Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Элитный клуб "Coliseum"


Элитный клуб "Coliseum"

Сообщений 1 страница 30 из 74

1

http://savepic.net/1798162.png

Хочешь сделать что-то совершенно незаметным - положи на самое видное место. Элитный клуб закрытого типа "Колизей" стал самым наглядным представлением этой популярной в народе присказки: расположенный практически в самом центре города, в окружении высотных домов и популярных ресторанов для людей из золотого запаса страны, он слишком заметен для того, чтобы привлекать к себе излишнее внимание. На фасаде двухэтажного здания, выкрашенном в темно-бежевый цвет, красуется одна только золотая табличка с его названием да темная подложка под буквы - под замысловатым плетением лавровых листов нет ни неона, ни иной подсветки. Только ночью здание загорается голубой подсветкой вокруг всегда плотно зашторенных окон. У дверей клуба всегда дежурит пара рослых охранников-европейцев, одетых строго в черные костюмы и с темными очками на лице; вышколенный швейцар проводит гостя до свободного столика в основном зале или в частную зону. Закрытый клуб, это частное место встречи привилегированных жителей города - большинство новых участников приходят только по приглашениям бывших участников; дополнительно новые посетители появляются в результате новых бизнес-контактов. Никому здесь не нужные лишние уши и случайные свидетели.
Внутренние помещение клуба оформлены в приглушенных бордовых и оранжевых тонах, освещение не яркое и ненавязчивое, играет тихая музыка, не мешающая разговору: в основном зале она чуть громче и меняется в зависимости от того, что творится на сцене. Часто здесь проводятся живые выступления музыкальных групп. Официанты, отличительной чертой которых является красный напоясной фартук и золотая вязь на отворотах черных рубашек, скользят между широко расставленными столами бесшумно, незаметными тенями; в баре работают три бармена, имеющие высокие навыки обращения с дорогим алкоголем - цены в клубе не всякому окажутся по карману. Из развлечений гостям предоставлены рулетка и карты, бильярд и две полосы слегка сокращенного в размерах боулинга, а так же частные удовольствия.

...|...

http://savepic.net/1818665.png
Единицы знают о том, что настоящий "Колизей", далекий от надушенных шей и блестящих украшений, полностью находится под землей и собираются в нем не для встреч деловые партнеры - олигархи, жирующие от богатства, мафия, элита и вместе с тем отбросы общества, чтобы в полной мере развлечь себя кровавыми зрелищами, сделать ставки или принять участие в нелегальных боях без правил. Настоящий колизей включает в себя комплекс помещений, которые размещаются на территории, ранее принадлежащей метро: арена, vip-залы, административные и подсобные помещения, камеры для содержания невольников, ставших аналогами современных гладиаторов, клетки и комнаты наемников и дрессировщиков, пункты охраны и врачебной помощи, а так же в некотором роде букмекерская контора: колизей открыт круглые сутки, однако лишь к вечеру количество посетителей в нем зашкаливает. Ночью утраиваются показные выступления. Шум, толкотня, восторженный рев зрителей и стоны раненых не затихают ни на минуту. Многие добровольцы пытают счастье, в надежде получить крупный выигрыш за участие в бою, исход которого - слава или смерть.
Арена клуба - круглая площадка, обнесенная полуметровым каменным бордюром, с бетонным полом, засыпанным желтым песком среднего качества с мелкими крупицами камня. Для безопасности со всех сторон, в том числе и сверху, она огорожена металлическими решетками; на арену есть два выхода параллельно друг другу, зрительные места расположены амфитеатром - зал всегда ярко освещен. Решетка вплотную примыкает к проему в стене, через который на арену попадают участники боя - гладиаторы, добровольцы, животные. За отдельную плату на арену выпускают человека или нескольких людей, не обученных бою и обреченных на верную смерть. Как правило, во время боя дверь в зал закрывают.
В клубе запрещено производить видео- и аудиосъемку, запрещено проносить оружие, еду, напитки, сигареты, зонты и массивные украшения. Бои на арене идет без правил до того момента, как один из дерущихся получит серьезную травму, сильно ограничивающую его в движении, потеряет сознание или умрет, однако в любом случае, даже если бой оплачен, его не пускают на самотек и сводят шанс смерти к минимуму. Вмешаться в бой имеет право только дрессировщик или управляющий в том случае, если нежелательна смерть бойца или бой принимает нежелательный оборот.

Дикие животные арены.
Лев.
Молодые здоровые животные 2-3х лет. Юго-западный африканский.
Средний вес - 181кг для самца; 126 для самки.
Длина тела вместе с головой - 170-250см для самца; и 140-175см для самки.
Высота в плечах - около 123см для самца; 107см для самки.
Львы могут быстро бегать только на короткие дистанции; они пытаются поймать свою жертву быстрым прыжком и их жертва, как правило, погибает от странгуляции или удушья. Мелкие жертвы могут быть убиты ударом лапы.
Тигр.
Молодые здоровые животные 2-3х лет. Бенгальский.
Средний вес - 205кг для самца; 150кг для самки.
Длина тела без хвоста - до 290см для самца; 200 см для самки.
Высота в холке  - до 1,15м.
Несмотря на большую массу тела, тигр может развить скорость до 60 км/ч практически на любой местности; во время охоты способен прыгать на высоту до 5м и на 9-10м в длину.
Бойцовые собаки.
Американский питбультерьер.
Отличительными чертами породы является сильная, мощная шея и широкая грудь с хорошо развитой мышечной системой. Вес не имеет строгих ограничений и может различаться у собак одного и того же роста - от 14 до 36 кг, но обычно 16-25 кг (при этом самцы крупнее самок). Расцветка у питбуля может быть любая, она может быть как сплошной, так и с отметинами. Уши и хвосты у собак арены купированы.
Американский стаффордширский терьер, амстафф.
Высота в холке - около 46-48см для кобелей и 44-46см - для сук.
Челюсти - четко очерчены. Крепкая нижняя челюсть обеспечивает мощь хватки. Грудь широкая и глубокая на всем протяжении, с достаточно выпуклыми, плотно сбитыми ребрами. Передние конечности широко расставлены, что обуславливает развитую грудь. У собак арены купированы уши и хвосты. Задние конечности очень мускулистые. Движения пружинистые. Расцветка может быть любой.

http://savepic.net/1780778.png
Минимальная сумма выигрыша на арене - 20рё, максимальная - 40рё, в зависимости от зрелищности и качества боя, а так же симпатии зрителей. По решению администрации Колизея особо отличившимся бойцам может быть дано дополнительное вознаграждение.

http://savepic.ru/3058843.png НПС Колизея.
Любой житель города может принять участие в бою. Ребенок, женщина, калека - ограничений не существует. Выиграв, участник получает денежное вознаграждение. Проигрыш - смерть на арене. Особенность боев, которые проводятся для добровольцев, заключается в том, что участники заранее не знают друг друга и вообще не знают условий боя. Добровольца могут выпустить безоружным на арену, где его будут поджидать голодные псы-людоеды. Все на потеху публике. Чтобы стать добровольцем, нужно всего лишь пройти регистрацию в специальном отделе, назвав свое имя. Зрители делают ставки. Либо условия боя определяются самим игроком-добровольцем не зависимо от владельца колизея и организатора, либо бой и его исход заранее обговариваются с другими участниками отыгрыша. Если ничего не было обсуждено, никто из игроков не имеет права сделать из чужого персонажа "пушечное мясо".
Система проста - победитель и проигравший. Кроме того, организаторы колизея заранее озаботились тем, что среди выходящих на арену могут оказаться люди, наделенные неординарными способностями - здесь верят в магию без шуток и баек, и блокируют ее артефактами, вшитыми в ошейники дерущихся - обязательный атрибут не только для гладиатора, но и для добровольца.

Отредактировано Алесс Капут (2010-01-11 03:52:37)

+2

2

Начало игры

• ночь: ветер поднялся, начался ливень и где-то вдалеке слышны раскаты грома. Ночная прохлада окутала город.
Температура воздуха: + 21

Тот парень не соврал - это место определенно отличалось от всех тех, которые Гвен видела раньше. Вместо обшарпанных стен и явно отслужившего свой срок инвентаря - современный интерьер и новый инвентарь, вместо вечно пьяных любителей жестокости - явно небедные горожане, для которых это больше чем интерес, зрители, казалось, получали удовольствие от созерцания чужого страдания и смерти. Нет, Гвен не обманывала себя - она пришла зарабатывать деньги тем, что умела, а реальные деньги платили только здесь, где в случае поражения ставкой станет жизнь. Решение прийти сюда было не спонтанным - не каждый человек решится рискнуть своей шкурой даже за такие деньги; Гвен же была на это способна, причем не из жадности или стремления к обогащению, хотя, конечно, не без этого. Главной причиной стало то, что даже в случае проигрыша она ничего не теряла - жизнь уже давно перестала приносить ей удовольствие, а секс и алкоголь - плохие заменители счастью, это скорее как суррогат, как непонятные силиконовые шарики, которые жрут мечтающие похудеть домохозяйки, надеясь, что забитый вечно алчущий гамбургеров желудок проведет столь нехитрый фокус.
Белая кобра, героиня бостонских выпивох и токийских задротов, резко потушила сигарету и взглянула в зеркало. На нее смотрела нехрупкая девушка с хмурым, но по-своему красивым лицом и серыми глазами, в которых не было и намека на "искорку жизни", столь часто встречающуюся в глупых песнях поп-исполнителей всего мира или сопливых книжонках для шестнадцатилетних дурех и не менее глупых домохозяек. Отчего, интересно, у нее развилась такая ненависть к ни в чем не повинным жертвам сексуального шовинизма?
- Твоя "Белая кобра"? - подошедший упитанный японец со смешной висячей бородкой, казалось, сошел с картин Курасавы, изображая не то Конфуция, не то монаха-евнуха. И то и другое было забавным, особенно учитывая его чудовищное произношение на английском - японского Гвен все так же не разумела, если не считать пары ругательств и столь полезных слов как "виски, пиво, текила, водка".
- Моя-моя, - Гвен слегка презрительно окинула его взглядом.
- Твоя идить драться скоро, - он махнул рукой в сторону прибора, более всего напоминающего светофор с двумя положениями; сейчас светился красный - шел предыдущий бой; когда же загорится зеленый, ей придется идти туда и либо умереть, либо срубить немалую сумму. Против воли Гвен огляделась вокруг. Кроме нее в комнате было еще пять человек, каждый из которых не походил на великого бойца. Небось, очередные любители "айкидо-шмайкидо", любители дыхательной гимнастики и драк, напоминающих непрофессиональные танцы. Гвен знала, что они будут в ее "команде", если к боям в Колизее, где, как известно, каждый сам за себя, может быть применимо подобное слово. Совсем скоро, осталось несколько минут, и Гвен была готова - она уже размялась под настороженные и удивленные взгляды своих "коллег" - те с трудом смирялись с мыслью, что один из них - женщина. Ну что ж, задротики, посмотрим, кто чего стоит!
Гвен не строила иллюзий на счет боя - тут дрались насмерть, и всех об этом предупреждали. Она благоразумно подставила шею, и "Конфуций" застегнул на ней ошейник, смысл которого представлялся Гвен весьма смутным - вероятно, дань традиции.
- Эй, подружка, не путайся под ногами, - высокий весьма полный японец с мордой "я вам всем трубу шатал" ухмыльнулся, смешно сложив на груди руки, чтобы те выглядели повнушительнее.
- Сам не споткнись, не поднимешься потом, - она критически посмотрела на внушительный живот. Наверное, какой-то сумоист или что-то вроде того. У этих японцев такие забавные развлечения попадаются...

Отредактировано Гвен (2011-08-21 22:43:05)

+4

3

<-- Особняки -- Die Schatten.
Август 2011. Ночь. +21.

Шаг вперед - шах и мат.
Есть какая-то высшая несправедливость в мире - в основном, для каждого человека она уникальна, не двойственна и не дроблена, но самая великая из них: та, что со смертью ничего не поделаешь, чего не скажешь о возвышенной красоте живого и мертвого мяса, снятого с костяного остова, - неоспоримая и неутомимая. За металлической дверью с плотным прослоем непробиваемого железа, за прилегающими язычками замков и ключами со стертыми ручками, за тревожно мигающими огнями сигнализации, она встречает его входом в сухое столпотворение хаоса и человеческого забвения, для того, чтобы разрешить взглянуть. На трупы, изуродованные ужасом и судорогой, вывернувший конечности под самым невообразимым углом, на останки, истерзанные долгой, мучительной смертью, на мясо, до хруста и горелой корки сожженное заживо, истерзанное теплой от чужой руки сталью, с пулями в кишках, с остатками слюны бешеных псов, с началом нового боя в запале ударяющих лапами в песок, слипшийся, багровый и бурый от крови, пролившейся какими-то минутами ранее. Вдохнуть этот неповторимый запах не успевшего загнить мяса, тела, в котором не началось еще методичное разложение белка и пополнение простой личиночной ткани, тела, под которым еще тепло. Не испытывающие более ни боли, ни разочарования, проигравшие остаются в этих неровных, почерневших от сырости стенах навсегда - костяная пыль, замурованная в пол, никогда не доходит до кладбища, но становится новым укреплением бездушного склепа. Пружинящим покрытием.
Шаг вперед, два назад - встал и опять упал.
Здесь его знали, как Ларса - говорили, он голландец и лет ему около сорока. Рост 185 сантиметров от пола, вес 95 килограмм. Скорее жилистый, чем мускулистой, он был звездой - своеобразным идолом, боя с которым хотел каждый новичок из числа отчаянных ловцов наживы и каждый гладиатор, который, выиграв, получил бы и свободу, и почет. Это не самый плохой и банальный стимул из всех, что можно было бы придумать и, во всяком случае, он действительно работал и оправдывал себя уже не первый год: напор желающих сцепиться с Ларсом не ослабевал даже в тот день, когда он свернул голову вышедшему против него рослому негру; яблоки его темных глаз, выкатившиеся, огромные, выдавливаемые из орбит силой удушья, стягивающей бычью шею, зрители запомнили надолго и часто припоминали тот случай. Пока месяц назад под скамейкой центрального парка не обнаружили светло-коричневый пакет из магазина сладостей, сквозь острый угол которого лениво просачивалась неприятно отдающая зеленью, отвратительно пахнущая жидкость. Там лежала голова - лежала почти неделю, пока кого-то не побеспокоил удушливый запах, исходящий от свертка. Волосы спутаны, череп наполнен насекомыми; внутрь просачивались опрокинутые кем-то спиртные напитки и сладкая газировка, заливалась за пластиковые бортики моча собак, пластик разлагался, гнил и плавился, но в целом, если бы не было так жарко, его бы вряд ли нашли - только жуткий смрад разносился на много метров. Над ним самозабвенно целовались парочки и ничего не подозревали. Убийцу Ларса так и не нашли, хотя, надо предполагать, искали со всем не свойственным старанием; но то ли это был завистливый боец, сумевший выследить его в обычной, мирной и далекой от боли и риска жизни, когда тот направлялся через парк к своей любящей жене и девятилетнему сыну, то ли он просто попал под руку местного маньяка, которых в последнее время расплодилось больше, чем тараканов на кухне у ленивой хозяйки, то ли на то действительно была воля случая и чьего-то острого мачете - не слишком многое потерявший от его смерти, Джей старался не задумываться лишний раз о чужих проблемах и неприятностях.
Тем более, что это была последняя неприятность в насыщенной и достаточной долгой жизни Ларса.
Мужчина затушил сигарету о стену, уже до того полную черных горелых отметин, что в назначении ее сомневаться не приходилось, и, подняв ворот хлопковой рубашки, заправил за него хвост черных, спутанных волос. Не красивый, с холодным скуластым лицом, на котором слишком гротескно выделялись черные глаза, этот человек был частым гостем в подземельях арены и, судя по всему, закадычным другом двух мастеров, то и дело исчезающих и проявляющихся из тени, словно эфирные духи мщения. Хлопок ладонь о ладонь в дружеском приветствии огласил начало нового дня и для Мигеля с Арриго, и для Джея, который, в отличие от этих двоих, не прятал своего лица. Оно было слишком не запоминающимся. Среди постоянных гостей Колизея ходили слухи, что незаметность в толпе - а здесь всегда было слишком людно, чтобы остаться невидимым и никем не примеченным, лицу Джея придает рисунок, вытатуированный на его правой стороне - довольно сложный и сотканный из очень тонких линий символ, не различимый на расстоянии: лишь с двух-трех шагов, и то, если заставить себя к нему присмотреться. Так это было или нет, никто до сих пор не выяснил, но вся соглашались с тем фактом, что рассмотреть лицо Джея можно только вблизи и при большом желании - но запомнить совсем не надолго.
Он поднял рукав куртки и коротко глянул на подсвечивающуюся панельку часов - до того, как прибудет его товар, за который сегодня выйдет получить немалую сумму, оставалось еще около полутора-двух часов. У него было достаточно времени для того, чтобы отметиться в Колизее и приложить свою руку к контролю боя.
Остановившийся рядом Мигель слегка приподнял нижнюю часть своей маски, чтобы сунуть в рот пластинку жвачки; в то время, пока на арене царил мир и согласие, двум отставным воякам было совершенно нечем заняться и они убивали время, как могли.
- Мигель, прошел слушок, что на арене будет женщина?
Закончив прятать нижний край железного убранства под платком, оборотень согласно кивнул:
- Сам удивился - молодая совсем деваха. Видно припекло основательно.
Люди убивают друг друга. Иногда в качестве спорта, иногда ради любви, а иногда просто посылают их на бойню, чтобы прокормить пока-еще-живых и нельзя сказать, что это хуже или лучше, чем какая-то другая, более прозаичная судьба. Когда тебе уже нечего терять, почему бы не рискнуть? Впрочем, Джей был уверен, что Ларсу было что терять, но это не помешало ему спуститься через подсобные помещения и занять пятую комнату гладиатора. На нулевой уровень, за ограждения, туда, где даже днем опасно было ходить, не имея с собой оружия, туда, где через пятнадцать метров начинались кварталы развалившихся трущоб и вонючих свалок; туда, где особняки местных чахлых наркобаронов и работорговцев ; туда, где ежеминутно проливалась чья-то кровь, туда, где бродячие ожиревшие собаки поедали слипшиеся комки младенцев, выброшенных матерями подле мусорных баков, в свою очередь проржавелых насквозь. Но раз когда-то сюда пришел Джеремия Райот и записал свое имя под коротким и лаконичным Lars, то почему бы сегодня сюда не прийти девушке, пожелавшей денег или отчаявшейся в жизни? Здесь любого с радушием встретят полулюди-полузвери, одичавшие от бесправного существования на задворках человеческого общества.
Зал освещается вспышкой стробосвета и Джей, не удержавшись, прикрывает лицо ладонью в тонкой кожаной перчатке под снисходительный смешок давно привыкших к этому карателей. Открываются ворота арены и двое, одетые в серые комбинезоны местной врачебной помощи, выносят то, что совсем недавно было человеком - на грубо сделанных носилках лежит, раскинув исполосованные до костей руки, молодой парнишка без лица. Через минуту следом втаскивают на брезентовом полотне тигрицу, всю заляпанную кровью своей жертвы - она спит в целях безопасности персонала, сморенная транквилизатором, но придет в себя уже через пятнадцать минут. Чего не сказать о ее незадачливом противнике. Вся жизненная сила молодого сознания, воля и надежда выливалась через большие рваные раны.
- Я могу посмотреть на нее? - он не провожает взглядом процессию, которой рукоплещут с воем и визгом развернувшиеся со своих мест зрители, каждый из которых хочет протянуть руку и потрепать по шкуре победительницу, во сне вывалившую огромный розовый язык из пасти.
- Почему нет?
Мимо поспешил, расталкивая служащих и гудящую толпу желающих подзаработать, главный букмекер Колизея, пухлый, довольный жизнью и самим собой, пятидесятилетний японец с зализанными сальными волосами. Завсегдатаи, любители острых ощущений и легких денег толпились по углам, пытаясь по изображениям бойцов определить, кому из них ночью улыбнется удача. Джей двинулся за ним - в целом, направление движения низкорослика было единственно верным для желающего попасть в предбанник, где разминались или уныло ждали свое участи, изображая святых мучеников, следующие дети удачи и отказники рассудка.
- Скоро поднимем флаг, заказной уже чистят.
Поднятая ладонь.
Окровавленный песок после заказного боя убирают, как дерьмо и мочу в кошачьем лотке, а на его место засыпают новый. Быстро темнеющие пятна остаются только на бортах. Их не будут отмывать.
- Чхар, - отъевший  круглые бока японец, выделяющийся среди своих собратьев ростом и гонором, развернулся на смешливый оклик со стороны двери и расплылся в щербатой улыбке. Удивительно бедный запас вариантов поведения, - сегодня снова? У тебя кончились деньги?
Выбор между безупречностью и милосердием. Одно исключает другое.
- Ты догадлив! - и это, должно быть, сходит за комплимент. За последнее слово или заключительный абзац к завещанию, которые стало модно писать и заверять в адвокатуре. Этот короткий смешок японца, уверенного в своих силах.
Джей обвел взглядом небольшое душное помещение. Не люди, псы - в ошейниках.
Посмотрите на них и вы узнаете, какова цена адреналина.
Ключ замирает в замочной скважине. Он уже отсюда слышит музыку и смех, чувствует запах сигаретного дыма и травки; из-за закрытых ворот доносятся короткие четкие команды уборщиков и дрессировщиков.
Пять человек выпускались на арену отнюдь не против зверей.
И среди них правда есть девушка - ее лицо знакомо, ее имя едва не срывается с языка, но вместо того, чтобы подойти и пожелать ей удачи, Джей приободряюще похлопывает толстяка по плечу.
- Ты поздравляешь с победой, Джи-сан?
- Скорее, комплектую суповые наборы, - японец жестом отказался от предложенной сигареты, а у торговца не было особого желания настаивать, поэтому он с легким безразличием пожал плечами и спрятал пачку в карман джинс, - подожду, когда вы войдете и выйдете. Это обещает быть интересным.

+2

4


Начало игры : бар Колизея
Август. 2011 год.
• ночь: ветер поднялся, начался ливень и где-то вдалеке слышны раскаты грома.
Ночная прохлада окутала город.
Температура воздуха: + 21

Привет, меня зовут Фрэнки Бэйн, мне 20 лет и я работаю барменом в Колизее.
Наверняка на эту фразу должны клюнуть немало девчонок, учитывая то, что этот элитный клуб, позаимствовавший свое название у величайшего строения Древнего Рима, был настолько элитным, что вход сюда имеют только вип-персоны с их вип-женами, вип-собачками и вип-деньгами. Простому люду сюда вход закрыт: днем и уж тем более ночью, когда двери сказочного двухэтажного здания отворяются, а перед ними становятся два широкоплечих амбала в черных очках. Никогда не видел смысл одевать солнцезащитные очки, когда на улице и без того кромешная тьма. Конечно, это всего лишь дань образу секьюрити, который придумали и благополучно ввели в моду американцы, но мне все же не понять их пристрастия к тёмным очкам. Быть может они подчеркивают и без того каменные мины, делая особый акцент на том, что лучше этого человека в черном не доставать, а нетто худо будет. Лично при мне один прыщавый парнишка пытался проскользнуть сквозь нашу достопочтенную охрану. Не успел он и глазом моргнуть, как его схватили за шкирку и, дав хорошего пинка под зад, отослали восвояси. Бедный парень отделался легким испугом и поспешно ретировался в кусты.
Как я уже говорил, этот клуб для элитных шишек высшего общества и тех, кого они сочтут нужным. Я заметил тут нашего достопочтенного мэра и его очередную любовницу – светлокожую европейку с длинными черными волосами, завязанными в косу, спадающей на правое оголенное плечо. Должен признать, что у этой милашки отличная фигура, которую подчеркивало ярко-красное платье с бриллиантами. Проходя мимо мужчин, она заставляла всех пускать слюни и томно воздыхать по такой очаровательной красотке, ради которой не чуждо и душу дьяволу продать. Суккуб, не иначе.
Знавал я таких дамочек на своей родине-матушке. Они для меня как черные кошки – если перейдут дорогу, значит не к добру. Из-за одной прихоти любовницы одного из моих создателей я был вынужден десять лет торчать во льдах Антарктики, ища там какое-то ожерелье вечной красоты и молодости. И спрашивается на кой черт ей это гребаное ожерелье, если она и так вечно молода и красива. Одно слово: женщины…
Как там говорится? Все мужики – козлы, а бабы – стервы. Я согласен и да, я козел, если уж ни одна баба мне не даёт из-за того, что в сознании у меня сидит ревнивая засранка, поклявшаяся охранять мое мужское достоинство от коварных обольстительниц. Будто бы я давал обет целомудрия! Я ведь не монах, не паломник и даже не Папа Римский, хотя уверен, что последний не раз заводил в свое роскошное ложе одну, а может и сразу несколько прекрасных дев. Обет безбрачия – это фальшивая имитация праведного образа жизни, прикрытие для похотливых инстинктов самцов, одетых в длинные рясы священников. Нет ничего тупее, чем обет целомудрия. И похоже я единственное существо на планете, которое волей-неволей соблюдает его.
Когда мимо проходит очередная красотка, сопровождающая очередного толстопуза, я качаю головой и поджимаю губы. Проституция и коррупция нынче процветают. Я не борец за справедливость и, по сути, мне глубоко наплевать на то, как люди зарабатывают себе на жизнь.
Могу лишь сказать одно: меня зовут Слизь, мне 752 года и я работаю на своих создателей из круга Высших демонов.
Готов поспорить, что на такое чистокровное признание не клюнет ни одна девица, будь она в стельку пьяна или трезва как стёклышко. Да и чего уж там скрывать, я и сам боюсь разговаривать с девчонками. Все они милые на вид, а внутри – ведьмы. Семьсот лет жизни под одной крышей с Бонни заставили меня полностью разочароваться в женщинах. Да, эта малолетка хорошо промыла мне мозги. Будь моя воля, я бы уже давно обрился и пошел в тибетские монахи. Люблю их чай.
- Привет, Фрэнки. – говорит мне официантка по имени Шарлотта Штраус.
Ей 21 год и она приехала из Берлина, чтобы открыть здесь свою танцевальную школу. Учится в токийском университете на факультете искусств. Любит музыку, танцы, пустую болтавню, кружевные трусики, помаду от шанель и принимать ванну с пеной по четвергам. Я знаю это все, потому что она считает меня своим первым другом нетрадиционной сексуальной ориентации. Мне так легче сближаться с девчонками, когда они считают меня геем. Мы мило общаемся, сплетничаем и красим друг другу ногти. Спасибо, Бонни. Это ведь было очередным твоим приказом, сучка!
- Ну признайся, Клайд. Было весело!
Конечно, весело смотреть на полуголое женское тело, биться подушками и хихикать, как настоящий педик, одевая её серьги, кольца… юбки, колготы. Не знаю, как я это выдержал, но теперь, благодаря неоднозначному участию госпожи Боннэт, я являлся для Шарлей (как любя называл длинноногую официантку) хорошей… подружкой.
- Два бренди, три коктейля «Подружка гангстера» и один молочный коктейль, – тем временем произносили соблазнительные губки девушки.
Я улыбнулся ей в приветствие, кивнул и начал совершать виртуозные манёвры с совмещением эксклюзивного пойла для высшего общества тщеславных жмотов и их самовлюбленных подруг.
- Как делишки? – тем временем интересовалась Шарлей, вычеркивая из своего блокнота заказы. – Что делаешь после работы? Свидание, м?
Я поднимаю на неё взгляд и вымученно мычу что-то вроде «я свободен». Она недоумевает, ведь у меня такая внешность, что любой парень должен безоговорочно запасть.
- Если бы ты не сказал, что гей, я бы дала тебе свой номерок, но ты ведь и так его уже знаешь, – хихикнула она.
Мне оставалось только сглотнуть внезапно поступивший комок в горле. Это было очень печально. Вся ситуация была похожа  на какой-то дешёвый розыгрыш, который эксклюзивно для меня задумала Бонни.  Спасти меня от неловкого положения могла только работа, поэтому я сосредоточенно занялся созданием коктейля под названием «Подружка гангстера». Состав его был довольно прост: 30 мл. первоклассного джина, 4 капли апельсинового бальзама, 30 мл. ликера «Sloe Gin» и сухой вермут, что свойственно, тоже 30 мл. Смешав все в шейкере со льдом, я виртуозно начал взбивать, хвастливо подбрасывая и ловя другой рукой. Быть может это и производит на кого-то впечатление, но явно не на ту очаровательную особу, которой достанется этот нехитрый коктейль.
- А кто заказал молочный? – спрашиваю я, процеживая напиток в бокалы.
- Его заказала подружка мэра. Странно, да? – заговорщицки прошептала мне красотка Шарлотта.
- Действительно, странно…
Ничего в этом странного нет. Суккубы вынуждены питаться человеческой пищей из-за необходимости поддерживать свой организм белками, жирами и углеводами. Молоко – как нельзя лучший способ удовлетворить свои потребности в пище. Хотя это так же чудный способ выпендриться перед достопочтенной публикой. Готов поспорить, что из-за этого заказа она получает в два раза больше внимания, чем тогда, когда зашла в клуб. Тщеславные стервы.
- Держи, дорогуша, – выставляя перед Шарлей весь заказ, проговорил я.
- Спасибо, Фрэнки. Я скоро вернусь, – улыбнулась она и, забрав поднос, умчалась вперед, вильнув напоследок хвостом.
Мой нос уловил её утонченный аромат духов. Шанель №5.
Черт, скоро я буду разбираться к косметике и парфюмерии лучше, чем в спиртном. За один вечер общения с Шарлоттой я выслушал всю её историю детства, юношества и неудачного замужества, которое продлилось ровно один год и два месяца. Более того я узнал про секреты макияжа, который способен скрыть круги под глазами или даже засос на шее. Я стал разбираться в духах и теперь спокойно могу выбрать подходящую для любой девушки гамму аромата. Пару раз мы вместе ходили в парфюмерный магазин: я купил ей духи, ориентируясь на свои знания. Шанель №5. Шарлотта этого достойна. Она милая девчонка с невеселой судьбой и я посчитал своим долгом усластить ей жизнь на этой грешной земле. Кто еще подарит ей духи, если не я? Ну, разве что тот смазливый тип с взъерошенными от геля волосами, с которым она мило перемигнулась и оставила свой номерок на его столе. То, что он сидит в гордом одиночестве еще не значит, что он твоя партия, Шарлей.
Тем временем бар не пустовал. Большинство гостей отдавало предпочтение уютным креслам или диванам, некоторые же находили свое место за барной стойкой, где помимо меня бодро служили еще два товарища, с которыми я был мало знаком, да и имена их подзабыл. Но это не мешало нам изредка общаться, кидая друг другу короткие фразы, и изредка подшучивая в стиле «ты украл у меня клиента, засранец». Это особенно мило звучит из моих уст, ведь многие в этом клубе принимают меня за гея и теперь мне приходится, потакая желаниям госпожи Боннэт, отшучиваться в стиле «заткнись, противный». Я слышу смех своего альтер эго, которая искренне веселится от всей трагедии этой грёбаной комедии. Бессовестная девчонка знает, как сделать себе приятно и таким же образом отсечь всех девчонок от моей привлекательной мужской фигуры. Я, блять, гей и должен этим гордиться. Актёр из меня никудышный, но постепенно вливаясь роль, я начинаю видеть в этом какой-то смысл. Девчонки строятся в очередь, чтобы завести себе очередного дружка нетрадиционной ориентации, а Бон при этом помогает мне с выбором, яростно критикуя несчастных девиц.
- У той слишком большая грудь, а у вон той вообще нос кривой. Нет, лучше я тебе другую подберу.
Можно подумать, мне Шарлотты не хватает. Превосходно, теперь я по уши в гейском дерьме…
Я прикладываю ко лбу ладонь в стиле капитана Пикарда и копирую всем известный жест «Facepalm».
- Что-то ты нехорошо выглядишь, – подбегает ко мне Шарлей с новыми заказами и протягивает листочек, где её более-менее разборчивым подчерком написано «тот парень запал на тебя» и стоит несколько смайликов подряд.
Я поднимаю на нее вопросительный взгляд, потом выглядываю из-за её плеча и сталкиваюсь глазами с молодым богатеньким сынком очередного бизнесмена, возле которого красовался не менее красивый паренек лет восемнадцати. Этого мне еще не хватало! Я шустро прячусь за утонченную фигурку официантки и качаю головой, выдавая первое, что пришло в голову:
- Он не в моем вкусе, – проникновенно объясняю ей, наливая ром и закидывая прочие ингредиенты для «Гавайского коктейля». – Будь добра объяснить ему эту печальную истину.
- Но он милашка и ты ему действительно нравишься, – настаивала Шарлей. Ох уж эти бабы…
- Передай ему, что я храплю во сне и что у меня хроническое несварение желудка.
- Клаааайд, а знаешь что я хочу? игриво шепчет мне на ухо Бонни.
Нет, блять, не знаю и знать не хочу. Заткнись! Не говори этого! Я не сделаю это!
- Хочу, чтобы ты послал этого урода куда подальше. Потому что он действительно хочет тебя. А я не позволю никакому пижону трогать моего личного джина, – мурлычет она, взъерошивая мне волосы.
Фух, пронесло… Я не говорю Бонни спасибо, потому что у нее всегда есть какой-то подвох.
Кажется, со стороны официантке показалось, что у меня действительно несварение желудка, потому что на протяжении последней минуты переговоров с Бон, я сжимал зубы и напрягался так, словно из меня вот-вот что-то вылезет или я рожу, не суть как важно.
- Ладно, Фрэнки. Передам… Ты сам-то как? Нормально? У меня в сумочке есть таблетки. Если нужно, возьми, – заботливо предлагает она, а я наигранно, но так вымученно кряхчу одно единственное слово:
- Сп-пасибо.
Она забирает поднос с коктейлями, а я перевожу дыхание, опершись об барную стойку и тяжело выдыхая, опустив голову вниз. Так и разрыв сердца получить можно. Одно дело играть в кокетливого пацанчика, но совершенно другое идти на свидание с другим мужиком, которому тоже бабы не дают. Несмотря на то, что между нами есть что-то общее, я не собираюсь подвергать себя такому эксперименту, хотя Бон не один раз повторяла:
- В жизни нужно попробовать все, но всему свое время.
Я в какой-то мере соглашаюсь с ней, хотя зачастую мне хочется послать эту малолетку куда подальше, чтоб не мешала работать.
Итак, кто тут у нас? Я вижу новую работницу клуба. Очаровательную девушку с ярко-рыжими волосами и изумрудными глазами. У нее внешность типичной ведьмы. Прелестной, милой, сексуальной обольстительницы. Что мне это напоминает? Конечно. Привет, суккуб.
Я улыбаюсь ей против воли. Её магия все же сильнее моей лёгкой неприязни. Бонни в это время встала на дыбы и яростно зашипела. Чует конкуренцию. Люблю, когда она ревнует. Это кажется таким… милым.

+2

5

Начало игры: Клуб Колизей
Ночь августа 2011 года. Ветер поднялся, начался ливень и где-то вдалеке слышны раскаты грома. Ночная прохлада окутала город. На улице +21

Ночь. Токио. Ночной клуб. Довольно банально, не правда ли? Ну, для кого как, а для девушки с именем Амайя это всегда в новинку..несчитая того, что она по ночам только и шастает по городу. Это даже похоже на коктейль: одна ночь, один ночной клуб, щепотка флирта, немного страсти и самый главный ингредиент, секс. Ммм кстати о коктейлях. Рыжеволосая совсем недавно устроилась на работу. Официанткой в клуб. Работать в таком месте для суккуба ну просто наслаждение. Во первых это просто толпа красивый людей..и не людей, во вторых конечно же чаевые.
Амайя подходит к дивану, куда недавно присела молодая парочка парней, которые явно были неравнодушны друг к другу. -Доброй ночи мальчики. Что будете заказывать?  На что парни с пафосными мордашками повернулись к суккубу и... а вот тут вы предполагаете, что они бы так же пафосно ответили, но неееет, парнишки и не предполагали, кто перед ними стоит. -Да да лапулечки мои, перед вами суккуб. Парни давно уже забыли друг о друге, они заворожено смотрели на девушку официантку, которая мило улыбалась им в ответ. -На ваш вкус дорогая, да побольше.  Один из них даже подмигнул суккубу. -Будем сделано мои господины. На что парни только глубоко вздохнули и смотрели вслед уходящей девушке их мечты..ну как они думали на тот момент. -Таааак, ну от них налички неплохо будет я думаю. Подходя к барной стойке Майя заметила довольно симпатичного бармена, который смотрел на нее и улыбался. -Ммм, как хорошо что я тут работаю...ты погляди какие тут все миленькие...
-Привет, ты наверно заметил, что я новая работница клуба, так что не поможешь мне? Мне нужно два мартини для тех голубков. Махнув головой, суккуб показала на парней. -И меня зовут Амайя рада знакомству.

0

6

Я методично протирал стаканы и одновременно поглядывал в твою сторону. Новенькая официантка. Сегодня твой первый день или я что-то пропустил? Стоит признать, что форма тебе очень идёт, но твоё тело предназначено для длинного платья с глубоким декольте, на котором разбросаны бриллианты и прочая мишура, от которой пищат девчонки. Мои глаза бесстыдно бродят по твоему телу, пристально изучая каждый изгиб утонченной фигурки. Ты кажешься мне фарфоровой куклой среди всей этой высшей знати. И знаешь что? Ты выделяешься даже на фоне подружек мэра, богатеньких дамочек, которые тратят на поддержку своего внешнего вида уйму денег и при этом продолжают медленно, но верно стареть. Ты чудесна, спору нет. Но я знаю твой секрет. Именно так, малышка. Я знаю кто ты.
Ты подходишь ко мне с грацией дикой кошки, плавно покачивая бёдрами. Тебе в след обращены множество мужских взглядов. Ты сводишь всех сума. Достаточно только взглянуть на свою жертву, которая спустя пару минут чувствует непреодолимое притяжение. К тебе, простой официантке из элитного клуба «Колизей». Я знаю, что должен держаться от тебя подальше, ведь от суккубов у меня всегда были какие-то неприятности. Впрочем, тоже самое я могу сказать про Бонни, но отличие состоит в том, что я не могу от нее убежать скрыться или хотя бы заткнуть ей пасть. Так почему же мне избегать тебя? Я не вижу в этом смысла, а ты?
- Привет, – говорят мои губы, когда я отставлю стакан в сторону и, не отводя от тебя взгляда, киваю. – Моя работа состоит в том, чтобы помогать таким как ты.
Я флиртую? В жизни со мной такого не было!
Я складываю локти и облокачиваюсь об барную стойку, пристально глядя тебе в глаза. Это продолжается не долго, всего пару секунд, словно я пытаюсь просканировать тебя и понять, где выключить рубильник под названием «Очарование». Я не хочу быть твоей очередной игрушкой. Мне оно не нужно, хоть все мое тело так и хочет почувствовать твое тепло или хотя бы мягкость твоих губ.   Я больше ценю настоящие чувства, чем фальшивые, навеянные магией обольщения.
- Два мартини, говоришь?
Я обрываю свой взгляд и ищу бутылку, которая завалялась где-то на нижних полках. Здесь их оказалось слишком много. Пустых, на донышке которых болтались еще пара капель. С ними я потом проделываю запрещенный трюк – сливая все в одну и унося с собой около 400 мл. чистого коньяка или ямайского рома. Быстро подсчитав свои запасы, я достал новую бутылку мартини и, выпрямившись, открыл её, разлив по двум стаканам на вытянутых хрупких ножках.  Добавив туда по две оливки, проколотые деревянной палочкой, я протянул тебе заказ.
- Будем знакомы, я Фрэнк, местный бармен. Но можешь называть меня Фрэнки. – обворожительно говорил я, как вдруг в наше милое общение вмешалась Шарлотта:
- Фрэээнки! Тот парень говорит, чтобы ты к нему подошел. Похоже, он очень разочарован и хочет обсудить с тобой пару дел, – быстро протараторила она, мельком глянула на тебя и кивнула в знак приветствия.
- Ты уверена, что правильно передала мое послание? Он не в моём вкусе, помнишь?
- Да, но еще он сказал, что ты делаешь отвратный коктейль.
- Что? Так и сказал?
Вот ублюдок. Мало того, что я вкалываю тут как чёрт, так еще и должен слушать критику неблагодарных клиентов! Что за нах? Я делаю прекрасные коктейли. Все хвалили меня. И даже владелец этого элитного заведения, не помню как там его.   
Я выдыхаю и качаю головой:
- Не обращай на него внимания, Шарлей. Это долбанная провокация не касается тебя, а лично я… - выглядываю из её утонченной спины и показываю грёбаному педику международный жест «факью», добавляя губами «олд бич». – Вот и всё. Возвращайся к работе. Что там у тебя?
- «Рэндор», бренди и армянский коньяк, – перечислила она.
Я принялся за работу, яростно взбалтывая в шейкере джин, абрикосовое бренди и прочие ингредиенты со льдом.  Процеживаю в бокал, наливаю в другой – бренди, и еще в один – коньяк. Выставляю все на поднос к девчонке и киваю ей. Она пожала плечами, мол, «зря ты так с ним», и скрылась между столиков-диванов.
Вообще на работе нельзя пить и зачастую я придерживаюсь этого правила, но сегодня не тот случай. Наливаю в рюмку коньяка и залпом выпиваю. Ух, похорошело. Теперь и продолжить можно.
Я поднимаю взгляд и снова вижу тебя перед собой. Сейчас ты кажешься мне феей из забытых грёз. Может, полетаем как-нибудь вместе?

+1

7

У вас, когда-нибудь было желание заняться с определенным человеком (назовем его Одуванчик) сексом? Было конечно. Но было ли у вас, что если бы вы занялись с одуванчиком сексом, то вся прелесть одуванчика просто испарилась бы? И поэтому как сильно не хотелось бы испробовать этот плод на вкус, вы всей свой силой воли сдерживаете себя и лишь наслаждаетесь издалека этим прекрасным одуванчиком? Думаю нет. А вот наша героиня иногда сталкивалась с такими персонажами в жизни, они чем-то всегда выделялись из толпы, в них было что-то такое, чего нет ни у кого другого. Причем они этого сами не знали, просто как-то так получалось. И суккуб их не трогала, потому что это были единственные прекрасные цветки жизни в нашем современном кустарнике, именуемом цивилизация.
Рыжеволосая поставила бокалы на подносы. -Очень рада знакомству Френки. И рада тому, что ты мне будешь помогать. Улыбнувшись, Майя развернулась и направилась  к голубкам, которые сидели и были совершенно трезвые, что сильно их расстраивало. -Мальчики, а вот и я! И я не одна! Вот вам для начала два мартини, если хотите, могу принести еще, вы только скажите, любой ваш каприз. -За ваши деньги... Хмыкнула официантка. -Ой, спасибо большое милочка. Любой каприз? Может, проведешь нас в места более уединенные, чем это? -Мда....два гея пытаются снять девушку-официантку... смешно.. -Мальчики, я бы рада, но я могу вам предложить только напитки. Бархатный голос суккуба как лезвия бритвы прошлись по сердцам молодых людей. -Как же жаль. Но нам хватает и вашего присутствия милая. Их голоса были полны разочарования, но  Амайя же не будет оставлять клиентов в таком настроении правильно? Иначе не суккубом она является, а не пойми кем! Девушка наклонилась к ним и прошептала -Только позовите и я вся ваша на тот момент пока вы находитесь в клубе, золотые мои. Ее рука чуть коснулась одного из парней, тот в свою очередь как будто получил заряд адреналина и залпом выпил один из бокалов, стоящих на столе.
Амайя возвратилась к барной стойке и присела на один из стульев, положив руки на стол. Ее глаза изучали ее нового знакомого, буквально как рентген она прошлась по его лицу, телу. –Одуванчик или нет….одуванчик или нет… Все так же, не отрывая взгляда от него суккуб продолжила прервавшийся разговор: - Френки а ты тут давно работаешь?

0

8

- Она не нравится мне, – шипела Бонни мне на ухо. – Сразу видно: тощая, напыщенная стерва. Знавала я таких барышень, особенно в эпоху Возрожденья. Ты посмотри на нее – развратница!
Странно, почему же тогда, когда я смотрю на тебя, то не вижу и доли разврата в твоих прелестных изумрудных глазах? Толстая завеса ревности порой очень плотно закрывает глаза, да так, что невозможно увидеть очевидного. Это было хорошим оправданием для Бон, которая рвала и метала, как маленькая разъяренная собачонка, тявкая из моего сознания и мешая мне думать. Мерзавка и не думала затыкаться, характеризуя каждую деталь, казалось бы твоего идеального тела. На все её упрёки я находил один существенный плюс: ты суккуб, тебе положено быть привлекательной, соблазнительной и такой обворожительной, как сейчас. Твоя магия работает на всех и мне кажется, нет никого, кому бы ты не смогла запудрить мозги своей милой улыбочкой и пристальным взглядом из-под полуопущенных длинных ресниц. Простые люди особенно быстро поддаются твоей магии, а для меня тебе потребуется больше, чем пара минут общения. И я до сих пор не могу понять: хочу ли я, чтобы ты сидела на этом стуле возле бара, или все же, чтобы ты пошла зарабатывать деньги, принимая у наших уважаемых клиентов заказы. Уверен, сегодня у тебя будет отличный улов, который тебе оставляют на чай.
- Отошли её пахать! Нехрен моего джина отбивать, сучка.
Разве я могу пойти против желания своей госпожи? Нет, не могу. Поэтому я только хочу произнести пару фраз, тонко напоминающих тебе о работе, как вдруг ты начинаешь разговор с вопроса: «а долго ли ты тут работаешь?». Чудно, Амайя! Ты только что спасла меня от трудновыполнимой задачи, ведь я не тороплюсь отсылать тебя ко всем чертям, хотя моё шестое чувство по имени Бонни, скулит и брызжет слюной по поводу твоего милого общения.
- Несколько недель, – охотно отвечаю я, вновь взявшись за протирание бокалов. Говорят, что они должны блестеть в лучах иллюминаций, иначе наши уважаемые клиенты не смогут оценить высокого качества высшего пойла для их величеств и королев. - Привлекло название клуба, обожаю Рим. Да и как бармен я хорош, верно? – спрашиваю и виртуозно подкидываю бутылку отменного шотландского виски 1989 года, ловлю и снова подкидываю, ловя хрупкую бутыль уже за своей спиной. – Начальник был в шоке от моего мастерства и безоговорочно принял на работу, а ты как сюда попала? – интересуюсь я, наклоняясь к тебе. – Говорят, без связей сюда не попасть. Это элитный клуб, ты же в курсе.
Кладу бутылку обратно под стойку и вновь обращаю на тебя свой чистый взор: без всякого похотливого интереса или жажды в глазах. Ты не увидишь это во мне, до тех пор, пока я не перестану себя сдерживать.
- Отошли её пахать, Клайд! Немедленно!
Блять…
- Да, и кстати, Шарлей со всеми не справится, тебе придется обслужить еще пару столиков и… - я кидаю взгляд направо и продолжаю, как на зло глядя в глаза Бонни: - тогда мы сможем продолжить нашу беседу.
Бон в ярости. Она кидается на меня и душит своими хлюпкими ручонками, в то время как я, пытаясь не поддаваться на её провокации, киваю тебе и раскрытой ладонью указываю на ждущих посетителей.

0

9

-Амм, - резервный вдох и в притворной задумчивости Амайя кокетливо выпятила губки бантиком. Взгляд ее был направлен в правый верхний угол  своего пространственного видения. Психологи говорят, что это направление говорит о том, что человек яростно пытается что-то вспомнить.  И, знаете ли, это отличный прием в общении с людьми, которым, черт возьми, не хочешь говорить правду  сразу или вообще. На подсознательном уровне все мы  автоматом принимаем  визуальные сигналы от партнера и  что-то нам сразу становится понятно. Например, когда говорят правду, а когда врут. –  ну, скажем так, у меня очень влиятельная… -  она резко, будто выстрелом, перевела свой взгляд на Фрэнка и бархатным голосом произнесла  - мамуля.
Поверит он этому или нет – его проблемы, но если говорить на чистоту, то это все-таки правда. Мать Амайи - была женщиной  из тех самых сливок токийского общества, которым позволено проходить всюду, не зная таких слов как  билет и флаер. Кроме того, она была женой  очень влиятельного человека, который одним щелчком пальца мог выставить тебя с работы по причине  неповиновения.
Амайя пристально и даже немного нахально смотрела на бармена и  мысль о том, кем он может являться ей, не покидала ее голову. В одну секунду в ее голове проходило  огромное количество мыслительных процессов и, эврика! кажется кто-то понял, как ему выяснить то, что нужно.  Но только лишь  суккубша хотела заикнуться, чуть приоткрыла губы и  уже взялась поправлять волосы, как ее отправили работать.  Одну миллисекунду Майя потратила на  эмоцию непонимания, вторую – на разочарование, третью – на смирение, - «Ладно» - Ок, босс.  Моргнув и двумя пальцами по-военски  отдав честь, девушка  неизменно сногсшибательной походкой отправилась к первому столику, за которым сидела юная особа.
-Привет, будешь что-то заказывать? Амайя раскрыла блокнот и уже приготовилась записывать – Да, мне «Чивас Регал 12». Девушка, или как сказать то даже, она была настолько молода, что выглядела даже девочкой. –«Интересно, ей уже есть 18?» -  Мне 58,  -прочитав мысли  официантки, ответила уныло улыбающаяся новоиспеченная телепатка. – Прошу прощения, - вздернув бровями, Амайя улыбнулась посетительнице и подошла к соседнему столику, за которым, сидела шумная компания: 2 девушки, 2 парня.  Они совершили большой заказ,  так, что суккубша еле успела все в точности записать.  Следом она сделала изящный реверанс и с чувством, что кто-то назойливо на не пялится (а такое чувство было далеко не новым), вновь рассекая воздух бедрами, подошла к барной стойке.
-  Так воот, -  девушка  локтем облокотилась на столешницу, открывая  взору Френка свои «объемные прелести» -  смотря куда угодно, только не на него, она  перечислила ему весь список выпивки, состоящий из одного виски и 4рех бутылок пива, и продлила его  закуской к пиву в качестве сушеных морепродуктов. Закончив, она  все-таки удосужилась заглянуть в глаза парню, вспоминая свой план и  улыбаясь от того, насколько он гениален.
- А ты, наверное, думал, что я сюда благодаря связям половым попала? –  совершенно без комплексов  продолжила она их разговор.

Отредактировано Amaya Hope (2011-08-28 16:08:50)

+1

10

Мамуля, значит…
Я провожаю тебя взглядом, мысленно оценивая твою фигурку на одиннадцать из десяти. Ты кажешься мне маленькой, утонченной феей, которую заперли в бутылке, надели фартук и отослали обслуживать несносных посетителей, которые, между прочим, так и пожирают тебя взглядом. Шарлотта наверняка уже ревнует, что большинство столиков, обращены в твою сторону и теперь непрерывно щелкают пальцами, поднимая руки ввысь, машут тебе и заманчиво-кокетливым голосом призывают:
- Официанткааа!
Уроды. Я рычу в сторонке, как грёбаный волк-одиночка, у которого стая отбирает самку или же наоборот, самка забирает стаю.  И от этого мне становится тоскливо. Появляется неоднозначное желание набить кому-то морду, но Бонни, - о, чудо! – говорит, что я должен работать. В кои-то веки эта маленькая засранка полагает, что деньги нам не помешают, а учитывая то, что здесь платят довольно хорошо (на то он и элитный бар, верно?), то стоит направить все свое внимание на приготовление коктейлей и разливания выпивки для достопочтенных гостей. Не то, чтобы мне это наскучило, даже наоборот – с твоим прибытием в наши тусклые ряды, я вынужден признаться, работать мне стало веселее, если не брать во внимание мнение госпожи Боннэт, которая трещала мне на ухо всякие мерзости по поводу суккубов и методов их обольщения.
Ох уж, деточка, поверь, я знаю все ваши способы соблазнения, на которые, как и любой смертный, рано или поздно попадусь и тогда либо буду нежиться в твоих теплых объятиях, либо буду раздевать тебя во сне, в то время, как Бонни отрубит меня к чёртовой матери. Ты должна понять, эта малолетка очень ревнивая и не позволит нам быть вместе. Ни-ко-гда.
Ко мне подходит Шарлотта, принося грязные стаканы, и взамен требует два «Любовных бальзама» и коктейль-пунш с бренди. Я отвлекаюсь от созерцания твоей утонченной фигурки и принимаюсь за дело.
Итак, что тут у нас? Любовный бальзам… Звучит почти как любовное зелье. Забавная вещица, которую я однажды добыл для одного демона, совершенно не излучающего и доли привлекательности, даже вселяясь в человеческое тело. Либо со вкусом у него были какие-то проблемы, либо ему просто не везло. Посему он приполз к моим создателям и слёзно умолял принести ему некое зелье, с помощью которого можно закадрить любую девчонку.  По традиции влипнув в очередную задницу, я все-таки украл это зелье у одной ведьмы, которая очень умело швырялась своим серебряным сервизом. Одна из вилок попала мне в задницу, посему последующие два месяца я не мог никуда присаживаться, так как Бонни затормозила регенерацию и потешалась над моим незавидным положением.  Уверен, что сейчас она поступила точно так же, только самолично вогнала бы мне серебряный нож прямо в…
- Это новенькая? Как её зовут? – оборвала ход моих мыслей Шарлей, кивнув на тебя.
- Амайя. Это пока что все, что удалось мне узнать, милочка, – отозвался я, растворяя сахар в лимонном соке и добавляя туда корки лимона, коньяк, ликер и прочие ингредиенты.
- Она красивая… - тихо пробормотала официантка, явно погрустнев из-за этого неоспоримого факта.
Но я не был бы другом-геем, если бы не поддержал свою взгрустнувшую подругу:
- Эй, Шарлотка, – наклоняюсь к ней и шепчу: - Ты же знаешь, что ты самая красивая среди всех девчонок. Вот и не раскисай, – ласково щёлкаю её по носу и разливаю напитки по бокалам.
Конечно, она очень красива, как для смертной женщины. И с первого же дня нашего знакомства я был удивлен, что она человек. Но никто не сравниться по красоте с суккубами. Разве что фаэри… Те еще цыпочки.
Принимаюсь за создание очередного коктейля, как вдруг вспоминаю, что его уже готовил около десяти минут назад, и он мирненько стоит у меня под стойкой. Осталось только разлить по чашам и соорудить нехитрое украшение, состоящее из ломтиков апельсина, ананаса и малины. Не забыв кинуть в каждый бокал по кусочку льда, я выставил готовые напитки на поднос заметно приободрившейся Шарлотты. Уходила она как раз тогда, когда ко мне вновь подошла ты.
Перечисляя заказ высокопоставленных господ, ты проделала соблазнительный трюк, облокотившись о стойку.  Мои глаза непроизвольно упали на твою грудь, и к горлу подступил панический приступ кашля. Я попытался сгладить результат твоей выходки, прокашлявшись в сторону и начав усердно протирать стойку, при этом даже грубовато спихнул твои ручки со столешницы, полируя её до блеска.
- Половым связям? – благоразумно переспрашиваю я, поднимая на  тебя удивленный взгляд, беру виски и наливаю в бокал. – С чего это ты взяла?
Косить под дурачка я долго не умею, поэтому хитро улыбаюсь тебе и ставлю стакан на поднос.
- В современном мире ценятся только две вещи: деньги и секс, – заявляю я тебе, разливая по стаканам ирландское пиво высшего сорта и выставляю тебе на поднос вместе с закуской. – Угадай, каким образом можно попасть на эту работу простым девчонкам из Токио, Бруклина, Лос-Анджелеса или даже Москвы, – наклоняюсь к тебе поближе. – А теперь будь добра, ответить на один интересующий меня вопрос… - я смотрю точно тебе в глаза и спрашиваю: - Если у тебя богатенькая мамуля, так почему я вижу тебя перед собой в форме официантки, если ты должна сидеть там? – указываю на высокопоставленную публику, ожидающую тебя, моя милая Майя.- В кресле, рядом с каким-нибудь толстопузым красавцем, вроде нашего мэра.

Отредактировано Frankie (2011-08-28 23:25:02)

0

11

А тем временем под помещениями с модной музыкой, дорогими напитками и не менее дорогими гостями разыгрывался очередной акт трагедии на арене. Это было даже в каком-то смысле символично, потому что вся эта "золотая молодежь" и богатеи постарше в прямом смысле слова пировали на костях - под ними погибло больше людей, чем можно было себе представить. Вот и сейчас Гвен краем глаза увидела, как с арены унесли то, что когда-то было бойцом. Лица у паренька не осталось, но оно ему было без надобности - его наполовину съели. У него не было ни единого шанса против дикого животного. Девушка почувствовала, как ее начинает мутить; кого-то из новых бойцов вроде нее шумно вырвало прямо на песок. Гвен едва сдержалась, чтобы не последовать его примеру.
Толстенький господин отвлекся на секунду, и Гвен увидела Джея - тот, похоже, пришел оценить свое новое приобретение в деле. Ну что ж, покажем, почем фунт лиха, так? Гвен с сомнением посмотрела на тех, кто, по задумке организаторов, должен был драться плечом к плечу с ней. Все сплошь местные, азиаты, либо мелкие, либо жирные, среди них как-то не распространен тип телосложения вроде того же Джея, но тот был явным европейцем, правда, произношение у него было слишком обычное. Обманчиво-обычное. Гвен оборвала себя - толку сейчас думать о нем, когда впереди ее первый и, возможно, последний бой. В глазах стояло число, которое она тогда увидела на маленьком бумажном квадратике, любезно предоставленном ей Джеем. Да уж, за такие деньги можно и рискнуть. Она достала сигарету.

Вообще, у каждой профессии, связанной со смертельным риском, рано или поздно появляется набор примет, пренебрегать которыми боятся абсолютно все. Космонавты мочатся на готовые к старту ракеты, моряки не оборачиваются назад, подводники раньше не брились, пока не вернутся в порт. У Гвен тоже была примета, причем, как и все другие, появилась она абсолютно случайно, перед одним из первых боев в Бостоне. Тогда ее бой задерживался, и она гадала, успеет она перекурить перед началом или нет. В итоге она промучилась так минут пятнадцать, решила все-таки закурить, и, разумеется, ее сразу же позвали.

С тех пор это стало своеобразным ритуалом. Она достала сигарету, прикурила, сделала сильную затяжку и тут же бросила ее на землю, двумя движениями стопы втоптав ее в землю. Ну теперь все, с ритуалами покончено. Она была готова к началу, и как раз загорелся зеленый свет, массивные двери распахнулись, и в глаза ударил яркий свет стробоскопа.

+2

12

Искушение.
Вот она, та движущая сила, управляющая самыми скрытыми страстями людей, заставляющая их совершать те поступки, при одном упоминании которых одни гордо вскидывали голову, отворачиваясь, уходили как можно дальше от неприятной темы, а другие наоборот, упорно лезли бить морды, полыхая праведным, по их мнению, гневом.
Искушение.
Оно для каждого свое и для всех единое, но пусть для одного это будут деньги или власть, а для другого - неутолимая сексуальная жажда; для третьего скрытая и плохо подавляемая страсть к азарту, для четвертого - явная возможность вырваться за рамки дозволенного, установленные или им самим, или окружающим его скупым обществом. По сути все это не имеет особого значения, поскольку может длиться до бесконечности. Все с новыми и новыми вариациями. Сложными смешениями и причудливыми связями. Скольку людей, столько и тонких нюансов искушения, но тебе не нужно знать теорию, нет причины ударяться в философию - ты только найди надлом в чужом упрямом характере, брешь, в которую уже готова хлынуть вода твоей власть, потаенную жажду человека и он твой с потрохами. Никакой тренинг не спасет от поражения.
Взять хотя бы Герхольда, с которым бизнес был завязан уже не первый год. Только ли за деньги - кстати, весьма не малые - работал на неуравновешенного Джея, отличающегося крутым норовом и беспринципностью поведения и терпел все его выходки, голландец? Нет. Сто раз - нет; душу учителя терзал кровавый дьявол, нашептывающий, что невозможно достичь вершин боевого искусства, соблюдая правила и запреты официальных боев, он чувствовал себя кастрированным, вновь и вновь натыкаясь на возмущенные окрики судей, требовавших прервать бой не по правилам, на остервенелый бой гонга и чужие мозолистые руки, растаскивающие поединщиков в стороны. Тогда в его жизни появилась новая открытая дверь, замаранная черной краской, в которой сам собой нарисовался силуэт человека, готового сделать действительно невозможное предложение. Первыми словами Джея в тот день была простая и лаконичная фраза, значение которой Герхольд недолго примерял на себя: правил не существует. Есть только арена, есть только ты и есть противник. Словно волшебный джин из бутылки, Джей договорился с тем, чтобы старый барыга из местного подполься отдал в его управление подпольный бойцовский клуб, одним махом купив душу тренера со всеми ее тайными и явными сколами. Он получал удовольствие, наблюдая за тем, как тренер обучал псов без ограничений и стоп-сигналов отстаивать свое право на жизнь всеми возможными способами.
Или покойный Ларс. Будучи бессменным фаворитом Джея, он привык любить роскошь и упоительные минуты славы на арене и их можно было бы назвать той больной точкой, нажав на которую можно было сделать любого дикого зверя подконтрольным, но настоящей скрытой тайной страстью у него была лютая ненависть к bagboy, внушенная неожиданной накатившей пропагандой в его родном городе. Случилось так, что Ларс был готов лизать руки своего хозяина, давшему выход терзающей его душу горечи.
Подобные истории были и с остальными его подопечными и даже Гвендалин, волей судьбы попавшая в круг внимания одного из самых туманных людей в Колизее, не оказалась исключением и именно поэтому он видел ее сейчас перед собой - напряженно осматривающуюся по сторонам, внимательную и вместе с тем необычно взъерошенную; покажись ей недостаточной написанная на обрывке сожженной бумаги сумма или стань он действовать более завуалировано и тайно, девочка лихо бы сорвалась с крючка и пришлось бы искать к ней новые, более хитрые подходы. Такие сложности Джею были ни к чему, а потому простота договора не могла его не радовать. Сегодня же он сможет посмотреть Белую в деле. Поймать поднявшийся от песка пронзительный взгляд серых, светлых глаз, словно кричащий, ставящий защитные барьеры, отчаянно цепляющийся за пошатнувшийся призрак свободы. Это так же упоительно, как накинуть строгий ошейник на мощную шею пса. Если ей, конечно же, не сломают эту шею.
- Джей, ты будешь стоять тут или все же поднимешься к нам? - не дойдя до малорослого Тэна, которому хотел подсказать заведомо проигрышный маневр, мужчина замедлил шаг, оценивая расстановку на мине-сцене и, по-видимому, не долго задавался поставленным вопросом. Изрезанное узором татуировки лицо озарилось добродушной улыбкой, которую практически невозможно было встретить в этих стенах:
- Уже иду, - он неспешно двинулся за человеком в маске - издалека нельзя было рассмотреть, кто именно из двоих карателей забежал позвать его на начало, но напоследок обернулся, чтобы еще раз окинуть взглядом закурившую девушку.
Желать удачи здесь было не принято.
Джей занял удобное и привычное для себя положение около Арриго - на нижнем этаже, максимально близком к огораживающей арену сетки и бордюру, с которого мастера спрыгивали на песок, если требовалось их вмешательство.

http://savepic.org/2200717.png Мигель & Арриго, мастера.
Рослый Мигель подал сигнал на выход и, повинуясь движению его высоко поднятой руки, работники арены распахнули массивные, оббитые железом, двери. Участникам не пришлось давать какого-то дополнительного сигнала к действию - с того момента, как яркий, неживой свет поймал фигуры шестерых людей в иллюзорный плен, с той секунды, как к пятерым мужчинам и одной женщине прилипли возбужденные взгляды всех тех, кто занимал сиденья амфитеатра, началась борьба за выживание и шанс подняться по лестнице успеха чуточку выше. Сам мастер вышел через те же двери с арены и закрыл их уже изнутри, чтобы у участников не оставалось соблазна выбраться - оно просыпалось во многих, впервые увидевших и почувствовавших боль так близко.
Все бойцы были одеты по максимально сходному образу - штаны и футболка. Без обуви, в которую мог набиться песок и без украшений, включая даже символы веры, которые могли бы послужить оружием. Короткие стрижки у мужчин. Коротко стриженые ногти. И у каждого на шее кожаный ошейник.
Пока остальные разбрелись подальше друг от друга, образовав некое подобие полукруга и не сразу начав действовать, Чхар, тот самый крупный японец, с которым в самом начале едва не поссорилась Гвендалин, не стал долго выбирать самое слабое звено и сразу бросился на единственную девушку, оказавшуюся от него в максимальной близости. В силу своего роста и телосложения, он постарался сразу сбить ее с ног и подмять под себя.

0

13

Никто особо не может ответить, от чего возникает неприязнь по расовым или национальным признакам. Различие культур, языков, изолированность одних народов, общительность других - кто знает. Толерантные люди авторитетно заявляют, что дело в том, что примитивное сознание некоторых людей не способно воспринять более полную картину мира, недвусмысленно намекающую на равенство всех людей. Их менее терпимые оппоненты утверждают, что дело в отсутствии взаимоуважения у представителей разных культур. Что касается нашей Гвендалин, то она не любила японцев просто потому, что уже по горло насмотрелась на их одинаковые физиономии и наслушалась глуповатого говора, не имеющего ничего общего с европейскими языками. Возможно, это и было то самое пресловутое примитивное сознание, но ей было плевать. Японец, которого Джей насмешливо назвал Чхаром, пер на нее, словно бегемот во время брачного сезона - под сотню с лишним килограмм веса и почти полное отсутствие мозга, что весьма характерно. Одно хорошо - Гвен быстро поняла, что это будет за бой. Сперва она рассчитывала, что этой будет бой группы против группы, а оказалось, что тут каждый сам за себя. Как в том фильме с Кристофером Ламбертом - должен остаться только один. Японец был раза в два ее больше и во столько же тяжелее, но вес хорош только тогда, когда им пользуешься ты, а не твой противник. Это не первый бой для Чхара, значит, своим весом он пользоваться умел, осталась лишь самая малость - разубедить его в этом. Он пошел вперед мощно и даже красиво, если не принимать в расчет перекошенную скуластую рожу и волнующийся, словно море во время шторма, живот. Большая скорость, большая масса - затормозить тут сложно, особенно на рыхлом свежепосыпанном песке, который, кстати говоря, снижал и подвижность самой ирландки, что не мешало бы помнить. Она резко сместилась влево, пригнувшись от выставленных ручищ - тот мог запросто сбить ее с ног, просто задев. Оставалось только крикнуть что-нибудь из лексикона тореадоров, но, увы, Гвен не знала ни слова на испанском, кроме, разве что, "сомбреро" и "текила". Или они все-таки мексиканские?
Она с трудом уклонилась, и грузовой поезд по имени Чхар промчался в паре сантиметров от нее. Гвен резко развернулась и незаметно взяла с земли горсть песка, после чего сделала шаг к Чхару - между ними оставалась пара метров, не больше. Рот девушки исказила не слишком добрая улыбка, которую хорошо помнили в том баре, где она дралась до этого. Девушка сжала кулаки, в одном из которых покоилась до поры до времени горсть песка.

+1

14

-Ай яй.... -Занервничал…уже хорошо… Майя подняла глаза, в которых было все: удивление, разочарование, некая злость, обида. А губы.. лишь расплылись в улыбке. И тут суккубша услышала вопрос который она ждала -Попался... Девушка наклонилась в ответ к Френку, их лица так близко находились близко друг от друга, если бы кто случайно толкнул её, то  их губы бы точно соприкоснулись... наверно в эту секунду этого хотела оба. Во всяком случае, этого хотела рыжеволосая. - А это мой маленький, профессиональный секрет... Амайя на миг опустила глаза на губы бармена и, отпрянув от него, взяла поднос и просто ушла.
-Вот я прям все и рассказала тебе...да да да... Подумала девушка подходя к телепатке (женщиной ее назвать рука не поднимается -_-) -Вот ваш заказ. еще что-нибудь желаете? -Нет, спасибо милая. Чуть наклонив голову в знак уважения суккубша пошла к шумной компании, они же увидев её с заказом на подносе, вскочили и начали орать и махать руками: -Ееееее!!! Мы туууууут! Давай сюдаааа!!! Такой реакции суккуб явно не ожидала, поэтому ускорила шаг. Подойдя к ним, один из парней просто вырвал поднос с рук. -Вот хамство! Не люблю таких! -Эм, молодой человек, а подносик можно было и не вырывать.. да. Суккубша вцепилась в поднос и начала потихоньку "переманивать" его к себе, но что-то не выходило. Парень же просто положил его за пазуху, развалился на диване, и начал что -то горланить на пмьораском языке, который был понятен только ему. - Молодой человек, верните поднос! На слове  ПОДНОС рыжеволосая сделала акцент голосом и вырвала его с рук парня. -Хорошего отдыха. Парень хотел что-то сказать, но Майя уже растворилась в толпе.
А вот действительно, почему Амайя не там, где ей положено быть? Не с теми пузатыми дяденьками, у которых деньги мешками в багажниках лежат? Да потому что ей это не интересно. Это слишком банально, хоть и работает превосходно. Ей достаточно денег, и она, работая простой официанткой, сможет обольстить больше чем те куколки, которые часами сидят  около всяких мэров, губернаторов, которым за 50. Официантка- это же круто! 2 в 1 знакомишься и работаешь одновременно! Прелесть для суккуба.
Оглядев клуб и убедившись, что все гости довольно и никому ничего не нужно вернулась к барной где намного интересней, чем с пузатиками, которые болтают о том что они сделали за год в нашем городе. -А вот и я. Суккубша присела и сложила ручки так, как будто она была в первом классе и сидела напротив строгого учителя. -А, кстати как зовут вторую официантку, а то я из-за своей "культурности" не познакомилась с ней лично.

Отредактировано Amaya Hope (2011-08-29 18:17:41)

0

15

Бухнувшись на пластиковое сиденье по левую руку от Джея, безликий каратель что-то пророкотал из-за своей железной маски, довольно указывая на арену, находившуюся буквально в паре метров впереди и ниже. Грубый и громкий смех его подхватил второй, тыча локтем под ребра торговца, но отчего-то не добившись ответной реакции. Словно завороженный, мужчина с вызывающей отвращение одним только упоминанием татуировкой на лице сидел, чуть сгорбившись к коленям и сложив руки перед лицом, переплетая пальцы в перчатках в замок: взгляд серых глаз был буквально прикован к гибкой девичьей фигуре, а в душе, не смотря на внешнее монолитное спокойствие, то и дело вспыхивали уколы сомнения. Правильно ли он сделал, поставив на темную лошадку, вместо того, чтобы выбрать уже проверенного бойца, он не сомневался, нет, его тревожили несколько иные вопросы, отмахнуться от которых оказалось не так уж просто. И даже смех закадычных товарищей не смог его отвлечь.
Скажи мне, Гвендалин, смогла бы ты убить кого-то, спасая свою жизнь?
Все эти люди под ним только человеческая биомасса, лишенная рассудка и прелестей коллективного мышления, раздробленные песчинки какого-то отсталого общества и каждый из них в своем роде смертник. Не важно сколько раз им удастся выйти на арену и вынести с поля боя свою запятнанную и изорванную победу в оставшихся зубах, не важно сколькие из них поднимутся из реанимации для того, чтобы уже через неделю выступить против рослого бразильца с кровью в глазах, все они рано или поздно умирают и Джей, не раз сам выходивший в бетонное кольцо и принимавший вызов, как делали это теперь другие, знал это лучше кого бы то ни было.
Скажи мне, смогла бы ты убить кого-то, доказывая свою правоту?
Не отводя взгляда, он смотрит, как проносится мимо девушки не успевший вовремя затормозить японец, как песок проваливается под ногами дерущихся, кое где успевших сцепиться в тесных и жарких, как объятья, тисках рук. Смотрит и понимает, что, наверное, ушел слишком рано. Не довел свое дело до конца. И как тонкой струйкой ссыпаются песчинки из ее руки.
Довольный рев Арриго, раздавшийся с правой стороны и едва не оглушивший Джея, со звериным запалом подхватили зрители, успевшие уже сделать свои ставки и теперь потрясающие зажатыми в кулаки лентами билетов: на арене пролилась первая кровь и запах ее вдохнули участники. Так показывают начало конца. Так наказывают невнимательных. Только краем глаза мужчина успел заметить, как Тэн, от души размахнувшись, разбил нос своему противнику.

http://savepic.org/2200717.png Мигель & Арриго, мастера.
Гора жира и мускул, надежно схороненных за внушительной прослойкой, пронеслась на два или три шага дальше, не встретив никакого сопротивления со стороны девушки - и, затормозив так, что ноги почти по щиколотки ушли в свежий, девственно-чистый еще песок, развернулся к ней резко, остервенело сплевывая по правую от себя сторону. Этот человек действительно умел неплохо управляться со всеми своими достоинствами и недостатками, а потому не кувыркнулся вперед от быстро остановленного движения и даже не пошатнулся. Разорвать, размозжить, расщепить на атомы, стереть с лица земли воспоминания о своем противнике - такую ярость разжигал в себе Чхар, раздувая щеки. Горсть песка, взятую девушкой на вооружение, он не заметил и потому безо всякой задней мысли шагнул в ее сторону. Раз, другой и, сделав совершенно неожиданный для своей более чем крупной комплекции быстрый и легкий выпад, постарался схватить ее за футболку огромной лапищей. А чтобы отрезать возможность к отступлению, замахнулся еще и правой, которой в случая успешного захвата с силой бы ударил по ее тонкой шее.
Между тем из шести боеспособных участников на арене осталось всего пятеро - молодой азиат с нарочито подсушенной мускулатурой навзничь валялся, утопленный в песок и прижатый сверху крепким телом своего противника: тот с минуту упоенно колотил округлое лицо крупными кулаками, пока юноша не перестал сопротивляться.

+1

16

Теперь Гвен понимала, о чем говорил Джей. Рев толпы стал просто оглушающим - он прокатывался по арене, словно морской прибой, гулял бесчисленным эхом, безвольно увязая лишь в желто-красном песке центрального круга - там крики не имели власти, они были фоном. Безумной музыкой еще более безумного танца. Люди кричали, колотили по ограждениям, хлопали в ладони, это было сродни какому-то варварскому обряду, когда шаман в плену наркотических грез выстукивал безумный ритм танца дождя. Только здесь никто не ждал дождя, все ждали крови. Они жаждали ее, они просили, даже требовали ее. Умоляли бойцов проливать ее снова и снова - и те проливали. Каждую неделю, по нескольку раз. И умирали, зная, что доставляют этой толпе удовольствие, которого они так требовали, но которого они никогда не заслуживали. Сейчас какой-то паренек получил свое, и сейчас его противник с каким-то маниакальным усердием месил ту кашу из крови, волос и песка, которая когда-то была его головой. Гвен не обратила на это внимания, потому что уже в ближайшие минуты могла оказаться на месте того бедолаги. Японец оказался проворным - удивительно для его комплекции. Прежде чем Гвен что-то поняла, он схватил ее за футболку и дернул на себя, а навстречу уже несся огромный кулак. Ткань футболки разорвалась, но девушка успела пригнуться, и огромная кувалда правой руки Чхара пронеслась чуть выше. А вот теперь пора.

У нее был один шанс, и она его не упустила. Правая рука метнулась вперед и вверх, выбрасывая песок прямо в глаза японцу. Вряд ли здесь было какое-то правило, запрещающее использовать покрытие арены в бою, но даже если и было, Гвен было плевать - она уже дралась не за деньги и не за идею, а за собственную жизнь. Тут уже не для разборов, кто прав, кто виноват, а кто ни при чем. Может, этот Чхар даже весьма приятный человек, женат, имеет пару детей, просто больше никак не может заработать им на жизнь. Гвен было плевать. Потому что между этим японцем и его мечтами, какими бы они не были, стояла она, и японцу было явно все равно, умрет Гвен или нет. А вот самой ирландке это было далеко не все равно - жизнь еще не успела окончательно ей наскучить, поэтому она твердо знала, что если будет нужно, она убьет без колебаний и сомнений. Сомнения и угрызения совести будут потом, сейчас не до того.

Футболка едва-едва прикрывала наготу, и трибуна, казалось, начала орать еще громче. Кровь, жестокость и женщины - опасный коктейль, опасный и чертовски интригующий.

+2

17

То мгновение, когда теряющий сознание человек постепенно обмякает под тобой - это, должно быть, самая варварски сладостная, кульминационная точка в любой драке: и на том полотне, что разворачивалось каждую неделю перед глазами приходящих сюда, жадных до зрелища людей, и на уличной потасовке с пущенными в ход зубами и ногтями; в прогорелое насквозь, сожранное чумой средневековье люди сбивались в таверны, развлекаясь кулачными боями, в классической эпохе вызывали друг друга на дуэль и тыкали в грудь шпагами, сегодня сверкают глазами и разминают кулаки, играясь обласканными солнцем мышцами. Это отправная точка победы. Нокаут и полная, абсолютная власть над враз потерявшим упругость борьбы телом. Расслабившимся и беззащитным.
Резкая немелодичная музыка закладывает уши.
Воет толпа, но вместо того, чтобы поддаться подобно накатывающему валу порыву этого безмозглого стада, в едином движении рванувшегося вперед, чтобы выдохнуть, чтобы прочувствовать до самых костей то забытое, первобытное чувство, связывающее их всех в единый тугой клубок, Джей только стиснул крепче зубы, погасив в себе глухой голос раздражения. Крылья точеного, хищного носа затрепетали, вдыхая ставший густым, насыщенным запахами воздух, губы дрогнули, раздвинулись, обнажая узкую полоску белых зубов. Но не успел из горла вырваться язвительный комментарий по поводу происходящего, как на плечо мягко опустилась узкая ладонь, а увенчанные длинными алыми ногтями пальцы другой пробежались по загривку, убирая в сторону спутавшиеся черные волосы; запах этой женщины Джей узнал, даже настолько увлеченный боем. Волосы она выкрасила в черный. И сегодня на ней были красные туфли.
- Чего тебе? - мужчина опустил взгляд вниз, чтобы удостовериться в своей правоте, но подошедшая со спины Раэль не попадала в доступный ему угол обозрения. Впрочем, если в чем-то он мог еще сомневаться, но только не в размеренном постоянстве смены цвета аксессуаров у собственного секретаря, уже несколько лет безуспешно пытающегося добиться несколько большего расположения, чем имеет в настоящее время. Она пропустила смешок. Не случилось ничего выходящего из правил, когда тонкие белые руки, плавно пройдясь по ссутуленным плечам, обвили его шею и заставили слегка приподняться; жарко прижалась к спине упругая грудь демонессы, но, привыкший и знающий себе цену, он никак на нее не среагировал. Вместо этого жадно ловил глазами момент, когда огромная туша японца потянулась своими ручищами к его хищнице. Давай, девочка. Не мешкай.
- Мне подпольно достали записи тренировок Алекса, - алые губы коснулись уха, а Джей только теперь заметил, что оба карателя арены, словно по заранее оговоренной схеме, поднялись со своих мест и подошли к решетке, сцепив руки за спинами. Впрочем, принесенная Раэль новость казалась не в пример интересней, чем даже пара духов мщения, отметивших про себя поражение еще одного бойца. Тэн вышел из игры, оказавшись слишком самоуверенным.
Алекс Уивер - тот самый молодой швед, едва не уложивший Кристо и узнать заранее, каким приемам его обучают значило получить процентов двадцать в плюс к победе и возможности уесть давнишнего конкурента. Экран нетбука, принесенного демонессой с собой, засветился заставкой загрузки программ и на некоторое время эти двое, казалось, забыли обо всем, просматривая записи то покадрово, то отрывками, то обмениваясь мнениями, восклицаниями и досадливыми возгласами; однако даже разбор новой важной информации не мог заставить Джея перестать бросать взгляды в сторону вертящейся по арене, как в кольце с ядовитыми змеями, Гвен.

http://savepic.org/2200717.png Мигель & Арриго, мастера.
Расправившись с первым противником, боец с кличкой Тэн слишком много времени потратил на то, чтобы снова собраться с мыслями и сфокусировать внимание на остальных поединщиках, за что и поплатился, но, в отличие от молодого поверженного азиата, которому грозила разве что серьезная пластическая операция и месяц покоя от сотрясения мозга, собственной жизнью. Уверенно поставленный удар сломал ему височную кость с тонким, никем не замеченным хрустом - чужой кулак вогнал ее глубоко в бестолковую голову; щедро брызнуло кровянкой и лимфой. Мастера отметили еще одного выбывшего.
Противник Гвендалин радостно взревел, когда смог собственными пухлыми пальцами почувствовать близость такого хрупкого с его позиции оценки тела, поэтому сжал и рванул на себя пойманную часть одежды с небывалым остервенением. Он и подумать не мог, что прыткая девчонка пригнется, а в его руках останется только выдранный лоскут с фрагментом какого-то рисунка. Отшатнувшись назад из-за силы рывка, Чхар быстро вернул себя в исходное положение и слегка наклонился, чтобы поудачней поймать девушку в тиски, но вместо этого получил только белый вихрь песка в глаза и разинутый рот. Закашлявшись, сделал два быстрых коротких шага назад, отплевываясь и жмурясь, но, напоминая раненного упертого кабана, все равно бросился вперед, бестолково размахивая руками в надежде слепо зацепить мерзавку.

+1

18

Когда-то давно у Гвен уже был тренер. Да-да, был человек, научивший ее самым основам, чтобы девочка не поломалась сразу же в боях с такими же как она, молодыми девушками, жаждавшими легких денег на подпольном боксе. Звали его Эвинн Доннелл, старый боксер, когда-то выступавший на профессиональном уровне. Он-то и объяснил маленькой Гвенни одну простую истину: ни в коем случае нельзя метаться. Если не знаешь. как поступить, уходи от столкновения, пока не придумаешь. Нельзя уйти - тогда доверься инстинкту. Эта истина явно не была чем-то самим собой разумеющимся для Чхара - тот бездумно полез вперед, как медведь во время случки. Существо опасное, но предсказуемое и неумное. Если у него не получилось попасть по Гвен с открытыми глазами, он зря стал пробовать это без одного из главных органов чувств.

Для себя Гвен выделяла три стадии любого боя. Это "знакомство" - когда необходимо понять, что из себя представляет противник, найти его слабые места и постараться не выдать свои. Второй этап - "бенефис", когда нужно было одержать психологическую победу над противником, использовать всю информацию о нем. И третий этап - "престиж", названный так из-за безумной любви Гвендалин к одноименному фильму. На этом этапе бой заканчивался, и каждый из этих этапов неразрывно связан с предыдущим. Сейчас пришло время "престижа" - бенефис прошел очень быстро.

Гвен увернулась от очередного граблистого полуудара-полузахвата и она словно увидела все свои действия. Пригнуться, захватить правую руку, ударить в пах. Уворот вниз, на излете девушка ловит толстую руку своей левой, резко правой бьет того в пах. Теперь выкрут руки, удар в колено, болевой захват. Гвен легко проскочила под рукой Чхара, выкручивая ее японцу за спину. Сразу же сильный удар ногой в колено сбоку, всем весом. Хруст, словно сломалась толстая влажная палка. Затем рука - выкручивается в плече и кисти, не давая противнику даже дернуться. Теперь поднять взгляд, оглядеться, нет ли прямой угрозы. Минимальное расстояние до других бойцов - пять метров, этого достаточно. Гвен резко докручивает руку, вслушиваясь в противный хруст выворачиваемых суставов и лопающихся сухожилий - если Чхар был левшой, но придется ему переучиваться. И - никаких чувств или ощущений. Он даже не мертв - пусть порадуется хотя бы этому, а ее совесть чиста. Пока.

+1

19

http://savepic.org/2200717.png Мигель & Арриго, мастера.
Плохо соображающий от злости и боли в слезящихся глазах, Чхар совершал одну ошибку за другой и можно сказать сам, добровольно подставился под удар. Он не успел еще вырвать руки из захвата противницы, как согнулся от грязного удара в область паха, разинул рот, судорожно ловя воздух и пытаясь второй рукой прижать пострадавшую часть тела, но и в этом деле потерпел сокрушительное поражение. Раненым боровом взвыл, когда колено взорвалось внутри расщепленной ветошью, рванулся вперед, уходя от боли, но только помог этим девушке - получив эффект рычага, Гвендалин довела свою атаку до конца, сломав японцу руку. Наблюдавший эту сцену мастер подал сигнал и свет, озарявший арену, мигнул два раза, чтобы привлечь внимание бойцов. Поднялась новая волна адреналина от трибун. Люди стоя подбадривали никому не известную девицу и осуждали безвольно упавшего в песок азиата, оставшегося один на один с открытым переломом левой руки и практически раздробленным коленом.
Между тем на практически противоположном конце арены события тоже обрели закономерный конец. Двадцатисемилетний боец с вытравленными до белого цвета волосами уже третий раз пробовал себя на проходных боях и в этот раз не собирался сдаваться до последнего своего вдоха, готовый собственными зубами, когда откажут все члены, загрызть противника - именно с такими мыслями Волк выходил на арену и именно с ними сцепился с первой помехой на дальнейшее продвижение. В первый свой бой он отделался сломанной рукой и выбитым коленом. Во второй - потерял сознание на середине схватки от удара в голову, после которого около двух месяцев валялся в больнице. В этот раз он был уверен в своей победе и поэтому со своей целью справился с поразительной жестокостью - не противник, а настоящая жертва упала, измотанная, мокрая от пота, перед ним на колени и подняла вверх руки. На арене этот жест означал сдачу и незамедлительную остановку боя, но не успел Мигель отдать соответствующую команду, как Волк шагнул вперед и одним коротким сильным движением свернул жертве голову. Хруст костей пробрал до самых закорков всех, кто стоял еще рядом и вызвал настоящий ураган смешанных чувств публики; но большинству из них, как стервятникам, было все равно, чьим мясом живиться сегодня и эту смерть они проглотили жадными ртами так же, как и падение всех предыдущих. Покачав головой, Арриго засчитал нового выбывшего и пощелкал пальцами, привлекая внимание Джея.
Волк медленно развернулся в сторону Гвендалин, широко разминая правую силовую руку.

0

20

Гвен еще пару секунд смотрела на корчащегося от боли азиата. после чего увидела развязку боя белоголового великана с каким-то неудачливым бойцом - тот попытался сдаться, но у этого любителя перекиси были свои планы. К горлу подступила тошноты, и она слегка вздрогнула, увидев шедшего к ней великана. По скандирующей группке фанатов стало ясно, что его зовут Волк, и он тут не в первый раз. Гвен лихорадочно соображала. Он отвлекся на своего противника и не видел, как она разделалась с японцем. Что ж, тем лучше.

Есть два вида неожиданности - эту забавную фразу девушка вычитала в какой-то книжке, но уж очень она ей понравилась. Первый тип - когда тебя еще не ждут. Второй - когда уже не ждут. Гвен округлила глаза и сделала неуверенный шаг назад, подальше от этого психа с белыми глазами. Пусть видит ее страх. Пусть видит и расслабится. Пусть допустит ошибку. Только одну, больше не потребуется - школа уличных боев не принимала такого понятия как "дважды ошибавшийся" боец. Стоит один раз неправильно поставить ногу - и тебя накажут. Ну же, громила. перед тобой - ополоумевшая от страха девчонка, а ты здесь не первый раз и так хочешь победить. твоя победа близка - подойди и возьми. За кажущимся бессилием позы крылось нечто большее - она медленно отступала к борту, нарочно спотыкаясь об песок и затравленно глядя на своего противника. Она подрагивала от напряжения - как бы не переиграть, чтобы он поверил. Поверит, куда ему, он не видит ничего, кроме себя и своей победы, на пути у него только девчонка. Всего лишь девчонка. Ну же, давай, покажи, как ты умеешь бить женщин... Все, борт! Стоять и ждать, смотреть глазами полными страха и не слушать обвиняющих воплей с трибун. Пусть себе вопят, их право. Ей нужно победить, и для этого годятся все средства. Значит, любишь добивать сдающихся, красавчик?

+1

21

Неприятное предчувствие во многом похоже на тонкую дымку - она лениво плывет над землей, холодная и влажная, а потом стремительно приобретает конкретные формы. Вызревает, как гниль внутри человеческого организма, набухает отходами жизнедеятельности подкожных червей и крепнет с каждым часом, готовая вот-вот вырваться наружу, заполнить собой все обозримое пространство; от нее уже не отмыться, как не старайся; из ее лап не вырваться, сколько не бейся. Беда эта формируется сама по себе, не привязанная к какому-то определенному событию, не контролируемая случаем и, уж тем более, человеком. Пока вы ни о чем не подозреваете, в неизвестном месте, пока однажды не встает в полный рост.
Подняв голову на призывные щелчки со стороны одного из мастеров, Джей никак не ожидал увидеть за их спинами взмыленную, блестящую от пота спину Волка, молчаливой грозой надвигающегося на его, ставшее с победой более ценным, приобретение - как он не заметил его в предбаннике арены, как не обратил внимания на белую голову метиса, готового выложить любые награды за одно только неповторимое чувство от названия его в качестве победителя? Пальцы левой руки непроизвольно сжались в кулак.
- Да уж, Келли действительно нашел бриллиант в дерьме... - и пускай эта фраза относилась к недавно пересмотренной проблеме, все внимание Джея теперь было приковано к происходящему в поблекшем свете.
- Сука, - лаконично дополнила понятливая демонесса, ставя видеозапись на паузу и отнимая от губ мужчины недавно прикуренную им сигарету, дым от которой мутным облаком зависал вокруг, никуда не сносимый не добивающими до этого места, старыми кондиционерами. Она давно уже переместилась из-за спины Джея к нему на колени, а нетбук поставила на свои, обтянутые тонкой сеткой черных чулков, - кого будешь ставить против него? Большой турнир через шесть месяцев.
Старая русская поговорка, которую он когда-то давно услышал на войне, гласит: один в поле не воин. Но все же в мировой истории снова и снова встречаются люди, отважно бросающие вызов судьбе. Таким, к примеру, был император Юлиан, прозванный христианами Отступником, - последний император-философ на римском престоле. Была у него грандиозная, значит, и невероятная мечта: во времена, когда христианство уже вышло на мировую арену, вернуть во всем блеске античный мир с его таинствами и философией, с его древними богами. Не смотря на то, что империя, чье величие он пытался возродить, стала стремительно разрушаться и примерно через столетие перестала существовать, нельзя сказать, что он не был одной из судьбоносных личностей, которые приходят, чтобы вершить историю. Сегодня, наблюдая за выпущенными на арену шестью головами полуслепых щенков, Джей чувствовал себя полной противоположностью тому славному императору, когда подтолкнул Гвендалин на участие в этих боях: это было новшеством, своеобразным вызовом организаторам, поскольку до нее только одна женщина смогла достигнуть определенных высот. На турнире она выбыла второй и это-то о чем-то говорит, но в настоящее время и ее тренер, и она сама украшали телами соленые воды близ жаркой Сицилии и узнать секрета не представлялось более возможным. И пускай проклятый Юлиан стал императором в 360 году, а погиб уже через год после этого. У него был шанс.
Мужчина, мягко столкнув Раэль со своих колен и одним движением отведя ее в сторону, поднялся с пластикового сиденья и подошел к мастерам, вклинившись между ними - Арриго как-то слишком понимающе похлопал широкой тяжелой ладонью по плечу, Мигель же только тихо хмыкнул из-под маски и пальцами показал четырех выбывших; эти двое, они, конечно, знают, что проигрыш девушки скажется на репутации Джея самым пагубным образом, но не позволяют себе комментариев на этот счет: все всем и так было ясно. Отыскать поверженных, слабо шевелящихся людей, не составляло труда даже в тот момент, когда направленный свет сошелся на двух фигурах, смещающихся к самому краю арены, оставив все остальное пространство в затемнении. Чуть левее того места, где замерли наблюдатели, оказалась финальная пара, собрав на себя все внимание притихнувших трибун. Подойдя неслышно, высокая черноволосая женщина мягко приобняла Джея поперек груди и, устроив голову на его плече, со своей точки зрения взглянула на девушку и ее белобрысого врага.

http://savepic.org/2200717.png Мигель & Арриго, мастера.
Свет двух прожекторов сошелся направлено на юноше и девушке, единственных, оставшихся на своих ногах.
За прожитые года и пережитые поражения Волк успел понабраться ума для того, чтобы не бросаться на обманчиво беззащитную девушку, как бык вовремя гона потеряв голову, но не мог не упиваться впечатлением, которое оказал на нее. Метис шел уверенно и ровно, успев восстановить дыхание и силы после развлечения с жертвой, наступал на постепенно отходящую все дальше к борту преграду, обличенную в человеческое тело, смотрел - не отрываясь, прямо в глаза.
У Волка было неплохое тело и длинные руки. Когда до девушки оставалось не более пары метров, он мягко подшагнул с обманным движением удара в грудь, сам же свободной рукой оборвал возможную попытку увернуться и с полуоборота впечатал в ее корпус хук правой, под ребра; следом, незамедлительно, пошла связка - коленом вниз-сбоку по сухожилию опорной ноги. Втянул в себя воздух резко, сильно, не собираясь останавливаться.

0

22

Два удара прошли - это совсем плохо. В бок - еще не страшно, мышцы неплохо спружинили и так не слишком сильный удар, но вот под опорную - это уже хуже. Один из любимых приемов ирландки, она ненавидела. когда его применяли против нее. Метис казался ожившей горой мускулов - этакий древнегреческий колосс, только чуть поменьше. Яркий свет прожектора осветил блестящее от пота тело противника. Красив, гад, ничего не скажешь, люди таких любят...
И тут сработало что-то из разряда тех вещей, которые сперва делаешь, а уже потом осознаешь. Гвен хорошо помнила поединок с Джеем, отчего-то она была уверена, что этот непостижимый тип внимательно наблюдает за происходящим. Она хорошо помнила свой удар в грудь, вернее, как он пропал втуне, просто потому что Джей успел резко выдохнуть.
А теперь ее словно осенило. Метис вдохнул. Резко и много. Готовился к удару из разряда тех самых, молодецких, когда громогласный "У-ух" сопровождает сокрушительной силы удар, ломающий кости на своем пути.

Решение пришло мгновенно. Гвен резко распрямилась, словно пружина, и накоротке ударила в район солнечного сплетения, выбивая воздух из легких и срывая заготовленный удар. И сразу, тоже почти без замаха, удар под подбородок, в кадык.  Не давая опомниться, третий прием из разряда "да, я сука" - одновременный удар обеими ладонями по ушам. Проклятая левая нога мешала нормально перемещаться, поэтому это - последний рубеж. Тут она либо победит, либо ляжет.

+1

23

http://savepic.org/2200717.png Мигель & Арриго, мастера.
Уверенный в своем превосходстве, Волк все равно бил в полную силу, без поддавков и поблажек. Сердце его билось азартной гонкой, а грудь несколько раз быстро поднялась и опала, легкие прогнали кислород, насыщая им горячую кровь - он правда готовился к красивому завершающему удару, который должен был поставить точку в серии боев этого дня и открыть ему двери для движения дальше, а потому упустил тот опасный момент, когда что-то пошло не так. Готовый атаковать, он непроизвольно открылся и едва не потерял сознание от одного только сильного удара поддых, от которого разом испарился весь набранный кислород, а в горло ударила мокрота. Рефлексы заставили тело согнуться, упасть горлом на острый крепкий кулак: задохнувшись еще больше, блондин захрипел и отшатнулся от девушки, как от ядовитой змеи, постепенно теряя ориентацию в пространстве.
Оглушающий удар по голове заставил Волка начать заваливаться назад и в сторону - он, как и все, перенесшие этот удар из разряда запрещенных, мгновенно потерял всякую возможность сохранить равновесие и упал на бок, закрывая ладонями уши. Болевой шок был явно не единственной его бедой; наблюдавшие за боем мастера вполне логично предположили, что силой своей атаки девушка вполне могла повредить своему противнику барабанные перепонки, а заметив, как корчится подающий надежды боец, зарываясь в рыхлый песок, практически не сомневались в этом.
Зная, что Волк уже не встанет, Арриго легко перемахнул через невысокое в их отсеке арены ограждение и спрыгнул на поле брани, над которым в этот момент зависла недобрая, настороженная тишина. Неспешной трусцой он обошел всех поверженных, жестами показав зрителям, что живыми из круга выходят только трое, и уверенно направился в сторону одиноко оставшейся в свете прожектора Гвендалин, в последний момент выкрутившейся из аховой ситуации то ли дьявольским везением, то ли завидной жаждой жить и побеждать. Рослый мастер в маске подхватил ее левую руку, высоко поднимая - эта традиция, перенятая из бокса, была присуща только ему и в тот момент, когда зажатое в руке Арриго запястье девушки попало в белый луч, трибуны словно прорвало.
Визг женщин и оглушительный рев мужчин, полный одобрения и похвальбы, вознесся до потолка: они аплодировали стоя, потрясали в воздухе кулаками и размахивали сорванными футболками, как флагами.
Двери, не так давно выпустившие на арену шестерых участников, вновь открылись - изобразив шутливый поклон, Арриго пригласил девушку к выходу. Она имела полное право отдохнуть и получить свою награду в более тихой обстановке.
Побед Гвендалин в отборочном бое - 2.
Техника и тактика - 3.
Симпатии зрителей - 5.
Вознаграждение - 30 рё.

0

24

Ее руку наконец отпустили, и Гвен побрела к выходу, на ходу пытаясь как-то свести вместе разодранную почти пополам футболку. Там ей заплатят, и она поедет домой, не задерживаясь нигде - чертовски хотелось упасть прямо здесь, но природное упрямство не давало этого сделать. Ноги вязли в песке, левая нога вообще отдавалась болью с каждым шагом, но она вощла-таки под низкий свод подтрибунного помещения. Кто-то из персонала смущенно протянул ей рубашку с логотипом клуба, она кивком поблагодарила и оделась - стала хоть более-менее прилично выглядеть. Подумав еще немного, она махнула рукой и приняла душ прямо здесь, возле раздевалки - тут он был явно поцивильней, чем у нее дома.

Она прошла ближе к выходу и покрутила головой в поисках Джея. Вряд ли тот стал бы ждать ее, но мало ли, трется где-нибудь неподалеку. Гвен собиралась получить свой гонорар, но не была уверена, должны ли ей передать его сотрудники Колизея, или же сам Джей, как наниматель. Бог его знает - в местных взаимоотношениях сам черт ногу сломит. Вроде бы Джей - что-то вроде менеджера нескольких бойцов, в том числе и Гвен, значит, с него она и должна слупить свои законные (в переносном смысле, разумеется) деньги. А потом она отправится спать. Девушка с неожиданной теплотой вспомнила свою скрипучую низкую кровать, в которой можно было проваляться сколько угодно времени, восстанавливая физические и моральные силы, да и просто культивируя свою наиболее ленивую часть сознания.

Гвендалин с наслаждением закурила, не без интереса разглядывая людей. Были тут и сотрудники в характерных футболках и рубашках, как у нее, была и пара бойцов, смеривших ее недружелюбным взглядом, ей было все равно. Пусть думают, что хотят - их дело. Сегодня она на коне, а остальное ей неинтересно. Девушка медленно затянулась красным "Мальборо", своей любимой маркой сигарет. Да-да, настоящая Америка, еще один привет из Бостона. А Джей курил "Лаки Страйк". Тоже неплохо, но Гвен отчего-то любила первую половину сигарету "Лаки", а вот вторая была как будто намного противнее. Что ж, каждому свое.

+1

25

На экран мобильного телефона, настойчиво дернувшегося вибрацией в руке, упало сообщение о том, что товар, ради которого и затевалось сегодняшнее появление Джея в стенах подпольного комплекса Колизея, уже доставлен и подготовлен к тому, чтобы быть переданным с рук на руки заказчику. Это было второй приятной новостью за последние пятнадцать минут и, желая доставить непосредственному начальству еще большее удовольствие от личного поздравления неожиданной победительницы, Раэль сама вызвалась разбираться со всеми моментами, связанными с нелегальным оборотом живого товара. Уже вскоре после объявления завершения боя она покинула теплую компанию Джея и второго карателя и поспешно спустилась в более отдаленные помещения, посторонним в которые вход был воспрещен; с густой копной черных волос, алыми губами и ногтями, она не казалась более столь юной и невинной, как в настоящем мире, раскинувшемся несколькими этажами выше, - для того, чтобы максимально сильно изменить свою внешность, ей, как и многим женщинам, не требовалось набивать тонкие линии татуировки на лицо и избавляться от характерного акцента. Достаточно было умело наложенного макияжа и теперь стройную леди с холодным лицом никто бы не смог даже сравнить с миловидной секретаршей железного Кэйнера. Оказавшись в небольшом приемном зале, она прошла мимо нескольких клеток, деревянных и металлических, пока не нашла группку из троих разнокалиберных мужчин. В поставке, которую на сегодня оформил Джей, не было ничего особо криминального: в двух высоких клетках с деревянными бортами и крепкими железными каркасами находились две молодые тигрицы, несколько дней назад взятые из дикой природы и контрабандой привезенные в Токио; в то время как обычно они предпочитали заниматься доставкой людей. С людьми ведь и мороки не было практически и ответственности, в случае чего, оказывалось меньше. Никто не считал количество бродяг в Соединенных штатах Америки, в отличие от вида, стоящего на грани вымирания.
Эти животные, сейчас предусмотрительно усыпленные для того, чтобы их могли предельно внимательно осмотреть врачи, пускай и перенесли серьезный шок от поимки и помещения в непонятный для них, пугающий короб, но находились в прекрасном состоянии. Раэль только кивала заведенным китайским болванчиком, выслушивая довольные комментарии покупателя. Спустя несколько минут животных определили в отдельную стационарную клетку и отдали на попечение местных дрессировщиков. Впрочем, их задачей было отнюдь не приручение диких животных, а скорее наоборот, раззадоривание и направление их агрессии сугубо на человеческое присутствие; никому из зрителей не было интересно смотреть на стравленных между собой животных, а организатором - так еще и не выгодно. Вопрос в том, что новых тигров "воспитают" в славном духе каннибалов, даже не поднимался. Занявшись оформлением документов и договора, который всегда предпочитал заключать Джей для получения определенных гарантий и некоторого своего душевного спокойствия, женщина ловко имитировала его сложную подпись в необходимых местах; пересчитывала полученные в конверте деньги, не отпуская от себя далеко щуплого типа, принимающего товар, чтобы избежать обмана; и, разумеется, лично присутствовала при транспортировке и осмотре животных, чтобы не допустить никакого снижения цены. Словом, вела себя образцово и показательно.
Мигель завистливо присвистнул и хлопнул по плечу самодовольно ухмыляющегося Джея:
- Да ты везуч, как сотня чертей, - он, вскоре, поспешил за своим напарником, на ходу отдавая команды. Пускай это был и последний бой на сегодня, но оттащить в лазарет раненых и упаковать в непрозрачные мешки покойных стоило в самые кратчайшие сроки. Несколько людей, между тем, уже начали убирать испорченный песок.
Спустившись с мастерской части трибун в общий коридор, человек с татуировкой на лице с легкостью, говорящей о частом его присутствии в этих местах, нашел выход в предбанник арены: где-то там стоило перехватить Гвендалин до того, как она решит выбираться на свет божий. По пути повезло столкнуться с сонным и снулым Акселем, который вяло пытался доказать свою правоту в проблеме неверно расставленных нулей в последней ставке и одновременно с этим интеллигентно косил левым глазом в сторону монолитной фигуры охранника, несколько мгновений назад показавшейся из тени. Отметив про себя, что юный аферист, которого, кстати, стоило бы поблагодарить за такую находку, снова вляпался в какую-то мелкокалиберную беду, Джей бегло осмотрелся по сторонам, взглядом выискивая характерное тело своего ценного приобретения. Девушка оказалась в неплотном окружении из сухо поздравляющих и откровенно завидующих мужчин, которым не посчастливилось - или наоборот, невероятно повезло - не оказаться своими бритыми затылками под прицелом сотен глаз. Стояла себе, окутанная дымом, как вуалью.
- Прими мои поздравления, - ненавязчиво оттеснив плечом не выходившего еще на ринг, но уже напоминающего законченного оборванца, бойца, Джей протянул своей протеже пухлый конверт неприглядного серого цвета. В нем - вся сумма до единого доллара за выигранный бой: все здесь уже давно поняли, что составлять вознаграждения в международной валюте и проще и выгоднее, чем переводить в постепенно затухающую в ценовом порядке йену, - это неплохое начало.
Для каждого человека есть свой ад. Персональный. Здесь, на земле, еще при жизни.
Но для того, чтобы понять, что это такое - твой собственный ад, следует столкнуться с ним лицом к лицу.

Со стороны отошедших в уголок азиатов раздались одобрительные смешки и завистливые прицокивания языками, когда, звонко стуча каблуками вызывающе-алых туфель, к ним неспешно подошла Раэль; остановилась подле Джея, сложив руки на объемистой груди. Она вслушивается в музыку и смех. Вдыхает запах сигаретного дыма и травки. Молчит.
Для каждого человека его ад - отражение собственных потаенных мыслей, не имеющих ничего близкого с теми страхами, что мучают по ночам, смертельными болезнями или какими-то серьезными неприятностями. Осознание его постоянного присутствия рождает растянутое на годы самоубийство, в которое в конце-концов оказываются вовлечены все рядом.
- На следующей неделе не обязательный бой, в нем ты можешь не участвовать, - при этих словах Джей как-то неопределенно пожал плечами. С таким видом говорят о погоде и ценах на хлеб, о чем-то не важном и не требующем спеха, - ставки будут не высоки.
- Ты хорошо выступила, - голос Раэль оказался грудным и теплым; окинув Гвендалин взглядом с ног до головы и задержавшись чуть дольше на просторной рубашке одного из служащих, она мягко взяла успевшего закурить мужчину за руку, потянула за собой в сторону выхода. Официальный, он выводил в помещения непосредственно клуба. Участникам же предполагалось выходить с тыльной стороны здания так, чтобы не привлекать к себе особого внимания. Махнув напоследок раскрытой ладонью, Джей развернулся вслед за своей спутницей.

0

26

Профессиональный секрет, а как же!
Я приподнимаю правую бровь, невозмутимо глядя в твои глаза, в то время как наша близость перешла все допустимые границы. Это еще один твой трюк, да? Хочешь, чтобы я вблизи рассмотрел идеальные очертания твоего лица, провел пытливым взором по алым губам и вернулся в изумрудный океан твоих ярких очей, да? Я не сопротивляюсь и в точности исполняю ритуал изучения твоего красивого лица, которое на несколько долгих мгновений задержалось напротив меня, а потом вдруг резко отдалилось. Вслед тебе я только глухо прорычал, попытавшись в очередной раз взять себя в руки. Рядом с суккубами это становится куда труднее, чем в обществе простых смертных. Магия обольщения помутняет мой рассудок и я боюсь, что рано или поздно сорвусь на тебя, а это совсем нежелательно. Бонни быстро остановит меня, у неё есть пара способов воздействия на мое тело и мой разум. Думаешь, я не пытался сблизиться с девчонками? После сто двадцать пятой попытки я решил сделать передышку, которая заняла несколько сот лет и продолжается по сей день. Ох уж эти бабы… и что вам нужно от простого сельского парня, который хочет мирной жизни в глуши и вдали от всей цивилизации? Похоже, мне следует несколько обезобразить свой внешний облик во имя того, чтобы ни одна девчонка не глянула в мою сторону. Тогда и мне будет легче жить, и желания Бонни можно будет осуществлять со спокойной душой, не боясь, что милого паренька примут за сумасшедшего, в то время как внешность чумазого деда – это самое то, что нужно для забав моего альтер эго. Но нет, вы должны понять, что между этими двумя образами существует существенная разница: Бонни не любит, когда я безображу собственный облик, она даже заставляет меня пользоваться лосьоном, чтобы кожа была мягче. Медленно, но верно она хочет превратить меня в гея или бабу. Если первое у неё уже отчасти получилось, то со вторым будут существенные проблемы. Я, блять, мужик, а не баба!
Тем временем Шарлотта, пользуясь случаем, сметала на своем пути все заказы, вытесняя от тебя клиентов, явно позавидовав тому обильному вниманию, которое было обращено на твою скромнейшую демоническую природу. Хотя, нельзя сказать, что вся достопочтенная публика пожирала тебя взглядом, вовсе нет. В этом клубе находилось еще несколько суккуб, которые умело пользуясь своей магией, ненавязчиво боролись за внимание собственного кавалера и его окружения. Готов поспорить, весь зал сейчас разделился на несколько секций, в каждой из которых правила одна королева. Ваша политика, девочки, так и не изменилась.
- Две «Королевской короны» и три «Престо», – поспешно сообщает мне Шарлей, словно собиралась бежать марафон.
- Будет сделано, – обещаю ей, взявшись за совмещение ингредиентов.
Что там нужно? Четыре вида рома, среди которых ром-151, темный, лёгкий и ямайский; содовая, сок лайма, ананас и мёд. Смешиваю все со льдом в смесительном стакане, размешиваю. Достав чистые бокалы, добавляю туда колотый лёд и поверх заливаю этот чудный коктейль-пунш. Выставляю на отполированный до блеска поднос и смотрю на Шарлей, которая в свою очередь смотрит на тебя, спрашивая меня:
- А вы, похоже, нашли общий язык? – оборачиваясь на меня, добавляет: - Я видела, как мы мило шептались друг с другом.
Зависть? Ревность? Черт поймет этих женщин…
- Не бери в голову, Шарлей, – отмахиваюсь я, добавляя в шейкер сладкий вермут, анисовую настойку (ровно 1/4 чайной ложки), апельсиновый сок и 45 мл. бренди.
- Лучше бы ты так на того паренька посмотрел, – советует мне сердечная подруга, указывая кивком на одинокого молодого человека, попивающего лимонад со льдом.
Я кривлюсь, качаю головой и виртуозно взбиваю шейкер, как и полагается бармену с пятилетним стажем. Процеживаю в три бокала и выставляю их на поднос официантки.
- Опять не твой тип? – огорчается она. – И как тебе угодить-то с такими запросами?
- Приведи мне Джорджа Клуни и быть может я подумаю, – киваю я ей, влившись в роль гея куда лучше, чем думал до этого.
- Приведу, – обещает мне Шарлей перед тем как уйти с полным подносом.
В это время вновь появляешься ты. Кажется, успев обслужить всех клиентов, ты намереваешься провести со мной последующие полторы минуты, прежде чем в клуб не зайдут новые посетители, которым будет необходимо твое профессиональное внимание.
- Шарлотта, – охотно отвечаю я на твой вопрос в то время, как ты выпрямилась струночкой, сидя на стуле. – Очень милая, отзывчивая девчонка и преданная подруга. Любит ходить по магазинам, рассказывать истории из своего детства, рисовать, петь, танцевать джайв, фокстрот и хип-хоп. Любит розы, шанель №5 и машины с откидным верхом. Любимый цвет – зеленый.
Давая короткую характеристику, я методично протирал стаканы, лишь изредка кидая на тебя взгляд. Какой в этот раз будет трюк, Амайя? Прошу тебя, удиви меня.
- А вот про тебя я знаю только имя, – поднимаю на тебя взгляд. – Не хочешь поделиться конкретикой? Начнем с фамилии, потом хобби, всевозможные предпочтения, увлечения и прочее, - ставлю бокал под стойку. –Не стесняйся, здесь все свои. Мы все одна, огромная семья.
Оказывается, я умею быть очаровашкой.

0

27

Вокруг Гвен неожиданно образовалось плотное кольцо тех, кто везде и всегда будет окружать очевидца. Это напоминала, как при выходе с экзамена первого студента облепляют его соратники с одним единственным вопросом: "Ну что там?" Эти ребята лишь в этом походили на школяров - в основном, полубродяги, такие же как она, дети улиц, но в то же время Гвен чувствовала, что отличается. Не в лучшую сторону, нет. Просто отличается. Она уже была там. Она видела это. И это изменило ее раз и навсегда. Пусть девушка еще не могла описать это более-менее точно, но на каком-то инстинктивном уровне она это ощущала.
- Это же ты Кобра, которая выиграла последний бой? - тут, похоже, только один человек знал английский, - Я видел, как ты свалила Волка, я слышал, почти все ставки были на него.
Гвен пожала плечами. Если у Джея хватило ума поставить на нее (а отчего-то она не сомневалась, что он в любом случае поставил на нее, просто потому что не хотел заранее разочаровываться в собственном приобретении), то он неплохо поднял с этого боя. То, что ей причитается - так, мишура.
Гвен не успела ответить, как паренька оттеснил более массивный Джей. Черт возьми, колоритный тип, что ни говори. Непонятный, но колоритный.
- Спасибо, - просто ответила она, принимая конверт. Пересчитает позже, к черту этих зевак, пусть видят ее уверенность - Гвен убрала конверт под джинсы. Что ж, похвала и кошке приятна, а Гвен в этом плане мало отличалась от пятнистых ночных охотниц. У Джея появился новый боец, у Гвен появилась работа и деньги, а у местной публики - еще одна причина потратить свои сбережения. Говорят, тут до этого дралась только одна женщина и далеко не прошла. Что ж, нужно постоять за эмансипацию, так-то!
- И не буду, - она криво усмехнулась, - Две недели на восстановление мне хватит.
Хватило бы и одной, а то и того меньше, но афишировать такое не стоило. Кто знает, как здесь к подобному отнесутся? Подошла незнакомая женщина весьма роскошного внешнего вида, что, естественно, сразу не понравилось Гвен. Странно, отчего в женщинах всегда есть такая черта, заставляющая нас улыбаться малознакомым женщинам, а про себя перечислять ее минусы? Наверное, это что-то на уровне химии... Ее ирландка поблагодарила кивком, про себя твердо решив: "Стерва".
Джей со своей помощницей ушли, а у Гвен не было ни единого желания оставаться с полудюжиной других бойцов, тем более что те стали звать ее в какой-то бар, что уж точно никак не входило в планы Гвен. Домой, домой и еще раз домой. В кровать и спать часов так двенадцать.
Девушка подхватила мотоциклетную куртку, вышла на улицу через задний вход, без труда нашла свою старенькую "Хонду", ее даже хватило на то чтобы одеть шлем, и поехала домой. Этот день наконец-то кончился, так казалось ей в этот момент.

-----> Домой

Отредактировано Гвен (2011-08-30 23:12:18)

+1

28

-Обязательно познакомлюсь с ней лично. Майя повернулась в сторону Шарлоты, которая принимала заказ у молоденькой девушки, которой по виду совсем недавно стукнуло 18. и она решила пуститься во все тяжкие. – Её аура обычная, скорее всего она человек, а вот по поводу Френка я сомневаюсь сильно.. Суккубша вновь повернулась к своему собеседнику, который желал услышать больше чем просто её имя.
–Ммм ну давай. Амайя закинула ногу на ногу, одну руку положив на стойку и развернувшись к бармену боком, смотря куда-то в даль. – Меня зовут Амайя Хоуп. Мне 20 лет. Люблю готовить. Предпочитаю  японскую кухню.  Не переношу пауков и боюсь замкнутого пространства. Мечтаю научиться играть на скрипке и найти настоящих друзей. Живу в гостинице "Celestin" буду не против, если навестишь меня как-нибудь.  На последнем пункте рыжеволосая повернулась  Френку и мило улыбнулась. – Это не свидание, буду рада, если и Шарлота придет, выпьем за знакомство, расслабимся, нормально поговорим. Друг друга узнаем по лучше так сказать. Улыбка девушки стала еще шире. – Мы же одна огромная семья. Так ведь?
Обычно, никто из знакомых Амайи не был у неё дома, она считала лишним приводить кого-то к себе в номер (вдруг запомнят, где она живет, и будут приходить к ней после очередной игры в «Любовь»). Когда майя была в Испании, там она познакомилась с одной девушкой, они весело проводили время, и как-то вечерком суккубша решила её пригласить на «чашечку чая». На утро девушка ушла домой и рыжеволосая думала что все, их пути разошлись, но вечером этого же дня, эта девушка тарабанила в дверь и орала о внеземной любви к Амайе и чуть ли не была готова предложить руку, сердце и полквартиры в придачу. На следующий день суккуб уже летела в Париж. Воот. После этого случая у Амайи было правило никогда и никого не приводить на «чай» к себе домой.
-Воот как-то так. Глубоко вздохнув Майя встала и стукнув ладонью по барной стойке пошла к новым посетителям клуба. –Пойду поработаю. Взяв поднос девушка направилась к VIP зону, куда совсем недавно пришел молодой парень в сопровождении двух очаровательных суккубушек.
Подойдя к ним Майя подмигнула девушкам в знак приветствия и обратилась в парню -Что- нибудь желаете? Парень без особого энтузиазма посмотрел на официантку и повернулся к одной из спутниц: -Ты че нить будешь? Суккуб мило улыбнулась : -Мы бы с Элизой не отказались бы от шампанского и клубнички, ты же будешь с нами кушать клубничку правда милый? Девушка явно давно в этом "бизнесе". Знает как с такими пареньками вести разговор. Вторая же была намного младше своей подруги, но по красоте они друг другу не уступали. -Да красавицы мои. Снова переведя взгляд на рыжеволосую парень изменил выражение лица на "лицо-кирпич" - Я явно ему не интересна. -Нам бутылку шампанского и клубники. Записав заказ, Майя направилась к барной стойке, где Френк протирал бокалы. -Так. Мне надо бутылку шампанского, три бокала и клубнику.

Отредактировано Amaya Hope (2011-08-31 10:43:35)

0

29

Переход из подземелий в клуб, та же ночь.
Габриэль и Раэль..

Прежде чем подниматься наверх и выходить в люди, предприимчивая суккуба затащила ударившегося в меланхолию Джея в одну из глубоких полутемных ниш, в большом количестве разбросанных по подземным этажам комплекса и, вооружившись тонкой синтетической кистью, принялась с оживлением приводить в порядок татуировку на его лице: словно имела к ее воздействию иммунитет, она смотрела открыто, уверенно. Но вместо того, чтобы становиться более ярким и насыщенным, замысловатый рисунок заметно поблек и размывался с каждым прикосновением, выедаемый прозрачной жидкостью с отвратительным химическим запахом из пор кожи. В конце концов, Раэль оттерла слегка покрасневшее лицо мужчины влажной салфеткой, собирая остатки выделившегося вещества, и, скомкав, спрятала ее в крохотный пластиковый пакет. Зеленые глаза прищурились и потемнели, спрятавшись под густыми прямыми короткими ресницами, меж бровей и в уголках глаз залегли тонкие морщинки; темно-рыжие брови сдвинуты в переносице. Проступили белые шрамы на лице, вернувшем себе прежние черты. Со своих губ другой салфеткой она стерла яркую помаду и одним легким движением сняла парик, освобождая от его жаркого присутствия собственные, забранные в пучок, волосы. Избавиться от цвета волос Джея было чуть более сложной задачей, но и с ней женщина справилась блестяще.
Уже в лифте суккуба распустила волосы, позволив им лечь крутыми волнами на плечи, застегнула до этого безо всякого стыда широко распахнутый ворот блузки и накинула поверх приталенный узкий пиджачок, который минуту назад жестом фокусника извлекла из объемистой сумки; в нее впоследствии отправились кожаные перчатки Джея, парик, пластиковые пакеты с салфетками и кистью, а так же три разнокалиберные склянки, о содержимом которых он старался не задумываться. Когда начали открываться двери, Раэль застегнула последнюю молнию на сумке и, тряхнув белокурой головой, мягко приобняла своего спутника за руку. Ни дать ни взять романтично-деловая пара, выбравшаяся пропустить по стаканчику горячительного и обсудить насущные вопросы.
Один из сотрудников клуба, прекрасно осведомленный о всех нелегальных делах, которые скрывает под собой презентабельное здание, с услужливой улыбкой проводил их из подсобных помещений к свободному столику; молодой, но смышленый не по годам, Ромеро как никто умел держать язык за зубами и, должно быть, только по этому еще его не потерял и работал здесь уже без малого полтора года, довольствуясь достаточно объемистой заработной платой. На ходу он по своему обыкновению сделал комплимент обворожительной суккубе, но в ответ получил только привычный взмах узкой ладони с тонкими, украшенными массивными перстнями, пальцами. Мелькнули в воздухе красные ногти. Зрачки расширены, как от хорошей понюшки кокаина; женщина не смотрит на прислугу, словно не замечает его.
- Они как сироты, которые еще слепо тянутся к материнской груди, - под аккомпанемент звонкого смеха, на стол перед Габриэлем легла одна тонкая папка с заключенным сегодня договором на новую поставку и, матово сверкнув в полутьме помещения, другая, чуть потолще - с выполненными условиями старого. 
Есть в этом какая-то своя, непередаваемая прелесть, liebe.
Последней, но самой существенной и весомой, переменой в облике мужчины было возвращение к его голосу тяжелого и грубого акцента, неуловимо искажающего все произносимые слова. Первая затяжка мятных сигарет добавила несоответствия: в отличие от известного торговца, предпочитающего что подешевле и потяжелее, Габриэль всегда курил только сигареты, чей табак был щедро сдобрен ментолом и мятой, а цена достигала безобразной высоты. Вокруг теперь антураж, которому приходится соответствовать. Позолота, парчовые разводы светотени, карточный крап ламп вполканала сквозь бахрому абажуров, аквариумный плывущий интерьер, ароматические свечи в богемском хрустале. Кажется все они плывут на многоэтажном лайнере в никуда и на верхних палубах танцуют медленный фокстрот пары в полудреме. Блекло мерцает желтыми огоньками погруженный батискаф барной стойки.
Не хватает только гордо поднятого американского флага.
Все движения, как в тяжелой воде, через силу, через свет. Зрение дробится, как узоры в калейдоскопе, сигаретный дымок винтом в незримые продухи вытяжки, сквозь черный ром или арьманьяк, налитый на два пальца в стакан с толстым дном. Тонко трескались кубики льда в бокалах.
После трех дней затяжных переговоров - никаких смс - никакого e-mail, все изустно, от посредника к посреднику. по перепутанной логичной цепи, в съемной квартире дома номер 43 по зеленой улице, ему вполне буднично, без шпионских киношных страстей, неделю назад передали обычный кейс - с такими ходят банковские клерки и он быстро запомнил комбинацию кода, только раз проговорив ее с тем самым нарочитым каверканьем сложного разговорного японского. Кейс всего лишь кокон, без опаски поставленный сейчас у левой ноги Габриэля, начинка же его куда интересней: это был плоский легкий контейнер, запертый намертво, легированной стали. Наркотики? Поддельные документы? Какое-то оружие или прозрачные колбы со спорами сибирской язвы на дне? До этого ему не было дела. И даже когда Раэль, поддавшись своему неуемному женскому любопытству, залезла в кейс и рассмотрела под крышкой, за двойным слоем стали, в мягко шелестящем упаковочном материале, в четких ячейках поблескивающие три запечатанные пробирки, это никак не сказалось на внутреннем спокойствии Габриэля, которому пришлось закрывать и фиксировать все обратно, не удостоив взглядом тонкое медицинское стекло. Микробиология там или политика - он не был даже курьером, которых, как известно, в таком случае награждают единственным большим кушем в затылок; сегодня человеком, который должен был доставить в чужие властные руки товар, был выбран один из официантов элитного клуба "Колизей". Молодая девушка, светящаяся юностью, неопытностью и чистой красотой едва распустившегося подснежника. Формальности соблюдены. Неудобство сведено к минимуму. Баста.
Смешливая девица легко подхватила кейс и унесла его в подсобные помещения. Круглые фонарики подсветки рампы сменили свет с лунного на брусничный. Nearer, My God, to Thee.
Светловолосая суккуба подняла руку, подзывая к себе кого-нибудь из официантов, пока Габриэль, развалившись на стуле, внимательно вчитывался в бумаги.

0

30

Я смотрю на тебя и настраиваю свои локаторы на принятие информации.  Внимательно слушаю, хоть и не подаю виду, что особо заинтересован в том, чтобы посетить твое скромное убежище в гостинице «Celestin». Наверное, стоило спросить этаж и номер комнаты. Впрочем, всю эту информацию я способен выжать из миловидной девушки-консьержи, которая обязательно поддаться моему обаянию и скажет, где можно найти некую Амайю Хоуп – хрупкую рыжеволосую двадцатилетнюю милашку, которая любит готовить японскую пищу и боится пауков. Ты снабдила меня всей необходимой информацией,  чтобы я смог воспользоваться ей в своих корыстных целях. Не то, чтобы я собираюсь проникать в твою спальню и как взбалмошный малолетний маньяк похищать, - не тебя, упаси Создатели! - а твоё нижнее белье, нюхать его и восхищаться твоей демонической природой на расстоянии, предаваясь сладким мгновениям эротических снов, в которых ты будешь принимать неоднозначное участие. Я похож на извращенца? Дайте-ка натяну на свое лицо похотливую улыбочку. А теперь?
- Ты взбрендил, Клайд! – стучит мне по голове госпожа Боннэт. – Совсем свихнулся на этой девахе! Идиот!
Я мотаю головой, освобождаясь от наваждения и заставляя Бонни угомониться. Не смотря на то, что только я вижу эту маленькую мерзавку, иногда хочется дать ей хорошего подзатыльника, чтоб не мешалась под ногами. Хотя стоит отдать ей должное – она умеет вовремя вывести меня из заблуждения, в которое я впадаю, находясь в одном помещении с очаровательными суккубами или их соперницами по соблазнению – фаэри. И в первом, и во втором случае я превращаюсь в овощ, поэтому ни с одними из этих прекраснейших созданий я не ищу встречи, особенно сейчас, когда состояние Бонни на грани нервного срыва.
Вы знаете, что такое нервный срыв? Ни черта вы не знаете. Горы битой посуды, кактус между кроватями, истерические вопли и чугунная сковородка, десятый раз подряд сокрушающаяся на вашу бренную голову – это еще цветочки по сравнению с тем, что предпринимает мое альтер эго. Если я сейчас что-то не предприму, то это за меня сделает Бон и от этого лучше не станет. Гарантия 100%, немецкое качество, чтоб его.
- «Луизиана» и ямайский ром. Бутылку, – сообщает мне Шарлотта, устало опустившись на стул, где раньше сидела ты.
Я поднимаю на неё взгляд, и моя отзывчивая подруга ужасается, схватившись за сердце. Качает головой и тихонько произносит:
- Может таблетку дать?
- Не поможет, – хриплю я в то время, как Бонни весьма четко дала понять, что хочет меня задушить своими маленькими хрупкими ручками. И что самое удивительное, у нее это получается.
Наливаю себе рому, залпом выпиваю, и жизнь становится веселее. Я смотрю на свою сердечную подругу, которая озадаченно провожает мою руку взглядом, когда я тянусь за ликёром.
- «Луизиана», да?
Напрягаю свою память. Что там нужно? Бренди, ликер, белое бургундское вино, лимонный сок, содовая вода, коньяк и, конечно же, сахар.
- Я тебе покажу кузькину мать!
- Неееет!– мысленно взвыл я, хватая ускользающую из моих рук бутылку ликера «Сurасао».
Успел и поспешно поставил на столешницу, одним взмахом ладони вытерев пот со лба. Мне нравится моя работа, и я не собираюсь терять её из-за одной ревнивой истерички. Быстро (даже слишком быстро) смешиваю ингредиенты в стакане, растворяю сахар в лимонном соке и заливаю туда же спиртные напитки, добавляя содовую.  Разливаю по чашам, украшая их ломтиками ананаса и клубникой. Бонни отчего-то замолкла, и эта тишина угнетала еще сильнее, чем её противные писки. Зная скверный нрав этой мерзавки, готов поспорить, что до взрыва осталось минуты две-три, не больше.
- Все нормально, Шарлей, – уверяю официантку, выставляя на её поднос весь заказ с необходимім количеством стаканов. – Не беспокойся.
- Ты бы выходной взял, – не унималась она.
Я взвыл.
- Ступай, – выдавливаю из себя, показывая, что сейчас не настроен на доброжелательную беседу.
Она разворачивается и уходит, подходя к одному, а потом и другому столику. Клиентов сегодня хоть отбавляй. Атмосфера богемной публики начинала потихоньку давить на старые мозоли. Я любил бывать в высшем обществе в эпоху Возрожденья, ходить на всевозможные спектакли, пить на брудершафт с Папой Римским и рассказывать байки в грязных тавернах. Все это закончилось в тот самый момент, когда Бонни наскучило, и она решила развлечься, заставив меня станцевать стриптиз прямо перед достопочтенными гостями, присутствующими при бракосочетании королевы Англии. Я благодарю создателей за то, что об этом инциденте не упоминалось в исторических сводках.
- Так. Мне надо бутылку шампанского, три бокала и клубнику.
Я поднимаю на тебя взгляд и понимаю, что осталась ровно минута до взрыва моего альтер эго. Достаю бутылку шампанского и ставлю тебе на поднос, приговаривая:
- А у тебя случаем нет знакомых, похожих на Джорджа Клуни?
Мое лицо каменеет, но я должен это сказать. Во имя спокойствия Бонни, своей репутации и здравия всех посетителей клуба.
- А то, знаешь ли, я… - вытягиваю последнюю букву, застывая и глотая слова. – Я… мальчиками интересуюсь.
Свершилось, блять. Смотри, Бонни, я признаюсь в том, что гей.
- Парнями. То есть мужчинами. Сильными такими, мускулистыми. Брюнетами, – уверительно киваю, поддерживая каждое слово проникновенным взглядом.
Я думал, что с моих плеч свалится гора, но случилось как раз наоборот, потому что мою проникновенную речь услышал проходящий мимо мужчина, обернулся и подмигнул мне. Спасало то, что он был рыжим.
- Так что, быть может, мы с Шарлоткой зайдем к тебе на чай, – выдавливаю из себя улыбку и ставлю на поднос хрустальную миску с клубникой. – У тебя появился новый клиент, – киваю в сторону мужчины, просматривающего какие-то важные бумаги, и поспешно ретируюсь под барную стойку, якобы в поисках пропавшей линзы.

+1


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Элитный клуб "Coliseum"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC