Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Центральное полицейское управление


Центральное полицейское управление

Сообщений 211 страница 240 из 290

1

http://s61.radikal.ru/i171/1405/16/0a3f18b842c4.png

...|...

Холл на первом этаже - самое светлое и просторное помещение со стеклянными дверями, несколькими столами сотрудников и коридорами, уходящими к лестницам на другие этажи - в смысле, к лестнице. В противоположной стороне находится лифт.
Приемная (она же "комната собеседований", "помещение первичного допроса" и тэ.дэ) - комнатушка крохотная, с единственным столом и двумя стульями - одно для сотрудника, а другое для человека, пришедшего с прошением или подозреваемого, приведенного силой.
Столовая представляет собой большой зал в светлых тонах, с столами, расставленными в шахматном порядке. Не сказать, что кормят здесь хорошо - многие предпочитают приносить еду с собой.
Кабинеты сотрудников выглядят в большинстве своем однотипно - стол, не самое дорогое кресло за ним (в простонародье, конечно, названные просто стульями-на-колесиках), компьютеры на столах, документация в определенном количестве (иногда даже целыми коробками), на окнах - жалюзи. Потолок со встроенным освещением, на полу ковролин серого цвета. Многие из сотрудников, конечно, обустраивают свои кабинеты так, как самим хочется и, по правде говоря, особо до этого нет никому дела.
Камеры, занимающие второй и третий этажи представляют собой "роскошные апартаменты" - небольшие, с подвесными железными койками на стенах, решетками на небольших окнах (что, разумеется, прямо под потолком), на потолке - детекторы пожарной безопасности. Дверь в камеру представляет собой - дверь. Железная, хорошая дверь с открывающимся снаружи решетчатым окошком. Закрывается дверь так же снаружи и стандартно, на ключ. Еда традиционно подается на подносах в тарелках под дверь.
Арсенал- за бронированной дверью на цокольном этаже находится прохладное помещение с серыми стенами и металлическими стеллажами вдоль них: на полках стеллажей лежат самые различные экземпляры вооружения и обмундирования.

Кабинет шефа полиции. Обычный обширный кабинет со стенами бежевого цвета в красную полоску, около одной из них (слева от входа в кабинет) стоит кожаный диван с тремя подушками. В правом углу стоит несколько массивных шкафов вишневого дерева, с железными полками. Около окна стоит деревянный же стол, на нем - кружка с остывшим и, похоже даже заплесневевшим, кофе, ноутбук (второй, запасной, спрятан в один из ящиков стола) и прилагающиеся к нему аксессуары, лампа настольная, пепельница, забитая бычками с горкой, стопками разложены бумаги и документации. В ящиках стола лежат милейшие мятные конфеты и досье на нескольких особо опасных преступников/преступниц, оружие табельное. На подоконнике еще одна пепельница, умирающий кактус, аквариум с одинокой и очень печальной рыбкой, маленький, компактный сейф. Помимо него, сейф стоит у одной из стен, высотой почти в метр. На одной из стен висит металлическая бита, сильно поцарапанная, но, судя по всему, дорогая владельцу кабинета; рядом с ней - в простой рамке фотография какого-то человека, зимой. Освещение - обычая потолочная лампа.
Детективный отдел. Кабинет Рейчел Бернелли. Светлый кабинет, при входе в который, сразу создаётся ощущение некого уюта. Преобладает тут красный цвет, но обстановка тем не менее довольно спокойная. Видимо, это некий психологический трюк. Или, просто у хозяина такой вкус. Дурной или хороший - решать "посетителям". При входе вам сразу бросится в глаза стол. Большой и просторный, с ноутбуком, стационарным телефоном и прочей дребеденью. Какая-то старая фотография с каким-то ребёнком - по тонам видно, что волосы примерно коричневого цвета, а глаза что-то около...наверное, зелёного. Или синего.
Слева от стола (если сесть за него) большое окно. Потом вы обратите внимание на обои - тоже, довольно не плохо вписываются в комнату. И огромный шкаф, за спинкой кресла. Это кабинет детектива Рейчел Бернелли.

Форма сотрудников полицейского управления- черный низ, светло-голубой или белый верх, но, в отличие от формы других городов, имеет характерные черты: помимо нашивок полиции, он имеют по ряду артефактов различного назначения: защитные, погашающие или отражающие воздействие на сотрудника, как магией, так и, в нередких случаях, физикой. Стажерам, конечно, не выдается огнестрельное оружие.
Само здание полиции - так же оснащено магической защитой и, так скажем, "не взрывабельно" - все дело в особенной отделке внутренних и внешних стен, по типу создания артефактов. В основном из-за того, что в камерах содержатся преступники далеко не с самыми обычными способностями.

(c) Gabe

Широкая, однако же не центральная улица, выводит на современно здание, в котором центральное управление полиции города узнается далеко не сразу - скорее, вы примите творение дизайнеров за комплекс офисов или, может быть, дом мод. Однако на площади перед ним выстроились на парковке полицейские автомобили, ходят люди - кто в форме, с табельным оружием, кто с папками, а кто в наручниках - в бронированные грузовики или наоборот, из них. По краям от парковки находятся аккуратные клумбы и несколько деревьев, посаженных на фрагментах земли среди бетона в хаотичном порядке. На входе - пуленепробиваемые стекла и охрана в числе четверых вооруженных людей при форме и полной защитной экипировки.
Камеры располагаются на втором и третьем этажах. На четвертом этаже расположилось помещение арсенала и кабинет шефа полиции. На первом этаже расположены помещения работников полицейского участка, непосредственно "приемный кабинет", помещение изъятого имущества у задержанных, столовая и дверь, ведущая в подвальные помещения. На крыше расположена площадка для вертолета - вообще, их у управления две штуки имеется. На четвертом этаже, рядом с кабинетом шефа полиции находится архив и база данных, и, конечно же, канонично небольшое отделение для "связистов".
Здесь всегда оживленно, следует сказать - здание кипит активной жизнью.

Экстренная полиция.

...|...

Броня - Хамелеон. Циклоп.
Вооружение -
Beretta ARX-160 в комплекте с подствольным гранатометом Beretta GLX-160
Калибр: 5.56x45mm NATO
Тип автоматики: газоотводный, запирание поворотом затвора
Длина: 820-900 мм (ствол 406мм, приклад разложен), 700 мм (ствол 406мм, приклад сложен)
Длина ствола: 305, 406 или 508 мм
Вес: около 3 кг (со стволом 406 мм)
Магазин: 30 патронов
SIG SG 552 SWAT
Калибр: 5.56x45мм
Длина (приклад разложен / сложен): 730 / 504 мм
Длина ствола: 226 мм
Вес без патронов:  3.0 кг без магазина
Емкость магазинов: 30 патронов
Темп стрельбы: 780 выстрелов/мин
Tavor MTAR 21 (Micro)
Калибр: 5,56x45 NATO
Длина: 590 мм
Длина ствола: 330 мм
Вес без патронов:  2,95 кг без магазина
Емкость магазинов: 30 патронов
Темп стрельбы: 750 - 900 выстрелов в минуту
DSR-precision DSR-1
Калибр: 7.62mm NATO (.308Win), .300 Win Mag, .338 Lapua Mag
Механизм: продольно скользящий, поворотный затвор, ручное перезаряжение
Ствол: 660 мм
Вес: 5.9 кг без прицела и патронов
Длина: 990 мм
Магазин: 5 (.308) или 4 (.300WM, .338) патрона отъемный коробчатый
Steyr M-A1
Калибр: .40 S&W, 9x19mm Para, .357 Sig
Вес без патронов: 780 г
Длина: 180 мм
Длина ствола: 101 мм
Емкость магазина: 12 (.40 & .357), 15 (9mm) патронов
Гранаты: дымовые; осветительные; сигнальные; светошумовые; газовые.
Ножи: Boker Orca, Cammilus.
Артефакты: Защита от воздействия на разум/захват тела.

+1

211

Январь, 2012 год. Вечер.
Погода: по-прежнему безветренно. Снег прекратился, словно передумал застелить все вокруг. Природа спокойна и безмятежна.
Температура воздуха: - 3

Здание полиции Токио. Здесь он не в первый раз. Около двадцати лет назад он был здесь в качестве подозреваемого по одному из таинственных дел, которое, кажется, всё-таки раскрыли. Ирония судьбы. Он снова здесь, направляется уже по доброй воле к участку, насвистывая милую мелодию и засунув руки в карманы куртки, по привычке.
На входе в участок охрана. Раньше и в помине не было. Правильно. Судя по той информации, которая была любезно предоставлена криминальным архивом города, в Токио очень не спокойно. Что ни день, то новое происшествие или убийство. - Весело живут. Много работы будет. - Пять шагов до дверей. Охрана настроена не слишком-то дружелюбно. Приходиться доставать свой пропуск, высланный ещё пару дней назад начальством полиции новому работнику, но старому знакомому. Ничего не забывают правоохранительные органы. Верится с трудом, как они ещё его взяли? Недостаток специалистов, наверное. За границу из Японии "мозги" не должны утекать. Небось, перерезали всех, чтобы улик меньше находили. - Незавидная у нас работа... Не находишь? - Незавидная у нас природа, детка, а работа не волк. - Ты завис.
Парень через полсекунды понял, в чем его упрекла вторая личность. Он остановился в разъехавшихся в стороны дверях, вызвав интерес охраны и насмешливый взгляд дежурного офицера. Хмыкнул, прошел в холл. Направился к стойке, за которой снова начал скучать не то просто секретарь, не то действительно дежурный офицер полиции. Прислонился к холодному пластику, локтем уперся в стол и подпер рукой голову, скучающе глядя на отполированную поверхность своеобразного стола. Япония так оригинальна в своих идеях на удобную стильную мебель!
- Мясо свежее есть? - Вель не взглянул на человека, он кожей почувствовал недоуменный взгляд. - Дела с убийствами. - Уточнил и услышал щелчки мышкой. - Нет. Кое-кто занимается старыми делами. Сходите в архив. Или нет, - что-то вспомнил мужчина. - Вы же Морто-сан? - метаморф немного скривился, всё ещё сверля взглядом почти зеркальную поверхность стола. Говорить с собеседником на английском и употребить чисто японскую приставку - мерзко звучит. - Он самый. - Тогда вам будет легче зайти в этот кабинет и найти всё, что вам нужно. Держите. - Держу... - вскинув голову, наконец, поймал брошенный ему ключ с номерком.
Если на чистоту, то медицинскому эксперту в полицейском участке нечего делать. Он приходит по приглашению, выезжает на места преступлений, а не сидит в пыльном кабинете, рассматривая фотографии с мест происшествий и бэушные образцы, побывавшие уже в чьих-то руках. Вель пришел сюда с целью ознакомиться с относительно недавними делами. И не только. Некоторые из этих дел неполноценны, чего-то в них не хватает для общей картины.
Темный коридор. Полупрозрачные двери, за которыми горит приглушенный свет. Редкое позвякивание телефонов и тихие разговоры. Шума нет. Из этого следует, громких дел в ближайшее время не заводилось. Лифт. Точно. Какие там цифры на номерке? Ага, парой этажей выше. Поехали.

Трынь! Лифт остановился, а двери услужливо открылись. Опять коридор, намного светлее, даже дышится легче. Преобладают светлые тона во всем. Сразу видно, для каких работников данная зона. Взгляд натыкается на камеры, днем и ночью пишущих всё происходящее здесь. Раздражает.
Метаморф тихими шагами заскользил по наполированному полу, не гнушаясь проявлять себя не как взрослый человек. Из-за угла выглянул какой-то работник, штатский, бросил равнодушный взгляд на позднего посетителя и испарился вновь. Наверное, мог подумать, что чей-то подопечный-стажер шляется по участку в поисках дела. Люди сами придумывают оправдания любым ситуациям, хоть скажи им что-то, хоть промолчи.
А вот и дверь, от которой Зевсу вручили ключ. Без сложностей отпер дверь и зашел внутрь небольшого кабинета, сплошь уставленного полками. Пустыми полками. Посередине офисный стол с компьютером, телефоном и устройством для печати. Кабинет выглядел стерильным, даже пыли не заметно. Легкий шум явился подтверждением работающего компьютера.
Парень прошел к стулу и бухнулся в него, тут же укатившись к стене. Стул на колесиках. – Shit! – Осмотрел стол, подкатившись снова на должное место. Стерильность кабинета оказалась напускным чувством. Вот около клавиатуры след от кружки, а здесь вот отпечаток пальца на мониторе. Без сомнения, сегодня тут уже были люди.
- Так… - шепотом, принимаясь рыться в папках компьютера. Почти сразу напоролся на яркое преступление…  Много жертв. Метро. Теракт? Не похоже. Всё произошло даже не на платформе, а в уже пришедшем в движение поезде. Фото прилагаются. – Бля*ь! – не удержался Вель, отшатнувшись от первой фотографии. Он не ожидал крупных размеров картинки. Внезапно, что называется.
Слюни подбери. - У меня не текут слюни. - Сейчас потекут, если тупо будешь пялиться на эти фотографии с растерзанным человеческим мясом!
Метаморф пролистал ещё с десяток фотографий. Очень интересное происшествие. Это точно не взрывные устройства, которые могли ТАК порвать людей. На кое-каких снимках видны следы от ножа. Никакой системы нет. Резня.
Потрошение. Потрошитель. Можно выделить три вида убийства. Без явных физических повреждений. Расчлененка. И… кромсание оружием. Новое прозвище напрашивается… Во втором случае поработало либо дикое крупное животное, либо не человек.
Вель прикрыл глаза, представив себе существо или существ, которые могли оставить такие следы в области отрыва плоти. Много вариантов. По фотографиям трудно сказать. А трупы явно уже не в морге и давно закопаны.
- Не в электронном виде информация есть? – позвонил прямо в архив. Повезло – там ещё кто-то засиделся. – По кровавым событиям в метро… прошлого года. – Да. Вам стоит искать эти бумаги у кого-то из ваших… с вашего этажа.Ясно.
Зачем? - На компьютере чего-то не достает. Хочу увидеть бумаги.
Парень встал и вылетел из кабинета, оставив там предварительно свою куртку. Множество дверей и небольшой холл. Закрыто. Закрыто. Заглянул – спросил – не поняли английской речи. Упомянул имя Джека Потрошителя – сразу помотали головами, то есть, вам не сюда. Кажется, они не поняли во-об-ще. Пошел дальше. Закрыто, хоть и горит свет сквозь щель. Ещё одна дверь. Заглянул и бросил взгляд на пачку бумаг на столе. Потом на девушку, зафиксировав взгляд на её лице. В голове пошлых мыслей не бродило. А рассматривать черты в полумраке проблематично, не напрягая зрения.
- Привет, дело о резне в метро около года назад у вас? – опять на английском. Международный язык почти везде в ходе. А в полиции его знать обязан каждый.

+ -

+2

212

Он… всегда за твоей спиной…
Удерживая огрызок яблока за плодоножку, Зоуи еще мгновение смотрела на него, едва заметно улыбаясь своей нелепой мысли, а затем, завернув в салфетку этот неудавшийся символ грехопадения, кинула в корзину под столом.
Запретный плод на время притупил чувство голода, но, не избавил от непреходящего желания выспаться. И здесь Дьявол за спиной, к сожалению, был бессилен. По крайней мере, пока.
Холодные пальцы медленно массируют глазные яблоки через опущенные веки, вдавливая их внутрь, так что чернота начинает расплываться яркими пятнами психоделической феерии. Она хочет спать, очень хочет. Это желание не покидает ее с момента появления в полиции. Сначала это было неуловимое, еще не сформировавшееся ощущение легкой усталости. Со временем же оно переросло в навязчивую потребность просто сомкнуть веки и выдернуть из мозга проводок, соединяющий ее сознание с Вселенским Разумом... хотя бы на время. Просто спать, крепким сном… без сновидений, без воспоминаний. Только сейчас нет времени для этой невинной человеческой слабости. И неугомонный мозг девушки прекрасно знает это.
Остановка поезда. Связь с диспетчером. Связь с пассажирами. Смерть.
- В момент отправления со станции ничего необычного…
Но как все-таки он попал внутрь? На другой станции? Но там… камеры…
- …не фиксировали…
… ничего.
Чуть заметно покачиваясь взад-вперед, Зоуи смотрит уже сквозь фотографии на столе.
Еще вчера она, наверное, сотню раз просмотрела запись с камеры видеонаблюдения на платформе и прослушала запись переговоров с диспетчером и пассажирами. Совершенно ничего. Люди вышли. Люди зашли. Поезд отправился. Остановился. Короткие помехи, даже не помехи, а небольшой шум в записи практически перед самым отправлением – то единственное, что вызывало чувство дискомфорта. Недостающее звено. Как фантом на фото, закрывающий часть лица. Но… всякое случается. Даже техника не совершенна. Однако чтобы оценить все преступление в целом, ей нужно знать, с чего и как все началось, восстановить последовательность. Что запустило механизм, изрубивший десятки человеческих жизней?
Сколько их было? Кто это был? Чего они хотели?
Но чем больше Зоуи погружается в детали дела, тем сильнее ее охватывает ощущение, что она тонет на мелководье, захлебываясь и беспорядочно разгребая руками мутную воду в поисках дна. Действительно ценной информации мало. А имеющаяся настолько разрозненна и порой не поддается человеческому объяснению, что мозг просто отказывается ее регистрировать.
Попытка захвата заложников? А почему не было требований? Что-то пошло не так, и операция сорвалась…
На это предположение Зоуи толкнула странная смерть машиниста и мысль о том, что на момент отправления поезда, убийца уже находился в кабине. Но тут нужно хотя бы еще одно мнение, которого под рукой у нее сейчас не было.
- Но так легко… столько людей? – взгляд вновь сфокусировался на столе…

От любования очередным живописным "натюрмортом", скорее напоминающим головоломку по принципу пятнашек, ее отвлек мужской голос. Секунд десять, наверное, потребовалось Зоуи, чтобы осознать, что это не плод ее окончательно слетевшего с тормозов воображения, и что в кабинете теперь есть еще кто-то живой.
Нет, не то чтобы девушка совсем уж не в своем уме, просто слишком неожиданным было его появление, да и мыслями она еще не до конца покинула воображаемую реконструкцию того чудовищного события, будившего, мягко говоря, не самые приятные воспоминания из ее собственного прошлого.
Собственно, поэтому Зоуи и не нашлась сразу, что ответить. Только замерла в кресле и, чуть приоткрыв в недоумении рот, глазела на неожиданного гостя, как пятилетняя девочка, пойманная с поличным у маминого шкафа.
- Я… амм, - на миг прикрыв глаза и выпустив из руки фото, она тряхнула головой, словно избавляясь от ненужного мусора в сознании. – Простите… я… да. Я уже несколько дней бьюсь с этим идиотизмом, такая каша…
Мозг, включившийся в работу, заставлял говорить, говорить сбито и на одном дыхании, не давая вошедшему и слово вставить.
- … Материала море – по существу почти ничего, – встав из-за стола, женщина направилась к двери, чтобы включить верхний свет. Все же уют полумрака хоть и создает особую атмосферу для такого рода работы, но видеть своего собеседника тоже было важно. – Сплошные нестыковки и странности… кто-то вообще занимался этим всерьез? И…
Девушка осеклась на полуслове, оказавшись в непосредственной близости от мужчины. Чуть сощурившись от яркого света, залившего кабинет, она смотрела на него снизу вверх, силясь понять, знакомы ли они. В общем-то, она тут вообще мало с кем была знакома. Приняв в отдел, непосредственный начальник снизошел лишь до формального приветствия и скептического, оценивающего с ног до головы взгляда. А дальше, как едва оперившегося птенца, выпнул из гнезда, дескать, выживай, как умеешь. И выживать приходилось. Крепко стиснув зубы, не расслабляясь ни на миг, зная, что любой проступок окажется роковым.
- … А вы… кто?
Уголок темной брови медленно пополз вверх, выражая не то удивление, не то разочарование. Теперь на свету Зоуи видела, что его голос и ее слух сыграли шутку. Это был не взрослый мужчина, а молодой парень, смахивающий скорее на практиканта, чем на сотрудника.

Отредактировано Zowie (2012-01-18 17:53:47)

+2

213

Анализировать цели убийцы, пытаться понять, для удовлетворения каких желаний или чувств он (или она, или они) это делал – работа следователя, психолога, который пользуется не рассматриванием «нанесенного ущерба», а именно ищет зацепку для продолжения своей мысли. Для этой работы нужна не голая логика, а ум, сообразительность, умение оказаться на месте маньяка. Оценщиком всех повреждений убитой жертвы, выявлением силы ударов, направления ударов, средства убийства и так далее, - является и занимается специалист в области медицины. Он даже способен восстановить в настоящем времени всю механику действий. Ему же необходима живая фантазия, наблюдательность, не исключен даже эксперимент. – Зал с манекеном  и установками, имитирующими различные удары здесь должен быть, раз имеется подобный аналитический отдел. – Что ты хочешь добиться, идиот? – Хочу нокаутировать своё любопытство путем разрешения загадки! – Врешь. Самому себе врешь. – Да. Не задавай глупых вопросов, Зара. Или кто ты там… - В голове голоса личностей иногда различить трудновато. Иной раз не знаешь, кто палки в колеса ставить пытается, мешаясь своими побуждениями базовой личности.
Жаль, метаморф год назад был где-то в Индонезии, а не в Японии. Фотографии не могут дать полного описания произошедшего. Только «труп собственной персоной» может быть отличной ниточкой, способной привести к преступнику. А этот преступник снова ведь на свободе. Ещё событие в одном из баров Токио. Вряд ли там орудовал тот же маньяк. Не один уж точно. Психоделическое шоу. Детское представление, баловство. Не похоже на что-то серьезное, на взгляд Веля. Неорганизованность. Беспорядок. Случайное стечение обстоятельств. Так, проехали. Не дело врачу размышлять о мотивах случившегося. Его дело маленькое: дать пинка и определить сторону полета детектива.

У меня глаза в темноте светятся? – Парень не смог понять, чем он напугал склонившуюся над бумагами и фотографиями (?) девушку. Он не возник из ниоткуда. Не прошел сквозь стену. Не издал холодящих душу звуков. Только заглянул и задал вопрос. – Почти ночь. Сумрак. Игра теней. Подсознание балуется, вызывает иллюзию присутствия кого-то за спиной, иллюзию взгляда. Если человек погружается в размышления, он не замечает ничего вокруг. Неожиданное действие или звук его вспугнёт. Ты забыл курс психологии, умник? – Зевс смутился, дернув уголком губ и наблюдая за милой реакцией… (Это же дверь с табличкой «Психолог-криминалист»? ) Значит, он наблюдал не за просто милой реакцией, а достаточно странной для человека, знающего все нюансы психологии, способного заглянуть в душу другому и собрать осколки любой жизненной картины воедино, основываясь только на поведении, словах, звучании голоса, эмоциях, жестах!
- А… - хотел вставить своё слово. Не дали. То есть, не дали перебить, забросав потоком слов, и приблизившись к пожаловавшему гостю.
Да будет свет, да будет пламя! Электрическая лампа тоже сойдет.
Вель моргнул, прогоняя разноцветные пятна, появившееся от резкого перехода яркости освещения небольшого кабинета. Взгляд парня остановился на пару секунд на глазах собеседницы, в блеске которых угадывалась усталость, спустился по линии носа к губам, перепрыгнул на ключицы, грудь, которая не слишком прикрывалась расстегнутой на несколько пуговиц рубашкой,  а потом снова вернулся к лицу. Морто «про себя» поразился, на каком нынче расстоянии можно разговаривать с коллегой. Понял, что перед ним не молодая только что выпустившаяся с университета ветреная девчушка, а взрослая женщина, вероятно со стажем. Вот. Приятная мелочь.
- Как это кто? - Уголки губ метаморфа поползли вверх, показывая хищный оскал. - Такой же работник, как и вы. - На первом этаже по логике должны были быть арестованные на недолгий срок. Центральное здание полиции не тюрьма, в конце концов. Если на первом этаже часто находятся посторонние лица, на другие же этажи не работников данного учреждения пускают по разрешению. Наверное. Во всяком случае, здесь все "свои". - Медэксперт. - Вель снял с лица неуместную улыбку. Понятное дело, психолог увидела лишь внешние данные и приняла за несмышлёного мальца, заблудившегося здесь и ради развлечения таскающегося в поисках "интересностей". Не мешало бы давно предусмотреть себе более взрослую личину, чтобы люди не дивились при подобных заявлениях.  Вместо этого метаморф сочинял легенды о секретных экспериментах и своей гениальности, не соответствующей возрасту.
- Не смотрите на меня так, словно я тут неуместная деталь интерьера. - Мягко, с нотками возмущения. Пусть лучше его переоценивают. Недооценки не надо, пожалуйста.
Зевс не мог позволить себе пройти в глубь кабинета и бесцеремонно забрать документы. У людей в обществе не принято так. Тем более, с симпатичными незнакомками не принято.
- Можете звать меня Вель. - Не стал протягивать руку, как делают это во многих странах. В Японии этот жест казался лишним, нарушающим тонкую атмосферу страны восходящего солнца. - Дела в полиции закрываются, если не хватает информации для дальнейших действий или вмешивается кто-то, имеющий вес, стоящий выше, над. То есть, хотите сказать, вы подняли дело из архива ради торжества справедливости и раскрытия тайн? - подпустил таинственности в свой бархатный голос, подперев собой стену около двери. - Меня тоже заинтересовало кое-что. Поделитесь? - отлепил взор от созерцания коллеги и бросил его на стол с архивными материалами.

+2

214

Мужчины... Мужчина всегда остается мужчиной, как бы тщательно он не прикрывался социальными ролями. Будь ему восемнадцать или девяносто лет, будь он на работе или на свидании. И это рефлекторное прощупывание почвы и оценивание особи противоположного пола всегда будет первой реакцией при встрече с… с этой особью. Воспринимать это как оскорбление – не уважать себя. «Мужской интерес – то немногое, что делает женщину женщиной». Так считает Зоуи. Другое дело, как реагировать. Можно по-детски вздернуть нос и гордо развернуться. Можно презрительно фыркнуть и… гордо развернуться. Можно постараться сравнодушничать и не обратить внимания. Все зависит от того, кто там – напротив.
Вель, несмотря на всю свою внезапность, отторжения у Зоуи пока не вызывал. А потому был удостоен ее легкой улыбки и отведенного в сторону взгляда. Хотя, если уж совсем честно, скорее усмешки.
Ну… хотя бы начал с глаз.
Все еще держа пальцы на кнопке выключателя, женщина, чуть склонив голову набок, слушала объяснения. Он еще и шутить пытался. Это было так непозволительно мило, что окончательно развеяло напряжение, невольно образовавшееся с его появлением.
Все удивления по поводу нестыковки видимой юности с заявленной опытностью женщина оставила «на потом». Как, собственно, и дальнейшее суждение о личности. Молодой медэксперт, хоть и являл собой образ человека довольно приятного, но первое впечатление никогда не было для психолога единственно верным. Все, так или иначе, притворяются, тем более при встрече с незнакомцами. Это просто на уровне рефлексов, защитная реакция.
- Поделиться?.. Да, конечно, - Зоуи жестом пригласила гостя к двум креслам у стола с коробками из архива, заодно молчаливо предлагая все же пройти внутрь и не толпиться на пороге. – Я не знала, что кто-то еще занимается этими делами, поэтому имела смелость забрать материалы из архива. И потом… стоящих вмешательства психолога дел в управлении сейчас все равно нет, так что… смахиваю пыль со старых.
Еще раз коротко взглянув на коллегу, женщина отошла обратно к своему столу, на ходу застегивая пуговицы рубашки (приятность приятностью, а на работе нужно работать… или нет?), и стала собирать разложенное на столе «портфолио» преступника. Сама она уже насмотрелась так, что желание помыть после всего этого руки стало просто навязчивым. Да и специалисту они смогут поведать все же намного больше, чем ей.
Нужно все же сказать, что хоть Зоуи и сделала вид, что пропустила мимо ушей иронию по поводу торжества справедливости, но слова Веля не могли не задеть ее. Разбирая и собирая вновь по запчастям это дело, как дешевый конструктор, в котором не хватает нескольких деталей, она сама не раз билась головой об стол из-за того, что информации просто издевательски мало. Более того, ее не просто мало, создавалось ощущение, что криминалисты покопались в метро, как маленькие вредные дети в отделе игрушек: это мы возьмем, а это не хотим. Да и дело не такое уж и старое. Всего какой-то год! Над менее громкими преступлениями детективы бьются и пять, и шесть лет. А тут… такой удар по обществу и по репутации полиции. И почти сразу попадает в архив? Черт знает что…
В приступе нерешительности она на миг застыла у своего стола со снимками в руках и, поджав губы, уставилась куда-то в сторону двери.
Может быть, я, и правда, сую нос, куда не следует?
Но даже если и так, дела не были засекречены, находились в общем доступе в архиве. Да кто угодно на ее месте мог заинтересоваться громким нераскрытым преступлением. И вообще, что за привычка во всем искать подвох!
Соберись.
- Вы очень вовремя зашли, – тряхнув головой, как бы между прочим, заговорила Зоуи, неторопливо переходя к столу в центре комнаты. – Если вы не против, я немного распотрошу ваши мозги.
Она обезоруживающе улыбнулась и, перекинув волосы через плечо вперед, села в кресло, на самый его краешек, без скучных, никого уже не интересующих, прелюдий переходя сразу к «акту потрошения».
- В зависимости от станции назначения и от того, в какой стороне находятся переходы между линиями, люди распределяются по вагонам в поезде неравномерно. Если переход в середине платформы, то в центральных вагонах будет больше всего пассажиров. Следующая станция, к которой отправился поезд, это очень крупный пересадочный узел, там всегда выходит много  народа, и переходы на соседние линии расположены в разных концах платформы.
Рассказывает Зоуи увлеченно, но старается поддерживать с собеседником максимальный зрительный контакт. Все ее объяснения сопровождаются жестами. Она указывает то на середину, то на начало и конец воображаемой модели поезда перед собой.
- А значит два первых и два последних вагона должны быть загружены больше. Но… посмотрите сюда, - женщина снова начала раскладывать на столе фотографии с места преступления в определенном порядке. – Вот... это фотографии из первого вагона. Ни крови, ни видимых повреждений и очень большое скопление людей. Пока не будем говорить о том, как они умерли. Просто посмотрите общую картину, - она сделала небольшую паузу, всего в пару секунд, давая возможность собеседнику ухватиться за ее мысль. –  Второй вагон, – руки Зоуи снова продолжили свое действие. На фотографии все стекла в вагоне разбиты, повсюду кровь, многие тела разорваны на части, некоторые просто лишены своих конечностей. –  Тут уже… постарались. Похоже на взрыв, но следов горения нет, и сам корпус вагона цел, – голос ее в какой-то момент стал чуть тише, словно она разговаривала сама с собой. – Ладно, сейчас не об этом. Людей… ммм… того, что от них осталось, здесь намного меньше... Третий вагон – примерно та же картина. Четвертый пуст. Самое большое скопление жертв в пятом вагоне. В середине поезда. И чем дальше мы будем продвигаться к концу, тем меньше тел будет на снимках. Что-то толкало людей с одного и с другого конца сбиваться в кучу в его середине.
Разложив все снимки на столе, Зоуи замолчала секунд на пять, еще раз оглядывая всю цепочку последовательностей. Мысли роились в ее голове, подобно осам, ищущих выхода из горящего улья. Начиная развивать одну идею, она почти сразу заходит в тупик. Так же со второй, третьей… седьмой, восьмой. Хорошо все объяснить и разложить по полочкам получается у прессы и блогосферы, несущих в массы весь этот паранормальный бред. Свобода слова – зло. Девушка всегда это знала. Каждый на своем месте, со своим уникальным мнением и видением мира. А итог – лишь массовая истерия. Людям не нужна правда, тем более такая. Им нужны жесткие рамки и постоянный контроль. Иначе они начинают превращаться в животных. Если бы кто-то поинтересовался мнением молодой женщины, она бы с уверенностью заявила, что все эти независимые журналисты нуждаются в неотложной инъекции сыворотки смерти. Но… ее никто не спрашивал, поэтому она тихо молчала "в тряпочку" и пыталась свести воедино то, что имела, по крупицам выуживая информацию из всех доступных ей источников.
- А сами убийцы… –  упершись локтями в колени, женщина положила подбородок на сцепленные в замок руки. – Это была не паника, когда что-то идет не по плану, и преступник в приступе ярости убивает заложников, нет. Они пришли убивать. Сознательно... Какой спектакль они утроили, - презрительная усмешка. – Все, как по нотам. Театр для двоих. Хотя, по мнению экспертов, там поработала целая группа. Но я готова стоять на своем, что их было не больше двоих-троих. Мое объяснение может прозвучать безумно, но я уверена в этом.
Наконец, умолкнув, Зоуи, покусывая губы, уставилась куда-то в пол перед собой и вдруг, словно что-то вспомнив, вздрогнула, опуская руки и переводя взгляд на Веля.
- О! Простите, я даже не представилась… Зоуи. Зоуи Мэй, - чуть сощурившись, глядя в глаза парню, она все же с улыбкой протянула руку. Да, у человека, живущего в Японии, эта традиция как-то быстро стирается из памяти, но, в конце концов, невооруженным глазом видно, что они оба европейцы, а обычное рукопожатие так много может сказать о человеке. И Зоуи не могла упустить такую возможность. У нее самой руки всегда сухие и холодные. Хотя говорят, что у людей с холодными руками – горячее сердце. Но… кажется, это больше не про нее…

Отредактировано Zowie (2012-01-20 10:23:21)

+2

215

Как считаешь, что она о тебе подумала? – Ненуачо? Сейчас не ты у руля, женщина. Сейчас у руля законный владелец, и самый главный, этого тела.
В своём поведении метаморф ничего пошлого не увидел. Он бы спустился взглядом и ниже, если б была возможность. Расстояние между ним и коллегой по работе не позволяло за пару секунд опустить взгляд до пола и вернуть обратно. С другой стороны, мог бы поддаться побуждению от одной из «теневых» личностей и не опускать взгляда ниже губ. Личные установки лишь не позволяли подчиняться частично чужой воле.
Я знаю, что она о тебе подумала. – Ты гений! Заткнись, голос в моей голове. – Хам. – И действительно, наступила приятная тишина в сразу посветлевшем сознании. Ему «до фонаря» было, что о нём думали его когда-то живые жертвы, что думают нынешние знакомые и окружающие и что будут думать в будущем те или иные личности.
Парню польстила реакция девушки на его взгляд. Не выгнала. Даже не сказала ничего предупреждающего или обидного. Может быть, это было молчаливое разрешение продолжать в том же духе. А может, как и многие другие женские жесты с их-то перевернутой логикой, ничего не значить.
- Премного благодарен, - с усмешкой на губах. Он не последовал сию секунду приглашению. Обвёл пристальным взглядом обстановку кабинета, отмечая наличие (или отсутствие?) видеокамер. На первый взгляд всё шито-крыто, но мест для скрытых камер наблюдения достаточно. – Не в шпионы играем. Будем работать. И… работать. – Честно соврал сам себе, посмотрев в след удалявшейся к столу коллеге, криво улыбнулся, прикинув кое-что, и прошел к одному из кресел.
- Отчего ж? Есть одно дело вообще без улик. Им кто-то занимался вроде бы. Пострадали двое – мать и ребенок. Психолог там будет лишним уж точно. Дело из ряда «недоказуемо». Ни свидетелей, ни пострадавших. Только пара изуродованных трупов. Мистика. – Наконец-таки сел, припомнив случай, о котором прочитал из газет. Зевс побывал там недавно… в том месте… и на грани чувств ощутил ещё не выветрившуюся Тьму и Смерть.
Он наблюдал за тем, как психолог складывала фотографии. Кое-какие он уже видел на компьютере, но не все. Вель перевел взгляд на коробки с прочими документами, справками, наблюдениями, выводами. Что там ещё могло быть? Кое-какие уже виденые им фото с места происшествия заинтересовали не только как медицинского эксперта, но и как метаморфа, способного на аналогичные свершения. Что-то не укладывалось в голове, вертелось волчком и оставалось невидимым! Есть мысль, есть… только  поймать её невозможно.
Несмотря на занятые мысли, как представитель противоположного пола, заметил маленькие перемены во внешнем виде коллеги. Всё теперь выглядит скромнее. – Мне перекрыли воздух. – Мысленно отшутился, с едва заметным прищуром янтарных глаз оглядывая девушку с чуть большим интересом, чем несколько минут назад. – Эй… озабоченная тварь! Маньякам в полиции не место. Вот и не будь здесь таким. Фу. – Я тебя слышал. – Отмахнулся как от надоедливой мухи. Он думал сейчас и о работе, и о… других вещах. Пусть эта его внутренняя многоликость мешается, привык уже чувствовать себя не единым существом.
- Как я могу быть против потрошения моих мозгов? Вы что? – коротко рассмеялся. В переносном смысле это не больно, даже приятно лишний раз напрячь себя обленившегося такого. А в прямом смысле – лишний раз испытывать не хочется. Потом неделю не можешь восстановиться, а ещё две – понять, кто ты такой и где находишься, в Раю, на Земле или в Аду. Пожалуй, здесь чуть-чуть преуменьшено. Всё намного хуже бывает.
Вель стал слушать, смотря то в глаза собеседнице, то на её жесты, то на стол. Он очень четко представлял картину в целом. Кажется, даже знал, почему всё произошло. За исключением одного, зачем нужно было гнать людей в одно место. Чем-то напоминает обряды жертвоприношения, когда происходили массовые убийства. Убийца вполне мог быть один, при условии, что он не человек и способен призывать кого-нибудь в помощь. Не стоит отвергать и мнение психолога-криминалиста. Один. Два. Три. Легко можно себя уверить и в том, что в инциденте участвовала группа безумцев, более нескольких человек, устроившая кровавую баню.
- Приятно познакомиться, - как ни в чем не бывало, быстро отвлекаясь от темы разговора и мыслей, произнес парень. Ни секунды не мешкая, привычно пожал протянутую руку. Не крепко, максимально расслаблено, скорее даже нежно. Ничего необычного. Разве что рука Зоуи чуть холодней, чем ожидалось. Зима. Большего и не стоило ждать. Сейчас менее уместно необычное тепло его тела, сохраняющееся даже при холоде.
- Я кое-какие фото уже видел и разнообразием видов убийства налюбовался, - непонятно, серьезно ли прозвучало последнее слово или для окрашивания речи к достаточно красочным картинкам с развороченными трупами людей. - Те, что с виду нетронуты, по кое-какой информации, задохнулись, умерли от закупоривания легких. Здесь простор для фантазии медика, потому что разработок биологического оружия масса. Это не афишируется, конечно. Надо же на ком-то проверять? Не исключаю и иного источника смерти людей в первом вагоне. - Вель замолчал на несколько секунд, пододвинув к себе одну из фотографий, где очень четко запечатлели два (или три? не разберешь даже) растерзанных трупа. Наверняка, сами люди умерли ещё при первых повреждениях данного типа от болевого шока.
- Здесь, - он пододвинул к себе ещё одну фотографию, - и здесь, - указал на ту, которая уже лежала перед ним, - почти одинаковые повреждения. Разрыв. Но если приглядеться, они разного происхождения. Это не маленькая бомба. Это не мясорубка огромных размеров. Не газонокосилка. И я не поверю, если мне скажут, что маньяк использовал тупую пилу. Людей рвали так, словно они бумажные, в одном случае, - понизил голос. На счет "бумажных человечков" метаморф погорячился, конечно. - В другом, сила приложена меньшая, разрывы грубее и... гуманнее - ноги, руки... - про головы он промолчал, посмотрев в глаза девушке без каких-либо эмоций. - Далее, это просто орудование ножами и собственными руками. - Выдержал паузу.
- Убийца мог быть один. Не отрицаю и вашу версию. Чтобы быстро провернуть массовое убийство, тем более в быстродвижущемся поезде, действовать надо также быстро. Это как загон скота, в одно место. - Возможно, он выражался грубо, пугая некоторыми словами. - Чтобы понять все детали, нужно встать на место убийцы. Его действия, его чувства, мысли. Представить себя им. Этот случай - это акт безумия, удовлетворение своей темной стороны. Вы же психолог, вы должны понимать это лучше меня. Сознательно или нет? А безумца можно назвать сознательной личностью? - риторические вопросы, не требующие ответов.
- А! - оживился. - Я ж забыл. Вы сможете поверить, если данное преступление было совершено не людьми и не с помощью обычных средств? - простой вопрос, без подвоха. Вель склонялся как раз к тому, что простой человек, будь он хоть трижды гением и изобретателем разных штучек для убийства, не способен был устроить настолько жестокое шоу в общественном транспорте. Метаморф считал, люди без серьезных причин вполне безобидные существа. – Спрашиваю серьезно, без шуток. – Он был уже уверен в своих предположениях. В поезде случилось просто избиение младенцев ради удовольствия. Он всё мог понять. Он ведь тоже чудовище, которое способно впадать в безумие.

+2

216

О, как это было приятно. Только на долю секунды Зоуи позволила себе поддаться чисто тактильному удовольствию от прикосновения теплой руки, тут же возвращаясь в реальность. Если даже парень только притворялся таким хорошим и обходительным, то это получалось у него так сногсшибательно, что женщина даже в мыслях не посмела портить такую красивую игру. Пока приятней было думать, что картинка не врет.
Рассуждения Веля были логичны, интересны и совершенно не лишены фантазии. Сразу видно, что он хорошо разбирается в том, о чем говорит. Возможно, даже слишком хорошо? Да нет… ну, что за бред полоумного. Где тут выключается паранойя?
Несколько раз Зоуи даже поймала себя на мысли, что слушать его приятно, и было бы еще приятней, если бы речь шла не о кровавом супе с костями. Хотя эта бесцеремонность в отношении погибших была даже к месту. Нет, Зоуи, конечно, не извращенка (по крайней мере, пока не была), но она давно привыкла к этой «особой» манере врачей и полицейских выражать свои  мысли. В чем-то это элементарно защищает психику нормального человека (а в то, что перед ней психически здоровый экземпляр, Зоуи хотела верить) от травм, не дает ужасу, с которым эти люди сталкиваются изо дня в день, взять верх, затронуть за живое.
Женщина ловила каждую фразу, практически не отрывая глаз от парня, лишь изредка переводя взгляд на стол или дальнюю стену и механически кивая. Но пока ее собеседник не говорил ничего нового, за что можно было уцепиться. Все то же хождение вслепую по замкнутому кругу, только теперь с точки зрения медика. Несмотря на это, она все равно продолжала обдумывать каждое сказанное им слово. Но в какой-то момент отвлеклась. Она даже чуть сощурилась, а уголок левой брови дернулся вверх.
Можно ли..? Сознательной личностью?
Зоуи чуть не поперхнулась воздухом. Бессознательные психи попадаются на раз, они не действуют так слаженно. А эти… Нет, они, безусловно, психопаты, и Зоуи не собирается вставать на баррикады в защиту бедненьких угнетенных маньяков. Но их нельзя так недооценивать. Даже у психопатов есть своя логика. Она извращенная, больная, чуждая пониманию здорового рассудка, но она есть. Большинство маньяков – высокоинтеллектуальные люди. Они отлично осознают свои поступки, какие последствия вызывают их действия, какое наказание они могут получить, за свои преступления. Каждый их шаг продуман и выверен до мелочей с математической дотошностью. И у них всегда есть логичное (логичное с их, вывернутой наизнанку, точки зрения) объяснение. Именно поэтому Зоуи и была уверена, что в метро орудовали два-три человека, скорее всего даже два. Психопаты (а то, что это было дело рук психически нестабильных личностей, видно и без лупы) никогда не объединяются в группы. Ведомые собственными мотивами, они не потерпят контроля со стороны абстрактного лидера группы. Максимум, на что они способны, это кратковременное сотрудничество с себе подобными.
Себе подобными… словно и не про людей.
Девушка так увлеклась этой внутренней борьбой противоречий, что до нее не сразу дошли следующие слова Веля.
По правде сказать, она даже не сразу нашлась, что подумать, не то, что ответить. Карие глаза, не моргая, какое-то время пытливо изучали лицо медэксперта на предмет хоть какого-то намека на шутку. Сказать, что женщина была в полнейшем ступоре – ничего не сказать.
Он что, серьезно?
Но весь его облик говорил о том, что он совершенно серьезен, либо просто мастерски скрывает, что решил развести ее как ребенка. Сглотнула. Так и не моргнув, отвела взгляд в сторону, в нижний правый угол. Вот так поворот. Ну, госпожа психолог, и кто кому мозги потрошит?
А на вид совершенно нормальный парень... Так, дружок… просто скажи, что ты пошутил. Святый Боже… твою мать! Успокойся…
- Что вы хотите сказать? – чуть севшим голосом. Прервав свой, уже неприлично затянувшийся, внутренний диалог, Зоуи, наконец, вновь подняла взгляд. – Знаете, Вель, я ведь уже не маленькая девочка, чтобы верить в сказки. Да и вы… - секундная пауза, не сомнение – скорее невинная ирония, приправленная мелькнувшей в уголках губ, едва уловимой нервной улыбкой. - Вы, мне кажется, тоже не мальчик. Призраки, полчища кровожадных зомби, хищные мутанты и кровососы – это все хорошо в фильмах, в играх, но… никак не в реальной жизни. Я уже и так сыта по горло всей этой сверхъестественной дрянью… - она сама резко оборвала себя, едва успев удержаться от того, чтобы повысить голос. Чем дальше девушка развивала свою мысль, тем виднее становилось, что она вот-вот потеряет контроль над своими эмоциями. Легкая вибрация в голосе. Грубые слова. Рваные жесты. Очень некстати. Вель ей не знаком совершенно, он не тот, перед кем можно показать свою слабость. Но опять эта потусторонняя чушь. В свое время одна безумная старуха, соседка отца в Лондоне, ее просто достала звонками и намеками, что в смерти ее мужа виновны некие аномальные силы. Его больше нет, черт возьми! И его убил человек, ублюдок в маске, а не привидение из телевизора. Теперь любой намек на «необъяснимое» вызывал у девушки приступ мягкого бешенства. Но не сейчас. Потом, дома, она швырнет тарелку об стену, проорется в подушку, прорыдает до утра, не в силах смириться со своим бессилием. Снова не выспится, а на следующий день напишет Майклу, что у нее все хорошо, и она обязательно приедет в апреле в гости, на Пасху. Но это все потом, а пока нужно было взять себя в руки.
- Я… знаете, - прикусив губу, Зоуи устало потерла лоб, - всему есть объяснение, его просто нужно найти. Сейчас, вы хоть сеанс экзорцизма проведите у меня на глазах…
Встав с кресла, женщина медленно прошлась по кабинету, потирая уставшую за день корпения над бумагами шею. Она надеялась на серьезный продуктивный разговор. Вель понравился ей, показался серьезным и уверенным, не лишенным ума и здравого смысла. А вот, как все обернулось. Вместо того чтобы помочь, он загнал ее в очередной тупик. Ему осталось только сладко улыбнуться и пожелать ей всех успехов в поисках. Тогда она точно прогонит его поганой метлой. А сейчас Зоуи даже не знала, злиться на него или нет. Глупость, конечно. Но все имеют право на свое мнение, и не ей его судить. Разбираться, кто тут не в себе, она будет потом. Пока работа…
- Вы что, в самом деле, во все это верите? - окончательно успокоившись, она повернулась к парню и даже нашла в себе силы улыбнуться, чтобы сгладить неприятное впечатление, которое могли произвести ее грубость и резкость.
Девушка так и осталась стоять чуть в стороне от стола, сунув еще больше похолодевшие руки в карманы брюк. Она не знала, что еще ему сказать. Он окончательно вывел ее из состояния равнодушного созерцания. Теперь каждый шаг наощупь.

Отредактировано Zowie (2012-01-21 12:53:23)

+2

217

Радикально нового, конечно, Зевс не поведал. Всё почти то же самое, о чем может судить любой медик. Он преподнёс лишь обычную, саму собой напрашивающуюся версию. Хотел продолжить уже в иной плоскости восприятия фактов, задав невинный вопрос. Не надавил, не выделил интонацией. Спросил как бы невзначай.
Сказать, что реакция Зоуи его удивила - это ничего не сказать! За сорок лет метаний по Земле метаморфу не случалось видеть столь... резкого отношения к потустороннему миру. - Копай глубже, Вель. Это не спроста. - Парень смотрел на девушку с легкой улыбкой и мягчайшим из своих взглядов, словно учитель, смотрящий на нерадивую ученицу. - Потенциальный пациент психбольницы. - Смешно. Было дико смешно. Он держался, очень хорошо держался, выглядел спокойным, слегка разочарованным, но продолжал уверенно лукаво улыбаться, не отрывая янтарных глаз от собеседницы.
На дворе двадцать первый век уже, а старые предрассудки ещё живут в ком-то. - Да, Зоуи, всё имеет логическое объяснение. Гравитация планет и звезд объяснима. Появление сказок объяснимо. Эволюция объяснима. Звуковая волна тоже легко объяснима. - В голосе нет издевательства, ни капли. Тон мягок. Однако, звучание слов. их выбор, сочетание, как насмешка. - Энергия также легкий объект для объяснения, не так ли?
- А вы не подумали, что я мог вас проверять этим вопросом? Я ж тоже знаю раздел психологии. Все, кто получает образование высококвалифицированного врача, в той или иной мере изучают психологию. - Отошел от основной темы. - Этот вопрос совершенно безобидный и все на него отвечают по-разному. Точнее, на его различные трактовки разные ответы. Вы верите в чудо? Вы могли бы предположить существование ангелов? Что такое сверхвозможности? - Запустил пятерню себе в волосы и провел до затылка, передумав развивать тему разговора.
- Кстати, здесь всё-таки есть камеры. Жалко. Я бы… - Вель попытался успокоиться и сдержаться от гнева, сказав это тише. Повеяло скрытой угрозой, вокруг будто стало больше теней, тьмы, а не света. – В общем, я бы ответил вам иначе, Зоуи. - Парень бросил взгляд в сторону окна, хмыкнул и снова перенес внимание на коллегу, успевшую уже вскочить с кресла, поддавшуюся нервам.
- Я верю только своим глазам и своим знаниям. Верить во что-то удел тех, кто боится это испытать на своей шкуре и точно узнать, есть это или нет на самом деле. Тот вопрос о вере... - Вель призадумался, откинувшись на спинку кресла. - Он не подразумевал моё мнение. Почему не рассмотреть место преступления в ином спектре? Вместо красного в синем? - Заигрался метафорами. - На взгляд скептика всё именно так, как указано в архивных бумагах. Я ничего нового не сказал, лишь раскрыв некоторые обрывочные догадки других экспертов.
Теперь уже метаморф не мог сказать что же его заинтересовало в этом деле. Зоуи не поверит, вконец распсиховавшись. Полиция не место для бесед, вызывающих у людей отторжение, неприятие.
- Скажите, почему вы занялись архивным делом? Что хотите найти? Выйти на преступника? Понять мотивы? - Вот и пришел момент, узнать напрямую, чего добивается психолог. Может быть, в шутке о справедливости крылась истина. - Перекрыть доступ тем тварям к жизни? - Логичный вопрос, кажется.
Ему надоело сидеть. Встал, зашел за кресло и положил ладони на края спинки, оперевшись. - Вельран, только не порть мебель! - Ева?! - И никакого ответа. Весь пафос свой растерял, услышав давно позабытую подличность. А он ведь планировал неплохое ночное времяпрепровождение, чему не суждено было сбыться, пожалуй. Взгляд его уперся в ноги девушки и медленно-медленно скользил выше. Немного склонив голову к правому плечу, Вель без любопытства, а с только ему известным намерением не отрывал глаз от объекта своего внимания на данный момент. Вся его поза излучала уверенность.
Захотелось человека? - Да нет. Ломки не наблюдается, переживу. Во всяком случае в здании полиции мне ничего не светит. А что? Побаловаться хочешь, детка? Не надоело в песочнице без песка играться? - Ты же знаешь. - Знаю. Даже не пытайся.
- Вам сможет помочь лишь тот, кто сведущ в подобных делах и имеет средства к их реализации. К примеру, если бы меня попросили найти убийц и устранить их, то я бы для начала озаботился самыми новейшими разработками в военной области. Хотя. Глупо звучит. Хочу сказать, преступники, замахнувшиеся на масштабное убийство, имеют туз в рукаве. Они опасны, очень. Это чутьё. - Метаморф чем-либо помочь бы всё равно не смог. Он уже узнал, что хотел, увидев кое-что на одной из фотографий. Бросаться на свершение подвигов не тянуло никогда. Сейчас в том числе. Смысл гнаться за себе подобной тварью, темным, упивающимся стремлением купаться в крови жертв, наслаждаться их болью. Свой есть свой. Не враг и не друг. Пустое место без видимой на то причины.
Там не было ни одного живого существа, когда весь поезд превратился в могильник. По мнению Зевса с людьми расправились бездушные создания. А бездушных нынче немало: демоны, личи, Посредники... кхм, шинигами, драконы (не к месту, не поместился бы в поезде), привидения, тени, живые мертвецы. Кого ещё можно отнести к подобным существам?
Если всё намного проще и содеянное принадлежит рукам человеческим, метаморфу пришлось бы перелопатить своё отношение к людям и миру, ими заселенном.
Зоуи права, всегда есть логическое объяснение. Только... человеческая логика рухнет, когда воочию сможешь увидеть нечто в том же духе и сохранить самообладание.
- Не запирайтесь в рамках логики Зоуи. Гибкий ум и интуиция - лучшие помощники, чем голая и бесстыдная логика, уже несколько тысячелетий не раз подводившая людей. Всё объяснимо. Захотите - найдете ответ, каким бы вывернутым наизнанку, с вашей позиции, он не был.
Парень смотрел в глаза психолога слишком прямо, проникающе. – Э, недоумок, контролируешь хоть себя? Такое ощущение, что тьма из глаз сочиться начнет. – Да, я спокоен. – На краткий миг полоска янтарной радужки стала уже, а где-то в тьме зрачка шевельнулось нечто темное, страшное, требующее выхода! – Да, мы заметили. Ещё чуть-чуть, и твоё спокойствие слетит. И камеры не станут помехой. Уступи мне, а?

+2

218

Вспылила, да. Бывает и такое. И «знатоки души» не застрахованы от помех в эфире самообладания. Знание тонкостей человеческого поведения, умение распознавать, использовать и управлять – все это не превращает психолога в бесчувственный механизм для переработки знаний. Человек, всегда остается человеком, слабым и незащищенным, какой бы груз знаний и ответственности на нем ни лежал. Зоуи сама не любит эту свою противную черту. Слишком резкий характер – первый порыв сдержать ей порой сложно.
Контролируй себя… тупица.
Эта вечная борьба Зоуи со своим собственным темпераментом однажды сыграет с ней злую шутку и доведет до шизофрении. Как часто, вместо того чтобы подчиниться велению разума, хочется вслух крикнуть «Эй! Заткнись! Это моя жизнь!» Но это вечный запрет. Эмоции – слабости. Проявление их при посторонних – непозволительная роскошь. С недавних пор и любые чувства – туда же, под амбарный замок.
Медленный вдох. Выдох. Еще один.
Каких-то тридцать секунд хватило Зоуи, чтобы загнать свою неуместную агрессию в чулан под лестницей и натянуть маску спокойствия и доброжелательности. Но стоило ей вновь обернуться к Велю, как ее с головой накрыло ощущение, что кто-то, незаметно для человеческого глаза, сменил декорации. Или просто включил свет. Девушка даже разобраться толком не успела, почему, но от парня, еще мгновение назад спокойного и вызывающего расположение, волной, величиной в четырехэтажный дом, накатил такой негатив. Он изменился буквально на глазах. Словно на маскараде по сигналу «Снимаем маски, господа!»
Психолог смотрела и видела его, как в морозный зимний день, когда воздух кристально чист. Ни миражей, ни преломлений.
Этот его взгляд. Такой покровительский. Наверное, под таким взглядом хочется сжаться, виновато опустить глаза и попросить прощения. Наверное… Но Зоуи хорошо помнит этот взгляд. Майкл когда-то тоже так смотрел на нее, когда она в очередном приступе безумного бреда повторяла и повторяла слова тех двоих, что напали на нее и Каору. Первый угрожал порвать на куски и ее тоже, наверное, так бы и случилось, если бы… Она человек… она человек… она человек… Слова второго не шли из головы до сих пор. Еще много кошмарных ночей она засыпала и просыпалась, неустанно шепча «Она человек…» А Майкл только смотрел, повторяя свои никчемные успокаивающие фразы, и не верил ей, он вообще не понимал, о чем она говорит. Успокаивающий укол, какие-то желтые таблетки – и нет проблемы, только затуманенное сознание, полное кошмарного бреда. Зоуи никогда не винила Твидда. А кто бы вообще на его месте поверил?! Сейчас девушка и сама уже готова согласиться, что часть воспоминаний того вечера – лишь больная игра ее воображения, и твердо верить, что ее боль и трагедия – дело рук человеческих. Но только… сны никуда не уходят…
Так что теперь, глядя на Веля, она не видела ничего нового. Только ситуация была прямо противоположная. Тогда ее уговаривали отбросить все это, а теперь – принять.
Но как он себя ведет. Черт возьми! Да, кто он такой, чтобы говорить с ней в таком тоне. Прописные истины. Гравитация… Звуковая волна…
В голосе его нет ничего отталкивающего, но любой взрослый человек поймет, в чем кроется издевка. Созданный им самим же образ трещал по швам.
Да что ты вообще обо мне знаешь, щенок?!
Обида? Нет. Скорее злость. Медленно закипая с каждым его словом, злость просто переполняет. Плещется через край, грозя утопить в себе все человеческое и доброе, что есть в душе. Злость на себя, за то, что позволила этому юнцу увидеть ее слабость. И как он себя повел? Как истинный джентльмен! Не разобрался, что к чему, лишь заглянул в едва приоткрывшуюся дверь. А что он смог разглядеть? Что смог понять? Ровным счетом ничего. Все, что успел подумать – ошибочность, скоропалительность и поверхностность самовлюбленного существа. И почему бы не пропустить это мимо ушей? Закрыть глаза, словно не было ничего. Правильно! Зачем считаться с другими? Ведь так сладко - потоптаться в чужой душе.
Вот он ты, какой… Премного благодарен… Приятно познакомиться… Тактичность, внимательность… Чушь! И какая разница, что заставляет человека думать так, а не иначе? Плевать! Я знаю истину! Вот она… узрите! Что ж ты за нечеловек-то такой? – думала Зоуи, даже не подозревая, насколько близка она к истине.
Пока Вель изливал на нее весь неуемный запас самовлюбленности, Зоуи так и стояла неподвижно на том же месте. Разве что, больше она не улыбалась своему коллеге. В какой-то момент ей даже стало не по себе. Было теперь в нем что-то, не то чтобы отталкивающее, скорее наоборот. Но это пугало.
Сидящий напротив нее парень всем своим видом выказывал свое превосходство. В его взгляде, голосе, словах, в его позе и жестах – во всем читалась практически неприкрытая агрессия. Когда он поднялся, она даже невольно сделала шаг назад к двери. Не в силах и слово сказать, девушка просто не знала, куда деться под этим взглядом. Большого труда ей стоило сохранять спокойное выражение лица. Зоуи только никак не могла разобраться, чем же вызвала такое к себе отношение. Единственный способ понять – дать агрессору доиграть роль до конца, в свою очередь, приняв навязанную им, только с небольшими поправками. Поэтому Зоуи не прерывала его. Пусть договорит до конца.
Просто наблюдай. Психолог хренов…
Мышцы лица, казалось, просто немеют уже, так хочется скривить губы в презрительной усмешке. Чего он добивается? Хочет вывести из равновесия? Поздно теперь. Бить нужно было сразу, а не давать возможность отдышаться. Все нарастающий гнев придавал девушке твердость и уверенность, не позволяя ей отводить взгляд от его глаз. Пугающих глаз, в неверном свете электрических ламп, кажущихся просто нечеловеческими.
- Не нужно говорить со мной в таком тоне, Вель. Это не делает вам чести ни как профессионалу, ни как человеку, ни как мужчине, - тихо и спокойно проговорила она, когда у парня, наконец, иссяк поток самодовольства.  – Чего вы от меня хотите? Чтобы я вот так взяла и поверила вашим словам? Хотите знать, почему мне противна любая мысль о ваших «сказках»? Мой муж тоже занимался поисками правды. Проводил исследования в своем институте.
Говоря это, Зоуи дошла до своего стола и, недолго порывшись в сумке, достала записную книжку.
- И что? К чему это привело? – вернувшись обратно к столу, где только что они двое обсуждали рабочие вопросы, она вынула фотографию, заложенную между страниц, и зло бросила ее поверх снимков с места преступления в метро. – Вот, что от него осталось… - Зоуи перевела холодный взгляд с фото на Веля. – Пятно крови на моей собственной фотографии… Так что… - короткий вздох. – Не говорите мне о гравитации и звуковых волнах. Я не дура, Вель, но… у всех есть свои причины.
Сказав все это, женщина явно успокоилась. Чувствуя, как прежнее холодное равнодушие с едкой примесью горечи снова разливается где-то в груди, там где, по мнению «экспертов», у человека находится душа, Зоуи снова опустилась в кресло, но уже не на самый его край, а расслабленно откидываясь на спинку и кладя руки на подлокотники.
- Если вам действительно есть, что сказать, я выслушаю, но не обещаю, что смогу понять.
А что касается моего интереса к делу…
- Зоуи на миг задумалась, опустив потухший взгляд в пол, - считайте, что да, это… - усмешка, - дело чести.
В словах Веля все же был какой-то смысл. Даже при всем своем скептицизме Зоуи не могла отрицать, что у этого преступления нет нормального в ее понимании объяснения. Нет, речь не об ангелах и волшебстве, конечно. Но сверхспособности она принять могла. В этом она не видела ничего антинаучного. В конце концов, человеческая природа – это еще такой темный лес. Функции мозга, генетика… люди только начинают познавать свои возможности, несмело приподнимая тяжелую завесу неведения. Но все же и эта теория попахивала голливудскими боевиками. Сверхчеловек. Сверхвозможности. Эксперименты. Правительство. Военные разработки. Опыты над людьми. Испытание на живом материале… Нет, нет, нет. Это пахнет еще большим идиотизмом. Дело такого масштаба вряд ли валялось бы в местном архиве. Да и любой занявшийся им человек, уже давно кормил бы рыб где-нибудь на дне Японского моря. Но Зоуи уже согласилась слушать, а значит, нужно хотя бы попытаться.

+3

219

Видимая угроза – нет. На грани восприятия, ощущений. У него нет с собой оружия, не считая сверхспособностей. Он не выказал никаких действий, влекущих за собой приступ ужаса или паники. Агрессия не явная. Для метаморфа она естественна с его недоверием ко всему миру.
Ты напугал человека! Опять. Ё моё. Ты ж не страшный, а наоборот по всем параметрам. Но своей энергетикой, поведением, природой… часть живых существ отталкиваешь, меняя лица как перчатки.
Я не меняю лица!
– искренне возмутился Вель, подыгрывая этой глупой мысленной игре-перепалке.
Я как женщина могу сказать тебе, кем она тебя сейчас считает, поверь. Это мнение даже не моё. А мнение ещё живущей где-то в тебе Евы. А она была старше твоего «главного папочки».
Ага, его вечно тянуло на знакомства со старухами, даже с одной остался в знакомствах! Поразительно! Да, Зара, какой я глупый! Конечно! Делаю себе такую пространную репутацию! Да! Да! Да! Ты ещё скажи, что с десятком личностей в голове можно быть стабильным и нормальным. Я видел таких, но они быстро сдавались. Я б тебя давно удушил, если б знал как.
  – Вель был полон ненависти к той, что являлась куда агрессивней его. Она даже не агрессором была, а воплощением безумия, которое только и живет, чтобы купаться в агонии других. И сейчас. Тот выплеск эмоций Зоуи… Отрицательный выплеск, гнетущий, как пища для темного существа. Не только, конечно, для Зары, но и для самого Веля.
А я знаю как. Убей себя. Не будет ни тебя, ни меня. Давай сдадимся пойдем вооооон той организации, в которую ты собрался топать в скором времени. И кранты будут. Хотя, может кто-нибудь из нас двоих только сдохнет, если они станут ставить эксперименты, а?
- Так… - почти прорычал парень, пропустив мимо ушей некоторые слова. Это даже было лучше. Не делает чести? А он и не  рыцарь, готовый на великие свершения ради этой самой чести, какой бы она не была. Да, он не человек. Он даже не имеет пола – может стать тем, кем захочет. Хорошо, что он не взял во внимание именно эти слова. Зевс гордый. Его бы это уязвило не как метаморфа, а как мужчину. Психика демона достаточно сложна. Поиски границ в том или ином – бессмыслица, лишняя трата времени. Врожденное безумие, слабое или сильное, необъяснимая вещь… кажется.
– Извините, я не стабилен, - сказал очень тихо и выдохнул, подойдя к столу и взглянув на фотографию. Пятно крови. Практически никакого запаха. Это было давно.
Это не улика. Либо пропал, либо убит. Если пропал, версий много… Очень много. А если убит, то тело просто спрятали, сожгли, съели (?), испарили и так далее и тому подобное. Это не улика… Это… - Зевс понял всё. Потерять любимого человека, судя по информации с разных источников, это больно, это ранит в самое сердце, калечит душу, искривляет психику. Если у одних нестабильность – приходящее качество, у других же – оно с самого появления на свет. Выходит, приспособленней те, кто привык к своему «безумию» и не стремится казаться нормальным больше, чем требуется.
- Зоуи, - Зевс подошёл справа к креслу девушки и опустился рядом на корточки, задумчиво глядя той в глаза. – Дела чести, как правило, тяжелая ноша. Но я понял ваше стремление к этому. Вы только не холодейте так – замерзнете, - он имел ввиду ту опустошенность, которая наверняка охватила психолога. А пустота место для холода, обычно физически сковывающем тело. – Постараюсь выражаться как можно осторожнее, чтобы терминами не задеть ваше хрупкое состояние. – Не спрашивая разрешения, ловко взял в свои теплые ладони руку Зоуи. Холод. Как же он не любил холод. Возникает ассоциация с трупами, давно пролежавшими где-нибудь. Они тоже холодные, ледяные.
Метаморф хмыкнул с улыбкой, глянув на коллегу с явным укором. Интересно, как это выглядит при таком цвете и глубине глаз? – Не на укор, наверное, похоже. А на попытку очаровать, утянуть куда-то. Черт, надеюсь, я сильно ошибаюсь. – Отвел взгляд и устремил его прямо, разглядывая участок стены с декорацией.
- Начну с того, что я действительно кое-что знаю о сверхъестественном, - преуменьшил Зевс, стараясь подбирать менее яркие слова. – Видел. Участвовал. Экспериментировал. Некоторые вещи лежат вне моего понимания. Соглашусь, существует много заблуждений и откровенной чуши. – Он прервался. – Поехали дальше. Разорвать человека способно очень и очень сильное существо. Земля таких практически не носит – они нарушают баланс. Это не Боги, если вы верите в их существование, конечно, - для них это мелочно слишком. Это не бесы – они не способны на такое. Бесами можете считать просто сгустки огромного негатива. – Хмыкнул, дернув головой. – Сложно объяснять так. Не надо считать меня сумасшедшим. Большинство людей этому верят, хоть и трактуют иначе. – Отошел от темы, собираясь озвучить свою версию. Абсолютно ненормальную версию. Он не сомневался – начальству не важны убеждения, вера, взгляды на мир сотрудников правоохранительных органов. Здесь важен другой аспект, у каждого индивидуальный. Для Веля – умение предположить даже полнейший бред, но найти стыки с реальной ситуацией. Там, где чуть ли не каждый день происходят загадочные события, верят многим вещам. Пытаются принять, понять, извлечь толк.
- Думаю, там поработали призванные существа. Их нельзя постоянно держать на свободе, это… несет особые последствия. Это могли быть животные. О, меня осенило, - встрепенулся парень, посмотрев на девушку. – Мутанты? Или новые виды. Не ожидал этой мысли. Сначала предполагал исключительное замешательство в этом деле лишь магии смерти, тьмы… теней, - с опущенным взглядом на коленки Зоуи. – Возможно, наука. Если взяться за тряску ученых, занимающихся секретными и военными разработками, то это немногое даст. А вот пообщаться с на… - чуть не сказал «нашей братией», - кхм, с представителями иной жизни. Да-да, Зоуи, я всё о том же, о чем вы недавно вспылили. Некроманты, вампиры, демоны… Я знаю! – пресек попытку какого-либо бунта, снова встретившись взглядом с коллегой. – Фантастически. Но это сыск уже. Кого-то искать, трясти, пытать, проверять мифы и легенды – дело уже не ваше. Если жизнь дорога. - И озвучил далее пришедшую через секунду мысль. - Проще всего самостоятельно выйти на убийцу. Сделать обращение в СМИ. Он сам на вас выйдет, рано или поздно, смотря, что вы ему предложите.
- И к слову, я действительно не мальчик, мисс. Я намного старше. Хорошо сохранился! - усмехнулся неуверенно. По человеческим меркам он уже давно стар. У демонов время течет иначе. Лишь за пару сотен они начинают наконец-то по-настоящему взрослеть. А Зевсу всего семь десятков. Он уже не ребенок, но и не тот, чьё мнение обязательно берут во внимание более старшие. Его всё устраивает. Ему ничего не стоит стать серьезным дядей и наставлять всех на путь истинный. Не хочет. Рано. Пусть многие думают, глядя на него, юнец играет в игры, до которых ещё не дорос. Заниматься самообманом не запрещено.
Он разжал свои ладони, но не отдалился. Остался на месте. – У вас появились идеи?
Пожалуйста, ну не бойтесь меня хоть в здании полиции. Я ж не до такой степени псих, чтобы показывать, какой я на самом деле «хороший». – Глаза Зевса потемнели немного и казались омутом – зеркалом совершенно другого мира. В них жил интерес. Тайна. Сила. И безграничная тьма…
Правильней было б прикрыть глаза и ждать ответа. Но не водилось за ним такой привычки. Хищник предпочитает наблюдать…

+2

220

Спокойствие? Безразличие. Желание жечь праведные костры и играть в инквизицию, действительно, куда-то улетучилось. Если разговор сейчас продолжится в том же духе, то признать поражение, пусть даже лишь видимое, лишь временное, и вывесить белый флаг будет много проще. Усталость…
Пустота. Невесомость. Как еще описать состояние души, когда человек немеет перед осознанием собственного бессилия что-либо изменить?
Девушка машинально бросила взгляд на неустанно бегущие в неизвестное будущее стрелки часов на руке. Не вечер. Не ночь. Безвременье. Уже слишком поздно? Или еще очень рано? Где эта граница? Наверное, время – поставить точку в их бессмысленном споре. Пожать друг другу руки и сказать «До встречи». Но вместо этого Зоуи, мгновенно забыв о бесконечном вращении стрелок, только инстинктивно вжалась в спинку кресла еще больше. Вель оказался так близко. Неожиданно близко. Слишком близко. Ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Для человека, еще мгновение назад каким-то шестым чувством ощущавшего исходящую от собеседника неопределенную угрозу, пусть и тщательно задрапированную внешней мягкостью и спокойствием, это вполне нормальная реакция. И хотя тяжесть этого чувства под его нынешними словами стремительно таяла, как пломбир под жарким солнцем в летний день, легкое напряжение все еще сохранялось, такое же липкое и неудобное, как след от мороженого. Поэтому первым порывом, когда холодные пальцы Зоуи вновь обожгло живое тепло, было выдернуть руку и шарахнуться в сторону. Но куда? Всюду враги – кресла и столы. Да и, кроме того, если уж говорить начистоту, этот первый импульс был так ничтожно бледен в сравнении с тем ощущением покоя, которое влилось в ладонь девушки вместе с теплом его рук. Она невольно сглотнула, беспомощно глядя на своего коллегу. Ее давно уже никто не держал за руку ТАК, словно это и не рука вовсе, а какая-то ценность. И дело не в том, что никто не пытался. Зоуи далеко не лишена привлекательности, и часто находились охотники утешить горе милой вдовы. Но она сама зачастую отталкивает от себя любого, кто хоть посмеет намекнуть на свое сочувствие, проявить интерес. Большей частью, бессознательно, конечно. Когда-то целеустремленная и твердая в своих решениях, теперь, с возвращением в Токио, она заново учится быть сильной и самостоятельной.
Он что, пытается успокоить меня? Сначала… а потом успокоить?
Бровь девушки даже едва заметно дернулась в изумлении. Но отторжения, как и странно, не было, только легкая растерянность.
Просто какой-то абсурд…
Изо всех сил стараясь вернуть себе трезвость восприятия, она, словно в легком трансе, чуть приоткрыв рот и сжав пальцы в горячих ладонях, продолжала смотреть в эти глаза, живые и теплые, как жидкий, еще не успевший поддаться сковывающей безжалостности времени, янтарь. В какой-то момент это стало казаться таким… обычным, таким привычным. И короткое расстояние. И покалывание в подушечках отогревающихся пальцев, и…
Черт… что это было?
Зоуи пару раз моргнула, прогоняя наваждение. Вновь вернуть себе контроль над своим телом и разумом она смогла только, когда Вель сам отвел взгляд.
Господи… господи… господи…Да ты что творишь, девочка?!
Мысленно она дала себе хороооший такой подзатыльник. Сейчас вдруг слова старой подруги о том, что Зоуи давно пора уже завести друга… ну, или подругу, как повезет, приобрели новый смысл. Нет, нет! Охмурять своего коллегу у женщины и в мыслях не было. Просто сама ее реакция на него заставила задуматься. Ненадолго, правда. Вель почти сразу прервал ее мысленные метания.
Как и обещал, он постарался быть достаточно скромным в выражениях. Скромным, насколько это вообще возможно, когда разговор касается подобной темы. Зоуи в свою очередь искренне старалась слушать как можно менее предвзято, не прерывая, даже внутренне пресекая слишком резкие суждения. Но ее голова откровенно трещала, грозя с минуты на минуту расколоться на части, как переспелый кокос, избавив свою хозяйку от мук непонимания.
Нарушают баланс..? О, Создатель… Какой баланс..? Бесы..?! Зоуи… как я согласилась на это?
- Сложно объяснять так.
Ох-хоо! Дааа… это я могу понять! Нет, он точно не в себе… - глубоко вздохнув, Зоуи едва удержалась от того, чтобы закивать.
- Не надо считать меня сумасшедшим.
Ээм…
От этих слов девушка даже чуть выпрямилась в кресле. Конечно, она из кожи вон лезла, чтобы сохранить максимально серьезный вид, но весь ее мысленный диалог, наверняка, был написан на лице, давая понять, что в ее голове вот-вот произойдет взрыв, по своему масштабу способный конкурировать с рождением сверхновой. Держать мимику под контролем было очень сложно, уголки бровей сами ползли вверх, выражая крайнюю степень удивления. Но она держалась... на грани собственных возможностей, хотя бы ради того, чтобы не оскорблять парня, который, кажется, говорит всерьез.
Всерьез..?
-… О, меня осенило…
Осенило..?
Зоуи аж сама вместе с ним дернулась от неожиданности, пару раз испуганно моргнув.
Все, что он говорит… это… настолько за гранью понимания. Но Вель на самом деле старается донести до ее разума хоть что-то, даже идя на резкость, заведомо не принимая возражений. Да какие тут, к черту, возражения?! Зоуи сейчас была в шаге от того, чтобы молча встать, выйти из кабинета и с видом растамана, познавшего весь глубокий замысел Великого Джа, отправиться, куда глаза глядят. На минуту девушке показалось, что так, наверное, должна была чувствовать себя Ева в тот знаменательный для человечества день, во время «инцидента с яблоком». Да и Вель, что уж там, очень уж смахивал скорее на коварного искусителя, чем на чокнутого ученого.
Кажется, он закончил. Добавил уже, как бы между прочим, что на самом деле он куда как старше. Ох... эти «между прочим». Именно эти замечания, выбиваясь из стройного ряда общей речи, зацепляются за подсознание, как паразит за свою жертву. Зоуи уже и без того поняла, что не выглядит парень ни на свой возраст, ни на свой ум. Да и ведет себя… В общем, 20-летние мальчишки себя так не ведут. Нет у них еще ни фундамента, ни воображения для выразительных качеств подобного масштаба. Но это «намного»…
- Намного?.. О, простите, – машинально переспросила Зоуи, но тут же осеклась, решив, что ее это касается в самую последнюю очередь.
Ты еще спроси, женат ли он… дура.
Вель отпустил ее руку, но она этого почти не заметила, настолько естественным стало за несколько минут это ощущение контакта.
- Идеи? – в голосе удивление почти граничит с возмущением. – Честно говоря… извините, - она нервно рассмеялась, чуть наклонившись вперед и на миг спрятав лицо в ладонях. А затем, прижав пальцы в щекам, снова взглянула в глаза медэксперта. – Просто вы так легко говорите обо всем этом… Словно рассказываете, что ели на завтрак. Так буднично… обыденно. Я… я даже немного теряюсь.
Она замолчала, наверное, с минуту соображая и копаясь в обрывках бессмысленных несуразиц в своей голове. Терялась она не только в своих вялых попытках думать, но и под его взглядом. Откровенно хотелось исчезнуть, не быть. На крайний случай, просто заняться чем-то: пробежать пару километров вокруг Управления, книги на полках поправить, да хоть чем-то.
Черт... он может вообще не смотреть?!
- Идеи… Я так сразу… А ваши вампиры читают прессу..? Извините, - она снова рассмеялась, одернув саму себя, потому что ее, кажется, опять понесло не туда. – И потом, публичные заявления – не моя компетенция. Да меня просто уволят за подобную самодеятельность. И это в лучшем случае…. Что мне ему предложить? Себя? Пару вагонов с невинными младенцами? Сеанс психоанализа? Да вы хоть представляете, какой общественный резонанс это вызовет? Бред… – еще минута размышления, нервного постукивания подушечек пальцев по губам и разглядывания складок на футболке парня. – Знаете, как у психолога у меня идей не особо много. Все же психика…  де-мо-нов - последнее слово она выдавила из себя уже по слогам и почти шепотом. – Это… это для меня тема такая… мм… новая что ли, - речь Зоуи вообще с трудом вписывается в рамки культуры языка. Впору усомниться, что она вообще говорит по-английски. – Я даже… простите, Вель, вы честно старались, но я… просто это слишком. Я очень хочу поверить вам…
Правда, хочу?!
- Вы сами говорили, что верите только своим глазам и тому, что знаете. Но я тоже верю только тому, что вижу… по крайней мере, стараюсь… а сейчас вы, как Коперник, пытающийся доказать мне, что Земля вертится…  Вель, встаньте на мое место. Я не хочу запираться, но это… это просто непостижимо. Я даже предположить ничего толком не могу.
Зоуи почти с мольбой во взгляде посмотрела на коллегу.
Ну, помоги же мне…
Поверить сразу в то, что среди людей по земле бродят некие существа из разряда «за гранью», она была просто не в состоянии. Девушку все еще не покидало ощущение, что она принимает участие в съемках второсортного мистического триллера, за который ей даже «Золотая малина» не светит.

Отредактировано Zowie (2012-01-24 17:31:43)

+3

221

Знаешь, что думают женщины, когда мужчины, не являющиеся друзьями, сокращают расстояние настолько? – «Сейчас поцелует?» Зара, у меня базовая личность демона-мужчины и мыслю я как особь мужского пола. Угадывать женские мысли я могу только с твоей помощью. – Будто бы и не было недавней перепалки. Жить с внутренним врагом невозможно, поэтому обиды легко забываются, таят под тяжестью реальности. Сумасшедшим здесь не место. Любить нужно даже те свои «недоразумения», делящими с тобой один и тот же сосуд. – Ну, ты почти угадал. Все женщины уверены, что мужчины это самцы, которые не станут упускать подвернувшийся шанс. – Так я же… не человек. Это психология человека. – Да, ты прав. Попробуй это теперь объясни той, что думает иначе. Только не говори об утешении, я тебя умоляю. – Не собирался я… - мысленно стушевался, понимая ситуацию и свою ошибку.
Сглупил. Забыл человеческую природу. Это метаморфы к друг другу не тянутся, что для них естественно по очевидным причинам. А люди, когда выведены из равновесия, хотят внимания, тепла. Он только что «пролил» уйму этого самого тепла на девушку, откровенно его непонимающую и запутавшуюся в ходе его странных, на её взгляд, мыслей!
С другой стороны, это чисто психологический приём. Отвлечь от веса слов физическим теплом, прикосновением. Маленькое проявление заботы, чтобы смягчить удары фантастических слов, выражений. Почему Зоуи отказывалась так упорно принимать новую информацию, совсем чуть-чуть заботило парня. Скорее всего, рана от потери мужа… обстоятельств его исчезновения, оказалась слишком глубока.
Он видел, как меняются эмоции на лице коллеги. Внутренне улыбался, а голос в голове явно покатывался с попыток Веля донести крупицы информации о его мире до простого человека, случайно оказавшимся жертвой данного разговора. Жертвой, наверное, мягко ещё сказано. – Это вынос мозга, Вель. Это вынос… - едкий смех и затишье. Он научился не выдавать себя ни мимикой, ни жестами, когда в мыслях идёт диалог. Он научился не казаться психом, а воспринимать «тени» в своей голове как игру воображения. – Искуситель ты всё-таки. Глазами искушаешь. – Чо? – Огромнейшее удивление. До такой степени удивиться и исковеркать язык – необычное явление для него. – Что слышал. В гипнотизеры тебе надо. Или как там… есть сериал даже. «Менталист». Во, преступников успокаивать или пугать. – Тупая ты, Зара. Дело не во мне. Дело в ней. – Возможно, его взгляд очаровывал, но это не какая-то сверхъестественная способность, а лишь игра света и тени. Почти. Здесь ещё легкий отголосок потусторонней силы, природы. Да не ведутся люди так просто на это. Закаленные сейчас все стали после фильмов ужасов, фэнтези и прочей ахинеи о «том, чего нет». Дело, и вправду, было в Зоуи. В чем же конкретно, известно лишь тем, кто ей друг, близкий, знающий о ней почти всё. Лезть в душу и выяснять, «а почему вы так странно на меня смотрите», - опасно. Человек существо гордое и недоверчивое. Захочет – скажет. Иначе – не надо, хуже будет.
- Намного, - кивнул, метая взгляд то на коллегу, то на какой-нибудь предмет интерьера. Он думал и не мог сосредоточить все свои мысли в одной «точке». Это не нервы. Но образы ускользают. Внезапно пришло кое-какое осознание. Резня в метро… Что-то вертелось и ускользало. И подличности не помогут. Фантомные мысли. Чувствуешь их, пытаешься поймать, а они спешат покинуть твою голову. – Не берите в голову. – Зевс отмахнулся от извинений, не заостряя внимание на этом. По паспортным данным ему двадцать семь лет. Об остальном можно не беспокоиться.
- Я ел на завтрак дерево… - меланхолично и очень тихо произнёс Вель, а потом едва не увалился, давясь неслышным смехом и с прищуром смотря на Зоуи. Глубокий вдох. Выдох. Отлично. – Это врачебная привычка говорить о многих вещах спокойно и не показывать своего отношения при этом. Помогает общаться с родственниками безнадежных пациентов, - он ласково улыбнулся, сохраняя свою позу без признаков усталости в неудобном положении.
- СМИ? Смело? Ничуть. Сказать: «Тот, кто устроил год назад резню в метро, явитесь пред моими очами», - это… не ново.  Но вы правы – бред. – Не стал спорить, хоть и не считал своё предложение спровоцировать маньяка на действия полнейшей ерундой.
- Земля вертится… - эхом повторил парень, задумчиво опустив взгляд на ножки девушки. Машинально растрепал собственные волосы, устроив на голове ещё больший хаос. – Мы живем в информационном обществе. Сейчас очень много различных интеллектуальных шедевров, ценностей. Век науки и совершенствования мозга. Это одна сторона. Есть другая. Оборотная. Черное и белое. Господи боже, это философия, - слегка вспылил. Зря он упомянул бога. В мыслях произошел маленький взрыв из-за откровенного веселья Зары. Демон упомянул Всевышнего, как это смешно – ха-ха. – Завались. Вырвалось, ничего… такого. – Знаю. Кому расскажу – не поверят же.
- Вот. Именно это действительно сложно отрицать, - произнес вслух свой вывод. Он размышлял. Пытался зайти с разных сторон. Он давно уже догадался, чем развеять сомнения Зоуи. Но… Не мог. По собственной инициативе он не мог показать «чудо». Люди бояться Тьмы и всего, что с ней связано. Магия? Ничего серьезного он пока что не может. Не дорос. Сквозь стену пройти – не поймут. Зевс отказал сам себе доказать на собственном примере, что мир не так прост, как кажется. – Вы хотите верить – это странно. Вам нужны доказательства. Уверен. – Отрывочные слова и снова взгляд в глаза девушки. Мольба? Быть того не может. Характер не позволял сделать многих вещей, пока не попросят, не озвучат. Это форменное издевательство, иногда. Перебороть себя практически невозможно, и остается ждать. Он умеет ждать. – Но тайны сами не раскрываются. Наблюдайте. Задавайте вопросы, если уже в чем-то уверены. Открывать перед вами двери никто не станет. Проявляйте интерес и вы увидите то, чего хотите, - тихая нейтральная усмешка.
- Найти преступника не сложно, если знать, какой он оставляет След. Новое понятие. То есть. Если это действительно не совсем человек или вообще не человек, то от его способностей остается некоторый... едва ощутимый хвост. Часто. Год. Слишком много, Зоуи. А я бы мог… - Запнулся. Только что он чуть не сделал предложение по поиску.
Почему-то у Веля крепла уверенность, что большинство жестоких убийств связаны. И даже то недавнее, на месте которого он был! – А вы не пробовали просматривать более поздние дела об убийствах? Там свежее информация. Неуловимых преступников нет. Бар «Осколки», происшествие на детской площадке. Жестокость в обоих случаях. Проскальзывает почерк. Но. Не факт, что это именно то, что нужно. В Токио не единственный маньяк-убийца. – Прикрыл глаза, чувствуя легкое напряжение по всему телу.
Хах, ты устал. А наша закуска сегодня пропадает, похоже. Давай уже, домой. – И дело, кажется, не только в этом. У меня температура тела повысилась немного. Вот же странная реакция. Хорошо… что я контролирую тело. Как бы сейчас повел себя такой же как я… личностные качества, бзики, эдакая извращенная любовь к женщинам… если бы он просто был человеком, а не мной… метаморфом. – У меня спрашиваешь? Думаю, легким возбуждением тут не обошлось бы, - противный смех в голове. – Да, знаю. Смешно. Я есть хочу. – Парень встал с корточек и прошелся к двери из кабинета в молчании, потом обратно, снова оказавшись рядом с коллегой.
- Вы что-нибудь ещё хотите на сегодня? – Задал двусмысленный вопрос, усевшись – против всех правил приличия – на стол перед креслом Зоуи и сцепив пальцы рук.
Эх ты… соблазнитель и садист. – Я знаю. Нечаянно. Это рабочее место. Я не могу. – И я знаю, как знаешь это ты!

+2

222

Слова доходят не сразу. Вот когда сообщают какую-то очень тяжелую весть. Например, что жить осталось не больше года, и ученые еще не нашли способа вылечить это заболевание. Слова доходят не сразу. Миллиметр за миллиметром они как термиты протачивают маленькие сначала отверстия в стене отрицания. Это может быть нервный смех, неуместные шутки, алогичные вопросы. Отверстий становится все больше, и стена, теряя свою прочность, начинает осыпаться и рушиться. Здесь можно увидеть попытку защититься с помощью агрессии или, напротив, молчаливое согласие на чужую опеку. А затем стена рушится. До сознания доходит смысл сказанных слов, и, не всегда способный справиться с информацией, мозг может провоцировать самые неожиданные озарения.
Он не поможет… Никто не поможет.
Его слова все еще звучат в голове. Не запираться в рамках логики? Но это все, что у нее есть. Единственное, что еще кажется важным, помогает двигаться вперед. Где нет логики, там ее ждет совсем другая Зоуи.
Опустив взгляд на собственные коленки, она попыталась хотя бы на миг представить себе тот мир, о котором ей говорит Вель. Почему же так? Когда-то в далеком призрачном детстве девочка с готовностью верила в чудесные сказки, рассказанные отцом. Всерьез боялась спать одна после вечера страшных историй в компании таких же мелких вредителей, как и она. Как? Когда жизнь успела сделать из нее унылую реалистку? Где то дитя? Где та свобода? Где то бесстрашие? Где найти силы бросить из рук груз знаний и убеждений, что закрывают обзор, и вновь взглянуть на мир чистыми глазами ребенка? Как научиться желать перемен? Как..? Где найти выход из ловушки собственного разума? Не зная ответов, девушка лишь тихо вздохнула, в неосознанной попытке этим обычным действием избавиться от той совсем необычной тяжести, что постепенно копилась в груди. Конечно, «сказка» ее коллеги была не так чудесна и куда как страшнее детских историй.
Пока парень изучал ноги Зоуи, Зоуи изучала его. Строго говоря, слово «изучала» сюда не слишком подходит. Вель, как и его поведение, и его мотивы, пока был совершенно непонятен женщине. За этот короткий спектакль он столько раз сменил декорации, но сам так ни разу и не вышел на сцену. Часть его всегда в тени, ускользает от глаза, лишь подцепляет воображение.
Он был загадкой, но загадкой, совершенной в своей неразрешимости. Как секрет иллюзиониста. Спроси – вся хрупкая красота в миг раскрошится, превратится в серую пыль обыкновенности. И Зоуи даже не надеялась разгадать. Только, склонив голову на бок и теперь вблизи разглядывая его более детально, слушала пространные философские рассуждения на тему дуальности бытия, позволяя этим идеям свободно перемешиваться в голове с мыслями далекими от работы и преступлений.
Доказательства… - она невольно усмехнулась. Взгляд, закончив свое путешествие, залип над левым плечом парня, куда-то в пустоту пространства.
Зоуи с большой долей опасения представляла себе, какого рода доказательства смогут ее убедить. Признаться, она даже сомневалась, что они именно убедят, а не толкнут в бездну сумасшествия. Тут нужна осторожность. А Вель хоть и говорит на эту тему достаточно свободно и смело, но ошарашивать ее фактами не спешит. Это тоже вызывает интерес. Зачем вообще было поднимать эту тему, если, кроме как словами, ему нечем ее убедить? Или есть..? Мысли уносились все дальше, к середине их разговора, когда парень упоминал какие-то эксперименты со своим участием…
Что..?
Путаясь в собственных представлениях, его словах, прошлых и теперешних, отрывочно всплывающих в сознании фрагментов дела – чьи-то показания, медицинские заключения, кажется, некоторые были даже не связанны с происшествием в метро, девушка в какой-то момент потеряла нить. Все это перемешивалось в голове, как цветные разводы в мыльной воде. Вель заговорил о других, столь же отталкивающих преступлениях, и Зоуи едва удержалась, чтобы не попросить его замолчать, потому что эта какофония образов становилась просто невыносимой. Усталость, весь день дремавшая где-то на заднем дворе в подсознании, теперь вырвалась на волю и веселилась вовсю, грозя с минуты на минуту полностью захватить управление. Концентрироваться становилось все сложнее, поэтому Зоуи была бесконечно благодарна Велю, когда тот замолчал. Хорошо, хоть вслух свою радость не высказала. Закрыв глаза и опустив голову на руки, чуть сжимая ее ладонями у висков, женщина воспользовалась моментом оглушающей своим великолепием тишины, чтобы хоть немного привести ход мыслей в порядок.
Это нужно заканчивать…
- Вы что-нибудь ещё хотите на сегодня?
Да этот парень еще и мысли умеет читать, – пронеслось в ее голове. – Да! Такси до дома и парочку рабов, пожалуйста.
Открыв глаза, первое, что она увидела – его кроссовки по обе стороны от ее ног.
- Что-нибудь..? – Зоуи, чуть прикусив губу, растерянно улыбнулась носкам своих туфель. – Разве что, карту в мозг на пару терабайт, а то с появлением нечисти там стало тесновато… А если честно, – подняв, наконец голову, - горячая ванна и мягкая постель, – взгляд медленно прошелся вверх от рук до глаз. – Надеюсь, вы не против? – Такой же двусмысленный, хотя и риторический по своей природе вопрос. Но мяч отбит. – Вы позволите? – встав с кресла Зоуи, легко перегнулась через парня, едва не задев его лицо волосами, чтобы забрать со стола свое фото. Конечно, можно было обойти стол и спокойно взять то, что нужно. Но… пф! Нет, не все женщины расчетливые коварные создания, только и занятые мыслями о том, как бы поработить мужчин планеты. У некоторых эта нечаянность, часто принимаемая за холодный расчет, заложена в самой их природе. Эдакий невидимый водитель, словно дергает за ниточки, направляет их в одну или другую сторону, заставляет говорить так, а не иначе, опускать взгляд в нужный момент, тут улыбнуться, там нахмуриться. Это называется женственностью, той самой, что дается природой, а не воспитанием в Академии благородных девиц.
Несмотря на усталость и катастрофическое просто по своим масштабам желание отключиться сию минуту, Зоуи проявила чудеса координации, спокойно и ровно дойдя до своего стола.
- Если вам еще нужны материалы дела, можете смело их забирать, - голос чуть отстраненный, мысли заняты выстраиванием четкого плана действий: собрать вещи, одеться и не отклоняться от курса на мягкую подушку.  – О… минутку, - проверив наличие пропущенных звонков на мобильном, она вдруг что-то вспомнила и, оторвав лист от лежащего на столе блокнота, сделала запись.
- Это мой номер, - снова подойдя к своему неожиданному и так странно задержавшемуся гостю, она протянула ему листок. – Если вдруг возникнут еще идеи, или будет, что показать… - запнулась, отводя взгляд к полу от его глаз, глядя в которые, начинает нести чушь. – В смысле… по делу. Если будет что-то… позвоните мне,  - последние слова прозвучали почти как просьба, но даже сама Зоуи сомневалась, что там есть какой-то подтекст, списывая свои неточные интонации на утомление. - Простите, Вель... на сегодня, я боюсь, мне уже достаточно откровений...

... Спускаясь в лифте, она мысленно была уже в кафе напротив своего дома. Там, по ее скромному мнению, готовят лучшую в мире собу. И хотя говорят, что чтобы отведать по-настоящему вкусной собы, нужно ехать в Нагано, девушка готова с этим поспорить. Она еще думала о недавней беседе, о неожиданных поворотах разговора. Думала о том, что нужно навестить мужа, к которому не решалась прийти с самых похорон. Но течение мыслей уже спокойное, неспешное. Они приходят и уходят, тихие как река, не трогают за живое, не меняют выражения лица, вновь немного безразличного. Чем она займется сегодня? Если повезет, проспит сном мертвеца до самого утра. Но ее почти не покидает уверенность, что после трех-четырех часов неглубокого забытья, она, уже которую ночь подряд, будет наблюдать игру теней на потолке своей спальни.

-----> квартира Зоуи

Отредактировано Zowie (2012-06-20 20:19:34)

+2

223

Момент, когда объект внимания сдается, устаёт, не в силах воспринимать информацию, очень хорошо заметен. Это тот самый миг, в который можно действовать, не встречая никаких действий против. Ну, или почти никаких. Жаль, но Вель не умел предавать сам себя и с трудом удерживался от желания сделать сию беззащитную женщину жертвой своих «бзиков». Его удерживали не столько собственные обещания, сколько воля второй сильной личности – Зары. Эта внутренняя борьба никому не стала б видна, никогда. То, что внутри – внутри, а снаружи – всё та же расслабленность, вальяжность, уверенность и благожелательность.
Он сам себе придумал проблему. Сам себя загнал в угол.
Ненависть к людям не являла собой нечто сильное, перекрывающее всё остальное. Он просто считал людей за формы разумной жизни, которые на ступень, или две, ниже метаморфов. Это относилось и к пищевой цепочке, а не только к пирамиде «разумности». Люди для него как домашние животные, с которыми порой нужно играть, заботиться о них. При том, не исключена оборотная сторона всех прелестей.
Ранее Зевс работал только в больницах, лишь изредка помогая какому-нибудь следствию, если то в конец запуталось с происшествием. А на этот раз он решил «влипнуть» по полной программе. Полиция. Камеры. Все, почти все, действия контролируются. Не мгновенно, конечно. Возмездие всегда приходит, рано или поздно, как правило, не являясь сразу, сию секунду. Он не станет светиться, пока что. Его всё устраивает. А рефлексы части личности под названием «маньяк» за пару десятков лет находятся под неусыпным наблюдением и вовремя пресекаются.
- То есть, по работе более ничего, - уточнил Вель. А он предполагал вопросы или просьбы. Закинул удочку, только рыбка не клюнула. Скорее всего, оно и к лучшему. Демонстрировать свои способности он бы отказался здесь. Да и… Зоуи не готова. Метаморф достаточно уже нагрузил девушку словами. Для полнейшего счастья не хватало ещё показательного шоу фокусов. Было б любопытно посмотреть на реакцию человека с нестабильной психикой. – И одним бы ненормальным стало больше. Вель, как будто тебе мало примеров из жизни? А ты продолжаешь страдать ерундой, как мальчик. – Тебе, что? Прониклась симпатией к людям? Я поражен! В ступоре! – Нет…
Вель хмыкнул неопределенно, по-своему понимая слова коллеги. А против чего он должен быть? Вообще, каким местом он здесь приписан? Он отрицательно мотнул головой. Отвечать вслух не требовалось. На риторические вопросы либо не отвечают вообще, либо жестами выражают своё отношение. Бывают и те, кто вообще не разбирает, какой характер носит та или иная фраза. – Эй, стой! – Рука парня дернулась вверх, когда Зоуи так мило и без стеснения стала собирать фотографии на столе, оставшиеся за его спиной. Мысленный возглас сильно ударил по мозгам, остановив неверное движение проснувшегося хищника благодаря почти интимной близости. По губам Веля пробежала нервная усмешка. Он тихо сглотнул, сделал такой же медленный и неслышный вдох-выдох и столь же аккуратно опустил непослушную конечность. Кажется, не только он здесь играл роль нечаянного соблазнителя. Или же коллега по работе сократила расстояние намеренно. Не ему же одному «веселиться», играя в опасные игры с чувствами.
Зоуи, вы в следующий раз предупреждайте, когда хотите приблизиться на такое маленькое расстояние. Не хочу вас пугать, но я могу быть опасен. – Прокрутил это у себя в голове и понял, звучит глупо. Лучшим вариантом будет промолчать.
Зевс промолчал. Одарил девушку красноречивым взглядом, выражающим настолько явный укор! И усмешка на губах, многообещающая и не сулящая ничего, казалось бы, хорошего. Похоже, психолог вряд ли придала значение выражению лица парня. Она была вся в мыслях, постепенно отстраняясь от происходящего. В общем, не ему судить. Женщины довольно-таки наблюдательны даже в состоянии усталости. Да неважно. В его поведении нет ничего предосудительного. Одна из возможных реакций мужчины на подобные действия женщины.
- Как будто вы мне можете запретить пользоваться материалами дела... - с улыбкой, негромко, почти мурлыкая. Архив общий. Пользование информацией из него также свободное, до особого распоряжения.
- Конечно, позвоню, если найдется что-нибудь интересное. - Не имел ввиду только рабочие моменты. Зевс прекрасно уловил смысл слов Зоуи. Первая версия для беспокойства по телефону не такая уж и чушь. Всё, что приходит в голову важно и кое-что значит. Парень не против не только позвонить и сообщить нечто интригующее. Он готов наведаться в гости, если собирается поступить смело и неожиданно. Кто знает, что взбредет в голову метаморфу.
Он принял листок с номером телефона, вставая со стола и бросая взгляд на стрелки настенных часов. Ага, задержался. План на ночь достаточно прост. Утолить голод и свалиться спать, чтобы завтра пойти к военным ученым и предложить им сделку. Сделку, из-за которой, возможно, он станет предателем для обитателей Изнанки. Слишком безрассудно. В том весь Вель...
- Да... - протянул тихо и сладко, проследив за взглядом девушки, упершимся в пол. - Не стану вас задерживать... здесь и сейчас, - добавил, поддавшись внутреннему импульсу и тут же мысленно скривившись. - Сам себе враг. Что ещё от себя ожидать, - лениво подумал, тем временем отгоняя теневых личностей в темный угол сознания, чтобы не ляпнуть ещё чего-нибудь лишнего. - До свидания, Зоуи.
Дождался, когда она выйдет и удалится, и позволил себе ещё раз просмотреть материалы по делу о резне в метро. Взял папку с документами и быстро пролистал. Отложил, на то же самое место.
- Ну да... Это были разносчики смерти... - пробормотал парень, выключая свет в кабинете и выходя в коридор. Прикрыл дверь за собой и прошёл к комнате, где оставил свою куртку и жужжащий включённый компьютер. - Кто-то из темных... Не просто человек или нелюдь. Именно повязанный с той стороной. Так просто эти дела не прощаются, если преступивший закон и нравственные ценности не очень значимая фигура. - Вырубил ЭВМ одним нажатием кнопки, накинул куртку, проверив содержимое карманов, всё ли на месте, и вышел вновь в коридор. Половина ламп уже не горела. Чем меньше людей в участке, тем меньше освещение. Он слишком задержался на работе.
Вель проигнорировал лифт и спустился на первый этаж по лестнице. Отмахнулся от дежурного и вышел на улицу. Точно, он забыл вернуть ключи от того кабинета. Волей-неволей, а вернуться и уделить минуту офицеру было необходимо. Неизвестно, когда он ещё раз навестит это здание. Не каждый день случаются убийства, достойные проявления толики интереса медицинского эксперта. Быстро расправился с легкой задачей отдачи ключей. Теперь точно его ничто не задерживает.
Метаморф проскользнул мимо охраны, не удостоившей его даже взглядом. – Спят на посту? - Шаг, два... Увеличивая расстояние от здания полиции, отдаляясь с освещенных центральных улиц в ночь.

===> ... определяется направление.

+1

224

Вам приходилось быть случайным свидетелем преступления?
Вот если ещё раз... - А мне приходилось. Это стоило месяца у прокурора.
Спасть за решёткой, есть за решёткой, раз в день справлять нужду и выслушивать нотации прокурора, типа Ты облегчишь себе жизнь, если сама во всём признаешься. Но даже не это было самым ужасным! Больше всего меня теребило то, что тот рыжий гад ограбил меня, в прямом смысле этого слова! И что я теперь отдам мистеру Мейсону? Он же меня уволит, если не съест заживо. Учитывая нашу разницу в габаритах, я не думаю, что это составит ему труда.
Потирая затёкшие кисти рук, я быстрым и гневным шагом направлялась домой. Мне ещё за квартиру со дня на день нужно заплатить, а уж про то, что я пролетела с работой, пардон, с обеими работами, и говорить не стоит. Но, что же поделаешь? Сама в какой-то степени виновата, что повелась за Кристофером. Хотя...
Его вроде бы не так зовут... А, ладно, не важно. Я задумалась: обычно у меня нет проблем с памятью, а сейчас... С чего вдруг? Хотя, быть может, сказывается целый месяц без информации... Или шоковое состояние? Но оно было месяц назад, никак не сегодня.
Я вздохнула, решив не заморачиваться на ненужные вопросы. Нет у меня никаких проблем. Сейчас мне лишь нужно прийти домой, убраться, выкинуть весь накопившийся мусор, зачистить холодильник, заплатить за квартиру, по новой составить бумаги для мистера Мейсона, и надеяться на то, что у него его ещё нету помощника, и что он примет меня на эту должность.
В общем, дел по горло.
-> Спальный р-н -> Жилой комплекс.

Отредактировано Рико Пейн (2012-02-04 10:13:02)

0

225

Центральная больница --->

Февраль. 2012 год.
• утро: зимняя природа по утру тиха и безмолвна, только слышно редкое щебетание зимних птиц и хруст снега под ногами. Небо безоблачное, ветра нет. Солнце светит ярко, наполняя кристально чистый воздух светом холодного зимнего утра.
Температура воздуха: - 4

Безумный взгляд искоренял окружение. Бьющееся в бешенном темпе сердце было готово разорвать грудную клетку и вырваться наружу, избавляя от разъедавших душу мучений. Мужчина хоть и успел по пути привести себя в порядок, но изнутри он был более, чем просто раздавлен. Лёгкие были забиты омерзительной гнилью слабости и раскаяния перед собственными принципами. Его сил не было достаточно на то, чтобы скрыть свои эмоции. Покрасневшая от злости кожа с напухшими в области лба венами выдавали его с потрохами. Он мучился, но что было тому причиной - оставалось загадкой для окружающих. Высокая фигура быстро демонстрирует удостоверение забывчивой охране и залетает внутрь. Кисть руки прикрывала нос, из коего тонкой струйкой бежала горячая кровь. Ему удавалось сдержать её, не роняя капель на идеально чистый пол белых плит. Пара-тройка приветливых возгласов, ставших повседневной нормой, несколько кивков и несвоевременный вопрос, донесшийся с офисных перегородок. Шум жизни раздражал его, заставляя беззвучно выть от боли. Тяжелый ропот ног приводит детектива к деревянной двери с сетчатым выделением в области окошка. Это была дверь, ведущая в его кабинет. Имя "С. Мэйсон" гравюрой солгать не могло. Дрожащие пальцы находят ключ, безуспешно пред этим изучая пространство всех имеющихся карманов. Знакомый щелчок означал, что замок раскрыт. Он наконец дома.
Стук двери, за ним - звук поворачиваемого вспять ключа, обрывающийся ударом связок брелков. С губ срывается холодный вздох. Мужчина прижимается спиной к дереву, медленно съезжая вниз. В плечах чувствовалась сильная усталость, будто ему пришлось остановить на ходу автомобиль. Так оно, в принципе, и было. Оборотень, нет, оба оборотня доставили ему ужасные хлопоты. Его терзал провал, столь очевидная ошибка. Виновником ошибки был он сам, не сумевший разглядеть не менее очевидных деталей. Журналисту-бродяге было делать нечего в том месте, где хранился засекреченный объект. В итоге вышло так, что досталось как больнице, так и ему самому. Правительство не станет делать поблажек служащим его уровня. Не смотря на свою известность, он не мог тягаться по статусу с теми же представителями федеральной безопасности. Понижение, увольнение? Какая к чёрту разница? Его куда больше терзал тот факт, что на свете сейчас стало на одного счастливого ублюдка больше. И этот ублюдок не остановится на достигнутом. Этот ублюдок будет продолжать сеять хаос в давно прогнившем городе, помогая себе и себе подобным сравнять его с землёй. Собранный с мыслями, он, похоже, наконец сумел остановить и тело, от чего-то разразившееся самоуничтожением. Началось это плавно. Он стал кровоточить, модифицироваться, но столь незаметно и непримечательно, что заметил он это лишь спустя некоторое время. Смута и сомнения не заканчивались одним лишь проваленным делом. Скотт неторопливо стирает кровь с лица, где-то неподалеку от себя, рядом с придвинутым к стене шифоньером, он находит одиноко лежащий платок. Этот платок он купил на прошлое рождество. С ним не связано никаких событий, просто время это сильно впечаталось ему в память. Из-за музыки, возможно. Спустя мгновение, белый будто снег платок обратился в цвет взорванной плоти. Кровь на нём быстро свертывалась, что пугало Скотта. Он не замечал, чтобы большое выделение крови могло свернуться в считанные секунды. Будь у него медицинское образование, мужчина бы сумел ответить на свой вопрос. Но по слухам он мог предположить, что с такой скоростью кровь свертывалась лишь у мертвецов. Означало ли это, что он уже давно мёртв? - Я не знаю, - тихий вздох сквозь зубы.
Кабинет был исчерчен тонкими лучами света, что были раздробленны на мелкие кусочки задвинутой шторкой. Цвета были холодными и вязкими. Переключиться на кабинет было наиболее верным решением: долгие рассуждения ни к чему не приводят. Поднявшись, мужчина стягивает с себя кобуру, раскладывает лежащие внутри карманов брюк вещи и, указательным пальцем проведя по собравшейся поверх стола пыли, садится в кресло. Оно послушно пригинается, издавая тихий скрип. Кабинет был рад возвращению своего хозяина. Он был готов принять любые чувства, выслушать всё, что тот попытается ему рассказать. Детектив мог рассказать многое, что сейчас он и сделает. Ему вовсе не требовалось слов: один его вздох, корнями разрастающийся из лёгких и врезающийся в серые стенки, был способен передать всё, о чём он думал. Локти упираются в стол, придерживая казненную голову, что от усталости еле держалась на плечах. Ощущение, будто по разным участкам тела врезались холодные как лёд иголки. Боли нет, её словно притупили иные чувства. Слабость в бессилии, невозможность вымолвить и слова. Как дрёма, но без желания заснуть. В память наконец впечатываются мазайки, постепенно складывающиеся в единую картину. Он выбросил куртку, где лежал его мобильный телефон.
Дьявол..., - ладонь скользит по залитому свинцом лицу. В кабинете был ещё один, но вряд ли бы кто-то догадался позвонить на второй номер. Все просто решат, что его захватила апатия.
Серые глаза Мэйсона взглянули в пустоту. Мозайка подсказала ему о нежелательных деталях. Вещи, которые хочешь забыть больше всего - никогда не будут тобой забыты. Он вспомнил всё, что произошло в больнице. К его счастью, это не шло вкупе с теми эмоциями. Это уже была не Утопия. Скотт Мэйсон вспомнил о галлюцинациях в больнице. Они вернулись, ему стало лишь только холоднее. Вцепившись себе волосы, он пытался осмыслить. Что происходит?
Я знаю лишь одно: я боюсь всего. Нет ничего, чего бы я не боялся. Я боюсь связываться с людьми. Я боюсь открываться людям. Каждый предмет может стать угрозой спустя какое-то время. Даже кабинет этот. Этот город... Всему виной лишь этот город. Стоило мне покинуть его, как я избавился от ночных кошмаров. Я избавился от галлюцинаций. Но почему я снова здесь? Зачем я мучаю себя?, - Палец медленно вырисовывает круг на столе, за ним - ещё один, размеров куда больших. Стирая центр, он обводит его вокруг. Ладонь почему-то сама тянется удалить лишнее с боков. Скотт нарисовал круг. Круг пыли.
Этот круг и есть мое существование. Я нахожусь в центре, не имея возможности покинуть его. Я уже и не я вовсе, если выберусь наружу. Этот цикл повторяется вновь и вновь. Создание, вхождение в абсолют и в конце - тотальное разрушение. Может, он прав? Может, мне пора смириться?, - мужчина вздрогнул. Из выдвижного шкафчика раздался шум. Раздражающая мелодия и вибрация. Похоже, что нашёлся кто-то умный, кто решил позвонить на второй его номер. Было интересно: кто бы это мог быть? Быстро добравшись до трубки, Скотт отвечает. Его неожиданно окутал холод и волнение. Кажется, он догадывался, кто это мог быть.
- Алло?, - нет сомнений, это был он. Детектив тяжело задышал, убирая трубку от уха. Он не хотел, чтобы тот это слышал.
- Да, Скотт Мэйсон, детектив, - собравшись с дыханием.
- И снова здравствуйте, мистер... Мэйсон. Думаю, вы узнали меня. Было не трудно догадаться, ведь вы так тяжело дышали, - Скотт кусает губы. Кажется, он оплошался, - Я с уверенностью могу сделать выводы о том, что вы с треском провалились?
- Да, послушайте, это так, но возникла некоторая неожиданность, - Это вы послушайте, детектив. Из-за вас мы потеряли ценный материал. Мы думали, что можем доверять вам, но вы не оправдали наших надежд. Как вы думаете, стоит ли нам слушать вас теперь?
Мужчина опускает голову. Он не знал, что ему ответить. "Человек правительства", как тот прежде представился, отчитывал его как ребенка. Это было унизительно, но он ничего не мог поделать.
- Но мы знаем, на что вы способны в действительности, мистер... Мэйсон. Мы знаем о всех ваших заслугах. Ооо, мистер Мэйсон, - звучал мужчина очень по-кошачьи, хоть голос его и был довольно низок. Было не сложно разглядеть в его речи смешки и ухмылки. Он что-то знает. Но что?
- Или же мне называть вас... Габриэль Хэйтер?
Глаза детектива округлились. Он сжал трубку со всей силой, чтобы не уронить её. Скотт помнил, как удалял себя из всех существующих баз и протоколов. Он подключил лучших профессионалов для того, чтобы навсегда стереть себя из памяти Токио. Неужели он провалился?
- Откуда... Откуда вы знаете?!
- Не волнуйтесь, этот звонок не прослушивается. Всё, что будет сказано сейчас, останется между нами. Давайте ка я объясню вам одну вещь, Скотт. Ваши способности действительно впечатляют. Вы стараетесь скрывать свой потенциал, но мы-то знаем, что это не просто болезнь. Это преимущество над человеческой расой. Простите за громкие фразы, мистер Мэйсон. Но, как говорится, бей и оно потечёт.
- Кто вы такой? Откуда вам всё это известно? И я не слыхал о такой идиотской поговорке.
- Кхехехе..., - раздался эхом смешок, - Я знаю, кто с вами это сделал. Более того, я знаю, что вы пытаетесь собрать информацию по некой секретной организации, занимающейся поимкой демонов. Так ведь, мистер Мэйсон? Так к чему же я веду? Я хочу лишь сказать вам, что вы нам ещё пригодитесь. И по мере вашей годности, я обязательно поведаю вам об этой организации. Вам остаётся лишь ждать следующего моего звонка. А теперь, мистер Мэйсон, мы с вами прощаемся. Берегите себя для нас.
Гудки. Детектив медленно опускает телефон.

0

226

Отыгрыш дня города.
28 февраля, 2013 год. Камеры предварительного  заключения. Вечер.
Весь день тихо, вечером поднимается небольшой ветерок и температура опускается до -2.
Мавр.

Говорят, будут пускать салют.
Какая разница? С нашей стороны его не будет видно.

Демон сидел, обняв себя. Ему было холодно: за попытку побега его перевели в новую камеру. Здесь не было окна: лишь небольшая форточка с решёткой у самого потолка. Оттуда тянуло.
Мавр тихонько что-то насвистывал себе под нос и иногда поглядывал на камеру, спрятавшуюся у входа. За ним следили.
К чему было устраивать этот дебош? Ты же сам прекрасно знаешь, что участок неприступен и бежать отсюда фактически невозможно.
Мне нужно было проверить кое-что. Они экранировали всё пространство и заблокировали мою магию. Стены неразрушаемы и неуязвимы. Выбираться отсюда нам надо в любом случае, но теперь я точно знаю, как.

Мавр тосковал без музыки. Она помогала отрешиться от людей в своей голове и подумать. Свист не помогал. Оставалось одно средство от назойливых голосов, чтобы остаться в относительном одиночестве: уйти в воспоминания. Туда, где никто не достанет до Мавра комментариями и замечаниями.

Год прошёл насыщенно. После передела территорий в Киояме заказы сыпались один за другим, новые боссы стремились захватить территорию старых, старые пытались сохранить остатки прежней власти и укрепить позиции, европейский мир воевал с японским, японский - с европейским... весёлое было время. Порой доходило до полномасштабных столкновений с градом пуль, взрывами, убитыми и прочими прелестями криминальной войны. Люди не гнушались методов "старой школы" и зачищали "точки влияния" гангстерскими методами, закладывали бомбы в машины и устраивали дерзкие покушения на жизнь друг друга. Золотое время. Демон успел взять своё.
Своею жизнью жили катакомбы: разрезанные почти пополам, многие проходы и тоннели обвалились, но жители их продолжали жить. "Кроты" делали новые проходы, соединяли старые, строили свои лабиринты и гнёзда... что не осталось незамеченным. Наёмник участвовал в тамошних конфликтах, но не любил распространяться. Войны в Подземелье не затронули верхний мир.
Тем временем криминальные войны поутихли. Европа и Азия нашли точки состыковки, японцы вновь смогли спокойно гулять по европейской земле. Отчасти этому способствовали полицейские зачистки, что оперативно уничтожили радикалов. Город успокоился. Система вышла из состояния хаоса. Естественное течение вещей было восстановлено.

Увы, участвовать в этом празднике жизни демону не пришлось. Его подставил один из заказчиков. Облава была обыграна по нотам, без возможности к отступлению. Демон сдался, не выстрелив. Его переиграли.
Но сейчас, стоя одной ногой в тюрьме, он не сдавался. План был готов.
За окном послышались хлопки салюта. Фейерверк в Японии - дело фееричное. Пусть Город теперь и в Европе, но размах остался прежним, токийским. Такое нельзя пропустить.
Мавр подошёл к стене. Подпрыгнул, ухватился за прутья, подтянулся. Не видно.
Паршиво. Время Мавра вышло. Вселился Менша.
Скучно. Заняться абсолютно нечем. Сняв с себя носок, перевёртыш повесил его на камеру. Time to fap. Не при людях же...
Счёт пошёл на минуты.
Ящер быстро вылез из рукава. Азур. Готов нести весточку на Большую Землю. Благо, Мавр умел писать чудовищно быстро.В минуту родилось письмо одной хорошей знакомой. Недзуми. Робин.
Азур принял листочек и ужиком скользнул в руку. Размах - и он улетает в синий вечер.
... Менша приспускает штаны и уединяется с мистером вялым. В камеру ворвались на самом интересном.
- Бля, ты охуел, да? - лучшая защита - это нападение. Хотя конфуз вышел ещё тот.

Носок с камеры сняли. Демону дали подзатыльник. Как и предполагал Мавр, следящий за камерами отвлечётся на салют и пропустит момент. Сыграно как по нотам. Мавр ещё раз прокрутил в голове текст послания:
«Доброго вам вечера, милая леди. Прошу прощения за столь внезапное вторжение в вашу жизнь, но мне, право, не на кого больше положиться. Насколько вы могли судить по стилистке и гонцу, это Мавр. Альтер-эго Менши.
Мы одной ногою в тюрьме. Сейчас нас содержат в камере предварительного заключения в центральном полицейском участке. Нам нужна ваша помощь.
Прошу вас, свяжитесь с Кирохиро Янцзы. Это широко известный в некоторых кругах наёмник. Скажите ему, что вы от Менши, мы в своё время оговорили условия нашего с ним сотрудничества. Передайте ему реквизиты счетов, что найдёте на обороте листа.
Я полагаюсь, на вас, Робин. Вы - наша единственная надежда.
Мавр, некогда представленный вам Меншей.
Боюсь, это моё единственное письмо вам. Больше у меня не представится возможности связаться с вами.
Постскриптум: прошу, позаботьтесь о ящере, его зовут Азур. Он самобытен, но я переживаю за него.»

----------------> Во флешбеки

Отредактировано Менша Данан (2012-06-24 22:16:20)

+2

227

Апрель. 2013 год.
• день: ветер усилился. Кое-где тучи порвались и проглянули яркие лучи солнца. Лужи растаяли и даже начали подсыхать. С юга возвращаются птицы, наполняя своими песнями городские улицы.
Температура воздуха: + 14

Темный, но одновременно яркий от огней вывесок город пленил своей игривостью. Хотелось остановить машину, дабы убить размытость объектов, не позволявших детективу разглядеть мир в полной красе. Отпуская педаль газа, нога с особой силой врезается в педаль тормоза. Клубы дыма покидают колёса, машина застывает. Руки медленно ползут вдоль руля, кончиками пальцев, будто когтями, врезаясь в обивку. Спустя долгое время Скотт наконец сумел позволить себе выбраться из гостиницы в свет. Мужчина охватывала неуверенность, уже давно отложившая свои плоды где-то в самом дальнем участке его души. Она без конца посылала импульсы в его сердце, а затем и вовсе в голову, старательно путая мысли. Всё проходило слишком спокойно, всё не выглядело так, как выглядеть должно. Мужчина медленно приоткрывает дверцу автомобиля. Мертвый хлопок, неторопливые шаги пронзают слух дождевых капель, под судорогами расходившихся в стороны от оставляемых им следов. Чуть подкосившись, Скотт прошел уже около пяти метров от машины. Пешеходные дорожки были полны людей, безлюдным это место обозвать не являлось возможным. Двигались фигуры быстро, исчезая из виду так же молниеносно, как те позволяли себе появляться. В далеке виднелось здание полицейского участка, подсвеченное голубыми огнями. В дали можно было рассмотреть множество других мест, таких как офисы, бары, парки. Сегодня, на его взгляд, всё выглядело куда более сжато, чем обычно. Будто окружающий его мир сузился в десятки, нет, сотни раз. Взгляд наконец пронзила дрожь. Этого не должно быть. В действительности, места эти были расположены далеко друг от друга. Толпа, все как один, остановились. Если прежде мужчина не замечал в них ничего необычного, то теперь заметил: они были безлики, все до последнего. Пока ещё не поздно, детектив быстро развернулся и побежал к машине. Всё тело его неожиданно охватило напряжение. Дрожащие ноги и руки из последних сил пытались подвести постепенно терявшее над собой контроль туловище. Вглубь запястий и лодыжек словно вросли кандалы, становясь единым целым со Скоттом. Стараясь не упасть на колени, его рука наконец касается двери. Закрыто изнутри. Огни неожиданно погасают, окружающий мир обращается в единую тень. Мысли о потерянном зрении переплетаются с мыслями о собственной смерти. Вокруг ничего, в этой пустоши слух способен зацепиться лишь за собственное дыхание. Это и есть смерть? Такая учесть ждёт тех, чья жизнь подходит к концу?
Прикосновения рук пронзают ладони жгучим холодом. Пальцы чувствуют твердую поверхность, схожую либо со льдом, либо с металлом. Всё наконец "прояснилось", когда руки сквозь липкую тьму коснулись собственного тела. Он жив. Ноги делают беззвучный шаг вперёд, за ним ещё один, за ними - ещё. Неловкий взмах заставляет костяшки врезаться в стену. С целью изучения окружения, мужчина расправляет обе руки. Те, не выгибаясь целиком в локтевом суставе, врезаются в две параллельные друг-другу стены. Похоже, что находился он в узком коридоре.
Что за чёрт?, - прерывисто задышал он ртом. Бесшумность шагов постепенно сменилась их лёгким эхом, скользившим вдоль сыплющегося со стен песка. Шаг за шагом он опускался по каменным плитам вниз, до тех пор, пока неожиданно не врезался о потолок головой. Пригнувшись, он всё же продолжил движение и вновь до тех пор, пока его лоб снова не повстречался с чем-то твердым. Он не знал, сколько времени прошло. Он не соображал совсем. Единственное, что тревожило его - выход из тесного пространства. Детективу постепенно пришлось двигаться ползком. В рот лезла пыль, распахнутые глаза также чувствовали боль от всего, что собиралось на нем по пути в неизвестность. Он наконец видит точку белую точку. Свет в конце тоннеля? Если он будет двигаться и дальше, то в конце-концов сумеет добраться до выхода. Но куда ведёт этот выход? С этими мыслями он двигался вперёд, до тех пор, пока окончательно не застрял. У него не получалось шелохнуть рукой, у него не выходило поднять голову. Свет промчался вдоль узкого коридора и врезался в Скотта, целиком его пожирая.
Мужчина приоткрыл глаза. Расплывавшийся потолок, горизонтальная лампа, края шкаФчиков с документами, сразу бросившихся в глаза. Он находился в своем кабинете.
Какой.. странный сон, - он сидел в своем кресле, закинув голову назад. Данный сон не был похож ни на один из ранее виданных. Никаких демонов, никаких посланий от Симбионта и, более того, никаких воспоминаний. На часах уже было 12 дня. Детектив, лениво потянувшись в кресле, удивился, что сейчас было ещё так относительно рано. По его рассчетам, просиди он всю ночь за бумагами и засни лишь под утро, он должен был бы очнуться лишь к трём-четырём часам дня. Потирая глаза, мужчина покидает кресло. Было бы неплохо заправиться кофе, - подумал он. Заперев за собой дверь, он неторопливо пронёсся вдоль офисных перегородок. Хоть по нему и было видно, что тот проснулся лишь недавно, но был он бодр, а настроение его, по сути, было далеким от упаднического. Что же стало тому причиной? За спиной Скотта также ходило много слухов касательно его нового внешнего вида.
- Что это за чёрт? Что за красные перья у него на голове?
- Он выглядит не как полицейский, но как панк. Что с ним случилось-то вообще?
- Кажется, самому серьезному детективу города снесло башню.
Лицо Мэйсона украшало некое подобие ухмылки. Пройдя в столовую, он взял себе кофе и, закинув ногу на ногу, принялся его попивать. Со стороны соседних столиков на него уставилось несколько людей. Они просто не понимали, почему самый таинственный детектив стал так часто светиться на людях.
- Он же вообще в последнее время не покидает своего кабинета.
- Стоит ожидать бед. Неспроста все это.

0

228

I see a heart set free
and my legacy hear a voice from a
shadow that is beckoning me

Последний допитый стакан кофе был брошен в урну. Кистью руки стирая с губ следы прожженного кофеином напитка, он быстро удаляется с глаз рабов пищеварительного тракта. Последние взгляды замечают на заостренном уголке рта его ухмылку, что свидетельствовала об аномальности окружающего. Был этот жест крайне редким и, стоит подметить, крайне несвойственным Скотту. Теряясь в догадках, окружающие его силуэты трескались от бессилия. Толстые линии впадин проносились вдоль тел и душ сослуживцев, одновременно братьев по оружию и, при всем при этом, самых чуждых на свете людей. Никто не знал, с чем связано такое поведение. Никто бы не догадался, почему исходящий от фигуры Скотта холод был сегодня особенно ярок. Никто, кроме самого Габриэля Хэйтера.
Быстрым шагом он пробирается сквозь кипы бумаг, летящих из неуклюжих офисных ручек. Извините, простите, не держите на меня зла, - чахлые рты извергают фальшивые извинения одно за другим. Всё это не важно, ведь день этот не сумеет попортить ни одна живая тварь, будь она даже выдуманной его собственным больным воображением. Резкий щелчок дверного замка, дверь в серебристом паре оголяет стены кабинета. Он вернулся, дабы вновь засесть на продолжительный срок. Удар ладоней по столу, за мизинец цепляется тонкая красная нить, перевязавшая документ. Потянув её на себя, он позволяет бумагам освободиться от злостно натянутого корсета собранности. Не удержавшись, он решил прочитать его ещё раз. Не важно, сколько раз. Один лишь взгляд на собранные воедино буквы-вырезки способен соскоблить десяток другой сантиметров льда с его черного как уголь сердца, вязкого, похожего на убитый гангреной орган, ставший ему совершенно необязательным. Человек, что прислал это письмо, был известен ему давно. От человека этого давно не поступало вестей. Сколько времени прошло? Год? Для существа, живущего сегодняшним днем, это, пожалуй, равносильно вечности. Аккуратно опускаясь в кресло, мужчина набирает побольше леденящего внутренний мрак воздуха. Кончиками пальцев он соприкасается с шершавой поверхностью письма, дабы прочувствовать текст в полной мере. Это был Зета - Стальной служитель полиции, некогда признанный убитым. Последнее письмо от него пришло год назад, когда Хэйтер лишь только вернулся к должности блюстителя закона.
Документ #R0153. Если подумать, то было бы странно, если бы ты не принялся изучать сейчас именно это дело. Сейчас, я так полагаю, апрель, верно? Это письмо было составлено в феврале, к слову. Я слежу за твоими успехами на старом новом месте, дружище! Ты пока ничего не решил насчёт возвращения на старый пост начальника полиции? Нет? Это я шучу, конечно же. Тем не менее, ты прогрессируешь. Ты удивишься, но я в курсе того, что тебе удалось достучаться до университета. Теперь ты, вероятно, удивлен тем, что я вообще знаю о существовании последнего. Я хорошо осведомлен, Гейб. Мне известно всё, что творится в городе. Катастрофа стала настоящим ударом для многих, ты это уже давно осознал. Но что творится в твоей душе? Неужели ты до сих пор один? Мне интересно одно: почему? Что ты пытаешься откопать? Ты добрался до УИЭЭ, сумел наладить с ними контакт, ты тесно общаешься с теневым министром. Тебя продолжают мучить кошмары? Ты пытаешься найти ответ? На что, Гейб? Почему бы тебе не остановиться? Оставь всё на меня, Гейб. Наша встреча так и не состоялась, я знаю. Но послушай меня, Гейб. Я нашел несколько действительно потрясаюших фактов касательно тебя. Если ты заляжешь на дно и перестанешь себя терзать, то я сумею со всем разобраться самостоятельно. Это касается твоего отца. Я не совсем уверен, но, возможно, с ним связана целая история. Я обязательно сообщу тебе, как только всё разузнаю. Копать, к сожалению, приходится слишком глубоко. Просто живи в свое удовольствие, забудь про ужасы, Гейб. Их просто нет. Если ты сам не сумеешь разобраться в окутавших тебя кошмарах, то никто не сумеет. Соберись, дружище. Я в тебя верю.
Ах да, не забудь изучить дело, куда было вложено данное письмо. Тебе оно покажется очень интересным.
Твой Z.

Прости, Зета. Но я не собираюсь всё взваливать на твои плечи. Это совсем не твои проблемы, ты и сам это знаешь. Но спасибо за то, что готов поддержать меня. Тебя интересуют мои цели? Я собираюсь пробраться в самое сердце университета. Я должен понять, с чем я имею дело. В полной мере. И, более того, на этом мои планы касательно злостных гениев, фанатиков запрещенных экспериментов не оканчиваются.
Мужчина собирает письмо в небольшой бумажный самолёт.
Я уничтожу их. Я уничтожу всё, что отклоняет город от нормы.
Рывком посланный предмет, разрубая воздух, врезается в миниатюрный снежный шар с городом внутри, что стоял на самом краю придвинутого к стене шкафа. Тот, в свою очередь, с треском разбился, высыпая содержимое на пол.

0

229

Апрель 2013 года. День.
Ветер немного ослаб. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. На деревьях распускаются почки, кое-где уже видны маленькие зеленые листики.
Температура воздуха: + 19
квартира Зоуи ---------->

Давай, давай, давай! – несколько раз нетерпеливо нажала Зоуи кнопку вызова лифта, не отрывая взгляда от загорающихся и почти сразу гаснущих квадратиков цифр на панели над матовыми металлическими дверьми. Обычно быстрый, сейчас он как назло еле полз по шахте вниз, а в итоге и вовсе застрял где-то на уровне шестого этажа. – Груда металлолома! – раздраженно бросила она в сторону лифта-предателя и побежала на лестницу, звучно стуча каблуками по глянцевой плитке пола и едва не теряя управление на поворотах коридора. Добраться до места работы посчастливилось только к полудню. Проторчав в пробке около пятидесяти минут, Зоуи уже откровенно материла себя за то, что не выбрала поездку в метро. В результате последние пару кварталов, остававшихся до Центрального управления полиции, она преодолела уже пешком. Настроения, с утра, а если точнее, с середины ночи отсутствующего, это не прибавило.
Оказавшись на своем этаже, малость возбужденная на вид женщина еще с минуту стояла у выхода на лестницу. Голоса, звонки, чей-то смех, недовольные возгласы, кто-то махнул рукой в приветствии, тут же снова утыкаясь носом в папку – оживление. – Да, отвыкла же я, - Зоуи не смогла сдержать теплой улыбки. Как же приятно было вернуться и увидеть, что все по-старому: жизнь бьет ключом, а сотрудники полиции в подавляющем большинстве своем не теряют присутствия духа, несмотря на то, что каждый день им приходится заглядывать в глаза чудовищам.
Еще одна незапланированная остановка по пути в собственный кабинет произошла у Зоуи рядом с небольшой лабораторией, где в случае необходимости медэксперт всегда мог провести простейшие анализы. Во-первых, нужно сразу сказать, вообще не ясно, какая неведомая сила понесла Зоуи именно через это крыло здания, а во-вторых… Женщина, витая в облаках, застыла перед закрытой дверью, словно прощеный грешник перед вратами Рая, и осознала это, только когда шарообразная ручка начала поворачиваться. Она не успела среагировать и ретироваться, а из помещения вышел… молодой темноволосый парень – лаборант. Сердце ухнуло вниз, с грохотом проломило пол и все последующие несколько этажей. Он, парень, наверняка, решил, что у местного психолога с головой совсем непорядок, потому что Зоуи еще секунд пять глядела на него, точно перед ней явилось привидение, а потом просто развернулась и стремительно скрылась за поворотом, помотав головой на его предложение о помощи. – Дура… А если бы… - фыркнула на себя за глупость, набирая скорость удаления от опасной территории. – И что бы ты ему(!) сказала? «Оу! Какая неожиданность! Давно не виделись!» ДУ-РА! – мысленно распинала себя Зоуи, стуча каблучками в направлении двери с табличкой «Зоуи Мэй. Психолог-криминалист». Отвесив сама себе воображаемый подзатыльник, госпожа психолог поклялась: на работе думать о… работе!
Наконец, преодолев бесчисленное количество препятствий, женщина добралась до своего рабочего места. Еще около получаса было потрачено на легкую уборку. Смахнуть пыль времен, распахнуть окно, позволяя ветерку беззастенчиво гулять по кабинету, перебирая стопки бумаг. И плевать, что в здании работает система кондиционирования, очень хотелось вдохнуть чуточку «живого» воздуха… Закончив наводить порядок, который к концу дня все равно грозился превратиться в привычный хаос, Зоуи покинула кабинет. Ее еще ждали внизу, в комнате для допросов.

Внутренний, - девушка бросила беглый взгляд на пикнувший один раз и загоревшийся красной лампочкой входящего вызова телефонный аппарат. – Да? – Зоуи подняла трубку не сразу и тут же зажала ее между плечом и ухом, продолжая строчить что-то в ежедневник. Она уже вернулась к себе. Только вот выглядит теперь не такой вдохновленной, как до прогулки вниз.  – Куда едем?! С вами?! - вдруг отложила ручку и выпрямилась, откинувшись на спинку кресла. По виду ее определенно ясно, что мужской голос на той стороне озадачил ее очень и очень сильно. Слушая собеседника, женщина окинула взором комнату, будто ища что-то, взгляд сразу остановился на небольшом кофейном столике по соседству с двумя креслами чуть в стороне от рабочего стола. Там стояла коробка, каких просто целые лабиринты в Архиве парой этажей ниже, а поверх лежала папка, на вид не слишком толстая и новенькая. – Да… то есть нет, еще не смотрела. Погодите… – она прикрыла глаза, потирая пальцами свободной руки переносицу, пытаясь сообразить, о чем идет речь. - Вы серьезно?..  Двадцать пять лет прошло! Я тогда даже в полиции не работала. Да я вообще не работала – я была ребенком! Это… - пришлось прикусить язык и несколько раз молча кивнуть. Аргументы, приводимые мужчиной на другом конце провода были исчерпывающие. Более того опыт его и знания, которыми женщина искренне восхищалась, не позволяли оспорить приказ. – Я все просмотрю. Да. Да. Разумеется, - она несколько раз кивнула. – К шести? – бросив, мягко говоря, изумленный взгляд на часы. – Да, я знаю… Я не спорю, - добавила уже чуть тише, опуская глаза к исписанной наполовину странице. Возразить было нечего. Не подчиниться женщина тоже не могла.
Повесив трубку, Зоуи тяжело вздохнула и склонила голову на сложенные на столе руки. – Ну же, девочка, ты справишься.
Успокоив поднявшийся в голове бунт противоречий и нежеланий, женщина, так и не поднимая головы, снова дотянулась рукой до телефонной трубки и, ощупью набрав четыре цифры, приложила ее к уху. Еще одна щемящая сердце проблема. – Успехи? – совсем тихо поинтересовалась Зоуи, когда гудки в трубке прекратились. Задавать этот вопрос было бессмысленно, она и без того знала, каков будет ответ. – Даже намеков? Хоть какие-то зацепки, - ее голос разочарованный, немного раздраженный и совсем капельку усталый. – Да. Ты уже знаешь? Одна я тут ничего не знаю. Ладно… дай мне десять минут.

Отредактировано Zowie (2012-04-24 10:47:49)

+2

230

Апрель 2013 года.
День. Ветер немного ослаб. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. На деревьях распускаются почки, кое-где уже видны маленькие зеленые листики.
Температура воздуха: + 19

УИЭЭ
Прежде всего, выходя на задание, я прошлась домой. Прежде всего нужно было сложить о себе хорошое впечатление. Образ милой выпускницы института Токио - неплохой выбор. Язву и ехидство, мои постоянные спутники, к сожалению не подходят. Но я без сожаления отказываюсь от своей обычной линии поведения, все ради успешного выполнения задания. Ведь чувствую, что придется долго еще проработать в роли няньки для одной девушки. Сотрудники полицейского управления, между тем. Одежда выбиралась соответствующая: свободного кроя штаны черного цвета и белая в зеленую полоску блузка с короткими рукавами. Прежде всего мне потребуется на новой работе практичность и комфорт. Чтоб не приходилось каждый раз делая движения задумываться не будет ли видны под юбкой нижнее белье. Штаны как нельзя кстати подходят в этой ситуации. Не привлекаю слишком большого внимания и не отвлекаю от работы полицейский. Мне не нужны неприятности, которые обязательно будут, если мной заинтересуются мужчины полицейского управления.
Вторая остановка по дороге к конечной цели моего путешествия - супермаркет. Тут я себе подобрала хорошенькие светлые очки для работы с компьютером и заодно зайти в продуктовый отдел перекусить чего-нибудь. Я же еще с прошлого вечера ничего не ела. Хорошо хоть заметила сейчас. А то навряд ли найду что-то перекусить на новой работе. И в последнюю очередь: парикмахерская. Не жалея собственных волос подстригла успевшие отрасти длинные волосы до середины спины, а то и немного короче.
Может стоило заодно и подкрасить волосы? Хотя нет уже поздно соображать, я почти приехала. Чем ближе к своей цели я приближалась, тем лучше видела само здание. По истине огромных размеров стеклянное сооружение. С виду такое хрупкое, тем не менее надежное и величественное. Пока добралась к входной двери десять раз успела обдумать собственное задание, разные причины по необходимости вступать в ряды полиции. По сути дела это было бы проще всего. Можно следить за девушкой и собирать информацию законным путем. Сплетни, обрывки разговоров и подробные расспросы. А о работе в кафешке напротив управления... даже не знаю. Не хочется устраивать там постоянные драки и разбирательства с особо активными клиентами. Не то. Самое главное: кем устроиться? Кто будет привлекать меньше всего внимания?
- Могу я чем-то помочь вам, мисс...? - кажется я слишком отвлеклась от реальности. Почти не заметила как прошла в дверь и уверенным шагом направилась к окошку справки. Где-то вдалеке виднелось множество маленьких кабинетов, поворотов и вновь кабинетов, но уже больше. Невинно похлопала ресничками, невнятно промычав свой вопрос, робея (играем) и нервничаем.
- Да как сказать... Я тут... Мне надо... Это... - запинаясь и все больше краснея, опустила глаза. Глубоко вдохнула побольше "чистого" воздуха и на выдохе ткнула молоденькому парнишке бумаги по оформлению меня сюда в роли стажера. А вот к какому отделу приписать не написали. Вот я с ожиданием уставилась на задумавшегося парня. Озадачила я его. Вон как быстро зашуршал бумагами, похоже ища документы на мою стажировку у них и заодно направление. К кому отправят и что заставят делать выпускницу института?
- Вот. - с каким-то торжественным видом доказал тоненькую папку с несколькими листами бумаги, которую нашел среди нескольких этажей таких же папок и документов. Туда же отправились мои документы и направление. - На сегодня работы как таковой нет, а вот с бумагами разобраться придется тебе, Хотару. Пройдешь вооон к тому кабинету и там тебе все расскажут и покажут. Удачи. - как-то быстро меня сплавили на другие руки. Подозрительно. Покачав головой и благодарно улыбнувшись, молча направилась к вышеуказанный кабинетик. Ничего примечательного с внешней стороны он из себя не представлял. Пожав безразлично плечиками, я выпрямила голову, поправив приобретенные очки, и тихо вошла в кабинет. Перед этим постучав в дверь, но раз никто мне не ответил значит никого нет или слишком сильно заняты. Правда? Вот я и вошла, прикрыв за собой дверь. Первое что бросилось в глаза: несколько кучек документов на краю стола. Сам стол со стулом, собственно, и большое количество шкафов. Все остальное как-то не отличалось от обычных кабинетов. Разве что просторнее среднестатистического рабочего офиса.
- Добрый день. Меня направили сюда... В общем, стажер я. - вроде это должно было все объяснить. И мое тут пребывание и повышенный интерес ко всему кабинету. Озорные и умные глаза осмотрев и запомнив все до мелочей вернулись в исходное положение. Стол. Сделав несколько шагов, ложу бумагу с направлением меня сюда на работу на испытательный срок. Имя в документе между прочим мое настоящее. Ну почти настоящее. Хотару Ёсира. Кхем, почти ж одно и то же, не правда ли? Только сейчас я замечаю скрытую за бумагами девушку.
[Уставшая среднестатистическая девушка. В самом соку, как говорят мужчины. Не высокая, но и не маленькая. Работа попалась ей не самая хорошая. Особенно в обществе стольких мужчин. Не замужем. Обычный человек. Мда, об этом как-то меня не предупредили. И что же она знает о мире магии? Итоги: ничего не понимаю, но обязательно все узнаю.]
По привычке отмечая для себя некоторые особенности, уделяя особое внимание к деталям. Отсутствием колечка на пальчике. Ауру служащей полицейского управления. Тем не менее все это было замечено краем глаза и отложено в ящичек "как только будет свободное время". А я из себя такая милая, белая и пушистая. Это пока молчу и показательно робею. Роль хорошей послушной девочки с совсем маленькими зачатками магии - обычное для меня дело. Скромная какая.

+2

231

Разумеется, десять минут Зоуи требовалось не для того, чтобы дальше фрустрировать, лежа на столе. Но нужно было переключиться. Думать о двух важных делах одновременно – не добиться успеха ни в одном. А тут еще и третье…
Стажер? – Зоуи несколько удивилась, с ног до головы окидывая вошедшую девушку изучающим взглядом. Стажеры в отделе криминалистов – редкость. Чаще всего молоденьких мальчиков и девочек отправляют заниматься мелкими правонарушениями, а еще чаще – перелопачивать тонны архивных бумаг (словно бы архивы именно для этой цели и создаются в век информационных технологий). Проще говоря, стараются избавиться от ненужного груза, за которым нужен глаз да глаз. – И тебя отправили ко мне? – удивилась еще больше, наконец взяв в руки листок с направлением. Откинувшись на спинку кресла, женщина быстро пробежалась по строкам. Так и есть. Место назначения верное. – И в чем я провинилась? – тяжело вздохнув, посетовала Зоуи на судьбу, откровенно не понимая, чем заслужила такую честь.
Ладно… допустим, Хотару, – Зоуи положила ценную бумажку на стол и склонилась над ней, через пару секунд уже переводя взгляд с корявых записей на лицо своего неожиданного «подарка». – Чем тебя уже успели озадачить? Стой! Нет, не говори, – вскинула руку в предупредительном жесте. – Ковыряться в отчетах от рассвета и до заката, – кажется, она даже улыбнулась. Да-да, Зоуи уже все это проходила. Не здесь, правда, не в полиции, а в психиатрической клинике, где проходила ординатуру после университета. Она еще немного помолчала, что-то прикидывая в уме и постукивая кончиками пальцев по столу. Стажер для нее, действительно, неожиданность. Тем более сейчас, когда нет времени и сил заниматься чьим-то обучением. Взвесив все «за» и «против», женщина тихонько шлепнула рукой по столу и наконец продолжила:
В общем, не торопись расчехлять свою ручку. У меня на тебя немного другие планы. Пошли. И давай сразу без официоза. Просто Зоуи, никаких мисс, миссис и прочих, – Зоуи поднялась с кресла и, прихватив с собой какую-то папку, отправилась к выходу, ничего пока не объясняя – девчонка сама все увидит, а там уже и рассказать можно будет. – Ох, и не люблю же я это. Надеюсь, мозги у нее на месте. – Она пропустила девушку вперед и закрыла кабинет.
Проведя свою спутницу через бесчисленное количество поворотов, Зоуи остановилась перед дверью, которую не замедлила распахнуть, пропуская девушку перед собой. Комната светлая, опрятная, в ней ничего примечательного: прямоугольный стол, шесть стульев, у дальней стены уютный диванчик, там же на тумбочке кофеварка и стопка бумажных стаканчиков. Единственный привлекающий сразу внимание элемент обстановки – доска для улик. Зоуи жестом попросила двоих мужчин, находящихся в комнате, не обращать пока на них никакого внимания. Собственно, они и сами не сильно отвлеклись, продолжая через огромное, в пол стены, стекло наблюдать за ходом допроса. С одним из них Зоуи и говорила как раз перед тем, как в ее кабинет явилась Хотару.
Иди сюда. Садись, – Зоуи поманила девушку за собой и заботливо выдвинула один из стульев, поставив его прямо перед стендом. – Я не верю, что можно научиться чему-то, ковыряясь в бумажках. Всегда нужна практика, поэтому… – не закончила, считая, что лучше всяких объяснений будет сразу ввести Хотару в курс дела.
Это Ами, – обращаясь, разумеется, к своему новому стажеру, Зоуи указала на левую сторону доски, где кнопками были прикреплены фотографии юной рыжеволосой девушки японки, лет семнадцати-девятнадцати на вид, – на одной она улыбается, на других – уже нет. Остальные изображают общий план места преступления и тело, отдельные его части с ножевыми ранениями, кровоподтеками и следами от веревки на запястьях и лодыжках. – Одиннадцать дней назад, она отправилась вечером в бар с друзьями и не вернулась домой. Ее тело нашли спустя четыре дня после исчезновения в мусорном баке того самого бара, – женщина немного помолчала и, коротко вздохнув, повернулась к правой стороне разделенной на две части доски. – А это Мина, – указала Зоуи на фотографии уже другой девушки, тоже рыжеволосой, тоже японки. Снимков пока только два, и на обоих юная особа улыбается. – Пропала три дня назад после похода в тот же самый бар. Тело ее пока не нашли. – Там же висят еще какие-то записи, схемы, где стрелками соединяются различные имена, а некоторые обведены в кружки, списки имен и названий, которые стороннему наблюдателю ничего не дают. Рядом стоит еще один стенд с картой Города и его окрестностей, на которой маркерами обозначены несколько мест. Зоуи выглядит спокойной, словно видеть все эти уродства на снимках для нее совершенно обычное дело. Однако это совсем не так. Ей очень тяжело на это смотреть. Она бы сейчас сама с удовольствием зашла в соседнюю комнату и собственноручно свернула шею ублюдку. Но женщина знает, что исчезнувшей девочке сейчас еще тяжелей, поэтому не позволяет эмоциям взять верх. Одна из тех ситуаций, когда госпожа психолог, действительно, оправдывает свой статус.
Этот человек похитил обеих девушек, – скрестив руки на груди, Зоуи устремила полный презрения взгляд за пределы комнаты, туда, где за толстым стеклом уже со вчерашнего вечера три следователя безрезультатно пытаются выцарапать жизнь последней жертвы из рук довольно приятного и даже интеллигентного на вид молодого человека. – Связь с Ами установлена – на ее теле нашли его ДНК, собственно, так его и взяли, и друзья девушки опознали его. Но у нас нет прямых доказательств его связи с Миной, - женщина вновь окинула взглядом фотографии на доске, - кроме почерка и схожести жертв. Схема в обоих случаях одна и та же: девушки отдыхают в баре в кругу друзей, а позже по неизвестной причине уходят с незнакомцем и не возвращаются на следующий день. Он держит их где-то четыре дня до того, как убить. С исчезновения Мины прошло три, и у нас пока есть надежда найти ее живой. Но для этого нужно узнать… где он ее держит.
Парень молчит в ответ на все тактические приемы следователей и будет и дальше отрицать свою причастность к исчезновению второй девушки. Он прекрасно понимает, что если на него повесят серию, то наказание будет разительно отличаться, чем в случае с единичным похищением и убийством.
Прочитай его дело, – Зоуи протянула папку, которую принесла из своего кабинета. Важной информации внутри не особо много. Приятный на вид юноша с европейской внешностью. Темные волосы, светлые глаза, правильные черты лица и умный взгляд – в такого несложно влюбиться, да он еще и студент медфака. Это добавляет шарма, флер важности и независимости. Несмышленые девочки часто ведутся на такие безупречные образы и так же часто попадаются в заботливо расставленные ловушки. Есть информация о прошлом, о том, как в детстве мучил животных, издевался над младшим братом. Мелкие кражи, два привода за угон. А в итоге похищение, изнасилование и убийство. Мечта, а не парень.
Оставив Хотару предаваться увлекательному чтению, Зоуи отошла к стеклу.
Сколько он уже держится? – спросила она вполголоса, а в ответ получила сбитые объяснения о каком-то блоке и, что за последние три часа единственное, что удалось «выудить» – рецепт утки под грибным соусом. Зоуи с сожалением поглядела на крайне измученного с виду парнишку-индиго, который и выдал весь этот бред. – Сам ни черта не умеет, а броня, как у слона… У меня есть идея, я надеюсь, что получится. Отдохни пока, – она легонько тронула его за плечо. На парня-телепата, в самом деле, было страшно смотреть. Силы уже почти на исходе.
Ну, что? Есть что сказать? – вернулась женщина к подопечной, когда та закончила знакомиться с делом. – Ты готова к такой работе? Если да, то я попрошу тебя о помощи, Хотару. А если нет, то… пожалуй, придется пересмотреть твое направление, – нянчиться и опекать, Зоуи никого не собирается. Работа в полиции, в отделе криминалистики требует как минимум смелости. Девочка показалась ей довольно милой, но за каждой милой мордашкой скрывается нечто, и Зоуи это уже давно поняла… на самых разных примерах.

Отредактировано Zowie (2012-04-24 20:27:03)

+2

232

Хорошая девушка. Умница. В первую очередь осмотрела меня с ног до головы, тем не менее не задерживая взгляд на чем-то конкретном. Надо знать в лицо тех кто приходит. Тех кто тебе неизвестен, но вот так внезапно врывается в твою работу. Нарушает весь график. Я же могу быть кем угодно. Даже подставной уточкой, которая даже работая где-то в самом низу иерархии в полицейском управлении может очень сильно навредить. Может быть я что-то, что не стоило так легко впускать в кабинет. В общем, все правильно. Я под твоим взглядом даже стала по стойке "смирно", задрав голову к потолку. Падающая челка на лица вместе со скудным освещением в этом кабинете очень помогала спрятать то, что я не хотела показывать. А именно легкую улыбку на губах, которая растаяла сразу же. Мне кажется нам будет весело вместе разоблачать "плохих парней" и я даже чем-то помогу в твоей работе. Но не об этом сейчас.
Все довольно быстро закончилось и после твоих слов о возможной работе с бумагами (отчего слегка передернула плечами, мысленно молясь всем известным богам чтобы уберегли от такого "счастья") с непонимающей моськой на лице заискивающе посмотрела в твои глаза. Пытаюсь там отыскать ответ на мой не высказанный в слух вопрос, написанный на моем лице: что это значит? А самое главное возьмешь ли под крылышко, госпожа криминалист? Потому что по твоим же словам не поняла значит это "да", "нет" или "черт с тобой, пока сиди тут". Но я терпеливая и, поспешая за тобой следом, украдкой осматриваю прилегающую к кабинетам территорию вместе с её жителями. Интересные выражения мордашек читаю на вообще-то чужих для меня людей. Меня это веселит. Они не знаю кто я. И это разогревает их интерес, разжигает я бы даже сказала. Всю дорогу к (неизвестно куда если честно), месту назначения нас двоих провожали изумленные, шокированные и любопытные взгляды. А я еще и миленько краснела и улыбалась когда это требовалась. Навожу первые связи с общественностью.
[Так вот значит что имела ввиду под практикой. неплохая стратегия... если человек готов к такому шоку. Ну не все же люди могут вот так сразу взяться за свои обязанности. Для этого и существует такое слово как "стажировка", где их медленно подводят к этому самому моменту. Не все сотрудники в будущем станут кем-то здесь и будут встречаться со смертью. Некоторые даже вида крови за всю жизнь не увидят, проработав кем-то незначительным и под защитой полиции. Нельзя так шокировать, Зоуи.]
Мысленно покачала головой, но так или иначе в данном случае я согласна с тобой. Я не стала садиться за предоставленный тобой стул и лишь отрицательно кивнула, обращая все свое внимание на фотографию юной девушки, японки. Ничего примечательного в ней нет. Симпатичная мордашка, которая притягивает внимание многих парней. Ох, нет, притягивала. К сожалению мир жесток и я это отлично вижу на серии фотографий. Брошенный мной взгляд на одно фото одной, затем второй девушки. Мое лицо слегка побледнело, словно я действительно раньше не имела дела с мертвецами. Зато психически устойчива и могу выдержать и не такое. Послала тебе нервную улыбку, нарочно показывая свою мнимую нервозность. Внутренне я была более спокойна. Приходилось видеть и худшее, но не надо показывать так открыто. Для тебя стараюсь, между прочим.
[Ами значит. Насилие и последовавшее за этим жестокое убийство. Думаю это был человек, у которого не все в порядке с головой. Постарался на славу, еще и скрыл следы преступления. Занятно. Второе - хуже. Мина. Похожая по внешности девушка, которая не ожидала, что ей мир покажется с этой стороны монеты. Где-то равнодушный, а где-то жестокий. Жаль девчонку. из-за того что она так похожа на первую жертву попала в такую переделку.]
Качаю головой, насмотревшись на обе жертвы. В том что это именно жертвы я не сомневалась. Одна видимая смерть с предъявлением доказательств и одна еще недоказанная. Может она жива? Тогда становиться понятно почему те люди за стеклом так усердно работают, пытаясь выдавить если не признание в случившемся, то хотя бы месторасположение берлоги. Есть шанс, да? качаю головой, таки садясь на предложенный стул. тяжело и предрешено вздыхаю. Уходить в другой отдел или в архив не горю желанием. А ты не оставляешь мне выбора. Придется стараться лучше, чем я собралась вначале. Уговорила, мисс психолог. Я буду помогать. Мне хватило посмотреть на того человека, который по вашим же словам виновен, и на фотографии. У меня чешутся руки заняться им самостоятельно и без свидетелей, но я не на своей обычной работе. придется сдерживаться.
[Если она умрет когда он с ними, они его отпустят? Навряд ли. Но что он еще такое использовал для подчинения себе обоих жертв? Возможно просто подсыпал что-то в напиток? Тогда может быть он был не один. Сообщник. Все может быть. А эти случаи с внезапным исчезновением без следов? если не магия, тогда...использование артефактом или поблизости было место куда никто не заглядывает. Место где никто не будет искать. Канализация? Она же везде и может даже быть подземные туннели с канализацией использовал в своих целях? Ладно, это еще предстоит выяснить. Но мотивы?]
Задумчиво во второй раз поворачиваюсь лицом к виновнику переполоха и непроизвольно хмурюсь. Я уже взялась за работу, а значит не успокоюсь пока не доведу его до логического конца. Который бы меня устроил. По этой самой причине мне никогда не давали слишком сложные и невыполнимые задания. Я таких просто не знаю и не умею. Только вот раньше было кому за мной присматриваться и оттаскивать от работы, насильно. Фанатик своей работы, мда. Но думаю по моему уверенном твердом взгляде на возможного убийцу ты, Зоуи, видишь, что я уже работаю над проблемой и не уйду. Понимаю, что слишком серьезно отношусь к временной работе, но сотрудникам УИЭЭ только лучше от этого. Меня же днями не будет там, а значит не буду скучать и досаждать им.
- Я думаю вы уже знаете ответ на вопрос. - лукаво улыбаюсь, подтверждая свое согласие кивком головы. Встаю со стула и подхожу к стеклу, единственной преградой между мной и им. Иначе я бы уже трусила его за грудки, вытягивая из него слово за словом, пока не получила бы удовлетворивший меня ответ. Я просто так никого не наказываю. Это знают многие.
- А что от меня требуется? - голос совсем чуть-чуть взволнованный. Улетучить меня во лжи бесполезно. Я умею скрывать секреты, если не хочу чтобы о них узнали. Тем не менее я сомневаюсь, что тебе нужна помощь мага. У тебя их похоже достаточно. Бросаю вопросительный взгляд в сторону парнишки-индиго. Тем временем колесики в голове уже вертятся, прорабатывая возможные варианты произошедшего и причин такого тяжкого преступления - убийства. Вполне возможно, что это комплекс маменького сынка. Отличный сын семейства, опора и идеал для родителей. А на самом деле замкнутый мальчик, который хочет признания. Может быть он боится собственной матери или девушки и, находя чем-то похожих жертв издевается над ними, удовлетворяя собственное эго.

+2

233

Да, из этой девочки выйдет толк, – с удовольствием подумала Зоуи, не сводя пристального взгляда с Хотару. Такая сила и уверенность в столь юном создании. Женщина была восхищена, даже прониклась уважением к девчонке. Разумеется, это было лишь первое впечатление. Но… на то оно и первое, и пока хватало и его.
Требуется, – без всякого вложенного смысла, словно мысль вслух, вполголоса протянула Зоуи. Она стояла чуть позади, за спинами тех, кто находился у стеклянной границы между двумя комнатами. – Это она такая догадливая, или у меня паранойя? – женщина не могла не заметить, как Хотару взглянула на индиго, задавая свой вопрос. – Для начала, ты правильно поняла, – а она решила все же считать девочку жутко сообразительной, – Аарон будет твоим напарником. – Услышав свое имя, парень, все это время медитативно изучавший в потолок, оторвался от стены и склонил перед девушкой голову в легком поклоне (да-да, не все мужчины-полицейские подходят под описание «угрюм, вонюч и волосат», есть и такие галантные поганцы). – Но напарником не совсем обычным… – Зоуи замялась, уставившись на носы своих туфель, соображая, как бы так тактичнее выразиться. – Да давай уж, сдавай меня с потрохами! Не впервой! – деланно возмутился в ее голове индиго, даже заставив женщину вздрогнуть, а на деле только усмехнулся, отведя взгляд к стеклу. Привыкать и привыкать. Голоса в голове порой вызывают острое ощущение собственной ненормальности. – Кхм… в общем, я надеюсь, ты не из тех, кто при малейшей странности спешит жечь священный костер и наказывать еретика, – посмотрела на свою подопечную с доброй искрой во взгляде. Когда-то она и сама готова была обвинить в безумии любого, кто заговорит о сверхъестественных вещах всерьез (есть свидетели, не дадут солгать). – Рон будет вести тебя в твоей же голове… проще говоря, он у нас телепат, – больше не тая ничего, созналась Зоуи с косвенного разрешения самого парнишки. Конечно, за последний год магия и сверхспособности перестали быть для жителей Города чем-то уж совсем мифическим. Но из осторожности почти все продолжают скрывать свою необычность. Это разумно, ведь даже в их участке найдутся те, кто отправит Аарона на «костер» лишь за его способности, закрыв глаза на все спасенные парнем жизни. – Только он будет здесь с нами, по эту сторону стекла, а ты… – тяжелый вздох. Она посмотрела на девушку немного виновато. Во взгляде женщины очень хорошо отражается ее внутренняя борьба между «хочется» и «нужно». – Хотару, я понимаю, что у меня нет права просить тебя о таких вещах, и наверное, я должна извиниться, что так давлю… несколько запоздало, но все же… Это реальный шанс, – она не притворяется, извинения совершенно искренние, все ж Зоуи не зверь какой, а человек, причем жуть какой добрый, на самом деле. – Он искусно блокирует все мало-мальски связанные с Миной мысли. Правда, делает он это уже больше шестнадцати часов – после такого напряжения мозг просто не сможет расслабиться лишь частично. Сбой контроля в одной области, повлечет целую цепь реакций, а остальное Аарон просто «доломает». Но от тебя потребуется вывести нашего… «друга» из этого состояния равновесия, – Зоуи на некоторое время замолчала, давая девушке возможность осознать весь груз возложенной на ее плечи задачи, либо… отказаться и послать идиотов криминалистов к чертям с их закидонами. – Ты немного похожа на этих девушек, и одно твое присутствие рядом вызовет отклик. Сейчас детектив выйдет и оставит на столе папку с документами. Ты зайдешь туда через пять минут, чтобы забрать ее, а мы… – отошла на пару шагов назад, прислонившись к краю стола. Идея странная, что ни говори. Зоуи не первый раз присутствует на допросе, но впервые собирается устроить из привычного дела целое представление. – Мы устроим небольшое ЧП – отключение электричества. В обеих комнатах сработает аварийное красное освещение, и заблокируется дверь между ними. Тебе придется остаться с ним наедине и некоторое время поддерживать иллюзию, будто ты в маленькой ловушке, и дверь не откроется в любой момент по твоему желанию. Разумеется, мы будем наблюдать за каждым твоим и его действием, и не допустим, чтобы с тобой что-то случилось, – естественно, Зоуи не подозревает, что ее новая знакомая и сама, кого хочешь, защитит. Она проявляет заботу, несмотря на то, как шокировала Хотару в самом начале. Оставлять девочку тет-а-тет с психом не входило в ежедневные планы, но… Иногда нужно спасать чьи-то жизни и делать нелегкий выбор.
А она забавная. Знаешь, я бы… – снова оживился Рон. Отдохнул, видимо. Или это близкое присутствие симпатичной барышни так на него действует. Весна. Апрель. Любовь. Юные сердца. Зоуи вздохнула. – Прочь из моей головы! – И тихий веселый смех где-то в чужих мыслях.
Посмотри внимательно на него, – кивнула женщина в сторону обвиняемого. – На его позу, его взгляд... Вспомни, как он обращался со своей первой жертвой. Он уверен в себе, уверен до безрассудства. Знает, чего хочет, и всегда добивается своей цели. Почему он начал убивать? Такой резкий скачок от издевательства над животными до убийства! Должно было случиться нечто в его жизни – фактор стресса, повлиявший на его поведение. Наверняка, судя по возрасту и статусу жертв, это девушка, которая ему отказала или оскорбила, или унизила. Сейчас она недоступна, но он снова и снова мстит ей, когда убивает похожих на нее девочек.
Зоуи оторвалась от стола и подошла к Хотару. – Ты должна стать для него той, кого он видит, убивая каждую новую жертву, – положила ладони на плечи девушки. Контакт, любой контакт, очень важен. Важно выразить свою доброжелательность. Девочка должна понять, чего от нее хотят. Должна понять, что она не пешка в этой игре, совсем нет, и никто не собирается ее использовать. Это лишь просьба о помощи, пусть и не совсем на нее похожая. – Не вызывай его на конфликт – никакой агрессии. Не проявляй симпатии или страха. Для таких людей болезненно принижение их важности, равнодушие, незаметность, отказ. Находясь там, не думай о нем – думай о Мине, а о твоей безопасности будут думать ребята, – она улыбнулась, тепло и искренне, действительно желая, чтобы девчонка верила в себя и в свою безопасность.
Щелкнул электронный замок, и из комнаты за стеклом вышел третий детектив. Он ничего не сказал, только покачал головой и устало опустился на один из стульев. Все здесь уже вымотаны. Допрос продолжается немногим менее суток. Нервы сдают даже у самых подготовленных.
Время, – поторопил Рон как-то бесцветно, впадая в привычное ему отстраненное от внешних раздражителей состояние. Время. Да знает Зоуи, что время не ждет, только ей все равно сложно давать такое задание невинной девочке. Но, да… время. Поймать преступника – это только полдела, когда есть возможность исправить его ошибки.
Ну как? Ты готова? Не волнуйся ни о чем, Хотару. Рон будет направлять тебя – что делать, как говорить, как вести себя. Просто слушай его, и все будет хорошо… Если готова, то заходи и забирай со стола папку, – Зоуи кивнула в сторону двери, за которой Хотару ждал обвиняемый в двух тяжких преступлениях человек.

Отредактировано Zowie (2012-04-25 13:17:47)

+2

234

С сомнением осмотрела предполагаемого помощника, который останется по эту сторону. Аарон, значит. А Рон тогда сокращение что ли? Я бы сказала слишком сильно исковеркали. Ну да мне то что с того, главное другое. Он телепат! Это значило, что мне постоянно нужно думать о чем говорю и следить за тем, о чем я думаю. Полный контроль. Но... если это будет действительно так, то прощу с ним не общаться и не привлекать внимание. Постоянно контролировать себя я не умею. Мне как и любому человеку нужен отдых, хоть периодически. Хотя бы часик другой. Только вот я сильно сомневалась, что этот живчик даст мне это самое время. Внешние данные парня выдавали в нем еще слишком молодого и неопытного в своем деле человека. Индиго. Я нарочисто громко хмыкаю при этом слове и встречаюсь взглядом с ним, с телепатом. Не надо быть тем же телепатом или видящим, чтобы понять о чем я сейчас напряженно думала. А глаза говорили "только попробуй влезть в мою башку без моего разрешения, лишишься собственной", впрочем я на всякий случай повторила это мысленно, смутно догадываясь о читаемости моего сознания. Как бы не пристрастился пацан.
Мое сознание честно признаться хорошо защищено. Над ним поработал наш специалист с I отдела и мой личный психотерапевт из отряда. Из-за нескольких случаев попытки взлома не только моего мозга, но и всего отряда сразу (я все еще пытаюсь забыть тот инцедент). Вот тогда то и было решено кодировать и ставить ментальную защиту на наши мозги. Поэтому все что остается телепатам и эмпатам, в какой-то мере, это читать меня поверхностно. А чем дальше будут сунуть свой любопытный нос тем больнее будет бить по носу в виде предупреждения. А там и до отката недалеко. Наверное поэтому я так смело улыбнулась Аарону и миленько зарделась на его дерзкую улыбку и подмигивание. не хорошая девочка, Рэй, а-я-я-й. Но не могу просто там смирно сидеть и изображать шок на лице. Не в моей это привычке.
Мне нравится ход твоих мыслей, Зоуи. Запустить туда приманку в надежде всколыхнуть воспоминания человека за стеклом. Он может попасться в эту маленькую ловушку, я в этом уверена. Но не факт, что он не знает то же самое. Мысленно я уже подобрала пару способов вызнать нужную мне информацию своими методами, когда у меня будет такая возможность. Но сейчас играю за чужими правилами и раз уж раз согласилась, но придется играть в игру "я знаю что ты знаешь что я знаю...". Правда было забавно наблюдать за твоими, мисс полицейская, попытками меня подбодрить. В обычной ситуации это было бы недостаточно. Вот так внезапно произвести своеобразную проверку на вшивость в надежде на здравый рассудок стажера. Но это ладно, потом научишься, а подсказывать я не буду.
- Я понимаю, что это пусть не единственный способ его победить и узнать нужную информацию, но есть хороший шанс на успех. Я согласна. - театрально вздохнула, не скрывая лукавый огонек в глазах и немного самоуверенности. Типа круче нас только горы. - Если не против вы, тогда я пойду прямо сейчас, пока смелость не оставила меня.
Уже как-то нервно натянула улыбку и несколько раз вздохнула, набираюсь смелости и мысленно стучась головой об черепушку, не сомневаясь в своем глупом виде. Но сейчас для меня на первом месте стало любым способом узнать местонахождение его логова и спасение девушки, если она все еще жива. Если же нет, то виновнику происшествия несдобровать. Убью ж самым жестоким способом и отдам на хранение своим теням. Едва заметно вздохнула, направляясь к двери, стиснула кулачки. Внутри никого не было кроме обвиненного в убийстве человека. Открыв дверь, вхожу внутрь, находя взглядом папку и немного хмуро глядя на субъект. Обвиняемого. Еще прежде тем как войти внутрь я позаботилась о собственной безопасности, осмотрев всю комнату тщательнейшим образом. Таким образом я узнала где самые густые тени, "слепые пятна" видео наблюдения и многое другое. Свет как и было оговорено потух, чтобы в течении нескольких секунд оставить всех в темноте и неведении. А потом загорелась красная кнопка над кабинетиком для допросов и загорелся свет. Аварийный свет. Уверенная в себе, сделала несколько шагов в сторону стола, за которым зашевелился человек. Дверь закрыта. Волк в западне вместе с пастухом.
Только похоже человек немного напрягся такому повороту событий. Слишком все выглядело спланированным, а судя по бросаемым взглядам человека через чур все сложилось хорошо. Вот она я здесь, рядом с ним. Такой близкий и такой далекий соблазн. Вид у меня был растерянный и неуверенный, но никаких резких и рваных движений. Конечно, в первую очередь на лице отразилось недоумение. Попыталась пару раз дернуть дверь и это мне не удалось. Когда он шумел стуча в недоумении ручкой, я обернулась к нему лицом.
Мы оба молчали, изучая друг друга, а я еще и успела сцапать со стола папку с его делом, прижимая её к своей груди как будто это была моя любимая игрушка. А я тем временем пыталась придумать что сказать в первую очередь, а чего не стоит говорить. Не пыталась скрыть свои мысли, они все были как на тарелочке. Делаю шаг за шагом, несколько хмуро смотря на дверь и вновь пытаясь её открыть. Ничего.
- Что произошло, девушка? Заперли с опасным преступником? - тихие слова сказанные как-то через чур заботливо и ласково. А голос какой. Чистый и звонкий. на таких многие девушки западают в институте. А, нет, западали. Сейчас он преступник, в чем он сам же виноват. Все о чем я в эту секунду жалею так это об отсутствии его имени и фотографии в моем черном списке. Это такой интересный список, в котором есть много людей и нелюдей, которые приговорены к смерти. Считай что попав туда возврата нет. Так же исключений нет. А этот самоуверенный петух уже успел распустить свои перья, красуясь передо мной. Фи, невежество. А на деле миленько покраснела, скромно потупив взор и не говоря ни слова. Непонимающе хлопаю глазками, прижимая к себе бумаги.
- Ты что меня боишься? Я ведь совсем не страшный, правда? - это он совсем расслабился уверенный в отсутствии сведетелей. А раз никто не пришел когда закрылась дверь, то значит и нет никого. Либо не могут попасть внутрь. Железная и неоспоримая логика надо заметить. А я стрельнув глазами в его сторону натянуто улыбнулась и не став разочаровывать парня внимательнейшим образом осмотрела этот образец мужской красоты, по мнению современной молодежи. Но было еще что-то такое в его голосе. Волнующе. Соблазнительное. Уверенное и притягательное. такое впечатление, что меня попытались обольстить или приворожить, кому как удобнее. Я же хлопая глазками, краснея заискивающе отрицательно покивала головой. Расправила плечи и уверенно посмотрела в глаза, когда он подбодривающе улыбнулся своими чувственными губами. Хотя... с каких пор мужчины меня интересуют? Нет, не так. Какого черта меня именно сейчас интересует мужчина?! Да и с какого перепугу этот худощавый бледный парень? Гы, образец красоты разве что у вампиров и то не факт. Встряхнула головой и выгляжу млеющей от каждого слова этого парня. Он не простой смертный. Это точно.
- Н-нет что вы. Очень даже... красивый. Как для меня, слишком хорош.
Признаюсь и бросаю осторожные взгляды в стороны в сторону зеркала. Словно боюсь что нас услышат. Никто не реагирует, а тихо начинаю бесится. Использовать себя в качестве игрушки  - это знаешь ли не входит в мои планы. Никаким боком. Но я послушно слушаю его с восторгом в глазах. Заверяю его что верю каждому его слову. Но стою на другом конце стола, все так же прижимая папку с документами. Моя магия возмущается и я пользуюсь затянувшимся молчанием пытаясь понять было ли на меня воздействие магией. Или, может быть даже такое, всему виной ораторские способности парня. С чем черт не шутит. Каждое движение рукой или кистью руки, порот головы и эмоции, которые он позволяет прочесть. Все для меня сей час важно. Любая зацепка может помочь в расследовании.
Легкое касание магии к чужой ауре и ничего. Никакого отклика. Но сдаваться не в моих привычках и вместе с наблюдением за ним, пытаюсь найти ниточку. Которая должна помочь в поиске пропажи и понимании происходящего. Магией от незнакомца тянуло, но слишком слабый след. Много времени прошло с момента последнего использования магии. Однако кто его использовал еще нужно выяснить. То ли артефакт, то ли другой человек, а может он сам использовал слабую магию. Работаем.

+2

235

Апрель 2013 года. День.
Ветер немного ослаб. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. На деревьях распускаются почки, кое-где уже видны маленькие зеленые листики.
Температура воздуха: + 19
< Университет Исследования Экспериментальной Энергетики (УИЭЭ)

Всех! Всех порешу! Судья и палач вернулся вновь! – редко все три личности становились единым целым. Точнее, это второй раз за восемь десятков лет. То ли повезло демону оказаться в данный момент среди людей, то ли – нет. Но в эти редкие случаи слияния разных характеров и массы желания он, мягко говоря, опасен и похож на психически больного в чем-то. Хотя, раз на раз не приходится. Сравнивать с первым разом бессмысленно! – Фантазер! Черт, хорошо как, - вроде бы, контроль на месте и всё пока в порядке. – Могущество пьянит! – Парень миновал пост охраны и оказался в холле на проходной.
- О, Зевс, какие у вас на этот раз линзы. Аж пробирает. На вас мужики ещё не западали? – рассмеялся человек, заметивший перемену в демоне.
- А то! Но должен вас огорчить, сэр, я натурал! – отфутболил язвительное замечание и приправил временной порчей на неудачу (хватит одного пристального взгляда). – А, тогда даже так! Разрешите? – с обворожительной улыбкой лишил дежурного офицера фуражки, водрузив ту себе на голову, специально надвинул на глаза и пошел дальше, по лестнице поднимаясь на свой этаж. По пути натолкнулся на ещё одного человека, который чем-то «зацепил» демона. Взгляд упал на наручники, прикрепленные к поясу. – Титановые? – Наметанный глаз в момент определил металл, но спросить же для приличия надо! Получив утвердительный кивок, парень ловко избавил местного капитана от занятной вещицы. – Одолжу, на время, - бросил он, подмигнув и улыбнувшись обалдевшему от столь вопиющей наглости человеку. А также незаметно сорвал заткнутые за пояс белые перчатки, сразу же их натягивая. Однако, «прикид» забавный…
В голове крутилась заводная музыка и под стать ей слегка пошлая песня. С губ не желала слетать довольная и хитрая улыбка. А все движения плавные, уверенные, даже с легкой пританцовкой. Короче, настроение – супер, а состояние – рано ещё о нем. – Секс втроем, а? – мысль от Алика. Да-да, метаморф ещё на подходе к участку учуял и Зоуи, и Хотару. – К черту! Да-да-да! Какой секс, Ал? Игра. Играть-играть! Хочу играть! – Смешок и покачивание головой в такт воображаемой музыке, снова и снова заходящей на новые круги. – Мы сошли с ума, называется! – веселилась вместе с парнями Зара, наблюдая за происходящим через глаза управляющего. А было на что посмотреть… Один «особый» шаг – и по коридору мчится волна темной энергии, захлопывая открытые двери и с хлопком врезаясь в конечную преграду. А те, кто решил высунуться и глянуть, что происходит, наверное, отлетали от дверей, получив от них по лбу. Но до этого… они могли видеть юношу в надвинутой на глаза фуражке, шагающего кошачьим едва пружинистым шагом посередине коридора, играющего с наручниками из крепкой стали и довольно улыбающегося. Зрелище наводит на подозрительные мысли, но вряд ли кто-нибудь станет извещать начальство о подобном. Привыкли уже к странностям, периодически происходящим в полицейском управлении. «Дневные приведения» - да норма же почти! А медэксперт, грубиян и вообще шутник, - тоже не нова.
Ша-ша-ша, едет крыша не спеша! – остановился напротив двери в кабинет психолога (ему бы психиатра, наверное?) перестав крутить наручники на указательном пальце и просто оставив в ладони, и больше сместив фуражку на глаза. Не ради каламбура забрал же ее, в конце концов. Его глаза…  с ними стало что-то не так после вчерашнего происшествия. Он не лишился способности менять цвет радужки, но любой установленный цвет покрывался пеленой серебра. А зрачок – ну его вообще, отойдет от «спазма». – Первый отдел залез, куда не следует. В мою личную жизнь! Иначе, что ещё здесь делает эта заноза… рядом с моей Зоуи. – Уруру, Вель! Хару тоже наша! Но да, ты не обещал ей чудес, а только страаааашные наказания и муки.Не наша. Моя, - вклинился Алькано. – Зоуи тебе для… утех, а мне – птичка зеленоглазая для… всего. Клин клином вышибает? – Ну-ну, цинизма поменьше, братишка. – Метаморф фыркнул. - Стоп, ребятки. Они не здесь. – Вздохнул. Пришел сюда на автомате, не сверяясь со своими чувствами. Действительно, девушки находились где-то в глубине отдела. В затылке заворочалось знакомое ощущение. – Така? – изумился он, прогулочным шагом отправившись туда, откуда шел нужный ему «запах». – Пока ничего. Интересного человека нашел. Точнее, не одного даже, - посмеивающимся тоном сообщил тысячелетний, находясь сейчас неизвестно где. – В смысле? Какой интерес? С чего ты взял? – это уже вопрос Алькано. – Телепата спрашиваешь? Я бы не стал на месте людей ныне обходиться обычными способами сокрытия информации или, наоборот, её добычи. – И я бы не стал. Но, им везет пока, как видишь. Не безнадежны! – вынес вердикт Вель, ничуть не обеспокоившись за подвергающих себя опасности девушек, с которыми установил связь. Он принял правила наметившейся игры, но меняться не собирался сейчас же. Ему кое-кто дорог – это светлое чувство, тонущее в безграничной тьме внутреннего мира. Перевернутые понятия у Алика, преломленные (словно сквозь кривое зеркало или стекло) – у Веля. Внимание же Зары на Зоуи и Хотару не распространяется в области близких отношений. – Чувствую себя птицей в полете. Легко. Хорошо. – С чего бы ему было плохо, когда произошло высвобождение темной энергии вчера, переместив на новый уровень всю систему накопления сил и применения заклятий. До сего момента он применял сильную магию из других направлений и не переходил определенных границ, а на этот раз – использовал в УИЭЭ нечто из репертуара прислужника верховного демона. Книжки человеческие тоже кое-чем полезны, особенно по запрещенной магии, которая не всем под силу. Кто знал, что получится? – Да-да-да! – Зевс был счастлив, упиваясь своим состоянием. Жаль, но такие моменты «просветления» бывают редко. Или не жаль? Он же похож на ума лишенного, самую малость (!).
- Зевс? – метаморф обернулся на мужской голос. – Не узнать – хороша маскировка! Кажется, тебя хотела видеть наша психолог. Мимо проходила! – а, точно, этот парень работает с ним.
- Как раз иду её порадовать, - с иронией отозвался Вель и двинулся дальше, проигнорировав странный взгляд в свою сторону. Не насмешливый, а просто странный, неясный. Шпион чей-то? Всё может быть! А тем временем, интуиция шевельнулась, выдавая сигнал о мелкой опасности неподалеку. А как может быть иначе, если в том «блоке» идет допрос. Кстати говоря, Зоуи – понятно, что делает там. Но Хотару рядом?! – Вот как. Профессору придется сделать мне подарок за ошибочное своеволие первого отдела. Не потерплю! – Остановился на несколько секунд, прислушиваясь к обстановке и расставляя приоритеты. Сначала к девушкам. Далее: не мешало бы о работе подумать, если не прижмут желания при виде... мм, двойного соблазна (и он успеет застать парочку вместе). Да-да, ему плевать, кто может оказаться рядом, когда в твоих силах наложить мощный отвод глаз и камер следящих нет (им такая магия до фонаря). Стыд, стеснение – да о чем вы? Не, не слышали.
Метаморф продолжил движение, поглядывая на нумерацию дверей и таблички рядом. - S is for the simplety. E is for the ecstasy. X is just to mark the spot. - Напевал в мыслях парень, переключившись на другую песню и внешне немного успокоившись, однако, не растеряв настрой. – Здрасте! – отрапортовал он, заваливаясь в помещение с длинным столом и взглядом окидывая троицу (не считая Зоуи) людей. На одном парне он задержал взгляд чуть дольше, чем на остальных присутствующих, но ничего не сказал. Секреты-секреты-секреты, черт возьми! – Зоуи! – Глаз из-под тени козырька не видно, а на губах появилась малость дикая улыбка. – Безумно рад тебя видеть, - промурлыкал Зевс, но даже не подошел, а направился к компании у стекла, снова покосившись на парня, вызвавшего смешанные ощущения. – Не о нем ли Така говорил? – За свои мысли «с поверхности» демон ничуть не боялся, потому что… у него в сознании царит хаос, в котором телепату будет тяжко при первых контактах. – О… - наконец в поле зрения попала Хотару и… преступник – обычный человек, ничем не примечательный, кроме… запаха смерти. Это точно убийца, без сомнений, но в чем проблема? Как будто так сложно расколоть того, кому уже терять нечего, казалось бы. – А зачем вы, - он обращался, скорее уж, к Зоуи, - засунули к нему мою… подопечную?! – возмущенно и с ехидством в голосе поинтересовался парень, обернувшись на женщину и усмехнувшись. Вель – не Вель… Да и не Алькано вроде бы. Зара – да быть не может. Со стороны не угадаешь, кто же правит балом. А глаза – по-прежнему в тени, увы, не так хорошо скрывающей подозрительный отблеск. – Вряд ли он расколется, увидев девушку, похожую на его жертв. Провокация не имеет смысла! – хмыкнул демон, наблюдая вновь за сложившейся ситуацией и медленно подходя к заблокированной двери. Но в последний момент как будто передумал и развернулся всем корпусом в сторону Зоуи, оказавшись спиной к двери в комнату допроса, боком к мужчинам и, естественно, лицом к девушке, склонив голову чуть вперед.
Твой блок бессилен против особого типа телепатов, парень. У тебя есть последний шанс, прежде чем сюда войдет тот, кто составит тебе конкуренцию в твоих деяниях. Я не о взломе твоего блока для «читающих»… А девочку не трогай, она не твоя. – Тысячелетний может преодолевать любой блок на ментальное вмешательство по простой причине: он так общается, по большей части, не читая мысли, не обращенные к нему или не содержащие подозрительного элемента, угрозы. Така передал это преступнику по воле Мастера, который отчего-то сменил тактику.
Метаморф прислонился к ближайшей стене и стал ждать, когда полицейские прекратят страдать ерундой и возьмут, наверняка обалдевшего после телепатической угрозы, преступника в оборот. А дальше… и Зоуи, и Хару… окажутся в его распоряжении. – В предвкушении, - даже облизнулся, едва повернув голову в сторону женщины, а после вернув внимание к заинтересовавшему его парню. Обычные люди его мало интересовали всегда, за исключением некоторых… полюбившихся.

+1

236

И почему мне кажется, что я совершаю ошибку? – вдруг подумала Зоуи, провожая взглядом Хотару, от которой исходил какой-то совсем уж нездоровый энтузиазм. – Наверное, это потому что ты совершаешь ошибку.Твою мать, Аарон! Займись делом! Сгинь! Выметайся из моей головы! Прочь! Пошел вон! – парень рассмеялся, правда, кроме Зоуи этого никто не заметил. Он никогда не лез слишком «глубоко», но подшучивать над Зоуи, видимо, находил очень веселым занятием с тех пор, как ее узнал. – Все-все, я ушел. И Зоуи… не переживай, я никому не скажу, что кое-кто у нас влюбился, – хихикнул на прощание и «исчез», а женщина так и осталась стоять, широко распахнув глаза, чуть не пыхтя от ярости и едва сдерживая себя, чтобы не отвесить индиго увесистый подзатыльник за его страсть к раскопкам.
Хотару покинула комнату, и один из детективов вышел через вторую дверь одновременно с ней, чтобы и осуществить план с «отключением». Через минуту обе комнаты погрузились во тьму, чтобы в следующий момент озариться тяжелым красноватым свечением. Щелкнул заблокированный замок, отрезав Хотару путь к отступлению… ненадолго, правда. Зоуи неровно выдохнула, наблюдая за развернувшимся за стеклом действом. Красноватые отсветы оставляют на ее лице призрачные тени, придавая несколько потусторонний вид. Она снова отошла к столу, присев на край столешницы. Ладони похолодели, так что казались совсем ледяными. Она нервничала, как не нервничала уже давно. Ошибки в ее деле не редкость, но это не делает их безобидными. Некоторых уже не исправить… Для своей профессии Зоуи обладает уж очень чуткой натурой, что в ее случае, как зло, так и благо. Порой она воспринимает все слишком близко к сердцу, проживая каждое новое дело душой, предавая земле ее частицу с каждым убитым. Расточительно, скажете вы? Но ведь улыбки тех, кого удалось спасти, слезы счастья родителей и детей, тепло печали в глазах тех, кто не смог вернуть, но сумел простить – все это должно сторицей восполнять утраченное. Стать свидетелем торжества Света в чертогах Тьмы – разве не для того она занимается своим делом? Наверное. Но чем светлей становится мир вокруг, тем темнее в уголках собственного сердца. Равноценный обмен.
Думаешь, он не просечет, что это подстава? – детектив-«электрик» вернулся и присел на стол рядом с Зоуи. Выглядел он, мягко говоря, выжатым. Мужчина участвовал в задержании их «подопечного», а значит, не спал уже больше суток, плюс выматывающий допрос, плюс… да все они переживали за пропавшую девочку.
Шутишь? – с иронией усмехнулась женщина, повернувшись к детективу, но тут же вновь переводя взгляд на Хотару, а затем на темноволосого парнишку за стеклом. – Он не идиот. Естественно, он поймет, что все подстроено. Расчет не на это… – она сделала паузу, взглянув на индиго. Трогать того сейчас бесполезно. Парень сполна «растратился» за долгие десять часов, что находится здесь, и теперь его сил хватало только на один объект внимания одновременно. – Мне не признание его нужно, а легкий сбой, которым воспользуется Рон. Работа в команде… вроде того – у каждого своя малюсенькая роль, – изобразила эту самую крохотную роль просветом между большим и указательным пальцами. – Не важно, что он поймет, а что нет – его мозг сам среагирует на раздражитель. Некоторые отделы мозга, знаешь, очень сложно контролировать. Я бы даже сказала…
Твою мать! – вдруг воскликнул Аарон, оборвав Зоуи на полуслове. Взгляды трех пар глаз устремились на него одного. – Она вообще не реагирует на мои указания. Ну, что за… Глупая, – добавил он уже чуть тише на выдохе, сел на стул и спрятал лицо в ладонях, потирая глаза, сильно надавливая на глазные яблоки.
Зоуи смогла только вздохнуть. Парень – мастер в своем деле и не раз доказывал это. Но кое-кто, видимо решил обойтись без его помощи. Женщина еще раз взглянула на Хотару за стеклом, снова вспомнила загоревшуюся в ее глазах хитрость. Взгляд карих глаз как-то сразу похолодел, а красноватые отблески не придали ему мягкости. Невесть откуда взявшийся стажер! Свалившиеся проблемы заметно ослабили бдительность женщины. Но теперь она вновь задалась этим вопросом. – Нельзя полагаться… ни на кого, – заключила Зоуи, а вслух произнесла:
Оставь ее, – довольно сухо. Она посмотрела на индиго, уже сидевшего на стуле ровно и глядящего невидящим взглядом прямо перед собой. За прошедшие часы он "постарел" внешне и теперь вполне выглядел на свои двадцать восемь, хотя обычно ему не давали больше двадцати трех. – Она не твоя проблема. – Парень прокашлялся и снова подошел к окну, отстраняясь от всего и всех вокруг, теперь уже до самого конца. Так же к окну отошел и детектив, оставив женщину одну, наедине с ее думами. – Когда же это закончится..? – мелькнула вялая мысль. Не закончится. День только начался. А после марафона с поиском Мины Зоуи ждет еще одно дело, и там… Там уже полагаться точно будет не на что, кроме собственного опыта и чутья.
Здрасте! – на секунду комната озарилась солнечным светом из коридора и тут же снова погрузилась в красноватую полутьму.
Зоуи чуть не подпрыгнула на месте от неожиданности. А неожиданность была… та еще. – Че-ерт! – Да уж, не вовремя, это еще мягко сказано.
На внезапно объявившегося медэкперта среагировали все, кроме погруженного во внутренний мир преступника Аарона. Каждый по-своему: детективы обернулись, а Зоуи тяжело вздохнула и, ничего не ответив на позерство Зевса, наоборот, отвернулась. Он был ее личным раздражителем, а терять самообладание сейчас, никак не входило в планы психолога. Парень, правда, все равно оказался в поле зрения, когда подошел к стеклу, разделяющему комнаты. – Подо… что?! Подопечную?  – до девушки еще не дошел смысл первой фразы, а демон тем временем принялся критиковать ее методы… как всегда, и в этом он весь. Зоуи начала злиться, а Зевс уже направлялся к двери в комнату допроса. – Куда!? – почему-то только в мыслях заорала она, беззвучно раскрыв рот, и уже вскинула руку в запретительном жесте, чтобы парень не входил. Но тот остановился сам, и рука девушки опустилась, ложась ладонью на стол. Взгляд Зоуи так и не отвела. В таком освещении мало что можно понять по выражению лица, да она и не пыталась. Зевс часто ведет себя вызывающе, порой настолько, что девушка уже перестает понимать, что для него нормальное поведение, а что – нет. – Какой идиотский день! – медленно выдохнула и отвернулась от парня к окну. Даже присматриваться не нужно, чтобы понять, насколько она раздражена ситуацией. – Если так будет продолжаться, я попрошу о переводе. К черту друзей, связи… С Ним работать не-воз-мож-но! – сердилась Зоуи, начиная тихонько постукивать носком туфли об пол. – Подопечная…  Хотару? Что ты имел в виду? Откуда ты вообще ее знаешь?! – брови девушки чуть сдвинулись к переносице, когда она вновь задумалась над смыслом сказанного, но размышления вновь были оборваны резким вдохом Аарона. Зоуи даже дернулась вместе с ним, когда он, разворачиваясь, шарахнулся от окна, чуть не сбив стоявший за его спиной стул.
Пещера… – едва слышно прошептал парень. – В скалах на диком пляже, – он стоял, чуть наклонившись вперед, лицом к Зоуи, прижимая запястья к глазам. Такую реакцию девушка наблюдала впервые. Наконец индиго выпрямился, пару раз моргнув, и закончил:
Скоро прилив… Она утонет и это сойдет ему с рук. – Не утонет. Этих слов было достаточно, чтобы оба детектива сорвались с места: один - прочь из комнаты вообще, второй – к двери в смежную комнату. Через полминуты подача питания восстановилась. Аварийное освещение было отключено, и оба помещения вновь залил привычный желтоватый и немного приглушенный свет. Дверь в комнату с Хотару и преступником распахнулась рукой детектива, и он, мягко отталкивая девчонку к стене, направился к обвиняемому, на ходу снимая с пояса наручники.
Зоуи все это время стояла без движения, скрестив руки на животе под грудью. Она, поджав губы, не отрывала обеспокоенного взгляда от глаз Аарона, а тот так же пристально и безэмоционально смотрел на нее. Парень молчал, и в молчании его было что-то… Рон вдруг поморщился, зажмурившись и мотнув головой. – Не «читай» Его. Не вздумай… «читать» его, – едва заметно покачивая головой, заклинала Зоуи индиго, прекрасно понимая причину его странного поведения. Она не знала, слушает ли он ее сейчас, но очень на это надеялась. – Мне пора – ее спасли, – произнес он тихо, медленно подходя к женщине ближе. – И это был не я... – склонившись, словно приобняв на прощание, добавил уже совсем тихо, так что его слова услышала только Зоуи. – Береги себя, – как будто без всякого смысла уже громко и с улыбкой бросил Рон женщине и, закинув на плечо куртку, что до этого висела на спинке стула, направился к выходу, оставив Зоуи, растерянно глядящую в пол перед собой. Мину спасут, девушка не сомневалась. С Хотару ничего не случилось. Зоуи должна радоваться, что все окончилось хорошо. Где она… радость?
Наконец закончив изучать поверхность стены ниже тонированного стекла, женщина, не двигаясь с места, повернула голову к Зевсу. Ни улыбки, ни приветливости. Правда, холода в ее взгляде тоже нет, есть что-то другое… странное, непонятное, похожее на разочарование. – И что это было? – переводя взгляд на Хотару, которая уже должна была выйти из соседней комнаты, обратилась Зоуи к демону, имея в виду все сразу: и его фривольное обращение к ней на рабочем месте при посторонних, и его появление там, где медэкперту в принципе делать-то особо нечего, и его слова о… подопечной.

Отредактировано Zowie (2012-04-26 23:36:48)

+1

237

Разговор не задался сразу. То что говорит почти все время преступник не хорошо. Болтовней не узнаю что мне надо. Да когда я успею задать хоть один вопрос, имеющий отношение к делу, если не дают вставить и слова. А всему виной мое тихое и почти что всегда молчаливое состояние. Руки сложены на груди, прижимая несчастную папку, а мысли витают вокруг происшествия. Вот бедному парню и приходиться отдуваться за двоих. Но когда он так фривольно себя ведет, не таясь, становиться как-то не по себе. Это же сколько нужно самоуверенности и дурости иметь, чтобы совсем развязно себя вести. По ходу разговора даже как-то увлеклась, в основном только слушая и выказывая интерес к беседе (обычный треп не о чем). В ногах правды нет и я таки решаюсь присесть на стульчик детектива, стоящий у стола с преступником. Весьма опрометчивый поступок. Но что мне остается делать, если он не хочет по-хорошему?
- Вы конечно во многом правы и вас не могут обвинить в том чего вы не делали. Вот только улики говорят о другом. Так что терять вам нечего... кроме собственной жизни. Думаю о совести и говорить нечего. Люди не убивают вот так просто. - говорю спокойно и даже как-то отрешенно. Смотрю в его глаза и понимаю, что это бесполезно. Он ни за что не признается в содеянном не говоря уже о второй жертве, которая скорее всего в опасности. У меня не так много времени, чтобы тратить его на обычного с виду человека. А вот попытки подчинить себе, убедить в обратном и заставить меня помочь ему, я не прощу и не оставлю безнаказанным. Я знаю, что он мертвец. Это дело времени. Поджала обижено губы когда нахал самодовольно и с превосходством улыбался. А затем и вовсе рассмеялся, пытаясь увести тему в другое, мирное, русло. Как бы не так. Настойчивые увещания (чуть ли не плача) Аарона следовать по его методике, но я упрямо игнорировала.
- Может по-хорошему, а? Все равно ты с полицейского управления выйдешь только ногами вперед. А так у тебя есть шанс умереть быстро и безболезненно. Ну что тебе стоит...?
Последняя попытка уговорить несговорчивого человека. Но я уже знала, что это бесполезно. Зачем пытаться? Попытка оттянуть время и дать возможность телепату вскрыть черепушку виновника всего этого сыр-бора. Но мне не дали договорить самым жестоким образом. Парень, вскочивший из своего места и собиравшийся что-то сказать, но сразу же заткнувшийся и подозрительно побледневший, и орда мурашек, бежавшие по спине. Сердце лихорадочно забилось, чтобы в следующую секунду затаится. Я не могу знать и предвещать грядущие события. Кто только что вошел внутрь и стоит за спиной, но так и не вошел? Этого я не знала точно, что не мешало интуиции вопить как резанной. А это значило только одно - ОН здесь. Вот это лучше любого успокоительного и криков подействовало, заставив замолчать в середине фразы. Я даже боюсь начинать разбираться в себе, чтобы случаем не понять насколько огромным может быть его влияние на меня. Но так же знаю и другое. Вот он шанс. Победная улыбка на моих губах (хорошо что почти весь разговор был тихим и моя мимика осталась почти незамеченной извне) говорила о многом и преступник это понял.
Встав со стульчика и, не забыв прижать еще сильнее папку, с интересом уставилась на выражение лица этого мертвеца. Теперь он точно знал, что просто так его не отпустят, но судя по упрямству в глазах и кривой улыбке не собирался просто так сдаваться. Это было началом нового спора, но он был грубо прерван брюзжанием восстанавливающийся системы освещения. И это означало, что у меня уже нет времени. Сотрудникам управления удалось узнать все, что им нужно было. Я наконец смогла вздохнуть с облегчением и замолчать, провожая преступника мрачным и решительным взглядом. Полицейский не заставил себя долго ждать и спустя минуту я вышла из маленькой комнатушки, представ перед всеми наблюдавшими за допросом людьми. На лице была виноватая улыбка, но как её можно увидеть, если голова опущена и вид весь такой жалкий, несчастный. Нарочисто громкий вздох.
- Извините, я надеялась, что мне удастся. Вы смогли узнать что хотели? - и такая дикая надежда в голосе. Ведь действительно в первую очередь должно беспокоить благополучие и здоровье пропавшей без вести и только потом все остальное. Бросила быстрый взгляд в сторону Зевса, недоуменно (я так надеюсь опасения за свою шкурку не было написано на лице) хлопаю глазами. делаем вид, что не знаем кто это. А дальше будет видно. Если что я не виновата, я ничего не делала. Честно! Вот только боюсь по моим напряженным плечам и нервной походке демон поймет о моем состоянии. О моим опасениям за целостность собственной шкурке. А что самое обидное: я не могу сбежать от него, ибо я должна была присмотреть за Зоуи. Поэтому, по моему мнению, слишком громко вздохнула, отступая поближе к девушке и осматриваясь в поисках как можно большей тени. Если уж бежать, то вместе с ней. Вон как заискивающе улыбнулась и оттеснила к стене, не пытаясь заговорить и встретится взглядом. Я точно знаю, что Он не в порядке. Тот кто прячет глаза уже подозрителен сам по себе. А присутствие наручников, едва поблескивающих, не добавляет оптимизма.

+2

238

Такионо, а что ты сказал обвиняемому? – метаморф смотрел на парня-телепата и ошарашенно едва слышно усмехался. – Маленькая угроза от инкогнито. – А ты не подумал, что тебя легко услышит телепат, держащий его под своим наблюдением?! Ты же только что разыграл идиотскую комедию! Ах, кто же этот помощничек!? – Тайный покровитель. Мой ментальный сигнал исходит сверху. Я на крыше. Если человек попытается проследить нить, ведущую ко мне, то он наткнется на пустоту, будто глас исходит с самих небес. Ты прав, Палач! Это похоже на комедию. – Зевс поправил фуражку, когда освещение вернулось в норму, и проводил взглядом парня, прошедшего к Зоуи. – Свернул бы шею! – весело подумал он, с улыбкой наблюдая за парочкой и мечтая убивать любого, кто ближе, чем на метр, подойдет к его женщине. Отвечать Вель не спешил на престранный вопрос. Он ждал, когда все посторонние уйдут. Пришлось, соответственно пропустить Хотару и не цепляться к ней. Зато взгляд из-под козырька фуражки чуть ли не хлестал физически удаляющуюся девчонку. – Скромная такая. Да-да, как это мило, будто мы совсем чужие! За шкурку не боялась бы ты, детка. Жизнь твоя в моих руках не закончится легко и быстро. Хм! Под моей опекой уже двое… Нет, не совсем… - Демон за свою жизнь испытывал не раз побуждение кого-нибудь считать «подопечным», находя данные игры в героя и защитника весьма любопытными. А теперь он ещё и… «втрескался» в кое-кого, но по-своему - ложно, принимая данное чувство как нечто настоящее, но временное. – Нет, двое. Предыдущие были убиты. – Ой… - веселая мысль от Зары, явно знающей больше Веля.
Детектив, несколько минут назад пошедший за преступником, вывел того из смежной комнаты за стеклом и повел отсюда прочь. Но непременно нужно было случиться сюрпризу! Естественно, люди не могли не пройти мимо вставшего на дороге у стены метаморфа. Вель не спрятал взгляд, откровенно изучая убийцу. Молодой. Красивый. С виду идеальный кандидат на роль жениха для какой-нибудь такой же милой и симпатичной девушки! Взгляд… Их взгляды пересеклись в самый последний момент. – Ты… такой же! – почти выкрикнул парень, дернувшись назад, но натолкнувшись на внезапную преграду. Зевс сделал несколько шагов до этого, чтобы оказаться за спиной неудачливого убийцы, и ладонью зажал тому рот, весело посмеиваясь. – Да, конечно! – при этих словах глаза оставшегося в сопровождении детектива расширились из-за непонимания. – Я могу тоже разделывать людей! Я же хирург! Диплом показать? – милая улыбка, от которой совсем не хочется умиляться, а хочется… бежать с криками «на помощь!». – У меня по всем дисциплинам было отлично, кроме психологии! Препод терпеть меня не мог, говоря, что я совсем ничего не понимаю! И оскорбляю его, - кажется, Зевсу приятно было вспомнить студенческие годы в мире людей. – Как же я его обзывал? Весь курс под партами валялся. Нет, не скажу! Тебе не веселиться надо… – усмехнулся, склонившись к плечу человека. – Молчание – бесценно, как и твоя шкура, да? Либо ты сдохнешь со всеми тут и сейчас, либо проживешь ещё немного до желанной свободы, которая не за горами, поверь, - уже шепотом, на ухо. Убрал ладонь и отошел.
- Что вы ему сказали? – поинтересовался сопровождающий, увидев реакцию преступника на сказанное приватно. А тот молчал и сам рвался уже уйти отсюда.
- Ничего особенного, - козырнул Вель, склонив голову, словно в знак уважения, и ухмыльнувшись. – Поведал, чем мы отличаемся. - Больше он ничего не сказал, ограничившись всего одной ложью отчасти вытекающей из истины. В зале остались теперь только Зоуи и Хотару. – Тарара… Черт! На работе думать о работе. Действительно, что это было?
- В смысле? Все давно привыкли, какой я грубый и несносный двадцативосьмилетний мальчишка! – отмахнулся демон, ничуть не стесняясь своего фамильярного поведения. – Мне же столько по последнему паспорту?.. - По документам ему не больше трех десятков лет, физически, но за внутренний мир никто ручаться не мог. Он хороший специалист и достаточно дисциплинирован (ладно-ладно, он относительно дисциплинирован), а остальное неважно, потому что личностные качества не могут быть подавлены полностью. – Не нравится? – словно вызов, вскинув голову… так, что фуражка съехала назад, дав возможность свету отразиться в серебре радужки глаз. – Зоуи, работа – другой мир, не отрицаю. Но его не надо делать отдельной категорией, где нет никаких вольностей, - мягко и с упреком, с наивностью обиженного ребенка. – Или ты про неё? – показал пальцем на красноволосую девушку, как будто только что её заметив. Показывать пальцем – плохая привычка и неприличная, да-да, и принадлежит Заре. Он сделал несколько шагов в сторону девушек, не понимая, почему чувствует толику страха от… анимага. – Ей что… глаза мои нужны? – мысленно проворчал метаморф. – Я её знаю. Она меня тоже. А дальше, у меня одни вопросы! – снова крутанул наручники на указательном пальце руки, как будто раздумывая, а какое бы найти им применение. - И ещё, подопечная, значит, под опекой, защитой. Не больше. – Взгляд метнулся к девчонке, а сам парень с каждым шагом сокращал расстояние между ними. – Не посмеет уйти. Только попробуй… - Одно неверное движение Хару – Зевс в мгновение ока уже рядом заламывает её руки за спину и прижимает к себе в полусогнутом состоянии. – Имеешь право хранить молчание, - смешок, без капли издевки, слишком добрый. Странно, что в голове непроизвольно возникают пошлые мысли и образы. – Зоуи, извини за каламбур, но… - Сопротивление бесполезно, как и всегда. Те самые наручники наконец обретают свою роль, смыкаясь на запястьях зеленоглазой бестии. - …но, кажется, у тебя сегодня два клиента на сеанс психотерапии! – впервые открыто взглянул на женщину, не пытаясь скрыть глаз. Это взгляд Веля и больше ничей. В некоторые моменты ему совершенно не хотелось пугать человека своей нечеловеческой природой. Увы, сегодня он кое-чего скрыть не может. Разве что фуражка не даёт издалека разглядеть необычный и будто живой цвет радужки глаз.
Успокоившись на «пеленании» Хару, демон не стал ей мешать выпрямиться и даже отойти от него. Но вскоре он схватил её под руку и потащил за собой. Естественно, Зоуи он «прихватил» тоже, поймав её ладонь в мертвую хватку. – А потом, а потом… Наручники… - Алькано не мог выразить собственные мысли, исходя слюной (образно). – Хотару, будешь отдуваться за всех «своих» или мне обрушить небо на головы всем из первого отдела? - поворот головы в сторону той, к которой обращался. – Жду тебя в гости. Не совсем я. Но жду! – замедлил шаг и притянул девушку ближе к себе, игриво коснувшись губами её губ. И отпустил, оставляя позади. – Ключи от наручников у капитана Коидзумо, на первом этаже! Или… иди сюда и прямо сейчас прими наказание, детка! – через плечо бросил Вель, ничуть не издеваясь! Точнее, в его тоне не звучало ничего, кроме скользящей хитрости и веселья. - А ты, Зоуи, поможешь мне… - он не смог подобрать слова, решив оставить это на потом. – В общем, поможешь мне! – улыбка, адресованная психологу-криминалисту и резкая остановка, за углом. Медленно и плавно прижал женщину к стене, опустив взгляд в пол, тень от козырька фуражки снова упала на глаза. – У меня крыша едет… - пробормотал он, облизнувшись и загадочно улыбнувшись. – Как думаешь, психолог, сегодня удачный день для работы с живыми людьми? Меня ждут пара человек… Ждут. Ещё живых… - странно закончил метаморф, так и не подняв взгляда от… Нет, не на пол он, пожалуй, смотрел.

+2

239

Как видишь… Не понимаю, на что ты надеялась, – бесцветно ответила Зоуи своей новоиспеченной стажерке. Ей были даны четкие инструкции, и она их так же четко не выполнила. – Что, даже не поздороваешься со своим «другом»? – иронично усмехнулась в мыслях женщина, наблюдая за Хотару. Она не могла не заметить, как девчонка напряглась в присутствии демона. – Стажер… С этим я еще разберусь. – Внимание ее тут же отвлеклось от девушки на произошедшую в другой стороне комнаты заминку. Ничего удивительного в общем – припертые к стенке, преступники часто пытаются высказаться напоследок. Угрозы, оскорбления… будто это что-то изменит. Зажав двумя пальцами переносицу, Зоуи шагнула назад от стола. Зевс, конечно, мог просто попасться под руку… А мог и не просто. Это сейчас мало волновало ее, потому что голова уже просто трещит от переизбытка одновременных событий. – Такой же… Мальчики! У вас тут что, кружок по интересам? – Обычный допрос превратился в какой-то абсурдный спектакль. Собственно, она первая и начала представление… Зоуи машинально отступала назад под «натиском» Хотару, все дальше и… дальше. – Да что с тобой не так?! – в конце концов, почти оказавшись прижатой к стене, она отвлеклась от переполоха с обвиняемым и просто увернулась от девчонки, отходя в сторону, так что обеих теперь разделял угол стола и наполовину выдвинутый стул. Она совсем не поняла цели этих подозрительных телодвижений со стороны зеленоглазой, вкупе со странной улыбкой. Да вообще, Зоуи, простите, уже не безропотная школьница, и «зажимать» женщину по углам на данном этапе ее жизни дозволено только одному… существу в этом мире, и по вполне понятным причинам. И как-то уж так вышло, что это была не милая девчушка напротив. – Уведите вы уже его! – не выдержав, вспылила Мисс Самообладание, которой уже надоело наблюдать, как Зевс «обнимается» с преступником.
Детектив наконец внял голосу разума... говорящего устами психолога и удалился, забрав с собой своего «протеже», а демон теперь оказался в полном распоряжении женщины. Ну, не совсем полном… Зоуи коротко взглянула на Хотару. Сложно сказать, что было в этом взгляде, но ничего хорошего уж точно. Девчонка менялась на глазах. Куда-то девались и робость, и невинность, с которыми та явилась в кабинет Зоуи. Что-то скрывает, и это уже не оставляло у криминалиста никаких сомнений.
И..? – обратилась женщина к парню (уже единственному в комнате на тот момент), намекая на заданный ранее вопрос. – Не нравится?! – возмутилась она в ответ на брошенный вызов, тихо фыркнув. – Не забывай, где ты находишься… – хотела еще что-то добавить, но тот ее перебил, да еще с таким видом, что Зоуи вдруг почувствовала себя чопорной старой девой. – И ее тоже, – почти обиженно бросила женщина, отворачиваясь и как-то особенно выделяя слово «ее». На этом, она хотела закончить, все ж выяснять отношения при посторонних было не в ее правилах… тем более при Хотару. Да-да-да! Это сейчас в ней говорит банальная ревность, и скрывает Зоуи это из рук вон как плохо. Подумать только, какая-то пигалица имеет наглость называться подопечной ее демона. Это же ни в какие ворота не лезет!
Прелестно… раз все друг с другом знакомы, не смею вам… Да что ты делаешь?! Вель! – негодуя, воскликнула девушка. Наверное, могло показаться, что она рвалась защитить Хотару, но… Мало ли, что привидится. – С меня хватит, – прошипела, разворачиваясь к двери.
Что заставило ее остановиться?.. То ли собственное имя, звучащее в устах демона всегда как-то особенно. То ли вообще цвет его голоса. Шутка без шутки. Как оно обычно бывает? Такие интонации не слышат, их чувствуют. – Дева Мария! – Зоуи обернулась, встречаясь взглядом с парнем, и застыла, успев сделать еще полшага назад. Ни словом, ни жестом женщина не выдала, что в душе ее все перевернулось. Временами забывалось о его чуждой этому миру природе. Нет! Не то чтобы забывалось – тонуло, наверное, под грузом самых разных чувств, таилось на дне, не мелькало постоянно в сознании. Зоуи прикусила губу, забывая, что мгновение назад собиралась уйти, оставив этих двоих наедине, не желая мешать милым игрищам. – А всего-то сутки прошли, - флегматично подумала девушка, топая за демоном и даже не пытаясь выдернуть свою руку из его ладони. – Тебя ни на час нельзя оставить. – Вчера еще с ним все было в порядке, когда она уезжала. Было ведь?..
Шею… сверну… – недобро сощурившись, отвела она в сторону взгляд, закипая от ярости при виде фамильярности Зевса со своей… маленькой подружкой. Кому, правда, лучше шею свернуть, она еще не определилась. Всем сразу – для надежности. – Помогу?! – даже нашла в себе силы спокойно удивиться, а не плюнуть ядом, завидев невинную, после такого, улыбку. Она еще обернулась, оглядываясь на брошенную позади девчонку, но парень снова потянул ее за собой, недалеко, правда, к вящему сожалению. Убраться с этого этажа хотелось уже просто нестерпимо.
Вель… Перестань, прошу тебя, – настаивала Зоуи. Слабо сопротивляясь, она прислонилась к стене, робко оглядываясь по сторонам и тут же снова обращая взгляд на парня. – Крыша едет? Думаешь, у тебя одного крыша едет? – естественно, вслух этого не произнесла, хотя глаза ее просто «кричали» об этом. – Еще живых? – без тени веселья усмехнулась, переводя дыхание. Грудь девушки неровно вздымается под тонким шелком блузки, а сама она с трудом сглотнула комок во вдруг пересохшем горле. – Почему… – вздох. – Почему тебе обязательно нужно во что-то вляпаться? – И странно, но… ни тени беспокойства об этих самых… еще живых. Зато море волнения за него. Она обняла лицо Веля ладонями, поднимая, заставляя посмотреть на себя. – Мм? – буйство эмоций в карих глазах: от готовности врезать засранцу, как следует, до желания обнять и… не отпускать еще очень и очень долго. – Пошли, – коротко, безэмоционально, безапелляционно. Надвинув, фуражку ему на глаза, Зоуи аккуратно оттолкнула парня и, тут же поймав его ладонь, потянула за собой, стараясь не обращать внимания на немой вопрос в глазах сотрудников, которым только повод дай, и они уже рады сунуть нос в чужую жизнь. А тут – вот тебе на! – принесли на блюдечке! – Ну и? Что уставились? – одного холодного взгляда хватало, чтобы люди отводили глаза, разумеется, тут же снова оборачиваясь вслед удаляющейся по коридору паре. – Разговоры… сплетни… У меня УЖЕ уши горят от пересудов! – Яростно стуча каблуками, девушка потянула Зевса в сторону лестницы, не желая привлекать еще больше внимания со стороны. О Хотару она, конечно же, не забыла, но очень надеялась на ее благоразумие – не соваться сейчас, куда не следует. Надежда, правда, эта была почти призрачная – что-то в загадочной девчонке не давало Зоуи покоя. Она пропустила мимо ушей слова Веля о первом отделе, занятая собственными переживаниями. Но женщина еще вспомнит об этом. Потом. В самый неожиданный для нее момент…
Два лестничных пролета, и они уже этажом выше. Здесь много спокойней, чем на первом уровне отдела. Понятное дело, тут никого не допрашивают, неприкаянные преступники не снуют из угла в угол – все чинно, тихо, все заняты делом. Ну, или почти все… С лестницы Зоуи сразу свернула налево, едва завидев впереди кучку криминалистов, о чем-то весело галдящих, и потащила Веля в обход (не такой уж и обход, на самом-то деле! что налево, что направо – до ее кабинета одинаково неблизко).
Остановившись наконец перед дверью, на которой висела табличка с ее собственным именем, женщина выпустила руку своего «заключенного» и тяжело вздохнула. – И какая же… – посмотрела на него, тихо цыкнула и приподняла козырек фуражки, являя миру, в лице себя одной, это серебристое чудо. Она привыкла смотреть в глаза при разговоре, и не имеет значения, какого там они у него цвета, какой формы зрачок… да хоть вообще без него! (хорошо-хорошо, это уже слишком) – Какая помощь тебе нужна? Сомневаюсь, что сумею разобраться в лабиринтах твоей… психики, – едва заметно усмехнулась, поворачивая ключ в замке и распахивая перед демоном дверь. Собственно говоря, сюда она его привела безо всякого скрытого умысла. Просто, чтобы отдышаться, и чтобы он не устроил еще больший балаган там внизу.

Отредактировано Zowie (2012-04-28 11:55:39)

+2

240

На меня обиделись. Только за что именно другой вопрос. За то что не исполняла приказы телепата? За то что попыталась выполнить задание и действовать на свое усмотрение? За то, что в чем-то обманула и не рассказала правду? Или за то что имею что-то общее (связана по рукам и ногам) с демоном? Или еще что-то. Но мне все равно. Злись, Зоуи, ревнуй и сражайся. Но это ничего не изменит. Я здесь выполняю свою работу и никуда пока смываться не собираюсь. Так что избавляться от меня бесполезно. Пока я сама этого не захочу. Но не смотря на все это меня забавляет такое отношение ко мне. Еще несколько минут назад такая спокойная и собранная, уверенная в себе женщина знала чего хотела и готова была сражаться за обычных людей. Я выглядела в твоих глазах молоденькой стажеркой и все было нормально. А тут стоило появиться одному общему знакомому, в которого так не осмотрительно вы влюбились мисс полицейская, и все становиться с ног на голову. За что собственно заработал мой укоризненный и совсем несчастный взгляд мистер Демон.
Может быть кому-то и кажется, что я испугалась, но это не так. Я немного насторожена и после того как дали это не хорошое задание начала тревожиться всерьез. Только теперь почувствовала себя наседкой, наблюдая за двумя непоседливыми цыплятами, которые так и норовят разбежаться в разные стороны. А я ведь она! за двумя сразу не услежу. А после произошедшего вчера Зевс беспокоит меня все больше и больше. Мало мне было забот до этого, так теперь что-то определенно пошло не так, вчера. Понимаю, что толку от меня не много, но не могу оставить все вот так. раньше никогда бы себе не призналась, но... я беспокоюсь за этого бестолкового демона-перевертыша. Это меня бесит и тревожит. Как бы не воспылала подобными чувствами к нему, как Зоуи. Гм! Смешно. Мотнула головой, отгоняя назойливые мысли "а что бы было, если бы...", и яростно сопротивляясь цепкой хватке демона. Разбираясь в себе и провожая преступника до двери я упустила из виду на некоторое время его, за что теперь жестоко поплатилась. Руки мои окольцованы наручниками, а все что могу это как следует заехать локтем в живот виновника всей этой кутерьмы. Но ни это, ни мои попытки притормозить не помогали. Даже угрозы. Но лучше всего (отрезвляюще так сказать) подействовала угроза "обрушить небо на УИЭЭ". Я заткнулась и молча сверлила взглядом его и мысленно проклинала задание.
Сердце затаилось когда ОН остановился и выглядя через чур игриво поцеловал. Я бы не назвала это поцелуем. Так, баловство. Мало того что снова творил что хотел и никто его не собирался останавливать, так он еще при Зоуи выкинул такой номер. Я прямо умыляюсь. Вот только мисс полицейская что-то притихла и не пытается требовать объяснений при свидетелях. Наконец смогла выдохнуть, почти не заметив как затаила дыхание, и гордо расправив плечи проводила обреченным взглядом удаляющуюся парочку. Только теперь понимая свою глупость и сжимая от бессилия кулачки.
[Это с какой радости он собирался уничтожить целый отдел?! Кто ж ему позволит. Ха! Насмешил. И вообще почему я всегда за всех должна отдуваться? О боги, за что вы мне преподнесли такой подарочек?]
Страдальчески простонала и, заметив недоуменные взгляды (особенно всех интересовали наручники), из вредности показала язык. гордо удалилась в ближайшую комнату. То что мне предстояло сделать не нуждалось в афишировании и свидетелях. Прижимаясь спиной к двери, как следует выгнулась, разминая косточки. Я злилась на демона, на дурацкое поведение Зоуи (влюбленная женщина хуже любой напасти), на себя саму. Позволила себя "обезвредить" и уйти виновнику происшествия. Пыхтя и ругаясь про себя, уселась на пол и принялась изворачиваться подобно змее. Ноги прижаты параллельно телу, а руки с наручниками как умела быстро вытягивала вверх. Не понадобилось много времени (да всю операцию ушло не больше трех минут) на осмотр наручников, теперь удобно находящиеся перед моими глазами, и их обезвреживание. Около трех ключиков из целого комплекта воришки и несколько тонких проволочек из того же набора было испорчены, но результата я добилась. Руки свободны, наручники целы, а я исчезаю в ближайшей тени.
[Удобно однако иметь подпространство, пусть и теневое, для своих нужд. Ложи в него все что угодно и ничего, сохраняется. Только бы не переусердствовать с весом и количеством. Так а теперь сюда... Ага, уже никого нет. Куда? В кабинет. В какой? Угум-с, сюда.]
С легкостью преодолевая любые преграды, которые в реальности были стенами, дверями, этажами. Заглянула в кабинет для допроса. Никого. Пришлось немного побродить по теневому измерению, изучая все пространство в реальности. Но я была бы не собой, если бы не знала несколько деталей о своей цели. Поэтому во-вторую очередь я направилась в её кабинет, где удобно уселась на край стола, свешивая ноги и мотая ими в воздухе. Но не успела я как следует осмотреться как она, дверь, открылась и пред моих очей явились оба.
- Долго же вы идете, ребятки. Мы не договорили между прочим... - капризным голосом пропела сразу как только оба оказались внутри. Объяснять Зоуи что к чему и почему не стала, сразу напав на Зевса с обвинениями, только глаза выдавали беспричинное веселье. Плохо на меня влияет его магия, ой как плохо. Как бы не начать буянить. - Что имел ввиду под "уронить небо на наш отдел? Ты вообще о чем? Вроде ж ничего такого не успели натворить. Предпочитая знать за что меня собираются наказывать." - и говорю так спокойно и обыденно, словно все так и должно быть и это меня нисколько не беспокоит. Как бы не хотелось спросить что с ним происходит и виной этому вчерашнее происшествие, не спросила. Не решилась. Пусть этим занимается влюбленная в него девушка. А то меня сейчас прямо съедят без соли и перца, если хоть заикнусь о проблемах. Да и выглядеть это будет... как слабость с моей стороны. Ни за что! Я знаете ли не привыкла выставлять на показ свои чувства, переживания, эмоции. Все в себе и при себе. Только не сходиться у меня спокойный тон и выражение лица с потемневшими от беспокойства глазами. Между прочим я забочусь об обоих. Наверное поэтому сижу тут, пытаюсь учить уму-разуму и выглядеть наседкой с цыплятами. Угу, двоих "влюбленных" допустим обману, а собственную душу и тело? Тяжело вздыхаю, переводя взгляд на Зоуи. Продолжаем промывать мозги и вставлять их на место, если это необходимо.
- Зоуи... Вот вы вроде разумный человечек. Так веди себя пожалуйста соответственно. Хотя бы на рабочем месте. Влюбленность - это конечно хорошо (читай между строк - малость удивлена такого самопожертвования во имя... его), но то что произошло выглядит странно. Тебе не кажется? - глаза светятся мрачной решительностью и обещанием неприятностей окружающим. - Да и вот еще что. Не спрашивай у Него о его же работе. Это не та тема, о которой можно вот так распространяться. Это не опасно. Для тебя в первую очередь.
Я знаю, что ничего еще не успела узнать о них обоих. Насколько он открылся перед женщиной? Что успел рассказать и насколько правды в его словах. Но очень надеялась, что ничего серьезного, ибо в случае чего её пошлют "решать проблемы", если эти самые проблемы будут слишком серьезными. Может быть я только преувеличиваю, и руководству УИЭЭ нет дела до них обоих, или кого-то в частности, но лучше не рисковать. Пусть Зоуи ненавидит меня, если ей так хочется, пусть ревнует. Мне все равно. Главное чтобы не влезла в неприятности. И если для этого я опять буду врагом народа пусть так и будет. Одним больше одним меньше, какая разница.

+2


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Центральное полицейское управление


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC