Сином номера и язвительность. А совесть вообще давно и безнадежно покрылась слоем паутины и пыли. Это как-то не мешает мне сорваться с места и протянуть руку к темному пятну, проходу в реальный мир. Между прочим находящийся как раз в самой крупной и темной тени огромного помещения. Однако вместо того чтоб выйти и задать всем трепки отдернула руки и неверяще уставилась в тень, сверля её взглядом. Мда, не помогло.
Не знаю что меня остановило, но вместо того чтобы таки ворваться в зал к демону, вываливаюсь в соседний коридор. А тут уже бегут две группы из нашего отдела, угрюмые и раздраженные чем-то. Подозревая, что причина находится за дверью в зал с дырой в Изнанку. Мое любопытство приведет когда-то меня прямо в собственную могилку, но пока жива и с через чур наигранным энтузиазмом следую за качками с оружием. Около десяти похожих друг на друга как близнецы перекаченных человечков в полном облачении для охоты на демонов и другую нечисть, при оружии и с кислыми минами, звенят висюльками (ножи, всякие артефакты разового использования и другими "игрушками") и как ураган проносятся мимо мявшихся неподалеку от тяжелой двери ученых. А тут я такая маленькая и незаметная, в гражданской одеждой и без оружия, бегу в припрыжку следом, стараясь быть незаметной. Вот такой компанией ввалились в зал, чтобы в следующие несколько секунд направить все имеющееся оружие на "виновника торжества". А я ничерта не могу увидеть и от этого начинаю сердиться.
[Твою мать за ногу да через голову... Я же имела в виду не только безопасность ученых, но и твою, Зевс!!! Мне за твою мертвую тушку начальство голову оторвет и скажут что так было. И  будут в чем-то правы. Мне что нужно было как маленькому ребенку втолковывать, что ВСЕ ЗДЕСЬ НАХОДЯЩИЕСЯ в тот момент должны быть невредимыми.]
То, что я успела немного разглядеть ввело меня в ступор, каменное изваяние самой себе. Что-то насколько темное и чуждое этому миру пыталось влезть в "маленькую" дыру и так сказать поздороваться со всеми. Струящаяся вокруг магия не самым благоприятным образом влияла на меня, но отмахнувшись от раздражителя по инерции сделала несколько шагов вперед, пробивая себе путь к свободе локтями. Только кто ж меня пустил? Кто-то, цапнул мою руку и оказываясь отпускать, потащил назад. За что заработал хороший пинок по ноге и тихое восклицание с моей стороны. Готовая вот-вот вырваться на передовую и настучать по голове демону и заодно всем здесь стоящим, но в первую очередь "спасителю". Глаза я не отводила от представшей передо мной картины.
Зато несколько выстрелов отрезвили и я с еще большим упорством осла упиралась, что ничуть не помогло. Мои обе руки сцапали и обезоружили, пытаясь без особых усилий избавиться от меня. Такой маленькой, милой, доброй и скромной-скромной. Поэтому когда ты, демон, уходил, а на тебя еще кто-то пытался поднять руку (мысленно делая заметку припомнить стрелявшим все как-нибудь потом), я не выдержала. Избавилась от тяжести в виде знакомого мага несколькими незаконными приемами, отчего тот бедненький свернулся калачиком, баюкая пострадавшую конечность. Руку и обе ноги! Я ж на каблуках была, хи-хи.
- Идиоты! Вы что совсем голову потеряли?! Если с ним... - запнулась немного, осознавая собственную глупость. Впрочем быстро исправилась и сверкая зло глазами продолжила привлекать всеобщее внимание. Зевс смылся, ничего похоже не собираясь объяснять. А я тут понимаешь развлекаю публику, отвлекая от него внимание. И никакой благодарности. Не дождусь.
-...и любым другим ученым, что-нибудь случиться, нам всем головы оторвут. Потому что она нам уже не понадобиться. Так что успокойтесь, бараны...
Дальше не успела продолжить в том же ключе, но меня все поняли. Это хорошо. А последовавшая потасовка со старым знакомым, успевшим придти в себя для продолжения выяснения отношений. Я с влюбленным взглядом и чертяками в глазах, откровенно потешаясь над ним, скакая аки горным козликом вокруг оперативников I отдела и под их громкий смех. Кто-то даже ставки делал и не забывал подшучивать над и так бешенным парнем. Вон как красными пятнами покрылся. Бедняжка. Мне его даже почти жаль. Кхм, почти я сказала. Несколько камушков в чужой огород и вслед за этим подножка помогла горе мышц с впечатляющим шумом упасть на пол. А как размахивал руками, пытаясь удержать утерянное равновесие. Клас.
Мне этого не простили. Кого-то там я зацепила, кого-то по дороге из зала "отодвинула", кого то послала по известному всем адресу. Этим самым я настроила и их то же против себя. Пусть так, чем притворство и обещание вечной дружбы. Вранье. Все. Вокруг. Даже когда кто-то особо впечатлительный почти достал меня, слегка зацепив скулу, я ехидно улыбнулась. Показала всем язык и смылась через любимые тени. Объявилась уже в знакомом ранее кабинете. Возле кресла стоял ученый уже знакомый по фотографии. ему то я и должна была отдать треклятый отчет и новую игрушку, привезенную из Европы. Пропуская мимо ушей колкие замечание и осуждение, безразлично пожала плечами. Хватило полминуты повозиться с собственными маячками в теневом подпространстве, чтобы отыскать и поставить целую кипу бумаг на стол. Следом поставила кубической формы контейнер с множеством рун. От него явственно тянуло магией, что впечатляло. Однако предмет внутри меня не интересовал. Я честно выполнила свою работу.
Ученый отослал меня взмахом руки, пределяя новой игрушке все свое бесценное время. Я осталась не у дел. Для него, человека науки, больше ничего не существовало сейчас. Только он и артефакт. Смешно как-то. ну я и постучала кулаком по столу, привлекая внимание. Многообещающе улыбнулась, отчего он передернул плечами, и похихикивая смылась из кабинета. Этому человечку вместе с десятком бравых солдат, каждого из которых я запомнила специально, отомщу. Чуть позже. Чувствую просто что в ближайшее время будет не до них.

+1

84

Апрель. 2013 год
Утро: роса на зеленой траве. Солнышко пока слабо греет землю, но обещает к полудню жару. Прохладный, довольно сильный ветер гоняет уличную пыль.
Температура воздуха: + 8

[Нет ничего печальнее, судьбы двух влюбленных. Или как там было у Шекспира? Давно читала, не помню. Жалею только об одном сейчас: так и не успела рассмотреть его. В каком он состоянии ушел оттуда? Надеюсь этот паразит выжил. Потому что хотелось бы лично убить.]
Разочаровано вздохнула, памятуя собственные обещания оставить в покое (это касается рукоприкладства и давление на бедный мозг ученого, который после разговора с хорошей мной может не выдержать) всех сотрудников УИЭЭ. Вот только это относилось к руководству университета, в основном. Но вот от временами издевательства над другими сотрудниками не могла отказаться так просто. Иначе все было бы скучно и не интересно. Но в общем-то и в целом ужиться рядом со мной можно. Вон из моего бывшего отряда как-то ж выжили и ничего. Понижение самооценки и падение гордости ниже плинтуса иногда полезно для здоровья. Глаза тем временем успели пробежаться по такой знакомой обстановке кабинета. Деревянный красивый стол со стулом, несколько шкафов возле сплошной стены, современная техника на этом самом столе и куча торчащих из-под стола проводов, осветительные лампы под потолком, ковер на полу, несколько растений вокруг. Все это выполнено в темно-зеленых тонах. В общем, неплохо устроился руководитель I отдела. Совсем не дурно.
А что же я тут могла забыть? Честно признаться, всему виной вчерашняя моя выходка и собственно событие года - прорыв дыры неизвестным. Были кажись даже предположения, что все это затеял сам демон-ученый, но этот вариант обсуждался только очень тихо и неуверенно. Никто из них не любит демонов, а тут один яркий их представитель работает на УИЭЭ. Я сюда ж явилась всего пару минут назад. Только собралась сбежать от злых воплей и криков аки раненных бегемотих (гы, если кто еще не догадался, то это вчерашние знакомцы, которым так обещала отомстить, а мокрый и заледенелый пол по всему коридору в спальном корпусе отлично для этого подходил) как меня изловили и, по-доброму улыбаясь, подтолкнули в кабинет начальства. Вот и стою тут, разглядываю и гипнотизирую пол под ногами, стараясь не смотреть на сидящего за единственным столом и стульчиком мужчину. Мне не предлагали сесть, вот и приходиться стоять. Может он надеялся, что я покаялась в содеянном и готова перед всеми извиниться? Простите, господин начальник, но этого не будет. Видать он догадался о ходе моих мыслей, не видя раскаянья ни в одном глазу. Вон как мученически вздохнул и закатил глаза к потолку.
- Раз такое дело, то думаю тебе не нужно говорить о причинах твоего тут появления. - начал вещать несомненно долгую речь мужчина. Голос был кстати очень даже командный, такого попробуй не послушай. А я ж послушная такая заискивающе разглядываю туфельки и, словно болванчик киваю головой, подтверждая сказанное им каждое слово.
- Но кроме произошедшего вчера среди белого дня происшествия, есть ряд других причин. А главная из них - Зевс Морто, как записано в его досье, что совсем не значит что это правда. Это будет твое первое задание со времени возвращения в ряды оперативников I отдела. Исходя из отчетов о вчерашнем инциденте, я решил дать тебе именно эту работу. Какую? - читая меня как раскрытую книгу и предотвращая вопрос, вертящийся у меня на остром язычку. Но я промолчала, просто кивнув головой, но по моему вытянувшемуся от удивления и интереса лицу он мог видеть как я горю желанием расспросить подробности предстоящего задания. Не стал мучить, продолжил.
- Я хочу чтобы ты в меру своих сил присмотрела за этим парнем, Зевсом. Или можешь называть Велем. Никто не просит тебя постоянно околачиваться рядом с ним. Просто при любой возможно встречи присматривать и, если потребует ситуация, защитить. А так как я имею все основания полагать, что в ближайшем будущем вы будете встречаться чаще... Откуда я знаю не скажу. Пусть будет маленьким сюрпризом. - и так загадочно улыбнулся, что мне в срочном порядке захотелось выйти на улице и начать сбор информации. Очень хотелось узнать о чем толкует умный дяденька начальник, убедиться в правдивости или лживости слов. Не люблю сюрпризы. Мое вытянутое от удивления лицо и немного круглее обычного глаза оставили хорошее впечатление на босса. Он просто покивал головой, словно уже решил что-то и просто обдумывал что мне можно сказать, а что лучше оставить при себе. А я только безучастно уставилась на лежащую кипу бумаг на его столе и начинала разрабатывать план по сбору информации и продумывать разные варианты последующих за этим события. Какими неприятностями грозят новые встречи с Зевсом? Сглатываю комок в горле и тяжело вздыхаю. У меня же нет выбора. И словно этого решения от меня только и ждали, потому что ввод в курс дела продолжился.
- А в этом тебе еще больше поможет маленькое задание. - на край стола, откуда я могла бы достать рукой, была подсунута папка с досье на девушку. Незнакомую мне. Хмуро смотрю на папку, приоткрыв только первую страницу. там вообще скупо досье, надо отметить. Мне досталось информации по минимуму, а значит опять самостоятельно искать и вытаскивать клещами из информаторов и других людей. Но я отвлеклась, а начальник отдела тем временем продолжал вещать.
- Тебе предстоит присмотреться к этой девушке повнимательнее. По возможности собрать как можно больше информации о ней и её прошлом. Что такого она сделала чтобы привлечь внимание к своей персоне. Собирай любую информацию. На этом все.
Подозрительно быстро закруглился на этой ноте и оставил меня переваривать полученную информацию. Правда выставив перед этим за дверь. Некоторые детали из прошлого неизвестной мне девушки и её таинственную связь с УИЭЭ он решил упустить и утаить. Очередной сюрприз, что ли? Я молча просмотрела все досье с доступной информацией и прочитала рекомендации. Межу прочим от них у меня глаза на лоб полезли. Мне предстояло устроится на работу в органах правопорядка. А именно - полиции. Деваться правда некуда и с обреченным стоном направила свои стопы в комнату, где приоделась по этому случаю. Несколько длинных коридоров и я на улице. Операция "незнайка" началась.
Дурацкое название!!!
Центральное полицейское управление

+2

85

Май. 2013 год.
• утро: роса на зеленой траве. Солнышко пока слабо греет землю, но обещает к полудню очень жаркую и душную погоду. Безветренно и безоблачно.
Температура воздуха: + 13
___________

Айя, глубоко вздохнув, размеренными шагами возвращалась к уже давно знакомому кабинету. Из под двери, сквозь щели, сочился ослепительно яркий белый свет: казалось, что по ту сторону находился вовсе не кабинет тестирования и сдачи крови, а нечто вроде врат в Рай. Ты заходишь, тебя осматривают и решают, куда тебя следует отправить. Вниз, дабы бесконечность твоя длилась в языках пламени, с сопровождающими тебя чёртиками, пляшущими на твоих костях, или же вверх, где ты будешь валяться на голых девственницах и кушать виноград. В прочем, Айя всегда сомневалась в существовании как Ада и Рая, так и в существовании Дьявола. Насчёт Бога у неё были немного иные мысли. Девушка полагала, что Бог - единственная реальная сущность из всей мифической, на её взгляд, свиты, окружающей миллионы, миллионы, миллионы частиц во вселенной. Представляла Айя Бога следующим образом: мужчина, у коего есть всё, но которому от этого, тем не менее, скучно. И он решает злостно шутить над созданными по своему подобию существами: подбрасывает им неудачи, или наоборот - взбрасывает на их плечи большую ответственность. В голове сразу возникает ассоциация с брошенным в реку котёнком и хозяином, который с лукавой улыбкой наблюдает за барахтающимся в воде существом. Выплывет или нет? Какой риск, но какой зато азарт! И ведь максимальная расплата за этот риск - смерть брошенного на произвол судьбы существа. Ну и что?, - подумает хозяин. У меня таких ещё целый вагон! Кончится вагон - я смогу приобрести и развести в разы больше!, - разница лишь в том, что Богу не нужен труд, дабы создавать таких существ. Щелчком пальцев, нет, одной лишь мыслью он способен раздвигать моря. Но какой смысл высшему разуму издеваться над низшими, относительно него, тварями?
Айя постучалась в дверь. Не прошло и секунды, как изнутри послышался голос весёлой врачихи:
- Да-да, входите!, - Кларисса часто присматривала за "сестрой" Айи, да и во время тестирования между ними часто проскальзывали личные беседы. Она была одним из немногих, кому Айя хоть немного, но всё же доверяла. От её уколов, во всяком случае, я пока не умирала.
Поворачивая ручку и приоткрывая дверь, девушка засовывает внутрь голову. Яркий свет на секунду ослепил её, но спустя мгновение та смогла восстановить отчётливость окружающего. Чуть щурясь, Айя подмигнула врачихе и закрыла за собой дверь. Несколько шагов вперёд и дистанция между ними сокращается до полтора-двух метров. Обстановочка, как обычно, была максимально невзрачной. Белые стены, серые столы, небрежно раскиданные на рабочей их зоне синие ручки и, само собой, находящаяся в идеальном состоянии медицинская аппаратура и лекарства, аккуратно разложенные по полочкам. Размерами кабинет похвастаться был не в состоянии, но кому было до этого дело? Слишком большие помещения, где чётко можно унюхать запах медицины, ассоциировались у Айи с дуркой, то бишь с палатами сумасшедшего дома.
- Клэр, сделаем это по-быстрому, хорошо?, - собственная речь ей показалась довольно странной и, если быть откровенным, даже немного извращённой. Застенчивая Клэр же, к счастью, была женщиной неиспорченной, а посему подводных камней в её фразе искать не стала. Врачиха, мило улыбаясь, подошла к пациентке и, усадив её в кресло, взяла тёплыми ладонями за холодное запястье. Её нежные пальцы рисовали невидимые тонкие линии вдоль вен, что в какой-то степени было приятным.
- Предыдущие анализы показали отличные результаты, Айя. Если в этот раз всё пройдет гладко, то от сдачи крови мы наконец сможем целиком и полностью отказаться. Тебе не придётся больше каждую неделю терпеть уколы, - девушка вздохнула, решая промолчать. Хорошо, если так. Я вообще не потерплю, чтобы в меня что-то втыкали. Проклятье, да что со мной такое сегодня?, - цокает языком. В ту же секунду в руке возникло странное жгучее ощущение. Кажется, процесс пошел. Открывать глаза ей совершенно не хотелось, а посему было проще просто уйти в собственные мысли. И так, о чём же думала Айя, прежде чем войти сюда? Ах да, точно. Она рассуждала о Боге. Зачем Высшему издеваться над низшим?, - такова была её последняя мысль. Но что, если не всё так просто? Что, если Бог просто устал? Он создал всё на этом свете, существование его неисчеслимо в цифрах. Создав существо по собственному подобию, он, возможно, подбрасывает все эти неудачи людям в надежде, что они, подобно Богу, смогут их преодолеть безо всяких трудностей? А что, если он заложил в жизни людей какой-то иной смысл, нечто скрытое, какую-то миссию, связанную как раз с этим самым "подобием"? Что, если Бог просто ждёт, пока кто-то это наконец поймет и сможет достичь уровня Бога? Может, Бог просто хочет, чтобы кто-то смог сменить его и позволить ему уйти на покой? Всё это лишь догадки, но зато какие! Иногда я поражаюсь гениальности собственной фантазии, - мысленно похвалила себя Айя,- А что, если это и есть смысл жизни? Люди терзают себя вопросами, пытаясь понять, в чём он заключается. А я, кажется, поняла! Смысл жизни - оправдать надежды Господа, то есть дос..
- Ай, Клэр! Почему ты так резко вытащила иглу!?, - сбившись с мыслей, Айя схватилась за руку. Злобные глаза её со сдвинутыми на переносице бровями посмотрели на врачиху. Та лишь улыбнулась, но прощения всё-таки попросила.
- Ты можешь идти. Не стоит себя задерживать, Айя. Ты, кажется, собиралась на какую-то важную встречу, разве нет?
- Пф, а. Встреча эта. Нет никакой встречи. Настроение моё в последнее время особенно сильно подходит под слово "дерьмо". Всё настолько уныло, что даже музыку слушать не хочется. Единственное моё желание - забить на всё и уехать далеко-далеко, угнав чей-нибудь мускул-кар.
- Правильней было бы сказать Масл Кар, Айя.
- Какая разница!?, - провела девушка ладонью по лицу, тихо вздыхая, - У меня болит голова и я собираюсь пойти поспать. Нужно много сил, чтобы разобраться во всём и навести порядок в душе. В таком состоянии я не сумею оправдать надежд Творца.
- Каких надежд? Какого такого "Творца"?
- Никаких. Пока, Клэр!, - помахала рукой и выбежала из кабинета девушка, хлопнув за собой дверью. Провожая ту удивлённым взглядом, врачиха медленно кладет шприц на стол.
- Странная она какая-то сегодня...
От кабинета Айя сразу же направилась к выходу. Мысль про "поспать" куда-то улетучилась, оставляя в голове лишь призрачное желание побродить по городу. Этим она, пожалуй, и займется.
Кто знает, что из этого выйдет? Может, я наконец наткнусь на что-нибудь весёленькое?
-----> Европейская часть города (Точная локация неизвестна).

0

86

Начало игры.
Июнь. 2013 год.
утро: роса на зеленой траве. Солнышко пока слабо греет землю, но обещает к полудню очень жаркую и душную погоду. Безветренно и безоблачно.
Температура воздуха: + 13

___________

- Я тут про Елену Троянскую читала.
- Да.
- Страшная была потаскушка, знаешь.
- Да?
- Ага. И всякие геройские подвиги ради нее совершали,- поджатые губки, сахарные щечки с двумя ямками. – Вот бы мне так.
Голос с ноткой обиды, волосы, собранные в высокий хвост. Под глазами темные круги, помада в трещинках губ.
- Я, конечно, не говорю, что хочу, чтобы из-за меня померло столько народу, но, знаешь, как-то приятно нам, женщинам, когда вот так, просто, можно обронить в разговоре: «Ах, этот Берти. Бедняга пустил себе пулю в лоб, отчаявшись заслужить мою любовь. Славный был малый». Шикарно звучит, а?
- Да-а.
Ночь, проведенная под мерное жужжание машин. Отсветы экранов, которые, казалось, до сих пор плясали в глубине сетчатки глаз. Смена – с одиннадцати ночи и до шести утра, семь часов, наполненные кофе, шелестом страниц и десятком окурков, утопленных в баночке из-под йогурта. Романтика бессонных ночей, огненный шар светила, стыдливо заглядывающий к ним меж неплотно прикрытых строчек жалюзи.
- А ты веришь во все это?
- М? О чем ты?
- Ну, наши исследования,- задумчивый взгляд, слегка приподнятая бровь. Пластиковый стаканчик с буро-серой жидкостью, подвижным кольцом плескающейся на дне. – Ты-то уж должен знать, что к чему.
- Да.
- Что?
- Верю.
И как тут не поверишь. Бог давно закрыл глаза на своих глупых несмышленых детей, раз позволял такому происходить средь бела дня. Необъяснимые события, странные явления. Если теперь утверждать, что ночь – это смерть, а солнце встает на западе, то того и гляди, что следующим утром восточная часть небосклона будет дольше всех тонуть в глухих предрасственых сумерках. Там, где пасует наука. Там, где здравый смысл оказывается сброшенными со своего коня простых логических объяснений. Кутерьма всего, мешанина всякого знания. Технология, настолько сложная и совершенная, что простой факт ее существования – нелепейший нонсенс. Ерунда. Россказни выживших из ума стариков. Но что, если это не так?
Научный перевертыш, революция, запаянная в жестяную банку. Как не поверить, когда сталкиваешься с этим ежедневно? Как сохранить веру в то, что сумма углов треугольника равна ста восьмидесяти градусам, если на твоих глазах разрывают всякую общепринятую аксиому? Идеальное знание кануло в Лету. Нет неопровержимых истин, нет точки опоры.
На всякое «да» теперь есть уйма «может». Может быть, мы – единственная разумная форма жизни во Вселенной. Может быть, всякое бытие заканчивается смертью. Может быть, чудес не бывает – всякое чудо есть результат комбинации хаотично произошедших совпадений, которые в данном конкретно взятом случае привели к иллюзорно воспринимаемому подобию волшебства.
Но так ли это? Может, может.
«Наши исследования». А что мы исследуем?
Необъяснимое, странное, хаотичное. Вечно меняющееся, не поддающееся классификации. Полное, алогичное, стирающее все грани нормального. Мы это исследуем?
Она, эта масса знаний, неопровержима и подлинна. Неопровержима, потому что ненаучна. А ненаучна, значит и не познаваема.
В кои-то веки инстинкт начал играть первую скрипку. То, чему тебя обучали, то, что ты принимал, как должное, то, что было ориентиром в великом океане непознанного – где оно сейчас? Ничего не осталось, и мы тому подтверждение.
Наблюдаем, делаем записи, приводим примеры и аналогии. Этому место здесь, другому – там. Собрать все, что удалось наблюдать в прошлом, чтобы поместить в компьютер и навесить на него ярлык. Это – уже изученное, очередная песчинка в бескрайне пустыне явлений. Но сколько она протянет? Долго ли ей быть абсолютной?
День, два. Может месяц. Год, два, три.
А потом хлынет буря, великая, страшная буря. Пустыня превратится в пылающий подвижный ад, огромные пласты земли, тысячелетиями погребенные в глубине скалистых ущелий, поднимутся к небесам и превратят ночь в день. Небо обратится в пепел, и грянет дождь из огня. Что станется с твоей песчинкой? Сможешь отыскать ее, когда на землю обрушатся миллиарды тонн воды, и раскаленную равнину, от горизонта до горизонта, затопят мутные, кружащие потоки? Смрад, и грязь, и трупы, с пирующими на них червями. Найди ее, попробуй. Посмотри, как надежды твои обращаются в прах, как тонет мечта, укутанная липким тлетворным илом.
Все еще веришь?
Но… Когда пасует наука, разве остается что-либо еще, кроме веры?
Прибежище хилых, прибежище слабых.
- Конечно верю.
Вздох, взгляд, обращенный куда-то вдаль.
- Ну, понятно,- девушка сверяется с информационной панелью, делает кое-какие заметки в табели. Коротко постриженные ногти на руках, рукава халата, завернутые до локтей. Сама безмятежность. Спокойствие. Профессионализм. – Ты пойдешь на ту лекцию?
- В Тодай?
- В Тодай.
- Да, может. Она ведь вечером?
- Да-а. Тебе, думаю, понравится. Я пару раз была у этого лектора. Читает интересно, правда по-французски. У тебя с этим как?
- Что-нибудь пойму.
Собирает вещи, прибирается на столе. Мусор в корзину, документы на печать, а потом в архив. Данные занесены, время проставлено. Рутинная работа, рутинные дела.
- Ну, я пойду.
- Ага. Расскажешь потом, если сходишь на лекцию.
- Ладно.

-------> Токийский Университет Тодай.

0

87

Июль. 2013 год.
• день: поднялся сухой горячий ветер. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. Вокруг все зелено - трава, листья, цветы. На солнце невыносимо находится - слишком жарко.
Температура воздуха: + 34
< Дом, милый дом, кажется

Что конкретно дернуло метаморфа наведаться на работу, точно даже неизвестно. Наверное, его внезапный интерес к параметру «время», который связан с пространством напрямую. Ранее, он не засчитывал данную переменную, изучая грань между мирами, а сейчас… кое-что узнав, сменил направление в своих исследованиях. Естественно, рабочая среда удобнее для дела с данными «онлайн».
За последние несколько месяцев демон окончательно ужился с третьим отделом, а от первого совсем отгородился. Дела со вторым отделом обстояли крайне… интересно, учитывая, кто его глава на данный момент. Теперь путь к некоторым проектам открыт, хоть и не является чем-то очень уж важным. – Интересно, когда в Изнанке потеряют терпение? – Мимолетная мысль при виде коридора в зал с дырой на другую сторону мира. Каждый раз Зевс прогуливался до своего кабинета длинными путями, забредая и туда, куда ему совсем не нужно. Коридоры, помещения, люди, закрытые двери и где-то даже музыка, помогающая работе мысли или расслабляющая.
А вот и одна из лабораторий, в которой проводятся самые разные исследования. Большое помещение, разделенное стенами мощной техники.  - О, Зевс-Зевс! – окликнул молодой парень, Роберт, местный специалист по демонам. Метаморф остановился у полки с образцами живых тканей и обернулся к молодому ученому, похожего больше на мальчишку, чем на взрослого двадцати двухлетнего человека. – Взгляни на это! – Роберт поднёс к глазам Зевса прозрачный закрытый сосуд с темной жижей, но не дал в руки.
- И что это? – То, что метаморф увидел, ни о чем ему не сказало. – Что ты от меня хочешь? – рассмеялся, скривив губы в издевательской усмешке и поворачиваясь, чтобы уйти.
- Это то, во что превратилась кровь одного из подопытных, когда в неё добавили сильнейший яд. Она такая уже несколько дней. – Похоже, до парнишки не дошло, в чем дело. – Адаптация?
- Нет, конечно. Это обычная химическая реакция. Выбрось это. И займись своими делами, Роб, а не страдай всякой херней! – огрызнулся Зевс, без злобы, нейтрально. Ответа ждать не стал и пошёл дальше, в другой конец зала, по пути скользя взглядом по надписям вокруг и цифрам на вычислительных машинах, работающих над неизвестными демону задачами. Больше никто не пристал. Правильно, давно усекли, что у них в отделе малость нервное существо живёт, порой бурно реагирующее на безобидные разговоры…

…Родной кабинет! С некоторых пор здесь царит бардак из бумаг и коробок на полу, столе, стульях. Всё это различные документы, части из которых здесь быть не должно. Только никому нет дела, зачем метаморф устроил в своих «покоях» целую библиотеку из ненужного материала для работы.
Зевс упал в кресло и схватил несколько листов со стола, пробежавшись глазами по тексту одного, другого. Он уже это видел. Сотни раз. Но в голову пока так и не пришло решение, как совладать с безумной геометрией пространства данного здания. Здесь полно потайных комнат, в которые могут попасть разве что избранные или слишком удачливые! Вентиляция – загадка. Здесь всё заверчено на магии. Странной магии, сплетенной воедино с научными достижениями… наверное. Жаль, сюда невозможно привести Высшего, иначе засекут. Зарго бы в раз разобрался, а со слов – мало толка. В принципе, времени ещё валом, чтобы успеть разобраться в межпространственной теории и так далее и тому подобное. – Вот черт! А это ведь идея! – Вскочил, оставив в покое документацию по УИЭЭ, и кинулся к прозрачной доске, взметнув волну воздуха полой халата ученого. Схватил маркер и сделал набросок уже знакомой формулы, но исключив из неё часть констант. Если сделать все законы мироздания относительными, что в принципе так и есть, то результат будет отличаться. Возможно, именно здесь загвоздка: законы двух миров «за гранью» разнятся на определенный критический процент, всё портящий! На этом мысль оборвалась, не найдя для продолжения подпитки.
Метаморф разжал пальцы, маркер повис на веревке, закрепленной на верхнем углу доски. Щелкнул пальцами, пытаясь вспомнить, чего же хотел добиться. Бессмысленно. – Случается… - вяло подумал демон, отошел и включил на компьютере музыку. Классика. Спокойная мелодия, чистая. Должна помочь разобрать бардак хотя бы в голове. Сел на край офисного кресла и извлёк из карманов шорт пачку сигарет, зажигалку. Положил всё это на стол, неторопливо вытащил одну сигарету и поднёс ко рту. Взгляд упал на зажигалку. – Импульс? Дополнительная энергия то есть. – Снова, кажется, озарение. Спешно закурил и с зажатой в зубах сигаретой метнулся к доске, продолжая начатое выражение с такой скоростью, будто вместо мозга в голове работает и трудится на максимуме возможностей компьютер. Казалось, он даже не думает, что пишет, небрежно выводя математические символы и приписывая к ним совсем уж непонятные знаки обычному человеку! Определенно, несколько дней в гостях у Высшего кое-чем помогли. Всё-таки, совмещать научное и мистическое знания – верх неприличия, но это ещё и верх мастерства в оперировании всеми имеющимися данными для достижения цели.
Безумный гений, а? – это Алькано, решивший немного отвлечься от симбиоза в решении умной задачки. – Зачастую метаморфы безумны. А гении или нет – второе дело. Не отвлекайся, Аль. – Через несколько минут половина доски под длинным выражением, которое ещё и не закончено к тому же. Снова ступор мысли. Или же ошибка в более ранних расчетах. Не состыкуется всё как-то и выглядит топорно. – Не хватает ресурсов, не хватает, - позволил мысленное нытьё себе, запустив пятерню в волосы и проведя ею до затылка.
Растрепанный. Желтоглазый. В облаке дыма от сигареты. В халате. Ещё очков не хватает для полного набора чокнутого «ученого-нелюдя». Ах да, посреди бардака из кип бумаг и нескольких артефактов в разобранном виде (детально).
Картина, близкая к сюрреализму для тех, кто совсем не знает демона. Творческий подход к делам требует творческой обстановки в качестве разбросанных предметов. Иногда взгляд цепляется за что-то, а в голову приходят идеи, которые бы постеснялись заглянуть в гости в стерильной чистоте или бледном и скучном интерьере.
- Вау! – это было громко. Смотрел на доску, смотрел… и что-то нашёл, с небольшой скоростью продолжив выводить решение. – А я знаю, что будет… И никто не забудет… - непонятно к чему вырвались слова в отрывочном мотивчике. Похоже, помимо математических задач мозг Зевса пытается выдать и песню в порыве вдохновения. И впридачу сигарета удержалась во рту, не выпав. Уметь надо.
Хм. – Прервался, сделав шаг назад. Глянул на дверь, проигнорировав тот фак, что кое-кто сюда направляется. Нельзя отвлекаться. Нужная мысль так близко! – И далеко… - мотнул головой, сложив руки на груди и разглядывая ещё незаконченный «шедевр». – Атомы… Электроны. Ну да. Энергия. Так… И в чем проблема? – Запутался, вконец сбившись с пойманной волны. Но по-прежнему пытался вернуться к решению, сверля взглядом несчастную доску, словно она способна ему помочь! Даже забыл о… гостье, которая вот-вот откроет незапертую лишь для неё дверь.

+1

88

Июль 2013 года. День.
Поднялся сухой горячий ветер. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. Вокруг все зелено - трава, листья, цветы. На солнце невыносимо находиться - слишком жарко.
Температура воздуха: + 34
Библиотека----->

Время. Время, которое Зоуи надеялась занять беседой с Широнау, необходимо было как-то убить. В итоге чуть больше часа потрачено на обед в центре, в любимом ресторанчике, балующем своих гостей волшебством загадочной индийской кухни. А дальше – поездки по личным делам и возвращение в научный центр.
Минут сорок уже она, погруженная в размышления, подперев склоненную голову руками, сидела за столом в мягком нуарном сумраке своего кабинета. Основное освещение выключено, только из-под наглухо закрытых жалюзи на окнах за спиной струится, расползаясь по темно-серым стенам и черному полу, свет, столь густой и бледный, что природное происхождение его источника вызывает сомнение. Мысли, как пузырьки воздуха в глицерине, – медлительны, неспешны, пусты и бесплодны – лопаются и исчезают в небытии, едва достигнув поверхности сознания. Сразу несколько дел требуют ее внимания одновременно. Но сейчас все просто валится из рук, и решать что-либо нет ни желания, ни сил. Да еще и это… От одной только мысли кровь начинает стучать в висках, а Зоуи бросает то в жар, то в холод. – Нет, ну как, черт возьми? Как? КАК?! – Беспомощность. Недоумение. Выразились в судорожном вздохе. Настроения, мягко говоря, нет. Ни плохого, ни хорошего. Никакого. И теперь, когда изображать невинность уже не перед кем, маска приветливой доброжелательности сползла с бледного лица, обнажая скрашенное презрительным изгибом губ искреннее равнодушие ко всему миру.
Встрепенувшись и подхватив со стола небольшой, вскрытый уже конверт с логотипом одной из частных клиник, женщина откинулась на спинку кресла. Вытащила несколько сложенных вдвое плотных листов и снова пробежалась по ним взглядом. И еще раз... И еще. Строки букв. Столбики цифр. Проценты. Нормы. Чуть сощурившись, она что-то быстро прикинула в уме, и щеки, и без того бледные, вдруг окончательно утратили всякий цвет, а пальцы крепко сжались, смяв краешек бумаги. Будущая весна, еще недавно казавшаяся такой бесконечно далекой, вдруг стала неотвратимо близка. Зоуи еще не понимала, рада она или нет, но уже была напугана. Стало по-настоящему страшно, когда она внезапно осознала, какой мир, какое будущее может ожидать его… или ее. Это нормальная реакция. Говорят, счастье в неведении? Наверное, обладай женщина чуть меньшими знаниями об истинной стороне жизни, о настоящем положении шаткого равновесия мира, ее радость была бы незамутненной. Но не теперь.
Еще минут пять было потрачено на бесцельное созерцание собственной размытой тени в темном мониторе компьютера, но и в этот раз она сдалась. – Сначала дела. Или..? Нет, сначала дела.
Сунув результаты теста в кармашек халата, Зоуи вытащила из сумки еще один конверт и небольшой пузырек с жидкостью. Если бы не цвет ее, темно-синий, почти сапфировый, вещицу вполне можно было бы принять за флакончик с духами. В конверте оказалось два приглашения на июльскую конференцию в Женеве. – Трансплантология?! – в недоумении воскликнула девушка, обратив внимание на тематику события. – И как я это объясню? – Определенно, неожиданность. – Ох... ладно, к черту. Кто станет спрашивать?..
Схватила пузырек с зельем и, выдернув пробку, пролила несколько капель на обратную сторону одного из приглашений, того, что было с загнутым едва заметно уголком. Темная жидкость тут же впиталась, не оставляя и следа на плотной белой бумаге, кроме… нескольких строк невидимого до этого текста. – Лодж Парк. Суббота. Шесть вечера. Хм… Интересный выбор. Лето – не время для катания на лыжах. И сколько… – Она не успела додумать, когда вступившее в реакцию с чернилами зелье вдруг подожгло клочок бумаги в ее руке. Зоуи разжала пальцы, и ненужное для нее одной второе приглашение на съезд трансплантологов упало на стол и сгорело без следа. Даже пепла не осталось. – Конспираторы хреновы, – выругалась она, разглядывая кончики пальцев. Ожогов не было, только тонким ароматом мятной зелени еще тянуло от кожи.
По поверхности стола разлилась нервная вибрация коммуникатора, отвлекая женщину от не рабочих, ну, или не совсем рабочих мыслей.
Да, – ответила она довольно резко. Лицо Зоуи вмиг помрачнело. – Готовь. Я сейчас буду.
Отбой. Не увиливая более от своих прямых обязанностей, она запихнула все подозрительные предметы обратно в сумку, вскочила с кресла и побежала прочь из кабинета. Уже только в коридоре заметила, что бумаги из клиники остались при ней, но возвращаться было и лень, и некогда…

Стоп. Верни на вторую.
Озадаченно вскинув левую бровь и чуть склонив голову на бок, Зоуи смотрела на широкий экран, встроенный в стену.
Тай, покажи вторую стадию.
Стадия два, – раздался мягкий, но с явными электронными нотками женский голос своего рода искусственного интеллекта, управляющего многими процессами в лабораториях второго отдела.
Изображение сменилось. За последние полчаса эта запись просматривалась Зоуи уже в пятый раз. На первый взгляд все было в норме, но что-то… что-то не давало покоя.
Промотай вперед, Тай… Останови. – Она пару раз моргнула, словно прогоняя наваждение, и подошла чуть ближе. – Видишь? – обратилась уже к мужчине, все это время стоявшему рядом. – В левой доле, затемнение. Раньше оно было?
Девушка обернулась, взглянув на своего напарника в тайных экспериментах. Он выглядел растрепанным и утомленным. Толстые линзы очков делают его взгляд совершенно отсутствующим, а тени усталости под глазами – еще более четкими.
Нет. Не было, – разочарованно ответил он, приглядевшись к темному пятнышку. – Она начинает уставать. Организм сдает, перестает сопротивляться. – Снял очки, отложив их на стол, и потер переносицу. – Последние ночи она не может уснуть сама. Думаю, может, начать «ви-эйч». В небольших дозах, – тут же оговорился он, увидев реакцию своей коллеги, – он почти не вызывает привыкания.
Нет, – отрезала Зоуи. Она даже слушать не хотела дальше. – Мы не сажаем детей на наркоту, пусть и волшебную, чудодейственную, но опасную. Больше… не сажаем. Запомни. Она и так долго не протянет на одной только магии. Рано или поздно…
Мужчина закивал, не позволив ей закончить. Во многом он был согласен с теми принципами, которыми руководствовалась новая глава отдела. Многие были согласны. Но многие и считали это непрактичным, а временами и подозрительным.
Она нужна мне! – после недолгого молчания вдруг, будто защищаясь, воскликнула женщина, всплеснув руками, и в голосе ее зазвенело отчаяние. – Но не такой ценой. – Бессилие. Смирение. Зоуи смотрела на своего специалиста-иммунолога так, словно тот был в силах ей чем-то помочь. Но это лишь иллюзия. – Одна жизнь против сотни… – неприятно усмехнулась. – Где кончается наука, и начинается убийство, Уилл?.. Я не знаю.
Повисла тишина, неприятная, тяжелая.
У тебя… – Вздох. – Всегда остается выбор.
Взгляд уставших серых глаз был красноречив, но больше мужчина ничего не сказал. Принять решение за нее он не вправе, а его мнение относительно того, чем занимается группа, Зоуи прекрасно знает.
Мне нужно идти. До вечера.
Ага, – вяло откликнулся Уилл, уже нацепив очки. И, вновь возвращаясь к своей работе, отдал команду Тай: – «Си-эс-ноль-один» дробь сорок восемь-пятьдесят девять. Запись четырнадцатая. В архив…
Больше ничего не говоря, забрав со стола папки, не имеющие отношения к этому делу, женщина направилась к выходу – части стены, по текстуре и плотности напоминающей густой сироп… ядовито зеленого цвета.
…Уровень доступа – семь.
Тай зашифровала результаты очередного опыта и упрятала их в архив. А Зоуи, шагнув за «порог», оказалась в ярко освещенном коридоре. Ни двери за ее спиной, ни каких-то опознавательных знаков – сплошная, сияющая белизной пустота. Больше ничто не мешало девушке вернуться волнующему ее вопросу, а именно – к визиту… по личному делу.
Через несколько минут блуждания по магическим переходам вывернутого наизнанку пространства здания, она оказалась в нужном месте. Да, Зоуи нечастый гость во владениях третьего отдела, поэтому казусы с кодами иногда случаются. Порой – смешные, а порой и не очень.
И что ему сказать? Спросить, как дела? Или сразу, в лоб: «А знаешь, милый, тут такое дело…» Господи!.. Или… Может, подождать? – Плохая идея. Зная ее, с уверенностью можно утверждать, что в этом случае метаморф все узнает, когда… сам все и увидит.
Оставив за спиной несколько поворотов и добрую часть коридора (длиннее пути и не придумать), она остановилась перед нужной дверью, тут же решительно протянув руку, чтобы постучать и передумав в последний момент. – Ага… Щас! – Можно подумать, он ее за милю не «учуял».
Так и вошла, замерев на пороге, в первый момент не совсем понимая, куда попала. Ах, ну точно! В мерном движении завитков сизого дыма, струящегося к потолку в ленивом такте классической музыки, нашлась знакомая фигура. Медленно закрыв дверь, девушка прислонилась к ней спиной. Вид у нее был, как у Алисы в первый ее визит в Зазеркалье, и адекватность гостьи начинала вызывать сомнение. Можно подумать, что это атмосфера упорядоченного хаоса, царившая в кабинете ученого, и его собственный взъерошенный вид так подействовали. Нет. Ко многому Зоуи здесь привыкла, и к этому тоже. Но решимость, путеводной звездой ведущая ее от самой лаборатории, вдруг с шипением сдулась, как дырявый шарик, стоило взглянуть в глаза Зевса.
Ну, знакомься, это твой папочка. Он немного странный и иногда выходит из себя, но любить его можно… иногда.
Зоуи натянуто улыбнулась и тут же закашлялась, когда от сигаретного дыма нещадно начало першить в горле.
Я на минутку, – наконец сдавленно изрекла она и, тут же опровергая своим поступком предыдущее заявление, прошествовала вглубь кабинета, как ни в чем не бывало устроившись за столом метаморфа и не глядя сложив свои папки поверх каких-то его бумаг. – Ты занят? – Бросила ничего не значащий взгляд на исписанную доску. – Извини, не хотела мешать. – Она, и правда, не хотела отвлекать от работы, хотя выглядит все так, словно девушка пришла просто так – посидеть, поболтать ни о чем. Будто дел важных нет. Но откладывать разговор просто нет сил. Да и с ума можно сойти от такой тайны.
Послезавтра я уезжаю. В Женеву. На конференцию, – продолжила она и поджала губы, вновь мысленно содрогнувшись от несуразности своего путешествия. Об этом тоже нужно было сказать, хоть и не была будущая поездка основной целью этого визита, – лишь поводом немного отстрочить неизбежное признание. – Меня не будет около недели. Не знаю. Возможно, и дольше. Надеюсь, с отелем мне в этот раз повезет больше, – последнее с явной иронией. – Вот. Наверное, это все… или не все, – недовольно скривившись, спасовала в последний момент, когда отговорки для нерешительности кончились.
Зоуи тяжело вздохнула, потеребила уголок папки, продлевая натянутое молчание, и вдруг заговорила, казалось бы, совершенно не в тему:
Так хочется быть хорошей для всех. Принять такое решение, чтобы не осталось никаких «но». – Найденная на столе метаморфа ручка стала очередной жертвой в пальцах, которым просто необходимо было чем-то заняться. Это не в привычке Зоуи – жаловаться Велю на свою работу. Жаловаться – вообще не в ее привычке. Сейчас это нечто совсем иное. – Ты… так легко забираешь человеческие жизни, но борешься со Смертью до последнего вдоха того, кто лежит на твоем операционном столе. Как? Как у тебя это получается? – Подняла на Зевса непонимающий взгляд. Она не ждала, что он ответит. Вообще ничего не ждала. Зоуи напугана. Напугана тем, что сейчас от ее решений, от ее поступков будет зависеть не только собственная жизнь, но и судьба еще не рожденного, но уже живого и имеющего право на будущее малыша. – Чем больше я думаю, – она снова отвела взгляд, невидяще и растерянно уставившись на стол, – тем больше запутываюсь… А когда в моих руках будет жизнь, цены которой нет… смогу ли я сделать верный выбор?..
Нет. Нет ответов. Она зло отшвырнула ручку, прямым попаданием едва не сбив с края стола какой-то несуразный предмет. – Зачем я говорю ему все это? – Действительно, зачем? Ни слова, ни поступки не изменят самого главного.
Вель… – Судорожный вздох. Слова не дались, застряли в горле, и голос предательски дрогнул, как всегда, когда должен быть тверд и уверен. Зоуи осторожно поправила выбившиеся из-под обложки верхней папки листы и положила руки сверху, уставившись на сцепленные в замок пальцы. – Я жду ребенка, – сказано было так тихо, словно она сама в это до сих пор не верила. Сердце подпрыгнуло и упало – кажется, разбилось вдребезги и наконец перестало стучать в груди, как заведенное. Одновременно завершилась очередная фортепианная партия, и кабинет Зевса погрузился в тишину. Девушка даже не рискнула взглянуть на метаморфа, боясь увидеть совсем не те эмоции, что хотелось.
Ее словам, несомненно, сложно поверить. Но, наверное, стоило произнести их вслух, чтобы это… чувство наконец оформилось полностью. Чувство робкой, неуверенной пока радости, тенью мелькнувшей в слабой улыбке, тронувшей самые уголки губ женщины. Для всей глубины не хватало пока реакции самого виновника. Хоть какой-то уже, право слово.

Отредактировано Zowie (2012-07-08 18:12:23)

+2

89

Появление Зоуи стало небольшой неожиданностью, несмотря на знание о её приближении. Мысли как замерли, так и пребывали в статичном состоянии, не двигаясь ни туда, ни сюда. Кажется, где-то ошибка. Глаза пробежались по выражению, отмечая важные переменные, и вернулись к самому началу, откуда и мог пойти неверный счет. – Минутку? – Может быть, нужное слово дало толчок, потому что метаморф перескочил взглядом на конец выражения и поставил «равно». – Да, есть такое, - он занят. Правда, это не совсем по работе, а скорее уж для себя… на будущее. – Не неси чепухи, Зоуи, ты не способна помешать мне, - с долей раздражения, проявившейся от Алькано. Сейчас действительно мало что собьёт ученого с необходимых мыслей.
На гостью он даже не смотрел, задумчиво выводя на доске цифру за цифрой довольно знакомого всем числа. – Бред. И здесь оно. – И, тем не менее, не остановился в художественном изображении длиннейшей в истинном виде константы. Он слышал и слушал женщину, откровенно не понимая, что происходит. О поездке она могла бы сказать позже, например, в более располагающей обстановке. – Швейцария. Хм, я тоже туда хочу Точно! Ааа, как я ступил. – Тц, Ал. CERN. Машина времени. Пространство. Другие миры. К ним заглянем позже. А сейчас мы в УИЭЭ. Молчи пока. – Помимо воспоминания о лаборатории физики высоких энергии, метаморф также знал о наличии множества международных организаций и корпораций в Женеве. Ничего необычного в планах Зоуи нет, кажется. Сомневаться можно, и нужно, во всем. Это не недоверие, а осторожность, ведь люди те ещё твари, как и демоны. – У меня плохое предчувствие, - рассмеялся Алькано, в очередной раз отвлекаясь и сбивая Веля с более важного настроя. Хотя, и без этого комментария очевидно, что всё выше сказанное женщиной - предисловие к основной теме. Ладно, ждать осталось недолго.
Зевс сделал последнюю затяжку и вытащил истлевшую уже до фильтра сигарету изо рта, не глядя кинув её в пепельницу на подставке доски. Краем глаза глянул на Зоуи, немного развернувшись к ней и замерев с маркером в правой руке наизготовку. – Всё так плохо? - Обычно, чем страшнее новость, тем дальше она уходит от начала разговора, заслоняясь глупостями и ненужной информацией для слушателя. – У нас отсутствует выражение на лице, - подметило альтер эго, упрекнув Веля в безразличии в такой волнующий момент. А что здесь такого? Он не понимал пока ничего, с долей удивления скользя взглядом по фигуре девушки и отмечая её «нервы». – Да легко. Первое – часть меня. – Могло показаться, что демон улыбнулся, но искра веселья проскочила лишь в неестественно ярких глазах. - Второе – интерес? – вопрос. Он и сам ответа не знает. Нравится, и всё. – Зоуи, да к чему ты клонишь? – покосился на деталь одного из устройств, которая подверглась «налету» ручки. Да неважно, в общем. Снова повернулся к доске, случайно наткнувшись взглядом на середину выражения и найдя ошибку… спонтанно так. Зачеркнул лишнюю цифру и двинулся делать поправки дальше. Слова Зоуи лишь на миг заставили оторваться от занятия. Для него это ничего не значит. То есть, наступившая тишина не к месту.
- И кто же этот счастлив… - осекся на части слова, бездумно как-то уставившись на доску. Счастливчик? Нет, Зоуи же не могла спать с кем-то и спрятать сиё «недоразумение» от метаморфа магическим способом! Или могла? Кажется, такого не существует воздействия в природе на индивидуальные запахи в подобном направлении. – Я? Стоп. Это неудачная шутка! – развернулся, рассмеявшись коротко, но как-то неуверенно и чуть нервно. – Этого быть не может, - маркер был отпущен и стукнулся на шнурке об доску. Взгляд стал чуть теплее и прошел вновь по фигуре женщины, но в другом «режиме». Часто приходится ставить приоритет на обычное зрение, и видение ауры отходит на второй план. Сейчас же… демон иначе смотрел и соответственно иначе видел человека. Ничего необычного, что могло бы обеспокоить, с первого впечатления. – Этого действительно не может быть. Невозможно… - понизил голос почти до шепота, приближаясь к столу. – Это же… - Такой шок он не испытывал с первых дней вне Изнанки, совсем забыв, что мир вокруг – одна большая загадка, состоящая из маленьких тайн. Мир способен удивлять даже в те моменты, когда знаешь, казалось бы, нет более необъяснимого и загадочного, нет чудес, которые сметают все преграды. Разве что чудо из ряда «сделано Творцом», из категории единичных исключений! – Невозможно, - повторился метаморф, не веря ни словам девушки, ни своим глазам. Нет, ему не страшно, не грустно, не плохо. Удивлен, шокирован. Возможно, даже рад столь странной и необычной новости.
- Но… как? Ты это загадывала? – заглянул в глаза женщине, присев на корточки у её ног. – Значит… - и о себе подумал, конечно. – Ладно, это уже не так важно. Точнее, совсем неважно! – усмешка, задумчивая. Встал и взял со стола одну сигарету, вытащив из пачки, и зажигалку. – Не знаю, как реагировать. Получается, у меня будет… дочь или сын,– по губам проскочила загадочная улыбка, а в глазах пробежали искры. Не верится. – Я сплю. – Естественно, вокруг не сон, и Зевс прекрасно знает это.  – Ненормально! – Метаморф отошёл к окну, но так и не закурил, внезапно поняв, что для Зоуи в её положении сигаретным дымом дышать вредно. Оставил и зажигалку, и не начатую сигарету на подоконнике, развернувшись лицом к девушке. – И… потрясающе? - тихо усмехнулся, не спрятав заинтересованного взгляда, который понять можно по-разному, не будучи телепатом. – Чеееерт, звезда в шоке! – фраза не из репертуара Веля, которого знает Зоуи. На губы выползла кривая безумная улыбка, стоило воображению нарисовать милую сцену из будущего. Из него точно не выйдет заботливый и терпеливый родитель. Воспринимать ребенка, как жвиое и родное существо, он не сможет, как бы этого не хотел. Нет у него тех инстинктов, которые присущи всем существам, способных к продолжению рода. – Мне и этому ещё учиться? Нет же! Лишнее! Лишнее! – Парень снова пересек кабинет, свободно лавируя в творческом бардаке, и сел в другое офисное кресло напротив Зоуи, до этого скинув оттуда папку с несколькими проектами под шифром «X» совсем не относящуюся к УИЭЭ. – Такого ещё никогда не было, понимаешь? Неизвестно, счастье или проклятье та жизнь, - взгляд упал на живот женщины. Ничего ещё не видно, сроки малы. – Кто может родиться из нашего союза? Человек? Метаморф? Непонятный гибрид? Моё тело хранит сотни, если не тысячи, различных ДНК! По какому принципу произошёл отбор? Черт… - откинулся на спинку, закрыв лицо ладонями. – Если это будет не человек… - ладони поползли вверх. - Если там разовьётся метаморф или совсем уж нечто невообразимое… - глаза обращены к потолку, ладони уже под головой, на затылке. – Ты можешь погибнуть, - закончил он тише и с немного вопросительными интонациями, потому что всё выше сказанное только предположения! – Не страшно? – Аборт не предложил, учтиво умолчав о нём. Перевел взгляд на женщину, дернув уголком губ в хитрой улыбке и сощурив глаза со смешинками в них. Нет знания о будущем. Пока нет. Она не откажется от ребенка, а пугать её недоказанными данными, наверное, бессмысленно и, правильно, смешно.
- Ладно-ладно, молчу и не рассказываю больше страшилок, - усмехнулся с едва заметными надменностью и холодом, но с искренним чувством странного веселья. Наверное, ему немного страшно, а это грозит малость неадекватным поведением.
Зевс резко встал, тепло улыбнувшись в противовес недавнему «призрачному льду», бросил пристальный взгляд на Зоуи и немного помедлил. – Думаю, я рад. – Вдруг схватил женщину за руку и притянул к себе, накрыв её губы тягучим нежным поцелуем.
Узы. Ребенок. Общий дом? – И на каком месяце её беременности мы лишимся секса? – Алькано так внезапно задал вопрос! Вель прервал поцелуй и, сделав шаг назад, повалился в кресло в приступе тихого смеха, разглядывая слишком уж откровенно женщину. – Его интересует только это… - выдавил он, быстро успокаиваясь, и облизнулся. – Прости. Голова забита и другими вещами, - точнее, она забита мыслями не только принадлежащими одной доминирующей личности…
Вообще-то... ни на каком... - всё-таки ответил Вель.

Отредактировано Zeus (2012-07-09 14:17:28)

+2

90

Кто… Кто?..
Лицо девушки вдруг утратило всякое выражение. Она еще какое-то время смотрела прямо перед собой, осознавая то, что сейчас сказал, а точнее, не договорил Вель. И когда наконец до нее дошло значение его слов, отшатнулась от них, как от пощечины. Больно. Зоуи, конечно, не ждала, что метаморф вдруг преисполнится радости от такой новости, знала, насколько дико все это звучит, понимала, что для него это – такой же шок, как и для нее. Но все же… это было слишком. И скрыть обиду получалось из рук вон плохо.
Действительно, неудачная, – она посмотрела на Зевса совершенно беспомощно, а в следующий миг от взгляда девушки повеяло вечной мерзлотой. – Наверное, потому что я не шучу? – съязвила… без злобы, а скорее разочарованно, стараясь защититься, не показать, что такое отношение ее ранит. Все ж иногда стоит думать, прежде чем что-то говорить. Хоть иногда. Хоть капельку.
Зоуи демонстративно отвернулась, не меняя своего положения за столом. Она ни на секунду не сомневалась в отцовстве метаморфа. В конце концов, последние полгода, да какие полгода! – намного дольше, кроме него, к ней не прикасался никто. Об обратном даже думать без отвращения она не могла. И, видимо, только она. Другое дело… это, в самом деле, невозможно.
Он все повторял и повторял это, будто заклинание, будто слова способны теперь что-то изменить. – Черт возьми, Вель! – в какой-то момент это даже начало раздражать. – Невозможно, невозможно… – вспылив на ровном (казалось бы!) месте, передразнила она его. – Да – невозможно. Но это так! – Зоуи снова решилась взглянуть на демона. В порыве эмоций, она даже развернулась в кресле, встречаясь со своим обидчиком  лицом к лицу. Но тут же пришлось поумерить гнев, напоминая себе, что не каждый день парня «радуют» такими новостями.
Да, – буркнула Зоуи, все еще дуясь на Зевса, хоть и не могла не признать, что он сейчас все же до одурения мил. Люди, демоны… А все ведут себя одинаково, стоит узнать о ребенке. По разным причинам… но одинаково. – То есть… я совсем не собиралась, – тут же попыталась оправдаться она, вмиг растеряв весь свой грозный вид и смущенно отводя взгляд. Но спрятаться от глаз метаморфа, когда он сидит прямо перед ней, было крайне проблематично. – Это получилось как-то само собой, – все же посмотрела на него – исподлобья, чуть виновато, как натворивший дел сорванец. – Я даже подумать ни о чем другом не успела. – С другой стороны, Зоуи до сих пор не могла с уверенностью сказать, что будь у нее шанс, она бы отказалась от своего желания. Наверное, все-таки нет.
Вель не знает, как реагировать. Девушка незаметно улыбнулась. Она сама не знала. До последнего момента искала самые глупые отговорки: некачественная пища, гормональные всплески, жаркая погода – да все что угодно, только не очевидное и невероятное. И в клинику-то поехала лишь для успокоения собственной души, которая все никак не хотела признавать, что у хозяйки очередная паранойя. Успокоилась. До такой степени, что до сих пор пребывает в странном постэйфорийном состоянии.
А теперь Зоуи еще и не знает, как реагировать на поведение метаморфа. Злиться, что он все не может взять себя в руки? Радоваться, что он еще ненароком ее не прибил? Сама она уже благополучно пережила эту стадию отрицания и сейчас, с легким упреком во взгляде наблюдая за парнем и едва заметно улыбаясь, терпеливо ждала, когда и он перестанет наконец ужасаться, удивляться, убеждать ее и себя в невозможности события и подумает в конце концов о возможных последствиях. У самой-то будущей матери уже крыша едет от всех этих мыслей.
Понимаю, – отозвалась она, обрадовавшись возможности наконец услышать что-то вразумительное. Но первые же слова Зевса заставили женщину несдержанно вздохнуть и отвернуться, облокотившись о стол и подперев подбородок рукой. Взгляд ее бесцельно скользнул по кабинету, перепрыгивая с места на место, ни на чем не задерживаясь толком. Кто родится? Этот вопрос она уже обдумала вдоль и поперек и не один раз, по пути в институт, беззастенчиво наслаждаясь вялым трафиком на дороге, и после, спрятавшись от всех важных дел у себя в кабинете. И уже приняла решение. Тяжелое, но на фоне всех остальных перспектив самое разумное. Согласится ли с ней Вель – уже вопрос другой. А пока парень только необоснованно запугивает ее голыми догадками и полунамеками, чем начинает выводить из себя.
Страшно?! – воскликнула Зоуи, изумленно и с укором взглянув на демона. Успокоительных интонаций в его словах не было ни на грамм. – Погоди, погоди… Можешь не продолжать, – горько усмехнулась. – Догадываюсь, к чему ты ведешь, но… нет. Думаешь, если бы я хотела избавиться от него, я бы пришла к тебе?Глупость. Да ты бы даже не узнал ничего!Я хочу его, да. Я хочу стать матерью твоего ребенка. Но… – осеклась, не договорив, покривившись, точно от боли. – Вель, я не самоубийца. И если что-то пойдет не так… – продолжила она уже тише и явно с трудом. – В общем, просто перестань меня пугать сейчас, – возмутилась наконец Зоуи, так и не найдя пока сил поделиться с Зевсом своим «планом». Потом. Позже. Ей не хочется признавать, что этот малыш может стать проблемой. Не хочется.
Она молчала, недовольная тем, какой получился разговор. Воображение все всегда рисует иначе, а жизнь – унылая правда, в которой у всех свои страхи и предрассудки. Противно. Не видя смысла в продолжении этой беседы сейчас, девушка уже хотела было подняться и уйти, но Вель вдруг вскочил на ноги, чем изрядно ее напугал, заставив сильнее вжаться в спинку кресла, несмотря на то, что вид у него был отнюдь не угрожающий. А следующим заявлением и вовсе вогнал в ступор.
Рад?! Рад, мать твою? После всего, что ты мне тут наговорил? – мысли эти никак не отразились в поцелуе, на который ошарашенная Зоуи едва ответила. Возможно, только выражение широко распахнутых глаз выдало на мгновение ее странную реакцию. Хотя, право слово, метаморф вел себя еще более странно. – Что? – отстраняясь, неуверенно поинтересовалась девушка, не совсем понимая причины его веселья. – Его?.. – переспросила она и отступила еще назад, но тут же, сообразив, кивнула и заткнулась, лишь помотав головой на неуместные извинения. Снова села в кресло, сбитая с толку, не зная, куда себя деть. Зоуи прекрасно помнила, что собой представляет Зевс, и, честно говоря, даже думать не хотела, какие диалоги в реальном времени могут происходить в его сознании между участниками событий. И хоть иногда возникало желание узнать мнение другой личности, не только Веля, она помалкивала – помнила, что он с самого начала отказался быть посредником. Представится случай – хорошо, а нет, так и гадать нечего.
Женщина вдруг представила себе демона с младенцем на руках, и не смогла сдержать улыбки, впервые за все время не омраченной волнением или раздражением. Утопия. Она молчала, но все мысли Зоуи, наверняка, были написаны на ее лице. Не было ни капли сомнения в их будущем, и какая-то непонятная уверенность, что если Зевс этого захочет, из него выйдет чудесный отец. – По крайней мере, им не будет скучно, – усмехнулась она. Смеющийся взгляд прошелся по фигуре парня, задержался на его глазах и метнулся к взъерошенным волосам. – Определенно.
Короткая заминка все же напомнила еще об одной детали. Важной. Настолько же, насколько важна была сама новость. И веселый взгляд девушки всего за долю секунды потяжелел и стал серьезен.
Вель, есть еще кое-что… Здесь никто и никогда не должен узнать, что малыш твой. Ни до, ни после его рождения. – Прозвучало это, возможно, неожиданно. Без долгих, ненужных прелюдий на отвлеченные темы. Она замялась, рискуя тем, что метаморф неправильно поймет эту просьбу. А затем продолжила… в тоне, совершенно не свойственном ей как главе одного из отделов исследовательского института: – И ты, и я прекрасно знаем, на что способны эти… люди, – взгляд, потухший при одном только воспоминании о «закрытом» проекте, метнулся от парня к окну, а губы, что еще несколько мгновений назад так красиво улыбались, скривила презрительная усмешка. – Это ведь сюрприз не только для нас, верно? Поиски, знания, наука ради науки… К черту все! – довольно резко. В карих глазах полыхнула ненависть. – Я не позволю сделать из нашего ребенка объект для исследования, а именно это и может произойти, если маленькое чудо станет достоянием местной научной общественности.
Люди могут догадываться о том, что происходит между ней и Зевсом, но никто не знает наверняка. Обмануть можно кого угодно, наплести небылиц, насочинять таких историй, что и сам будешь свято верить в их правдивость. Но если придется, Зоуи пойдет на многое, намного дальше красивых сказок, если кто-то хоть пальцем посмеет тронуть ее малыша.
Об остальном поговорим дома… У тебя или у меня, – тут же добавила она, а про себя подумала, что с рождением ребенка это недоразумение придется исправить. А возможно, и раньше – Зоуи не была уверена, что все ужасы беременности в состоянии будет пережить одна, и, в какой-то степени, будет совершенно беззащитна перед опасностью извне. – И, желательно, до моего отъезда.
Женщина задумчиво посмотрела на метаморфа, но больше не нашла ничего важного, что нужно ему сказать прямо сейчас. – Ладно, я пойду, пока не поздно, и мне еще есть, куда возвращаться, – посмеялась она, вдруг вспомнив об одном обещании. Развернулась к столу, забирая свои папки, и тут же зависла, уставившись несколько удивленно на документы под ними. Не то чтобы это какие-то уж совсем засекреченные данные. Но здесь, на столе Зевса, они явно были не к месту. – Что это? – изрекла несколько долгих мгновений спустя. Нет, она прекрасно видела, что это. Очевидно, неправильно задала вопрос. Зачем? Взгляд, все такой же недоумевающий, оторвался от бумаг и в который раз пробежался по кабинету, но в этот раз не вскользь, а уже внимательно, цепляясь за детали. Только сейчас, отвлекшись от проблем личного характера, она заметила, что место это напоминает скорее штаб, чем обычный кабинет ученого. – Третьему отделу наконец надоело ковыряться с Изнанкой? – с едкой иронией в голосе протянула Зоуи, странно как-то ухмыльнувшись. Оставив в покое свои вещи, она поднялась с кресла, неспешно обходя стол и оглядываясь по сторонам. Уголок левой брови чуть вздернут, выдавая не только удивление, но и кое-что большее. Догадку… пока лишь призрачную. – Или у тебя какое-то… особое поручение? – пальчики скользнули по одной из коробок, откидывая крышку. – Хм… Не вовремя я, правда? Или наоборот? – улыбнулась про себя Зоуи, ничем не выдавая внутреннего, неприятно нервного веселья. Забавно. Весьма забавно. – Интересно… Надо почаще наведываться к своим, может, и там обнаружится… нечто.
Она вытащила из коробки толстенную папку, раскрыв ту где-то на середине. Сам Зевс собирал информацию или откуда-то утащил, было уже не так важно. Важно, что с его работой это связано самым косвенным образом. А если точнее – вообще никак. И здесь ведь лишь вершина айсберга. А если копнуть глубже? Впрочем, не ее это задача.
Зоуи пролистала несколько страниц, пробегаясь по ним глазами. В какой-то момент губы девушки растянулись в улыбке, непонятно – ехидной или все-таки просто веселой. А затем снова вернулось это отстраненное, безучастное выражение лица. – Вель, ты ведь понимаешь, что тебе здесь никто не доверяет… кроме меня, пожалуй, – уточнила она, признавая этот странный для многих факт. – И случись что, у тебя на лицо все шансы не выйти из этого здания живым. Это в лучшем случае. Ты бывал на уровнях, где держат представителей… твоего вида? – Вопрос риторический. Зоуи бросила на парня весьма недвусмысленный взгляд и снова вернулась к изучению выбранного наугад материала. Это вовсе не угроза, хоть и выглядит все именно так. Простая констатация факта. Попытка предостеречь, отрезвить. Безусловно, Зевс сильный демон, сильный маг, но… Во-первых, он все же не всесилен, а во-вторых, не бессмертен в этом мире. И УИЭЭ, к слову, не кучка бездарей-идиотов. Своих козырей у Университета хватает, иначе бы он просто не существовал.
Взглянув на метаморфа, Зоуи бросила папку обратно в коробку и закрыла ее. По виду девушки сложно что-то понять. Лицо не выражает никаких определенных эмоций. Только в глазах таится хитрый огонек. Она спокойно может поделиться своими соображениями с руководством, минуя Шарлотту. Имеет право, если считает, что безопасности организации что-то угрожает. А может… проигнорировать. Зевсу не дано знать этого наверняка. Своего отношения к УИЭЭ Зоуи ни разу не выказывала, за исключением разве что той краткой эмоциональной вспышки несколько минут назад. Но и ее можно расценить как угодно.
Это вот такими вещами забита твоя голова? – оглянулась вокруг, нервно рассмеявшись, и снова вернула все свое внимание хозяину кабинета. – От теории к практике? – Бросив свои исследования, она направилась было к демону, но остановилась на полпути, сложив руки под грудью. – Ну же, хотя бы намекни, что мы на одной стороне. Я так устала притворяться, милый…

Отредактировано Zowie (2012-07-12 12:54:56)

+1


Вы здесь » Town of Legend » Японская часть города » Университет Исследования Экспериментальной Энергетики (УИЭЭ)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC