Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Японская часть города » Бар 69


Бар 69

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

http://demonlife.ru/uploads/0009/e8/92/45483-5-f.png

В переулке Киояма среди стареньких, обветшалых домишек стоит давно заброшенный бар, который некогда назывался Bar Miller. Сейчас практически все окна в нём выбиты и забиты досками, на которых написано "РЕМОНТ", а поверх этой надписи какая-то шпана нарисовала красной краской цифры 69.
Если всё же пробраться внутрь, то взору откроется пренеприятнейшая картина - вся мебель переломана, выпачкана кровью и сдвинута к одной стене, барная стойка давно пустует, а все полки перебиты и заляпаны чем-то тёмным, напоминающим тоже кровь. Некоторые потолочные балки обвалились и теперь одним концом лежат на полу, вторым же застряли где-то наверху. Плитка на полу вся разбита, словно на неё роняли что-то очень тяжёлое. Прямо напротив входа стоит холодильник со стеклянной дверью, которая тоже разбита. Если бар работает, в холодильнике стоит бутылка Миллера, заполненная какой-то красной бурдой, если нет - холодильник пуст. В баре есть ещё одна дверь, ведущая куда-то в подвал. Она массивная и запирается на кодовый замок, который исправно работает. Все посетители бара знают код, который постоянно меняется каждые 3 дня. Лестница за дверью, ведущая вниз, целая, хоть и перепачкана кровью. Такое чувство, что по ней тащили кого-то истекающего кровью и при этом он очень сильно сопротивлялся. Напольная плитка здесь целая, но очень грязная. со стороны лестницы у дверей нет ни ручек, никаких выступов. Стены идеально ровные. Сама лестница является сканером на принадлежность к расе вампиров. Если в бар пытается пробраться чужак, двери запираются, и на лестницу подаётся нервнопаралитический газ. Ступеньки лестницы через некоторое время поворачиваются так, что лестница превращается в горку, и чужак соскальзывает на 3 уровень, приземляясь в клетку. Если чужаком оказался вампир (дампир), приведший людей, его будут допрашивать в очень жёсткой манере. Все остальные расы попадут прямиком в доильню.
Спустившись вниз вы попадаете в бар для вампиров.
На первом уровне  - зал для низших вампиров. Он давольно тесный, но здесь имеется барная стойка и несколько кабинок, где могут уединиться посетители. Здесь подаётся кровь людей и животных. Естественно, кровь животных - самая дешёвая. В зале есть музыкальный аппарат, поэтому посетители кушают не в тишине.
На втором уровне находится VIP-зал для высших вампиров. Уютная обстановка, удобная мебель, располагающая к расслаблению, учтивые официанты - всё что нужно для отдыха. В зале есть небольшая сцена, на которой выступают только вампиры или дампиры. Здесь подаётся кровь не только людей, но и других рас. Так же можно заказать VIP-коктейль - над посетителями подвешивают живого человека, от него проводят трубочки и, таким образом, можно пить "парную" кровь.
На третьем уровне находится так называемая "доильня". Сюда охотники приносят живых существ, приковывают к креслам, кормят их, ухаживают и доят кровь до тех пор, пока они не умирают. Тела продают некромантам.
Так же в баре распространяют наркотики для желающих.

0

2

Бар "Осколки"  >>

Февраль. 2011 год.
• ночь: температура на улице заметно упала. Ветер усилился. Повалил снег, кругом лежат высоченные сугробы, который к утру обещают вырасти еще больше. На улицах тихо и пустынно.
Температура воздуха: - 15

Возвращаешься из бара полностью довольная собой, где-то внутри растекается тепло удовлетворения. В мысли и тело плавно начинает закрадываться усталость. В голове прокручивается отличный сценарий, быстро добраться до дома,  не встретив никого из человеческой расы, в идеале не встретив вообще никого на своем пути. Но по улицам ты почему-то идешь не спеша, вдыхая ночной воздух, позволяя ему наполнить все твои легкие без остатка, наслаждаешься снегом осыпающимся на тебя сверху, будто пух, изредка пинаешь ногой попадающийся где-то поблизости сугроб, вообщем забавляешься от души. На губах играет небольшая улыбка, сегодняшний вечер был весьма занимательный, не в первый раз думаешь об этом с каким-то благоговением.
Ночь скоро начнет подходить к концу, к своему логическому завершению, начнется новый день, столь не любимое тобой время суток.  По улицам потекут реки людей, имеющий каждый свою проблему, свою головную боль, а солнце будет ласково лизать их макушки придавая уверенности в наступившем дне. Боже, какой бред.. Тянешься за сигаретами дабы отвлечься, они тебя всегда отвлекают. Белый фильтр уже вовсю красуется в твоих зубах, а зажигалка все не поддается, бесчисленно количество щелчков и ни одной искорки, начинаешь щелкать пальцем по колесику уже с каким-то остервенением. Это не посмеет испортить твоего настроения, и будто подтверждая твои мысли, пламя таки вырывается из зажигалки и аккуратно лижет кончик твоей сигареты. Дым начинает наполнять твои легкие вытесняя оттуда аромат ночи. Начинаешь петлять по переулкам, оставляя в каждом из них шлейф от своих крепких сигарет и следы на снегу от тонких каблучков. И вот проходя мимо одного, какого-то заброшенного здания - останавливаешься.
Что-то заставляет остановиться. Осматриваешься по сторонам, тебя влечет к этому зданию, есть в нем что-то такое, что манит тебя, зовет подойти поближе, зайти внутрь и немного поблуждать по руинам. Идешь на поводу у внутреннего чутья, интуитивно чувствуешь что это тебе необходимо.
Перебираешься через оградительное заграждение, случайно царапнув участок ладони о колючую проволоку, смотришь немного с удивлением и не думая вытираешь кровь о джинсы. В голове крутится мысль что стоит быть тут поаккуратнее с тем количеством алкоголя что находится в твоей крови. Поднимаешь массивную деревяшку перегораживающую вход и откидываешь ее куда-то в сторону, очередной сугроб осыпается тебе на голову, быстро стряхиваешь снег с волос, не позволяя ему впитаться. Наверно не обладай ты той силой что обладаешь, провозилась бы с ней около часа, отодвигая по миллиметру и проклиная все, возможно тогда ты даже могла бы бросить эту затею, но в данном случае все иначе. Повезло! Проходишь через дверной проем, хотя это сложно назвать входом, несколько балок обвалилось, а двери и вовсе нет на месте. Полный разгром предстоит твоему взгляду, свет пробивающийся из-за твоей спины цепляет пол на котором красуется расколотая во многих местах плитка, перевернутые столы и стулья, какие-то деревяшки, множество осколков. Стоит тебе только сделать шаг, как пыль вздымается с пола окружая тебя, воздух какой-то стухший, очевидно, что тут уже очень давно никто не бывал, тебе нравятся такие места, свободные от людей.  Расхаживаешь по сторонам, подходя то к опрокинутому холодильнику, то к пыльной барной стойке, лак покрывающий которую давно уже потрескался и облез, то к обвалившимся балкам. Проводишь по одной из них рукой, приятное чувство. Здесь как-то по особенному уютно, хотя почти ничего и не видно... Краем глаза замечаешь что-то похожее на дверной проем в одной из стен, радуешься что, кажется, ты нашла вторую комнату. Уверенным шагом двигаешься к ней, давя каблуками осколки подворачивающиеся под ноги, сбивая ногой деревяшку преграждающую путь, и перешагиваешь за нее в темноту. ..

+3

3

Оу, кажется зря ты это сделала, она вовсе не преграждала, а кажется предупреждала, нету там второй комнаты, нету! Черт возьми! И быть не могло! Могла бы уж и догадаться, глядя на старое здание, его размеры уже предполагали лишь одно помещение. Головка совсем перестала внятно соображать? Логика? Где логика? Совсем ты милая расслабилась! Это, черт возьми, была лестница вниз, лестница!  Застланная деревянными балками, но видимо клались они очень уж давно, ибо успели прогнить почти насквозь, как они держались видимо известно только богу, ну а теперь уже и мягким частям твоего, весьма соблазнительного, кстати, тела. Стоило тебе сделать один неверный шаг, поставив на них ногу, как все они с шумом обвалились, обрушились куда-то вниз вместе с тобой разумеется, предоставив тебе, родимой, несколько секунд полета в пустоте, момент что бы вспомнить весь запас негативных слов и ругательств, а также  пренеприятнейшее выписывание пируэтов вплоть до последней ступеньки, причем пересчитать своим телом ты, кажется, умудрилась каждую из них. Эпичненько вышло, не поспоришь. Повезло лишь в одном, лестница оказалась не особенно длинной. Ха, да неужели! И по пути не встретилось остроконечных предметов торчащих снизу, а то твое изучение этого места могло бы плачевно закончится. В этот раз для тебя. А себя любить надо, сильно и до потери пульса, вобщем впредь под ножки смотреть ты будешь лучше.
- Отлично, мать твою!- В завершение вырывается раздраженно из твоих губ, малость разбитых походу, слизываешь кровь начинающую плавно выступать, багровые капельки касаются твоего языка, морщишься, ну да, это не человеческую кровь смаковать! Пытаешься подняться, потирая ушибленный висок, начинаешь постепенно чувствовать, буд-то в замедленной съемке,  как тело немного ноет, откликаясь на произошедшее. В мыслях один сарказм, ну над собой издеваться как то не мило, поэтому стараешься побыстрее все эти мысли куда-нибудь отогнать, подальше, засунуть в потаенную комнатку, да так чтоб чего другого оттуда не выпало.
- Ахах! - Начинаешь немного истерически смеяться, да что уж там приукрашивать, начинаешь откровенно ржать. Ну только я могла вляпаться в такую ситуацию, а главное как! Как!! С живописностью вышел большой пролет, промах, и все прочие слова описывающие твою неудачу, хотя выглядело это наверняка забавно, благо зрителей не нашлось, а то сразу после выданных тебе аплодисментов, пришлось бы им покоится тут рядышком, у твоих ног, но только почему-то со свернутой шеей. Быстро вертишь головой по сторонам, шея тоже отдает легкой болью, знаешь что скоро это пройдет, но все равно не приятно. Бегло осматриваешь место в которое ты свалилась, постепенно привыкая к темноте... Лестница равномерно поднимается на верх, она не пологая - крутая, ну впрочем поняла ты это еще до того, как огляделась на место, с которым успела так тесно познакомиться. Плитка на ступенях, как это не было бы странно не потрескавшаяся а очень даже целая, в темноте кажущаяся черной, но приглядевшись, понимаешь, что у нее имеется зеленоватый оттенок. Мило, мило. Единственное что ее портит так это грязь, а ее тут предостаточно - обломки деревяшек, какие-то следы, смятые окурки, разбитые бутылки. И это только малая часть, которую ты успела заметить, имеется правда одна расчищенная от пыли часть, она, кстати, неплохо выделяется на фоне всей этой грязи и серости, пожалуй именно та, по которой ты проехалась собой, и становится вполне логично, что именно после этого она стала такой чистой, но это уже другая история к которой возвращаться как-то уж совсем не хочется. Оглядываешь себя, пытаясь стряхнуть грязь с джинс, она , кстати, весьма неплохо налипла на промокнувшие от снега места, отряхнуть куртку оказывается легче, проводя по волосам рукой, так же отряхивая,  вытаскиваешь из них какую-то бумажку. Мерзость! - В очередной раз за сегодня морщишься.  Выглядело все это конечно на четверочку с натягом, мало акробатических связок, и сплошной мат пересчитывающий каждую ступеньку, ну тут уже не твоя вина, без мата в такой ситуации увы никуда - Никак не можешь перестать прокручивать это событие в голове, ноющая боль, расползающаяся по телу, этому только способствует.
Ну зато теперь ты уже благополучной стоишь на ногах, все еще продолжая отряхиваться, наверно уже чисто машинально. В голове начинает проносится сотня новых мыслей за одну секунду, половину из них даже не успеваешь поймать и попробовать на вкус. И кстати, раз этого, твоего падения никто не видел, то его и не было, зачем кому-то о таком знать, хотя ведь не удержишься и ляпнешь где-то невпопад, ну что бы ржать над этим не в одиночестве.  Но лучше все же плавненько об этом казусе забыть. Улыбаешься довольная неплохим решением, от этого скула начинает ныть еще сильнее, проводишь по ней зачем-то рукой. Саднит, чувствуешь капельки все еще выступающей крови. Боже, ну где это видано что бы вампир падал с лестницы? Стыд! - Думаешь прикусывая нижнюю губу. Да, мало тебе было ее разбить, почему бы напоследок еще и не прикусить? Это неплохо бьет по самооценке, кстати, но и веселит тоже не мало.
Но тут вдруг замечаешь металлическую дверь прямо напротив лестницы, это резко выбивает тебя из размышлений и неудачных попыток себя пожалеть. Да, что-то с твоим вниманием сегодня напряг, очевидно же сразу было, что лестница эта ведет не в стену, а в какое-то другое помещение, но при первых минутах осмотра тебе, видимо, было не до логики. Подходишь к ней, нежно касаешься холодного железа, почему-то ударяет небольшим разрядом тока. Наэлектризованность? Странно... Пыль прилипает к подушечкам тонких пальцев, на которых остались следы твоей крови, водишь по двери, будто по запотевшему окну, рисуя причудливый узор. Ее холод бьет по пальцам, но как-то по особенному приятно, согревая что-то внутри, эта дверь даже кажется тебе смутно знакомой. Хотя ты, в принципе, вообще, любишь большие металлические предметы, а главное холодные, приторно ледяные, возможно подсознательно ты проводишь параллель с собой, со своим характером, возникают какие-то ассоциации, хотя зачем придумывать причины, что бы что-то любить? Тут же начинаешь пытаться ее открыть, выходит лишь с третьей попытки, что-то там мешается, но это не проблема, небольшое усилие и дверь поддается, открывается поскрипывая давно не смазанными петлями, благо она с этих петель не соскакивает.
Заходишь внутрь. Ужасающая темнота колит глаза. Если на лестницу еще и пробивались хоть каике-то отблески света от фонарей освещающих улицу, то сюда им уже  не добраться, может это и к лучшему, создается некая атмосферность. Пытаешься разглядеть хоть что-то, приглядываешься, постепенно  привыкаешь к мраку царящему вокруг. Эта тьма увлекает, обволакивает, и зовет погрузиться в нее, здесь не слышно ни единого звука из внешнего мира, это место начинает казаться тебе очень уютным, оно просто не может не нравиться.
Чувствуешь это оно! Я хочу его! Хочу это здание! - В голове в момент складывается картина как все можно благополучно устроить, облизываешься. Вот-вот оно будет твоим. . .

+5

4

Судорожно начинаешь искать по карманам мобильник, ты будто в эйфории, Пальцы постоянно соскальзывают и натыкаются либо ни на то, либо вообще на пустоту. Наконец маленький холодный предмет таки попадется тебе под руку, воодушевление сменяется раздражением, не ловит, здесь внизу почему то не ловит. Чертов телефон! Виноват разумеется он, а никак не то что ты на пару ярусов ниже любой вышки сотовой связи, и вообще это и их проблема тоже, почему это тут не ловит! Недовольно повторяешь маршрут которым сюда пришла за одним исключением, что по лестнице ты идешь нормально, а не катясь. И вот твоим глазам снова предстает помещение которое хотя-бы более или менее освещено. Полоски сети на телефоне в момент выстраиваясь в ряд, забиваясь до самого конца, показывая свою полную боевую готовность.
-Сразу бы так! - недовольно ворчишь сам себе под нос. Один короткий звонок, такой же короткий разговор, с применением не особо милых интонаций, на повышенном тоне, кажется ты угрожаешь. Очень тонко и мягко, осторожно и можно сказать незаметно, но твой слушатель явно понимает все еще с первых секунд разговора, ты не из тех кто часто звонит или любит потрепаться на отвлеченный темы. Твой звонок- значит тебе что-то нужно, и от этого так просто не отказаться... Напоследок и так уже согласившемуся человеку выдаешь последнюю фразу, видимо в твоем лексиконе она заменяет прощание.
- Не забывайте, вы мне кое-что должны.. - Через пару секунд кто-то уже слышит короткие гудки на другом конце телефона,  а ты с довольной улыбкой вешаешь трубку, и бросаешь телефон на дно сумки.
И вот твоя идея начинает плавно перетекать из планов в вполне реальную затею. Ты покупаешь это здание, быстро без проволочек, выкладываешь неплохие деньги за спешку, так, что бы нигде не всплыла новость о покупке, все тихо и аккуратно, не привлекая внимания. Ты сделаешь это место идеальным. Идеальным баром. Идеальным баром для вампиров! Эта идея совсем неожиданно вырывается ко всем прочим, что уже крутятся в голове, она врывается раз и навсегда, ты не можешь отказаться, это именно то чего ты хотела. Это гениально, не иначе! И выражение сам себя не похвалишь - никто не похвалит, тут явно не работает, похвалят еще как, оценят. Ухх, что скоро начнется! Улыбаешься куда-то в темноту. Первый шаг сделан, остается дождаться звонка, поставить несколько подписей и забрать документы. И ты сможешь вволю насладится моментом, когда твоя идея станет уже самой настоящей реальностью. Почему-то даже не сомневаешься в успехе. Состояние какой-то эйфории тебя не отпускает. Хочется еще немного побыть здесь в этом месте, но понимаешь, что скоро рассвет а тебе не хочется представать в таком виде перед окружающими, хотя нет, разумеется тебе все равно кто и как тебя увидит, на их мнение тебе тоже, разумеется, давно чихать, проблема в том, что ты не хочешь видеть людей ни в каком виде! Вообще никого. Выходишь из помещения ласково оглядывая его, проводя на прощание пальцами по стене, стирая очередную порцию пыли, будто говоря этому куску бетона, не скучай, я скоро вернусь. Нежным взглядом пробегаешься по разрушенным стенам, которые ограждены строительными лесами, скорее всего стоит их коснуться они тоже в момент развалятся, как и половина деревянных предметов в этом помещении. Но в этом что-то есть, такое особенное, привлекающее, то что из каждого действия может вытечь что-то новое, за каждым углом оказаться какой-то сюрприз, ловишь себя на мысли что ты до конца еще не изучила нижние ярусы, тепло от предвкушения растекается по телу. Уже почти подойдя к колючей проволоке твой взгляд цепляет табличку "не работает" - и ярко алую надпись "69", она явно писалась в спешке, линии не ровные, цифры даже не одинакового размера, какая-то шпана явно позабавилась, они любят портить все на своем пути, и оставлять след. Не подходишь ближе, разглядываешь из далека, так сразу не понять краска это или просто баллончик, но она тебе нравится. Все решено достаточно быстро. Это оно и есть! Название бара! Даже не придется ломать голову, все как-то само пришло, и это не может не радовать. Оставишь эту табличку здесь, все как-то само получается, очень уж удачный день, кажется, сегодня. Осталось совсем немного и ты станешь полноправной владелицей бара" 69".  Медленно проговариваешь про себя, будто на распев - шестьдесят девять, шестьдесят девять , в голове уже крутится множество ассоциаций с этим числом, нравится, очень. А потом понесется...Ремонт, отстройка, восстановление нескольких стен, звукоизоляция, скорее всего провести электричество тоже понадобится, дабы еще раз не изучить своим телом еще какую-нибудь прикрытую лестницу, на своих ошибках учиться ты увы все еще не научилась. Но ты твердо решила что все эти работы будут проходить только на нижних уровнях, а верхний останется не тронутым. Ты не позволишь и пальцем тронуть весь тот хаос который так тебя привлек, пожалуй в этой разрухе и есть специфика заведения, к тому же очень неплохая маскировка.
отходишь уже на приличное расстояние от здания и оглядываешься на прощание, оно все так же одиноко стоит, но это его одиночество заставляет твое сердце биться.
Смотришь куда-то вверх, на небо, совсем недавно бывшее звездным. Начинает рассветать, все звезды стерты грязной тряпкой из следов которой нарисовались слабо различимые тучки.  Снегопад прекратился, и кажется ветер тоже немного поутих, как обычно лезешь за сигаретой в карман, и движешься в верном направлении, в сторону дома. Ты устала, и помимо мыслей об открытии бара, в голове уже давно маячит идея о душе...

>> Поместье Кастиэль

+4

5

Бар "Осколки" >>

Март. 2011 год.
ночь: Ночное небо затянуто тучами, идет редкий снег, который с утра обязательно растает. Ветра нет.
Температура воздуха: - 5

Телефонный звонок разрывает созданную тобой тишину, секундное замешательство и монотонность бюрократических мыслей вытекают из динамика куда-то в область твоего уха, поближе к мозгу.
- Идеально, подъезжайте в ближайший час, не позже. - удивленный взгляд своей темноволосой подруги оставляешь без внимания, лишь молчание в ответ и короткие гудки на другом конце трубки, убираешь ноготок от раздражающей пластмассовой кнопки красного цвета. Уголки губ подрагивают, едва заметно, ползут куда-то вверх в предвкушении. облизываешь губы нежно, жест чертовски явно выдающий твое нетерпение. На фильтре сигареты отпечатывается след твоих бледноватых губ, в салоне разлетается след выдыхаемого тобой воздуха, твоего пленительного дыма, смешивающегося с кислородом, отличный бодрящий энергетический коктейль выстилающийся пеленой перед глазами, вновь облизываешь губы.
Сидишь чуть наклонившись, пожалуй даже ссутулившись, но при этом откинув голову слегка назад, необычная поза, мало кто может посчитать ее удобной, или скажем возможной во время езды транспортного средства, но судя по тому, что слова "безопасность на дороге" и, например, "пристегнуть ремень" напрочь отсутствует как в твоем, так и в лексиконе твоей темноволосой подруги, выкручивающей руль то в одну, то в другую сторону, можно считать ее вполне реальной и осуществимой. Жестами указываешь где именно и когда нужно поворачивать, едва заметно водя указательным пальцем, словно пишешь какую-то картину, словно весь окружающий воздух это твой необъятный холст, а в руках ты держишь кисть, пожалуй, восьмого размера, взмах, еще один, два поворота и в ы близки...
- Ай черт, там нужно было налево, на лево блин! - выкрикиваешь ты, запоздало заметив нужный поворот.
- Ну а я куда по твоему свернула? - секундная тишина
- Дорогая, лево с другой стороны, ну разворачивайся теперь, что уж там! - Пинаешь сидящую рядом девушку под бок, куда-о в ребра, дружественный жест однозначно.
- Ну подумаешь, перепутала..- Резкий удар по тормозам, выворот руля, заставляющий на время вжаться в дверь машины совсем без твоей на то воли. Маневр осуществлен, а то, что вы тут правила дорожные нарушаете, можно только посмеяться, вы давно решили для себя что правила не для вас. Нужный поворот, несколько домов и улыбка расползается по лицу, теперь уже явственно, открыто.
- Приехали! - облизываешь глазами фасад заброшенного здания, сердце замирает вспоминая впечатления от первого визита..
- Хэй-хэй-хэй! - удивленный взгляд царапает щеку в поиске твоих глаз, - только не говори что мы тащились сюда, что бы поглазеть на эту развалюху!- Вместо ответа хлопок дверью перед носом, переваливаешься через распахнутое окно облокачиваясь на локти, - хватит нудить, вылазь! Тебе понравится я знаю! Капельку доверия..
Стоит Фрэн только ступить на слегка заснеженную дорогу, как ты впиваешься в ее кисть и уже тащишь за собой к главному входу в здание, сквозь сугробы и разметавшиеся по земле обломки непонятного на первый взгляд материала.
- В ближайший час это здание станет моим! И не вздумай сомневаться в моих умственных способностях или критиковать его даже не осмотрев. Молчание золото, договорились? - Стараешься заткнуть своей довольной улыбочкой колючую ухмылку подруги так и норовящую порезать твои фантазии. Тащишь ее за собой, не отпуская.
Переступаешь порог и ты снова там...

+4

6

Сжимаешь зубы чуть больше надобности, чуть больше чем хотелось бы. Ржавый лед губы обжигает, смешиваясь с тающим на глазах снегом. Серая картина с несколькими яркими пятнами в твоем исполнении.
В нос ударяет аромат горьковатой гнили, но это не пугает, не вызывает отвращения, по крарйней мере у тебя, сморщенное выражение на лице твоей подруги говорит само за себя, но это не сейчас, это не к тебе. Есть здесь что-то что манит, что прельщает, эта одинокая забывчивость, покинутость и брошенность, что-то влечет тебя именно сюда раз за разом, раз за разом. Это место определенно навевает воспоминания, те их обрывки что еще доступны тебе. . .
Интересно какая депрессия на вкус? Ее ароматы витают в этом богом забытом месте. Шуршание мыслей в голове. Все усиленно твердят, что приторно горькая, щемящая душу, кому-то она показалась до безумия, до дрожи в коленях соленой.
Ты просто смотришь  в потолок, позволяя сигарете медленно тлеть обжигая твои пальцы. Безумие. Безумие. В одной комнате на двоих.
- Ты что собралась копаться в этом мусоре, чем тебе бар не угодил? - От копания в мыслях, в себе, вырывает немного грубоватый голос Фрэн. Паутина все так же увивает потолок и некоторые углы, осколки неизвестных зеркал и невидимых стекол все так же устилают пол под вашими ногами, балки обвисшие и обвалившиеся не сдвинулись и на миллиметр, так же как и слой пыли укутывающий их. Все осталось так же, как и после твоего последнего визита, следы на снегу от твоих острых каблучков давно замело новой порцией беловатого месива, здесь же на потрескавшейся плитке, если конечно присмотреться, еще виднеются нечетко очерченные силуэты твоих шагов.
- Это и есть бар, будет баром, моим баром - С какой-то неизведанной тебе ранее нежностью, сочатся эти слова с губ вслед за выдыхаемым дымом.
- Ты наверное шутишь? - Обязательно закатив глаза, не видишь, но чувствуешь. Вроде бы и с насмешкой но уже куда серьезнее чем пару минут назад звучит голос твоей подруги.
- Вовсе нет, в ближайшее время сюда подъедет юрист, для итогового подписания бумаг.. В ближайший час - короткий взгляд на часы - уже даже меньше,  это здание перейдет в мою полную собственность. - Облизываешь губы, переводишь взгляд на Фрэн. - Могла бы хоть искусственно порадоваться как ты умеешь!- В ответ лишь странное выражение лица и подобие кивка, презрительный взгляд под ноги, и какая-та деревяшка уже летит в противоположном от девушки направлении.
- Пошли, ты же не думаешь что я решила купить это место рады одного развалившегося этажа? - Взгляд на слегка замявшуюся темноволосою, - Боже похоже думаешь, там есть пара подземных этажей! а это, как ты понимаешь  не может не прельщать, идеальная светоизоляция днем.. - Почти синхронный цокот каблучков в темноту...
Секундное замешательство, долбанная лестница оставившая, увы, только негативное впечатление в твоих воспоминаниях, за долгое время таки смотришь под ноги и куда наступаешь. . .
- Шестьдесят девять. - бросаешь в нависшую тишину.
- Прости что? - непонимающе, уже в который раз переспрашивает Фрэн.
- Шестьдесят девять. Это название, неправда ли мило и весьма символично? -Довольная улыбка расползается, но темнота скрывает ее от чужих глаз. - Спонтанно пришла идея..
- Ну это все конечно хорошо, название там придумывать и все такое, но зачем? Зачем тебе это вообще нужно?
- Бар, кстати, будет для вампиров, мило да? - Продолжаешь игнорировать вопросы, просто ты сама еще не поняла зачем тебе это нужно. Просто нужно, и точка, зачем лишние вопросы, зачем искать объяснения?! Пускай прихоть, пожалуй, но прихоти они такие... Нельзя не исполнить.. Нельзя не воплотить в жизнь...

+3

7

Вот уже минут двадцать, а быть может и больше, расхаживаете туда сюда по одному из этажей, в полной тишине, погруженные каждая в свое запутанное сплетение мыслей. Пинаете разбросанный по полу мусор, опавшую штукатурку, и неудачно подвернувшиеся вам на пути сломанные стулья, своими шагами вычерчиваете причудливые перекрещивающиеся геометрический узоры, ровные линии складывающиеся в остроконечные фигуры, рисуете пылью, стирая ее. Ты в ожидании, она в легком недоверии и непонимании, удивлении однозначно.
- Ну разве не ты постоянно пропагандируешь необдуманные поступки? Этот идеально вписывается под твои любимые характеристики
- Не спорю, просто я честно удивлена, ты мне ничего про это не рассказывала. - Кажется будто она следит за каждым словом, чтобы не сорвалось чего лишнего, не обдуманного, каждый играет в свою игру, в эту вы играете вместе и уже давно, каждая по свои правилам, но выиграть может все равно лишь один.. Френ теряет участливость в твоей жизни, сдает свои позиции, это не может не злить ее, но теперь ты уже не бежишь к ней при каждом удобном случае или когда тебе это захочется, теперь все свои прихоти ты отлично можешь воплотить и сама, конечно это ее злит, но она скрывает, почти удачно.
Небольшой писк и легкая ненавязчивая мелодия разрушает нависшую над вами угнетающую тишину, короткий разговор и твой взгляд падает на дверь, лестница за которой ведет наверх.
- Ну тебе ведь нравится здесь, признай, манящая атмосфера. -Взгляд через плечо, и немного ободряющая интонация.
- Пускай и так...
- Поброди пока тут, я разделаюсь таки с подписанием бумаг. - Не дожидаясь ответа или какой-либо другой реакции направляешься на верх, размеренно цокая по плитке своими каблучками.
Мужчина с немного заспанным выражением лица встречает тебя возле входной двери, небольшая настороженность в глазах, и крупный желтый бумажный пакет в руках. Он слишком плохоскрываемо тебя сторонится, слишком плохозавуалированно тебя боится.
- А почему все подписания вы предпочитаете проводить ночью? - Наконец выдает он сразу после обмена фразами приветствия, не в силах сдержать давно назревающее любопытство. Он не знает кто ты на самом деле, но подсознательно всегда ощущал некую мощь, какую-то власть с твоей стороны, даже без вмешательств в его сознания, без проникания в голову, он изначально предпочитал подчиняться. - И почему именно в этом месте? - Кажется заброшенное здание, за стенами которого приглушенно подвывает ветер не располагает для деловой беседы, но тебе же все равно.
- Ночь чудесное время, при отблесках луны сознание более просветленное. - Задумчиво тянешь ты, первую пришедшую в голову мысль.
- Но разве не логичнее было встретиться утром за чашечкой кофе например?
- Мне не терпится. - Отвечаешь будто режешь ты, пресекая дальнейшие пустые разговоры. - Думаю можно отбросить приветственные беседы и перейти к подписанию, у вас ведь не возникло никаких непредвиденных проблем о которых мне стоит знать?
Мужчина завороженно следит за твоими изящными и легкими жесами, за тем как за пару мгновений в твоих пальцах оказалась тонкая ручка, по виду напоминающая старинные перьевые. Непринужденно держишь руку навесу, позволяя снегу медленно осыпать ее своими хлопьями, пока твой юрист поспешно распаковывает документацию, ты уже давно готова к подписанию..
- Там было несколько формальностей, - твой колючий взгляд, и его поспешное, -но я разумеется все уладил, проблем никаких, владельца это здание не имеет уже очень давно, его и вовсе подумывали отдать под снос, поэтому ...
- Спасибо я довольна, давайте уже разберемся с этим - совсем не тактично перебиваешь ты, указывая пальцем с заостренным ноготком на документы - и каждый отправится по своим делам! - нетерпение просачивается из каждого твоего слова, тебе действительно поскорее хочется стать обладательницей этого места и начать вселять в него "жизнь".
- Да-да конечно, простите. Позволите? - жест указывающий на вход в здание- что бы документы не промокли.. - уточнение на твой непонимающий взгляд. Как же все это утомляет  и напрягает, люди такие медлительные... Пропускаешь его внутрь позволяя оценить весь разгром царящий внутри.
- Простите мне мое любопытство, но что вы собираетесь делать с - небольшая заминка - этим зданием? - любопытство никогда не доводит не до чего хорошего, стоит поощрить его единожды и тебя заваливаю вопросами с ног до головы, будто ты дал слабину, позволил такое.
- Вас это уже не касается. - Коротко, а главное ясно отвечаешь ты, - и не стоит вам размышлять об этой сделке или интересоваться ею, - одной фразой сжигаешь все поползновения фантазии твоего юриста, попутно внушая ему это же, для верности, это как контрольный в голову. Все дальнейшие происходит в безмолвии.
В конце концов твои росписи имеются на всех нужных страницах, крупная денежная пачка купюр красуется у мужчины в нагрудном кармане пиджака, а у тебя на руках документы подтверждающие твое право собственности. Улыбка. Долгожданное дело осуществлено.
- Не смею вас более задерживать - Мужчина кланяется, и тоже вполне довольный такой ночной вылазкой отправляется восвояси. Ты же с бумажным конвертом подмышкой, даже не глядя ему вслед, натянув улыбку пошире, отправляешься обратно к Фрэн делиться своим детским восторгом. . .

- Прежде чем услышать все подробности, отвези меня домой, уже светает... - На выжидающий взгляд подруги отвечаешь коротко, только вот глаза твои блестят от нетерпения. . .

>> Поместье Кастиэль

Отредактировано Stark (2011-03-17 06:37:39)

+5

8

Неизвестное направление >>

Январь. 2012 год.
ночь: наступает длинная зимняя, морозная ночь. Звезды сверкают так ярко, что даже огни мегаполиса не способны их затмить.
Температура воздуха: - 5

Гул в голове, в твоих мыслях, в ушах, он везде, абсолютно везде. Легкая пелена перед глазами смазывает все окружающее, настолько что у тебя совсем нет времени заметить проезжающую машину, кажется, это такси.. Глоток воздуха распахнутым ртом. Старенькая, обшарпанная машина грязно желтого цвета уже прожила свой расцвет сил, свою молодость, сейчас же эти покарябанные боковины слегка припорошенные снегом свидетельствуют лишь о старости и пожалуй нерасторопности водителя, наверняка такого-же немолодого. Она , эта машина,  изжила себя. Очередной глоток морозного воздуха, жадный, но кислород не спасет. Скорее всего это обычный японец, пожилой семьянин, или же просто одинокий,бездетный гражданин, укутанный в дешевую, протершуюся на локтях, шубку, из-за того, что обогреватель в машине совсем не греет. Скорее всего у него есть спутанная седая бородка в которой затерялись остатки вишневого табака. Такие люди всегда чем-то располагают к себе, ты невольно сравниваешь их с кем-то из своих родственников, проникаешься. Может в этом помогает кусочек добродушной улыбки пробивающийся сквозь морщинистое лицо? Или старые, выцветшие, умудренные опытом глаза заставляют тебя внимать словам. Так бывает с обычными людьми. Порой каким-то неведомым образом один может расположить другого к себе.. Жаль, как бы ты не старалась, в их число ты явно не вписываешься. Ты точно не человек.. Ты в отличии от них не испытываешь жалости, не испытываешь сочувствия, ведь правда? Наверно он ехал на последний заказ, или, что более вероятно, уже возвращался с него. Почему все мысли в прошедшем времени? Наверно все дело в том, что ты повстречалась на пути. И пожалуй, повстречалась это слишком скромно...
Усиливающийся гул в голове, он нарастает, разгадка на что он похож уже в твоих руках, гудок, обычный автомобильный гудок, но почему он разъедает уши? Вспышка сквозь пелену, наверно она должна ослеплять, тебе же добавила просто пару мерцающих кругов перед закрытыми веками. Удар, где то по ребрам, может бедро.. наверно следующее слово должно быть боль, но это опять же у обычных людей, ни капли боли зато тебе досталось  соприкоснуться милым личиком с асфальтом, и испачкать новое, кашемировое пальтишко в грязном снегу. На светло-бежевый ткани в момент проступают мокрые пятна, всего лишь снег, в ночи так похожий на кровь.. Уж лучше перелом чем такой позор, ну где это видано что высший вампир пропахивает своим очаровательным носиком проезжую полосу? Неприятненько получилось, зато теперь мы знаем что ты у нас высокомерное существо, вроде как верхушка пищевой цепочки да?
Должно быть жутковато, сквозь гул пробивается крик, смазано превращающийся в очередной фоновый шум, но в голове появляются мысли, воспоминания! По крайней мере теперь ты точно знаешь что у тебя новое пальто, стильное, явно сшитое на заказ, и к слову безвозвратно испорченное.. В довершение к этой "радостной" новости, помимо стоимости пальто ты не знаешь, а вернее не помнишь, абсолютно ничего...
Наконец-то твое зрение делает тебе одолжение и фокусируется на злополучном асфальте, все чувства встают на свои места. Сухость, жжение, твоя жажда обострена, словно ни капли крови не попадало на твои губы уже больше нескольких месяцев... Участливое лицо старичка так некстати.. Твои желания не в силах конкурировать с инстинктами, да и кто сказал что они конкурируют? Быстрый рывок, несколько миллисекунд, а зрачки успевают максимально расшириться, скорее всего первый и уже  последний раз в его жизни. Коришь себя, пожалуй немного места для нецензурной брани тоже найдется, только вот клыков не разжимаешь, все так же впиваешься в шею. Жадными глотками высасывая последнюю жизнь. Кстати вот тут непонятно совсем немного, коришь ты себя за то что лишаешь жизни ни в чем неповинного человека, попросту превращая его в обед, хотя если поглядеть по сторонам это больше похоже на поздний ужин, или же попросту за то что не уследила и кровь капает на и так уже подпорченный кашемир? Никакого сопротивления, все слишком быстро, слишком резко, раньше бы ты непременно добавила слишком скучно. Несколько хлопков его морщинистой ладошкой по твоей руке в мольбе остановится, нетрудно догадаться и без слов, и вот она уже на асфальте, попадает в пятно света от фонаря. 
Игриво облизываешь окровавленные губы, это что привычка? Лучше, теперь тебе однозначно лучше, вернее сказать твоему телу, в голове по-прежнему паника и путаница, вместо воспоминаний какие-то обрывки картинок базирующихся на сиюминутных чувствах. Пока что ты точно определилась лишь с происхождением своего пальто в остальном пугающая пустота...
Эта интонация в голове.. Мираж? Какой-то отдаленно знакомый голос прорезается в твое сознания избавляя от попыток что либо понять или вспомнить..
- Ты что черт подери тут вытворяешь? - Кажется очередная жертва нарывается на случайно заброшенный крючок, очередной обед, очередное развлечение, не проще ли сбежать и разбираться во всем подальше от трупа, уже почти соглашаешься с этой мыслью как воздух разрезают слова..
- Анна?  - Впрочем, по тебе они режут не меньше..

0

9

Апрель. 2014 год.
ночь: небо затянуло облаками. Ночью ожидается мелкий дождь. Тихо и прохладно.
Температура воздуха: + 3

===>Забвение

Я Агирре, гнев божий! – кричал Клаус Кински, когда душа его иссохла до дна под ядовитым солнцем озверевших джунглей из костлявых корней, каннибалов и ереси. Глупый конкистадор, не заметивший как его плот подловили волны Стикса и увели в бесконечность по колено в трупах друзей, подданных и верных.
Глупый Агирре. Если он только знал, через какие леса безумия МНЕ приходиться проходить каждую ночь. Когда с заходом солнца просыпаются безразличные звезды, и на голову высыпается пустыня из микроскопических песчинок ужасов и безумств. Воспоминания о пролитой крови. Кровь может породить только кровь. К вопросам крови он подходил в полной серьезности. Таким его сделала природа. Или как он сам предпочитал судить – Господь. Ведь только Бог мог породить нечто настолько ужасное, настолько чудовищно безобразное и величественное как Кайл. Что-то как бедствие неотвратимое, грязное как смерть и  как буйное как стихия.
К вопросам крови он подходил с абсолютной серьезностью. И пусть иногда со стороны это и казалось смешным и ироничным. Как сейчас. Когда ночная прохлада запускает длинные пальцы под ребра и только начинают входить в свои права бесконечно чернее детские кошмары, сталкер вышел на охоту. Это молодняк может пить кровь из бокалов. Это вампиры могут рвать глотки шлюх и потаскух, ужираясь жирной кровью из похоти и пота. Это глупцы могут носиться по улицам выслеживая одного слабого и несчастного. Времена, когда этого хватало, давно канули в лету. В бесконечно пустую пропасть памяти и прошлого. Чтобы хотя бы успокоить лихорадочный зуд в груди, нужно найти что-то под размер его голода до жизни. Его голода до резни, до кричащего безумия, ополоумевшего визга рвущейся плоти и пороховой гари в воздухе. Человек давно не мог подарить ему подобное, а охота на демонов была слишком долгим и нудным занятием.
Кайл ненавидел моменты, когда качество разменивается на количество и его грызло неразделенное чувство проклевывающейся совести. Но такова была ситуация, таково было время.
Когда изголодавшийся до хорошей бойни Бешенный Пёс выходит на улицы.
Крысы в панике разбегались в разные стороны, зарываясь в норы квартир и гостиниц. Распуганные осенние птицы с ревом моторов разлетались по магистралям и автотрассам. Вода шла кругами. Скреблись в окна напуганные ветви, умоляя спасти их.
Но негоже псу грызться с крысами. Пусть на мили он не найдет того волка, чью глотку желает разорвать, пусть и нет нигде никого, чей рык мог бы вызвать в нем яростный азарт и заставит вновь вскипеть кровь. Пусть. Но в городе обязательно должна остаться стая одомашненных псов, послужащая ему ужином. Стая одомашненных, напудренных и линялых пуделей, забывшая об обо всем на свете, кроме запаха чужих задниц.
Босые ноги царапали асфальт. Редкий свет пустых фонарей тонул в матовой серости его кожи. Блестящие алыми переливами глаза хранили торжественное молчание. Лицо хранило скучавшую мину, готовую вот-вот треснуть и вылить это безумие на стены.
Город спрятался от него. Он не горевал. Они небыли нужны друг другу. Пока что.
Знакомая разбитая мостовая. Запустение и холод. Знакомые красные цифры 69.
Это чувство. Как всегда. Старые инстинкты не предают. Предают люди, нелюди и боги. Привычки не предают. Песни не предают. Если бешеный рев рвущейся кровоточащей глотки можно назвать песней, то она никогда не предаст. Это чувство перебегающего между пальцев воздуха, хрипло дышущего под ногтями. Лживая безмятежность и давящая на уши тишина. Тишина давила на мир вокруг китовым нутром. Тишина давила изнутри и красные, воспаленные глаза были готовы со свистом выбраться из орбит.
Он стоял на тонкой черте, границе за которой начнется бойня. Сладкое чувство под лопаткой, когда шага назад уже не будет. Приятное, чувство грани. С одной стороны метафоры…
А с другой уже бойня.
И лишь легкая улыбка.
Привычным движением открывает дверь. Под босыми ногами осколки керамики в наивной попытке разодрать ступни. Внутри первого этажа как всегда запустение, как всегда разбитая мебель и кровь поверх осколков стекла и глубокой пустой тишины. Пустая барная стойка, пустые раскрошенные стены, пустой путь в пустоту вампирьйх глоток. Никого. Пока что.
Знакомая дверь со знакомым замком. Искомой комбинации он, конечно же, не знал, как и они не знали о его прибытии. С безмятежным лицом Кайл касается подушечками пальцев гладкой панели, наблюдая как плавиться пластик. Фиолетовое пламя послушным зверьком сорвалось между пальцев, охватив ненасытной пастью непослушный огрызок технологии. Панель скукожилась, оплавилась и сдалась. Бесцеремонно толкнул дверь ногой.
Впереди – длинная лестница и приглушенные звуки музыки. И лишь легкая улыбка отделяла его от искомого.
Шлепанье босых ног по идеально гладким ступеням.
Перед скучающими глазами предстала обыкновенная для клуба 69 картина. Казалось, с момента его рандеву со смертью ничего не изменилось, кроме него самого. Все тот-же зал в безвкусных черно-красных тонах, с той же безвкусной стойкой, безвкусными столиками и безвкусными кровососами. В воздухе витал запах грайнд хауса, запах вампирш в порванных легинсах и красной помаде и вампиров с зализанными до подбородка челками и полными непонимания и недопонятости взглядами. Пахло кислой кровью и мертвой плотью.
Эти – мясо. Еще даже не псы, а мясо.
Они заметили его появление, наверное, еще когда он шел по босой улице. Не буквально конечно, но косвенно чувствовали тревогу и напряжение, что так не вязалось с дешевым чувством безнаказанности и могущества, так раздутым в их пустых головах.  Они начали ежиться, когда он гипнотизировал взглядом надпись 69 и в инстинктивном страхе перед стихией начали жаться друг к другу, пытаться искать выход с тонущего корабля. Но крысам было уже не убежать.
Когда он вошел они могли лишь только смотреть на него удивлением и непониманием алых глаз.
-Бешенный Пес – испуганный вздох собрал страх и тишину воедино. Немая сцена.
Смотрящие в никуда зрачки мелко задергались, и грубая маскировка скуки и безразличия сходила слоями как лук, оголяя кровоточащее мясо безумия. Губы дернулись и расплылись в улыбку, дотянувшуюся до ушей и пошедшую дальше, оголяя заостренный, акулий оскал конических зубов. Глухой рык внутри скотобойни. Мясо.
И прежде чем кто-то что-то успел понять, частокол зубов вцепился в первую открытую шею. Хлюп, сдавленный хрип, бульканье, разодранная вампирья глотка.
Никакой пощады. Только резкие движения безобразной смерти.
Кто-то за барной стойкой дернулся, проливая на пол длинный бокал 3ей группы резус отрицательный, и тут-же ринувшаяся к нему черная тень плавным движением руки рассекла ему грудь от кадыка до брюха. Остывшая требуха упала на пол перед ним, щедро орошая кафель и кожу брызгами чужой, отнятой крови. Но Кайл пришел сюда не за кровью. Он слишком стар, чтобы кровь могла утолить его древнюю жажду. Лишь только отнятые в буйстве схватки жизни.
Резкий скачек и громкий крик – это кривой кинжал из дамасской стали описал длинную дугу и место горла Бешенного Пса нашел худой живот слабого кровососа. А дальше карусель мясорубки закружилась еще быстрее, оставив причудливые метафоры снаружи, оставив внутри только бойню.
Кто-то смекнув чем дело пахнет ринулся к двери – смерть застигла их в спину. Плавный, змеиный росчерк когтистой лапы – и тяжелое сердце убегающего покинуло не дышащую грудную клетку. Плавный разворот, шаг крест-накрест, секущий удар ногой расколовший чей-то череп надвое.
Воздух вокруг заполнился криками боли и отчаянья. Подоспел охрана – здоровенные лбы в строгих костюмах и с одурманенными от собственной силы рожами. Они даже не поняли, как носферату смог черной молнией ринуться к ним, и легко рубящими плоть ударами вырвать из мясистых тел мясо вперемешку с костями и потными костюмами по сотне евро каждый. Начиналась паника, он упивался ею. Вот впереди испуганное лицо вампиреныша, еще вчера залазившего в окна к девственницам. Его лицо не потеряло выражения искреннего удивления и детского испуга, когда длинные пальцы ушли глубоко в его кудрявые волосы и резким движением буквально открутили пустую голову от туловища, переломав все шейные позвонки. Обезглавленное тело тряпичной куклой улетело в угол, опрокинув стол.
Кайл двигался быстро, слишком быстро и каждое его движение размывало в воздухе его очертания, оставляя длинный масляный шлейф в пространстве. Руки двигались свободно, резкими движениями разрывая вены и артерии, оставляя длинные мазки кровавой кисти на пустых стенах. Звуки музыки потонули в хлюпанье, бульканье и всхлипываниях. Кровь щедро обагрила открытую грудь и лицо. Скрутиться как пружина, резко прыгнуть вперед – и очередная жертва пала под тяжелыми когтями хищника. Вчерашний охотник – сегодняшняя жертва. Сегодняшнее жертвоприношение на алтаре безумия и идола силы. Ночной охотник пирует лишь ночью. Но приходит Темнейшая Ночь, и приходит Бешенный Пес.
Было уже просто некуда бежать. Отчаянье. Ему было абсолютно все равно – кого убивать. Вампиры и дампиры, женщины и мужчины, неофиты и адепты: перед смертью все были равны. Все были жертвенными животными. Агнцы и козлища одинаково хорошо подходили под кривые когти и клыки. Движения рук-крыльев разрубали все: плоть и кости, железо и дерево. Наивные попытки защититься и убежать лишь только веселили его, подпитывали его задор и голод.
Здесь не было волков, что могли сразиться с ним, и стая щенят щедро расплачивалась с ним за такое неуважение.
Голову последнего он открутил с особым удовольствием. Медленно. Наслаждаясь ,как хрустят сначала суставы на шее – а потом и позвонки. С упоением слушая визг. Он слышал, что для вампиров здесь варили наркотики…
Что может быть слаще десятка отобранных жизней, холодной кровью растекшихся по пальцам?
Он тяжело и хрипло дышал, от чего кровь в его пасти устрашающе бурлила. Все его острое лицо было измазано в крови, по груди бежал не один ручеек, а руки были не по локоть – по плечи в крови. Безобразные, бесформенные оболочки и внутренности были разбросаны под его ногами как игрушки, разбросанные капризным и жадным ребенком по полу. Оторванные руки Кенов и растерзанные тела Барби на полу, столах, стойках. Тяжелый липкий пар поднимался от мертвых тел, мгновени, назад накачанные чужой кровью, а сейчас – лишь пустые безобразные сосуды. Полопавшиеся бурдюки из грехов. А среди них – чернейший сосуд из всех, забравший каждый их грех себе без остатка.
И это еще не все – он знал, что дальше его ждут. Знал, что тут есть второй, еще более безобразный зал из красных перин и диванов. Вип-зал для Вип-дерьма на красных диванах. Там сыновья знатных домов и птенцы мастеров коротали ночи, посвящая себя легкой крови и праздности.
Туда он и шел, оставляя на полу кровавые следы, как озверевший вол на снегу.
Медленно открылась дверь. Щелканье затворов, и как в плохом кино – десяток стволов смотрящих ему между глаз. Они решили не извращаться, и просто пристрелить его, вылить ему на голову ведро свинца, как только он откроет дверь. Тридцать с лихвой детей ночи в дорогих костюмах и личинах грели его окровавленный силуэт через черные зрачки стволов, но что-то мешало им спустить курок.
И это что-то витало в воздухе и чувствовалось как отчетливо и громко. Это что-то можно было разрезать ножом, сложить в банки и продавать на столы узурпаторов и тиранов.
Это был страх. Первородный страх перед чудовищами. Перед монстрами, живущими в детских снах. Чернейших силуэтах в ночи. Детский монстр, живущий под кроватью, внезапно стал более чем реальным, и пришедший в Темнейшую Ночь окатил их кровью и белоснежно-белым страхом.
Дрогнули руки, дрогнули души из золота и дерьма.
Оскал, не сходивший с лица, стал еще шире, лишив лицо всяких намеков на человечность.  Он лениво потянулся вперед. Трясущиеся пальцы на курках, бегающие из стороны в стороны зрачки против холодных в своем безумии песьих глаз.
-Я, Агирре, Гнев Божий.
Выстрелы были ему ответом. И дикий, дикий рев, разлетевшийся громогласным эхом тесных четырех стен. Бросившись вперед, грудную клетку первой жертвы он просто проломил. Растоптал. Растер кости и внутренности по треснувшему кафелю. Порох приятно свербил в забитой кровью пасти. Порывистый, режущий крик страха и бесстрашия, выстрелы и хруст. Молниями расходился воздух, пряча кровавые всплески между красной мебелью и обоями. Лампочки залили кровью, и они шипя задымились и лопнули, пока Бешенный Пес веселился. Удар за ударом проламывал он себе путь среди глоток с голубой кровью. Но судя по мазкам на стене и пятнам на полу, голубая кровь такая же красная, как и та что в наших венах.  Взмах лапой – и череп вытащен из головы, оголяя желтоватую кость переполненным смрадом воздуху. Ударом ноги переламываем колено следующим, и вырываем кадык, танцуя гремучий танец костей без мяса. Он даже не смотрел в глаза перед тем как ослепить и вырвать требуху, он просто убивал. Он просто ел их боль, запивая жизнью. Десяток нежизней питали его собственную смерть, кормя его бездну звуками бойни. Сломанный пистолет в переломанном запястье, испуганные глаза и чувственные губы, всхлип
-god save us…- и десница бога спасает дух от бренной оболочки, загоняя прямой нос прямиком в мозг, а душу – прямо в ад. Я Агирре, Гнев Божий, Темнейшей Ночью моя Охота прольется на вас, бастарды и шлюхи. Не во имя господа, так во имя гнева я искупаюсь в вашей крови. Хватка за горло, легким движением подняв здоровяка над собой, перекинул на пол и полным чувства движением размазал череп о пол, омерзительно хлюпая липким мозгом о пятку.
И мозг последнего прилип к пятке, как жвачка. Все, больше никого.
Хриплое дыхание, рвущее глотку. Вся грудь вампира чесалась страшным, зверским зудом. В горле бурлила, кипела кровь, стекала по открытой пасти и лилась на пол. Все тело дрожало, не в силах выдержать того счастья и бешенства, что заполняли его изнутри. Кожа трещала по швам и была готова вот-вот лопнуть. Бог посетил это место, оставив свой отпечаток везде. Бог растекся по полу тонким слоем крови, оставил мазки себя на стенах, раскинул себя плотью замученных и пах кровью. Пах внутренностями. Сухой запах железа и тканей заполнял это место до краев, щедро приправленный порохом. Голубая кровь, кровь бастардов – все слилось в единую кровавую лужу, такую сладкую на вкус. Вампир провел ладонью по небритому лицу, размазав кровь и кожу небрежными подтеками, с нескрываемым удовольствием чувствуя приятную сытость. Слабых жизней было много, и умирая они несказанно повеселили его, и их жизнь обильными потоками вливалась в него, заливая до краев. Это божественное чувство.
На негнущихся ногах вампир стал подниматься. Мимо барной стойки, мимо обезглавленных и обескровленных с блаженной улыбкой.
Улица была по-прежнему тиха. Открыл украденную пачку сигарет. Вообще он не курил, но сегодня можно. Сейчас можно. Поджег ломанную белую палку пламенем он большого пальца.
Бешенный Пес вернулся в город.
Бог смотрел вниз с безразличных и безучастных небес.
Кончил и закурил.

Отредактировано Кайл (2013-04-08 07:46:56)

+2

10

» Японская часть города » Закусочная "Золотой дракон" »

Апрель. 2014 год.
ночь: небо затянуло облаками. Ночью ожидается мелкий дождь. Тихо и прохладно.
Температура воздуха: + 3.

Планета никогда не казалась Оззи слишком большой. Наоборот, она удивлялась, как Земля вообще держит на себе огромное количество живых и неживых существ, так активно шевелящихся на ее поверхности и всюду сующих свой нос. Невозможно было выразить степень негодования крысы, когда она смотрела с высоты плинтуса на снующие туда-сюда массы и пыталась представить еще десяток-другой городков примерно таких же размеров примерно с таким же содержанием. Столько неприятностей можно огрести, если додумаешься до выходки, которая сбила бы с толку и вывела из себя большую часть населения. Столько возможностей открывается, если умеешь заставлять улыбаться целевую аудиторию и случайных зрителей. Но Оззи недолго смотрела на социальный массив с негативной точки зрения. Она решила, что на каждую задницу свое сиденье найдется, и свое местечко ей еще только предстояло.
Или нет. Болтаясь по подвалам и ночуя в запыленных помещениях с кучей дыр и сквозняков, недзуми не жаловалась отчасти потому, что видела свое место именно здесь. Хоть прямо сейчас выходи на улицы и проводи опрос - какое место представляете себе вы, когда слышите слово "крыса" ? Канализация. Подземка. Развалины.

Свесив ноги вниз, Оззи расположилась в дыре, ранее называвшейся когда-то окном, и вглядывалась в темноту. Настроение недзуми отлично вписывалось в сложившуюся к ночи картину. Не прекращающиеся обычно сутками шорох и возня переулков, низкие голоса и язвительные хихиканья будто не ослабли, а мгновенно исчезли, раздавленные бесшумным ветром. От незнакомого леденящего дыхания густела темнота. Инстинкты, необъяснимые чувства, интуиция - всевозможные сигналы к немедленному исчезновению из проклятого переулка не имели никакого эффекта. Недзуми оставалась на месте, еще пристальнее и настойчивее присматривалась к теням и не замечала, как холодеет кожа под плотной тканью потрепанной куртки.
Недзуми представляла себе примерно, как выглядит сейчас улица. Слепо тыкая в темноту, она могла указать направления на ближайшие входы-выходы из зданий, заведения, дыры и люки. Омытые грязью городские пути надолго запечатлевались в памяти. Оззи составила в воображении карту полного нечисти и гадости района и отметила красными точками особые пункты. Те самые места, где ей запросто могут оторвать хвост. Или какую-нибудь другую конечность. Ближайшим из таких пунктов был заброшенный бар, от которого так и разило кровью и ходячими трупами с превосходными зубками. Недзуми не заявлялась в забытое людьми заведение, уверенная, что накопленные там запахи тут же освежат воспоминания о дне, когда земля исчезла из-под ног, а обитатели обрадуются ей лишь из-за перспективы поесть.
Однако именно в Киояме легче всего было найти место для ночлега. Оззи понимала абсурдность своего поведения, не раз попадала в очень неприятные ситуации, но пока все кончалось более или менее хорошо. Крыса знала свое место. Крыса знала, когда и куда убегать. Пожалуй, именно это крыса и умела лучше всего - убегать. Целые коридоры и квартиры, лишенные удовольствия служить кому-то домом были в распоряжении тех идиотов и зверей, которые привыкли к темноте Киоямы.
Напряженно вслушиваясь, Оззи почти не шевелилась. Улица словно замерла вместе с ее дыханием.
Спустя несколько томительных минут она все же исчезла с окна и спряталась в темноте комнаты, расположенной на третьем этаже здания. Прижавшись всем телом к усыпанному пятнами матрасу и укрываясь колючим покрывалом, недзуми закрыла глаза. Даже сейчас она не могла уловить ни единого звука: воздух и земля сжались в ожидании чего-то... громадного, значительного. Или кого-то?

Убежать удалось ненадолго. Девчонка не сообразила, спала ли она вообще.
В комнату уже проник тошнотворный запах. Но очнулась недзуми не из-за этого. Испуганно уставившись в черный мрак, Оззи медленно дышала. Вонь вокруг и странные звуки вернули ее к воспоминаниям о проклятой февральской ночи. Усиленно подавляемые, короткие крики резанули густой невидимый туман и тут же умолки. Потом еще раз. И снова.
Неспешно поднявшись на ноги, девчонка на несколько секунд замерла и двинулась к выходу. Нечто незнакомое и тяжелое витало вокруг, цепляясь за кожу и удерживая на месте. Любопытство вкупе с трусостью, которому только не хватало завершающего сигнала для побега с места ЧП, все же дотянуло оборотня до улицы.
Все по-прежнему. Оззи не могла решить, что пугает ее больше: гнетущая тишина или оглушительный грохот. Узкий проход без шорохов и топота напоминал человека без головы. Все вроде как нормально, но чего-то все равно не хватает - не сразу понимаешь, чего именно. Недзуми вышла из здания и проковыляла к противоположной стене, оглядывая переулок то с одной, то с другой стороны. Время, казалось, стремительно ускользало, однако ничего вокруг не менялось. Ее бы вырвало прямо здесь, если бы с проклятой тишиной ничего не произошло.
Тяжелый шаг, как показалось Оззи, она почувствовала раньше, чем услышала. Призыв рвать когти был буквально раздавлен хаотичной какофонией страха и растерянности, девчонка не сдвинулась с места. Ночь по-прежнему плела свою липкую черную паутину, и даже небо сливалось с одной бездонной кляксой. Далекий фонарь держал одинокую баррикаду, и недзуми ждала, когда и его позиция окажется разбита.
- Эй.
Почти беззвучно. Недзуми практически не видела ничего вокруг, но отвратительный запах и отравляющие пары сами направляли ее слепой взгляд в нужном направлении. Шевельнув пальцами, она явственно ощутила разлитый вокруг отравляющий газ, он проникал в каждую пору и наполнял все существо страхом. Знакомый страх, такой близкий к панике, что не находилось сил и мыслей бежать. Плюс ко всему - феромон неживых, настоящий смрад смерти.
Стать ничтожной крупицей, едва заметным следом после кошмарного веселья нечеловека - как такая перспектива?

Отредактировано Ozzy (2013-04-09 18:43:19)

+2

11

Бестелесное и бессмысленное облачко дыма поднялось в небо, пропадая во мраке.
Кровь отступила, позволяя ночи войти в свои полноправные владения. Улеглись звуки бойни, осели на стены молчаливым послушанием. И кровь, даже кровь более не капала с расколотых пальцев и разодранных глоток. Покорно смирилась с произошедшим и стала ждать, пока не приедет группа полицейских, и уже давно остывшую кровь смоют ядовитыми растворителями. Смоют кровь, но больше никогда не смоют её кисло-железный запах. Налет разлитой жизни не создать ни кислотой ни кока-колой, ни временем ни стараниями. На ступеньках клуба 69 будет всегда пахнуть кровью. Всегда.
Ну а пока, тишина правит балом. Прохладный ветер, еще не до конца понявший что случилось, обветривает кровь на серой коже, проникая льдом под ребра и между ресницами. Пузырь пыльного дыма не смердел, и, казалось,  его нет вовсе. Вот смысла от него не было вовсе. Пожеванная сигарета оказалась между пальцами непонятно зачем, и тем более непонятно зачем вампир закурил. Этот странный образ, так часто встречающийся в грайндхаус кино. Залитый кровью с ног до головы человек, с сигаретой в зубах, на пустующей улице. Безвкусный образ. Самый глупый из всех что можно придумать. Но именно с мыслью об этих кадрах не выросших из колыбели режиссеров Кайл и курил, красуясь перед…
Самим собой. Театр одного актера, который очень хочет показаться на публику. В роли благодарной публики был, как ни странно, он сам. И этот фарс что происходит после скотобойни, был разыгран только для него самого. Когда нежизнь полна скрытых красок, невольно хочется что-то показать несуществующему третьему лицу. Невольно проходя мимо зеркальных витрин, хочется выпрямить спину и посмотреть на отражение с видом суровой отрешенности. Невольно хочется совершать красивые жесты, красиво говорить и красиво действовать. Но получалось это не всегда хорошо. И даже несуществующий зритель продает билеты за час до спектакля, узнав что его надули.
Сигарета падает на асфальт. «Парламент», написано на них грустными буквами. Растоптано.
И в эхе затертого об асфальт пепла, он слышит эхо чего-то сердца. Гулкое, живое и трепещущее.
Тук-тук, прошептало оно в тишине. Это сердце было слишком большим для таких улиц, и в темнейшей ночи было слышно как оно боится. Но за страхом не скрыть его размера.
Отголоски заинтересованности пронеслись на лице. Бешенный Пёс навострил уши и молча оголил зубы. Кайл оставался молчалив.
Тук-Тук. –Эй- почти беззвучно пронеслось в тишине. Паутинка задрожала, перенося тихий звук с одной ниточки переулка в другой. На плохих ветрах донесли шепот, раскатившийся гулким приливом.
Вампир улыбнулся одними губами, ведь глаза сохраняли невидящий, пустой взгляд. Она(да, именно она) была совсем не далеко, он уже чувствовал её запах. О, так могли пахнуть только одни существа на земле. Ну что-же…
-не вежливо, в конце концов – сказал сам себе вампир, и послышалось шлепанье босых ног по холоду мостовой. Он шел спокойно, даже слегка вальяжно, как графья расхаживают по своим поместьям. В какой-то мере это так и было. Только это были его охотничьи угодья, что он в бою забрал себе, и теперь медленно идет встречать гостей.
Гостью он еще не увидел, но начинал остро чувствовать и вскоре унюхал черные очертания черной крысы в черном переулке черного города.
Её внешность, ровно как и её голос, сейчас не имел абсолютно никакого значения. Имело значение только сердце, стучащее в груди. Потом может быть, он и рассмотрит её, но сейчас это было совсем безразлично. Улыбка поплыла шире, оголяя клыки.
Было совсем не важно, что он сейчас скажет, были важны её слова, но повинуясь своей слабости, он завернул почти кошачьим, внятным и убаюкивающим голосом
-Прекрасная ночь, не так ли?- Окровавленное чудовище приобретало устрашающий шарм. – В такие ночи особенно хотеться убивать. – от последних слов, Бешенный Пёс чуть не замурлыкал.
-Скажите мне, леди. – Пустой взгляд – что подняло вас, в столь ранний час? Охотитесь? Или убегаете?
Отношения охотник-жертва было принято устанавливать сразу.

+2

12

Как легко быть святой, пока не приходит пора чем-то жертвовать. Так же легко вообразить себя безразличным ко всему, в том числе и к себе, к своему выхоленному телу. И до чего же забавно, должно быть, губителю наблюдать за переменой лиц, за этой сверхъестественно быстрой сменой погоды, за паникой, сквозящей в глазах, крошащей и растирающей в песок крошки надежды. Оставаясь в числе этих самых жертв, недзуми пыталась понять обе стороны, в том числе и безжалостных виновников происшествий, но попытки эти не давали никакого результата. Невозможно было смотреть в сверкающие лица, искривленные яростью, эта была непреодолимая грань.
Оззи считала, что худшее осталось в далеком прошлом, - что могло быть хуже? - пока не оказалась вымазана с ног до головы смесью животного страха и человеческой трусости. В который раз? Положение было примитивным, может, в какой-то степени естественным, нормальным для тех, кто посещает Киояма. Бестолковый грызун, визжа и прищелкивая желтыми зубами, то и дело бросался на то малое человеческое, что удалось воспитать, повстречавшись с сильным неустанным падшим. Недзуми не нравилась идея эдакого раздвоения духа на противостоящие силы, звериную и человеческую, она не оставляла надежды пробудить в себе нечто настолько светлое, чистое и непоколебимое, что могло бы в будущем служить для нее надежным стержнем, титановой опорой. И куда же пропадает эта надежда, когда перед глазами маячит убийца?
Собственный голос прозвучал... как ни странно, совершенно нормально, успокаивающе. Тугие невидимые воздушные переплетения задрожали. Вновь воцарившаяся тишина зазвенела с новой силой. Где-то в темноте пела душа хищника. Оззи держалась прямо, напрягала органы чувств. Окончен ли спектакль? Личное участие в жутком праздненстве - а торжество разрушительного момента ощущалось так же ясно, как запах ледяной крови - недзуми не предусмотрела вовремя. Остался - пеняй на себя. Но какое тут участие? Скорее уж ненужная декорация, оставленная каким-то идиотом. Лишнее.
Тихий шорох - размеренный неумолимый шаг. Бежать?
Каким бы сильными не были переживания, доходило до недзуми все обычно очень медленно. Ситуации, неожиданно выбивающие из привычного ритма, не воспринимались как следует. Оззи напоминала пустой контейнер в такой момент, губку. Полностью погруженная лишь в созерцание, недзуми, как, впрочем, и всегда, не находила желания или необходимости действовать. На редкость спокойная. А неизвестное уже совсем близко.
Громкий голос навел девчонку на мысль о размерах повеселившейся громадины, и оставалось только надеяться, что праздник удался. Она прикрыла глаза: если она сейчас что-нибудь увидит, это уже никогда не исчезнет из мыслей и воображения. Образ очеловеченной стихии, обрывающей жизни, будет преследовать в темноте. Трубы будут стонать и дрожать, напоминая о минутах еще одной встречи со смертью. И запах гари. Несмотря на тьму, недзуми ясно видела нездорово белую кожу, покрытую ожогами и трещинами, омытую черной кровью и истерзанную осколками разбитых костей. Достаточно было оказаться рядом во время пира, чтобы почувствовать на собственной шкуре прикосновение губящего пламени, обжечься россыпью искр и закашляться от кровавой пыли. Угольки все еще тлели, и эта сила пульсировала в нескольких метрах от испуганной крысы. Последняя целиком превратилась в слух, внимательно следила за интонациями и беспокойно следовала за голосом.
- Здесь.. было очень шумно. Очень. Громкий шум.
Режущие ухо вопли, страдальческие стоны и крики, треск разорванных тканей и поломанных костей, стук поваленных мертвых тел, хлюпанье шагов по залитому кровью кафелю - очень шумно! Новый приступ отвращения с трудом удалось подавить, и то лишь прикрыв рот и нос похолодевшей ладонью. Бесполезно, дыхательные пути от отвравляющих частичек не очистишь. Улица по-прежнему отказывалась наполняться живыми звуками.
- Вы уходите? Вы убьете меня? На улице холодно. Будет дождь.
Спиной упираясь в твердую стену, недзуми готова была слиться с ней в любой момент, только бы выдалась возможность. Крыса едва сдерживалась от злобного попискивания. Стоит попробовать сдвинуться - и стена за спиной будет уничтожена так же быстро, как ее тело окажется разорвано на несколько неравных частей. Словно не веря, что она еще жива, недзуми водила пальцами по лицу и ждала возобновления шагов. Лишь бы удаляющихся.
- Что-то случилось? Вам что-то нужно? Вы меня отпустите?
Забавно, но Оззи поймала себя на мысли, что заговаривать с незнакомцами она совершенно не умеет. Был в этом какой-то недостаток. Жалко из-за одной черты пропасть в темноте навсегда, исчезнуть, даже не пикнув. Тараща теперь глаза в пол, оборотень высматривала малейшие очертания, клонила голову, прижав ладошки к вискам. Где же вы, трезвый рассудок и холодная невозмутимость, когда так нужны?

>>> Улицы японской части города

Отредактировано Оззи (2014-05-14 10:53:12)

0

13


====================> Город 
Апрель. 2014 год.
ночь: небо затянуло облаками. Ночью ожидается мелкий дождь. Тихо и прохладно.
Температура воздуха: + 3.

Время шло… Город менялся и, в то же время, оставался прежним. Пугающе однообразным, затхлым, гнилым местом, которое было достойно только ненависти. Черт подери!! Что больше всего ненавидит анархист? Власть, силу недостойных? Но облом!
Ни у кого в этом дерьмовом месте ни у кого не было власти, некого было ненавидеть.
-Кроме себя. – Мур затянулся. За последние месяцы Ник изменился, стал более… Глубокомысленным что ли… Проклятое место, терзаемое одновременно сотнями ангелов, демонов, оборотней, вампиров и еще бог знает кого! Ей богу! Пару дней назад кровосос вырвал череп вместе с позвоночником какой-то антропоморфной суке! Ни крови, ни гноя, ни плоти! НИЧЕГО НЕБЫЛО ВНУТРИ ПУСТОЙ ЕБУЧЕЙ СКАРЛУПЫ! Если бы существо не напало Ник даже не заметил бы ее… А дура напала. И неизвестно почему…
-Как же все заебало. Ненавижу все… НЕНАВИЖУ!!
Отчаянный вой мертвеца грянул в ночи. Сегодня Муру как никогда хотелось сдохнуть, захлебнуться, наконец в своей злобе, голоде, жажде войны.
-Проклятый город. И ведь, сука, не выбраться толком. – вот это была сущая правда. Вся полиция знала лицо мертвого иммигранта, кажется даже имя его отрыть смогли. Вот, наверно, в Канаде был разрыв шаблона! Там то малыш Ники числится застреленным… Отрядом полиции. Черт! Даже тут его уже дважды доставляли в морг, набитого свинцом так, что из ушей лезло! Но вампиру везло. Он всегда успевал регенерировать прежде, чем подписывали приказ о «кремации неопознанного тела, не поддающегося опознанию но причине обширных повреждений лицевой части черепа и утраты нижней челюсти». Скупые формулировки официальных документов, описывающих очередную смерть приносили кровососу почти садомазахическое удовольствие. Черт… Пожалуй только в этих сводках Ник мог быть главным героем, быть чем-то нужным, значимым, достойным упоминания. Только так больное самолюбие мертвеца тешилось. Другой бы на его месте стал бы маньяком, рвал бы беззащитных живых, которые почти ничего не могли ему противопоставить. Но нет… Живые это еда, не более. Нет смыла убивать, если не голоден – какая ирония слушать такие мысли от чего-то, что вечно голодно. Хотя… В любом случае лишняя кровь ни утолить жажду, ни прибавит сил. Устраивать войны? Пойти по пути, который предначертал клан, задолго до его рождения? Хер! Пусть Ник и один из них – вампир кинул сигарету на заплеванный асфальт киоямы. К этой клоаке всегда пахло кровью.
А тут особенно – берцы топтали затертую до дыр дорогу, багряная вонь щекотала ноздри и спутывала мысли. Кровь, вне зависимости от происхождения всегда спутывает мысли.
-Убьет? Он нет, а я могу. Хочешь? - Кровосос улыбнулся, обнажая выпущенные клыки.

Отредактировано Ник Мур (2013-04-14 15:18:37)

0


Вы здесь » Town of Legend » Японская часть города » Бар 69


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC