Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Элитный клуб "Coliseum"


Элитный клуб "Coliseum"

Сообщений 31 страница 60 из 74

1

http://savepic.net/1798162.png

Хочешь сделать что-то совершенно незаметным - положи на самое видное место. Элитный клуб закрытого типа "Колизей" стал самым наглядным представлением этой популярной в народе присказки: расположенный практически в самом центре города, в окружении высотных домов и популярных ресторанов для людей из золотого запаса страны, он слишком заметен для того, чтобы привлекать к себе излишнее внимание. На фасаде двухэтажного здания, выкрашенном в темно-бежевый цвет, красуется одна только золотая табличка с его названием да темная подложка под буквы - под замысловатым плетением лавровых листов нет ни неона, ни иной подсветки. Только ночью здание загорается голубой подсветкой вокруг всегда плотно зашторенных окон. У дверей клуба всегда дежурит пара рослых охранников-европейцев, одетых строго в черные костюмы и с темными очками на лице; вышколенный швейцар проводит гостя до свободного столика в основном зале или в частную зону. Закрытый клуб, это частное место встречи привилегированных жителей города - большинство новых участников приходят только по приглашениям бывших участников; дополнительно новые посетители появляются в результате новых бизнес-контактов. Никому здесь не нужные лишние уши и случайные свидетели.
Внутренние помещение клуба оформлены в приглушенных бордовых и оранжевых тонах, освещение не яркое и ненавязчивое, играет тихая музыка, не мешающая разговору: в основном зале она чуть громче и меняется в зависимости от того, что творится на сцене. Часто здесь проводятся живые выступления музыкальных групп. Официанты, отличительной чертой которых является красный напоясной фартук и золотая вязь на отворотах черных рубашек, скользят между широко расставленными столами бесшумно, незаметными тенями; в баре работают три бармена, имеющие высокие навыки обращения с дорогим алкоголем - цены в клубе не всякому окажутся по карману. Из развлечений гостям предоставлены рулетка и карты, бильярд и две полосы слегка сокращенного в размерах боулинга, а так же частные удовольствия.

...|...

http://savepic.net/1818665.png
Единицы знают о том, что настоящий "Колизей", далекий от надушенных шей и блестящих украшений, полностью находится под землей и собираются в нем не для встреч деловые партнеры - олигархи, жирующие от богатства, мафия, элита и вместе с тем отбросы общества, чтобы в полной мере развлечь себя кровавыми зрелищами, сделать ставки или принять участие в нелегальных боях без правил. Настоящий колизей включает в себя комплекс помещений, которые размещаются на территории, ранее принадлежащей метро: арена, vip-залы, административные и подсобные помещения, камеры для содержания невольников, ставших аналогами современных гладиаторов, клетки и комнаты наемников и дрессировщиков, пункты охраны и врачебной помощи, а так же в некотором роде букмекерская контора: колизей открыт круглые сутки, однако лишь к вечеру количество посетителей в нем зашкаливает. Ночью утраиваются показные выступления. Шум, толкотня, восторженный рев зрителей и стоны раненых не затихают ни на минуту. Многие добровольцы пытают счастье, в надежде получить крупный выигрыш за участие в бою, исход которого - слава или смерть.
Арена клуба - круглая площадка, обнесенная полуметровым каменным бордюром, с бетонным полом, засыпанным желтым песком среднего качества с мелкими крупицами камня. Для безопасности со всех сторон, в том числе и сверху, она огорожена металлическими решетками; на арену есть два выхода параллельно друг другу, зрительные места расположены амфитеатром - зал всегда ярко освещен. Решетка вплотную примыкает к проему в стене, через который на арену попадают участники боя - гладиаторы, добровольцы, животные. За отдельную плату на арену выпускают человека или нескольких людей, не обученных бою и обреченных на верную смерть. Как правило, во время боя дверь в зал закрывают.
В клубе запрещено производить видео- и аудиосъемку, запрещено проносить оружие, еду, напитки, сигареты, зонты и массивные украшения. Бои на арене идет без правил до того момента, как один из дерущихся получит серьезную травму, сильно ограничивающую его в движении, потеряет сознание или умрет, однако в любом случае, даже если бой оплачен, его не пускают на самотек и сводят шанс смерти к минимуму. Вмешаться в бой имеет право только дрессировщик или управляющий в том случае, если нежелательна смерть бойца или бой принимает нежелательный оборот.

Дикие животные арены.
Лев.
Молодые здоровые животные 2-3х лет. Юго-западный африканский.
Средний вес - 181кг для самца; 126 для самки.
Длина тела вместе с головой - 170-250см для самца; и 140-175см для самки.
Высота в плечах - около 123см для самца; 107см для самки.
Львы могут быстро бегать только на короткие дистанции; они пытаются поймать свою жертву быстрым прыжком и их жертва, как правило, погибает от странгуляции или удушья. Мелкие жертвы могут быть убиты ударом лапы.
Тигр.
Молодые здоровые животные 2-3х лет. Бенгальский.
Средний вес - 205кг для самца; 150кг для самки.
Длина тела без хвоста - до 290см для самца; 200 см для самки.
Высота в холке  - до 1,15м.
Несмотря на большую массу тела, тигр может развить скорость до 60 км/ч практически на любой местности; во время охоты способен прыгать на высоту до 5м и на 9-10м в длину.
Бойцовые собаки.
Американский питбультерьер.
Отличительными чертами породы является сильная, мощная шея и широкая грудь с хорошо развитой мышечной системой. Вес не имеет строгих ограничений и может различаться у собак одного и того же роста - от 14 до 36 кг, но обычно 16-25 кг (при этом самцы крупнее самок). Расцветка у питбуля может быть любая, она может быть как сплошной, так и с отметинами. Уши и хвосты у собак арены купированы.
Американский стаффордширский терьер, амстафф.
Высота в холке - около 46-48см для кобелей и 44-46см - для сук.
Челюсти - четко очерчены. Крепкая нижняя челюсть обеспечивает мощь хватки. Грудь широкая и глубокая на всем протяжении, с достаточно выпуклыми, плотно сбитыми ребрами. Передние конечности широко расставлены, что обуславливает развитую грудь. У собак арены купированы уши и хвосты. Задние конечности очень мускулистые. Движения пружинистые. Расцветка может быть любой.

http://savepic.net/1780778.png
Минимальная сумма выигрыша на арене - 20рё, максимальная - 40рё, в зависимости от зрелищности и качества боя, а так же симпатии зрителей. По решению администрации Колизея особо отличившимся бойцам может быть дано дополнительное вознаграждение.

http://savepic.ru/3058843.png НПС Колизея.
Любой житель города может принять участие в бою. Ребенок, женщина, калека - ограничений не существует. Выиграв, участник получает денежное вознаграждение. Проигрыш - смерть на арене. Особенность боев, которые проводятся для добровольцев, заключается в том, что участники заранее не знают друг друга и вообще не знают условий боя. Добровольца могут выпустить безоружным на арену, где его будут поджидать голодные псы-людоеды. Все на потеху публике. Чтобы стать добровольцем, нужно всего лишь пройти регистрацию в специальном отделе, назвав свое имя. Зрители делают ставки. Либо условия боя определяются самим игроком-добровольцем не зависимо от владельца колизея и организатора, либо бой и его исход заранее обговариваются с другими участниками отыгрыша. Если ничего не было обсуждено, никто из игроков не имеет права сделать из чужого персонажа "пушечное мясо".
Система проста - победитель и проигравший. Кроме того, организаторы колизея заранее озаботились тем, что среди выходящих на арену могут оказаться люди, наделенные неординарными способностями - здесь верят в магию без шуток и баек, и блокируют ее артефактами, вшитыми в ошейники дерущихся - обязательный атрибут не только для гладиатора, но и для добровольца.

Отредактировано Алесс Капут (2010-01-11 03:52:37)

+2

31

-М, даже так? Неожиданно Френк.. Суккубша и вправду была удивлена услышанному. -Гей? Хм...ну вполне может быть. Всегда хотела иметь друга- гея.. Улыбка мелькнула на губах рыжеволосой.
Народ все прибывал и прибывал в клуб. Казалось, что помещение может вместить в себя целый город и места еще останется на человек 200. К счастью, помимо Амайи была еще Шарлота, которая как ураган проносилась мимо клиентов, разнося их заказы. Работать официантом довольно трудно. Мало ли какие клиенты могут попасться.
Вот что ты будешь делать, работая официантом, если твой клиент будет капризничать и говорить постоянно: -Ой! Я просил 50 капель водки, а вы мне плеснули 53 капли! Отлейте и принесите мне именно 50 капель!
И помимо этого он будет пол часа рассматривать посуду которую вы ему подали, не будет ли на ней какого-нибудь жалкого микроба, который вообще случайно попал сюда...потерялся даже.
М? вот чтобы вы делали, будь вы на месте официанта? Вы извинитесь перед ним и отнесете, эти несчастные 53 капли и скажете, чтоб напили именно 50 капель, иначе клиент останется недовольным. А будь ты обычным посетителем и этот же мужчинка начнет на тебя, извините за выражение, "наезжать" так ты просто дашь ему в "дыню" и пойдешь дальше прожигать жизнь. Вот Амайя так и сделал бы, если бы она не была работником клуба....Для работы официантом нужны крепкие нервы, иначе тебя могут в первый же день уволить за драку с посетителем.
-У тебя появился новый клиент Кивнул Френк в сторону мужчины, который читал какие-то бумаги, а рядом  с ним сидела суккубша. -Спасибо Френки. Недоглядела немного.   Поправив волосы и форму Майя собралась идти обслуживать клиентов. –Так, надо будет сходить в магазин, раз Френки и Шарлота придут ко мне. В кой то веки, приготовлю нормальную еду, а не буду питаться этими гребаными фаст фудами.

Отредактировано Amaya Hope (2011-09-03 18:09:33)

-1

32

Габриэль и Раэль..
Мы немного вмешаемся в вашу игру.

Не дождавшись, когда хоть кто-нибудь из нерадивых официантов изволит подойти к их не самому отдаленному столу и принять заказ, уже и без того находящаяся в весьма нервном настроении, Раэль резко поднялась из-за стола, неловким движением уронив за собой стул. Зрачки прекрасных голубых глаз сузились, как от яркого света, потерялись на неестественно ярко вспыхнувшей радужке; словно ветром поднятые, зашевелились тонкие соломенные прядки, выбившиеся из прически. От пинка изящного колена по столу, на нем звонко и высоко подпрыгнула стеклянная пепельница, на ходу растеряв все окурки, со столешницы на пол покатилась и упала отложенная на время шариковая ручка. Ей всего несколько минут отмечал какие-то неточности и вносил свои поправки в договор Габриэль, пользуясь своим положением и тем, что вполне мог позволить себе подобные вольности. Сейчас же, подняв глаза от документов, он с некоторым удивлением взглянул на гордо, гневно выпрямившуюся, словно валькирия древних времен, суккубу, но комментировать ее агрессивное поведение не стал. Быть может, есть еще шанс, что все решится миром.
Громко, словно чеканя шаг, стуча высокими каблуками алых туфель по блестящему паркетному полу клуба, молодая красивая женщина направилась к барной стойке - словно тикающая часовая бомба; во взгляде ее читалось вся ненависть к прогрессивному человечеству и явное желание надавать по лицу и рукам той рыжей официантке, которая совсем недавно проплыла мимо, проигнорировав поднятую в ожидании руку. Кулак женщины с размаху опустился на лакированную барную стойку, на ее узком красивом запястье звякнул темный металлический браслет:
- Moet&Chandon, 150 коньяка Courvoisier XO, 50 черного рома, и 100 виски!
Запал, с которым она рявкнула свой заказ, не давал усомниться в весьма недружелюбном настроении посетительницы, ровно как ее внешний вид - в материальном достатке, а уже через мгновение Раэль развернулась к рыжеволосой официантке, как раз подошедшей к стойке для какого-то стороннего разговора с темненьким мальчиком-барменом и, не долго думая, отвесила ей хлесткую и звучную...пощечину. Да так, что по инерции прекрасная головка в ореоле огненных локонов мотнулась в сторону, а на светлой коже щеки остался медленно розовеющий след. Бесполезный мусор под ногами. Ненужный хлам, - rotten bitch, тебя выгонят с позором и я лично добьюсь того, чтобы не ты не смогла больше нигде найти приличной работы!
Интонации в громком голосе взбелененной суккубы звучали многим более, чем просто убедительно.
В то же мгновение с треском и разлетевшимися во все стороны, голубыми искрами, за спинами барменов приказала долго жить кофе-машина и на пол густыми ручьями полилась не до конца сваренная жижа; словно в продолжение феерии, одна за другой лопнули три утопленные в потолок лампы, одни из тех, что освещали барную стойку и бросали красивые блики на стройные ряды бутылок, осыпав присутствующих мелкими осколками. Голос недобро оскалившейся Раэль, перенесшей все проблемы технического порядка без единой дрогнувшей на идеальном лице мышцы, зазвучал в общей разрухе необычайно громким змеиным шипением.
- Чтобы мой заказ через три минуты стоял на столе, lazy bastards.

Успокоившись так же быстро, как начала изображать из себя неконтролируемый тайфун, Раэль, уверенно и ровно вернувшаяся к столику, подняла упавший стул, опустилась на сиденье медленно и элегантно; руки сцеплены в замок поверх стола, нога закинута на ногу так, что из-под неприлично короткой юбки кокетливо показалась кружевная горловинка чулка. Габриэль, закончив разбираться с делами прописными, встретил ее сухими аплодисментами, три раза ударив ладонью о ладонь:
- Ты не меняешься с годами.
Перед ним нагайна, раскаленная, брызжущая окалиной, спускает свой раскрытый капюшон, затихает и ластится к протянутой хозяином руке; не дьявол больше во плоти, которому прижгли хвост и унизали, а ласковый и нежный ангел, сложивший белые крылья на спиной. Голубые ее глаза светились добротой и заботой. Конечно. Как же иначе.
Для нее все теперь только запах и звук, они - ведущие в мировосприятии сейчас. Запах - железистый с толикой пыли: свежей крови на каменном полу, до которого ей - только рукой дотянуться; звук - приглушенного ворчания, дыхания, сдувающего песчаную пыль прочь от разбитых губ. Габриэль, не пряча тонкой спокойной улыбки, нажимает подушечкой пальца на серединку ее нижней губы, заставляя приоткрыть чувственный рот, - но, Ландариель, ты начинаешь забывать, кому тогда проиграла.
Он смотрит, как дрожат ее черные ресницы, чувствует запах ее привычных до оскомины вишневых духов, слышит дыхание.
Все нормально. Просто игры для больших.
Последняя религия летит с обрыва в холодную воду. Перед ним никогда не сядет ангел с белыми крыльями. Ангелы есть только в книгах, а она нежна только с ним. С остальными ведет себя как последняя сука.
Ideally.
Вновь откинувшись на спинку стула, Габриэль закурил. С первой затяжки не выдохнул дым, а, расслабив челюсти, позволил ему медленно царапать смолами горло, неспешно, совсем не по-кальянному, выходя наружу.

+2

33

Знал бы я, как тяжело быть барменом в элитном клубе, не пошел бы на то собеседование и не показывал бы боссу те виртуозные трюки, которые умею проделывать с четырьмя бутылками и черной тряпкой, плотно прилегающей к моим глазам, через которую, поверьте старику, не виден даже собственный нос. Знание спиртных напитков я сдал на отменно, хоть никто не подал виду, что был впечатлен скоростью моих ответов на том воображаемом экзамене. Впрочем, я не напрашивался на похвалу и был настоящим паинькой. Мне была нужна эта работа. И не только потому, что так захотела Бонни, заставляя меня зубрить все те названия и составы коктейлей, которые предпочитает великая и могучая элита. Я сам захотел попасть в эту среду, издали понаблюдать за переговорами, происходящих в увеселительной обстановке, и изредка улавливать некие фразы про подпольные бои, передачу «посылки» и прочее. За все прожитые годы я так и не научился читать по губам, но кое-что  все-таки сумел разобрать, хоть сведения могли быть не из надежных источников, поэтому была некоторая вероятность того, что все это для отвода глаз. У стен есть уши. У бармена есть уши. И бармен предпочтительно закрывает свои локаторы тогда, когда это необходимо для того, чтобы сохранить себе шкуру. Рот бармена раскрывается еще реже. Все сведение, которые попадают в мою голову остаются в ней же. Я здесь по собственной воле и знаю, что крыс тут не любят. Равно как и стукачей, взбалмошных праведников и прочий отброс, не умеющий держать язык за зубами. Суровая реальность для суровых пацанов, - любил поговаривать один мой знакомый по прозвищу  Русский, с которым я повстречался в конце 90х годов где-то на территории Подмосковья, где проводилась очередная стрелка между братками и тех, кто на них телегу гнал. Тогда меня звали Федя, и был я мастером спорта по литрболу, а еще хорошо стрелял из пулемета.  Веселые были деньки, даже не поспорю.
Но дело не в этом, верно? Дело в том, что ни в одном баре, клубе, ресторане не будет такого количества очаровательных суккуб, любовная магия которых так и плещет направо и налево, что вся моя сущность так и дребезжит от энергии их грёбаного очарования. Все бы ничего, если бы мне не пришлось контактировать с одной из них почти все десять часов напролет. Утром я наберусь храбрости и посоветую боссу в дальнейшем набирать персонал из людской расы. Мало ли длинноногих красоток бегает по улицам?
Стоп, что за бред я несу? Кажется, Бон начинает мыслить за нас обоих и это заставляет меня напрячься. Ненавижу, когда она берет власть над моим телом и уж тем более разумом.
Я прижимаю нижнюю часть ладони ко лбу и пытаюсь сконцентрироваться. Представляю себе зеленые луга, яркое солнце, шелест травы и крики сокола, летающего где-то в безоблачном синем небе. Это довольно проблематично, учитывая музыку, разговоры клиентов и стук, исходящий от сокрушительного размаха ладони, ниспадающей на барную стойку. А потом еще и требовательный голос мне заявляет:
- Moet&Chandon, 150 коньяка Courvoisier XO, 50 черного рома, и 100 виски!
Я нехотя открываю глаза и вижу перед собой яростно настроенную блондинку – очередную дамочку из общества богемной тусовки, которая не преминула возможностью самой посетить бармена-очаровашку  и высказать ему в лицо самое соблазнительное за весь этот вечер. Грозная, напыщенная стерва. С такими лучше не спорить, я по себе знаю. Как-то раз… Блять, ты чё творишь, дура?!
Не знаю, как я выглядел со стороны, но Бонни подсказала, что я был крайне шокирован такой выходкой барышни. Меня переполняло чувство героизма, когда я хотел предотвратить эту пощечину, но у кофеварки на это были другие взгляды, и машинка возмущенно взорвалась, выплескивая в разные стороны темно-коричневую жижу вперемежку с яркими искрами. Ровно через миг треснули лампы, словно в назидание, обливая барменов ярко-красными огоньками, не причиняющих никакого вреда, но действующими на психику в качестве рефлекса «вспышка справа!». Я и рванул в сторону, чуть пригнувшись, словно афганец, которому померещились убитые им жертвы. Дождь из осколков дорогой техники закончился спустя еще пару мгновений.  Кое-кому явно не жаль портить казённое имущество.
Я провожаю взглядом идеальную фигуру женщины, отметив про себя, что с такой дамочкой я бы не хотел повстречаться тет-а-тет. От неё веяло прекрасными духами, или это, быть может, та самая магия обольщения, которой я не успел поддаться, хотя уверен, что будь у нее больше времени и желание, она бы охмурила меня одним взмахом своих пышных ресниц, обрамляющих голубые глаза разъяренной красотки.
Не везет мне с женщинами, что говорить?
Она дала нам три минуты. Я справлюсь за две.
- Эй… - как там тебя, - Сэм! Вызови электриков, замени кофеварку и прими заказы от Шарлотты, – распоряжаюсь я, возомнив из себя старшего по званию.
Это было весьма к месту, ведь многие были ошеломлены такой выходкой прекрасной барышни. Шарлей вообще чуть не выронила поднос с грязными бокалами, когда рядом с ней проходила взбалмошная красотка. Её глаза превышали допустимый лимит по расширению и я уж было побеспокоился, что сейчас она упадет в обморок от сердечного приступа. Девчонка была очень эмоциональна и она крайне дорожила своей работой, где ей доставались нехилые чаевые, да и заработная плата тут была как нигде лучше. Она намеревалась проработать тут еще год, а потом открыть свою школу танцев. Поэтому сейчас была тише воды, ниже травы, тихонько подойдя ко мне. Обменявшись немыми взглядами, она перешла к другому бармену, отдав ему свой заказ. И как можно работать в такой обстановке?
- Ты как? – спрашиваю я, доставая шампанское «Moet & Chandon» и ставя его на барную стойку. – Не бери в голову. Хотя я бы не отказался получить эту оплеуху за тебя. Возьми, – протягиваю лёд, обмотанный куском чистой тряпки.
Поспешно разливаю спиртные напитки по бокалам и чашам, ставлю их на поднос и перепрыгиваю стойку. Я вижу твоё хмурое настроение, я знаю, что тебе больно, и ты жаждешь реванша, а еще я знаю, что в таком настроении ты запросто сможешь наломать дров, и тебя выкинут отсюда, дав хорошего пинка под зад. Уверен, та женщина не шутила, когда обещала тебе проблемы с трудоустройством.
- Позволь мне, – подхожу к тебе вплотную и, глядя в глаза, запускаю свои руки за спину, где умело развязываю передник. – А ты возьми себе маленький перерыв. Приди в себя. Выпей минералки и успокой свои нервы, хорошо?
Я пытаюсь тебе улыбнуться. Получается как-то натянуто, но я и вправду делаю это из благородных побуждений. На краткий миг я дотрагиваюсь до твоих плечей и киваю, мол, все будет хорошо. Можешь считать, что я спасаю твою шкуру от острых зубок той взбалмошной барышни. Хотя не уверен, что этот поступок оценят по достоинству. Но я всего лишь парень, который не любит, когда ему мешают работать.
Завязываю вокруг своей талии передник и моментально превращаюсь из бармена в официантку. Если уж многие тут считают меня геем, то это мне должно быть совсем не зазорно. Кто сказал, что мужик не может ходить с подносом в руках и обслуживать клиентов? Ха, получайте прямой удар по своим стереотипным яйцам.
В мыслях у меня обратный отсчет от трех минут. Я обещал, что справлюсь за две. Так и есть, осталось еще несколько секунд. Беру в руки поднос со всем спиртным и лавирую между столиками, не отводя взгляда от точки Б – той самой парочки, для которых предназначен заказ, изредка колыхающийся в моих мужественных руках, твердой хваткой держащих поднос. Должен признать, что работать официантом не так уж и легко. Эта работа требует четкого баланса и силы, чтобы выдержать на одной руке весь заказ и не расплескать и капли содержимого. Уроки йоги не прошли зря.
- Просим прощения за эту досадную ошибку, - произношу я, ставя на столик каждый из заказанных напитков. – Это больше не повториться, уверяю вас.
Поставив на стол еще два бокала для шампанского, я коснулся рукой последней бутылки, которую по существу не заказывали.
- Вами не было произнесено название виски, поэтому я взял на себя смелость принести вам «Dewar’s 12», – провожу ладонью перед бутылкой, словно на дегустации. – Богатый фруктовый аромат, смешанный с кишмишем и изюмом, а так же ноткой шотландского вереска.
Ставлю бутылку на стол и рядом два стакана с толстым дном. Выпрямляюсь, прижимая поднос подмышкой и полюбопытничав:
- Что-нибудь еще желаете заказать?
Мои руки метнулись в поисках блокнота, который я нашел в объемном кармане передника, добавляющего в мой образ некую долю юмора. Приготовившись записывать, я поднял взгляд на господ и попытался натянуть на лицо улыбку. Наверняка это была плохая идея.

+3

34

Начало игры.
Август. 2011 год.
ночь: ветер поднялся, начался ливень и где-то вдалеке слышны раскаты грома. Ночная прохлада окутала город.
Температура воздуха: + 21

Ивинг радостно хохоча, скакала под дождём, с невероятным упорством наступая во все более менее глубокие лужи. И плевать ей было, что она идёт на новую работу.
Девушка приехала в Токио пару дней назад и сразу помчалась искать работу. Деньги были на исходе, а без них нельзя было снять приличную квартирку. Вообще-то самой Иви было абсолютно наплевать на то, где жить. Обычно она возвращалась в квартиру через каждые два дня чтобы поспать. Согласитесь, не нужно роскошных условий, когда ты проводишь во временном доме всего пару часов. Да и те в бессознательном состоянии. Но чистоплюйка Сольвейг была абсолютно против дешевенькой маленькой барыжки. Ей подавай светлую большую квартиру, где-нибудь в чистом ухоженном райончике. Напрасная трата денег и времени. Однако пойти против девушки не представлялось возможным. Если Иви пыталась хотя бы спросить о малобюджетном жилье, Виги моментально перехватывала контроль над телом и застывала на месте, мысленно ведя спор с главной личностью. Хотя личность начинала подозревать, что главная она весьма условно, раз её так легко отпихивали на второй план. Сверре в их женские дебаты не вмешивался, и ждать от него поддержки было так же умно, как прыгать с зонтиком с небоскрёба. А Сольвейг продолжала впиваться в уши холодным голосом. Вгрызаться в мозг с настойчивостью тарана. Вот Ивинг и металась по всему городу, ища подходящее местечко. Ну и поскольку день она проводила в поисках информации, ей нужна была только ночная работа. И вот этот критерий делал поиски весьма затруднительными. Увидев объявление о наборе официанток, Брайт долго плевалась, но под нежный голосок Виги в голове, обещающий заморить её голодом, метаморф весьма резво набрала номер, значившийся в газете. Её приняли, устроив настоящий допрос, и сказали приходить через два дня, только убедившись, что умение Иви держать язык за зубами и вежливо улыбаться, когда слышишь разговор двух торговцев «живым» товаром, не нуждается в доказательствах. В разговоре активно принимала участие Виги. Демонесса знает, что только благодаря ей её взяли.
И вот, по истечению этих двух дней, девчушка жизнерадостно мчалась по указанному адресу, окатывая волнами из луж, редких в этот час прохожих. На возмущенные выкрики она лишь разражалась хриплым хохотом. Одинокие фонари провожали Иви неодобрительным поскрипыванием и редким миганием. Наконец демонесса остановилась перед входом в клуб. Яркое, бросающееся в глаза здание. Никогда не любила подобные притоны для богачей. – несколько брезгливо подумала Брайт. Охранники у входа смотрели на неё с неодобрением. Хотя чёрт их знает. За этими дурацкими чёрными очками особо и не разглядишь. Широко улыбаясь, метаморф направилась к двери. Как она и предполагала, мужчины развернули широченные плечи и загородили ей вход. Каждый раз одно и то же – с меланхолией уставилась на охранников девушка.
А чего ты ожидала, заявившись сюда в таком виде? Это высококлассное заведение, между прочим. – протяжно вздохнула Виги.
Ой, ну подумаешь. Чего вы все такие нежные? – мысленно спросила Ивинг у своей второй личности, попутно оглядывая свой наряд. Нда, видок у неё действительно был неважный. Чёрные боты почти полностью заляпаны грязью, короткое тёмное платьице, необычно гармонирующее с обувью, полностью промокло. Разноцветные волосы мокрыми сосульками облепили лицо и плечи.
-Я новенькая. Буду тут официанткой работать. – храбро заявила Иви. Охранники переглянулись, один из них сверился с листочком, вытащенным из кармана. Быстро пробежал по нему глазами, периодически зыркая на продолжающую улыбаться демонессу. Кивнул своему напарнику и отошёл в сторону. Брайт быстренько прошмыгнула мимо амбалов в тёплое помещение. К ней тут же подскочил вышколенный швейцар.
-Мы вас ждали. Сейчас вас проводят в служебное помещение, где вы переоденетесь. Ваши вещи высушат. – ровным голосом произнёс он. Через пару секунд из боковой двери высунулся мужчина в красном переднике и махнул девушке рукой. Та бодро последовала за ним. Остановившись перед дверью женской раздевалки, как гласила надпись, официант сухо сообщил ей:
-Ваша форма в вашем шкафчике. Свои вещи оставите на тумбе рядом с дверью. Их высушат и положат к вам в шкафчик до конца вашей смены. Будьте добры ознакомиться с меню. Я жду вас через 10 минут. – и отдал ключи. Затем развернулся и ушёл.
Метаморф заскочила в комнату, быстро разделась и, положив вещи в указанное место, отыскала шкафчик. В нём оказалось сухое полотенце, чёрная блуза, красная юбка, красный передник и чистый блокнот с карандашом. Вытеревшись и надев форму, девушка схватила лежащее на шкафчике меню и быстро просмотрела. Постаравшись запомнить как можно больше, она вышла. У двери её уже поджидал всё тот же мужчина. Он, не говоря ни слова, повёл её к входу в зал. Открыл двери, пропуская вперёд. Ивинг тут же обволокло множество самых разных звуков, запахов, эмоций. Брайт моментально изменила хищный оскал на своём лице, на приветливую вежливую улыбку, и шагнула к ближайшему столику.

+1

35

Пепел срывается с сигареты прямо на стол и, заметив это, мужчина смахивает его на пол ребром ладони; давит пальцами бычок в пепельнице, практически размазав по толстому дну, вывалив из истлевшей бумаги не прогоревший до конца табак. Музыка напряженно бьет по ушам, но, не уделяя ей должного внимания, Габриэль равнодушно смотрит в глаза притихнувшей, словно уменьшившейся на своем месте, суккубы, не отрываясь ни на миг - и чувствует, как бестолково разбиваются вдребезги все ее усилия очаровать его больной, изъеденный заразой прошлого и безумием дурных мыслей, разум. Он умел отстраняться от окружающей действительности, когда эта действительность ему не нравилась, но сегодня, сейчас, когда его маленькая глупая девочка вновь решила поиграть в героиню мыльных сериалов, был явно не тот случай.
Они окружают себя громкими звуками, пытаясь поддержать иллюзию наличия смысла, но все потому, что они боятся тишины. Боятся, потому что в тишине остаешься один перед собой. И, оставшись, они увидят полость.
Отскакивает резиновым мячиком то хваленое искусство гламора, воспетое в песнях, а в душе ее бьется в отчаянной истерике бессилие, столь полное и всепоглощающее, что уже через какое-то мгновение в уголках ее прекрасных, идеальных по меркам современного человечества и его гнилой моды, глаз, блестят непритворные слезы. Большие, кристально-чистые.
Им так хочется заполнить свою жизнь хоть каким-то смыслом.
Например - голубыми глазами больной собаки.
Мужчина, облокотившись о столешницу, улыбается совсем по-доброму. Ему не нужно прислушиваться к голосам, заполнившим пурпурную реку воспоминаний, голосам, которые со все нарастающей силой поражают все мысли и чувства сидящей перед ним женщины,предпринявший свою очередную, заведомо провальную попытку; не спрашивая, он знал, что за безумная какофония пробивалась сквозь плотную, поразившую ее глухоту - она походила, должно быть, на множество ранее известных ей шумов, но взятых вместе. В них был вой человека, как вой раненного зверя, грохот рушащегося режима, треск сгораемого брезента, яростные вопли и канонада далеких сражений. Все это смешалось воедино в шумовом хаосе. Синтетике, вызванной искусственным путем.
Белая драпировка. Белый порошок. Белый снег.
Как обратным отсчетом идут секунды.
Густой румянец вспыхнул на спелых щеках, его не смог скрыть даже умелый выгодный макияж. Раздвинулись алые губы, застучал белый жемчуг аккуратных зубов - Раэль вся дрожала, но не от холода вовсе, а от всепроникающего инстинктивного страха. Тихо всхлипнув, она закрыла узкими ладонями уши и, не обращая внимания на то, что рядом уже с минуту стоит официант, буквально только что находившийся за барной стойкой со всеми причитающимися регалиями, низко опустила голову. Уперлась лбом в столешницу; и только плечи, по которым в беспорядке рассыпались светлые волосы, дрожали явно даже в полумраке.
В этот момент, оборачиваясь к юноше, Габриэль позволил себе усмешку. Вылечить звучит почти как выебать.
Янтарные круглые капли, зависли на долю секунды в пустоте и рассыпались вдрызг.
Не глядя, он отодвинул от себя папку с последними подписанными листами и, окинув молодого человека быстрым спокойным взглядом, перенес свое внимание на принесенный официантом алкоголь. Стаканы и фужеры. Толстое стекло и тонкая лилейная ножка в свете маленьких лампочек - гранатовых, русалочьих, голубоватых, как белки глаз мертвеца в морге, белесо-перламутровых, как солоноватые, даже на взгляд, капли семени. И смешение этой мрази, этого белого мусора с запахом чистой и вольной крови создает уверенное впечатление белого шума.
Для него не было секретом, что сегодня Раэль решила просто спустить как можно больше чужих денег: она не принимала никакого алкоголя уже около года, ровно как игнорировала всякие предложения вне зависимости от цены и качества, а самому Габриэлю в силу некоторых причин пить было и противно, и бесполезно: алкоголь любой крепости не оказывал на него ровным счетом никакого влияния, а потому тратить впустую собственные, пусть немалые, но накопления, он не считал нужным. Зато теперь она могла собой гордиться. Если бы не осколки. Крупная дрожь и холодный пот по телу, и осколками из прорванного мешка - из памяти высыпаются яркие картинки, хаотично, бессмысленно. Мозг просто работает, чтобы не думать о том, что сейчас видят глаза и делает тело.
- Молодой человек, вы употребляете алкоголь? - респектабельность ушла в песок, как вода вечернего прибоя, осталось только патологическое отклонение, но на лице мужчины все та же располагающая к себе улыбка. Пари может принести хороший куш. Пари может отнять все, - если это так, то оставьте себе виски. За мой счет, в качестве платы за моральный ущерб - это действительно хороший напиток.
Не дожидаясь ответа, Габриэль поднялся с места, придвинул стул к столу и, шагнув к официанту, коснулся кончиками пальцев его плеча - без должного пренебрежения, которым зачастую отличались клиенты Колизея, но и без какого-то особого расположения. Голос зазвучал чуть тише, удивительным образом не теряясь в гомоне и музыкальных порывах:
- Отведите меня к вашей подруге, - за все это время он ни разу не взглянул в сторону своей спутницы, ведь это так цинично пропустить смешок и придавить обитым сталью ботинком окурок на ее сизы и бурых, разложенных между рельсами, внутренностях, - к той рыжей девушке.
Между тем Раэль попыталась приподняться, но вновь бессильно опустила голову на стол. Только чтобы захлебываться. Выжить лишь для того, чтобы почувствовать боль потери. Кажется, это лучшее, что он видел в последнее время и не испытывал жалости: он знает, чье имя набатом бьется в ее мозгах, чей голос скручивает все нутро, желая добиться ответа. Стены подвала играли воем, как игроки валанчиком, перекидывая булькающие, захлебывающиеся звуки из угла в угол, спуская его до пола, посылая вверх, к потолку, ударяя о косяк двери. И кровь. Липкая, с тяжелым, дурным запахом подрагивала начавшим застывать желе, брызгая сгустками, когда подошвы ботинок давили темную лужу на цементе. Монотонный  звук на одной ноте сквозь крошево осколков зубов. Разбитые, бесформенные губы, и вращающийся на опухшем синяке-лице круглый белок единственного глаза. Маленький мальчик Иов Бади кричит. Это его голос громче всех терзает потерявшую всякий страх и осторожность суккубу. Вместо того, чтобы хоть как-то ослабить ее мучения, Габриэль коротко взглянул в темные глаза юноши, который до сих пор пытался изобразить некое гротескное подобие улыбки, но не достиг в этом особых успехов. Последний аккорд. Как тычок короткой шпаги в лоб быку. Падай, чудовище. Ты убит. Хотя даже этого не чувствуешь.
- Тогда и будем думать о заказах. Тем более, что это не ваша забота.

+1

36

Майя разворачивается, и уже хотела идти к клиентам но, к барной стойке подходит недовольная суккубша. Она явно была не в себе. – Moet & Chandon, 150 коньяка Courvoisier XO, 50 черного рома, и 100 виски! Рыжеволосая хотела развернуться и сказать что я отнесу ваш заказ к вашему столику, как получает отменную пощечину…
-Какого хрена она сделала?!
Голова Майи после удара повернулась в направлении пощечины. –Вот сука а… И все. Мыслей больше никаких не было. Ну тык, тебе только что пощечину  подарили! О чем или о ком ты будешь думать кроме как о том, кто тебе её подарил? Ммм?
Время как будто остановилось вокруг суккубы. Её глаза медленно открывались, и она видела Фрэнка, который что-то говорил второму бармену. Шарлота, которая была сильно удивлена выплеску эмоций той напыщенной дамочки. Локоны волос закрыли покрасневшую щеку, которая уже начинала пульсировать. Фрэнк тем временем пытался успокоить девушку. А она лишь смотрела на него. Она смотрела на него так, будто ей лет 10, а он супергерой, который спас её мишку от смерти. Взяв тряпку, в которой был лед, Майя приложила его к пострадавшей щеке и, кивнув в знак благодарности, пошла служебное помещение, где находились женская раздевалка.
Сев на скамейку около шкафчиков, рыжеволосая сидела и пыталась понять, что она сделала не так. Что она сделала неправильно в первый же рабочий день? И к сожалению ей на ум ничего достойного кроме как:
–Эта суккуба ох..ла…  не приходило.
Если бы не Фрэнк, Амайя бы скорей всего сорвалась на ней, и там бы была драка. Не знаю, кто бы победил, но затронутое эго рыжеволосой суккубы осталось бы довольным. Даже если бы Майе надавали по щам еще больше. Главное пару раз ответить хуком справа и все, душа была бы спокойна.
Лед в тряпке начинал таять…

+1

37

- Мне не нравится эта затея…
- Ты не веришь в меня, Бон. В этом твоя проблема. 
- Я знаю, что ты не победишь его. Он сильнее. Быстрее. Умнее.
- Я хитрее.
- Нет, глупец. Ты убьешь себя. Меня. Нас.
- Я выиграю.

Воспоминания нахлынули на меня тяжелой волной. Я помню свой последний бой на арене, произошедший около семисот лет назад. Раны уже давно зажили, но то физические. Душевные до сих пор гноились у меня в мозгу, засев где-то глубоко и периодически давали о себе знать острой болью в голове. Как сейчас. Я не содрогаюсь, на моем лице не дёргается ни единый мускул, но голова трещит от вибрирующих волн воспоминаний, а голосок Бонни несколько раз повторят слова, сказанные после того, как мою полумертвую тушу вытащили из песков арены. Я позабочусь о тебе, - именно так она говорила, когда я был в полудрёме, а мое бренное тело с множеством кровоточащих ран, казалось, разваливается по пути. Понадобилось немало времени, чтобы зализать свои раны, учитывая то, что создатели не особо беспокоились об участи своего раненого детища. Пришлось продемонстрировать невероятное упорство и жажду к жизни, проявить свой характер, доказывая самому себе и своим творцам, что, черт побери, я буду жить и плевать, что никто не помогает нам. У меня была Бонни, я был у неё. В тот миг мы были друг для друга самыми что ни есть родными существами и, казалось, никто не сможет нарушить нашу тесную связать. Что с нами произошло потом не столь важно.
Важно сейчас то, что происходит с той светловолосой женщиной, которая всего пару минут назад вела себя крайне энергично, живо и воодушевленно вталкивала нерадивому персоналу пару простых правил. Лизать задницы богемной публике и быть паинькой, выполняя заказы вовремя, четко и слаженно, как идеальный механизм. Официанты, бармены, охранники, швейцары – это всего лишь шестеренки и пружинки, которые двигают механизмом клуба. Каждую ночь. Тик-так, как часы.
Сейчас же она выглядит очень подавлено и мне знакомо это чувство. Ощущение своей незначительности, находясь во власти высшей силы – той, которой не способен дать отпор. Или просто не хочешь. Боль имеет свойство становиться наркотиком.
- Молодой человек, вы употребляете алкоголь?
Я смотрю на мужчину и неуверенно киваю. Чего уж там скрывать, выпить я люблю, особенно когда нужно заглушить писклявый голосок своего альтер эго, что в последнее время встречается все чаще. Стыдно признаться, но мне становится крайне неловко, когда мне предлагают бутылку отменного виски. Это тоже самое, что и замереть перед сыром, который находится в мышеловке. Ты не видишь крючок, не знаешь, где находится спусковой механизм, но инстинкт самосохранения заставляет остановиться и принюхаться. Всегда доверяй своему носу, - говорил мне один старый ирландец по имени Ормонд Финн, слепой, но с очень острым нюхом, благодаря чему стал известностью в своей деревеньке, обзавелся женой-дояркой и завел шестеро детей, которые впрочем, не отличались никакими сверхспособностями, имея на удивление здоровый крепкий организм.
Я втянул в себя воздух и почувствовал лишь дым от сигарет. Стало быть, воздух чист. Пожав плечами, беру бутылку и разворачиваюсь к мужчине, который тем временем коснулся моего плеча. Снова пытаюсь выдавить из себя улыбку. Я по-настоящему стараюсь быть вежливым, но вся моя натура крайне осторожно относится к богемной элите и их подаркам. Нельзя назвать меня неблагодарным, ведь я отдаю себе отчет в том, что выпивка то за его счет и все достаточно честно. Думаю, виски стоит отдать Майе. Из нас двоих она жертва, а я – какое-то подобие легендарного рыцаря, который благородной походной продефилировал меж столиков и отнес заказ к клиентам. Правда, сейчас я начинаю сомневаться, что они нуждались в богатой выпивке.  И это удручает.
Сейчас все происходящее кажется мне каким-то дешёвым розыгрышем. Я всегда подозревал, что у богачей не все в порядке с головой, но это переходит уже все границы.
- Вашей даме не требуется помощь?
Я - мужчина и меня всегда расстраивали женские слезы с подобными сценами, где они слабы и беспомощны. Причем мне неважно красива она или уродлива, стара или молода. Если требуется помощь, я всегда приду. И зачастую попадал впросак после своих благородных намерений вытащить девиц из передряги, которые становятся заодно с нападающими разбойниками, байкерами и прочими отбросами общества. И все же…
- Я могу вызвать скорую помощь или хотя бы вызвать для нее такси. Нельзя ведь оставлять её в таком состоянии.
Или можно? Мой немой вопрос повис в воздухе напряженным ожиданием в то время как мы неторопливой поступью продвигались к барной стойке. Я оглянулся в поисках Амайи, но не нашел её глазами.  Зато обратил внимание на разноцветную шевелюру, которая мелькнула перед столиками в форме официантки. Какого черта ты тут делаешь?! Моя нерадивая Ивинг, я ведь говорил тебе держаться подальше от этого клуба. Это не место для шестнадцатилетней девчонки! Выбрала бы себе тело постарше, ей-богу. Как тебя приняли на работу? Какой педофил позволил несовершеннолетней девчонке шнырять в логове развратной элиты?!   
- Амайи нет на месте, похоже она отдыхает. У нее есть на это право, – сообщаю мужчине, отвлекшись от созерцания своей дражайшей подопечной. – Я могу передать ей все, что пожелаете.
А с тобой, Иви, у меня будет отдельный разговор.
Засранка.

0

38

В вашей голове лениво мечется раздраженной пчелой мысль - а не бахнуть ли еще? Драйв, кайф, транс и полный улет. Непозволительная роскошь, господа? Тогда не мои проблемы.
Габриэль ровно покачал головой из стороны в сторону, отметая всякие попытки оказать хоть какую-то помощь своей спутнице и в то же время не спешащий помочь ей сам. Ни стакана воды, ни таблетки шипучего аспирина. Между ними - словно ничего и не было, не болела голова и сердце, сползшая краска с лица оставила только бесконечную грусть в той, что увидела собственными глазами настоящий, совершенный и свершенный, Конец Света. Кан-Кан шика и блеска какого-то чудовищного фарса танцевали обертки конфетного ассорти, заказанного одинокой женщиной за соседним столиком, коньячная окалина тлела на дне пузатого стакана, спирт весь выдохся и янтарь в нем фальшивый, как ни грей в руке. Как ни бойся, как ни бейся.
Упираясь дрожащими руками в столешницу, с тяжелым новым усилием она приподнялась, молодая, красивая женщина, чье лицо теперь было обезображено подтеками размытой туши, стянувшей засыхающими дорожками белые до прозрачности щеки, смазанной с губ помадой, оставшейся ярким пошлым следом, идущим от них к скуле; выпадает из разомкнутых пальцев красная салфетка, истрепанная и совершенно сухая. Смотри, все слезы свои она оставила в себе, не подарив ни единой соленой капли крашеной целлюлозе. Смотри - влажные от пота, ляжки ее теплы, как кипяченое молоко, тонкие руки разомкнуты, юбка веером разгоняет сигаретный дым, а глаза мутны и голубы, как у трупа. Бледное тонкогубое лицо светится нервозностью осознания, скулы заостряются в болотном мерцании отсветов. На смертном одре она - снедаемая болезнью жертва в то время, когда морфин уже перестал помогать, а врачи только бестолково разводят руками и отворачиваются, не давая никакого облегчения своими теплыми голосами и фразами, заученными в институтах как раз для такого безнадежного случая, вся поблекшая, беззащитная и слабая, все равно старалась держать потерянное безвозвратно лицо. Слишком разительной была перемена ее облика для того, чтобы понять - не все так просто и не удар гипертонического пульса тронул ее виски, не сжала рукой истерия сильное сердце, - дыхание дамы билось ровнее, чем выправка закованного в латы веры католицизма, оставшаяся солоноватой облаткой немецкого голоса на губах; но словно девочка на шаре, она едва держалась от удушливого страха одной лишь страховой ладони ловкого куража, под щедрой краской дуэлянта, вальсирующего Фортуну - с цветком в вороных волосах, с кубинской сигарой в губах.
С трудом сделав первый шаг, Раэль блеклым призраком замерла за спиной мягко улыбающегося мужчины, не желающая более легкой усмешкой палача вырвать эти резцы, один за одним своей обманчиво хрупкой рукой, боящаяся подумать, как поставить открытое забрало тевтонского рыцаря на дробленую крошку его ироничных мотивов. Она даже представить не могла, что может так легко окунуться в прошлое, напоенное чужим ветром.
- Нет, моей даме не требуется помощь, - голос Габриэля как никогда спокоен и ровен, но по недобро сузившимся глазам видно, что он не оценил все старания юноши казаться как можно более учтивым и вежливым с теми людьми, что глубоко в душе были ему противны. В, по сути, и этом нет ничего зазорного - трудно заставить себя возлюбить ближнего, когда вовсе не понимаешь ни единого мотива его поступка, когда ударили по левой щеке не тебя, но твою доверенную, когда визгливая канитель барабанной дробью алкает сосновой свежести, которая еще утром наполняла горла, но едва ли пробралась сквозь плотный мираж зеркальной ширмы. Голова с растрепанными светлыми волосами опускается, приподнимается вновь. На ней тускло отбрасывают блик алой лампы круто загнутые бордовые рога. Перышко за перышком, белый пушок опадает.
- Да, я прекрасно себя чувствую, liebe, - кажется, что у нее онемели губы: она не может выговорить без затруднения букв и начала картавить, но уже держится уверенней, чем прежде, хоть и не пытается поднять взгляда, - я подожду тут...
Пошатнувшись, женщина вновь присаживается на самый краешек отодвинутого от стола стула.
Порхающие бабочки на заре утреннего фарса. Скоро выйдет солнце и сойдет суета сует, покроется дневной усталостью, а из зала выйдут пару десятков живых трупов. Но сейчас его окружают даже не люди. Паяцы. Леонквалло, букет выпаренных до соляной корки картонных желаний, азартная, но болезненная в своем уродстве, похоть гамм и простодушие киллеров на жгучей итальянской свадьбе-случке с неизбежными праздничными похоронами и одинокой забытой могилкой близ уютного ресторанчика, где сеньора не дождалась своего взрослого, но все так же безмерно глупого сына на ужин. Чего они стоят? Эти смерти, если горький соус на пасте уже слипся, превращая добрый и теплый вечер в хорошей компании на чудовищный гротеск салатика из гордыни, манерности, пороха и порванных по шву от усердия шаровар под звонкой крик разбившегося кувшина с домашним вином под звук тихо плачущей скрипки. Та скрипка, пока не дрогнула сердечная струна, пока не лопнула, лопнула со спокойствием в сигарном дыму. Они проходят мимо неумелых копий, не смотря на лица и положения и останавливаются около поблекшей без света сигнальных огней туманного корсара, барной стойки. Оборудование, которое разнесла своим норовом Раэль, подлежало замене, но Габриэль был абсолютно уверен в том, что страховка клуба с лихвой покроет эти мелкие неприятности. По крайней мере, никто, кроме неудачно повернувшейся под руку девицы, не пострадал.
- Вы правы, - пальцы с коротко стриженными ногтями некоторое время барабанят по лакированной крышке, выдавая задумчивость мужчины, перстень играет бликами, как ликом солнца. У нее есть на это право. У бескровной девчонки, у суккубы, чей запах принесла Раэль на своих руках и чьи амбиции едва не сыграли опасно злую шутку. Если ты ниже кого-то по рангу и чувствуешь это, то не смей высовываться. Если ты всего лишь девчонка, не поднимай ярости на ударившую тебя женщину даже если та была не права - что сделаешь ты кроме, как избежишь нового наказания? Репрессии монархического общества никуда не исчезли из современного мира, а те, кто утверждают обратное, либо погрязли в продажной, как портовая шлюха, вере, либо безбожно врут, - передайте ей мои извинения и - вот это.
Из кармана рубашки Габриэль вытянул пару хрустких листов сложенных пополам денег, но не местной мелкой валюты, а международных американских долларов крупного порядка. Кроме них была приложена незатейливая распечатка на листке тонкого картона - то, что не скоро пригодится его любовнице - разовое бесплатное посещение самого известного в городе своими высококлассными профессионалами и кусающимися ценами, салона "Искусство красоты".
- Мне жаль о случившемся инциденте.

0

39

-Мдаааа... Ну и рожа... Даже лед не помог. Критика иногда полезна. Она и настроение поднимает и не дает самооценке улететь в невиданные края. Майя стояла у зеркала и рассматривала  покрасневшую, чуть опухшую щеку. Но, себя жалеть можно вечно, а вот работать за тебя никто не будет, так что надо было возвращаться в не зависимости как ты выглядишь. -Так, сейчас вернусь туда, только чуть поколдую. Достав из шкафчика свою сумку, где была небольшая косметичка, рыжеволосая умело замазала щеку тональным кремом. -Вот теперь можно и поработать.
Амайя из тех людей которых очень быстро вывести из себя и которые потом так же быстро и успокаиваются. Но обида что её низа что ударили по лицу осталась. Она как сиамская кошка, запоминает все, что ты сделала плохого ей, а потом, дождавшись подходящего момента, начинает мстить. Вот такая Амайя.
Выйдя в зал суккубу вновь окутал дым и всевозможные звуки, смешанные с музыкой. -Надо найти Фрэнка. Вот сейчас была главная задача для рыжеволосой. Бегая глазами по клубу, суккуба заметила новую официантку, которая сильно напоминала ей старую знакомую, но та тут же растворилась в толпе, не давая рассмотреть себя поближе. -Показалось наверно... Подходя к барной стойке Амайя увидела какой урон нанесла нервная дамочка клубу. -Вау... Проснелось в голове у суккубшы, которая стояла раскрыв рот смотря на се это великолепие: непонятная жижа на полу в вперемешку с осколками. -Надо будет Фрэнку сказать что наш посетитель создал новый коктейль: Ярость любви!... или что-то в этом духе. А народу видимо было глубоко фиолетово что здесь было несколько минут назад, все продолжали танцевать, пить, тратить деньги и свою жизнь на такие места как этот клуб.
-А вот и Фрэнки! Подойдя к Фрэнку, Амайя увидела, что он стоит около столика, где сидела та самая девушка и её спутник, который что-то говорил ему. -Простите, что причина вам некоторые неудобства. Уверяю такого больше не повторится. Осмелилась обратиться рыжеволосая к суккубе, которой было явно не очень хорошо. Затем Майя обратилась к мужчине, который стоял рядом: - Вы тоже простите меня за причиненные неудобства. Виновато улыбнулась суккуба. -Надеюсь, что скандала не будет и я тут останусь работать...очень надеюсь.

Отредактировано Amaya Hope (2011-09-06 18:09:37)

0

40

- Клайд, ты такой благородный, мне аж тошно… - прокомментировала Бонни мои попытки спасти многоуважаемую барышню от передоза, отравления или какой-то другой дряни, которую быть может она неудачно приняла. По крайней мере, с виду можно было сказать, что ей совсем поплохело, учитывая то, что она едва говорила, и внешний вид былой красотки делал её старше лет на пять. Осунувшееся лицо, размытый макияж и голос, едва слышный в здешней обстановке, создавали несколько отталкивающее впечатление, хоть её красота с этим уж никак не угасла. Она была по-прежнему прекрасна, хоть и едва держалась на ногах.
Но после слов, ясно документирующих её благосостояние, я приструнил свои благородные порывы и твёрдо решил вернуться к работе. Не хватало еще разбрасывать свое время на взбалмошных дамочек, мешающих таким простым парням, как я, спокойно зарабатывать себе на никчемную жизнь прислужника Высших демонов.
- А ведь я говорила, что от них одни неприятности.
На самом деле это были мои слова и мой горький опыт. Каждая встреча с этими очаровательными, сногсшибательными и чертовски сексуальными особями не заканчивалась успешным окончанием суровых будней. И зачастую я был вынужден разрываться между возмущенными визгами своего альтер эго и соблазнительным телом красотки, которая так и манила меня к себе, игриво подмигивая и шепча на ухо какие-то милые прелести о той ночи, которую может мне подарить девушка по имени Сюзанна.
Сюзи, ах, Сюзи… какое глупое имя для суккуба, не находите?
- Тупее не бывает, - набычилась Бонни, сложив ручки на груди и глядя на меня исподлобья. Её явно нервировали мои воспоминания о встрече с прекрасной женщиной, которую я повстречал в девяностые года прошлого века. Ярко-красные губы, темно-синие глаза и черные волнистые волосы – вот и все, что я запомнил после того неудавшегося рандеву в Париже. Еще я отчетливо запомнил приказ Бонни, когда чуть не поцеловался с Сюзанной на Эйфелевой башне. А вам хватило бы смелости сигануть с высоты 300 метров? Мне хватило, при этом я отделался лёгким испугом и сорванным голосом, -  именно за миг до встречи с землей создатели решили забрать свое нерадивое дитя и вернуть на родину, где меня ждали отнюдь не с радушными объятиями. Впрочем, это было лучше, чем превращение в кровавую кляксу, живописно растекающуюся на асфальте перед башней. Благо тогда была глубокая ночь, и никто из смертных так и не догадался об аномалии, произошедшей с неудачливым самоубийцей, а если бы и увидали, то наверняка спихнули все на инопланетные вторжения. Ха! НЛО, что еще за чушь?!
Отвлекшись от мыслей, я выслушал мужчину, который проявил себя максимум по благородному, что заставило меня невольно зауважать  достопочтенного гостя элитного клуба. Не знаю, кем он был в действительности – депутатом, наркоторговцем или бизнесменом, ведущим подпольные дела, но его поступок был совершенно непредсказуем для меня. Редко когда кто из высшего общества ведет себя так достойно. Общение на равных без перегибания палок – это всегда приятно.
Только я хотел взять своеобразные подарки для Майи, как она вышла из служебного помещения и спустя пару секунд присоединилась к нам, принося свои извинения за сложившуюся ситуацию. Все это было так мило, но у меня были некоторые другие планы, потому я поспешил ретироваться, обосновав все фразой:
- Прошу меня простить, мне пора работать, – чуть кивнув в знак прощания, сообщил я и удалился в сторону столиков, где беспечно разгуливала моя милая подопечная, принимая заказы от хмельных клиентов.
Я не виделся с тобой ровно пять лет после последней встречи в Венеции. Помнится, тогда наши пути разошлись, хоть мы искали один и тот же артефакт. По-видимому, ты нашла неоспоримые доказательства того, что волшебная вещица находится именно в Токио, или же решила навестить своего непутёвого маэстро просто так, в качестве нежданного сюрприза.
- Люблю сюрпризы! – хлопала в ладоши Бонни по мере того, как я приближался к тебе.
Ненавижу сюрпризы, особенно такие. Видимо, я недостаточно четко выразился, сказав тебе, чтобы ты сюда не совала свой любопытный нос.
- Ивинг Брайт, – хватаю тебя под локоть и силой уволакиваю от столика с клиентами. Плевать на их возмущения, у меня есть основания для такого поступка. Всего два слова: - Какого черта?
Я подтащил тебя к краю барной стойки и впечатал в стенку, опершись об неё ладонями и нависнув над тобой, возмущенно сопя.
- Я предупреждал, чтобы твой любопытный зад сюда не совался. Тогда какого черта, Ив? – смотрю на тебя с прищуром и коварно добавляю: - Утром я буду добиваться, чтоб тебя отсюда уволили. Ты в зеркало давно смотрелась? Тебе шестнадцать лет, Иви!

0

41

Ивинг кружится по залу, принимая и разнося заказы. На слишком юную девушку глядят либо безразлично, либо с интересом. А ей абсолютно наплевать. Она танцует по залу с тяжёлым подносом в руках и приветливо улыбается направо и налево. Дарит свою улыбку всем вокруг. Даже суккубам, которых не слишком любит. Оп, обогнуть стол, грациозно поставить перед дорогими гостями их напитки и умчаться танцевать дальше. В голове Иви звучит какая-то популярная приставучая песенка с весёлым и быстрым мотивчиком. Из разных концов зала то и дело доносятся призывы об обслуживании. Брайт даже не замечает повёрнутых в её сторону голов. Как не замечает и провожающих её худенькую фигурку заинтересованных взглядов. Многим приглянулась новая официантка, что носится с заказами, выполняя при этом танцевальные па.
-Ваш заказ. - искрящаяся дружелюбием улыбка и группа богатеньких мальчиков, тратящих средства родителей на травку, выпивку и самых элитных ночных бабочек, тает под напором неиссякаемого очарования.
-Спасибо. Девушка, а сколько вам лет? - один из парней, видимо самый богатый, а потому главный по негласному соглашению, пуская слюни облапывает взглядом тощую фигурку официанточки. И хочется, и колется. А ну вдруг девчонка несовершеннолетняя. Проблем потом не оберешься.
-317. - честно отвечает девчушка, не подозревая подвоха. Все парни взрываются хохотом. Иви стоит и смотрит на них кристально чистыми глазами.
-Намекаешь, что уже совершеннолетняя? - мальчонка придвигается ближе.
-Да давно как. - кивает метаморф и, не давая парню сказать и слова, упархивает к следующему столику. За ним сидит мужчина в летах и с обожанием смотрит на свою прекрасную спутницу. Демонесса отмечает, что здесь как-то слишком уж много суккубов. Хотя эта дама смотрит на неё с явным одобрением и, в знак уважения, сдерживает свою силу очарования. Иви ещё шире улыбается, ставит на столик два абсента и, кивнув женщине, танцует дальше.
Только собравшись принять заказ у группы каких-то бизнесменов, девушка чувствует железную хватку на своём локте, а затем у неё над ухом раздаётся такой знакомый голос:
- Ивинг Брайт, какого чёрта?
О, этот голос она не слышала лет пять. И ей абсолютно наплевать, что её маэстро сейчас тащит её непонятно куда, а в спину доносятся крики возмущённых посетителей.
-ФРЕНКИ! - радостный визг метаморфа разносится по всему клубу.
- Я предупреждал, чтобы твой любопытный зад сюда не совался. Тогда какого черта, Ив? - её припирают к стенке и грозно нависают. Девушка шокировано хлопает длинными ресницами и ей немного обидно.
- Утром я буду добиваться, чтоб тебя отсюда уволили. Ты в зеркало давно смотрелась? Тебе шестнадцать лет, Иви! - обида становится сильнее. Захватывает сердце и заволакивает белёсой пеленой глаза.
-Мне триста с хвостиком, Френк! И если ты только заикнёшься о моём увольнении перед начальством, я тебя ни за что не прощу! - зло скалится и шипит Ивинг. Она-то надеялась на хотя бы дружеское приветствие.
-Ты что, не рад меня видеть? - глаза девушки подёргиваются дымкой слёз и она выглядит как брошенный под дождём щенок. Обычно это срабатывало на тех, кого ей очень надо было разжалобить.

0

42

Я смотрю на тебя и вижу Бонни. Черт побери, как вы похожи!
- Если ты не в курсе, то простым смертным не обязательно знать о твоем происхождении, – шиплю тебе в ответ, - и уж тем более настоящем возрасте. За это и в психушку посадить могут. Ты хочешь, чтобы я навещал тебя каждый день с цветами? Получать на завтрак, обед и ужин синие пилюли? Добавить в свой рассудок еще несколько взбалмошных личностей? Я нет, поэтому заткнись и слушай.
Перевожу дыхание, сверля тебя своим тяжелым взглядом. Мы не виделись пять лет, а ты осталась все той же непринужденной девчонкой с широкой улыбкой и волосами в радужных оттенках. Настоящая неформалка, имеющая довольно скверный характер, чем-то схожий с характером Бонни. Я не удивлен, что вы спелись, как подружки и теперь подозреваю, что с тобой буду проводить больше времени, чем со своими немногочисленными знакомыми, которые совершенно не нуждаются в моем обществе, но быть может, я нуждаюсь в них, чтобы хоть пару часов отвлечься от суровых будней, выпить пивка и послушать унылые истории из жизни того парня, что живет напротив моей квартиры. У меня плохая память на имена, да и не вижу в них нужды, когда завожу себе одноразовых друзей. Выпили, поговорили, разошлись. Все это надоедает уже спустя пару дней и тогда желания Бонни  становится исполнять намного приятнее. Но сейчас не этот случай.
Я хочу высказать тебе все, что думаю по поводу твоей новой работы и новой униформы. Творцы всемогущие! Я куплю тебе новую юбку, чтобы закрывала колени. И не расстегивай так блузку. Имей совесть, в конце концов!
Осматривая твой внешний вид, я критически качал головой, показывая, что  совершенно недоволен той одеждой, которая так соблазнительно облегала твое девичье тело.
-  От хахалей сама отбиваться будешь, – выдал я свой вердикт.
Не хватало мне еще быть твоей личной нянькой, секьюрити и братом в одном лице. У меня есть личная жизнь, которую я целиком и полностью посвящаю своей госпоже, сидящей у меня в рассудке и радостно что-то визжащей.
- От Бонни привет, – сухо передаю я её пожелания и опускаю руки. – И да, я рад тебя видеть.
Улыбаюсь, подтягивая тебя к себе и сжимая в сердечных объятиях. Это единственный случай на протяжении всех семисот лет моего жалкого существования, когда я могу обнять девушку. И только потому, что ты нравишься Бонни. Она воспринимает тебя как свою сестру и будь её воля, вы бы строили против меня каверзные планы. Благо, слышать её голос могу только я, за исключением тех редких случаев, когда она берет контроль над моим телом. Ненавижу эти метаморфозы.
Обнимая тебя, я не поскупился на поцелуй, чмокнув тебя в макушку, по-братски так, любя.
- Ладно, возвращайся к работе. Потом расскажешь о своих исследованиях, – говорю я, смягчившись не только в голосе, но и в лице.
Отпускаю тебя и перепрыгиваю через барную стойку.
- Кое-что тебе стоит знать, – маню тебя к себе, наклонившись вперед. – Благодаря усердиям Бонни меня здесь считают геем. – тихо сообщаю тебе  с абсолютно серьезным лицом, разворачиваюсь и занимаю свое место за баром. Мои уши ожидают взрыва твоего хохота. Обожаю его слышать.

+1

43

Крепко спите?
Даже сладко.
А знаете что? Скажите, вы правда хотите узнать, какие секреты несет в себе история семьи Оскаров, чей дом сгорел на прошлой неделе, или что лежит в подвале их хозяйки - старой, морщинистой, словно курага на восточном базаре, кухарки, всю жизнь проработавшей на одного влиятельного бизнесмена с американскими корнями, в золоченых запонках которого обнаружилось ничто иное, как белый сахар кокаина, а по брильянтовой заколке на шелковый галстук совсем недавно прошлись густо смазанные жирным кремом для проблемной кожи пальцы молодой секретарши, жених которой буквально на следующий день купил новый автомобиль и трехкомнатную квартиру в центре нашего славного города, где каждый день все новые и новые судьбы переплетаются между собой, стянутые витиеватыми узорами первого инея? Подумайте для начала, что даст вам это знание и сможете ли вы жить спокойно дальше, обладая бесценной информацией, которую не сможете ни рассказать, ни продать, ни передать кому бы то ни было даже под страхом смертной казни, подумайте хорошенько и решите, готовы ли жертвовать своей жизнью ради чужого затхлого секрета, сложенного белыми костями бизнесмена матерью его молодой секретарши - старой кухарки.
Вы так устали, вы так утомились, у вас колени подгибаются и чуть ли не трясутся, вы спазмами лихорадочно и больно заламываете руки, вот что. Яблоки глаз беспокойны под смеженными веками.
Подавление человеческой воли? Молниеносно.
Рассеивание человеческого внимания? Доля секунды.
Отрезание питания для человеческого организма? Меньше минуты.
Развеять облако эфира, которое не дает вам возможности продохнуть и здраво взглянуть на окружающие вас вещи? Если попросите. Вы только держите меня в рамках. И сами держитесь.
А вы что? Сидите, смотрите на нарисованные на стенах деревья, выросшие в непроходимые леса за ничтожное количество лет, выросшие сквозь обрывочные воспоминания, сквозь миллиарды затерянных смертей, сквозь крыши и колодезные дыры воспрявшие к свету.
Тысячи рентген - то самое, что носит наше имя.
Прыткая уборщица с маленькими черными глазками, теряющимися на искусственно выбеленном лице, за густой прямой челкой, скрывающей весь лоб и чуть ниже, крохотными ручками держит совок и веник - сметает осколки; берет грязно-серую тряпку, чтобы вытереть начавшее застывать пятно несваренного кофе вперемешку с сахаром, сливками, мятным и карамельным сиропами, маслом из машинного тела, которое теперь отправится на помойку, в зеленые баки, за которыми, всего в паре метров, находится неприметная черная дверь. В нее входят люди. Из нее выходят люди. Каждый раз с наступлением ночи и, отрешенно глядя в глаза этой маленькой, невысокой девушки, Габриэль точно знает о том, что она в курсе всех дел, творящихся в Колизее, и что крохотные ушки ее, спрятанные под идеальной прической, слышали немало потаенных разговоров. Сейчас она улыбается ему, щеря мелкие зубки и щелкая короткими ноготками по деревянной ручке совка. Крыса.
Между тем ярким всполохом рядом появилась пострадавшая за него официантка. Мороженная клюква, пионы перьевыми шляпами, масляные обиды и закопченные мечты. Мужчина смотрит на нее всего несколько мгновений, повернув лицо к яркому белому свету, и в запахе молодой суккубы, оказавшейся в опасной близости, отчетливо чувствует, словно на вкус, тонкие веточки гибискуса и мягкий вязкий - малинового вина.
Все - сплошная банальность.
Ссылка на ссылку к ссылке.
Не размениваясь на подобные несуразные мелочи, Раэль даже не удостаивает пострадавшую от ее истеричного норова девушку взглядом - голубые глаза демонессы все так же прозрачны и пусты. Алые ногти монотонно рвут салфетку.
- Все случается, - мужчина придвинул к подошедшей девушке то, что не успел передать ей ее товарищ по нелегкой службе в сфере обслуживания. Деньги и билет на посещение салона. Однако, не сказал более ни слова извинения, вполне закономерно считая их и без того слишком много прозвучавшими за последние пару минут, - возьмите это в качестве компенсации и не принимайте слова об увольнении близко к сердцу.
Чувства? Полукома.
Официантка получает свои заслуженные чаевые и небольшой подарок от человека, чью внешность не вспомнит уже через час, и остается дальше медленно умирать в этом проклятом заведении, где правда и гордость не в чести, а малейшая ошибка незримо подталкивает к пропасти.
Меньше всего людям нужна чувствительность.
Развернувшись, Габриэль пошел в сторону выхода, на ходу выставляя левую руку: за нее, бледными дрожащими пальцами, ухватилась поднявшаяся с места блондинка, поспешила следом на заплетающихся ногах, тонких, словно тростинки, и низко опустив увенчанную рогами голову, но с надежной опорой, которая никогда не подводила уже третий век. Ощущения, словно на дне колодца. На дне колодца всегда темно и пусто. Так пусто, что дыхание застывает на лету  - там так ласково мерзло, что печали сворачиваются клубком, забиваясь запаклевевшими патлами в щели под камнями. Странная пара выходит на светлеющую улицу, провожаемая швейцаром и слушает птиц.
Птицы – лживые существа, они попусту щелкают клювами, сметают своими пустыми перьями всю глупость со всех уголков города. Они кричат с ветвей, прорезая свистом отступающую ночь.
--> [...]

оос: Френки, вряд ли персонаж не узнал "лицо полиции", а.)

+1

44

Фрэнки занял свое рабочее место "превратившись" обратно из официанта в бармена, а Майя тем временем получала моральную компенсацию от парня который был с голубоглазой суккубой. Взяв деньги и пропуск в мир красоты и удовольствий рыжеволосая чуть поклонилась еще раз, но уже вслед уходящей паре. -Всего доброго.
-Вухуууу!! Я туда даже заглядывать боялась, а теперь бесплатно могу там себе что-нибудь эдакое забабахать! Мечтала про себя суккуба, смотря на сертификат на бесплатное посещение салона красоты.  Развернувшись, Амайя заметила, что Фрэнк был не один, а разговаривал с девушкой. Не став мешать их беседе, Майя пошла, обслуживать гостей, положа деньги с подарком с карман фартука.
Одним из клиентов был уже довольно таки пьяный мужчина лет 30, который явно нуждался в женской любви, но все дамы этого заведения ему жестко отказывали.
Бедняжка.
-Ммне триста вод-ки...деточка и лимончику. Пробормотав заказ, он задумчиво смотрел в одну точку, явно что-то вспоминая. И по лицу было видно, что эти воспоминания были неприятными. Суккуба же выслушав заказ рванула к другим посетителям, которые мирно и не очень ждали официантов.
Вернувшись к барной стойке Майя начала диктовать заказ: -Мне бутылку водки! Порезанный лимон. Потом пива, три бутылки, кальмар. Тааак. А! Еще одно бренди! Глубоко выдохнув суккуба, рухнула на стул. - Вооот. Так, я сейчас разнесу эти заказы, и сваливаю нафиг. Хватит на сегодня работы.
Взяв поднос с заказами, Майя стрелой пронеслась по клубу разнося заказы и  когда все клиенты были довольны, а деньги за обслуживание были у суккубы, она благополучно сдала деньги в кассу, забрав с собой честно заработанные чаевые. Переодевшись, Майя удалилась из клуба, на прощание, послав Фрэнку-спасителю воздушный поцелуй.

---------->  Модельное агентство "Подиум"

Отредактировано Amaya Hope (2011-09-18 12:43:53)

0

45

Заняв свое почетное место за баром, я с видом начальника осмотрел свои скромные владения, которые ограничивались отполированной до блеска стойкой и десятью метрами, пролегающими аж до двери, ведущей в служебное помещение, где по обычаю переодевался персонал нашего славного клуба. Мысленно отметив про себя скорость, с которой шустро орудовала молоденькая уборщица, я посчитал своим долгом похлопать ей по плечу и величаво кивнуть в знак благодарности. Она тоже думала, что я гей (слухи здесь расползаются со скоростью тараканов, которых травят соседи), потому мягко мне улыбнулась и пошла дальше по своим делам. Мне оставалось лишь оценить труды нашей шустрой уборщицы и удостовериться в том, что все на своих местах. Новая кофеварка уже варила новый кофе, пол был чист, словно только что началась ночная смена, а над нашими головами уже горели новые лампочки, осветляющие барную стойку. Мои товарищи по службе верой и правдой работали, не покладая рук. И только я, словно царь среди всего этого блаженного балагана, наблюдал за всем с напыщенным величием и созерцанием лже-бога.
- Фрэнки! – вырвал меня из мечтаний требовательный возглас Шарлей. – Чего это тебе в голову пришло? Какого черта ты  в официанты подался? А если бы тебя обсмеяли и уволили? Ты вообще, чем думал? И что у нас еще одна новая официантка? Ты с ней знаком?
Я приложил ладонь ко лбу и покачал головой. Эта девчонка порой кажется слишком импульсивной.
- Давай по порядку. Я всего лишь выполнял свою работу, это раз. – демонстративно поднимаю один палец за другим, начиная с указательного. – Меня пока что не уволили, это два. Думал я рационально, это три. Официантка… - сглатываю, опуская руку и поглядывая за спину Шарлей. – Её зовут Ивинг. И она моя сестра, – видя восхищение в глазах девушки, торопливо добавляю: - Я запрещаю тебе с ней общаться и предпринимать какие-то меры для знакомства. Поверь, то что она такая милая снаружи еще не значит, что добрая внутри, как ты, дорогуша. Это исчадье ада. Дьявол, который не носит прада. Скидка в бутике, с помощью которой продают товар по той самой цене, что и новую коллекцию! – подбираю наиболее убедительные аргументы для Шарлоты. – Остерегайся её, ладно?
- Не уверенна, Фрэнки…
- Молю тебя!
- Ладно-ладно. Хотя не разделяю твоих опасений…
- Опасения? – у меня начинает дёргаться правый глаз. – Это пра-вда!
По лицу Шарлотты можно было изучать все эмоции в спектре от удивления до опасения моей вменяемости. Похоже, она начинала убеждаться в том, что у меня не все в порядке с головой. Лично я не считал себя психом очень долгое время, отчаянно отвергая эту простую истину, но после случая в Бангкоке, произошедшего около четырехсот лет назад, я понял, что нуждаюсь в помощи экстрасенса, экзорциста или хотя бы шамана вуду для того, чтобы искоренить из своего рассудка ту маленькую опухоль, что неустанно отравляет мое существование в этом удивительном мире, погрязшем в насилии и материальных благах, но таком прекрасном в отдаленных уголках Тибета или Сибири. Мне хочется жить в глуши, а Бонни – в шумных городах. Это даже нельзя назвать конфликтом интересов. Это дискриминация личности.
- Что там у тебя? – отвлекаюсь от унылых мыслей, переходя в еще более унылую реальность.
- «Светский» коктейль и два «Любовных бальзама», – торопливо сообщает мне Шарлотка, глянув в свой блокнот. 
Славно. Я принимаюсь за работу, добавляя в смесительный стакан сухой вермут, гранатовый сироп, джин и кубики льда. Тщательно перемешиваю, искоса поглядывая в сторону, где мелькает разноцветная шевелюра, и процеживаю жидкость в бокал.
- А вы с ней не похожи, – тем временем сообщает мне Шарлота и на мой неодобрительный взгляд отвечает: - Я просто заметила.
- Держи свой коктейль, а бальзам попроси сделать того… Сэма, – отправляю её к ближнему бармену, махнув рукой в его сторону. Если уж меня тут все считают геем, то я могу без зазрения совести использовать их приёмы, типа беспричинной женской обиды или спонтанного изменения настроения. Быть бабой порой оказывается очень выгодно…
Шарлотта была из понятливых девочек, которые сразу смекают, что к чему, потому она не заставила себя долго ждать и перешла к пресловутому Сэму, передав ему свой заказ. Последующие две минуты блаженного одиночества я провел, полируя столешницу, до блеска натирая её тряпкой. Отключив мысли и попытавшись заглушить голосок Бонни, я благополучно абстрагировался от мира, входя в какого-то рода транс, как вдруг сладкая речь суккубы мягкими клешнями вырвала меня обратно в реальность.
- Мне бутылку водки! Порезанный лимон. Потом пива, три бутылки, кальмар. Тааак. А! Еще одно бренди!
- Так точно, мэм. – кивнул я, принимаясь за работу и мимолетом слушая Майю. – Свалить с работы? У тебя появился чудесный шанс, я видел, как начальник уходил из клуба в обществе двух очаровательных красоток, которые без сомнений, не дадут заскучать ему этой ночью. Заместитель развлекается в ложах. Отнесешь заказы и можешь быть свободна. В случае чего, я прикрою тебя, – уверительно киваю, ставя на поднос бутылки спиртного и блюдце с порезанным лимоном. – Я ведь обещал, что буду помогать тебе, помнишь? – на секунду задерживаюсь на ней взглядом, едва сдерживаясь, чтобы не опустить глаза ниже, на соблазнительно расстегнутые пуговицы униформы. – Так что обращайся. По любому поводу, – ставлю на поднос бокал с бренди и блюдо с кольцами свежих кальмаров.
Ох уж эти женщины…
Поспешно перевожу взгляд на грязные стаканы и усердно начинаю их мыть. Я, меж прочим, посудомойщик со стажем в несколько сот лет. И если бы я не мог менять свою внешность, то у меня уже давно стерлись подушечки пальцев, да и вся ладонь, в общем. Это сегодня можно пользоваться всякими вредоносными химикатами, которые якобы не причиняют рукам никакого урона, а раньше дело обстояло совсем по-другому. Ты трёшь, трёшь, трёшь… фанатично трёшь до тех пор, пока посуда не заблестит в твоих руках. Спасибо Бонни, я знаю что это такое.
Тем временем рабочее время подходило к концу. Время склеивать ласты и в виде трупа тащиться к себе в тухлую квартирку, где, надеюсь, уже выветрился аромат гнилой рыбы, пролежавшей у меня под кроватью около двух недель. Попрощавшись с Маей, я следом попрощался с остальным персоналом, что так скоропостижно уносили свои задницы из клуба. Устало расставив казенное имущество по надлежащим местам, я отправился в служебное помещение, где присел на лавочку, прикрыл глаза и соверше-е-енно случайно вздремнул на пару минут.
- Эй, Клайд. Знаешь что я хочу на день рожденье? Мопса и…… - хвала творцам продолжения я не слышал, с каждой секундой отдаляясь от Бонни, её грёбаных желаний и сварливой натуры.

---------> Переход в квест-сон ---------> Уход из локации (неизвестное направление) ---------> Бар "Осколки"

Отредактировано Frankie (2011-11-05 23:34:54)

0

46

Октябрь. 2011 год.
Ночь, 00:00-3:00.

На малой арене, затененный с краев и от того кажущейся еще более доступным блеклым пространством, хозяином которому был белый приглушенный свет прожектора, теряющегося где-то в потолочных перекрытиях - с серым отливом, липкий, как холодная сперма на животе продажной любовницы, он лениво стекал по сбитому песку, под которым уже обнажались устилающие пол бетонные плиты, - на этом клочке оставшейся реальности земли шел бой.
В этот раз не было аншлага среди посетителей, к этой ночи нигде не афишировалось о неурочном проведении и бойцы, являющиеся участниками не так давно учрежденного турнира, получили неплохую возможность подготовиться к дальнейшему соревнованию. Сейчас зрителей, занимающих один только первый ряд из всех, спускающихся к арене амфитеатром, было не более пятнадцать человек. Среди них, не выделяясь из общей группы, в единое пятно слившейся под полумраком, подступающих со стен, сидела молодая красивая женщина, зябко кутаясь в шерстяной шарф мужчины, устроившегося от нее по левую руку - на гладко выбритом его лице глубокими бороздами темной серой краски проступали образующие символы тонкие линии, заметно искажавшие и без того размытые черты. Как и все остальные, эта пара сидела в молчании.
Красивая ложь, высокие слова - для них это просто еще один повод для драки.
Они любят войну.
Война. Голод. Чума.
Они подгоняют к просвещению.
То, что происходило на арене, было трудно назвать боем. Взбивая песок огромными тяжелыми лапами, грузно кружили разъяренные, морившиеся голодом вплоть до пары недель, бойцовские псы, раз, другой пропадая в окружающей невысокие борта и решетки ограждения темноте для того, чтобы мутной тенью вынырнуть из нее уже в следующее мгновение. Горячие языки слизывали с притупленных морд яркую, насыщенную кислородом кровь, в полумраке казавшуюся едва ли не черной, с распахнутых пастей на песок и выступающие серые щербатые края падала хлопьями пенящаяся, розовая слюна. В центре, скаля сколотые зубы загнанным зверем, стоял на полусогнутых ногах и широко раскинув в стороны трясущиеся руки, мужчина: его хриплое, со свистящим надрывом, дыхание разносилось по гулкой тишине купольного зала, проникая в каждую щель в покое склонившихся стен, в каждую слепую улыбку замершего безжизненной фигурой на пластиковой скамье - уже давно не просто зрителей, но еще не совсем палачей. На мужчине еще виднелись лохмотья одежды, в которых угадывались изодранные обрывки дорогой ткани серого костюма, когда-то состоявшего из брюк, пиджака и рубашки, да, должно быть, еще когда-то охлестывающего теперь взмыленную, красную от напряжения, шею.
Эти люди, чьи взгляды прикованы к происходящему. Врачебный консилиум по вопросу о принудительном лечении.
Они все молчат, но мысленно побуждают его: давай, падай, падай.
Умирай поскорее.
Вывалившиеся белки, влажно мерцающие с каждым смещением взгляда. Открытый рот. На согнутой спине был заметен прожженными линиями сетчатый след, там, где ткань прикипела к коже, когда жертва тихой ночи бросилась на решетку первый раз, в отчаянной попытке уйти от хватки челюстей, что крепостью сравнились бы с капканом. Сейчас он прыжками, остервенело и дико, поворачивался то в одну, то в другую сторону, всеми оставшимися силами стараясь не упустить момента, когда серые каратели с перекатывающимися под шкурой мышцами снова кинутся на него. Из рваных ран на зияющих белым ногах и оголенном под ошметками оставшейся еще материи животе толчками выходила темная кровь, натекая под босые, чуть посиневшие ступни, все пытающиеся найти себе опору, как закопаться глубже. Этот человек уже не был сыном этой жизни - и зрители, и собаки, и, должно быть, сам человек - они это понимали. По застоявшемуся воздуху густо разносилась тошнотворная вонь паленого мяса, сожженных волос, скапливаясь под высокими потолками, и некоторые смотрящие, пусть не отводили взгляда, но плотно прижимали к лицам платки и длинные рукава одежды. Ни для кого из этих людей не было откровением, что бой устраивался по заказу кого-то из присутствующих, никто из них не был случайным гостем и не предпринимал никаких попыток облегчить муки страдальца или вовсе остановить это действие, и только странное напряжение с каждым мгновением проделанных вдохов буквально физически ощущалось все острее и острее. Даже они - призраки решения чужой судьбы - не могли спокойно смотреть на работу пятерки рубильных станков, твердо стоящих на массивных лапах. Но продолжали следить за ней.
Вдохните глубже.
Наберите побольше воздуха.
Для них не осталось таких простых и вроде бы необходимых вещей, которые стискивают в условность современное человеческое общество, вышедшее на победную прямую к своему конечному пункту развития. Моральные принципы. Автобиография. Банковский счет. Предпочтения в стиле одежды. Все, что могло их объединить, умещалось в дрожащем круге света, в котором некогда человек напоминал теперь лишь только мясо, небрежностью средневекового мясника завернутое в самые грязные тряпки, которые только удалось найти, и так происходит минута за минутой, час за часом, это сидит у них в головах мотоциклетным ревом в каскадерском шаре крепкого черепа, хотя окружающая тишина по-прежнему удушающая. Бессонница этих людей глубокая, как общий наркоз, долгая, как трасса через запад на восток. На их лицах один за другим сменяются кадрами поплывшей кинопленки доспехи из золотых и платиновых украшений, предупреждающие сигналы.
Красные вспышки рубинов, канареечно-желтый отблеск сапфиров.
По бурому песку движения, создающие иллюзию жизни. Короткие, скупые, обволакивающие пространство присутствием. Сигарету целует картонная спичка - складная книжечка с гребенкой внутри, из которой никогда не удается выломать ровно и одну. Аляповатый фотоснимок модного отеля на обложечке, реклама, от которой не денешься даже на глубине метро, куда не добивают радары и передачи спутников. Завернувшийся табак неохотно потрескивает.
Становящиеся все глуше возгласы из сорванного горла. Капля за каплей в темя. В ледяную точку в центре скальпа, где разделяются волосы.
Истекают квадратные цифры таймера на дисплее у противоположной стены; ведется обратный отсчет, от которого осталось в тающих цифрах еще целых два часа времени к уже прошедшему получасу. Женщина, приникнувшая к плечу мужчины с рисунком на лице, делает глубокий вдох, словно пловец перед погружением. В этом предельном уже вне шести возможных чувств состоянии собранности и самоконтроля, ее спутник отслеживает даже то, как изменилось ее дыхание - стало глубже - изменился ритм.
Застоявшийся запах никому не кажется невыносимым - и все же, в той смеси подгорелого мясо, шматом брошенного на раскаленные докрасна угли, крови, на жаре начавшей стремительно рассыхаться острыми трещинами, внутренностей, единым сильным рывком вырванных из изорванной брюшины заваливающегося на бок человека, находиться было - неприятно. Отчетливый запах мочи от тела, чьи руки обтачивали зубы ничем не брезгующих псов, экскрементов и кисловатый - желудочного сока - все смешивалось, давая в небольшом облаке принесенного от двери сквозняком воздуха, духу смерти новые мотивы.
Они любят войну. Разлития нефти. Серийных убийц.
Диктаторов. Террористов. Угонщиков самолетов. Педофилов.
Женщин, которых насилуют около церкви.
Бизнесменов, которых задирают псы в подвале элитного клуба.
Каждый из нас обречен на то, чтобы всегда быть правым. Обо всем и во всем.
В этом подвижном текучем мире, где каждый по-своему прав, и каждая мысль, с момента ее воплощения - тоже правильная.
- Ты не устал от всего этого?
Эти двое, они стоят в узком проходе, рукавом черной реки выходящем от ворот арены и смотрят на то, как с разбросанного во все стороны песка утаскивают за ноги, предварительно укутав в плотный темный брезент. Судя по потрепанному виду материи, он уже не первый раз используется по этому назначению и в теле туго сплетенных нитей то, что осталось от человека, достаточно частый гость: сейчас в нем обрубок тела без рук, ног и шеей, едва держащейся на потерявшем мышечную опору позвоночнике, - псы успели знатно потрепать одного из главных представителей Osano Ink., прежде чем дрессировщики разогнали увлекшихся палачей по клеткам. Как раз в тот момент, когда исходивший от трупа запах стал действительно удушающим; однако кондиционеры включили только когда все зрители покинули свои места и лишь с этого момента в затхлое небольшое помещения, света в котором стало еще меньше, начал поступать свежий воздух.
- Такая работа. Кто-то торгует в магазине, кто-то сидит в офисе, - в задумчивости Джей потер подбородок затянутой в черную кожу перчаткой - за его спиной суккуба уже доставала из сумочки едко пахнущий раствор, который должен был свести рисунок с лица - и взглядом, полным отрешенного равнодушия, проводил бурую тонкую полосу крови, вылившуюся сквозь потемневший брезент из забитого о ступени, по неосторожности, черепа.
Практически на выходе их застал звонок телефона.
К тому моменту Габриэль уже вернулся к своей цивилизованной внешности, снял с плеч металлические грузы, создававшие впечатление постоянной сутулости, сунул оружие в перекрестье, а его спутница как раз заканчивала процесс упаковывания каштанового парика в скромную по размерам тару, на дне которой уже перекатывался закупоренный бутылек. С легким удивлением взглянув на засветившийся в темноте экран, он без лишнего промедления нажал на кнопку вызова.
Да. Он рад слышать приятный мелодичный голос гордой дочери страстной Испании. Конечно, он ничем не занят, что помешало бы ему прибыть в указанное место в ближайшие полчаса живого времени и, разумеется, он приедет один, чтобы не смущать свое милое создание - призрак пригретого на груди прошлого. Закончив разговор, мужчина спрятал мобильный телефон во внутренний карман куртки.
- Нам пора.

--> Торгово-развлекательные заведения города -- Секс-шоп " Лолита".

0

47

Февраль 2012. Вечером безветренно, валивший днем снегопад прекратился. Ничего не предвещало беды. За бортом около -3.
>>> откуда-то из января

Как так получилось, что она сейчас сидит и лениво потягивает виски в баре клуба «Колизей»? Любой незнающий задался бы этим вопросом, долго ломая голову, что эта девчонка тут делает и какое право имеет заговаривать с влиятельными мужчинами в костюмах-тройках. Сама же девушка предпочитает отмалчиваться, пожимая плечами в ответ на провокационные вопросы. Она и сама уже толком не помнит, как так получилось, что.
А случилось это почти тогда же, когда метаморф приехал в Японию. Нет, скорее, уже в Токио. Задумчивый, злой и невероятно упрямый. Именно тогда главной личности отчетливо вспомнились слова собрата, небрежно пророненные еще в Лос Анжелесе, когда они сидели на крыше и делились планами на будущее. В Японии было по-настоящему опасно. За каждым углом ждал кто-нибудь не очень дружелюбный с диким желанием всадить девочке между ребер холодное лезвие ножа. С эти еще худо-бедно можно было справиться, отвесить не в меру ретивому наглецу подзатыльник или постыдно удрать, спасая свою шкуру. Но те, кто пытался давить авторитетом, раздражали и вызывали позывы смыться подальше, никогда не высовываться и не перечить. Но природное упрямство наотрез отказывалось смириться с такой постыдной участью, заставляя упорно гнуть свою линию и нарываться на неприятности. Где-то были драки, где-то или ей, или кому-то выворачивали руки и ломали кости, где-то приходилось плевать кровью вслед удаляющейся спине, но всегда и везде приходилось доказывать, что ты – не тварь дрожащая, что у тебя есть право, и ты им очень даже можешь воспользоваться. В большинстве своем – блеф, только иногда можно было показать себя честно – вот она я, сильная и непоколебимая. И получить за это по роже.
Идея торговать наркотиками пришла через полгода, когда надоело драться и потом долго либо чистить нож, либо залечивать раны, валяясь в небом забытом переулке и надеясь, что никто не придет добивать. Сперва стоило придумать, как их доставать. В самой Японии перевертыш не знал никого, а большинство его знакомых давно точили на метаморфа зуб, и даже не один, а целый клинок с зазубринами. Поэтому, покрутившись и достав денег, скопленных нелегальными боями и прочей кровавой дрянью, девушка уехала в родную Америку, где ее встретили как свою, с раскрытыми объятиями и обещаниями вечной любви. Там никто не смел сомневаться в заработанном годами авторитете, который когда-то пришлось поднимать так же, как и сейчас в Токио. В родном гетто, где довелось прожить чуть ли не десяток лет почти безвылазно, все ее выслушали, и большинство постановило, что хорошо бы не отпускать перевертыша обратно. Но желаемого девушка все-таки добилась – один ее хороший знакомый, подумав и оценив ситуацию, согласился на предложенные условия и плату за «небольшую помощь». С этим метаморф и вернулся в Японию, где занялся подкупом низкостоящих таможенных и полицейских лиц. Те, привыкшие к такого рода сотрудничеству, деньги взяли, раскланялись и успешно закрыли глаза на махинации афроамериканца по кличке Джо, за которого и просила Кир.
Помотавшись год и обретя более-менее надежных клиентов, перевертыш наконец-то вздохнул спокойнее, нажил славу «сволочи непомерной» и с чистой душой осел в одном из заброшенных районов Токио. Через какое-то время на притихшую девушку совершили облаву правоохранительные органы, упекли в тюрьму и грозились надолго лишить права свободной жизни, на что метаморф беззастенчиво плевал и заявлял, что застенки его не удержат. Опрометчиво, надо сказать, заявлял – удержали месяца на два, на протяжении судебного заседания, почему-то затянувшегося. Уже потом, когда суровые полицаи скривились, выпуская Кир, выяснилось, что за нее «заступились». И кто? Те самые «влиятельные мужчины в костюмах-тройках». Удивлению не было предела только первые пару часов, пока вся компания добиралась до клуба и обустраивалась в кабинете одного из здешних управляющих. Потом все встало на свои места, а не в меру довольный перевертыш согласился на условия и весьма солидную плату. Теперь ему была не страшна полиция, а заработанный трудом авторитет начал работать во благо.

Пару дней назад.
Девушка, выехавшая за город прогуляться, приличная и воспитанная, если судить по внешности, не вызывала подозрений насчет своей персоны ни на грамм. Тем и пользовалась, проворачивая теневые дела и беззаботно улыбаясь ничего не подозревающим прохожим, которых порой видела насквозь. Благо, зимой на побережье людей мало, все стремятся в бар – согреться, выпить, устроить пьяную потасовку и с чистой совестью разойтись по домам, пока разъяренный владелец не догнал и не заставил платить за погром. А зря – на чистом воздухе, да с шумом моря, да с поднятой на пару градусов температурой, чтобы холодно не было, на берегу была благодать. Да и дело, по которому перевертыш выбрался в такое место, было, скорее, приятным дополнением к повседневной жизни, чем обязаловкой.
- Хэй, Джо! – парень, стоявший до этого спиной к тропке, повернул голову и приветливо улыбнулся, зябко поводя плечами и позволяя себя обнять и похлопать по спине. – Как жизнь? Не штормило?
- Неа. Но в этот раз суетно. Все там нормально? – парень тяжело вздохнул, не спеша расставаться с бумажным темно-коричневым пакетом, который мял в руках. До ушей девушки достигал еле слышный шорох сминающейся бумаги. Волнуется мальчик.
- Не боись, тебя в любом случае не затронет, - Кир перешла на английский, видя, как сложно Джо выговаривать «странные китайские иероглифы». Сколько она ни пыталась научить его разговорной речи, выходило коряво и путано, половину слов можно было смело считать одинаковыми, отчего терялся смысл, и без того не шибко ясный. – Будут брать меня, но у меня надежная крыша – вряд ли получится. Тебя затронет только отсутствие гонорара от меня, - и засмеялась, успокаивающе хлопая парня по плечу. – Все пучком.
- А я и не боюсь, Эль, я и не боюсь, - в мире было только несколько людей, которым разрешено было звать ее по имени, данному создателями. Начнем с того, что знали это имя только избранные да доверенные, которым метаморф ни разу не боялся открыться. Джо заслужил ее уважение еще в гетто, когда в одиночку сумел отбиться от банды местных заводил и рэкетиров высшего пошиба. А потом еще и выжил, навсегда оставив себе на память неровно сросшуюся левую руку – боевая отметина, вселяющая во врага уважение. – Главное, чтобы деньги были да ты никуда не делась.
- Разве что в Изнанку, да и то не факт, - девушка усмехнулась, забирая у парня пакет с товаром. В его качестве она даже не сомневалась – Джо плохого не возьмет и, тем более, ей не подсунет. Умрет, но достанет лучшее. Именно поэтому перевертыш и был ему невероятно благодарен. – Держи, с надбавкой за вредность, - в руки американцу перекочевал пухлый конверт с увеличенной в полтора раза суммой. Весьма солидной, если перевести японские йены в доллары по выгодному курсу. А Джо места обмена знал, ему еще и больше получится, скорее всего. – Удачи.
- Тебе того же, нежить, - парень привычно махнул рукой, развернулся и зашагал к порту, не обращая внимания на беззлобный смех Кир за спиной.

Сегодняшний день.
Наша работа не слишком пыльная и, в принципе, легкая, как говорила Рик, принимая из рук очередного клиента конверт с деньгами и тщательно их пересчитывая. Нет, состоятельным банкирам и прочим вполне влиятельным людям она в этом плане доверяла, но проверить никогда не бывает лишним, особенно, наслаждаясь нетерпеливыми огоньками в темных глазах клиентов, жаждущих получить наконец-то обещанный и долгожданный товар. А торговец сперва чуть ли не обнюхает каждую бумажку, потянет время и будет зло усмехаться измученному человеку. Рик, в большинстве случаев выступавшая торговцем, любила поглядеть на такие представления. Как она потом говорила, своеобразная моральная доплата за старания с перевозкой наркотиков.
Сейчас перевертыш сидел в баре и лениво потягивал виски, щурясь и цепко оглядывая помещение. Сюда пускали только проверенных людей, с порукой или связями. «С улицы» прийти сюда было сложно даже для некоторых влиятельных особ, за что девушка любила это место еще больше. Ее саму когда-то не пожелали сюда пускать, пришлось закатить скандал и потребовать администратора, тот девушку признал, позеленел и велел пропустить, «и чтобы больше таких конфузов не было!». Рик тогда подумала, и проставилась охранникам после работы, естественно, в другом баре, подешевле и поновомоднее. Зато теперь ее тут держали а свою, что не могло не радовать – отдыхать тут было одно удовольствие. Тем более, что работа в большинстве была проста – влиятельные этого мира иногда тоже хотят отдохнуть, им тоже нужно расслабиться, а большинство уже разучились это делать. Живя в полной напряженке, постоянных стрессах и на нервах, можно тронуться психикой. Поэтому за непринужденным разговором некоторые предпочитали потягивать вино или виски, а некоторые подходили к ней в открытую. Метаморф уже успел изучить каждого из них, охотно делясь настолько нужными людям медицинскими препаратами. Даром, что запрещенными. Большинство из них вызывали легкое привыкание, не мешающее, впрочем, повседневной жизни и расслабляющее. Кайфа как такового, уносящего за облака, не было и быть не могло, учитывая дозировки и качество, непременно высшее. Правда, сам перевертыш никогда не удосуживался проверить, верил на слово, но знал, что сможет достать поставщиков даже из самого пекла, если их угораздит продать дрянь.
- Вечер добрый, - девушка знала этого человека. Ухоженный, относительно молодой для акулы бизнеса и невероятно умный, с железной хваткой. Таких стоило не то, чтобы бояться, но уважать. Их состояние всегда позволит им смести неугодного с пути, даже не марая руки. От этого класса людей веет силой, и даже перевертыш предпочитал склонить перед ними голову, нежели разгребать обрушившиеся последствия.
- Добрый вечер, господин Морье, - Рик чуть заметно кивнула, отставляя полупустой стакан и разворачиваясь на стуле к мужчине. Раньше он к ней подходил только по делу, и никогда не заговаривал. Должно было случиться нечто вообще из ряда вон выходящее, чтобы уважаемый господин Морье решил пообщаться. Но спрашивать о причине было ни в коем случае нельзя. Если захочет, сам расскажет, а передумает – так тому и быть.
- Хотел кое о чем попросить, - мужчина не торопясь отпил из бокала с вином, тонкую ножку которого даже не выпустил, элегантно присаживаясь на стул у стойки рядом с метаморфом. – Естественно, за отдельную плату. И, вы же понимаете…
Договаривать было не обязательно – Рик и так знала, что нужно молча выполнить все указания и явиться с отчетом о проделанной работе, стараясь не светиться особо. Поэтому только кивнула, чуть заметно щурясь и готовясь выслушать суть «небольшой просьбы». Некоторым такие вот просьбы могли стоить жизни, и все это прекрасно знали – и заказчик, и исполнитель, и клиент. Бывали даже случаи, когда, видя идущего за ним человека, «клиент» тяжко вздыхал, вопрошал «ты от такого-то, да?» и, дождавшись ответного кивка, преспокойно давал себя убить, ни минуты не беспокоясь о профессионализме выбранного недоброжелателем исполнителя. Сегодня заказ, правда, был по ее основной «работе». Всего лишь достать нужный препарат и принести в уловленное место.
- Договорились, - перевертыш задумчиво изучил протянутую бумажку с адресом и названием редкого вида наркотиков, хмыкнул, про себя отмечая, что вкус у мужчины однозначно был, и что недавно такое было в очередной «поставке». Дело выгорит.

Вечер того же дня, двумя часами позже.
Найти нужный адрес было проблемой, потому что улица виляла, как пьяный наркоман, а номера домов были перепутаны, как будто их давали вразнобой, просто тыкая пальцем в очередной дом. Даже ругаться сил не было, оставалось только тихо шипеть, задумчиво слизывая с пальца кровь – и где только порезаться успела? Нужный особнячок нашелся часа эдак через полтора, когда перевертыш уже окончательно разуверился в победе и решил было повернуть назад. Старания и терпение были вознаграждены, и перед лицом Рик престал грузный мордоворот с выражением лица аля «пшли отсюда, недостойные». Метаморф себя к недостойным не причислял, поэтому предпочел назваться и обозначить цель визита, после чего его нехотя пропустили, велев дожидаться в гостиной.
Ждать пришлось не меньше часа, после чего мрачный и заспанный хозяин местного великолепия и мрачного аки туча охранника изволил спуститься вниз, лениво поинтересовавшись целью визита. Видимо, слова топающего следом бугая он успешно прослушал. Пришлось объяснять, вытаскивая из кармана заветный сверток величиной с четверть ладони, перевязанный ленточкой. Хозяин просиял, велел передать благодарность своему «старому другу», после чего куда-то удалился, а саму девушку без колебаний вывели за порог, пожелав всего наилучшего т подальше отсюда. Рик вняла, согласно потопав обратно в клуб – отчитываться о проделанной работе и получать обещанную сумму и премиальные за скорость реагирования.

>>> переулок "Киояма"

0

48

>>> формально - из квартиры Локи, фактически - из Изнанки.
Июнь 2013 года, день. Жаркий день из разряда, когда даже ветер не приносит удовольствия. Сухо и невыносимо жарко, солнце печет прямо в макушку. ~ 25-26.

Голова болела дико, в горле уже час как пересохло, а по позвоночнику то и дело пробегала дрожь, смешанная с жаром. Под глазами уже вторую неделю крепко держались синяки. Отметка настроения опустилась уже ниже плинтуса и успешно зарывалась все глубже в землю, стремясь достигнуть так страстно описываемого современными святошами Ада. Собственно, в таком состоянии Кир пребывала со времени возвращения из Изнанки памятным утром четвертого июня этого года. Временами жить страшно не хотелось, а из тела начинали расти непонятно откуда взявшиеся шипы, не считая когтей, клыков и временами появляющихся крыльев, на первых парах приносивших дикую боль где-то в области лопаток. Поэтому, чтобы не пугать Джона, дома перевертыш появляться не рисковал, ночуя в мотеле на окраине города. Правда, денег в последнее время стало не хватать, а карточка, как назло, оказалась дома, куда путь до момента завершения процесса отторжения был заказан. Стоило, собственно, выйти на работу.
Поэтому в один из прекрасных дней, когда погода на улице радовала абсолютно всех обитателей Города Легенд, мрачная как туча девушка плелась по улице по направлению к далеко не всем известному клубу «Колизей». Там ее опознали, явно ужаснулись внешнему виду штатного наркоторговца, который давно уже прижился настолько, что ему поручали некоторые другие задания, не менее срочные, приурочивая ко всему этому «принеси/продай наркотик», просто для того, чтобы соблюдать должность и принципы, так горячо любимые местными завсегдатаями.
Сегодня даже в открытой, публичной части заведения с самого утра, насколько могла судить Рикки, царили суета и некий плавный и очень размеренный хаос, все метались из стороны в сторону, попутно выполняя какие-то нужные и важные действия и не забывая заламывать руки в извечном «что делать?!». У устроителей потех «для элитных членов клуба» были какие-то явные проблемы, ярко отражающиеся на остальных служащих и даже, в какой-то мере, гостях уважаемого заведения. Поэтому метаморф молча пристроился в дальнем углу, потягивая апельсиновый сок и провожая взглядом то и дело появляющихся и исчезающих официантов и кого-то еще, одетого в форму «Колизея». Какие бы проблемы ни постигли оное заведение, девушку они сейчас напрямую не касались. А если нужна будет ее помощь…
- Наконец-то! Я думал, ты уже не придешь, - за столик подсел один из владельцев подпольной Арены, находящейся тут же, в подвале клуба, и облегченно вздохнул. Выражение бескрайней озабоченности делами насущными сменилось расслабленностью и, кажется, даже уверенностью в светлом будущем, которое должно наступить прямо сию минуту. – Есть… одно дело, полагаюсь я только на тебя. Вот телефон человека, доставляющего нам живой товар. Зверей, если проще. Пожалуйста, позвони и напомни ему, у меня сейчас просто нет на это времени. И… у тебя ведь есть кое-что для моих мальчиков? – под «мальчиками» подразумевались некоторые гладиаторы, которым необходим был допинг – без него бедные люди начинали задыхаться, слабеть и слишком быстро умирать. Стимул, конечно же, был извечен – хороший наркотик правильной дозировки. За деньгами дело, естественно, не стояло.
- Я перезвоню человеку и подвезу то, что вам нужно, к вечеру, - перевертыш рассеянно кивнул, отмечая надобность потратить последние наличные на такси до места хранения товара и обратно. Правда, потом его будет ждать награда, а дальше… стоило бы вернуться домой.
Опять я во что-то ввязываюсь. Нет бы перестать рисковать и вернуться к обычной жизни… человека, - на этом моменте размышления всегда прерывались и оставлялись до лучших времен. Сегодняшний случай исключением не был.
- Добрый день, господин Смит, - трубку взяли быстро, Рик даже задуматься о чем-то еще таком же глупом не успела. – Я звоню по поводу вашей работы в клубе «Колизей». Насколько мне известно, сегодня вы должны были привезти сюда диких зверей, и меня просили вам об этом напомнить, - клочок бумаги с номером и именем-фамилией можно было смело пускать на туалетную бумагу. Откуда, интересно, его взяли в «Колизее»-то? – Запишите адрес, куда надо будет подъехать с товаром, - метаморф привычно надиктовал заученный на память адрес клуба, назвал сумму оплаты «услуг» и, вежливо попрощавшись, назначил встречу через три часа.
Прекрасно. Как раз успею съездить за наркотиком и вернуться, получу деньги, рассчитаюсь с этим господином Смитом и смогу покинуть это место. Не нравится мне здесь последнее время. Слишком много развелось бюрократов тут… И кто их только пускает?

Отредактировано Cyr (2012-06-14 21:31:53)

0

49

• день, ближе к вечеру: поднялся сухой горячий ветер. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. Вокруг все зелено - трава, листья, даже тюльпаны уже начали цвести.
Температура воздуха: + 26

--->Служба контроля
Наловив требуемое, как понял демон, количество "товара", машина двинулась по переулкам к цели.
Оказавшись на месте, демон осмотрелся - с этой стороны здание ни чем особенным не выделялось - за пару дней демон насмотрелся глазами человека на переулки, и для него все выходы зданий выглядели одинаково. Исключение составляли храмы, которые демон старался обходить - не очень хотелось прервать развлечение в самом разгаре.
Выйдя из машины, Виктор прошелся вдоль здания, ожидая клиента. Присев на капот машины, демон достал из кармана пачку сигарет. Он не понимал  смысла этой привычки - демону что сожрать, что скурить сигарету - одинаково.
Вернувшись в машину, включил магнитолу. Песня ему понравилась.
Я , прошёл сквозь жар огня
Вслед пылала мне земля
Ветры пели гимны крови
Был , распят я средь толпы
Сброшен в лоно пустоты
Проклят был богами ночи
Я , отринул свет и тьму
Лишь огню теперь служу
Не блаженству и не боли
Средь , миров мой дом стоит
В нем очаг всегда горит
Манит многих против воли
Пламя играет , льётся свет
Прошлое тает , но надежды нет
Пламя играет , но надежды нет
Горн , раскалён , гудит в печи огонь лихих сердец
Ты никто ,здесь я всему венец
Сквозь дым пройдёшь и сам войдя в огонь поймёшь
Что есть свет и тьма
Я , хозяин всех путей
Межу днём и тьмой ночей
Прокуратор пантеона
В ночь идёте вы ко мне
По одной большой тропе
Что под сводом небосклона
Вы , должны пройти огонь
Либо сгинуть , либо вновь
Возродиться у истока
Я , хозяин всех путей
Душ кузнец и лицедей
Брат огня и грома
Пламя играет , льётся свет
Прошлое тает , но надежды нет
Пламя играет , но надежды нет
Горн , раскалён , гудит в печи огонь лихих сердец
Ты никто ,здесь я всему венец
Сквозь дым пройдёшь и сам войдя в огонь поймёшь
Что есть свет и тьма

Машина стояла в переулке с заглушенным мотором. Водитель ждал клиента.

Отредактировано Даймон (2012-06-14 23:29:42)

0

50

Что делать, когда бюджет ограничен, времени настолько много, что хоть лопатой разгребай, как снег где-нибудь в северных странах, обильно выпавший ночью и перекрывший доступ к входной двери, а настроения вообще нет? Правильно – ничего не делать. Поэтому перевертыш со спокойствием давно и бесповоротно дохлого удава просидел за вышеозначенным столиком еще час, потом со вздохом поднялся, удостоверился у снующих мимо официантов, что сок, равно как и последующая выпивка, был за счет заведения, и пошел ловить попутку до окраины города. Чтобы туда добраться, пришлось изрядно потратить имеющиеся деньги и минут двадцать чистого времени. Пробок в это время суток, удивительно, не было, а водитель попался угрюмый и, хвала всей Небесной Канцелярии, неразговорчивый. И на изредка странное поведение девушки внимания тоже не обращал, предпочитая не лезть не в свои дела. Видимо, то ли горьким опытом наученный, то ли от природы получивший столь полезный подарок.
Собственно, место, где Рикки хранила большую часть собственного «товара», представляло собой ни что иное как склад, давно заброшенный по причине остановки работы располагавшегося рядом завода. Само помещение было обветшалым, такое впечатление, что балки вот-вот рухнут, погребая под собой все здание, но прочность конструкции, которую когда-то делали «на века», все же давала о себе знать и пока что мужественно противостояла времени. А вот в самом дальнем углу была дверь – вход в полуподвальное помещение, ранее бывшее кабинетом то ли сторожа, то ли заведующего. И туда предприимчивый метаморф когда-то затащил купленный специально ради хранения наркотиков сейф. Причем откуда он его взял, оставалось тайной даже для большинства личностей самого перевертыша.
- Так, посмотрим… - большинство из пакетиков, аккуратно подписанных и разложенных в определенном порядке, были прозрачными, чтобы сразу видеть содержащееся в них вещество. Многое было привезено издалека и добыто большими трудами, потому что все бывшие поставщики отказались контактировать с девушкой, месторасположение которой в один прекрасный момент переместилось из Японии, где все уже было налажено, и морской путь был единственным, в Европу, где проверок и таможен было слишком много. Поэтому каким образом Рик доставала ту редкую гремучую смесь, которую успешно продавала, не мог понять никто, опять же. А сама она тайну не выдавала, предпочитая зло усмехаться, мол, не ваше, дорогие мои, дело. – Все, пора ехать обратно.
Правда, оное «ехать» почему-то плавно перетекло в «пройдусь-ка я по улицам, раз уж времени много», поэтому в «Колизей» девушка пришла практически впритык с назначенным временем встречи. Теперь предстояло найти того самого управляющего, чтобы вытребовать из него деньги за привезенные наркотики и пару человек для того, чтобы оплатить услуги вызванного поставщика животных и перенести оных на Арену.
- Перезвонишь, и люди заберут товар, когда убедишься, что его привезли, ладно? А то видишь у нас тут и так дел не очень много… Все на голову вылезло, - мужчина протягивал перевертышу листок с нужным номером и сотовый – на время, потом можно будет отдать кому-нибудь из парней. – Еще раз спасибо.
Ну хоть свои деньги получила, и то хлеб… - Рикки вышла в подворотню, а потом резко остановилась и потянула носом. – Только не это, только не…
- Добрый вечер, господин Высший, - метаморф появился из тени рядом с машиной, где сейчас сидел, видимо, тот самый господин Смит, которому девушка звонила не далее как два часа назад. Последние сомнения развеялись, когда взгляд упал на эмблему ловцов животных на самом транспорте. День стал казаться еще хуже. – Как я понимаю, именно вам я сегодня звонила? – метаморф подавил тяжелый вздох и вежливо улыбнулся в знак приветствия. Нарываться сейчас на кого-то более сильного уж очень не хотелось, если обратить внимание на резко усилившуюся боль в позвоночнике, в последние дни ставшую уже вполне привычной. – Что же, тогда, думаю, стоит глянуть, какую живность вы привезли… - очень сильно хотелось куда-нибудь спрятаться и оградить себя контуром из преданной силы, чтобы не нашли. Но, увы, посуленные дополнительные деньги прочно держали на месте и даже заставляли улыбаться. Правда, Рик была не уверена, сможет ли скрыть тот магический след, которым от нее несет за километр и показывает каждому, хоть мало-мальски чувствующему потустороннее, что девушка чем-то таким мощным обладает.
Проблема, однако, - машинально закрыла ладонью ожог на правой руке чуть пониже локтя.

0

51

- Добрый вечер, господин Высший - после этих слов из тени вышла девушка. Но только внешне. Метаморф. Странный. Метаморфов демон не любил - они были слишком крупными для легкого демона, и не вкусными. А у этого еще и был странный вид - словно он был чем-то другим. Странным. Мутант - демон наконец вспомнил слово. Тем временем "это" продолжило разговор, предложив посмотреть на улов, ничуть не смущаясь такого странного взгляда демона.
- Хорошо, посмотрим - ответил, выходя из машины и открывая дверь фургона, стараясь держать метаморфа в поле зрения. Это странное существо все больше интересовало демона - самым большим соблазном было прямо сейчас перекинуть его в Изнанку, и там посмотреть, что внутри.
Открытая дверь показала 9 заполненных клеток - в этот раз были выловлены самые крупные и сильные "бродяги", попавшиеся на пути.
- Вот что сегодня попалось - показав рукой, произнес Виктор - А что с тобой такое, не похож на других. Не бойся, не съем. Сейчас. - смысла выдавать себя за человека не было. Вытащив случайную клетку, продемонстрировал сидящую в ней собаку
- Так сколько вам надо? - демон пытался понять, что его тревожит в этом метаморфе конкретно. Ощущение было каким-то смутно знакомым, но ничего конкретного он вспомнить не смог. По этому решил считать матаморфа потенциально опасным. - И как тебя хоть звать?

0

52

Рик задумчиво стояла и ждала, пока Высший все же соизволит выйти из машины. Затягивать столь неожиданную и не особо приятную для обоих встречу совершенно не хотелось, поэтому перевертыш стремился как можно быстрее покончить с делами, закрыть официальную часть встречи и вежливо откланяться. Тем более, дома ее и так слишком много дел ждало, и трепать себе нервы почем зря, опасаясь более сильного демона, не имелось ни малейшего желания.
- Не похож? – девушка оценивающе рассматривала сидящих в клетках животных, скалящихся на потустороннее существо – вот кто-кто, а они понимали, что перед ними стоит и как себя в отношении этого «чего» вести. Метаморф машинально оскалился в ответ, заставляя живность заскулить и забиться в самые темные углы клеток. – Я и не боюсь, - чистая правда. Просто не в меру неуютно и неприятно – веет нездоровой силой, опасностью. Заставляет внутренне напрягаться, ожидая худшего. А вот бояться Рикки никогда не умела толком, и учиться вовсе не желала – не надо оно ей. – Не похож, потому что подарок от своего Создателя получила. Кое-какая сила, для меня особенно выгодная, - усмехнулась и развела руками. - Может, знаете про шесть «единых» артефактов нашего мира. Вот оттуда и подарочек, - перевертыш довольно зажмурился, подавляя очередной приступ метаморфозы и потягиваясь. Боль понемногу отходила на задний план, неохотно уступая место возможности контроля над настолько удачно полученными способностями. Практически даром такая интересная сила…
Черт, не должна ты этого говорить! Особенно ему! – наконец-то проснулся куда-то давно подевавшийся Карл. У старшей личности даже порыв обнять брата появился, правда, быстро схлынул. – Где у тебя голова?!
Она у нас общая, успокойся. Да и вообще, не вытащит он ее из нас, уже все – прижилась.
- Ребят, тут девять клеток, забирайте, - пользоваться телефоном было непривычно, поэтому девушка поспешила, дождавшись быстрого ответа, отключиться и убрать его в карман, потом вытащила оттуда врученные ей наличные, отсчитала указанную недавно владельцем сумму и вручила демону оплату за его труды. – Все, теперь только дождаться, пока придут служители клуба и заберут товар, - задумчиво кивнула, проследила за шмыгнувшей куда-то кошкой и мотнула головой, снова переводя взгляд на мужчину. – Меня… Рик.
Решила не выдавать Создателя? – у Карла, кажется, было особенно хорошее настроение – он даже соизволил пошутить. Вернее, подколоть старшую, правда, она не особенно и обиделась, только усмехнулась в ответ.
Ну конечно. А то скажет, такой великий Высший, и такое чудо-юдо создал.
- Вы, я так вижу, здесь не очень давно? – метаморф решил проигнорировать бросаемые на него взгляды и завести светскую беседу, пока не подоспели работники «Колизея». В принципе, это было незачем, но портить отношения еще и с этим выходцем из Изнанки совершенно не хотелось. – Хм… интересный город, да? – и усмехнулась, мол, мало ли ,кого можно встретить на этих улицах… Даже превзошедшего силой своих создателей перевертыша, на удивление, дружелюбно настроенного. Хотя, стоит все-таки не переоценивать свои силы. – Надеюсь, вам тут понравится, - а эту фразу проронила уже рассеянно, наблюдая за выходящими из главного входа двумя парнями в отличительной форме служащих Арены.
Видимо, по нашу душу. Что же, скоро можно будет попрощаться…

0

53

Метаморф оскалился на животных, и те мигом затихли.
- Может, знаете про шесть «единых» артефактов нашего мира. Вот оттуда и подарочек  эта фраза шокировала демона. Шесть вещей, которые создавались Высшими демонами сообща - что по сути своей было уникальным. Вещи, позволяющие быть в этом мире в своем облике, не отсиживаясь в человеческом теле. У демона, не смотря на соблазн, никогда не было возможности получить такую вещь - в этом против него работала его "слава". Доверить такую вещь Кровопийце было равносильно вручению "ядерного чемоданчика" маньяку.
- Шесть артефактов, конечно знаю. И кто же так расщедрился - за такое не похвалят, соблазн очень велик. - демон точно не знал, можно ли отобрать такую силу, но очень хотелось попробовать это сделать.
Тем временем метаморф вызвала персонал - сначала демон  думал сразу напасть, но к сожалению он был в человеческом теле, и попытка выпустить когти  ни к чему не привела - только выгнулись пальцы на руках.  В этот момент ему протянули деньги. Взяв их и положив просто в карман, даже не пересчитав.
– Меня… Рик.
- Рик, значит, и все? - похоже, в отличии от демона, метаморф не испытывал никакого любопытства или интереса - и это было понятно. Может в потенциале он и был сильнее, но в течении некоторого времени был беззащитнее младенца. - А не боишься что приглядывают и сейчас явятся наказать?
Эта безумная мысль только сейчас пришла, причем опаснее она была для демона, ибо устраивать такой бой здесь и сейчас было опасно - в человеческом мире его репутация играла против него.
К тому же метаморф явно выявил, что он тут не так давно, и не так еще опасен. А вот разговор про город начинал интересовать.
- Город интересный. Пока только один человек встретился - такое ощущения, что тут демонов и прочих куда больше чем людей. Кстати, не знаешь, могут ли животный выдавать себя за людей? - вспомнилась самая первая встреча. Тем временем из здания вышли парни и направились к ним.
- Клетки то верните - напомнил демон, начиная выгружать животных...

0

54

Рикки прекрасно понимала, что говорить Высшему о собственной приобретенной силе было странно и опасно. Но раз уж заикнулась об этом, то договорить и ответить на вопросы старшего по званию стоило. Можно даже сказать, было обязательным. Ведь демон хоть и был пока явно слаб, скоро прочувствует собственные способности до конца, и тогда надо будет срочно сбегать в Изнанку к Создателю под защиту либо сразу же прощаться с миром и прыгать с моста, потому что способов убийства Высшие знают миллион и еще немного. А подпадать под определение «враг» ну уж очень не хотелось – все-таки побывать в родном мире столько, чтобы узнать его обитателей, довелось.
У нас большие проблемы, сестренка. Будь осторожна…
- Ну, вообще-то, мне достался только пятый, - спокойно пожала плечами, продолжая стоять на месте и наблюдать за жмущимися по углам животными. В голове снова зарождался вопрос «ну почему они вечно меня боятся?», на который перевертыш до сих пор так и не нашел ответа. Вроде и обидеть не хочет, а все равно… - И, если возникло желание отобрать его у меня, то уже поздно – сила прижилась, а пустую оболочку забрал с собой Создатель. Он любит старые кулоны и амулеты, - показательно вздохнула и развела руками, мол, что поделаешь, не идти же сейчас и не забирать пустую безделушку у старого коллекционера.
И за что нам такое счастье-то досталось? – Карл в который раз бессмысленно задавался оным вопросом, на который ответ знал только сам Высший. А лезть ему в сознание или просто допытываться означало подписать себе смертный приговор с немедленным исполнением, очень мучительным и не менее жестоким. Себя все-таки было жалко, поэтому спрашивать лишний раз что-то у демона ни Рикки, ни Элли, ни сам Карл не рисковали.
- Да, и все. А что-то еще надо? – девушка задумчиво проследила за прошедшим мимо парнем из «Колизея», потом воспользовалась случаем и сунула ему в карман куртки врученный недавно сотовый. Работник клуба благодарно кивнул и удалился в сторону черного входа, провожаемый довольным кивком и хмыканьем. – Нет, не боюсь. Если Создатель что-то делает, то с каким-либо умыслом и какой-либо подоплекой. Он никогда не начнет действовать, пока не убедится в полной безопасности собственных действия для него и… меня, как ни странно, - «подарок» был, скорее всего, на день рождения метаморфа, который как раз был в самом начале июня, если попытаться спроецировать время в родном мире на время в человеческом. А если угроза все же появится, всегда можно, опять-таки, уйти под крыло к Создателю – он кашу заварил, ему ее и расхлебывать.
Это Город Легенд, парень, тут и есть практически только всякая нечисть да нежить. Чего же ты ждал-то?
Помолчи, а? Сбиваешь… с вежливого настроя.
Ну блин, это действительно редкость… Хорошо, молчу-молчу, - брат поднял руки в знак капитуляции и усмехнулся, удаляясь вглубь сознания.
- Тут действительно соотношение представителей нечеловеческих рас к простым людям – десять к одному, если уж очень грубо брать, - пожала плечами и еще раз тяжело вздохнула. Кажется, Высший чем-то заинтересовался, теперь можно было только пожалеть, что затеяла эту беседу, чтобы скоротать время. – Вполне. Либо какая-то магия, либо врожденные способности, как у лисов-оборотней, например. А что, уже кого-то подобного встретили? – Рик вопросительно вскинула бровь – сама-то она ни с кем подобным не сталкивалась, было даже интересно.
Пора, пора, черт возьми! Но, ай какая проблема, интересно!
Тем временем хмурые парни-рабочие уже успели перетаскать все клетки в клуб, и теперь поспешно возвращали пустые к машине. Было видно, что им явно не до того, но они из вежливости все-таки возвращают имущество к законному хозяину.

Отредактировано Cyr (2012-06-17 13:49:30)

0

55

- Пятый? И это тоже не плохо, у меня ни одного нет. - спокойно ответил демон. - Обычно к таких как ты - имен несколько
Демон знал о метаморфах, и даже несколько раз участвовал в их создании. Но получавшиеся существа были очень безумными, и бросались на все, что двигалось. К тому же "часть" демона не желала мириться с остальными и пыталась захватить постоянный контроль. После нескольких случаев на него махнули рукой.
- А не боишься, что он просто решил таким образом получить эту силу себе, а на тебя "перевести стрелки" - за тобой объявят охоту. И после твоей смерти сила вернется в амулет, и ее получит "Создатель". И останется "чистым" - ведь такой амулет - лакомый кусок для любого. - по голосу было не понять - говорит ли демон правду или просто издевается и провоцирует метаморфа.
Подождав, пока пустые клетки вернут, принялся ставить их обратно в фургон, одновременно задумавшись - опять придется ехать ловить, пустым возвращаться было нехорошо - его, похоже, и так подозревают. К тому же, приехав сюда, он вышел из "своего" района охоты. Тем временем метаморф ответил.
- Нет, оборотней я видел, а вот кое-кого встретил, и до сих пор не понял, кого - демон принялся вспоминать ауру того существа, которое встретил, но ни как не удавалось вспомнить точно, кто же это был - И лис тоже - это не они. Больше всего это было похоже на волка.
В конце концов закончив с клетками и проводив взглядом удалившихся парней, снова посмотрел на собеседника.
- Тебе куда-то надо ехать? Могу подвезти. - это сказано было тоном "шаг влево, шаг вправо - побег, прыжок на месте - провокация". Закрыв двери, направился к кабине, и, садясь на место водителя, произнес всего одно слово перед тем, как сесть за руль.
- Кровопийца. - и принялся ждать метаморфа.

0

56

Мда. Видимо, парень долго не был в родном мире. Алё, остальные уже утеряны! – Карл рассмеялся, потом картинно прижал руку ко рту и снова куда-то удалился-спрятался. Старшая только глаза мысленно закатила на поведение брата, который почему-то стал слишком распущенным. Катастрофа повлияла, что ли?
- Да вообще-то в живых, если можно так сказать, остался только пятый, - спокойно развела руками. – Остальные уже столетия четыре как пропали вместе со своими горе-хранителями, и никто о них ничего не знает, - потом качнула головой, пытаясь припомнить, что же вообще слышала когда-то от Создателя по этому поводу. Кажется, единственная информация на этот счет звучала примерно так: пять уничтожено, последний утерян, точка. А дальше упрямый Высший перевел разговор на другую тему, не пожелав читать лекции из истории магии демонов. Жаль теперь, конечно, особенно после приобретения одного из них. – А зачем вам знать побочные имена тех, с кем вы не будете общаться? Нецелесообразно, - и вежливо улыбнулась, мол, не хочу – и не скажу.
Дальнейшая тирада вызвала временный ступор. То ли демон действительно считал, что созданные на один раз артефакты вечны, то ли провоцировал перевертыша броситься защищать собственного горячо любимого Создателя. Нет, конечно, такой порыв был, но девушка очень быстро себя остановила – нечего распространяться про собственное отношение к одному из очень сильных, надо признать, Высших. Поэтому монолог господина Смита был расценен как просьба уточнить кое-что по поводу работы созданного когда-то демонами артефакта, что метаморф и сделал.
- Понимаете, сила не возвращается обратно в артефакт. Кулон – вещь для хранения на один раз, а после моей смерти сила просто развеется по ветру, и собрать ее воедино не представляется возможным, как и вытащить из владельца после того, как она уже прижилась, - откуда она это знает, Рикки и сама не понимала, просто в один прекрасный момент осознала сию истину. Знает ли об этом кто-то из демонов-создателей? Скорее всего – да. Потому что, если бы артефакт делался для многоразового использования, его бы не пытались друг у друга выдрать, а просто по очереди применили. Хотя, возможно, Высшие тогда логически не думали, кто знает… - Во всяком случае, не считаю необходимым меня убивать – все равно атакующих свойств сила не имеет, для использования в бою не годится.
Почему его так заинтересовали эти самые животные, притворяющиеся людьми?
У каждого свои пунктики, ты же понимаешь. Не стоит обращать на подобное много внимания, хотя, наверное, было бы интересно посмотреть на подобное чудо природы хотя бы издалека. Не верю, что животное может мыслить и вести себя как безупречный человек…
- Возможно, какая-то магия, вроде тех же иллюзий, только действует на мага и его окружение, - перевертыш пожал плечами, честно перебирая в уме все варианты подобного существования. – А возможно, что когда-то наложили то ли заговор, то ли проклятие. В этом мире и в этом городе может случиться все, что угодно, - и усмехнулась, наблюдая, как демон заканчивает грузить имущество обратно в машину, потом вздрогнула и снова сфокусировала на мужчине взгляд, хмыкнула, правильно истолковывая тон, которым было высказано предложение «подвезти». – Не откажусь, раз уж предлагаете.
Ох не стоило… - Рикки помялась еще немного, задумчиво укусила себя за нижнюю губу, опомнилась, отпустила и все-таки пошла к сидению рядом с водительским, умудрившись довольно элегантно сесть в машину. Машинально назвала адрес дома, находящегося за два квартала от собственного, кивнула в знак благодарности.
- Приятно познакомиться, - и все, остальной путь провела молча, иногда отвлекаясь на короткие ответы по делу, если Высший задавал какие-то интересные вопросы, а в основном думала о чем-то своем. Потом уже, когда машина притормозила, выходя из нее, обернулась и улыбнулась. – Благодарю за хорошую компанию и за то, что подвезли. Возможно, мы еще когда-нибудь встретимся, - и вышла, сунула руки в карманы и пошла по направлению к собственному дому.
Пора домой, да…

>>> квартира Джона

0

57

Задумался, выслушав ответ Рика про артефакты.
- Пропали не значит уничтожены - то, что метаморфа могли обмануть, было вполне естественным и нормальным - Где гарантия, что их просто не спрятали получше пятого. Или, получив пятый, вы сможете почувствовать и найти их. - ответил уже в машине.
Последующий ответ про рассеивание силы был похож на правду - иначе зачем было так прятать артефакты. Хотя получение такой силы делало демона более сильным, и, соответственно, более опасным, для остальных демонов. Тогда так и надо - получив все, убиваешь остальных - думал демон, заводя машину. О том, что для зарядки силой шести таких мощных артефактов просто может не хватить силы даже у объединившихся Высших, демон просто не думал.
- Атакующих свойств не имеет? В бою не пригодиться? Это тебе сказали или сам додумался? - демон просто рассмеялся - Похоже вам не все сказали про эту вещь, может уточните, когда снова увидитесь с заказчиком? - Возможность хоть частично обрести способности истинного облика в мире людей конкретно для Кровопийцы была очень даже заманчивой. Ведь в отличии от человека, демон привык орудовать когтями... Замолчав, обдумывая, как мог бы развлечься с такими способностями в мире, полном тогда уже совсем доступной пищи.
- Иллюзия? Вероятно, но тогда и дверь рукой не откроешь - иногда демон соображал быстро и оригинально.
Тем временем демон замолчал, находя путь к указанному адресу, иногда уточняя куда повернуть. Наконец добравшись до нужного места, принялся наблюдать за вышедшим метаморфом.
- Очень приятно - ответил демон голосом, подразумевавшим скорую встречу
И догадался, что искать его в этом месте бессмысленно - он пошел совсем не к "заказанному" дому, а куда-то в сторону.
Артефакты не выходили у демона из мыслей. Но сейчас важнее было словить еще пару животных - возвращение с пустыми руками было очень подозрительным. К тому же демон вспомнил про учителя Виктора - сразу после вселения он мог бы что-то сделать, но сейчас шансов у него не было. А в принадлежащих ему книгах вполне можно было найти хоть какую-то информацию. А потом предстояло вернуться домой и поискать - для этого тоже необходимо убежище для тела. Ему не улыбалось после возвращения застать тело наполовину разобранным какими-то людьми, он так и не узнал кто они и чем занимались.
Заведя машину, снова направился по переулкам

>>>Служба контроля бездомных животных.

0

58

Декабрь, 2013
ночь: дождь закончился. Ветер утих. Ближе к середине ночи проступили яркие, от холода, звезды.
Температура воздуха: + 2

Выбить добро на самодеятельность у начальства непросто. Сколько на это нужно времени? От пары   недель для новичка до пары часов для бывалого сотрудника. Или пятнадцать минут. Мне – пятнадцать. Почему? В основном благодаря моему золотому характеру. Такому же тяжёлому. Ну, и как небольшой нюанс в виде бонуса длинною в одно слово. Фаэри.
Дело не получило огласки в прессе. Если хотите создать иллюзию безопасности для гражданских лиц – держите прессу в стороне. Строго говоря, о текущем деле знало не слишком много народу. Если убрать заинтересованных лиц с пострадавшей стороны, да парочку косвенных свидетелей, которые и сами толком не знали что они видели, то круг осведомлённых был не более, чем кружочек. Маленький такой, человек в пять.
О месте моего пребывания в эту ночь знал лишь мой непосредственный начальник. Плохо дело. Стоило бы заручиться более весомой поддержкой. В случае чего не стоит даже надеяться на подмогу в таком месте. Самое ужасное, что тут не любят копов и потому на эту ночь я им не являлась. Жетон лежал в бардачке, туда же я отправила и наплечную кобуру с браунингом. Смысл? Всё равно ведь попросят оставить в гардеробе. А я не доверяю своё оружие посторонним (интересная ситуация нарисуется, если Вашу пушку «случайно потеряют», а Вы потом будете с пеной у рта доказывать, что пластиковый номерок принадлежит именно этому заведению) . По правде говоря, я его никому не доверяю. К тому же кобура никак не вписывалась в мой наряд.
Я  шла в «Колизей» прощупывать почву. Если здраво рассуждать, то у меня ничего не было на руках, кроме догадок и нескольких трупов. Причины смерти были разными. Единственное, что их объединяло – какая-то причастность к «Колизею», а общая картина всё никак не хотела вырисовываться. Что я ищу, я тоже толком не знала, решила, что на месте разберусь. В городе пропадали люди. В основном мужчины. У нескольких пропавших при осмотре жилой площади были найдены фирменные спички-визитки заведения. Бонусом шли недавние покупки, чья стоимость никак не вписывалась в налоговые декларации доходов пропавших. И эта информация никак не была подшита к делу. Точнее – к делам. Картина, как помните, не вырисовывалась.  Выборка пропавших была слишком большой – люди пропадают по разным причинам, да и не только люди. Чьей-то пропажи и вовсе не замечают. На это очень влияет образ жизни.
Идея со спичками была моей, и я никому её не высказала. И так считаюсь параноиком. Кто бы что ни говорил – я это паранойей не считаю. Предпочитаю слово «осторожность».
И то и другое здорово помогает сохранить жизнь, - это малышка Бетти проснулась в моей голове.
С чего это ты разговорилась?
Скучно,
- я почувствовала непреодолимое желание пожать плечами и знала, что оно не моё, а второй меня.
Ты забыла о мозгах и оружии. Это тоже здорово помогает сохранить жизнь.
Ты так и будешь сидеть в машине и смотреть на вывеску или всё же займёшься делом?
Утихни. Я думаю как попасть внутрь.
Хамка… О таких вещах нужно заботиться заранее.
Я же не ты. Только хардкор, только импровизация.
Потому я и удивляюсь временами тому, что мы всё ещё живы.
Мы бессмертны.
А телесная оболочка – нет.

Ну вот, опять она нагнетает. Мне и без неё живётся трудно, а с ней – вообще пиздец. Обычно после таких разговоров я ударяюсь в философствования на тему: если я не помню прошлой жизни. Значит я – не в полной мере я. И моя бессмертность – не более, чем… человеческое представление о риенкорнации?  Ладно, подумаю об этом как-нибудь в другой раз. А сейчас пора отрывать задницу от автомобильного кресла.
Машина стояла чуть в стороне, с другой стороны улицы от заведения, и у меня был хороший обзор как на главный вход с фасада здания, так и на торец с чёрным входом. У последнего тусавалась небольшая компания молодёжи возраст от двадцати до тридцати. Но это внешне. Далеко не все в этом городе простые люди. Одежда молодых людей несколько не соответсвовала по статусу одежде постоянных клиентов, что посещали клуб через парадный вход. Я не совсем дурочка, да и молодость была бурной. Мне определённо к этой компании. На главном входе всё так вышколено, что придраться не к чему – там зацепок не будет.
Выхватив взглядом из компашки девушку более дерзкого вида, я направилась к ней.
В одной руке я сжимала пачку «вога», другой держала сигарету, на лице моя самая лучшая профессиональная улыбка. Не той профессии, о получении которой у меня есть корочка. Совсем не той.
- Огоньку не найдётся? – после недолгой паузы, которая понадобилась нам обеим для изучении друг друга, я сжала пальцы и бросила поломанную сигарету в сопровождении разлетающегося табака на мокрый асфальт. – Впрочем, возможно у Вас найдётся что-то получше этого дерьма?
Найдётся найдётся. Я запах марихуаны, ганжи и миксов за версту чую.

Отредактировано Darroy (2012-12-01 23:24:22)

+2

59

>>> формально - из Изнанки, фактически - из США
Декабрь 2013 года. Ночью дождь вместе с ветром утихли. Ближе к середине ночи проступили яркие от холода звезды. ~ +2.

Шли красавицы на "тройку",
Шли рабочие на стройку,
Трамваи по проспекту,
Арабы строем в мекку,
Шли парламентёры, шли монтёры,
Шли легко и без затей.
Мы сидели и курили,
Сидели и курили,
Мы сидели и курили,
Начинался новый день.
(с)
СПЛИН - "Мы сидели и курили"

Жизнь медленно начинала входить в повседневную колею, привычно заворачиваясь замкнутым кругом между диваном, дешевыми забегаловками и работой. Работы, как ни удивительно, в этом круге было больше всего, и вот это было смешно, особенно после нескольких пачек собственноручно сделанных сигарет с собственным же товаром. Наверное, именно такого времяпрепровождения Рик и не хватало для полноты ощущений и для того, чтобы полностью отключиться от недавних событий и с головой уйти в мир приятных иллюзий и временного кайфа, который противный метаболизм никак не хотел продлевать. Впрочем, это было последней проблемой, по поводу которой надо было огорчаться.
Очередной день, проведенный в зале Колизея, подходил к концу, опрятные посетители «дневного заведения» уже покидали его, расплачиваясь со снующими между столиками официантами и оставляя достаточные чаевые. Достаточные для того, чтобы не брать денег с постоянных клиентов, подтянувшихся буквально полчаса назад и сейчас пока что культурно потягивающих выпивку в темных углах. Пройдет еще час-два, и клуб окончательно примерит свою вторую, но тоже ложную, маску места сбора людей и не совсем людей, любящих отдохнуть не очень «культурно», в понимании дневной шушеры. И вот для таких посетителей устроившийся за стойкой и вертящий в ладонях стакан с виски перевертыш был жизненно необходим. И весьма ценен, судя по тому, что, наливая шестой по счету стакан алкоголя, бармен даже не удосужился взять задаток, который правила Колизея требовали брать с каждого, заказывающего «повторить» в первый раз.

Часам к одиннадцати вечера девушка перебралась за один из столиков к недавно зашедшей компании с виду молодых людей, а на деле – вампиров, оборотней, парочки демонов и какому-то магу – ни одного светлого, и слава небу. Сперва компания пошумела, потребовала бутылку вина, потом еще одну, потом решила, что им всем срочно надо покурить, и потащила свои до неприличия вменяемые тела к черному входу, всегда открытому в это время – снаружи-то туда все равно не зайдешь, хозяин клуба постарался на славу, обеспечивая свое детище охраной и отводом взглядов полиции.
- Черт, гляди-гляди, та машинка там уже минут десять стоит, - кто-то из парней соизволил взглянуть в сторону шоссе, попытавшись перед этим разогнать дым от сигарет (источником, естественно, был метаморф) у себя перед глазами. – Неужели фифа оттуда так и не вылезет?
- Милый, а ты не думал, что она боится? Сидит там, мучается, думает о том, что по-идиотски сунулась, а теперь уже и не уедешь, а то стыдно. Засмеют, - последнее слово одна из оборотней протянула с нотками жалости и неприкрытого издевательства.
- Девочки, успокойтесь, сейчас все будет, - Рикки растянула губы в наглой усмешке и помахала явившейся на тротуаре хозяйке «машинки» рукой с зажатой в ней сигаретой. – Сама пойдет и все расскажет. А нет – вы догоните, а я спрошу, - приподняла бровь, наблюдая, как оная «фифа» приближается к смеющейся над ней и нахально обсуждающей «а погода нынче солнечная, правда, ребята?» компании. – А ну тихо! – издевательски усмехнулась, затушив характерно пахнущую слабой травкой сигарету и выкинув ее куда-то в сторону. Единственное, что не понравилось – моментально сработавшая ментальная защита. Значит, девочка не просто человек. Значит, будет вдвойне интереснее…
- Ой, у нас там бутылка стоит, я ее не закрыл, выдохнется же. Идем-ка! – вампирчик соображал быстро, за что заслужил обворожительную улыбку перевертыша. Вскоре после комментариев вроде «ну ты порядочная сука, я же за это платил!» все втянулись назад в предбанник клуба, оставив девушек наедине.
- Детка, для тебя – все, что угодно. Но учти, все это потом, ну, скажем, раза со второго, будет стоить денег, - широко доброжелательно улыбнулась, протягивая незнакомке портсигар и зажигалку, - или услуг. Смотря чем ты хочешь расплатиться, - почти равнодушно пожала плечами, не скрывая ни своих намерений, ни того, что курево в соединении с выпивкой все же ударило в голову, хоть и ненадолго. Чертов ускоренный метаболизм. – И зачем же ты к нам пожаловала, м, детка? Ни за что не поверю, что ты решила посетить новый клуб, потому что подружки тебя кинули, - вопросительно осмотрела «новенькую», не спеша отлипать от стены, к которой так удачно привалилась плечом. – Ох да, кстати… личико показывать и проходить надо не здесь в этом случае, проводить тебя до добрых дяденек-охранников? Они страх как любят таких смазливых девочек, как ты, - да-да, она откровенно веселилась, хоть и говорила с немного взволнованным выражением лица, всем своим видом показывая, что готова показать заблудившейся душе путь к свету. – А вот если хочешь большего, - прозвучало как намек, особенно в сочетании с пляшущими в зеленых глазах огоньками, - то тебе именно ко мне, незабвенная моя. Как тебя, кстати, звать, куколка? – еще раз осмотрела девушку и шутливо поклонилась. – Меня – Кир. К твоим… почти всем… услугам!

Отредактировано Cyr (2012-12-01 23:31:18)

+2

60

Как говориться, меньше народу – больше кислороду. Не то, что бы я особо загонялась от шумных компаний или страдала от чрезмерной стеснительности (чёрт, да у меня её, похоже, совсем нет). Но отсутствие лишних индивидуумов развязывало мне руки и, можно сказать, даже способствовало более тесному контакту. Уход лишних свидетелей не вызвал у меня облегчения – ведь и напряга не было.
А девчонка задала, что говориться, самый неформальный вид беседе. Не может не радовать. Я не хотела её использовать в прямом смысле слова. Скажем, планировала заманить на строну зла, соблазнив печеньками.
Я взяла портсигар, один косяк заложила за ухо, второй сунула в зубы и прикурила, одновременно с этим возвращая серебристую коробочку. Сделав глубокую затяжку, позволила дыму несколько долгих секунд оставаться в лёгких, что бы через пару минут по телу разлилось расслабление. Нормальный натуральный продукт действует не моментально. Это, в конце концов не хлороформ какой-нибудь. Выдохнув едва заметный дымок, не акой густой, как от обычных сигарет, проговорила:
- Мои услуги слишком дорого стоят. Уж явно не два косяка. А вот этого, должно более чем хватить. – Я достала из сумочки две сотенные купюры. Это было в несколько раз больше необходимого. Когда я училась в академии, косяк стоил двадцатку. Очень хороший косяк. Сейчас же, если мне и хотелось изредка кайфануть, то травку покупала не я.  А на счёт услуг – правда. Хоть мой ответ и прозвучал пошловато, я не имела ввиду никакого сексуального подтекста. Я могла оказать их целый спектр широкого применения – от интриг и мести до бизнеса и криминала.  С последним я старалась не сталкиваться, хоть криминал и бывает разным. В грязь я никогда не ступала. Если уж и нарушать закон – то быть в высшем звене: афёры, махинации, но никак не мокруха. Я из хороших парней и если на моих руках и была чья-то кровь, то это была либо самозащита, либо… либо это были нехорошие люди. Есть ещё такое хорошее слово – совесть, а не очень хороших – целых два – чувство вины.
-На счёт подружек несколько неверно. Скажем так: мне стало скучно с подружками, и я их кинула потому, что они слишком большие зануды, для посещения подобных мест. – Слова «скучно» и «подобных мест» я особенно выделила голосом. Я знала, что эта девочка прекрасно поняла, что имелось ввиду, и зачем я сюда пришла. Кроме того, весь мой вид говорил о том, что я из тех избалованных особ, которым надоели скучные развлечения в виде дорогих кабаре, прыжков с парашютами и посещений различных симпозиумов. Мне нужно что-то большее, чем выгулы дорогих нарядов среди целой аллеи такой же дизайнерской одежды. И травка тоже неплохо, но мне мало просто выкурить косячок для расслабления. Я сделала ещё одну затяжку, когда почувствовала, как волной по венам прокатывается релакс, отщёлкнула ногтём тлеющий уголёк и сунула даже ещё не ополовиненный косяк в пачку с «вогом».
- Хороший товар, - я дала диллерше всласть потрепаться и ухмыльнулась. – Ты угадала, Кир. То, что охраняют добрые дяденьки-охранники, меня не заводит. Я люблю, когда стейк с кровью, а не зажарен до смерти.
Фу, Альфа, какая вульгарщина. По-моему, она тебя отлично поняла с первого раза и без уточнений.
Мы обе друг друга поняли с первого раза.
Так зачем ты второй раз мусолила тему?
Понимаешь ли, Бетти, это было необходимо для того, что бы она поняла, что я т.о.ч.н.о не сказала чего-то случайно, а на само деле в теме.
А ты в теме?
Совсем нет. Понятия не имею что там твориться за дверями, но явно что-то не из стандартного набора услуг ночных клубов. Даже не из стандартного набора услуг элитных ночных клубов. И, скорее всего, именно это и является причиной нескольких десятков пропаж людей из тех, о которых мы знаем. Ровно как и о смертях.

Я просто стояла и улыбалась. Нет же, я и не пыталась очаровать Кир. Меня и вправду заводила эта игра в я-знаю-что-ты-знаешь-что-я-знаю. Я протянула ей руку для пожатия.
- Друзья называют меня Дарки.
Вот так просто. Нет, я не рассчитывала, что мы станем подружками. Но это может оказаться весьма полезное для нас обеих знакомство. К тому же, у меня несколько необычное имя и сколько не думай – ни за что не придумаешь, какая же у него полная форма. А фамилию тут называть и не надо. Мы не на официальном приёме.

+2


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Элитный клуб "Coliseum"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC