Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Центральное полицейское управление


Центральное полицейское управление

Сообщений 151 страница 180 из 290

1

http://s61.radikal.ru/i171/1405/16/0a3f18b842c4.png

...|...

Холл на первом этаже - самое светлое и просторное помещение со стеклянными дверями, несколькими столами сотрудников и коридорами, уходящими к лестницам на другие этажи - в смысле, к лестнице. В противоположной стороне находится лифт.
Приемная (она же "комната собеседований", "помещение первичного допроса" и тэ.дэ) - комнатушка крохотная, с единственным столом и двумя стульями - одно для сотрудника, а другое для человека, пришедшего с прошением или подозреваемого, приведенного силой.
Столовая представляет собой большой зал в светлых тонах, с столами, расставленными в шахматном порядке. Не сказать, что кормят здесь хорошо - многие предпочитают приносить еду с собой.
Кабинеты сотрудников выглядят в большинстве своем однотипно - стол, не самое дорогое кресло за ним (в простонародье, конечно, названные просто стульями-на-колесиках), компьютеры на столах, документация в определенном количестве (иногда даже целыми коробками), на окнах - жалюзи. Потолок со встроенным освещением, на полу ковролин серого цвета. Многие из сотрудников, конечно, обустраивают свои кабинеты так, как самим хочется и, по правде говоря, особо до этого нет никому дела.
Камеры, занимающие второй и третий этажи представляют собой "роскошные апартаменты" - небольшие, с подвесными железными койками на стенах, решетками на небольших окнах (что, разумеется, прямо под потолком), на потолке - детекторы пожарной безопасности. Дверь в камеру представляет собой - дверь. Железная, хорошая дверь с открывающимся снаружи решетчатым окошком. Закрывается дверь так же снаружи и стандартно, на ключ. Еда традиционно подается на подносах в тарелках под дверь.
Арсенал- за бронированной дверью на цокольном этаже находится прохладное помещение с серыми стенами и металлическими стеллажами вдоль них: на полках стеллажей лежат самые различные экземпляры вооружения и обмундирования.

Кабинет шефа полиции. Обычный обширный кабинет со стенами бежевого цвета в красную полоску, около одной из них (слева от входа в кабинет) стоит кожаный диван с тремя подушками. В правом углу стоит несколько массивных шкафов вишневого дерева, с железными полками. Около окна стоит деревянный же стол, на нем - кружка с остывшим и, похоже даже заплесневевшим, кофе, ноутбук (второй, запасной, спрятан в один из ящиков стола) и прилагающиеся к нему аксессуары, лампа настольная, пепельница, забитая бычками с горкой, стопками разложены бумаги и документации. В ящиках стола лежат милейшие мятные конфеты и досье на нескольких особо опасных преступников/преступниц, оружие табельное. На подоконнике еще одна пепельница, умирающий кактус, аквариум с одинокой и очень печальной рыбкой, маленький, компактный сейф. Помимо него, сейф стоит у одной из стен, высотой почти в метр. На одной из стен висит металлическая бита, сильно поцарапанная, но, судя по всему, дорогая владельцу кабинета; рядом с ней - в простой рамке фотография какого-то человека, зимой. Освещение - обычая потолочная лампа.
Детективный отдел. Кабинет Рейчел Бернелли. Светлый кабинет, при входе в который, сразу создаётся ощущение некого уюта. Преобладает тут красный цвет, но обстановка тем не менее довольно спокойная. Видимо, это некий психологический трюк. Или, просто у хозяина такой вкус. Дурной или хороший - решать "посетителям". При входе вам сразу бросится в глаза стол. Большой и просторный, с ноутбуком, стационарным телефоном и прочей дребеденью. Какая-то старая фотография с каким-то ребёнком - по тонам видно, что волосы примерно коричневого цвета, а глаза что-то около...наверное, зелёного. Или синего.
Слева от стола (если сесть за него) большое окно. Потом вы обратите внимание на обои - тоже, довольно не плохо вписываются в комнату. И огромный шкаф, за спинкой кресла. Это кабинет детектива Рейчел Бернелли.

Форма сотрудников полицейского управления- черный низ, светло-голубой или белый верх, но, в отличие от формы других городов, имеет характерные черты: помимо нашивок полиции, он имеют по ряду артефактов различного назначения: защитные, погашающие или отражающие воздействие на сотрудника, как магией, так и, в нередких случаях, физикой. Стажерам, конечно, не выдается огнестрельное оружие.
Само здание полиции - так же оснащено магической защитой и, так скажем, "не взрывабельно" - все дело в особенной отделке внутренних и внешних стен, по типу создания артефактов. В основном из-за того, что в камерах содержатся преступники далеко не с самыми обычными способностями.

(c) Gabe

Широкая, однако же не центральная улица, выводит на современно здание, в котором центральное управление полиции города узнается далеко не сразу - скорее, вы примите творение дизайнеров за комплекс офисов или, может быть, дом мод. Однако на площади перед ним выстроились на парковке полицейские автомобили, ходят люди - кто в форме, с табельным оружием, кто с папками, а кто в наручниках - в бронированные грузовики или наоборот, из них. По краям от парковки находятся аккуратные клумбы и несколько деревьев, посаженных на фрагментах земли среди бетона в хаотичном порядке. На входе - пуленепробиваемые стекла и охрана в числе четверых вооруженных людей при форме и полной защитной экипировки.
Камеры располагаются на втором и третьем этажах. На четвертом этаже расположилось помещение арсенала и кабинет шефа полиции. На первом этаже расположены помещения работников полицейского участка, непосредственно "приемный кабинет", помещение изъятого имущества у задержанных, столовая и дверь, ведущая в подвальные помещения. На крыше расположена площадка для вертолета - вообще, их у управления две штуки имеется. На четвертом этаже, рядом с кабинетом шефа полиции находится архив и база данных, и, конечно же, канонично небольшое отделение для "связистов".
Здесь всегда оживленно, следует сказать - здание кипит активной жизнью.

Экстренная полиция.

...|...

Броня - Хамелеон. Циклоп.
Вооружение -
Beretta ARX-160 в комплекте с подствольным гранатометом Beretta GLX-160
Калибр: 5.56x45mm NATO
Тип автоматики: газоотводный, запирание поворотом затвора
Длина: 820-900 мм (ствол 406мм, приклад разложен), 700 мм (ствол 406мм, приклад сложен)
Длина ствола: 305, 406 или 508 мм
Вес: около 3 кг (со стволом 406 мм)
Магазин: 30 патронов
SIG SG 552 SWAT
Калибр: 5.56x45мм
Длина (приклад разложен / сложен): 730 / 504 мм
Длина ствола: 226 мм
Вес без патронов:  3.0 кг без магазина
Емкость магазинов: 30 патронов
Темп стрельбы: 780 выстрелов/мин
Tavor MTAR 21 (Micro)
Калибр: 5,56x45 NATO
Длина: 590 мм
Длина ствола: 330 мм
Вес без патронов:  2,95 кг без магазина
Емкость магазинов: 30 патронов
Темп стрельбы: 750 - 900 выстрелов в минуту
DSR-precision DSR-1
Калибр: 7.62mm NATO (.308Win), .300 Win Mag, .338 Lapua Mag
Механизм: продольно скользящий, поворотный затвор, ручное перезаряжение
Ствол: 660 мм
Вес: 5.9 кг без прицела и патронов
Длина: 990 мм
Магазин: 5 (.308) или 4 (.300WM, .338) патрона отъемный коробчатый
Steyr M-A1
Калибр: .40 S&W, 9x19mm Para, .357 Sig
Вес без патронов: 780 г
Длина: 180 мм
Длина ствола: 101 мм
Емкость магазина: 12 (.40 & .357), 15 (9mm) патронов
Гранаты: дымовые; осветительные; сигнальные; светошумовые; газовые.
Ножи: Boker Orca, Cammilus.
Артефакты: Защита от воздействия на разум/захват тела.

+1

151

- Сыщиком.
-Как правило, люди, повторяющие одно или пару слов, выделяют их из общего рассказа. Из этого следует лишь то, что девушку, скорее всего, не волнуют никакие мои рекомендации и прочая чушь. Да и я, по сути тоже не её проблема. Сейчас мне дадут элементарную анкету для составления психологического портрета и скажут, что все решиться на деле. И это прекрассно. Каких-то пару тройку месяцев и полиция этого города сама будет звонить мне, дабы предоставить новую, закрученную, интригующую и для них совершенно непонятную игру.
В подтверждение мыслям Холмса, девушка начала записывать услышанную информацию.
- Ваша психологическая травма может каким-либо образом помешать вашей плодотворной работе?
-Максимум, чему Могла помешать моя психологическая травма, так это моим лёгким. Которым приходилось впитывать в себя в несколько раз больше яда, чем обычно. И я подчеркиваю. Могла. На данный момент моё состояние идеально. Любая моя выходка ни имеет никакого отношения к травме, и ни в коей мере не помешает Моей плодотворной работе.
Пока Дэниэль отвечал на вопрос, ему еще раз доказали, что ход мысли правильный. Ему был предоставлен анкетный лист. Который он за пару минут заполнил.
Кучи глупых вопросов. Он видел их вариации тысячи раз. Изучение психологии прошло не напрасно. На данный момент он с лёгкостью мог составить такой психологический портрет, какой бы ему вздумалось.  Но он не стал. Этой девушке все равно наплевать. А играть паймальчика перед коллегами ни хотелось ни капли. Они будут терпеть все.
- мы можем принять вас на испытательный срок, поскольку желаемая вами должность свободна, но под ответственность. Поскольку, у меня нет возможности ознакомиться с приложенными к вашему профилю документами...
-Браво.
Сейчас в голове Дэниаэля в ряд выстроились 3 крестика, которые показали воображаемому противнику, судьбе, кто здесь главный.
Дэни кивнул в знак того, что он согласен на поставленном условии, и молча вышел из комнаты направляясь к выходу. Неимоверно сильно хотелось курить. Так сильно, словно он и не курильщик, а человек, брошенный в воду с забетонированными ногами, считающий, что любое возможное наслаждение в жизни ничто, по сравнению с глотком воздуха.

0

152

===== ВходВыход и Вестибюль.
Март. 2011 год.
• день: Поднявшийся ветер гонит ручейки, которые сейчас повсюду и еще не торопятся пересыхать. То там, то тут виднеются дети, барахтающиеся в воде и пускающие кораблики. В большинстве своем снег растаял, но островки его местами еще виднеются.
Температура воздуха: + 15

Ой, братцы... Что-то поплохело мне совсем...  - бес продолжал корчить из себя умирающего лебедя. - Джаззи... Сделай же что-нибудь! Спаси меня, ангел тебя побери!
Дыши, тебе говорят.. Дыши. - успокаивали его с правого плеча.
Я не рожаю, идиот! Я сдыхаю, бля....
Чёрт приложил к своему позеленевшему лбу мокрое полотенце и едва сдерживался, дабы не взорваться. Ангел взволнованно порхал на другом плече, не в силах помочь своему товарищу поневоле. Что он только не делал для того, чтобы успокоить неугомонного беса. И на арфе играл, и жонглировал свечами, и танцевал лезгинку, и даже отжимался на кулаках, да только толку было мало. Бес как кричал, так и кричит, умирая на левом плече, действуя на нервы даже миролюбивому святоше в белом одеянии, который все еще не покидал надежды, что черту это вскоре наскучит и он либо окончательно лопнет, либо исчезнет на пару десятков лет.
Джаз брел по улице, чувствуя себя личной собачкой девушки, с той лишь разницей, что на нем не ошейник, а наручники. Это слегка ущемляло его мужской авторитет, но отчего-то было приятно. Наверное, фантазия про очаровательную незнакомку слишком хорошо ударила в его голову и до сих пор не выходила оттуда, поселившись навсегда. Его состояние было похоже на наркотическое опьянение, только лишь без наркотиков. Шел он с уверенностью смертника, который идет на электрический стул. Из серии: этого уже не избежать, так зачем же сопротивляться? Бежал он от девушки только однажды, и то случилось это от шока, в который его  повергли острые зубки красавицы, едва не превратившие его в холодный труп, в столь юном возрасте. Тогда, в восемнадцать лет он узнал про существование оборотней, вампиров и прочей ереси, которую раньше считал сказкой. Зато в Токио этого было, хоть отбавляй. Словно бы вся нечисть специально съехалась в одном городе. И это было в порядке вещей.
Ой братцы... Ой, братцы...  - затараторил бес, увидев здание полицейского участка.
Дыши во имя Господа Бога! - на переживания ангела тот лишь  нехорошо крякнул. - Во имя Дьявола? - послышался писк. - Во имя Джаспера!
Уууууух, попустило. 
Чёрт превратился в красно-зеленый блин, обмякнув и распластавшись на левом плече. Он ненадолго замолк, привыкая к новым ощущениям и давая сознанию Джаза время на передышку.
Они зашли в здание. Прошлись по коридорам. Остановились возле двери. С табличкой... Рейчел Бернелли, значит... Зрение у парня было хорошее, скорость чтения позволяла успеть прочитать имя девушки перед тем, как они зашла в кабинет. Толчок и он уже в кресле. Грубо, но приятно. Так и хочется похлопать в ладоши и сказать: "продолжайте, пожалуйста". Но в ответ парень улыбается, глядя на изящный силуэт полицейской. А мне про тебя рассказывали, красотка-детектив.
- Не откажусь от чашки кофе... в постель. - усмешка. Твой ход, крошка. - Вы любите кофе, Рейчел?

Отредактировано Jasper Kyd (2011-03-31 17:20:19)

+2

153

И зачем эта показуха? Зачем это театральное представление, ведь мы вовсе не в театре. Это здание - театр одиноких душ, а твоя душа ещё в теле. Рвётся наружу, ударяя по голове ломом. Вроде, ты не пила...
Парень похоже, совсем не нервничал. В его синих глазах не было искорки риска, не было страха, не было азарта. Хотя, насчёт последнего ты не уверена...
- Не откажусь от чашки кофе...в постель. - реакцией была лишь вскинутая вверх тонкая бровка, придающая лицу удивлённый вид. В общем-то, удивлена девушка особо не была. Она ожидала примерно такого вопроса. И абсолютно такого предложения.
- Вы любите кофе, Рейчел? -
Читать умеет. Это радует.
Парень улыбался, как и положено его образу крайне обаятельного Дон-Жуана. Девушку это заводило, подобно виагре на пару с эротическим фильмом на большом, синем экране. С оригинальной озвучкой. Веселило, вливало новую порцию коньяка в мозг, бокал вина в алую кровь. Хотелось чего-то острого, как лунная походка по блестящему острию ножа. В нём блестит что-то приятное...как картина выдающихся художников. Его улыбка...
На озябших, холодных, словно промокшие голуби губах появилась аналогичная дуга. Мягкая, как у застенчивой десятиклассницы. Для завершения образа не хватало лишь розового платья и чулков. Розового мини-платья и ажурных чулков...
- Я предпочитаю чай. Но и от кофе не откажусь. Главное, чтобы собеседник был приятным. - тихо, нежно. Нотки кокетства играют в голосе как пузырьки в шампанском.
- Если хотите чашки кофе в постель, месье, советую нанять дом-работницу. Её ещё и после чашки кофе можно договориться с ней и на дальнейшую программу...если Вы конечно, способны угостить и её. - на последней фразе голос принял привычный тембр. Низкий, быстрый, с издёвкой внутри ноты до.
Никогда не думай, мальчик, что твой кукловод станет твоей куклой. Никогда не думай, что ты узнаешь цвет моего белья ранее, чем я всажу тебе пулю в лоб. Никогда не думай, что я влюбчива...я просто люблю играться. С котятами. Своими. - самовнушение. Полёт мыслей к душе, с попыткой обмануть её. Обвести вокруг тоненького пальчика, который так легко сломать. Мысленное превосходство. Тебе всегда нравилось быть первой. Может, и ему нравится?...
Это лишь делает ощущения более острыми. Мальчик, у тебя есть клыки?...Можешь показать их?...
Рейчел повернула голову к окну, пустым взглядом изучая узоры на стекле.
- Хочешь кофе? Ты его получишь. Но только тогда, когда дашь мне необходимую информацию. - тот же тихий тон. Может, ты пытаешься его успокоить и разбудить чувство доверия к тебе?
- То бишь, когда я с тобой наиграюсь. Ты ведь, не против? - снова блики играют на предательски надменной дуге, взгляд синих озёр направлен на его фигуру, давая знать парню, что Рейчел настроена почти решительно. Почти.
В общем, твой отказ - всего лишь приложение к издательству.

Отредактировано Rachel (2011-03-16 19:37:37)

+3

154

Улыбается. Красиво и приятно. Она играет, и это было понятно еще с самого начала. Кошка, которая только начала развлекаться. На уме у нее множество способов, но пока что она просто смотрит и улыбается. Это похоже на ролевую игру. Не хватает только фуражки, немного латекса и плётки. Джаспер прикрыл глаза на доли секунды, чтобы оставить в сознании образ этой очаровательной полицейской. А говорили мне не связываться с ней... Она ведь такая душка. Ради такой потехи он просидел бы в наручниках хоть целый день. Только вот беда, девушка не спешила переодеваться.
- Я предпочитаю чай. Но и от кофе не откажусь. Главное, чтобы собеседник был приятным.
Открыл глаза. Усмехнулся. Юмор понят. Играем в милашку, да? Можешь потискать меня за щеку, если заплатишь определенную цену. Знаешь? Поцелуй.  Вспомнились события получасовой давности, когда они только встретились в жилом комплексе, среди больших угрюмых домов города, серым изваянием стоявших по обе стороны. Кажется, тогда он ушел в свой собственный мир, а когда вернулся, то столкнулся с этой девушкой. Полицейской с таким очаровательным лицом, похожим на его Богиню. Или это мираж? Теперь она казалась везде. В любых вещах и людях. Даже на постере, висевшим на улице, проскальзывали её идеальные очертания. Она преследовала его, шла по пятам. Мучила. Изводила, словно испытывала его нервы. Ждала, пока он сорвется и сойдет с ума. Я найду тебя... Он обещал это перед своим уходом. Не говорил, но подумал, и она должна была его услышать. Теперь же он получал подсказки, которые должны привести к ней. Его нимфе.
- ... если Вы конечно, способны угостить и её.
Шутки закончились? Джаз улыбнулся еще шире, словно испытывая терпение детектива. Руки все еще были в наручниках. Сковывали его движения, но это всего лишь небольшая досада, про которую можно забыть. Парень не отводил своего взгляда от девушки. Не пожирал её своим взором, а просто смотрел. Изучал, раздумывая, что же будет дальше. Арест за кражу жевательной резинки - это смешная нелепость. Садить за это в тюрьму не будут. Разве что она найдет его досье, где не раз были прописаны жалобы мирных жителей, как на потенциального вора, который вечно лазает по крышам и балконам. Ничего противозаконного и аморального парень в этом не видел. Для трейсера весь город - его спортивный зал, где он оттачивает свое мастерство. Препятствовать этому бесполезно. Что же остается?
- То бишь, когда я с тобой наиграюсь. Ты ведь, не против?
Понятно. Пазл сложился сам собой. Загадка разгадана. Кошечке скучно на работе, киса хочет поиграть.
- Я ведь говорил еще на улице, помнишь? - переход на "ты" состоялся успешно. - Я весь твой. - он улыбнулся, включая обворожительность на максимум. - Но через полчаса у меня планы, знаешь ли. Надеюсь, мы уложимся в данный срок.
Невзначай он провел взглядом по её талии. Темный гольф как нельзя лучше отображал все прелести женского тела. Отчего-то стало сухо во рту, зрачки непроизвольно расширились.
В глаза смотри, в глаза.  - неожиданно проснулся чёрт. Его голос звучал как-то вяло, но вполне отчетливо. Она ж тебя, похотливого самца, раскусит, как орешек. Еще и посадит за сексуальное домогательство к стражу порядка. Они такие, я их знаю, да. 
Джаз послушно поднял взгляд, столкнувшись с её глазами.
- К слову, про домработниц... У меня уже есть. И она мне как мать. Извращением я не занимаюсь. Так что это можешь сразу вычеркнуть из списка. - пожал плечами. Я порядочный гражданин. Иду в ногу с законом. Почитаю старших и помогаю младшим. Перевожу бабушек через дорогу. Помогаю туристам. И вообще, я за мир во всем мире. - физиономия его была предельно честна. Актерское мастерство, средней степени. - Да и к тому же, раз уж мы играть собрались, то объясни мне правила игры. Хороший полицейский - злой полицейский? Тут, кстати, рядом сексшоп есть, у меня там знакомый работает. Может нам скидочку сделать, на приобретение латекса. Тебе идет черный цвет... В этом я уже убедился.
А Джаспер сегодня на удивление болтлив.
И не говори, аж тошно... 

+2

155

За окном медленно падают хлопья снега, убегая друг от друга. Красиво...
В голове Рейчел уже лежала воображаемая, составленная из пикселей фантазии бумажная папка, на которой жирными буквами было описание этого парня. Красивые, синие глаза. Обаятельная голливудская улыбка. Тело в полнейшем порядке. Мечта девичьих сердец. Плод фантазии того, кто придумал рамки идеалов.
Хватит. - умеешь себя вовремя остановить. Работа всего организма, в том числе и сердца зависит от мозга. Не будет он работать - стучание сердечка твоего заглохнет. Навечно. А значит, не пытайся поселить его образ в столь важном органе. Он может поиграть с столь хрупкой игрушкой и выбросить. Посмеяться и уйти в тень. Они все такие. До единого. И даже то, что все его конечности в таким случае будут не при себе - тоже мало утешает...
Ведьма закрыла глаза и громко вздохнула.
Даже не думай, Рейчел.
- Я ведь говорил еще на улице, помнишь? Я весь твой. - реакция девушки была с поздним зажиганием. Лёгкий смешок.
- Но через полчаса у меня планы, знаешь ли. Надеюсь, мы уложимся в данный срок. - нагло. Пташка сопротивляется остроте клыкам кошки. Забавно.
Рей улыбнулась ещё более изуитски и из под ресниц взглянула на парня.
- К слову, про домработниц... У меня уже есть. И она мне как мать. Извращением я не занимаюсь. Так что это можешь сразу вычеркнуть из списка. Я порядочный гражданин. Иду в ногу с законом. Почитаю старших и помогаю младшим. Перевожу бабушек через дорогу. Помогаю туристам. И вообще, я за мир во всем мире.
Смешно. Убедит только лишь первоклассника. - его слова как масло в огонь - лишь забавят. Искорка в бочку с порохом, на которой он сидит. Как на троне. К чему такая уверенность, парниша? Хотя...удача любит уверенность и шампанское. Летит а первое как ворона на блестящие безделушки. Вот он, бриллиант в твоих руках. Не упусти его, держи крепко. Рейчел тоже любит бриллианты...
Не боишься, что бочка взорвётся в самый неподходящий момент?...
- Да и к тому же, раз уж мы играть собрались, то объясни мне правила игры. Хороший полицейский - злой полицейский? Тут, кстати, рядом сексшоп есть, у меня там знакомый работает. Может нам скидочку сделать, на приобретение латекса. Тебе идет черный цвет... В этом я уже убедился.
Умный мальчик. Самый быстрый и действенный способ сломать характер девушки - рассмешить её. И надо сказать - это подействовало.
- А ты забавный. - ведьма засмеялась. - Совет на будущее. Следи за тем, что ты говоришь - фразу "Я ведь твой" многие понимают... - она задумалась на пару секунд. -...слишком буквально.
Отойдя от стола, она начала медленно наворачивать круг вокруг парня, не спуская с него взгляда. Надо изучить его со всех сторон - иногда за спинами людей кроется что-то более интересное, чем спереди. Белоснежные крылья, интересный шрам, нож, сжатый в дрожащей руке...
- Хороший полицейский - мёртвый полицейский. Так считает большая часть населения этого города. Но как видишь, я ещё жива. А значит - из меня плохой полицейский. Логично? - спокойный голос, полный рассуждений. Пустых, никому не нужных.
Девушка остановилась перед ним и резко развернулась к парню лицом. На нём царило спокойствие. Всего лишь маска, не пугайся, мальчик.
Примерно пол минуты ничего не менялось. Лишь шум за дверью, дыхание двух людей в комнате и тихое тиканье часов, отчитывающих секунды нашей жизни не давали наступить гробовой тишине. Которая иногда, пугает.
- Ты сам себе противоречишь. - громко сказала ведьма, нагнувшись к лицу парня. Снова заглянув в его глаза, она еле видно улыбнулась. - Говоришь, что порядочный гражданин. Переводишь через дорогу бабушек, почитаешь старших и помогаешь младшим. Так? Но тут же выясняется, что ты в завязках с работником секс-шопа. Я не уверена, что у среднестатистических людей такие имеются. Презервативы можно купить и в аптеке, однако. - теперь звуковая дорожка производилась тихо, с интонацией поэта, читающего стихи и максимальным кокетством, что было довольно уместно.
- Второе. Ты сказал, что извращениями не занимаешься. Так сказать, крылья в прачечной, нимб на подзарядке. Так? После же говоришь, что латекс прекрасно бы смотрелся на моём теле. Неужели ты каждую девушку рассматриваешь как маникен для примерки латексных костюмов и прочей мишуры? - девушка вздохнула, на пару секунд отведя взгляд от молодого человека.
- Ты весь мой. И твоё время - тоже моё. Но для начала я хочу узнать твоё имя и ещё одну деталь. - взгляд снова вернулся на его глаза, чтобы вычислить ложь. - Есть ли у тебя сахар-ангел? И что ты делал поздним вечером семнадцатого ноября? - железо заливает голосовые связки, делая ноты почти загробными.
- За дачу ложных показаний полагается срок. Ответишь правильно - получишь подарок.

Отредактировано Rachel (2011-03-19 21:57:58)

+3

156

Март 2011. День.
Солнце приятно греет и все вокруг тает. Дороги, которые правительство совсем не спешит убирать, по прежнему похожи на нечто невразумительное, заваленное сырыми остатками грязного снега. На небе встречаются редкие белоснежные облака, которые не грозят осадками.
Температура воздуха: + 15

/Начало\
-And I can almost see the end of the world,
So give me a minute,
And I'll put you in it,
But you must never return!...

Так надрывались ее наушники, пока Найл вели по коридорам, стянутая брючными ремнями, как пойманная дичь. А вы не знали? Когда "потерпевшие" куда-то идут с Нирё, то всегда нацепляют на нее что-нибудь такое же вечное, ограничивающее ее телодвижения, ненавязчиво "милое" по совету родственничков из Кореи... Такое обращение позабавило бы юную уголовницу, если бы не бесило. Жутко бесило. До истерики. И ведь жмут все эти ваши ремешки, руки ломит, как вы не понимаете, глупые люди? Думаете, приятно идти, будто связанному бройлеру? Это вы просто не видите перчаточку, она скрыта тканью... Иначе бы вы не улыбались, а рискнули бы показывать зубки только стоматологу.
Окружающие изредка недоуменно оглядывались на такое странное зрелище, но работники полиции кивали с узнаванием. Что скалитесь? Знакомое лицо? А вы знаете хоть, по какому поводу меня сюда ведут?!
Повод был до истерики пустяковый. Чего преступного в том, что она случайно пресекла существование соседской кошке? Все равно она была дряхлая. Чуть ли не по шерстинкам рассыпалась... Жаль, что для соседей подобное не было аргументом.
Найл шла с гордо поднятой головой. Взгляд слегка надменный, спина выпрямлена, когти на перчатке расцарапывают упругую ткань изнутри, колесики роликов оставляют за собой немного влажную дорожку- кровь бедной котэ пришлось долго и муторно смывать, так что ролики еще не до конца высохли.
Наконец эти глупые соседушки толкнули одну из дверей, оставив Нирё ждать на стуле около двери. Стоило деревянной доске поздороваться с косяком, как за ней сразу послышались жалобы. Жалобы на ее, Валентайн, тупость, жестокость, невменяемость... Ох, как хотелось посмеяться. От души. Долго и взахлеб. Интересно, обязательно каждый раз это все перечислять? Видимо, подобное стало присказкой для очередной жалобы.
Слушать постоянные вопли надоело уже через несколько секунд.
-I may have found
The short way down...

И под эти строки Найл поднялась со стула, скользнула в длинный коридор, а там, найдя самую надежную ручку от какой-то прямо таки сейфовой двери, поддела одно из креплений ремня, стягивающего руки... Пришлось долго и упорно подергаться- застежку заело.
Окружающие могли услышать мелодичные матерные конструкции такой изящности, какой не могли бы придумать самые великие поэты современности.
И надо такому случиться... Железка поддалась. Один из ремней ослаб. Пара рывков- когтистая лапка свободна, а уж сорвать остальные крепления, это как два пальца об асфальт.
Содранные кожаные ленты девушка небрежно швырнула на стул, оставляя бедные ремни вместо себя. Да, за такой умышленный побег ее ждет суровый выговор, но что ей эти выговоры? Она давно уже на них не обращает внимания.
Легкий толчок, руки за спину... И вот уже воинственный сгусток катится к лестнице, прыжком преодолевает один пролет, второй... И облом! На вахте у выхода сидит один противный человек. Это полицейский ненавидел девушку до истерики. Значит выскользнуть из центра сейчас не удастся.
Скрежет зубов девушки мог напугать любого зубного врача, а ярость, читаемая на лице- довести до трепетного ужаса любого демона.
Медленно отступив обратно к лестнице, Найл все теми же прыжками через пролеты "дошла" до одного из верхних этажей. Он казался самым пустынным хотя бы потому, что являлся таковым. Валентайн, резко развернувшись, подъехала к окну и почти без перехода хлопнулась около него. Благо тут окна были почти до самого пола- сидеть на подоконнике Найл сейчас бы поленилась.
- Скорее бы этот хмырь уперся отседова...
Голос был бесконечно уставший. Хотелось уйти, даже убежать. Без разбору, к природе даже можно, а еще лучше- в родные подворотни, показать расшалившимся подонкам, кто в гадючнике главный, расцарапать несколько наглых рож... Но чего нет, того нет.
-Angel in disguise - you save my soul,
But you make my heart go blind...

Валентайн откинулась на стену, прижавшись лбом к стеклу и подтянув колени к груди. Оставалось только следить за облаками. Раз облако, два облако, три облако... И все, как на зло, бесформенные, дымчатые. Где-то внизу из главного входа выбежали соседи, размахивая остатками ремней. Такие мелкие, если смотреть отсюда. Да. Она была куда выше города. Город жил своей жизнью, она же, не подчиняясь ему, - своей. Оба стиля жизни иногда пытались друг друга вытеснить, но город был слишком большой для нее, а она слишком уперта для него.

Отредактировано Nailon (2011-03-22 22:46:08)

0

157

- А ты забавный.
Я забавный? Это я за-ба-вный?! 
Успокойся. Это комплимент. К тому же не к тебе отнесенный. Тебя вообще не существует... по крайней мере, для этой девушки.
Я вынужден воспринять это как оскорбление, пернатый! И вызываю вас на дуэль, вот перчатка!
Тише, ты мешаешь Джасперу думать....
Пусть терпит. Сам поперся в этот сраный участок. Хоть и знал, что у меня аллергия. 

Привычная болтовня, разносящаяся с двух сторон, ни сколько не смущала парня и совершенно не мешала слушать и наблюдать за действиями девушки. Он слышал каждое её слово, следил за её губами, словно читая по ним. Переводил взгляд на глаза, вновь проваливаясь в глубину её темных омутов и ловил себя на мысли, что ему это нравится. Сидеть здесь, в полицейском участке, когда руки сковывают стальные объятия наручников, а рядом стоит детектив. Допрашивает, играючи прощупывая больные места в своей игрушке. Словесная дуэль - это только начало. Несомненно, у неё в планах более радикальные методы развлечения. Похоже на латекс не придется раcсчитывать... Какая досада.
- Хороший полицейский - мёртвый полицейский.
Острый язычок. Это радовало. Бездумные стервы никогда не интересовали Джаспера. Особенно полоумные блондинки, помешанные на собственном маникюре и миниатюрных собачках по прозвищу Пусси. Такие девицы были не то чтобы на одну ночь,  а на пару минут. Встретились - разбежались. В них есть только внешняя оболочка. Красивая упаковка для подарка еще не значит, что и внутри что-то интересное. А в таких девушках обычно была мания величия, заносчивости и масса гламурного совершенства, что вовсе не интересовало парня. Ни на одной стадии его развития. Девушка с характером. Знает чего хочет. Мысленно отметил, зацепившись своими глазами за её взгляд. Она остановилась и какое-то время бездействовала. Откуда-то со стороны послышались шуршания за дверью, кто-то ругнулся, звонок телефона, чьи-то шаги. Все это не имело различия, когда рядом стояла она. Полицейская, детектив, девушка с каштановыми волосами и синими глазами, в которых проскальзывали зеленые искорки, мигали, словно кратковременное волшебство. Кто же ты?...
- Ты сам себе противоречишь.
Она опустилась на уровень его лица. Зашла в его личную зону, как сказали бы психологи. Это даже радовало и заставило улыбнуться своей коронной хитрой полуулыбкой, за которой скрывалась доля иронии и сарказма. Будем играть по серьезному, да?
Ты хочешь сделать то, о чем я подумал?!
Не смей, Джаспер! Остановись, ибо будешь наказан!

Точно, пистолетом в ребра и пожизненной путевкой в тюрягу. Не дури, Джаззи. Я не хочу за решетку.
Было интересно прослеживать её логическую цепочку. Ведь действительно, детектив оправдала свое гордое звание, убирая с мантии репутации все грязные пятна, которыми их закидывают журналисты. Неторопливые, ленивые тугодумы - кажется так их оклеветали в какой-то желтой прессе? Похоже, они не угодили какому-то проныре журналисту, который и решил поставить жирное темное пятно на столь гордом звании. Как оказалось, зря. Спустя какое-то время он был арестован за распространение наркотиков. Мелочный двуликий ублюдок.
- Рейчел Бернелли... - медленно произнес он, словно пробуя её имя на вкус. Сладкое. - Был бы у меня  сахар-ангел, я бы сейчас здесь не сидел. - он приблизился к её лицу на пару сантиметров, чуть ли не вплотную. Заговорив полушепотом. - Я свободен, если тебя это интересовало. Не несу ни за кого ответственности. Сам по себе.  - в какой-то миг могло показаться, что он был уж слишком близок к её губам, но вовремя себя сдерживал, не позволяя себе такой чрезмерной наглости. Все-таки советчики были правы - шутки с полицией плохи. - Поздним вечером семнадцатого ноября.... я спал. Это может подтвердить моя подушка, лампа и шкаф. Можем поехать ко мне домой, и ты их опросишь. Уверен, тебе понравится моя спальня.
Наглый, как черт, прости Господи!
В меня пошел, засранец... тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. 

Отредактировано Jasper Kyd (2011-03-22 21:14:13)

+2

158

Ты так давно не находилась наедине с представителем сильного пола. Не считала это нужным, полезным да и вообще, приятным.
Как всегда ошибалась.
Странное чувство страха, власти над его разумом и мыслями. Ощущаешь себя королевой на вымышленном, стеклянном троне. До блестка отполированным слугами мисс Самооценки. Сверкает, переливаясь всеми цветами радуги. Забавное зрелище, достойное смирительной рубашки. Такой белой. Можно даже в чёрную полосочку заказать, чтобы жизнь малиной не казалась.
Паренёк вёл себя так, как будто у тебя на лбу было написано "не кусается". На лбу может быть написано многое - маркер стирается. А вот за маркером скрывается совершенно другое. И похоже, он этого не понимает. Совершенно. Хотя, скорее просто играется тобой. Пытается оборвать тонкие ниточки, свисающие с крестовины.
- Рейчел Бернелли... - знакомое до коликов в сердце имя и фамилия. Простой набор букв, обозначающий то или иное существо. Совершенно ясно, что он имеет ввиду тебя. Ты одна такая в этом городе. А может быть, и мире.
- Был бы у меня  сахар-ангел, я бы сейчас здесь не сидел.
Даже если бы он у тебя был, нашей встреча была бы неизбежна. Даже, если ранее или позднее этого дня. Так что не утешай себя, мальчик. Я запомнила твоё лицо. - девушка рассуждала здраво и хладнокровно. Как и подобает детективам из книг цикла Шерлока Холмса. В толстом, коричневом переплёте. Всё как обычно.
Но не стоит врать.
Я запомнила твой аромат, я запомнила твою улыбку...твои глаза. - Рейчел глубоко вдохнула, пытаясь прогнать мысли, заполонившие её голову. Розовая вода, благоухающая его дорогим парфюмом, с капелькой естественного запаха. Глаза, почти точная копия твоих.
Я знаю твоё имя. Даже, если ошибаюсь. Ты не можешь быть иным. У тебя на лбу написано, чёрт возьми! - попытка прогнать розовые облачка девчачьих мыслей прочь, в окно. Чтобы они не мешали допросу подозреваемого в столь серьёзном, кровавом и жестоком деле. Глупо смешивать молочный коктейль с текилой - получится ошибка бармена. Дуло у лба, содержимое стакана в лицо. Среднестатистический сценарий.
Его глаза стали ещё ближе. Два мира отделяли всего несколько миллиметров, заполненных воздухом. Тёплое, свежее дыхание на коже. Горячо.
- Я свободен, если тебя это интересовало. Не несу ни за кого ответственности. Сам по себе.
Одинокий чёрный кот? Не любящий ответственность? Похож. Все коты не любят ответственность. Бросают котят, оставляя их с кошками. Скоро март, верно?
- Поздним вечером семнадцатого ноября.... я спал. Это может подтвердить моя подушка, лампа и шкаф. Можем поехать ко мне домой, и ты их опросишь. Уверен, тебе понравится моя спальня. - банальное оправдание, которая заслуживает быть ключом к продолжению игры.
Твой ход, Бернелли? Опять конём, опять с сюрпризом? Или прислужливой пешкой? Удача любит смелых...
Рейчел приблизилась ещё ближе, коснувшись губами его кончика носа.
- Хорошо, я тебе поверю...ты с кем-то спал, в своей красивой спальне. О происшествии ничего не знаешь. Ничего особенного не было...но спрашивать я никого не буду. Я тебя просто поблагодарю, Лео... - личное пространство нарушено уже давно. О нём и не может идти и речи.
Её губы скользнули вниз, слившись в нежном поцелуе с подозреваемым.
...удача любит смелых. И хорошие поцелуи...

+2

159

Почему не хочется отрываться от её глаз? Вопрос, произнесенный внутри сознания так и остался там, отзываясь затухающим эхом, постепенно исчезая, но оставляя за собой сладкое мгновение, застывающее в его памяти с пометкой "Рай". Его фантазия вновь взялась за то, что она умела делать лучше всего. Рисовала ему новую картину, где он и она наедине, закрыты от всего мира. Не в стандартном кабинете полицейского участка, а далеко от будничной реалии. Взмах кистью, умелый художник рисует яркое синее небо, с пушистыми облаками, принимающими причудливые формы. Пышные и воздушные, так и призывающие взлететь на седьмое небо, поддаваясь минутному порыву из глубины души. Хочется верить в то, что поляна, усеянная белыми тюльпанами среди других, ярко-желтых мелких цветов. Вокруг много зелени. Тепло и ясно. Дует приятный восточный ветер, развивает её волосы. Солнечные лучи падают на её лицо, отражаясь в синих глазах. Они блестят, красиво и завораживающе. Манят к себе зелеными огоньками, призывают окунуться в мир глубоких омутов, заставляют податься вперед, на еще один миллиметр. Едва заметное движение, и они стали ближе. Он и его Богиня. На ней свободное белое платье. Полупрозрачная ткань взлетает от мягких порывов ветра, имитируя крылья за спиной девушки. Взмах кистью и в  идеальную картину врывается стая лепестков сакуры. Тоже белых. Они пролетают мимо пары, не задевая их, словно боясь нарушить столь сладкое мгновение. Затишье. Не слышно ничего, кроме её дыхания и легких порывов ветра в ушах. Она приближается, её мягкие губы касаются его носа. Неожиданно приятно ощутить на себе этот по-детскому наивный жест, который словно говорит "ты мне нравишься". По телу пробегают мурашки, заставляя напрячься, а потом расслабиться. Он смотрит в её глаза, утопая в них. Уже не улыбается, не играет. В этой реальности нет смысла скрывать свои чувства. Хочется быть с ней откровенным, упасть к коленям и вцепиться в её ноги, словно боясь, что она сейчас пропадет, как видение. Стать её рабом, добровольно подписать контракт с дьяволом, лишь бы она была рядом. Одна ночь - это тоже вечность, за которую стоит отдать свою жизнь. Я весь твой. Неосознанно повторяет в сознании, следя за губами девушки.
Она говорит. Последнее слово напрягает, но её поцелуй заставляет расслабиться. Хочется её прибнять, усадить к себе на колени, но руки скованы стальными прутьями. Это доставляет некоторые неудобства. Парень не любит, когда его движения ограничивают, но он готов подчиняться своей Богине. Пока что...
Миры сливаются. Реалия и фантазия. 2 в 1, как в рекламе. Разум этого не принимает и отчаянно пытается отделить одно от другого, но что-то ему мешает. Желание парня, которому нравится в этих мирах. Из которых он бы и не выходил, будь такая возможность. Быть со своей Богиней, чувствовать её прикосновения и робкий поцелуй, словно она неуверенна в том, что делает, но желание выше трезвого расчета. Кажется, что поцелуй длиться целую вечность. Хочется растянуть его еще на бесконечность, утопая в аромате её духов и нежности прикосновенья. Он не разрывает поцелуй, продлевает его настолько, насколько это возможно. Предоставляя девушке шанс самой выбрать время, когда остановиться. И этим же разрушить его идеальный мир.

Отредактировано Jasper Kyd (2011-03-22 23:50:14)

+2

160

Очередной красочный взрыв радиоактивного баллона, фейерверк, въедающийся в рассудок на всю жизнь. В перевязанном ленточкой, подарке, яда больше чем в защёчном мешочке королевской кобры, впрочем, это не столь важно – приютские дети будут рады даже смерти в глянцевой упаковке, а за последнюю судорогу на счастливом лице можно отдать и не такое. Белая пена на губах, как белый снег, лежащий на улицах, вяло текущий с чёрных небес, ставших стигматом природы.
Наряженная ёлка прекрасная украшение зала, наполненного трупами, застывшими в  самых неприглядных позах. Белая скатерть в пятнах крови, свисающая с самого края праздничного стола. От догнивающих остатков некой тушки идёт зловонный запах, но сквозь своё новое лицо, ты этого не почувствуешь. Равнодушно посмотришь сквозь разбитое стекло на другие пустые дома, пойдёшь дальше. Новый год всегда будет счастливым праздником, ведь ты знаешь цифры. Уровень радиации – 300 Р/Час, a Santa Klaus ne doit pas parvenir*.
Умирающая река тёчёт возле заброшенных фабрик, которые кажутся чем то родным и приятным. Предупреждающие об опасности знаки – вызывают только улыбку и скрытый смешок, сквозь поверхность противогаза.
Hey! Daiggers! Vous n"avez plus de travail, vous ne pensez pas?*
Незачем листать бесконечные блоги, с возбуждением и азартом, перещёлкивать картинки заброшенных зданий – у тебя всё перед глазами.
Bien qu"il soit possible et marquer sa propre maison dans l"une des ces galleries. *

---------------
Дайте сказать ещё слово. Всего одно слово, чтобы вы осознали всё это. - зрачки блаженно дёргаются под прикрытыми веками. Тонкий отзвук шагов - его собеседник не собирается галопом подскакивать к нему, из за переизбытка страха издающий булькающие звуки. Выдал себя так легко, смахнул все фигуры с доски локтем. Были шансы, но ты наплевал на это. Отступил от своего фанатизма? Заинтересовался, где же твоя семья и девушка? Поздно, милый - ты уже сошёл с ума.
Бесконечные рекламные баннеры мелькают на мониторе, пока вдали не вспыхивает жёлтый огонёк. Чёрный экран, мгновенная перезагрузка. Бессвязные, отрывочные ряды иерогрифов. Поздно, дорогой - вирус уже проник слишком глубоко, затронув данные на жёстком диске.
Чужие руки больно сжимают кожу, не заботясь об ощущениях сидящего человека, которого захватила жгучая и трепетная тишина. Спина ощущает холод спинки стула, но Яручи бы не отстранился от неё, даже если его бы отпустили – для него это словно опора, которая не даёт упасть ниже.Как жаль, что здесь нет фотоаппарата. Всё бы отдал, чтобы сфотографировать проломленную голову одного очень плохого полицейского. Только бы дотянуться до пепельницы нас столе. - губы искажает едкая усмешка, правая рука дёргается, поддавшись мимолётному желанию. Голова занята отнюдь не мыслями о попытке спасения, а раздумыванием ближайшего отпуска в тюремной камере, а может быть и казни.Глухонемой человек. Неужели не хочет слушать? – свободная рука шерифа оказывается на лице, снова вызывая непроизвольный жест пальцами правой руки. На удивление самому себе, он довольно спокоен, пульс наверняка пришёл в норму, может, стал на несколько ударов быстрее. Раз, два, три….- образы прошлого словно решили отыграться на всю жизнь вперёд.
Застёгнутый чёрный плащ. Отсутствующий взгляд. Стоп, шаг назад. Он всегда смотрел одинаково, как довольный удав, готовый в любой момент обвиться кольцами вокруг своей жертвы. Погибший, но оставивший свою историю на множестве страниц совершенно чужого человека. Может найти, где нибудь некроманта, да и оживить его? Иначе я и вправду свихнусь, такими темпами.
От запаха сигарет начинает подташнивать. Одна рука на груди, другая безжалостно сдавливает мышцы лица, открывая рот, под не имеющие для него перевода, слова, на чистом немецком языке. Язык не находит покоя, наконец упираясь в передний ряд зубов.
Слова грубо растягивают душу, откладывая всякие попытки отдышаться и заявить что – то гневное, жалобное, оправдывающее. Возможно, я и вправду глупец. Устраивать тупую резню неизвестной мне девушки, после чего идти устраиваться сыщиком в полицию. Да, и я…. – лицо всё ещё испытывает боль, хотя его уже больше ничего не «стягивает». Что – то проходит по ткани на плече. Сказаны последние слова, прямо в ухо, чтобы добить и не усомниться в своей никчёмности.
Мужчина отходит от него, он ощущает это почти физически. Его больше ничего не держит, но это временно. Дальше наручники, право на молчание, адвокат….
- Что вы сказали? – глаза неторопливо открываются, превращаясь в тонкие щёлочки приоткрытой двери. Словно переродившиеся, горящие новым огнём, вспыхивающими искрами сумасшествия. Он всё обдумал.
-Послушайте, мсье. – Учимару поднимается с места, которое уже несколько раз в его воображение становилось электрическим стулом, вытягивается по кошачьи, поддаваясь вперёд всем телом. Ваше время молчать, мсье. На красивые речи, вы способны. Но вот способны ли вы засадить в тюрьму человека, не имея на руках ни трупа, ни доказательств, ни даже его признания? С последним даже обидно получилось. Я ведь вам хотел всё рассказать, а вы не дали. – голос резко изменился, перестав иметь фальшивые детские нотки, превратился в мягкие шаги лапок по паркету. – Смешно получилось, не так ли? А я бы отдал всё, чтобы вы стали моей очередной жертвой. Как видно природа не одарила вас особой красотой.  А вы бы великолепно смотрелись в состоянии ужина, разложенного на тарелочках.
--------------------
a Santa Klaus ne doit pas parvenir - но до Санта Клауса добраться не должно.
Hey! Daiggers! Vous n"avez plus de travail, vous ne pensez pas? - Эй! Диггеры! У вас прибавилось работы, не так ли?

0

161

Интересно, а чем маются покорные слуги мрака в свободное время?
Палец скользнул по стеклу. По классике жанра, прозрачная субстанция должна была жалостливо заскрипеть, раздирая барабанные перепонки. Но нет, действие прошло тихо.
Валентайн, не задумываюсь особо о насущном, отвлеченно вспомнила, что палец должен был быть мокрым. Иначе не происходит трения или чего-то такого подобного... Не суть, не важно, по крайней мере для заскучавшей Найл.
А уж как она скучала... Вселенская тоска рядом с ней отдыхает. Спорить с данной аксиомой было нельзя, так как она была аксиомой. Самое тяжелое наказание для активного человека- ожидание. Самый страшный судья- время, проведенное в ожидании. В пустом ожидании, когда, как сейчас, даже нечем заняться. Хотя...
Рука, не затянутая в перчатку со смертоносными коготками, скользнула в один из широких карманов. Через пару минут на свет были выужены черная гелиевая ручка да простой, но очень толстый блокнот. Пухлости бумажному монолиту придавала исписанность страниц.
-Голос взлетел до небес. Я, захлебываясь смехом, не договаривала слова, зная, что Сефирот и так поймет все мои недосказанности целиком. Хоть мысли пусть читает, но мне просто не хватало сил и слов.
Вот, что было написано на последнем не чистом листе. Да, это был банальнейший фанфик. Мало того- от первого лица. В мире тысячи фанфикеров, которые пишут про тысячи вселенных и миров. И каждый пишет для других, для себя, просто так... А она выделялась из общей массы. Она писала ни для кого. Ни для друзей, не для таких же фанатов, как она, не для себя даже. Она просто писала о себе. Как бы ей хотелось прожить жизнь в том мире. От безысходности и неосуществимости написанного хотелось выть, но реалии мира в момент написания расслабляли свои жесткие пальцы и на время, пусть только на время, отпускали ее хрупкую шею обычного человека.
Валентайн аккуратно стянула с руки перчатку, размяла пальцы и взялась за ручку.
Острый кончик, а писала Найлон только тонкими ручками, ненадолго завис над очередной клеточкой, а после легко заскользил по бумаге. Почер у девушки, к слову, был такой же, как и она- вроде бы по отдельности все буквы были прекрасны, но в общей куче становились практически не читаемыми.
- Так... Трагический момент. Что я там хотела написать? Ах да... Так, а чемодан? Ну, напишу, что оставила его вместе с мотоциклом в тех руинах.
Я, неожиданно всхлипнув, рванула в глубь арки и понеслась по тайным ходам к статуе Левиафана. Мозг лихорадочно вспоминал кратчайшую дорогу до Саранчи, где покоился мой чемодан. Не таскала же я его с собой, верно?
- Так, что будет в статуе? До материи призыва мне еще далеко. Значит? Значит будем мелкая материя, которая позволит... Да, то, что надо!
Добежав до статуи, я бесцеремонно сунула руку ему в пасть примерно по локоть. Мне сказали, что там. Нет, не материя призыва. Хотя я знала, где она хранится. Но ее я возьму позже, когда сбегу от своих же…
- Кого бы написать? Рассуждаем логически. Оправить за мной могли тех, кто знал меня лучше всего. Только без Генезиса.
Серебристый смех заставил меня дернуться. Как я не догадалась. Вот, все те же лица. Сефирот, Зак да Клауд. А братика где посеяли, а? Я ведь знала, что преследовать меня эти трое будут…
Ручка опять застыла. Валентайн всегда обдумывала слова своих персонажей, пытаясь сделать диалоги лаконичнее.
-  А если ты подумаешь, а, Елень?
Рука нащупала, наконец, шарик. Я рванула руку. Шарик с легким чпоком оторвался от крепления внутри. Я же, по небольшой лесенке запрыгнув на ближайшую крепостную стену, подошла к ее краю. Конечно, «трио» поднялось за мной, хотя их не звали.
- А сейчас устроим маленький побег. Какой уже путь прошла "я"? Родной человеческий мир, потом этот мир. Тут сначала Нибельхеймский реактор, далее Мидгар, после я сплавилась... Смоталась к "братику"-Генезису в разрушенную Банору, в подземные катакомбы. А сейчас, смотавшись в Вутай, мотаю из, собственно, Вутая. А дальше... А дальше я уже потом придумаю, что дальше.
Мне осталось только одно. Сказать, что я думаю:
-Мое имя давно стало другим, глаза навсегда потеряли свой цвет… Пьяный врач мне сказал - меня больше нет, пожарный выдал мне справку, что дом мой сгорел…
Опять Пикник.

- Опять Пикник. Пора перестать их цитировать, второй раз за главу! Да и слова сменила, эх...
Валентайн поморщилась, но зачеркивать не стала.
Они явно не ожидали от меня такого наглого хода. Их проблемы. Я же активировала слабо серебрящийся голубенький шарик. Эфемерный поток воды, вырвавшись из-под моих ног, поднялся вверх по спирали, а затем врезался мне в грудь, войдя в нее вместе с материей. Да, опасно подпускать мако так близко к сердцу, но мне все равно.  Я, не задумываясь, ласточкой прыгнула в речку.
Легкий всплеск
В головах у Солджеров, оставшихся на стене, пронесся мой тихий шепоток: «Эта речка больше не безымянная. Это - Вутайка».

- Ура! Я это написала! А как давно вертелась в голове эта "Вутайка"... Все...
16 глава.
Найлон, захлопнув блокнот, новую главу не начала. Посмотрела за окно. Во удача! Дядя охранник уходил, следовательно...
Натягиваем перчатку на руку, на губы- усмешечку, подскакиваем.. И все. Адью, участок!
Ролики резали воздух, когда Нирё совершала свои прыжки через пролеты. На последнем же девушка доскочила до середины, а потом- затяжной прыжок со ступеньки до двери, хорошо, никого на пути не оказалось- прыжок вышел издевательски низким.
Выехав уже на улицу, Валентайн, зловеще ухмыльнувшись, одарила пока еще не скрывшуюся спину злого охранника изничтожающим взглядом. Затем, неожиданно подобрев, резко набрав скорость, укатила куда-то в сторону ресторана с Китайской кухней. Не корейская, конечно, еда, но тоже хорошо.
--->  Закусочная "Золотой дракон"

0

162

На самом деле, все могло быть совсем недавно, слишком просто и пропитано насквозь до каждой ниточки бытия тем романтичным юношеским максимализмом, если бы не произошло много лет назад и не завертелось кутерьмой ирландского праздника в самом разгаре потчивания ведьм на мелких торфяных болотах. Может быть все могло быть совершенно иначе, случись в другом городе с другим устоем и порядком, может быть удалось бы притвориться, сглотнув тугой комок, что все это чья-то дурная шутка, розыгрыш на первоапрельском утреннике. Однако все случилось именно так, как случилось; он не помнил ни точно, ни примерно, в какое время какого безумного года, в котором часу на циферблате или иконостасном раскладе электронных импульсов, с какой левой хабалкой бок о бок, с каким ребенком без рук и без ног на коленях, в какой погоне по старой разбитой федеральной трассе, на беленом подоконнике теплой мансарды, в коттедже придорожного мотеля с оплатой в тринадцать долларов десять центов за час для VIP-клиентов, под грохочущим железнодорожным мостом в месиве отходов и реагентов, в кабине прокатного открытого автомобиля с красным крылом, в туалете дешевого кинотеатра или клуба на одну ночь, в палисаде колледжа для отпрысков покойной золотой молодежи под щедрым грибным дождем впервые развел то самое нужное в хрупкой алюминиевой ложке, вскрыл изумительно хрусткую головку спаянной в подвале тайцами ампулы, содрал упаковку одноразового инсулинового шприца, веселую марку с картинкой красного муравья или Алисы в грязном платье из чистой Страны Чудес положил под опухший язык и закрыл глаза, опрокидываясь назад и беззвучно смеясь в ослепительную пустоту, где всегда сухо, всегда высоко и всегда весело.
Lucy in the Sky with Diamonds.
Это был слишком короткий разговор с шаманским заговором на далекое светлое будущее. Серые скулы посетителя в ровном свете, разливающемся по тихому в окружении прочных стен кабинету. Сбежавшая, как молоко у нерасторопной хозяйки, улыбка - ему не раз приходилось видеть такие лица в приемных покоях больниц, в цинковых комнатах полицейских моргов, на морозных улицах с обледенелой дорогой, по которой прокатилась голова со спутанными волосами под колеса несущегося колеса неумолимой Фортуны; доходя до свой критичной грани, такие люди следуют по коридорам, двигая собственное отяжелевшее тело как нечто отдельное, громоздкое; так толкают впереди себя нагруженную кирпичами тележку или уродливый гипсовый слепок - сами себя воспринимают они, будто за плечами, как санитар в сумасшедшем морге, который ворочая окоченелый белесовато-синий труп танцует с ним твист на кафельном полу. Ни царапин, ни засосов, ни боли от растекающихся мутными кляксами молочного спрута.
Dreh Dich Nicht Um.
Открывая рот, ощеренный мелкими молочными зубами, произнося в пустоту какие-то важные для него, необходимые как воздух слова, в которых одно только желание - отстоять свою правду - юноша поднимается со своего нагретого теплым задом места, оборачивается опрометчиво быстро и самоуверенно и только глаза его - взгляд ловит взгляд, не давая ускользнуть за частокол собственных выставленных на передовую страхов - играют в дурную подлую игру, в любое мгновение готовую повернуться против ведущего игрока. Это шаг на тонких шатких лапках в самую пучину затягивающего зыбучего песка, но в тот момент, когда Тварь практически бросилась к беззащитному горлу, в дверь постучали. Тонкая рука с изящной кистью и длинными ногтями безумной расцветки синего и желтого, в звоне браслетов из дорогого металла, с прищелком массивных колец на музыкальных пальцах. Синие туфли на высоком каблуке шагнули через порог. Габриэль коротко обернулся через плечо, встретив заинтересованный взгляд из-под опахал ресниц:
- Валиум, нембутал, пентобарбитал, для верности пригоршню дикседрина и запить бурбоном, - древним демоном улыбнулась девушка исключительно модельной внешности, с которой, по беде своей, Яручи уже начал, но так и не закончил беседу. Она повернула ключ в замке, подкинула на ладошке и, пройдя через комнату по приминающемуся покрытию, плавно опустилась на невысокий кожаный диван. Легко закинула ногу на ногу. Иная картина. Медлительный, мягкий шаг сытого хищника, играющего с подранком.
- Life - always fragile.
В ее глазах кюрасо и колотый лед. Безумие животного родства в лике падшего херувима, змеиная ухмылка заставляет время не растянуться, но залипнуть в сладком душном мареве, накручивая холостые обороты поперек сознания сломанным кривым стержнем опоры, пока память не начинает выщелкивать один за другим бездумные кадры давно минувших лет, заставляя из белого тумана вышагивать человеку, когда-то изменившему безвозвратно всю его жизнь одним лишь случайным движением. Крашеные конторским зеленым колером стены, стул, стол, вентилятор по потолком, слепая "следовательская" настольная лампа. Диктофон. Допотопные кассеты. Четыре аудиописьма, которые никогда не достигнут адресата. Спиной против света сидит мужчина в пиджаке, черные волосы, тяжелый рисунок широких плеч, крупные руки. Тлеет сигарета, в слепящем свете расплывается синий дымок. Мужчина молча вставляет кассету и нажимает кнопку диктофона. И звучит голос: негромкий, спокойный, чуть хрипловатый баритон.
Защищаться - это слишком легко. Отбиваясь, ты никогда не узнаешь, насколько тебя хватит. Выблевать всего себя, всю свою злость на холодные белый кафель, выплескать издержками жизненного чадного производства, деятельности механизма внутреннего сгорания, залить все вокруг брызжущей кровью, поперхнуться навзрыд до самой селезенки, захлебываясь не проходящими через туго перетянутый лесками пищевод легкими, рассмеяться в аморальном приступе радости самоуничтожения, ударом рукояти сломанного клинка, короткого затупившегося на зазубринах ножа их обратно, вглубь изъеденного язвами нутра, подавиться тонкими иглами выжатой крови, смеяться, смеяться в чужое белое лицо, смотря на расплывающиеся по бензиновому озеру коматозно-венозные капли в благородную синеву, что бронхи натужено выдавливают из раздраженной глотки, все больше и больше с каждым неудавшимся вдохом. Это похоже на хрип последнего рывка, но это так смешно, что невозможно остановиться. В облике встрепенувшегося древнего чудовища Голос наотмашь хлещет напившимся воды из колотого аквариума с медными глазастыми рыбешками кнутом по выгнутой спине, каждый раз вырывая с корнем, оставляя вдоль позвоночника кровавые сбиты и ноющие порезы; он смотрят на меня так, будто я сдохну через пару месяцев с сожалением человека, не успевшего воплотить в жизнь все свои планы; он спрашивает своим грудным глухим голосом, когда кнут черной скользкой змеей с теплой от солнца чешуей обвивается вокруг разломанного горла, зачем я так издеваюсь над собой, зачем калечу, зачем убиваю; наступая на размозженные каблуком пальцы он говорит, что жизнь только одна. Принять весь удар - и добить самого себя.
В скользком месиве ротовой полости только вздулся и лопнул пузырь красной слюны.

Глаза Габриэля зло и опасно сузились, когда в голосе собеседника столь прекрасным образом, как с опущенным рубильником, иссякли прежние наигранные интонации. Короткий хлесткий удар ладонью по лицу, который набатом отзвучал в повисшей тишине, заставит потерять равновесие всякого; уродливо изменившие последние плюсны пальцев когти оставляют на человеческой тонкой коже неглубокие борозды царапин поперек правой щеки, сильный толчок выбивает вдох из горла, а землю из под ног. Время вновь ускоряется до привычного ритма.
Щелчок пережившей многое зажигалки "зиппо". Новая сигарета. В поставленной на край стола жестянке, пришедшей на удачную смену пепельнице, уже пара окурков до фильтра.
Перевернутая кассета.
Раэль прикрыла глаза в наигранном беспокойстве за молодого соискателя, поднялась со скрипнувшего по обтянувшей ягодицы юбке дивана для того, чтобы в гротескном образе заботливой Матери Терезы опуститься рядом с опрокинутым на пол телом на корточки, бережно потрогать холодной ладонью лоб под разметавшимися соломенными прядями, прошептать нежно и ласково:
- Death - always tempting.
- Отвали от него.
Лопасти вентилятора медленно, как в аду размешивают сигаретный дым. Долго, пронзительно, однако с определенным знанием дела и места, демонесса никогда не смотрела на Габриэля - взгляды ее были короткими и рубящими, как ночь в центральной Африке, как нож под лопатку, начинались отовсюду и сразу, падали, как обморок - эбен и черная лакрица - однако редко противилась без явного на то посыла четким и конкретно оформленным указаниям. Легкой птицей она метнулась обратно к дивану уже через мгновение, так и не определившись, что же именно желала проверить у молодого человека: температуру от нервного потрясения или пульс?
Мужчина в два шага подошел от стола к еще не успевшему оправиться от удара демону, сел сверху на его узкие бедра, не опустившись однако всем весом уперся коленями в пол так, чтобы отбить у сорванца, столь быстрого и острого на язык, всякие дурные мысли о попытках выбраться. Хлопнул ладонью по не тронутой щеке, сгреб волосы в кулак, чтобы приподнять от пола голову.
- Как дела? - в смеющемся оскале мужчины нет ничего, что могло бы показаться добрым. Ловким движением фокусника он потянул из крепления под рубашкой тяжелый массивный нож, одним коленом придавил левую руку Яручи к полу. Медленная, плавная ласка холодного металла по раскрытой ладони и вспышка четкого, выверенного движения. Широкое ребристое лезвие входит между костей в сочную мякоть ладони, пригвождая руку звереныша через ковролин к ламинату. С силой, почти по самую рукоять. Миг истины, миг понимания, когда только боль может послужить тем горнилом, которое переплавит надежду и доверие в отчаяние и страх. Не надо слов, жестов, длинных объяснений - один взблеск холодного металла ставит роспись под правилами игры, - как чувство вины?
И рука, отпустившая волосы, придерживает юношу, не давая взбрыкнуть слишком уж сильно.
- Какие сказки ты дальше станешь мне рассказывать?

+2

163

Идиот. - голубые глаза неторопливо переходят с лица собеседника на подобие растения стоящего на подоконнике, как видно это зачахший кактус, причём последнее для Яручи стало чем - то более интересным. Мысли идут плавно, танцуя свой вальс, в замедленном синхронном движении. Отправь меня первым рейсом, в ближайший донорский пункт, аккуратно разложив по частям в современной холодильной камере, наполненной формалином и пахнущей чем - то приятным, накачанного неизвестно какими химическими растворами из всех склянок в ближайшей лаборатории, но ещё живого. Приди следующей ночью в палату и отключи аппаратуру жизнеобеспечения - вот тогда я тебя возненавижу до собственного содрогания. А пока ты никто в моей игре. Я так надеялся, что ты сможешь меня понять, надеялся что ты оценишь всю красоту моих слов, заинтересуешься моими действиями. Даже подумывал о том, чтобы когда нибудь сдаться в полицию, но к сожалению теперь всё это несбыточные мечты. С вами так скучно, что я бы попросил у вас верёвку, но боюсь, что вы мне её безоговорочно дадите, да ещё лично повесите в каком - нибудь подвале, чтобы не испортить кабинет моими слюнями, когда петля затянется слишком туго. Вы не дадите мне сказать последнее слово? Нет, о последнем желании я естественно молчу, вы естественно скажете, что я нахожусь на месте своей скоропостижной кончины, а не в Стране Чудес. Может тогда побеседуем о нашем последнем ужине? Хотя я от него решительно отказываюсь. Думаю, что если меня таки повесят, то он всё равно окажется снаружи. - Яручи улыбается, уже как то нервно и наивно, словно ребёнок который панически боится шума и толпы, но его всё равно притащили на детский праздник, полюбоваться на краснощёкого деда в шубе. Отсутствующий взгляд застывает на бежевых стенах в красную полоску, которая сейчас у него ассоциируется не с кровью, а с такой же тоненькой полосочкой на психогенных антибиотиках, подающимися на  железном подносе, вечным жителям палаты №6.
Стук каблуков заставляющий вздрогнуть и машинально сжаться в неприметный клубок. Щёлчок ключа в замке - надежда на спасение была закрыта. Непонятные его слуху слова, плавные шаги к дивану. Демон отвлекается, жадно следя глазами за девушкой, ещё полностью не восстановивший своё положение для новой атаки.
Удар. Глаза успели скоситься в сторону, когда мимо пролетела чья - то ладонь. А? - нелепое восклицание обрывается  из за нехватки воздуха, звук получается сипящим. За эту короткую секунду он успевает заметить лишь одно - то что пол слишком странный. Он был весь вздыблен, словно изрытый пневматическим молотком. Щёку обожгло огнём, а вокруг сгустилась тьма.
Что - то я быстро умер. Даже обидно. - последняя мысль,прозвучавшая как то бессмысленно и жалобно.
--------------------------
Голубые глубокие глаза, сверкающие и пустые, как не наполненный вином бокал, немного приоткрываются, немного щурясь от слабого проблеска света, одинокого и трогательного. Сверху наваливается какая - то тяжесть, в ещё мутном зрении обозначенная как нечто чёрное - рыжее. Оглушительный хлопок в наступившей тишине и неприятное ощущение у корней волос. Яручи мгновенно просыпается, непонимающим взглядом утыкаясь в лицо нагловатого полицейского, рассматривая его так, словно надеялся найти причину столь неприятному положению дел. Необычно прозвучал даже повседневный вопрос, который Учимару тактично пропустил мимо своих ушей. Скошенные зрачки разглядели внушительную царапину на правой щеке, тут же вновь вернувшись обратно. Мужчина улыбается, но демон не видит в его улыбке ничего хорошего. В сознании уже начинала рисоваться собственная обречённость.
Нож появляющийся прямо перед ним, как видно из ножен скрытых под тканью одежды, вызывает передёргивание, до этого совершенно бесстрастного лица.
Пошёл к черту, ты.... - глухо заурчал Яручи, как замученное животное, когда ласка стали перешла в грубое нападение, пройдя насквозь через мясо ладони левой руки и остановилась только тогда, когда была вогнана по самую рукоять.
Ааааааа! -  дикий крик вырвался из горла не сразу, лишь через мгновение, когда воздух был набрал в лёгкие, а по телу прошёлся приступ боли. Рука инстинктивно дёрнулась вверх, продвинувшись на несколько незаметных миллиметров, вновь обжигая раздвинувшуюся кожу об зазубренные края охотничего ножа. Тело рвануло вверх, сделав попытку высвободиться. Употребив поистине титаническое усилие воли, он смог сдержать себя хотя бы от дальнейший движений, хотя крики из охрипшего горла, прошедшие уже четыре круга, превратились в невнятные подвывания. Замерцали холодным блеском чужие глаза, немного расплывшиеся. Сво.... - обрывистые хрипения, вновь превращающиеся в вой, как нельзя подходящие к выражению животного страха на лице и в глазах.
Его ещё било в ознобе, но он смог взять себя в руки. Не было больше планов, смелых, дерзких, целеустремлённых, с осторожно обозначенными контурам, как это делает художник, с первыми мазками красок. Была только это комната - кадр сломанного фотоаппарата , который постоянно выдавал только его, из тридцати других, весёлых и радостных. Отпущенные волосы ложатся на пол, рассыпанным стогом сена.
Нет больше сказок. - одно предложения из сотен других, которые он мог бы, захлёбываясь кровью и слезами, рассказать. Усталый, осипщий голос отделяет каждую букву от другой паузой, иногда даже глотая их, задыхаясь.

+1

164

Искать в себе запинки слишком скучное занятие. Оскверняет, втаптывает в сырую, промокшую от вечных дождей землю, уничтожая эти странные минуты наигранной влюблённости. Изображение наслаждения от каждой пробитой тактом часов секунды рядом с этим существом, трепетом дятла глубоко в сердце. Глупость.
Пусть он подумает, что это всё реальность. Пусть он подумает, что ты даёшься на цепи так же легко, как и девочки-кокеточки из ближайшего переулка теней. Пусть он думает, чёрт возьми, что спит. Главное, чтобы он не шагал к правде - это всего лишь игра...
Не часто тебе приходилось чувствовать тепло чужих губ, не часто приходилось вспоминать первые школьные поцелуи, признания в любви и прочую дребедень, развлекающую умы и тела детей после уроков. Записочки, обходящие весь класс перед тем, как коснуться рук адресата, чмоки в щёчки. Забудь, всё гораздо сложнее. По-взрослому.
По комнате витали мелодичные нотки ванильного "си" духов девушки, и низкие ноты "до" парфюмерной примочки этого молодого человека. Они ощущались особо остро, так как зрение Рейчел покоилось под веками. Осязание изучало материал, из которых сшиты его джинсы. Нет, её руки опирались об его коленки. Не более...
Их губы медленно отомкнулись друг от друга. Хэппи энд? Призов всегда хочется больше, чем положено. Для него это лимит, и без того сделано исключение из правил.
Даже не пытайся обмануть свои ощущения. Тебе понравилось.
- Всё. А ты боялся. - легонько улыбнувшись, произнесла ведьма, медленной походкой направляясь к столу.
- Это было молоко за вредность. Люблю смелых парней, способных видеть во мне не только легавую или же предмет лапаний. Ты сумел это совместить. - разворот. - Но это не значит, что ты мне понравился, я тебе верю и просто так отпущу. Единственный способ избавиться от меня - уехать в другую страну. Это тебе для заметки. - ноль эмоций в словах. Обесцвеченная фотография яркого пейзажа, лишённый вкуса кусок пирога. С клубничной начинкой, разумеется. Ну куда же без клубнички?...
Девушка опустила голову, позволив каштановым прядям, сверкающим на солнце закрыть её лицо от глаз молодого человека. Может, чтобы он не увидел как ей смешно от его положения?
- Насчёт осмотреть твою спальню - я подумаю над предложением. А то у нас был случай тут недавно...маньяк насиловал девушек, а их тела прятал в шкафу и под кроватью. - ведьма немного подняла голову, позволив ему видеть её взгляд.
Действительно. Был подобный чувачок, решивший, что дурной запах не дойдёт до чующих каждое неладное в дневном, рутинном аромате соседей. Именно тех небезызвестных бабулек в платочках, сидящих возле входа в подъезд на лавочках, и щёлкающих бесконечные семечки. Обсуждающие каждый миллиметр длины очередной прошедшей юбки, красиво сидящей на ягодичных холмах девочки с десятого этажа. Но о них уже сказано не мало...всего лишь цепочки в звеньях.
В общем-то, это просто некий стёб над его расслабленным состоянием. Способ потянуть его время, которого, не так уж и много у каждого из нас. Тонкой ручкой за пушистый хвост кота. Его визги и ухмылка на алых, покусанных губах - вот, что ты ищешь в нём.
Пока только это. Остальное по программе идёт далее.
- Может и у тебя имеются скелетики в шкафу, м? Чистосердечное признание смягчает наказание, между прочим. - вот так надо учить студентов юридических учебных заведений законам - на деле. В рифму и с издёвкой. Наверное, такое долго не будет корабликом выплывать из памяти. Листочек долго не сожжётся - тлеть будет долго.
Кажется, ты что-то забыла. Ах да. Уточнить подробности - может быть, ему интересно.
- Имимо Якарото. Двадцать четыре года. Вдовец. Тело Рами Якарото, его законной жены было найдено в ванной. Жуткое зрелище, я тебе скажу. Как в 3D фильме ужасов. Только можно потрогать. - хриплый, тихий голос, как и подобает тем, кто рассказывает ужастики ночью, сидя у костра.
Пусть тебе присниться сладкий сон, мальчик...
Девушка подняла голову, слегка улыбнувшись подозреваемому. В чём? Нет, по прежнему лишь к причастности к взрыву. И то, отдалённо. Точно. Скорее, он - это уже игрушка.
- Для тебя сегодня акция. Произнеси буквы, образующие твою личность, и получи свободу. Свободу рук. Я должна знать, кто ты. Подозреваемый...

+3

165

Узкоглазые малайцы-наркоманы от утробы материнской называют это великолепнее крутого кипятка состояние "амок", глаза у них лучше всякого свежего молока жертвенной коровы белые, чистые, зубы непередаваемо черные от бетеля под тонкими лопнувшими губами не с каплей бурой сукровицы, но ощутимым смрадом вскрытого гнойного рубца, язвочки наружу, скалятся в щедром предложении недолгого, но незабываемого счастья, и на просеянном, что мука, опиуме яванским кривым крисом - в сонную артерию - свись. Не подходи близко. Белки навыкат не блестят разнузданным весельем, не кипит в бурлящей гнилостной крови безумие и бешенство - русские выражаются лаконичней и короче "беспредел", слово верное, звучит практически как "берсерк" и тогда идет великий вселенский хай, в пучине которого доводилось вертеться не раз, вариться в собственном соку, как в крутом кипятке - весь следственный изолятор, прокуренный насквозь до самого далекого закутка, вскрывает яркие голубые вены или рвет вооруженную до зубов охрану руками заживо вместе со всем дерьмом и суками. Останавливается только автоматными очередями. В упор. В голову.
Габриэль любил это состояние, как героиновый наркоман с пятилетним стажем до одури, до белого каления любит родную мать-иглу, на кончике которой помещается столько голопятых ангелов, что и не сосчитать, как любят черную движуху и все движения от широкой руки, от винта в аквамариновом небе; он знал, как вызвать его искусственно, под определенным углом загнав кривой штекер в забитый пылью разъем и как вовремя закрыть глаза, чтобы не ослепнуть до скорого хирургического вмешательства; он никогда не забывал оставить рядом обгорелую бумажку с номером телефона, именем и адресом той квартиры, которую снял как раз на запланированный вечер; сказать, что будто всегда это знал по умолчанию, что все это было заложено пышногрудой акушеркой с первым шлепком - и теперь все настолько в киберканоне, незыблемом, стоящем выше обывательского, выше неуровневого, выше условного, выше высокого; это знание, это умение выше способности сказать, когда даже в искусственном состоянии столь сильно и до-невообразимого приятно проходит по хребту, параллелистично входит в каждый открытый навстречу нерв, и дергать за провода, может, и неокупаемо, но так думают только выпотреблянные отстойщики.
Зверь взбрыкивает. Сильное молодое тело демона бьется, оглушенное болью, прижатое к полу неумолимым жерновом той древней, внутренней войны, победой в которой может стать лишь собственное спасение из перепитья чужой фантазии, бездумного слепого рока, перемалывающего все на своем пути, как бляшка выточенного солнцем камня мелет мелкие золотые зерна. Это та незамысловатая спектральная плата, занятое устройство не оправившегося от шока организма, все углы в скипидарных потеках количеством не меньше, чем в сумерках перед восходом меж проржавевших перекрытий качественно растерты кружевом по оскаленным в припадке самопознания зубам мелкие черничные листики. Дорогой Яручи, если бы ты знал, как тошнотно смотреть на срезы прослойки столь подчеркнуто выделяемой склизкости конструкции и не натыкаться руками на теплый наждак, а на холеную кожу живого человеческого тела. Дорогой Яручи, ты не знаешь еще, что на сороковом этаже все ближе и ближе неоновые всплески и все отвратительней тепло, все прямее улыбка напротив тебя в столь лунном, молочном отсвете и все еще немного снега рядом с растертым пальцами углем. На этом уровне всякая кровавая работа кажется детским развлечением в дворовой песочнице - неужели вам слабо, чтобы звезды на животе, содранном стекловатой, стали уродливыми фееричными фонтанами? Это такая же работа, как и стоять за тележкой и продавать горячие пирожки с пылу-с жару заводного производства. Только приятней.
Бросок навзничь. Локоть на ходуном ходящем горле, заставляющий остановить метания против своей воли и сфокусировать рассеянное внимание на том, кто виноват во всем мучении. Короткий и крепкий захват на свободной, целой пясти, не позволит метнуться с ответным выпадом. Тяжесть. Тепло. Голос, столь же четкий, как и щелчок зубов, и сухие, с горьким привкусом табака губы едва касаются чужих, слегка влажных от слюны:
- Не кричи, как базарная баба.
- Do you really think that he will tell all?..
Переглотнул кадык под локтем. Широко раскрылись глаза, полные бессильного ужаса. Выпрямившись, краем глаза мужчина замечает, как не притворно морщится забравшаяся на диван с ногами Раэль, осмелившаяся без мутного позыва подать голос - пригвожденный к полу юноша воет и звук этот ложится идеально выверенной симфонией к карнавально-красочному действу. Сколько жизни, сколько кристально чистой, незамутненной ненависти льется из этого горла прекрасным контрастом, пока голосовые связки не выдерживают: вой быстро и мелко стекает до приглушенных хрипов, булькающих, скулящих. Если веки горячи, а пальцы холодны - это первый признак высокой температуры или безлунной ночи. Белые сны - признак лучевой болезни. Кислый привкус во рту, спазмы и сухие позывы внизу живота, аритмия - признак ломки. Габриэль поднялся с начавшего сипеть демона, перешагнул через слабо брыкающееся тело, не способное найти в себе силы выдернуть кусок неумолимого металла из все сильнее горящей плоти; эта боль того отвратительно подлого рода, что не затихнет, даже оставь ты ее в покое. Выверено и точно каблук опускается на вторую ладонь, опрометчиво оказавшуюся навесу, чувствительно прижимая ее к полу, и мягкость ковролинового покрытия кажется изощренной насмешкой - под ним все равно жесткая прочная поверхность. Болевой шок?
- Или я размозжу тебе пальцы.
Вес тела плавно перемещается на правую ногу, подтверждая, что эти слова не шутка и не угроза, а простая констатация факта, в приведении которого в реальный мир он не помедлит на на секунду. Кровь тонкими багровыми змейками струилась по хищному лезвию ножа и впитывалась в густой короткий серый ворс, обозначая вокруг руки медленно разрастающееся влажное темное пятно. По одному только виду демона невооруженным глазом было заметно, как он спал с лица - и все процессы, происходящие сейчас в его потрясенном нервной нагрузкой организме отметились на его измученном за те краткие минуты лице. В приглушенном свете при задернутых шторах показалось, что стал еще бледнее. Это та маска, отражающая поразительной ясностью, когда единственная надежда даже не на спасение, а на понимание со стороны другого человека разбивается вдребезги фарфоровой скульптуркой. Габриэль равнодушно охлопал себя по бедрам. Да, зажигалка, в заднем кармане джинсов. Пачка сигарет описывает крутую дугу со стороны дивана практически под потолком и, встав вполоборота, он легко ловит ее на раскрытую ладонь, так и не сойдя с начинавшей неметь ладони не успевшего до конца сознаться преступника. В клубах выпущенного из легких дыма добрая, понимающая улыбка - практически, как в самом начале разговора.
- Раз сказок нет, поговорим о были. Ты хочешь жить?
Пожалуй, впервые в жизни ему предоставится столь заманчивая перспектива в форме самого банального вопроса, подходящего по смыслу ко всякой ситуации: правильно расставить приоритеты и понять, что собственная жизнь важнее материальных благ, развлечений, дорогих безделушек и даже просто удовольствия от совершения того или иного поступка - пусть здесь, пусть наедине с физической болью и мутным отголоском терзаемого разума, пускай с тонким пролежнем раны унижения, но жить, каждодневно вдыхая в легкие причитающуюся каждому порцию кислорода и с благоговением ощущать размеренный ритм собственного сердцебиения. Как знать, ведь богаче даров, чем эти, и не сыскать на целом свете? По короткому кивку Раэль поднялась с дивана, подошла к столу и начала искать что-то в одном из ящиков, перекладывая на столешницу бумаги и плоские коробки.
- Было бы не плохо, а?
Прежде чем заметить под мышкой кровавый бубон и разложиться заживо в гнойных волдырях, вы успеете доесть мороженое и сфотографироваться с обезьянкой на фоне перил и веерных пальм морской эспланады. Привет из солнечной Таормины города-курорта на чумном карантине. Первым десяти заразившимся - скидка. Девушка ставит на стол пластиковый короб, открывает стальной механический замок и разворачивает его, с откинутой крышкой, против себя. Настольная лампа посылает бойкий лучик на гладкие стеклянные бока. Впрочем, что до содержимого - из своего положения звереныш вряд ли сможет разглядеть в том направлении что-то большее, чем край стола.
- А что еще лучше? Сохранить все свое тело в единой композиции, - каблук тяжелого ботинка крепче прижимает ладонь к полу, перекрывая кровоток и едва ли не заставляя трещать тонкие хрупкие кости, - Яручи, посмотри в глаза реальности. Мне проще сделать вид, что ты никогда не заходил в двери этого кабинета: сам ведь понимаешь, нет человека - нет проблемы.
- Голубая пижама, черный сияющий унитаз, щеки, синюшные и отечные, как нераздоенное коровье вымя, закупорка сосудов мозга, трахея забита рвотными массами, из вены торчит шприц, в опухшее предплечье впился резиновый шланг перетяжки - опознать тебя еще можно, - тихо закончила начатую мысль демонесса, без видимых усилий переходя с английского языка на японский, но оставляя за собой легкий романтичный акцент. Создание, не теряющее лицо на при каких обстоятельствах.
- Для тебя же проще рассказать, что ты сотворил на самом деле, - затяжка. Сизый дым с мятным вкусом оседает во рту, - в полицию я пришел с желанием сделать признание...ведь так?
Вот он, затравленный в подсознание страшный сон, когда стараешься двигаться быстрее, делая шаг шире, но в итоге оказываешься стоящим на месте. Хирургически чистый, слепящий глаза свет лижет пятки, глушит звонким хлопком выстрела, крошевом выбивается из колонн. Там смерть. Она дрожит от возбуждения, чувствуя запах крови, безумного страха, ближе наступает, почти ласково обещает избавить от боли, стоит только остановиться, замедлить шаг, запнуться. Раэль, не оборачиваясь на странную, замершую скульптурную группу двух людей, высыпает и пепельницы мусор окурков в стоящую под столом урну, протирает влажной салфеткой из яркой веселой упаковки и рвет в нее бумажки одну за другой.
- На него у тебя есть пятнадцать минут.

0

166

Набор слов № 3

Можно ли считать раем то, что происходит в реальности? Простой поцелуй, ничего более, на первый взгляд. Он - подозреваемый, она - полицейская. Все просто, как осенний дождь, стучащий своими тяжелыми каплями по скользкой мостовой. Слышен шум ветра в ушах, завывающий свою унылую песню. Его свист отчего-то не раздражает, а наоборот нравится. Так же как и все внешнее окружение. Серое, словно только вышло из черно-белого кино. Стандартная картина поражает рассудок новой мечтой, за которой хочется броситься стремглав, не обращая внимания на то, что реальности далеко до такой романтики, как тишина осенних улиц. Обычная тишина, которую разъедают небесные капли дождя едва уловимым шуршанием. Они ниспадают, как в замедленном кадре американского фильма. Задерживаются в воздухе, будто бы не могут позволить себе нарушить такой сладкий момент поцелуя. Это простая бесчувственная жидкость, но кто-то останавливает её, давая двум людям под большим черным зонтом закончить свой поцелуй.  Весь мир замирает и наблюдает за ними, словно пытаясь угадать, что же будет в следующем кадре. Её алые губы, сочные, как цветы,  выделяются ярким цветом на фоне черно-белых тонов. Они в последний раз прикасаются к его губам, а потом отдаляются. Для неё это всего лишь игра, а для него? Вновь слышится шум дождя, его капли разбиваются об брусчатку, создавая едва видные разводы и дополняя лужи, которых становится все больше и больше. Она выходит из-под зонта, удаляется на пару шагов назад, а он, словно приклеенный к этому месту, не может пошевелиться. Смотрит на свою Богиню с ожиданием смиренного раба, внимает её голосу и только потом осознает, что перед ним все та же полицейская. Реальность вернулась, грубо выталкивая его из собственной фантазии, идеального мира, в котором существуют лишь они вдвоем.  Осенний вечер. Капли дождя морским бризом затронули его лицо, мешая смотреть на удаляющуюся фигуру, которая постепенно становится совсем другой. Два мира в очередной раз сплетаются воедино. Это похоже на бутафорию реальности.
Какой же ты уныло-сентиментальный, аж тошно...
Да, пожалуй, идеальным можно было бы назвать любой мир, где нету эти двоих советчиков, которые иногда портили жизнь своего хозяина, разъедая его сладкие фантазии, как соленый вкус в праздничном торте. Горько, но выплевывать жалко, ведь сам заплатил за этот грёбаный торт. Вот теперь и сидишь, кривишься, поедая очередной кусок его колкости.
Пантомим хренов, - вносит свою очередную вескую фразу в сознание Джаспера чёрт, развалившись на его левом плече и лениво косившим глаза на девушку.
А ведь действительно, он был в какой-то мере прав, так как Джаз начал усиленно изображать из себя рыбу, каким-то чудесным образом свернувшим губы в трубочку и как ребенок тянул их куда-то вперед. Видимо, к девушке. Не хватало еще костюма в полосочку, белоснежного грима на всю морду-лица и, конечно же, старательно нарисованной синей слезы под правым глазом. Как звали того неудачника, воздыхающим по синеволосой Мальвине? Кажется, Пьеро. Что ж, этот образ довольно подходил к нынешнему положению парня, который шустро взял себя в руки и не придумал ничего умнее, как уподобляясь примеру беса, развалиться на кресле, свободно откинувшись на мягкую спинку и расслабившись.
Смею тебя разочаровать, Джа. После такой рожи тебя вряд ли захотят снова поцеловать. Это как эксперт тебе говорю.
Сссобака... почему-то сейчас больше ничего не пришло на ум, чем сравнение гнусного чёрта с таким умным и преданным существом, как лучший друг человека.
Это тоже самое, что и прикинуться утопленником. - продолжал рассуждать тот с важной миной. - Смех и слезы, ты теряешь хватку. Или решил устроить внештатный день дурака? В курсе, что у тебя неплохо получается? Я бы даже сказал, отли-и-и-ично. 
И расхохотался, заглушая собой речь девушки. Скосив на него глаза, Джаспер убедился в том, что черт был сейчас похож на красный шарик, которые обычно раздают на аттракционах и зачастую детям. По громкости он превосходил всякую толпу и приступ смеха продолжался бы еще несколько часов, если бы не воображаемые беруши, которые помогли убавить звук со стороны советника и вслушаться в слова девушки:
- Насчёт осмотреть твою спальню - я подумаю над предложением. А то у нас был случай тут недавно...маньяк насиловал девушек, а их тела прятал в шкафу и под кроватью.
Дальнейший рассказ детектива был воспринят с полным безразличием безалаберного лентяя. Развалившись в кресле настолько, насколько это могли позволить наручники, он просвистел пару предложений девушки, а потом неожиданно для самого себя изрек:
- Я маньяк. Вечерами я выбираю себе жертву, потом её преследую, загоняю в тёмный подъезд - и смотрю, смотрю, смотрю!
- Да ты точно маньяк!
- Да, я маньяк. Маньяк-смотрун!...

После чего решил уточнить:
- Шутка.
Пожал плечами, почувствовав холодную сталь на руках и улыбнулся.
- Для тебя сегодня акция. Произнеси буквы, образующие твою личность, и получи свободу. Свободу рук. Я должна знать, кто ты. Подозреваемый...
- Скажу, только в обмен потребую две вещи. Два слова "крыша" и "парк". Их значения довольно просты и связаны между тобой и мной. Я приглашаю тебя на встречу, рандеву, свидание. Ты согласна?
Это похоже на колесо фортуны. Крутишь и не знаешь, что получится - выигрыш или проигрыш. Это уже решать не ему. Все в руках Богини.

Отредактировано Jasper Kyd (2011-03-31 17:16:35)

+3

167

Может, это всего лишь сон почти простуженного воображения - ты такая, какой тебя считает общественность и этот забавный мальчик. Дым заполоняет разум, заставляя выпендриваться - набивать себе цену. Дерзай, у тебя отлично получается сверкнуть бриллиантами в синеве глаз. Свет падает удачно...
Каштановые, волнистые локоны небрежно свисали, не давая назойливым солнечным лучам мешать этой вооброжаемой войне. Морская батталия второй мировой - Япония и Союзники...два моря, две страны. Две культуры, две души. Осталось лишь два новеньких фрегата, которые только начали привыкать к ударам волн об их обшивку.
Нет, Рейчел. Ты уже испытала и самонаводящиеся ракеты. Убежала, скрылась, уплыла куда-то за моря...посмотреть на сакуры? Именно, на цветующие сакуры - на вооплощение божественной нежности среди этого запачканного нефтью океана жизни.
А ты зачем сюда явился, мальчик? Он явно не японец. Может, русский? - догадки были обоснованы и просты, как задание для стажёров-недотёп. Даже слабовидящие и слабодумающие могли заметить, что у парня не наблюдаются узкие, тёмные глаза. Вариант линз и пластический хирургии не рассматриваем. До этого ещё не дошли страницы книги, под названием "Незнакомец". Или же, всё-таки подозреваемый?
Он расслабился, развалившись в старом, скрипящем кресле.
Значит, скучно тебе, да? Совсем-совсем не страшно? Не капельки? Фуухх...какая вредная игрушка в этот раз попалась. Прошлый был понаивнее... - Рей вскинула бровь, раздражённо постукивая ногтями по столу. Как всегда французский маникюр. испорченный зубами хозяйки. Стол, покрытый приличным слоем морилки и лака. Словно зеркало, отражающее свет с большого окна в стене. Окна в этот город...жаль, что с него не видно истины, как на ладони. Лишь призрачная дымка выхлопных газов, вызывающих рвоту и аллергию только своим видом.
Как же мне его ра... - полёт мысли девушки втоптал в землю его смех. Рейчел громко вдохнула и вскинула голову - испуг от неожиданности.
Чего смешного-то? - она искривила как могла улыбку, ясно давая понять что был глупый ход. Ошибка суфлёра этажом ниже, очепятка в тексте, радость вместо горя.
- Я маньяк. Вечерами я выбираю себе жертву, потом её преследую, загоняю в тёмный подъезд - и смотрю, смотрю, смотрю!
- Да ты точно маньяк!
- Да, я маньяк. Маньяк-смотрун!...

Парень был полон позитива и имел отличное чувство юмора. Так и запишем в его деле.
Стоит ли смеятся? Нет, наверное стоило бы расстроится, ибо никакого насилия девушка на себе не чувствовала. А он на неё смотрел. К гадалке не ходи - видно, что он возбуждён и уже дошёл до джинс...
- Шутка.
Мог бы не уточнять такие очевидности. - ведьма отвернулась от допрашиваемого, делая вид, что изучала замысловатый узор на обоях.
- Скажу, только в обмен потребую две вещи. Два слова "крыша" и "парк". Их значения довольно просты и связаны между тобой и мной. Я приглашаю тебя на встречу, рандеву, свидание. Ты согласна?
Время даром не теряет. Молоток.
Самый лучший способ сдобрить детектива - это начать кормить, развлекать и поить его. Плюшечки из рязряда конфет, портящих зубы и фигуру, цветов, которые в скором времени завянут и...
...до этого не дойдёт. И не надейся.
Бернелли закрыла глаза, скрестив руки на груди.
Кажется, я ему понравилась. Сыграет ли он для меня что-то нужное? Хмм...надо дать шанс. Себе.
- Вот смотри. - резко застоялый, комнатный воздух, пропитанный за ночь деревянным ароматом нового шкафа, с теми, уже привычными нотками парфюмерии сотряс низкий голос ведьмы.
- Ты утверждаешь, что ты маньяк-смотрун. Лишаешь девушек чести глазами. Это ясно. - Рейчел повернула голову в его сторону.
- Отсюда я могу сделать вывод, что ты уже и надо мной поработал. А это между прочим, статья... - задумчиво произнесла девушка, направившись к подозреваемому.
- Надеюсь, тебе понравилось. Меня насиловать. Люблю, когда мной довольны. - одна рука сжимала его запястье, другая уверенно отперала замок на холодной стали наручников. Радуйся, свобода.
Оковы с грохотом прокатились по глянцевой поверхности стола, похоже, немного поцарапав её.
- Ты хочешь приглсить меня в парк на поиски твоей крыши?
Наверное, поддержать тему юмора тоже стоит попробывать. Нота кислинки в дорогом вине, алкоголь в квасе...без неё никуда.
- Ты хочешь, чтобы я тебя поискала? Побегала, посуетилась? - Рейч протянула ему руку.
- Я согласна.

+2

168

Пригласить детектива на свидание. Разумно ли это? Ведь следует учесть то, что она считает его преступником. Кража жевательной резинки - это конечно же преступление, но не настолько, чтобы можно было сажать в тюрьму или заводить личное дело с пометкой красным жирным шрифтом "Особо опасен".  В любом случае, отказываться от своих слов было не в правилах Джаспера, особенно когда дело касалось таких девушек, как госпожа Бернелли. С виду недотрога, а внутри?   Подумывал парень, осматривая её фигуру с видом настоящего ценителя...
.. женских тел. - как обычно без разрешения вмешался чёрт, покуривая миниатюрную даже для его роста папиросу. - Слыш, Джаззи... а ты не задумывался о том, что тебе нужно было идти на сексопатолога? Идеальный способ познакомиться с очередной девицей, за которой даже ухаживать не нужно, чтобы она свои прекрасные ножки ... 
Умолкни, смерд неверный! - вовремя остановил его ангел, играя на арфе прекраснейшую мелодию, понятную только истинным гурманам оркестральной музыки. - Женщины - это... 
Цветы жизни?   - вяло предположил чёрт за что сразу же схлопотал удар арфой по своей многострадальной голове.
Джаспер тем временем был поглощен созерцанием фигуры прелестной девы, которая находилась всего в нескольких шагах от него. Медленно переводя взгляд от её стройных ножек до коричневых волос, которые слегка отсвечивали рыжеватым цветом, он неосознанно задумался о том, что между девушкой и его Богиней есть определенное сходство. По крайней мере, внешне они были практически идентичны. Это заставило его углубиться в изучение облика детектива еще тщательней, так что Джаспер неосознанно подался вперед, пытаясь воссоздать в памяти свою недавнюю фантазию. Осень, вечер, дождь. Они вдвоем под зонтом. Её поцелуй, а потом она его покидает. Едва заметно улыбается и выходит из-под зонта. Её лицо скрыто тенью. Странно, что даже тогда, в такой непосредственной близости, он не смог запомнить её лица, чтобы сейчас сравнить с лицом детектива. Это могло показаться полным бредом, но стоило попробовать. Впрочем, сам образ Богини оставался для него неким идеалом, который не существует в суровой реалии жизни. Следует ли подвергать свой рассудок новым пыткам? Хотелось верить в то, что перед ним стоит Она, но в то же время были сомнения, большие сомнения на счет того  существует ли Она вообще, в реальности?
-  Надеюсь, тебе понравилось. Меня насиловать. Люблю, когда мной довольны.
Понравилось. Признавать правду иногда довольно легко, особенно в мыслях. Она ведь не телепат, да?
Девушка была рядом. Наверное, даже слишком. Джаспер не отрываясь смотрел в её глаза и едва заметно улыбался. Странно было для него находится в такой близости с девушкой и не хотеть её поцеловать. Нет, это было не из-за того, что она его не интересовала, наоборот, Рейчел чем-то привлекала парня, словно магнит, притягивала к себе. Только вот чувство было такое, что с ней он будет видится теперь довольно часто, так что не стоит торопить события.
Сделай это! Будь романтиком! - возопил чёрт на левое ухо.
Джаспер взял протянутую ручку девушки и, глядя ей в глаза, легонько поцеловал. Как это и делают нормальные уважающие себя джентльмены-авантюристы. Быть может на Казанову он мало чем походил, но немного приличной романтики не помешает.
- В таком случае, вынужден откланяться, mon cher . - проговорил он, вставая со стула и даже согнувшись в шутливом поклоне. – Надеюсь, ты не заставишь меня долго ждать. Хотя я прекрасно понимаю, что все очаровательные девушки обязаны опаздывать на полчаса, заставляя своего кавалера томиться перед распахнутым окном высокой башни…
Очаровательно улыбнулся и покинул кабинет детектива, оставляя последнее слово за девушкой. Зачем прощаться, если их встреча еще не за горами?

====== Студия звукозаписи.

Отредактировано Jasper Kyd (2011-04-10 20:25:53)

+1

169

Ядовито-зеленоватый, мерцающий, моргающий, дрожащий, трясущийся свет фонарей оставляет одинокие пятна на дороге. Каждый из них - это звезда, подобная тем, что в космосе, но всей массою своей сжавшаяся до размеров обычной лампочки. Они питаются топливом моей холодной ярости, пустотой моего шаткого спокойствия. Первородная, истинная, неповторимая, бесконечно концентрированная в бесконечно малом размере, ядовитая безвекторная ненависть ко всему человеческому. Вот, что это такое. А не свет.
- Ты будешь моим, Стрелок. Рано или поздно, так или иначе, - пообещал горький шоколад в обрамлении коротких, черных ресниц, и мужчина поднялся. Молча и неторопливо снял пиджак, длинные черные волосы скользнули шелком по воротнику стойкой. Сложил на спинку невысокого, оббитого красным, дивана. С нескольких попыток вытащил запонки белого золота из манжет отутюженной рубашки, положил на деревянную полку рядом с пушистым, свисающим гроздьями листвы и тонких веток цветком в горшке. Аккуратно закатал рукава по локоть, подошел к стене с небольшой коллекцией холодного оружия на деревянном подлоге, и снял плеть. Помяв в руке кожаную, плетеную, пересохшую от долгого бездействия, хлопушку, опустил в круглый неглубокий аквариум, распугивая подводных обитателей, метнувшимся в заросли зеленых, извивающихся в пузырьках воздуха, растений. Дав плети "напиться" вдоволь, ладонью стер лишнюю влагу.
Первый, пробный, размашистый удар с разворотом плеч со свистом опустился на спину недвижимого у стены человека, в лохмотья разрывая кожу. Жгучий оттяг, и вслед за ним второй удар, чуть-чуть отклонившийся от параллели первого. Он заметил, как увидев замах тварь наклонилась вперед, опуская голову, и нехорошо осклабилась - перед ним словно предостерегающая обидчика собака. Тонкие выделки серебра впились в свежее мясо, наполнив комнату горьким запахом горящей плоти. Аквариум рухнул от удара широкого плеча, когда белое, длинное тело юноши метнулось в сторону, пытаясь избежать следующего удара, но короткий пинок в ребра опрокинул его обратно на пол. Придавив поясницу Стрелка между прочно скованных рук коленом, мужчина сгреб влажные, торчащие иголками, как у ежа, темные рыжие волосы в кулак и ткнул носом в резную раковину, выпавшую из разбитого украшения, вместе с бессильно распластанными по полу водорослями, подпрыгивающими в утлой лужице пучеглазыми рыбами. Тонкие перламутровые створки треснули под напором упрямого лба, и рассыпались прахом...

- Джей.
Габриэль слегка заторможено обернулся на голос, неловко роняя пепел с сигареты на лицо распятого по полу юнца, сдвинул каблук с ладони, придавив к тонкому мягкому покрытию побледневшие пальцы: однако, уже несколько минут только полные страха и холодного загнанного бешенства глаза из-под разметавшейся по лицу светлой челки давали понять, что щенок еще жив и может ухватить своими молочными зубками всякого опрометчиво потянувшегося к нему. Мельком бросив взгляд на другую, болезненно сжатую вокруг охотничьего ножа, заметил, что острие вошло в руку аккурат между выступающих косточек среднего и указательного пальца, однако, лишь раздвинуло их в стороны, а не раздробило напрочь.
- Джей, - заглядывая в отрешенное, серое лицо, Раэль обогнула стол, протянула на раскрытой ладони набранный шприц. Теплое стерильное тело. В пепельнице среди жженой бумаги остались мутные розоватые капли, напоминающие разведенный марганец, и ампула без номера с аккуратно отломанным кончиком. Взгляд медленно перемещается с предмета на предмет, цепляется шершаво за каждую трещинку на сколотом стеклянном крае, прожженное пятно в скомканном обрывке полупрозрачной бумаги, свернутой в трубку, темные мелкие пятна, словно от брызнувшего во все стороны пороха, на лакированной поверхности стола, практически ощутимой тяжестью останавливается на узкой изящной кисти, аккуратных, но вызывающе-ярких ногтях, от которых в голове лениво шевелится мысль о том, что Раэль снова выбрала плохого мастера для рисунка на своих коготках. Впрочем, у нее никогда не было вкуса к подобным вещам, - тебе же было тогда семнадцать и ты до сих пор помнишь все это? Я знаю, я вижу, ты снова вспоминал его.
Холодные, влажные, словно маленькие кусочки льда для коктейлей из силиконовой формы, пальцы коснулись уродливого, неровного шрама, пересекшего правый глаз мужчины. Она была второй. До того стылого дождливого дня в разваливающейся на куски Германии только Аша любила касаться отметин, оставленных на его теле Голосом, но в ее глазах в те краткие мгновения вспыхивала ненависть: та самая, кровная, наполняющая горло всякого хищника восторженным воем, а кровь адреналином; суккубой же правил только ее интерес, сдерживать который она не считала ни нужным, ни возможным. Габриэль беззлобно усмехнулся, забирая предложенный шприц и медицинский резиновый жгут, сошел с руки притихшего мальчишки и, подмигнув ему, как старому доброму товарищу, опустился рядом на корточки. Убрал с лица волосы, кончиками пальцев провел по заострившейся линии скул и качнул с некоторым сожалением головой:
- Извини, с твоим признанием придется повременить - время поджимает. Сам понимаешь, дела, - перехватив Яручи за плечо поудобнее и приподняв слегка над полом, он быстрым отработанным движением перетянул предплечье жгутом, растер ребром ладони светлую кожу на внутренней стороне, подождав, пока набухнут потоком и поднимутся вены, стравил воздух и точным движением попал в вену. Ввел самое верное лекарство от дурных мыслей. Осторожно извлек иглу и тут же приложил к месту прокола намоченную в спирте салфетку, практически бережно сгибая руку юнца в локте. По здоровому, молодому организму пройдет, как по скоростной трассе и, окинув взглядом запрокинутое белое лицо, Габриэль с удовлетворением заметил, что на висках уже выступила легкая бисерная испарина. Уксусный привкус первого прихода коснулся воспаленного неба, - где ты, говоришь, живешь? Впрочем это не так важно.
Не дождавшись ответа, Раэль обидчиво поджала полные губы, но промолчала - она никогда не была глупой и, в отличие от собственной не состоявшейся жертвы, следила за языком и тем, что с него слетает, однако, к сожалению, лишь в тех моментах, в которых считала нужным. Как обычная деревенская мышь в старом деревянном доме или роющаяся в амбарном мешке, она росла и развивалась, пока не стала что та стальная крыса, готовая прогрызть прутья железной решетки нового города, стенки желудка каменного мешка в угоду себе и своему порядку, но никогда не способная прибиться к стае. Свой кусок хлеба девушка тащила только в собственный уклад и предпочитала не иметь быта. Спонтанная, до последнего времени Раэль всегда была готова сорваться с места, сесть на скоростной поезд и покинуть город, в котором на нее была объявлена охота федеральными властями, но здесь...здесь была душа, которую суккуба жаждала более всего на белом свете. Душа, за которой бы она спустилась в самые глубокие дьявольские чертоги и к которой поднялась бы на седьмые небеса через порядки ангелов.
- Отвезешь его в больницу, найдешь доктора Мершаля и скажешь, что от меня. Пусть положит его в палату к бездомным или наркоманам, - мужчина придержал ладонь несостоявшегося помощника детектива, зрачки которого сошлись в точку высоко на потолке, едва не потерявшись в широкой радужке, одним рывком выдернул нож и, обтерев о его же край рукава, убрал обратно в ножны. Рану на руке пришлось туго перемотать марлей, поскольку в штатной аптечке не обнаружилось упаковки бинта, в котором моток был бы больше в длину, чем пятнадцать жалких сантиметров. Замерев, ненадолго, с любопытством вгляделся в эти голубые глаза. Кюрасо. Колотый лед. Но, он все это видел не раз.
Стены давили на него, пол будто проваливался, а потолок становился все ниже, заставляя сгибаться, ибо не было места, чтобы стоять во весь рост. Сигаретный дым предательски летел не в окно, а в комнату, предвосхищая очередную вакханалию скандала и старческого маразма после. Отравленное пойло на кончике иглы упорно занималось своими прямыми обязанностями, отвлекая тело от переживаний. Но не рассудок. Эта нахлынувшая вдруг квинтэссенция пустоты и (иллюзии?) обреченности на одиночество в конце сводит с ума. Буквы расплываются по страницам, залитым вермутом, пытавшимся похоронить то, что априори всего лишь эмоциональный бред вперемешку с графоманией. Голова его тщетно пыталась каким-нибудь образом освободиться от тела и, вслед за зовом, пасть из окна кабинета, расположенного на двенадцатом этаже четырнадцатиэтажного дома, и разбиться на сотни осколков.
Кто следит за тобой?
И он, будто не в силах, падает на колени пред самим собой, или же перед чем-то сторонним, не желавшим выдавать себя.
Габриэль без труда поднял шатко стоящее тело с пола, поставил в близкое к ровному положение и придержал за плечи так, чтобы не было возможности опрокинуться ни вперед, ни назад. Юнца мелко трясло, напряженные мышцы начинало сводить болезненной судорогой, но блаженство сознания, колыхающегося на сахарных волнах, было превыше того. Подошедшая суккуба взяла его под руку, позволив опереться на себя. Она уже успела накинуть легкое весеннее пальто, скрыть шею от ветра тонким шелковым платком с египетским рисунком и в левой руке держала ключи от машины, поджидающей на стоянке под окном.
- Поосторожней. Пусть ценит реализм.
- Он все равно ничего не вспомнит, - вторая волна прихода. Самая опасная. Прилив по самое горло. И выше глаз. До лба и темени. Когда девушка вышла из кабинета, щенок пошел за ней, едва передвигая ноги, как лунатик: двигая тело, как нечто отдельное, громоздкое, так толкают впереди себя нагруженную кирпичами тележку или уродливый гипсовый слепок.
Отыгрыш был свернут, поскольку игрок находится не в состоянии вести его дальше.
Персонаж Yaruchi доставлен в Центральную городскую больницу. Февраль. 2011 год.

Апрель. 2011 год.
Утро.

Искушение. Вот та единственно верная, безотказная движущая сила, управляющая скрытыми страстями людей, заставляющая их совершать поступки, при одном упоминании которых одни раньше гордо вскидывали голову, отворачивались, уходили, другие наоборот, лезли бить морду, полыхая праведным гневом. Искушение. Оно для каждого свое. Для одного это деньги, туго набитые в чемоданы черной кожи, достойная и не ограниченная ничем власть, для другого сексуальная, нестерпимая жажда, для третьего скрытая страсть к азарту, для четвертого - возможность вырваться за рамки дозволенного. И так до бесконечности. Вариаций множество. Сколько людей, столько и тонких нюансов искушения. Задолго до рождения Голоса, задолго до его появления в жизни Габриэля, это придумала одна хвостатая, рогатая сволочь, что обернувшись змием, протянула яблоко в Райском саду и дщерь человеческая, поддавшись искушению, взяла его, надкусила, а потом передала этот древний первородный грех познания и искушения отпрыскам своим. Но тварь не угомонилась на этом, обучив других, посланников своих, пороку соблазнять. Только найди надлом, только определи небрежно прикрытую брешь, потаенную жажду человека и он твой со всеми своими потрохами. В тронувших смеженные веки воспоминаниях заискрились весельем темные глаза на красивом лице молодого мужчины. Его широкая, смуглая ладонь легла на вздувшуюся от напряжения мускулами шею сидящего в ногах юнца, холеные пальцы, украшенные массивными кольцами, уперлись в кочки выступающих из под мышц позвонков, а большой медленно провел по грубому рубцу, сначала просто ощупывая его. В кожу ладони, перегоняя кровь, забилась синяя вена. Под плоскостью большого пальца взлетел вверх, и с размаху ухнул вниз комок кадыка. И снова палец заскользил по шраму, исследуя очертания некогда стягивающей шею удавки. Белые и неровные, с острыми зазубринами по краям, они выступали призраками, отпечатками какой-то трагедии прошлого. Работали там явно не профессионалы.
Мир уже не рушился - от него остался лишь пепел. Бескрайняя черно-серая пустыня, каждый след в которой остается лунным кратером. Легкий ветер, играясь, поднимал бурю, пепел лез в глаза, рот, уши, ноги тонули в этих зыбучих мягких "песках"; тогда каждая прошедшая секунда оборачивалась этой золой, всякое воспоминание слетало от неосторожного движения, осыпалось беззвучно и больно. Они хотели проглотить, чтобы точно не терять, но он не мог там оставаться. У него не хватало сил на то, чтобы расслабиться, забыть и забыться, перестать бороться с самим собой секундной давности и отдаться пеплу, остаться лишь в своих неясных, размытых, словно спиртовой рисунок на акварельном листе, воспоминаниях. Все слилось. Прошлое стало расплывшимся, бессмысленным и не похожим ни на что. Целый мир обратился в обсидиановые руины, которые распадались, рассыпались, превращались в пепел.
Трещина открылась и духи летели за ним, чтобы вытащить из этой безжизненной пустыни под колпаком неба в голубой глазури, наружу, но не туда, где оставались многие - в грязи и смраде. Не раздумывая ни секунды, он отправился с ними. И летел навстречу выходу.
О, Невидимые!
Поднимите меня, освободите меня от моего отвращения. Освободите меня от себя, который остался в моей памяти, в небытие, там, где он, кричащий от зависти и злобы, старался удержать меня. Позвольте идти с вами, вдоль пропасти, где Пустота, откуда я пришел к вам, но только сейчас почувствовал ваше присутствие. Без цепей, без стыда, без страха!
Я не хочу жить.
Знаешь, а ведь когда ты придешь, ты увидишь, что никакой я не ангел, а обычная человеческая падаль с аллергией на самое себя, частью заплесневевшее, наполовину прогнившее, а на оставшуюся часть просто скверное существо. Романтичная поэма обратится... нет, не в пепел, а в документальную сводку, которая будет бить по самому больному.

Невесомые перья из распоротых подушек крутятся фальшивом снегом в горячем воздухе песчаной планеты. Настоящий жар, настоящий песок, настоящие стены дворца, настоящий бог, стоящий за спиной, смотрящий на тебя живыми, настоящими, полными тоски и ожидания глазами. И фальшивый снег, кружащийся в водоворотах потревоженного тобой воздуха. И вот он, этот не настоящий снег, чем-то  похож на тебя, сродни тебе, слеплен из одного с тобой теста. И именно этим порождена твоя ярость, долго сдерживаемая внутри.
  Габриэль рывком поднялся со своего кресла за столом, вспугнув порывистым движением голубей, устроившихся на подоконнике, и задремавшую на краешке кожаного дивана Раэль: взгляд ее мутных со сна глаз выражал ту поразительную степень удивления, которую могла изобразить только маленькая девочка, сверкающее живое золото, или прожженная насквозь бессмертная душа, отданная огню преисподней за великую силу. В последнее время она редко покидала кабинет, предпочитая всем остальным делам компанию своего недосягаемого мужчины и лишь изредка выходя по необходимым административным делам - в теле земной женщины суккуба потеряла более пяти килограммов живого веса и стала пользоваться косметикой, чтобы скрыть темные круги усталости под глазами. В эти дни Габриэль был задумчив более, чем обычно, редко говорил и мало спал, однако ни разу не притронулся к игле. Зато накануне состриг волосы и побрился. Опрокинув со стола вазу с высохшими цветами неосторожным движением, он подхватил со спинки стула легкое пальто, накинул на плечи и обернулся на выходе через плечо:
- Кабинет закроешь. Майку скажи что я...на задании. В коме. Умер.
- Все и сразу?..

--> Центральная больница города.

0

170

• день: легкие порывы ветра не мешают нежиться на солнце и радоваться яркому дню. Сегодня самое время сходить на последний в этом году пикник.
Температура воздуха: + 21

Квартира №40 (Loki Jensen) ----->

День выдался неожиданно приятным. Насколько парень не любил солнечную теплую погоду, но сейчас будто вся природа радовалась дурацкой лампочке в небе, и даже толстокожий оборотень ощущал это разлитое в воздухе если не веселье, то легкость точно. Чувствовал и сам постепенно поддавался этому общему помешательству, такому характерному для «бабьего лета». Впрочем, в Японии вообще климат теплый и подобная погода осенью не является чем-то из ряда вон выходящего, и уж точно куда желательнее проливных дождей, тоже нередких осенью.
Позевывая, наемник дождался на остановке нужный автобус и, запрыгнув в него, устроился на первом же свободном сиденье. Сунув в ухо наушник, включил музыку и полностью отстранился от окружающего мира, рассеяно следя за мелькающими за окном пейзажами мегаполиса.
- Our glorious city was build by the divinities by Gods, who saw fit to bestow. The gift of a paradise, peaceful and harmonious upon us mere mortals below. – Мелодично напевал в наушниках Элтон Джон. Текс выпавшей песни вызвал у оборотня невольную улыбку и он настолько заслушался, что едва не пропустил нужную остановку, выпрыгнув из транспорта в последний момент.
На удивление быстро добравшись до нужного квартала, и это не смотря на вполне обычные для подобных городов пробки, Ло покосился на наручные часы. «Опаздываю». Мысленно чертыхнувшись, аниото почти бегом двинулся по тротуару, и после очередного перекрестка наконец оказался перед входом в центральный полицейский участок, куда собственно и устроился не так давно на работу сыскарем. А что – работа не пыльная, спокойная… Самое то для него.
- Капитан Локи Йенсен, работаю здесь с сегодняшнего дня. – Он легонько козырнул коменданту, к которому направился сразу после того, как вошел в здание полицейского участка. Крепкий моложавый азиат скользнул по нему безразличным взглядом и, достав из под прилавка значок и табельный семнадцатый глок, протянул все это Йенсену. – Спасибо.
Забрав положенные ему по службе предметы, он вырулил в коридор, а оттуда в маленький кабинетик, располагавшийся в отделе сыскарей. «Не густо». Оглядевшись и поморщившись – слишком уж скромной, призванной не отвлекать от работы, оказалась обстановка. Со вздохом зашвырнув глок в ящик стола (Зачем ему эта пукалка, когда у него свой вполне серьезный ствол есть?), белобрысый плюхнулся в кресло и взяв с края стола одну из пяти лежащих там папок, углубился в ее изучение.

+1

171

Осень. 2011 год.
• день: легкие порывы ветра не мешают нежиться на солнце и радоваться яркому дню. Сегодня самое время сходить на последний в этом году пикник.
Температура воздуха: + 21
<===== Модельное агентство "Подиум"

Вот и настал момент, когда руки наконец-то дотянулись до этого дела. То, что накопал дальний родственник на счет отца, конечно, неплохо, но маловато и вообще не по делу. Какие-то сомнительные данные на счет махинаций девушку не интересовали. Ей больше было интересно, чем же конкретно занимается папочка в своём ордене масонов. Не постигает же он там каждые полгода новые истины? Вряд ли, не похож он на верующего совершенно. Не корысть, не поиск выгоды, а чистое любопытство руководило девчонкой, решившей воспользоваться выпавшим ей шансом. Во-первых, требуется агентура и связи для претворения в жизнь планов по расследованию, - уже кое-что есть, наброски. Во-вторых, информация, ранее добытая братом, тоже может пригодиться… Как-никак, а Ник практикой не занимался. Точнее, он отследил связи «подозреваемого», некоторые подпольные дела, странные сделки и метания по стране. Но вживую говорить с кем-либо, следить, конечно, не пробовал. Ну да, не хакерская это работа. И в милицию обращаться бессмысленно, не тот уровень. Ведь нынче не верят в мистику, а тупо пытаются объяснить необъяснимое, чтобы хоть как-то успокоить себя. А в том и дело… что мистикой попахивало сильно, со всеми отлучками из дома, разговорами… кхм… с воздухом, самим собой? И в принципе, не стоило просто светиться. Следовало заняться сим расследованием как-нибудь тихо, без привлечения внимания.
Так что, вперед! Хотя, топать туда, где сейчас находился Локи, не было желания совершенно. У Мори наблюдалась даже крохотная фобия полицейских участков. Да мало ли. Её ж окружают сплошь и рядом сомнительные личности, но пока предъяв со стороны органов правопорядка не наблюдалось. Тут Япония. Нечего бояться. Настолько далеко дурная слава близких не заходит. Да и громко это сказано про славу, так… рядовые дела, мелкие преступления. По сравнению с отцом и своим братом «черте-каким-юродным» индиго куда больше виновата. Благо, что об этом знает всего один… да, всего один. Надо ж, вспомнились события аж годовой давности. Не просто всё это. Первое убийство, разделенное на пару кое с кем, без причины в памяти не всплывает. – Хм, а может… интуиция? Неужели я могу встретить того парня именно в Токио ещё раз? Вероятность один к миллиону, если не меньше. Или мир настолько тесен? – Предсказательством Мора никогда не страдала, но привыкла случайно возникшим чувствам верить. Если не то, о чем думается, произойдет, то другое – похожее.
Ну вот, на месте. Здание полиции, от которого хочется почему-то держаться подальше. Казалось бы, что такого? Также как везде – работают вполне… частью, конечно, адекватные люди. Или не люди тоже. Ох, как трудно с этой терминологией. По привычке все – люди, не считая животных. А в голове уже кое-что щелкает, когда пытаешься обозвать человеком того, кто таковым не является. И вообще! Днём нечего задумываться о том, что не входит в нынешние планы. Поехали.
Точнее, пошли. Морриган  направилась ко входу, покосившись на охрану и спокойно их миновав. Если и стояли какие-то здесь сканеры, то девушка была чиста – никакого оружия сегодня и вообще в сумке самые обычные вещи, не считая маленькой странности с двумя мобилами. И что? Нормально. Нынче чудаков хватает. Прошла к дежурному офицеру, даже и не зная, что сказать. Всё просто вроде бы.
- Добрый день. Мне назначена встреча с Локи Йенсеном. – Офицер мельком глянул на открытый паспорт, который Мора на всякий случай представила его глазам, и отвернулся, чтобы позвонить и удостовериться о назначенной встрече мисс Т’а Вермин с сыщиком. Дождавшись, пока переброс фразами по телефону закончится, индиго спросила:
- Как пройти к нему?
- По коридору, в сыскное отделение. Быстро найдете, - бросил дежурный и перестал обращать внимание на девушку.
- Угу, thanks.
Мора пошла в указанном направлении и по своим каким-то ориентирам отыскала нужную дверь. Ворвалась в кабинет, застав оборотня за… чтением бумаг..? Она и не представляла его в таком вот образе. Это необычно.
- Туточки, - бодро сообщила она, подходя и усаживаясь на краешек стола, вполоборота к парню. – Локи, мне нужны твои связи по миру. Знаешь, мой отец очень загадочная личность и я его почти не знаю. Он никогда не рассказывал многого о себе, своих отлучках из дома. Мне интересно, что за этим всем скрывается. Хочу провести маленькое расследование. – Она поставила свою сумку на стол, извлекая оттуда сотовый телефон – тот самый, который ей был дан именно Локи. – У меня кое-какая информация уже есть. От хакера, родственника. Сама озвучивать её не стану, так как кое-что могу упустить или недосказать именно к настоящему моменту времени. Звонить ему? Или стоит это обставить несколько иначе?
Она шла сразу в атаку, не желая услышать отказа. Если любопытство и навязчивая идея завладели этой девчонкой, то она от них не откажется.
- Поможешь? И… «очень обычных людей» впутывать сюда не стоит. Дело тонкое…

+1

172

Атмосфера в кабинете действительно оказалась наиболее способствующей концентрации на работе. Рассеянному взгляду попросту не за что было зацепиться, и он волей-неволей возвращался к лежащей перед парнем на столе папке, открытой на первой странице. Оттуда, с прикрепленной к листу бумаги с личными данными обычной канцелярской скрепкой фотографии на сыщика смотрел коротко стриженый шатен с темно синими глазами. Плавные, в чем-то даже изящные черты лица, впрочем, не делающие парня смазливым, только лишь придающие ему определенный шарм, свойственный большинству французов. Нос с небольшой горбинкой, выдающий примесь то ли греческой, то ли грузинской крови; самые обычные губы с хорошо заметными морщинами в уголках, говорящих о том, что парнишка на фотографии очень смешлив. Задорные искры в глазах… Девушки наверняка вешались на него пачками – это был практически стандартный типаж, подходящий под большинство не слишком притязательных вкусов. А много ли надо студенткам?...
Взгляд опустился ниже и Локи непроизвольно вздохнул, прочитав первые строки машинописного текста.
«Дело о пропаже №…»
Там указывалось шестизначное (!) число, которое абсолютно не отложилось в памяти оборотня ввиду ненадобности.
«Имя: Мишель Дидье. Национальность: француз (эмигрант). Возраст: 21 год. Социальный статус: студент третьего курса университета Тодай».
Далее шли такие ТТХ, как рост-вес-группа крови и прочее, что Йенсену сейчас было малоинтересно – он не знакомиться с этим французом собирался.
- Итак, что тут у нас… - Машинально бурча себе под нос, аниото перелистнул страницу и углубился в чтение собственно сведений о происшествии.
«3 августа 2011 года в 18:00 Мишель с друзьями пошли отмечать День Рождения своего одногруппника к нему домой. В 20:00 того же дня Мишель покинул квартиру товарища для того, чтобы купить сигарет в магазине через десять метров ниже по улице. Обратно не возвращался. В магазине его не видели, что подтверждают и записи камер слежения за тот и следующие дни».
Тут Ло остановил чтение и озадаченно почесал нос. «А причем тут следующие дни? Или он за сигаретами как за смертью ходит? Смешно, чесслово. Хотя перестраховка лишней не бывает – вдруг ложная тревога?» Хмыкнув и поджав губы, опять опустил взгляд на ровные строки отпечатанных на хорошем принтере букв.
«В университете на следующий день не появлялся, ни через день, ни через неделю. В своей комнате в общежитии – тоже».
Дочитав текст, наемник откинулся на спинку вращающегося стула и поднял взгляд к потолку, беззвучно шевеля губами. «Сдается мне, брателло, на тебя висячок спихнули». - Раздалось в голове довольное хихиканье Зверя. На подначку Локи ничего не ответил, тем более что демон был полностью прав – подобная практика имела место быть практически везде, где приходится иметь дело с большим количеством всевозможных бумаг. И полиция – не исключение, скорее уж наглядный пример.
- Висяк – это даже хорошо. Никто не будет требовать, чтобы я им из воздуха пропавшего достал, раз уж профи с этим делом не справились. – Довольно ухмыльнувшись, белобрысый только собрался приступить к чтению следующей папки, как дверь в его кабинет распахнулась и на пороге нарисовалась Мора. Слегка растрепанная, с раскрасневшимися щечками и азартно блестящими глазами… Оборотень даже залюбовался невольно, впрочем его быстро спустило с небес на землю. Не привык он подолгу в облаках витать. Да и трудно о чем-то мечтать, когда на тебя буквально с порога вываливают огромный массив информации.
- Так, стоп. Потише на поворотах… - Дождавшись, пока Слуга замолчит, Барс провел ладонями по лицу, временно отстраняясь от мыслей о работе и переключаясь на заданную Морой тему. – Расследование, говоришь… - Он, машинально крутя в пальцах ручку, задумчиво посмотрел на телефон в руке индиго, параллельно прикидывая все «за» и «против». В итоге просто махнул рукой. – Сначала обстоятельно и не торопясь расскажи все, что знаешь сама, что хочешь от этого расследования и прочее. Не торопясь! – Он специально выделил последнюю фразу интонацией, поскольку, стыдно признаться, не успел уловить весь смысл в выстреленном в него как из пулемета потоке чистого сознания беловолосой бестии.

+1

173

- Хм, - девушка подняла взгляд к потолку, постаравшись не съязвить в очередной раз. Просто, когда она серьезно настроена и её не желают услышать с первого раза, то от этого хочется рвать и метать. – Хорошо, - протянула она, переведя пристальный взгляд на парня. – Я хочу выяснить, кто мой отец – человек ли вообще? – и чем он занимается. Он каждые полгода отлучается в масонскую Ложу, но не ясно с какой целью. На человека, постигающего какие-то духовные тайны он не похож. Мало того, его замечали за странными действиями, которые можно назвать магией, и сделками, в двадцать первом веке кажущимися более чем… смешными. Он не оккультист там какой-нибудь. – Она не знала, что ещё вообще может рассказать, так как большую часть информации её братик оставил себе и пока не поделился.
- Не обязательно твоё участие, можешь дать только направление и связи, - закончила Морриган, догадываясь, что этим не обойдется. Тем более, Ник сам её провоцировал на знакомство с Локи. Видно что-то заподозрил, попытавшись «копнуть» под неизвестного.  В принципе, у индиго получалась довольно-таки дурацкая причина для поднятия такого «кипиша». Всего лишь любопытство. Хотя, может быть она в будущем хотела извлечь некую выгоду? У неё ж обычно далеко планы идут… - У меня есть только информация, точнее… не совсем у меня. А вот слежка, поиск, в общем, к практическом расследованию нет возможностей. Стоит начинать всё это, конечно, с России. Хотя, теперь уже не знаю. Надо звонить моему… - она запнулась, - знакомому. – Называть вслух Николая своим братом язык не поворачивался, слишком дальний родственник.
Мора вздохнула, крутя мобильник в ладони. Может зря она это затеяла? Ну, осталось бы тайной. И что? А вот ничего. Хочется узнать. Если уж отец ей не рассказал об истинном положении дел, то всё, наверняка, обстоит весьма интересно и опасно. А это самое то. Ходить по лезвию ножа – чуть ли не самое любимое занятие у этой немного сумасшедшей блондинки.
- Ну так что? Поможешь? Или посчитаешь, что данная затея глупая и бессмысленная? Я не могу сказать сейчас больше, нужен звонок. Я очень хочу узнать, кто ж такой мой папочка. Раз существует в мире столько всяких рас, некоторые из которых даже не люди, то вспоминая кое-какие папины рассказы и фокусы, начинаю подозревать его на принадлежность… не к обычным людям, - всё было сказано с легкой задумчивостью, без спешки. – Вполне может оказаться всё достаточно просто и мои параноидальные мысли всего лишь порождение больной психики. Я не требую от тебя ничего, всего лишь прошу, - она улыбнулась немного смущенно, но вполне открыто. О, какой всё-таки ерундой можно страдать в таком возрасте.
Сейчас Локи вполне может опустить её с небес на землю, просто отказавшись от этого дела, которое может оказаться самым что ни на есть провальным и бессмысленным. А может и согласиться. Никогда ж не знаешь, когда жизнь преподнесёт нечто неожиданное.

+1

174

Закинув руки за голову и там сцепив их пальцами в замок, парень разглядывал безупречно выбеленный, без единой трещинки или пятнышка потолок. Эта белизна почему-то навевала ему воспоминания из далекого прошлого – покрытая снегом, ровная как стол равнина и только где-то на горизонте виднеется стена леса, а сразу за ним ввысь стремятся молодые, не слишком-то и высокие по сравнению с большинством своих товарок горы. Внезапно появилось жутко сильное желание отправиться куда-нибудь в лес зимой, упасть в снег и поваляться. Или побродить меж деревьев, вдыхая ни с чем не сравнимую гамму запахов зимнего леса…
«Блин, опять». Локи вздохнул, постаравшись сделать это как можно тише, чтобы не перебивать Морриган. В конце-концов, в этом желании не было ничего странного – давала о себе знать суть оборотня, всегда предпочитающего природу каменным джунглям.
– Я хочу выяснить, кто мой отец – человек ли вообще? – и чем он занимается. Он каждые полгода отлучается в масонскую Ложу, но не ясно с какой целью. На человека, постигающего какие-то духовные тайны он не похож. Мало того, его замечали за странными действиями, которые можно назвать магией, и сделками, в двадцать первом веке кажущимися более чем… смешными. Он не оккультист там какой-нибудь. – Чтобы отвлечься от невеселых дум, Барс полностью сконцентрировался на том, что говорила ему Слуга. Ну и чтобы не переспрашивать потом лишний раз. Однако перебивать он ее до поры до времени не собирался.
«Масоны? Ха! Давно, кстати, об этих ребятах не слышно было… Кабы даже не со времен Второй Мировой. Вроде бы они тогда тесно с Аненербе сотрудничали, и уж точно не по вопросам религии. Если мне память не изменяет, то религиозность их ордена просто прикрытие… Впрочем, в этих орденах сам черт ногу сломит. Одно знаю точно – с магией они в ну очень хороших отношениях, и все больше с темной ее стороной как более полезной в реальной жизни. Хотя… Вряд ли сами по себе они темные. Но их целей никто не знает, так что говорить о чем-то с полной уверенностью нельзя – возможно все».
Опустив взгляд с потолка на девушку, Барс продолжил внимательно, не перебивая, слушать ее. «На слабо еще бы взять попробовала, хитрованка… Чего тут изворачиваешься? Знаешь же, что не откажу – не тот склад характера». Мрачно улыбнувшись своим мыслям, Йенсен потянулся и душераздирающе зевнул – пусть и выспался, но все равно, спать он мог сколь угодно долго.
- Понимаю ваше желание узнать, что же скрыто здесь за ширмой тайны, - чуть ли не нараспев процитировав какого-то классика, аниото скрестил руки на груди и склонил голову на бок, пробегаясь по индиго рентгеноподобным, раздевающим взглядом… Точнее провоцирующим так считать – уж очень милой была беловолосая бестия, когда смущалась. И просто стала слишком серьезной в текущий момент, из-за чего собственно и возникло желание ее немного посмущать. – Помогу, куда же я денусь. Самому интересно стало, кто же у тебя там папаня.«Угу, и старую работу доделать заодно». «Какую?» «Недобитков добить, а то думается мне, что большинство аненербевцев резко в масоны подались, когда жареным запахло». «Да и черт бы с ними, той войне сто лет в обед». – А даже если это действительно просто твоя паранойя, то ничего страшного. Надо же когда-нибудь с твоими родителями познакомиться… - И расплылся в донельзя довольной улыбке, словно кот, получивший годовой бесплатный абонемент на ежедневную миску сметаны. – Звони, в общем.
Снова зевнув, Ло облокотился на стол и левой рукой придвинул к себе следующую из четырех оставшихся на углу стола папок и открыл ее на первой странице.

Отредактировано Loki Jensen (2011-10-09 13:58:12)

+1

175

Заметив, как смотрит на неё оборотень, индиго фыркнула с осуждающей улыбкой. Её это смутило ещё больше. Такая серьезная ситуация! А взгляды… какие взгляды! Возникает идиотское желание приложиться лбом к стенке, лишь бы не смущаться и удержаться от нервного смешка.
- А даже если это действительно просто твоя паранойя, то ничего страшного. Надо же когда-нибудь с твоими родителями познакомиться…  - От второй части сказанного Морриган от удивления аж рот раскрыла. Знакомиться с родителями?! Да зачем? С матерью вообще не стоит. А вот с отцом – не ясно. Можно. Только не стоит распространяться, в какую ситуацию попала его дочь. – Вряд ли получится с ними познакомиться. Не встречаться же лицом к лицом будем… - взяла себя в руки, на мгновение посмотрев куда-то в сторону и вздохнув, справляясь с очередным приступом смущения. – Да что ж это такое? Ему в удовольствие что ли вводить меня в это состояние…  - подумала Мори, раздражаясь на себя. Видно утренняя компания в качестве Ши её размягчила сегодня. Бывает с каждым…
- Звоню, - она набрала номер и поднесла трубку к уху. Через пару звонков раздался немного заспанный голос парня. – Я ж говорил – сам позвоню. А случай подходящий. Думаю, я нашла способ узнать больше об отце.Ага. Весь внимание!Сейчас включу громкую связь и расскажешь всё… - Кому? – резко спросил Ник. – Ему. Тьфу. Тому, кем ты заинтересовался, - она усмехнулась, слушая бурчание родственника. – Ладно. Врубай.
Девушка нажала кнопку на мобильном, положив тот на стол. А ладонью, протянув руку, прикрыла информацию в раскрытой Локи папке, опустив ту к столу. То есть, она требовала внимания.
- Итак, Ник, прошу озвучить тебя всё, что может быть использовано в нашем расследовании, - индиго устроилась на краю стола удобней и уставилась почему-то на трубку, чисто рефлекторно – оттуда же пойдет голос.
- Кхм, - кашлянул, собираясь с мыслями, видимо. Не стал представляться, предпочитая остаться пока безымянным. – Имя Ринат Т’а Вермин – это британский вариант  имени и истинно верный. Русский псевдоним Ринат Максимович Вермин. Имеет несколько паспортов на разные даты рождения и национальность, соответственно. Несмотря на несовпадения в датах рождения и одной и той же фотографии в обоих паспортах не был привлечен к разбирательству на счет истинности того или иного документа. Всё можно вполне логично объяснить, версии из фантастических превратить в реальные. Да, я отвлекся. – Он продолжил. – Известно, что во время пребывания в организации масонов… Пояснений не надо, насколько я понимаю. Так вот, за это время он не единожды пропадал в неизвестных направлениях, а возвращался уставший и встревоженный. Замечен, по словам соорденцев, в разговорах… с пустотой. Не показательно, но заметить порой случайно можно. Фокусник, по выводам некоторых людей мошенник даже. Удачлив. Наверное. Тут странности, в общем-то, так как некоторые моменты в спасении собственной шкуры в паре отлучек в другие страны, к примеру, от пуль, сложно объяснимы с физической точки зрения. Есть подозрение, что он не совсем человек. В принципе, это здесь не очень важно. – Парень помолчал немного. – Замешан в четырех очень необычных сделках. Покупка редчайших ядов, жертвенных клинков.. О, а может он сатанист какой-нибудь?
- Пф, не пори чушь. Продолжай, - фыркнула девушка.
- Мне уже глупость ляпнуть нельзя? Мало ли, что за человек этот твой отец… - со смехом выдавил Николай. – Ага, ладно-ладно. Остальные две сделки – не знаю, информацию не удалось достать, так как кое-что там не состыковалось. То ли не тот город был указан, то ли ещё что.  Также есть одна интересность – Вермин способен достаточно быстро оказываться в других местах. Не знаю, может у него реактивный самолет где-то за пазухой есть? Не видел, в общем. Но это потрясающе. Мм… чтоб ещё сказать..? Давайте, Локи, вы зададите мне вопросы. Вам виднее, какую информацию следует знать. Постараюсь ответить. От хакера многого не ждите, я не волшебник… - слегка ехидства было - всё ж Ник тоже необычный человек. Раздался вздох в динамик, и наступило молчание.
Мора сидела тихо, пока не спеша возникать. Сейчас разговор не для неё. Но тут кое-что вспомнила и вытащила из сумочки цветную фотографию своего отца, вручая её своему Маэстро. Человек средних лет, с неплохой фигурой – мышц практически незаметно, худощав ; со строгими чертами лица, которые дочери и достались, глазами фиалкового цвета и светлыми волосами холодного оттенка; стоит на фоне какого-то военного объекта в гражданской одежде, кажется, – футболке да шортах цвета «хаки».

+1

176

Наблюдая за реакцией Моры на его провокации краем глаза, Ло едва сдерживался, чтобы не рассмеяться – очень уж забавно она сейчас смотрелась со стороны. Забавно и красиво. Ну вот шло ей смущение, и ничего тут не поделаешь – то ли типаж лица роль свою играет, то ли склад характера… Углубляться в дебри психологии и физиономии не было никакого желания, его сейчас интересовал только результат подначек. На несколько мгновений даже жалко стало, что фотоаппарата под рукой нет – такие кадры пропадают! Сфотографировать сейчас индиго и носить ее фотку с собой – как средство для экстренного улучшения настроения.
Так, мельком следя за терзаниями девушки и бегая взглядом по тексту на чистом листе формата A4, находившемся в папке, Йенсен размышлял на тему «Что такое не везет и как с этим бороться». А причины для таких размышлений были и послужили ими собственно открытая папка и ее содержимое в виде того самого листа бумаги. Одного единственного, хотя по идее в папке их должно было быть не менее трех-четырех, с хотя бы очень скромными данными по пропавшему… Точнее пропавшей.
«Студентка все того же Тодая. Друзей нет, замкнутая, необщительная, оценки нормальные… Последний раз видели в университете перед выходными днями, после них уже не появлялась. Живет одна в съемной квартире, родителей нет». Наемник не удержался и провел ладонями по лицу, пытаясь успокоиться. На него не просто «висяки» спихнули – начальство из него, по всей видимости, решило штатного волшебника сделать! Ни улик, ни зацепок – ни-че-го. Впору на самом деле щелкать пальцами, говорить что-то вроде «трах-тибидох» и вытаскивать пропавшую из воздуха или из под стола – все равно это гораздо более реально, чем просто искать пропажу. Иголку в стоге сена по сравнению с этим заданием найти вообще никаких проблем не составит…
Вместе с такими размышлениями в его сознании стали зарождаться вполне понятные, но очень кровожадные идеи по поводу расправы над подлым начальником… Впрочем, он быстро их отбросил – против традиций не попрешь, а со своим уставом в чужой монастырь Локи уже дааавно перестал лазить, неблагодарное это занятие. Ну и Морриган поспособствовала отвлечению от неприятных мыслей, просто отодвинув от него папку и положив на ее место мобильник с включенной громкой связью.
По мере того, как Барс слушал и вникал в то, что рассказывал родственник-хакер его Слуги, посторонние мысли исчезали одна за другой. На смену им пришел азарт, охотничий азарт. Так всегда бывало, когда оборотень чувствовал аромат очередной загадки. Любопытство… Это было его крестом, болезнью и достоинством одновременно. Не будь этого самого любопытства – никогда бы у него не было тех проблем, с которыми приходилось постоянно разбираться… Но и вряд ли бы он сумел прожить так долго, потому что каждый раз, выпутавшись из очередной передряги, Снег узнавал что-то новое, зачастую очень и очень полезное при его образе жизни. И, конечно же, бесценный опыт, без которого тоже невозможно даже представить себе столь долгую жизнь. Опыт – он всегда дорого стоит, во все времена, превосходя по цене даже информацию.
Дослушав хакера, аниото тихо, чтобы собеседник не услышал, фыркнул. «Какую информацию знать… Тоже мне, ищейку нашел». Мотнув головой и, не глядя приняв из рук Слуги фотографию, Ло поднял взгляд к потолку.
- Ну, для начала хотя бы когда исчез в последний раз… Или где в последний раз видели. Ну и что-нибудь личное, вроде вкусов, предпочтений в женщинах и прочего-прочего. Никогда не знаешь, из какой мелочи впоследствии может вырасти жизненно необходимое знание. Лучше уж держать в голове всякий мусор, чем потом грызть ногти от злобы на самого себя. – Ухмыльнувшись, Йенсен опустил взгляд на фотографию у себя в руке и замер, подобно статуе. Даже не дышал, кажется. Признаки шокирующего удивления на лицо, как говорится.
- Не планета, а одна большая деревня… - Тихо, больше машинально, чем осознанно, произнес оборотень, уставившись на кусочек картона с изображенным на нем мужчиной в гражданской одежде, на фоне очень знакомого военного объекта. – Твою ж маму, вот тебе и пошутил, называется…
Все еще шокированный, он переводил взгляд с фотографии на Морриган и обратно, с каждым разом понимая все меньше, и в итоге начал хихикать. Сначала тихо, но постепенно все громче, пока не расхохотался в голос, с нервными нотками. Не истерика, но похоже.

+1

177

- Да он не исчезал… - задумчиво сказал Ник. – А регистрацию на таможне он последний раз проходил на границе Германии, примерно семь месяцев назад. Больше я не следил за ним пристально. Сведений на счет новых странностей и похождений не поступало. Либо ушел в тень, либо действительно пропал куда-то. Живой. Это точно. – Не стал уточнять, откуда данное знание, так как предпочитал свои способности держать втайне в отличии от некоторых. Хотел продолжить, но заткнулся, услышав, что что-то не так.
- Погоди, Коля… - пробормотала Морриган, вылупившись на Локи. Она не могла понять его реакции совершенно. Но судя по словам… на данной фотографии человек, который знаком оборотню. Ладно, пусть знаком, но что за «бзик»? Неужели наружу выплыла частица прошлого? Причем не очень желаемая? Или как это понимать? Индиго еле заметно пожала плечами, не видя ничего смешного. Получается, её отец ещё та личность, раз имел подобные контакты. В общем-то, орден масонов был во многом замешан раньше. Просто сейчас их почти не слышно, иные времена.
- Ты чо ржёшь? – со смешинками в голосе, но очень тихо спросила девушка, ошеломленная происходящим. Ей не обидно стало, а просто она не могла понять ничего. Её отец, конечно, много где, наверное, фигурирует, но большим количеством знакомых, которые узнавали бы его сразу же в лицо, похвастаться не имеет даже права. Ну, сейчас, не на кого положиться в плане чего-то необычного. – Я не знаю, что это такое на заднем плане, но точно могу сказать, что военным в ближайшем прошлом отец не был, - произнесла индиго. Ну мало ли, вдруг парень как-то связал всё. Хотя, не помешало бы сначала спросить, в чем собственно прикол. Подождала, когда оборотню полегчает и продолжила.
- Насколько я поняла, его лицо тебе знакомо. Тем лучше. Это наводит на определенные мысли. А ну, Локи, выкладывай всё, что тебе известно, - требовательно, даже без какого-либо ехидства.  – Хм… на многое я не надеюсь, - пробормотала Мори, понимая, что какой-либо тесной связи наверняка не присутствовало. Не вязались многие вещи. Вся жизнь сложилась бы иначе. А всё-таки – бывает достаточно знакомства и вскользь.
- Я ещё нужен? – вежливо осведомился Ник. – Давайте я сначала доскажу то, что ещё может быть полезным, а дальше сами, ладно? – поставил условие и продолжил, услышав от «сестренки» согласие. - На счет предпочтений нашего субъекта информации не имею.  Так как его активность в последнее время очень снизилась, то информационными методами засечь не могу. Побеседовать… - пытать, накачивать сыворотками правды или ещё что – не моё это дело. Короче, можно связаться с его лучшим другом, который в данный момент находится в… кхм, Достопочтенной Ложе "Тихоокеанское побережье". Это на Дальнем Востоке России. То есть, очень близко к Японии. У меня всё. Всегда на связи! – бросил парень. – Я ещё позвоню… - и отключился. Индиго знала, к чему были сказаны последние слова. Что ж, пускай звонит. Он свою часть договоренности выполнил, теперь очередь второй стороны, так сказать.
- Ну? – вздохнула и внимательно посмотрела на оборотня с блеском в глазах и надеждой на что-то грандиозное. Чего она ждала? А чего-нибудь! Конечно, лучшим вариантом было бы отыскать папочку, притащить сюда, в Токио, и заставить его сознаться во всём, перед этим показав, что дочка уже знает, в каком мире живет и с кем.  Но рано об этом… рано… И ещё, есть вероятность, маленькая, - Ринат Т’а Вермин ничем не отличается от большей части людей, за исключением своей таинственной деятельности.

0

178

С великим трудом взяв себя в руки, Ло помотал головой, чтобы прогнать остатки ненужного почти что истеричного настроения, и помассировал виски. Голова внезапно разболелась и это тоже не добавляло ему хорошего настроения… Впрочем, боль быстро отступила на второй план и ослабла, не мешая думать. А подумать было над чем – парень конечно предполагал, что не все так просто в этом мире, но… Одно дело – предполагать, не имея никаких доказательств, и совсем другое – столкнуться с фактом лицом к лицу, что называется. С одной стороны это радовало – всегда или почти всегда приятно знать, что ты был прав. С другой же – наводило на мысли о том, что следует тщательнее думать, когда и что говорить, а то ляпнешь так что-нибудь, не подумав, а потом оно окажется правдой. Доказательства? Да вот одно из них – сидит на крае стола и смотрит на оборотня круглыми глазами.
- Чо ржу, чо ржу… Ржется – вот и ржу. – Вздохнув, аниото опустил лицо на столешницу в жесте полной усталости. – Мир слишком тесным оказался, с очень неоднозначными законами и способами их реализации. – Чуть повернув голову вбок, Йенсен ехидно сверкнул голубым глазом на девушку. – Он никогда и не был военным… Точнее не так. Из-за благородного происхождения воинское звание имеет, но служить – не служил. Даже стрелять толком не умеет, только руко и ногомашествует, всякие прибамбасики хайтечные использует, ну и свои способности… Все-таки элементалист, и далеко не слабый. Плюс немало знаний из других областей магии… Не универсал, но маг с претензией, ага.
Со вздохом выпрямившись, оборотень широко зевнул, демонстрируя выделяющиеся даже в человеческой форме клыки. От испытанного шока внезапно и очень сильно захотелось плюнуть на все и задремать, но нельзя – работа все же. Деньги, может, не столь и нужны, но от скуки помирать тоже не хочется.
- Да не просто знакомо, мы месяцев пять работали вместе. – Подперев щеку ладонью, парень устремил взгляд в стену и куда-то дальше, вспоминая тот год. – Не самое спокойное и приятное дело в моей жизни. Лет двадцать назад, или около того, меня наняла одна организация, как раз и прикрывающаяся именем масонов… В общем, нужно было помочь их агенту в качестве специалиста по преследованию и телохранителя, в одном щекотливом дельце… - По мере рассказа образы в голове Барса становились ярче, отчетливее – память не подвела, сохранив практически все события того времени. Просто поместила их в дальние уголки сознания, в долгосрочную память, чтобы не «засорять буфер» пока ненужными сведениями. И, естественно, извлекала эти сведения на свет божий по первому же требования наемника. – Непойми откуда возникла неучтенная рукописная копия очень, очень нехорошей книжки, практически Библии любого уважающегося себя темного мага, не боящегося заигрывать с Силой, что ничуть не уступает в могуществе Тьме. Аль Азиф, Некрономикон в простонародье… Вообще таких копий было три, вроде бы… И все они были на полном контроле объеденных в единую сеть магических орденов по всему миру – даже копия этой книги несла в себе чудовищные возможности и попавшая не в те руки была способна в буквальном смысле этого слова устроить всем Конец Света. Древние не любят, когда с ними заигрывают, особенно при помощи их же произведения.
Проведя рукой по лицу, белобрысый задумчиво посмотрел на свою Слугу. – Пять месяцев мы гонялись за тем малефиком, что обнаружил эту копию, по всему миру. Или почти по всему… Догнали только на руинах города ацтеков, куда этот паразит и стремился с самого начала, попутно расставляя нам ловушки. – Прикрыв на мгновение глаза, снова открыл их и заглянул прямо в глаза Моры. – Короче, была нехилая заварушка и этот гад умудрился призвать Посланца Древних, Ползучего Хаоса Ньярлатхотепа. Честно признаюсь – я в тот момент поседел, скорее всего. Хорошо, что на мне этого не заметно… - Довольно ухмыльнувшись, Барс погладил себя по волосам.
- Прикончить эту аморфную тушу мы бы не смогли – не с нашими силами пытаться сотворить подобное с существом, которое едва ли не старше нашего мира. Но пока я всеми силами спасался от демона бегством, твой отец подкрался к магу и ткнул его ножичком по ребро. По законам магии смерть призвавшего приводит к тому, что призванный возвращается туда, откуда вылез… Ну демона и втянуло в портал. И твоего отца тоже почти затянуло. Я его тогда только чудом вытащил из воистину мертвой хватки твари, сам едва вместо него не отправился к Древним в гости. – Он задумчиво улыбнулся, разглядывая потолок. – Позже он заговорил о благодарности… Человеком чести оказался, редкое качество… В общем – предложил просить что угодно, если это будет в его силах – он это сделает. Ну а мне совершенно не вовремя вспомнилось творчество Анджея Сапковского, «Ведьмак», ситуация одна оттуда. Я и ляпни в шутку, что в качестве оплаты возьму себе его дочь, буде такая появится, когда она достигнет совершеннолетия… – Договорив, он снова рассмеялся и в этот раз была понятна причина его такого сильного веселья. – Дошутился.

+1

179

По мере того, как Локи говорил, Морриган приходила во всё большее изумление. Что? Где? Когда? Что за крутые разборки? Неужто бывает так? А это не розыгрыш? Почему отец не упомянул ни в одном рассказе об артефактах этот случай? Или он посчитал эту историю слишком страшной для маленькой девочки? Да как он вообще посмел заворачивать такие дела? И при этом не стал учить Мори магии? Почему?!
У индиго в голове царил полный бардак. Если слушала она ещё с относительно статичным выражением лица – круглые глаза и явно читающееся в них непомерное удивление, то сейчас столько эмоций отразилось за какие-то мгновения! Неверие. Гнев. Замешательство. Восторг. Безразличие. Настороженность. Обида. Зависть. Ярость. Сколько всего… впервые, наверное, все эмоции можно было прочесть в глазах девушки. Она вздохнула, слегка улыбнулась чему-то, стараясь держать себя в руках и не повышать голос далее…
- Не смешно! Мне не смешно… Это похоже на бред сивой кобылы, - сквозь зубы выдавила Морриган, переведя взгляд на боковую стену и теперь сидя к парню лишь боком. – Не пойми меня превратно, но мне очень трудно поверить в тобой рассказанное. Ладно, пускай все эти события - правда. Но. Лет двадцать назад..? Неужели он уже в том возрасте был таким крутым?! Я ему тогда очень завидую, в два десятка лет быть уже неплохим магом и  работать над подобными делами!  - постепенно одолевало чувство бессилия и какой-то меланхолии. Всё-таки тяжело узнавать, даже по собственному требованию, истинное лицо человека, который настолько близок.  – Шутники, фак… ещё и предсказатели… Черт-черт-черт! Да что это за ужасы такие?! – Мора вскочила, развернувшись лицом к Локи и уперевшись ладонями на край стола. – Хочешь сказать, что всё вот это… действительно..? – она уже спотыкалась на словах, находясь в немного подавленном состоянии вперемешку с где-то теплящейся радостью и восторгом.
Значит, маг. Не темный – это хорошо. Наверное, воздушный маг, если ранее показывал иллюзорные фокусы .  Или, опять же, другие области. Что же повлияло на решение отца, не обучать дочь магии? Или… нет предрасположенности? Так ведь всё возможно… Или не всё? А никто и не пытался.
- Теперь я вообще найти его хочу и покромсать на кусочки из лучших чувств в знак благодарности. Типа «Спасибо, папа, удружил!». И со своими тайнами, и на несерьезное отношение к некоторым шуткам, - смотрела сейчас на своего Хозяина так, будто готова была кинуться на него и придушить без явных на то причин. Нет… ну, она это не на всём серьезе, но от подобных мыслей ей становилось легче.
Короче, от Ника информация не пригодилась. А он дальше и не будет копать. Ему неинтересно уже. Ему ж безумно хочется узнать, кто ж такой Локи. Ха-ха. Представляю его реакцию на мои слова «Знаешь, Коля, а твой дядя и мой нынешний друг когда-то вместе работали. Вау? Гонялись за Посланцем Древних и вообще отжигали по полной! При том, всё осталось в тайне. Они спасли мир! А мы ничего не знали!». Ха-ха. Обалдеет парень. Не поверит. Отошлет в психбольницу, типа Морриган совсем с катушек съехала за этот год.  Оу… а матери не стоит вообще говорить ничего. Как трудно жить, как трудно… Что-то мне не по себе. – Только установившееся на минуту эмоциональное равновесие снова пошатнулось, вгоняя индиго в небольшую грусть после вспышек разных чувств, своего рода небольшой истерики… наверное.

+1

180

В принципе – ничего неожиданного в реакции девушки на его рассказ не было. Она же толком еще не была знакома с той частью жизни, что скрыта глубоко в тени повседневности от посторонних взглядов. Даже глубже всяческих неприглядных делишек сильных мира сего, что показательно. Но все равно – раздражение обжигающими волнами стало подниматься из глубин его естества, грозя затопить разум багровым светом ярости. Что поделать – есть у него такой мааааленький пунктик, так называемый «таракан». Локи не переваривал недоверчивость к своим словам… По крайней мере в тех ситуациях, где не пытался что-либо скрыть. Это ведь очень неприятно – ты разоряешься, выдаешь правду, а тебя чуть ли не за прожженного лжеца принимают и на смех поднимают.
- А я похож на того, кто любит рассказывать страшные сказки? – В тон Слуге процедил оборотень, сверля ее злым взглядом. – Пора бы уже привыкнуть, что мир совсем не похож на то, что ты привыкла видеть каждый день с момента своего рождения. – Глубокий вдох и долгий выдох, в ходе которого удалось вернуть пошатнувшееся самообладание в исходное состояние. – А возраст твоего папани… Ему уже тогда лет пятьдесят-шестьдесят было. Маги, к твоему сведению, живут лет двести или около того, и примерно две трети этого срока сохраняют молодость физическую и духовную.
Зевнув и с хрустом повращав шеей, Локи поднялся из-за стола. Игнорируя разбушевавшуюся не на шутку индиго, он неторопливо прошелся по кабинету. То, что сейчас творилось с беловолосой бестией, очень сильно смахивало на истерику… Да, в принципе, ей и было. С одной стороны – парня уже конкретно достала такая неуравновешенность Моры, а с другой – чего еще ожидать от девушки? Тем более, когда ей так бесцеремонно ломают уже устоявшиеся взгляды на жизнь, ее веру и убеждения… Большим плюсом было только то, что эта истерика у нее, если ориентироваться на предыдущие разы, пройдет быстро и без последствий. Уж чем-чем, а гибкостью сознания и скоростью адаптации у нее можно было только позавидовать. Свойства организма и психики индиго, надо полагать.
Чтобы чем-то себя занять и не мешать Морриган возвращать себе душевное равновесие, оборотень прихватил со стола оставшиеся папки и уселся на подоконник. Бегло пробежавшись взглядом по содержащимся в них материалам, Барс тяжко вздохнул – все те же случаи пропажи без вести, и даже по одному и тому же сценарию – вышли, не вернулись, не видели, не появлялись. Складывалось ощущение, что в городе завелся какой-то маньяк-невидимка, без остатка проглатывающий своих жертв. Смешно, конечно, Ло даже хихикнул, представив себе эту картину… Но, зная об истинном положении дел в мире и особенно о существовании Изнанки, приходится всерьез задуматься – а вдруг это предположение не такое уж и невероятное?
- Черт бы побрал эти загадки. – Мрачно буркнул аниото, отбрасывая закрытые папки обратно на стол и закуривая. Дым нужно было выдыхать в форточку, из-за чего пришлось слезть с подоконника и развернуться к окну лицом. И, по старой привычке, свойственной любым курильщикам, заскользил бессмысленным взором по открывающемуся по ту сторону оконной рамы пейзажу. Мысли же в это время скакали в голове как молодежь под действием экстази, стимулируемые никотином.
Используя этот момент расслабленности, оборотень анализировал полученную информацию. Да, по нему не скажешь, что этот человек склонен просчитывать, анализировать и делать выводы – но это только потому, что Йенсен сам, по своему желанию окружил себя непередаваемым ореолом тупоголового дуболома, и лишь достаточно близкие ему существа знали, что это всего лишь защитный и охотничий рефлексы одновременно.
Внезапно у него появилось ощущение, что он упустил что-то важное. Нечто такое, на первый взгляд очевидное и потому незаметное, но очень важное и являющееся практически одной единственной зацепкой в этом вываленном на него деле о пропажах. А то, что это именно одно дело, а не пять разных, сомнений не оставалось.
Пока чувство никуда не исчезло, он выкинул окурок в окно и подхватив со стола одну из папок, открыл ее. Скользнул взглядом по тексту и остановил его на строке «Социальный статус: студент университета Тодай». Хмыкнув, отложил эту папку и взял следующую. За ней еще одну. И другую. И только отложив последнюю папку в сторону, аниото позволил себе буквально рухнуть в жалобно скрипнувшее кресло, вытягивая ноги и довольно улыбаясь – интуиция не подвела и в этот раз. Как он не заметил подобной подсказки раньше – непонятно, но теперь у него была пусть всего лишь одна, но достаточно качественная зацепка. Оставалось распутать ее, грамотно и осторожно… Но это в другой раз, сегодня уже не было настроя и сил на тонкую психологическую работу и общение с людьми.
- Ну что, успокоилась что ли? Не покусаешь? – Иронично усмехнувшись, бывший наемник посмотрел на застывшую индиго, окруженную буквально физически ощутимой аурой вселенской печали. «Ой, мама родная… Живое воплощение Хаоса и яркий пример нестабильного сознания при диагнозе «Отклонений в психике не обнаружено»». Скрестив руки на груди, Снег стал ждать. Он знал – скоро его Мора возьмет себя в руки и станет прежней ехидной стервочкой, которая ему так понравилась при первой встрече.

+1


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Центральное полицейское управление


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC