Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Центральное полицейское управление


Центральное полицейское управление

Сообщений 241 страница 270 из 290

1

http://s61.radikal.ru/i171/1405/16/0a3f18b842c4.png

...|...

Холл на первом этаже - самое светлое и просторное помещение со стеклянными дверями, несколькими столами сотрудников и коридорами, уходящими к лестницам на другие этажи - в смысле, к лестнице. В противоположной стороне находится лифт.
Приемная (она же "комната собеседований", "помещение первичного допроса" и тэ.дэ) - комнатушка крохотная, с единственным столом и двумя стульями - одно для сотрудника, а другое для человека, пришедшего с прошением или подозреваемого, приведенного силой.
Столовая представляет собой большой зал в светлых тонах, с столами, расставленными в шахматном порядке. Не сказать, что кормят здесь хорошо - многие предпочитают приносить еду с собой.
Кабинеты сотрудников выглядят в большинстве своем однотипно - стол, не самое дорогое кресло за ним (в простонародье, конечно, названные просто стульями-на-колесиках), компьютеры на столах, документация в определенном количестве (иногда даже целыми коробками), на окнах - жалюзи. Потолок со встроенным освещением, на полу ковролин серого цвета. Многие из сотрудников, конечно, обустраивают свои кабинеты так, как самим хочется и, по правде говоря, особо до этого нет никому дела.
Камеры, занимающие второй и третий этажи представляют собой "роскошные апартаменты" - небольшие, с подвесными железными койками на стенах, решетками на небольших окнах (что, разумеется, прямо под потолком), на потолке - детекторы пожарной безопасности. Дверь в камеру представляет собой - дверь. Железная, хорошая дверь с открывающимся снаружи решетчатым окошком. Закрывается дверь так же снаружи и стандартно, на ключ. Еда традиционно подается на подносах в тарелках под дверь.
Арсенал- за бронированной дверью на цокольном этаже находится прохладное помещение с серыми стенами и металлическими стеллажами вдоль них: на полках стеллажей лежат самые различные экземпляры вооружения и обмундирования.

Кабинет шефа полиции. Обычный обширный кабинет со стенами бежевого цвета в красную полоску, около одной из них (слева от входа в кабинет) стоит кожаный диван с тремя подушками. В правом углу стоит несколько массивных шкафов вишневого дерева, с железными полками. Около окна стоит деревянный же стол, на нем - кружка с остывшим и, похоже даже заплесневевшим, кофе, ноутбук (второй, запасной, спрятан в один из ящиков стола) и прилагающиеся к нему аксессуары, лампа настольная, пепельница, забитая бычками с горкой, стопками разложены бумаги и документации. В ящиках стола лежат милейшие мятные конфеты и досье на нескольких особо опасных преступников/преступниц, оружие табельное. На подоконнике еще одна пепельница, умирающий кактус, аквариум с одинокой и очень печальной рыбкой, маленький, компактный сейф. Помимо него, сейф стоит у одной из стен, высотой почти в метр. На одной из стен висит металлическая бита, сильно поцарапанная, но, судя по всему, дорогая владельцу кабинета; рядом с ней - в простой рамке фотография какого-то человека, зимой. Освещение - обычая потолочная лампа.
Детективный отдел. Кабинет Рейчел Бернелли. Светлый кабинет, при входе в который, сразу создаётся ощущение некого уюта. Преобладает тут красный цвет, но обстановка тем не менее довольно спокойная. Видимо, это некий психологический трюк. Или, просто у хозяина такой вкус. Дурной или хороший - решать "посетителям". При входе вам сразу бросится в глаза стол. Большой и просторный, с ноутбуком, стационарным телефоном и прочей дребеденью. Какая-то старая фотография с каким-то ребёнком - по тонам видно, что волосы примерно коричневого цвета, а глаза что-то около...наверное, зелёного. Или синего.
Слева от стола (если сесть за него) большое окно. Потом вы обратите внимание на обои - тоже, довольно не плохо вписываются в комнату. И огромный шкаф, за спинкой кресла. Это кабинет детектива Рейчел Бернелли.

Форма сотрудников полицейского управления- черный низ, светло-голубой или белый верх, но, в отличие от формы других городов, имеет характерные черты: помимо нашивок полиции, он имеют по ряду артефактов различного назначения: защитные, погашающие или отражающие воздействие на сотрудника, как магией, так и, в нередких случаях, физикой. Стажерам, конечно, не выдается огнестрельное оружие.
Само здание полиции - так же оснащено магической защитой и, так скажем, "не взрывабельно" - все дело в особенной отделке внутренних и внешних стен, по типу создания артефактов. В основном из-за того, что в камерах содержатся преступники далеко не с самыми обычными способностями.

(c) Gabe

Широкая, однако же не центральная улица, выводит на современно здание, в котором центральное управление полиции города узнается далеко не сразу - скорее, вы примите творение дизайнеров за комплекс офисов или, может быть, дом мод. Однако на площади перед ним выстроились на парковке полицейские автомобили, ходят люди - кто в форме, с табельным оружием, кто с папками, а кто в наручниках - в бронированные грузовики или наоборот, из них. По краям от парковки находятся аккуратные клумбы и несколько деревьев, посаженных на фрагментах земли среди бетона в хаотичном порядке. На входе - пуленепробиваемые стекла и охрана в числе четверых вооруженных людей при форме и полной защитной экипировки.
Камеры располагаются на втором и третьем этажах. На четвертом этаже расположилось помещение арсенала и кабинет шефа полиции. На первом этаже расположены помещения работников полицейского участка, непосредственно "приемный кабинет", помещение изъятого имущества у задержанных, столовая и дверь, ведущая в подвальные помещения. На крыше расположена площадка для вертолета - вообще, их у управления две штуки имеется. На четвертом этаже, рядом с кабинетом шефа полиции находится архив и база данных, и, конечно же, канонично небольшое отделение для "связистов".
Здесь всегда оживленно, следует сказать - здание кипит активной жизнью.

Экстренная полиция.

...|...

Броня - Хамелеон. Циклоп.
Вооружение -
Beretta ARX-160 в комплекте с подствольным гранатометом Beretta GLX-160
Калибр: 5.56x45mm NATO
Тип автоматики: газоотводный, запирание поворотом затвора
Длина: 820-900 мм (ствол 406мм, приклад разложен), 700 мм (ствол 406мм, приклад сложен)
Длина ствола: 305, 406 или 508 мм
Вес: около 3 кг (со стволом 406 мм)
Магазин: 30 патронов
SIG SG 552 SWAT
Калибр: 5.56x45мм
Длина (приклад разложен / сложен): 730 / 504 мм
Длина ствола: 226 мм
Вес без патронов:  3.0 кг без магазина
Емкость магазинов: 30 патронов
Темп стрельбы: 780 выстрелов/мин
Tavor MTAR 21 (Micro)
Калибр: 5,56x45 NATO
Длина: 590 мм
Длина ствола: 330 мм
Вес без патронов:  2,95 кг без магазина
Емкость магазинов: 30 патронов
Темп стрельбы: 750 - 900 выстрелов в минуту
DSR-precision DSR-1
Калибр: 7.62mm NATO (.308Win), .300 Win Mag, .338 Lapua Mag
Механизм: продольно скользящий, поворотный затвор, ручное перезаряжение
Ствол: 660 мм
Вес: 5.9 кг без прицела и патронов
Длина: 990 мм
Магазин: 5 (.308) или 4 (.300WM, .338) патрона отъемный коробчатый
Steyr M-A1
Калибр: .40 S&W, 9x19mm Para, .357 Sig
Вес без патронов: 780 г
Длина: 180 мм
Длина ствола: 101 мм
Емкость магазина: 12 (.40 & .357), 15 (9mm) патронов
Гранаты: дымовые; осветительные; сигнальные; светошумовые; газовые.
Ножи: Boker Orca, Cammilus.
Артефакты: Защита от воздействия на разум/захват тела.

+1

241

- Таков мой образ жизни, - очень просто ответил Вель, не вдаваясь в подробности. Он не вляпывается, а так живет, чтобы не заскучать. Скука равносильна смертному приговору. Такое впечатление, будто произошло нечто грандиозное. Едет крыша? Побочные эффекты применения магии? Не в первый раз и не в последний. Всё более чем обычно! – И это всё? – разочарованием повеяло от Алькано. – Ей нет разницы, похоже, насколько мы можем казаться нечеловечными. Странно как-то! Наверное, образ Алика успел покрыться пылью, если её не перепугал «кошачий зрачок», - подвела итог Зара. Метаморф ещё больше запутался в отношении Зоуи к своей персоне. Получается, внешние элементы – мелочь, когда поведение укладывается в привычную норму. – Не приняла меня за Алика! С таким поведением. Инстинктивно, м? – Тебя? Это ещё вопрос, Вель! Мои выкрутасы же, большей частью, - подцепила вторая личность. Контроль сейчас относителен для каждого, но… тем не менее, во главе всех начал любого движения стоит единственно законный владелец тела. – Не только твои. Парней обнимать могу и я, - со смехом заметил Алик, как раз в тот момент будучи идейным вдохновителем на вопиющую наглость. – Тихо, Суд идет! – прервал нескончаемый поток мыслеобразов и вздохнул с небольшим облегчением, встретив взгляд Зоуи и нервно усмехнувшись.
- Куда? – тихо изумился Зевс, едва успев удивиться и поправить фуражку, чтобы не слетела. Нахмурился, следуя за женщиной и при том не теряя сосредоточенно-уверенного вида. Он бы мог легко прервать их движение ещё в самом начале, будь на то его желание. И желание это реально существовало – так хотел Алькано, но зато Зара составляла весь противовес, превращая попытку сделать действие в ничто! Демон послушно шел за человеком, лишенный сладкого шанса разорвать контакт ладоней, и встречался взглядами с коллегами, которые попадались по пути, едва заметно улыбаясь с затаенной угрозой. – Ну же, кто первым подойдет с тыла? – Нет дела до домыслов людей, наблюдающих парочку на рабочем месте. По логике их совершенно не должны волновать отношения посторонних, когда к ним всё это не имеет ни единой касательной или параллельной! – У нас такой вид... На их месте я бы подумал о намечающихся играх, приватных играх… Зачем ты наручники без толку применил? – Хах, это был не я, Аль! – парень невольно ухмыльнулся, тем временем проводив взглядом одного сотрудника, учуяв в нём обладателя необычных способностей. – Правда? – возмутился Алькано, обидевшись сам на себя за такой «косяк».
- Твоего присутствия в другом блоке хватило бы, чтобы я не сорвался. Но раз мы пришли сюда, то… - он даже успел уже кое-что нафантазировать, заходя в кабинет и утягивая Зоуи за собой внутрь. – Облом, - недовольно буркнул метаморф, окинув объявившуюся девчонку цепким взглядом. Вот кого не хватало для полного счастья. – Хм-хм, Вельранчик! Она, кажется, тоже в тебя влюбилась. Такой обеспокоенный взгляд в сумме с переливами ауры. О… - Вот, без «о», а? – ответил Алькано. Однако, Зевс сейчас единое целое, а не три отдельных личности, поэтому «переключение» условно, если желания внезапно находят соприкосновения от всех троих.
Демон отпустил ладонь девушки,  искоса взглянув на неё. Этот взгляд, возможно, она способна узнать и понять, что же происходит. Хотя, однозначный вердикт сможет вынести только сам владелец «крыши», явно сегодня уже потерянной, а не просто съехавшей немного! – Хотару, - приблизился неспешными шагами к восседающей на столе зеленоглазой занозы и остановился всего в шаге от неё. – Обрушить небо, значит, убить. Я отчасти люблю загибать такие обороты, - он чуть не сказал «Вель любит». – Думаешь, это будет трудно сделать? – Если в этой комнате до сих пор работали камеры, то в один миг они увязли в беспросветной тьме. – Увы, не очень. Это лишь один из вариантов, как я могу избавиться от надзора первого отдела. Да-да, - едкая улыбка, - я знаю, что у тебя есть некое задание, касающееся моей личной жизни. И как ты могла согласиться на него? Ради той части меня, которую считаешь самонадеянным идиотом, так? – Хотару же ещё не знает ни одной его личности, кроме той, с которой встречалась пару раз! – Не стоит беспокоиться, малышка. Я же не настолько страдаю иногда кретинизмом, чтобы бесславно сдохнуть! – рассмеялся и, вскинув руку, указательным пальцем коснулся ложбинки у основания шеи девчонки, чуть надавив. До этого… Нет! На протяжении всей своей речи он смотрел ей в глаза. – Не двигайся, иначе… - Парень даже не обращал внимания на Зоуи. Дверь в данный кабинет вряд ли откроется в ближайшее время без его разрешения, потому что женщина наверняка догадалась уже, какова дестабилизация состояния метаморфа и насколько легко происходит подчинение темным желаниям. А исполнитель самых темных желаний, часто, Алькано. Она же знает! - …станет очень больно, - повел палец ниже, без давления. – И… меня, такого меня, Зоуи не любит, поверь! – смешок. Действительно, Алика полюбить способен разве что самый распоследний мазохист и страшно больной на голову, именно в ипостаси палача. – Не вмешивайся. Здесь. – Сократил расстояние до минимума, уперевшись ладонями в стол по обе стороны от Хотару. - Пожалуешь в гости, и я тебе на пальцах объясню, что, как и почему. Ясно, сахарок? – секунда… и чмок в губки, а в серебристых глазах холодный-холодный омут.
Кстати говоря, интересная особенность: когда руководит действиями или говорит Алькано, занимая как будто главную роль, у демона магический фон приходит в колебание, выстраивая заклятие-пассивку на защиту. Всё просто! Вероятность, что он своими смелыми и неосторожными действиями вызовет агрессию, очень высока. Но… это не значит, что до этого на метаморфе не висит ни одного магического «щита».
Отстранился, одарив Хотару злой и недовольной полуусмешкой, и развернулся в сторону Зоуи, сделав к ней несколько шагов и на ходу мотнув головой, будто прогоняя какое-то наваждение. Но. Вдруг остановился, обернувшись. – Хару, откуда тебе знать, что происходит между… мной и Зоуи? Первый отдел научился видеть сквозь магические барьеры или следить за мной так, что я не замечу этого? В прошлом – не замечал. Теперь – легко. Перестань питать глупые фантазии и беспокоиться о том, что ни тебя, ни сотрудников научного центра не касается. Надо будет – убью тебя и ничуть не пожалею, - слова Веля уже, интонации другие и нет безумного блеска в глазах, лишь твердость. Это не угроза. Обещание. – Или, мне что-то неизвестно? – со снисходительной улыбкой, склонив голову набок и снова спрятав глаза под тенью козырька фуражки. Вряд ли ответ на данный вопрос окажется утвердительным. Потому, что метаморф обычно в курсе всего, что может угрожать его жизни и поставленной цели.
Первоначальные планы испарились на счет приятного времяпровождения втроём. О да, это мечты Алькано! Им не суждено сбыться из-за некоторых факторов, как личных, так и «внешних». Демон вернулся к незаконченному движению к Зоуи, ничуть не стесняясь присутствия девчонки… снова видящих камер слежения… приоткрытой двери в коридор… Подошел, оказываясь с личным психологом лицом к лицу, словил в крепкие объятия, прижимая к себе и спускаясь ладонью по её спинке от лопаток до талии, а другой поглаживая по волосам, и поцеловал в макушку, беззвучно усмехнувшись. Никакой грусти. Ему даже интересно видеть такую странную ситуацию и оставаться при том самим собой, всегда во всем уверенным и спокойным, относительно. 
- Чуть не забыл, меня ждут, - бросил Зевс, медленно разрывая крепкие объятия с Зоуи, и направился к двери из кабинета. - Услышите дикие крики, знайте, это не моих рук дело, - пошутил без капли иронии метаморф, скрываясь из виду. Его чувства для эмпата не станут понятной информацией, когда одновременно рулевыми являются все три личности со своим мнением и взглядом. Только одаренный высшей категории сможет по крупицам разобрать беспорядок в его внутреннем мире, сотканном из Тьмы. – Скоро вернусь. Нужна будет помощь, как и обещал! – уже послышалось из коридора. Кажется, он кое-что забыл... или кое-кого... – Вот же заноза в заднице! Сахарку неслаааааадко придется, - Алькано нашел себе развлечение, кажется. - Меня не волнует это, Ал. Делай, что хочешь... с кем угодно. Исключение - ты знаешь. - Знаю! Рад, что  ты нашел временное счастье, братишка, - совсем по доброму отозвалось альтер эго.

+2

242

Часто вопросы, которыми мы задаемся, уже нашли свой ответ когда-то давно, в чьих-то чужих жизнях, далеких мирах. Нужно лишь оглянуться назад и присмотреться, чтобы понять. Генри Филдинг в своем романе «История Тома Джонса, найденыша» писал: «Пожалуй, нет более верного признака глупости, чем старание исправлять естественные слабости тех, кого мы любим. Самая утонченная натура, подобно тончайшему фарфору, может иметь изъян, и в обоих случаях, боюсь, он не исправим, хотя часто нисколько не уменьшает высокой ценности экземпляра». Наверное, лучших слов не выдумать, чтобы хотя бы частично попытаться объяснить странное, для кого-то, возможно, даже абсурдное отношение Зоуи к Зевсу. Вспыльчивая, впечатлительная, в чем-то несдержанная, но глупой она не была никогда.
Что за черт! – женщина остановилась чуть позади демона, когда, войдя в свой кабинет, наткнулась на бестактно сидящую на ее столе Хотару. Да, воспитания девочке еще набираться и набираться. Разумеется, поначалу Зоуи была поражена – нечасто в закрытой комнате из воздуха материализуются… люди. Однако это чувство быстро улетучилось, истаяло, словно его и не было никогда, уступив права совсем другому… холодному. Такому, что, кажется, даже кровь в венах загустела и стала течь медленнее, болезненнее.
Да, она узнала этот взгляд и чисто инстинктивно отступила назад от Зевса, выпуская его руку. Еще… еще назад, пока не наткнулась спиной на книжный шкаф из темного дерева, цепляясь пальцами за угловатые края его полок. Находиться рядом с парнем сейчас совершенно не хотелось. Еще свежо в памяти… все. Все и даже немного больше. Внешне состояние девушки почти не изменилось, только движения стали напряженнее, резче, да глаза утратили недавнюю теплоту. Демон был прав, такого его Зоуи не любит – боится. До ужаса причем боится. И сердце, грохочущее сейчас в груди, – прямое тому подтверждение. Но, как уже было сказано ранее, у всех свои недостатки. Вмешиваться женщина не планировала, от слова «совсем». Все ж Хотару его подопечная, ему с ней и разбираться. Она только смутно надеялась, что парень не собирается залить здесь все кровью… это ж обои менять придется. Да и объяснять, почему кабинет психолога вдруг стал похож на скотобойню, тоже как-то не хотелось.
Ну, шутки шутками, а Зоуи перепугалась всерьез и сейчас молила все светлые и темные силы, только бы Зевс не слетел с катушек окончательно. Она ведь попыталась как-то исправить ситуацию, увела его подальше от людей, от лишних раздражителей. Хотя бы на время. Только… Кое-кто ведь очень смелый и очень… глупый. Говорят, храбрецы – это те, кто мало ценит свою жизнь, а еще меньше – чужую. Правду, видимо, говорят. Зоуи смотрела уже не в спину демона, она смотрела на Хотару. И в глазах женщины не было ничего, кроме холодной ненависти. Ревность? Пф..! Ревность – чувство нестабильное – вспыхнула и погасла, или осталась тихонько тлеть до следующего пожара.
Но… гроза, кажется, миновала. Временно. Зоуи даже представлять себе не хотела, чем закончатся для неразумной девчушки эти самые «объяснения на пальцах». В общем-то, тут даже представлять было не нужно, достаточно вспомнить. Она все еще стояла на том же месте, у шкафа, когда Зевс подошел к ней. Страха не было. Только прямой твердый взгляд… тут же окрасившийся теплом, как только женщина оказалась в его объятиях. Где-то там, на границе, это был он... так казалось. Чувствовалось..(?)
Ты напугал меня… снова, – она грустно улыбнулась, пряча лицо на его груди, и ничего не сказала, обнимая крепче, словно надеясь забрать себе чуточку этой дьявольской уверенности. Парень сам все прекрасно знает. От этого никуда не деться – можно лишь смириться или…
Демон наконец оставил девушек наедине, разумеется, не смог скрыться без какой-нибудь зловещей шутки на прощание. Но Зоуи не посмеялась. Даже не улыбнулась. Взгляд ее был прикован к Хотару. Многое хотелось высказать этой пигалице. Что уж там, хотелось просто схватить поганку за волосы и выволочь за дверь, пинком отправив в далекое путешествие до соседней галактики. Но Зоуи промолчала. Гнев – не лучший советчик.
Женщина тихо вздохнула, посмотрев на девушку с легкой презрительной усмешкой. – Ты, наверное, совсем ни черта в жизни не понимаешь, если ведешь себя подобным образом, – холодно, разочарованно. Над выпадом Хотару по поводу опасности расспросов о работе Веля Зоуи и вовсе только тихо посмеялась. Совсем тихо. Вообще в мыслях! Она не стала разочаровывать девочку в том, что именно ей известно, как и раскрывать все тонкости собственных взаимоотношений с УИЭЭ. Ей это надо?! – помогать зарвавшейся нахалке в ее поисках. Психолог отошла к кофейному столику, что стоял чуть в стороне, и опустилась в кресло. Взгляд упал на коробку из архива, стоящую рядом и ждущую своего момента. Взглянула на часы на стене. Времени оставалось совсем мало, а тут еще эта несуразица, которая свое тайное (теперь уже не такое и тайное) задание превратила во всеобщую проблему. – Хотару, – малость устало уже обратилась женщина к зеленоглазой. – Я не могу понять одного… Ты чего пыталась добиться? – Зоуи взглянула на девочку очень недобро. Она злилась на нее, но злилась не потому, что та полезла рыться, где не просят, а потому что по глупости своей, едва не стала последней каплей в потере хрупкого равновесия, которое Зоуи надеялась уберечь. – Могла ведь уйти… Усвоить урок, подумать хорошенько, взвесить все обстоятельства. Нет! Кинулась в бой, не зная, кто прав, а кто лев! Ничего не скажешь… разумно, – зло усмехнувшись, бросила в девушку ее же "камнем". – А… жизнь рассудит, – махнула на раздражитель рукой и спрятала лицо в ладонях.
Остальные слова девчонки ничуть не задели, и Зоуи оставила их без внимания, считая ниже своего достоинства распинаться перед соплячкой по поводу своего отношения к Зевсу. – Глупая, наивная – сунула нос в чужую жизнь и уже думает, что все знает, все понимает. – Сладкое заблуждение в собственной проницательности, разрушенное однажды "заботливой" рукой, станет для Хотару лучшим уроком, чем все слова, что сейчас Зоуи может ей сказать. Она с самого начала была готова к тому, что чувства к демону станут той невидимой, но очень прочной преградой, отделившей ее от остального мира стеной непонимания, презрения, возможно, даже ненависти. Горько, но это правда. Да и какая разница?! Не это для нее важно. Важно защитить и сохранить эти чувства неопороченными людской тупостью и злобой.
Уйди, – сказала, как отрезала, не поднимая головы. На этом разговор можно было считать законченным. Надеяться, что у Хотару хватит такта ничего не сказать на прощание, Зоуи даже не смела.
Женщина неслышно вздохнула, молча ожидая, когда девчонка уберется прочь. – Как тяжело тебя любить…

~

Зоуи оставили одну, и она смогла вернуться к своей работе. А точнее, к тому заданию, что выпало на ее честь еще утром (выпало-то уже неделю как, это узнала она о нем только сегодня). Не сразу, конечно. Она еще минут пятнадцать сидела без движения, опустив голову на руки, стараясь вернуть себе трезвое состояние рассудочности. Наконец, забрав с коробки на кофейном столике папку, женщина нырнула за свой рабочий стол и с тяжелым вздохом опустилась в кресло. – Так недолго и свихнуться совсем, – первый рабочий день после месяца незапланированного «отпуска» превзошел все ожидания.
Мигнул красный огонек внутреннего вызова, и Зоуи с некоторым нежеланием ответила:
– Доктор Мэй.
На том конце провода раздался знакомый мужской голос, звонивший еще утром, и девушка спокойно выдохнула – по крайней мере, никаких сюрпризов… Или нет?
Э… Как через час? – оторопело переспросила Зоуи, бросая взгляд на часы. – Да, конечно… Понимаю, – повесила трубку. Разговор был недолгим. – Отлично! – процедила психолог сквозь зубы, потирая пальцами лоб. И почему в сутках только двадцать четыре часа? Было бы просто прелестно иметь в запасе хотя бы тридцать.
А дальше были снимки, страницы, списки, признания, если точнее – их отсутствие. Час летел, секунды бежали, едва успевая за мыслями девушки. А мысли ее, то метались, занятые делом, то разбредались по углам, тормоша пыльные воспоминания. Как много можно обдумать за час, и как мало получается решить.
Стук в дверь прервал размышления Зоуи.
Да-да, – девушка поднялась из-за стола, уже закрывая папку и убирая ее в свою сумку. На пороге кабинета психолога появился мужчина. Высокий, сухопарый, с забавными густыми усами на строгом лице. Голова его уже седа, и на вид ему около шестидесяти лет.
Готова?
Я не все успела прочитать, – виновато ответила Зоуи, подбегая к маленькому столику, на котором были разбросаны кое-какие снимки и пара потрепанных папок. – День выдался… тяжелый, – не вдаваясь в подробности, она собрала бардак в коробку, стоящую там же на столике, не особо заботясь о порядке – позже все равно снова все вытряхивать.
Не беда – расскажу, что смогу, что-то дочитаешь по дороге, - кажется, он не был особо огорчен нерасторопностью девушки, заходя внутрь и оглядывая кабинет. – Ты, я смотрю, уже обжилась… А пришла какая! Глаза круглые от волнения, и знамя справедливости над головой, – развеселился он.
Зоуи рассмеялась, подходя к вешалке за плащом. – Да уж, как молоды мы были, – пошутила она с доброй иронией в голосе.
Ну-ну, не говори старику о молодости, – усмехнулся в усы и, увидев, что женщина уже одета и заканчивает с копошением в ящике стола, двинулся к двери.
Кстати, почему он не у нас?
Преступность не дремлет – тюрьмы переполнены, «особо тяжких» переводят под более строгий режим. Его перевели всего полгода назад, но дело еще в нашей юрисдикции, поэтому заниматься этим выпало тебе.
Последний взгляд на стол, на другой. Вроде бы ничего не забыла.
Часа полтора, и мы на месте, – донеслось уже из-за двери, пока поворачивался ключ в замке.
Кабинет пуст.

---------> вокзал/другой город (продолжение здесь)

Отредактировано Zowie (2012-06-20 20:46:27)

+2

243

Мужчина и дальше продолжал сидеть на месте, в своем любимом кресле своего любимого кабинета, не решаясь покинуть его до последнего. Нервно постукивая пальцами по столу, мужчина ждал звонка. Будто узник, он был заточен в кабинете не по собственной воле, а скорее по воле обстоятельств, по воле ситуации, по воле тех, кто дёргал за ниточки как его, так и многих других сотрудников. Звонок государственно важной личности, фигуры высокой во всех возможных смыслах. Мужчина никогда не видел его в глаза, но выходил с ним на связь весь год регулярно. Первый его звонок вспоминается как простуда, второй его звонок вспоминается как пушечный выстрел, без возможности на реабилитацию выбивший его из пыльного круга, выдуманного больным рассудком термина, под который записывается любой регулярный оборот реалий. Перед ним лежала раскрытая папка с вложенным посланием от Z. "Z" не хотел встретиться с ним лично. Почему? Почему тот, с кем они бились бок о бок более 12ти лет назад сейчас ведёт себя как загнанная законом в угол крыса? К чему вся эта анонимность, Z?
Раздался оглушительно громкий телефонный звонок. Вибрации змеями пронеслись вдоль стола из красного дерева, заставляя все ближайшие предметы кряхтеть в унисон. Ладонь его скользнула вверх по трубке, принимая вызов. Лицо губила обречённая ухмылка. Он знал, что ему предстоит сейчас услышать. Он знал, с кем говорит.
- Доброе утро, Мистер... Мэйсон.
- Ваши привычные паузы в речи не перестают меня радовать, мистер Хайдбор. Я знал, что вы позвоните мне. Хотите снова придраться к моей личности или же мы сразу перейдем к делу?
- Верно, Мистер... Мэйсон. Я не стану более осуждать вашу ложь и то, что вы позволяете себе без угрызений совести надувать не только всю полицию, но и большую часть института. Мы просто перейдем к тому, к чему, по сути, мы должны были перейти с первых строк. У меня для вас задание. Скажите, вас кто-нибудь подслушивает?
- Это вряд ли. И благодарю за столь приятное мне замечание. Для меня это прозвучало как лесть.
- А вы стали куда более дерзки в разговорах, не так ли? Что же приключилось с вами?
- У меня, скажем так, появилась мотивация. Отложим эти нелепости на потом, Мистер Айзек Хайдбор.
- Чудно. Поднимитесь с кресла, для начала. Я знаю, что вы сейчас находитесь в своем кабинете. Выдвигайтесь. И не бросайте трубку, пока я не скажу.
- Понял вас.
Мужчина быстро захватил пистолет, заправил его к себе кобуру и прошел вперёд к двери. Резко вывернув ручку, детектив захлопнул за собой дверь.
- Снова убедитесь, что за вами не следят. Любой неаккуратный взгляд должен вызывать подозрение, помните это. Сохраняйте спокойствие. В полиции сейчас действительно много шпионов и мы ничего не можем с этим поделать. Вы должны добраться до базы данных, до архива. Не говорите мне ничего до тех пор, пока не достигните цели. Вы поняли меня?
- Есть.
Спокойный размеренный шаг проносит широкую фигуру вдоль офисных перегородок. Чутьё мужчины не сработало: похоже, что всем глубоко плевать на него. Но что по данному поводу могло сказать "второе" его чутьё? Что сейчас творилось в тюрьме его "я"? Некоторое беспокойство охватило его внутренности. Казалось, будто изнутри по органам его с щебечущими звуками грызлись тараканы.
Кххх.....!!!!
Мужчина замер, но ненадолго. Его охватил короткий испуг, вспышка страха внутри него. Или же была это неприязнь?
Симбионт?..., - до Скотта наконец доходит. С ним на связь наконец вышел Демон-Узник, заточенный в его темнице, в его собственной душе.
Опасность.. Я чувввссствую опасноссть, - Казалось, будто скользкий мокрый язык его в конвульсиях касался уха полицейского, пытаясь ворваться в его разум. Но было всё это иллюзией, лишь представлением, не более, чем просто фокусом воображения. На этот раз демон звучал куда более странно, чем прежде. Он шептал и голос его был лукав как змея.
Где-то недалеко.. Я чувввсссствую. Чувссствуешь ли ты? Изнанка где-то рядом. Дитя изнанки, неЧеловек. Он один, но его мммного.. У него много лиццц, но он всегда одинн...
- Мои датчики показывают, что вы стоите на месте. Какого дьявола, разрешите мне вас спросить? Двигайтесь!
Игнорируя внутренний голос, извергаемый узником, Скотт наконец продолжает свой шаг. Его путь был проложен к лифту, где тот без остановок успешно добрался до четвёртого этажа.
Я уже близко, - подумал он, легонько отталкивая одного из работников. Он всегда отмечал уровень дисциплины высших этажей: куда более серьезный состав сотрудников находился здесь, именно здесь, где контроль был особенно важен. Контроль был всем для них, их имя было - Контроль.
- Я на месте.
- Чудно. Пройдите к компьютеру и зайдите на свой аккаунт. Вы обладаете особым доступом и вам позволительно вносить поправки в общий состав.
- Сейчас сделаю, - сухо проговорил мужчина, доставая из кармана карточки.
Логин: magnumselleck
Пароль: **********
...
Пожалуйста, повторите пороль: **********
...
Введите номер вашего удостоверения, ваш скрытый ID и повторите пароль.
ID: **************
Номер удостоверения: *************
Пароль: **********
...
Идёт идентификация. Пожалуйста, подождите.
...
!
Загрузка завершена.
Перед глазами возник фон с эмблемой, а затем и прозрачные окна с папками под отдельные даты. Всё точно так же, как и в предыдущий раз.
- Есть.
- Чудно. Теперь вы должны найти файл под названием "Icarus".
- Икар? Спешу огорчить вас: тут нет такого файла.
- Создайте.
- Что?
- Создайте файл с таким названием.
- Создал. Дальше?

- тихий смешок, - Вы даже представить себе не можете, сколько нового и эксклюзивного вы для себя сейчас узнаёте.
- Эксклюзивного?
- Об этом не знает большая половина У.И.Э.Э, Мистер... Мэйсон. Скажу вам так: об этом знают единицы. И вы входите в этот список, детектив. Вы хотите знать, почему я вам верю?
- Почему же?
- Потому, что я слишком много знаю о вас самом. Вполне честный обмен информацией, не правда ли?
- Пожалуй. Что дальше делать, Хайдбор?
- Создайте подфайл с названием "Black Valet". Впишите туда следующие символы, диктую:
Грррр... Хээййтеррр.. Отзовиссссь.. Рядом одооонг... Одооонг..! Он рядоммм, он хочет пожратть тебя всем своим серррдцемммм. Он одинн, но у него много лицц и форрммм. Берегисссс, - в голове раздался голос Симбионта. Одонг? Что это значит? Он пытался не обращать внимания.
- Вы слышите меня?
- Да! Диктуйте.
- Пишите: Синдикат ААА-1.  В кавычках - "- Rqm Ymknn? ?nq?dhh!". Icarus-Icarus-Negative. Статус, далее в скобках - (Положительный). Закройте файл и откройте папку с сообщениями, отправляемыми непосредственно через архив. Вбейте в адресат "27838283283473299834723929 ICARUS".
- Сделано.
- Пишите текст: So-Do-Ta-Te-Wa-Shi. Перенесите туда ранее созданный файл. Отправьте сообщение.
- Сейчас.. Так.. Сделано.
- Отлично. Удалите ранее созданный файл и выходите из личного кабинета.
- Всё.
- Вы должны пройти к охране и забрать у них ключи от второго отсека с документами важности уровня "S". Сегодня на посту господин Коидзумо, а он, как известно по его резюме, упёрт, решителен, а порой даже заносчив. Ключи вам нужны для того, чтобы... потерять их.
- Вам что, и это известно?
- Нам известно всё, Мистер... Мэйсон.

Пройдя к лифту, мужчина спускается на первый этаж. Там с ним здороваются несколько человек, но быстренько сообразив, что детектив немного занят приложенной к уху трубкой, быстренько удаляются.
- Здравствуйте, капитан Коидзумо. Мне нужны ключи от..
- Постой-постой. Детектив Мэйсон, так? Ты что, выбрался наружу, сынок? Ты чего не в своем кабинете сидишь, а?, - похлопал он мужчину по плечу. Удивлённый такими действиям, но всё же настроенный на дело, Мэйсон совершает вторую попытку. Его низкий голос на этот раз звучал куда более уверенно, чем прежде.
- Мне нужны ключи от второго отсека с документами важности уровня "S".
- Так давай я тебе сам их принесу! Ты мне код-то скажии, парооль там, я тебе сам всё и принесу!
- Нет, не стоит. Просто дайте мне ключи.
- Эхх, молодёжь. Правильно-правильно, не стоит меня напрягать своими заботами. Иди вон сам возьми,
- протянул он ключи. Кивнув в знак благодарности, детектив удалился. Когда дистанция между ними стала удобной для продолжения разговора с Айзеком, он тихо произнес в трубку:
- Ключи у меня.
- Чудно. Пройдите на второй этаж и положите ключи под третью урну слева. Не спутайте. Их заберёт наш агент, разберётся с делом и незаметно вернёт ключи к охране.
- Вас понял.
- Постарайтесь остаться незамеченными. Чужие глаза враги нам.
- Я постараюсь,
- спокойно проходит он к лифту, старательно оббегая взгляды встречающихся на пути людей. Вёл он себя максимально спокойно. Когда же он наконец добрался до заветной урны и сделал всё по инструкции, мужчина вновь заговорил в телефон.
- Есть.
- Превосходно! Просто чудесно, мистер... Мэйсон! Вы и представить себе не можете, как вы нам помогли. Вы не можете себе представить, на какой рииск вы пошли! Знаете, что? Хоть они поймут это далеко не сразу, но вы помогли не только институту. Вы помогли в первую очередь полиции! Пускай в начале им пожжёт глаз правда, но через некоторое время всё уляжется. Но и до правды они дойдут далеко не сразу. А вам я советую залечь на дно. Вернитесь в свой кабинет и ведите себя так, как ни в чем не бывало. Ах да, ещё один момент: прошу вас, приведите себя в порядок. Не так выглядеть должен служащий вашего уровня. Тяжелые дни прошли, мистер... Мэйсон. Скоро все ваши мечты сбудутся. И на этом всё, пожалуй. Конец связи.
Тяжёло вздохнув, мужчина убирает телефон в карман. Быстро спустившись по лестнице, детектив буквально прокрался вдоль офисных перегородок и добрался до своего кабинета.
- Вот и всё. Его работа не требует много времени, но иду я всегда на ужасный риск. Если кто-то поймет, что я сотворил с базой данных, то что тогда? Конец мне тогда, - мужчина сложил широкие руки на груди. Оглядываясь по сторонам он замечает сначала глупо разбитый шар, а потом, немного поводив глазами, уже готовый упасть со стола ноутбук.
- Его что, ветром сдуло? Нет, это вряд ли.
Мужчина делает несколько неторопливых шагов навстречу всегда неподвижному столу. Но что-то не даёт ему сделать более двух шагов, что-то, будто колючая проволка, вцепилось ему в ноги, лишая воли двигаться.
Одоннггг..! Рядом с тобой неЧеловекххх!, - мужчина хватается за голову. Демон-Симбионт принудительно ломает его, не позволяя более сопротивляться его голосу. От кистей рук его начинает исходить странное тление, быстро охватывающее кабинет в пожаре. Детектива охватывают галлюцинации.

Отредактировано Scott Mason (2012-04-30 05:25:36)

+1

244

Счастье? Что это? Просто принял условия игры. Я учусь. В будущем всё пригодится. И плохое, и хорошее. Это станет частью меня и поможет сделать окончательный выбор когда-нибудь. Всё-таки Высшие меня направляют в чем-то. Если бы не то появление на базе, то Зоуи уже не была бы среди живых. И изменения во мне пошли бы в другую сторону. Рано или поздно случилась бы похожая «игра», но… Время точно такой же важный фактор! – Хочешь сказать, произойди всё позже, результат стал бы другим? Вель, Высшие уже не первый раз пытаются вставить палки в колеса. Мы это все хорошо знаем. Кстати, в последнее время ты только с людьми якшаешься. Может быть, найдем пассию из числа других существ? – Нет смысла, - оборвал Вель Алика. Эта тема уже поднималась. И не раз. И ещё очень и очень давно с Зарой. Времени ещё вагон и маленькая тележка, а планы на будущее – бред. Он не желает задумываться о том, что его ждет в подробностях. Он видит цель, этого хватает, чтобы двигаться в определенном, только ему ведомом, направлении.
Метаморф прикрыл глаза, без них неплохо ориентируясь в пространстве, сдерживая с великим трудом поднимающуюся ярость и лишь почти незаметно кривя губы в улыбке. Останься он наедине с Зоуи… выпустил бы частично пар, но нет же – его Сахар оказалась в кабинете психолога очень некстати, только отдалив демона от равновесия. Он медленно шел по коридорам здания и слушал громкий перестук сердца в собственной груди. – Чернее ночи, подобный Тьме - твой ложный образ и её разгоняющий - истинный, хранитель пламени ада и божественного огня, Саламандр… Така, алло?! – Да? – голос тысячелетнего в голове раздался слишком неожиданно. Зевс открыл глаза и остановился на несколько секунд, растерявшись. – Всё внимание на меня. Телепатическое. – Сделал ещё десяток шагов и открыл нужную дверь, заходя в небольшую комнату, где на диване расположились два человека. – А я что делаю? Только за тобой и наблюдаю. А та, которую ты мне поручил, не нуждается в постоянном присмотре. Особенно, когда вас разделяет такое маленькое расстояние. – Вель не сомневался в своём будущем нормальном поведении, но страховка не станет лишней. Все три личности работе умеют уделять внимание даже в таком страннейшем состоянии опьянения своим могуществом, превосходством и отличным настроением, не испорченным даже сценкой с двумя девушками ранее.
- Ого, какая удача! – с дивана поднялся мужчина средних лет и протянул Зевсу ладонь для рукопожатия. Демон с подозрением оглядел того с ног до головы и хмыкнул. Руку пожал. – Редко попадаются настолько… интересные экземпляры!
- Инквизитор, ближе к делу
, - не стал церемониться Зевс, опознав сферу деятельности человека по элементам одежды и паре амулетов поверх неё. – Но вы второй в очереди, насколько мне известно, - взял с офисного стола ключи и прошел к внутренней двери в комнате, ведущей в лабораторию.
- Да. Я ненадолго. Оставлю вам кое-что для «размышлений» и удалюсь, но отчета жду в ближайшие дни. Дело не терпит промедления, - человек положил на стол тонкую папку с делом №****, небольшой томик с потертой надписью и красиво выполненный, но испачканный в чем-то красном, перочинный нож. – Вся информация изложена на бумаге о том, чего хочет заказчик. – Метаморф замер, вопросительно глядя на инквизитора и не понимая, зачем тому вообще нужно обращение в полицию. – Не обжигайте меня такими взглядами. – Наверное, демон слишком пристально смотрел на человека, если тот физически ощутил недовольство темного. – Обычный заказ на экспертизу. Удача в том, что предыстория к этому расследованию в области некоторых ваших знаний. До свидания, - и удалился. Вот такие встречи парень не любил. Везет ему сегодня на неожиданности.
- Слушаю вас! – бросил Зевс, открыв дверь в лабораторию и вернувшись к своему столу. Сел в удобное офисное кресло.
- Скажите, что вы видите на этой фотографии, - оставшийся «клиент» подошел и протянул фотографию.
- Располовиненного человека, - буднично произнес, рассматривая жуткий снимок. – Довольно аккуратно. К чему это фото? – покрутил в руках «картинку», из тени козырька фуражки взглянув на молодого паренька.
- Больше ничего не замечаете? – как-то разочарованно прозвучало. Скажем, метаморф действительно увидел кое-что, но пока молчал о своем маленьком открытии.
- Повреждение черепа. Одного ребра не хватает. Крови мало. Челюсть странная, да ещё пары зубов нет, клыков. Ногти накрашены, - невольно ляпнул демон. И это был «ляп» Алика. – Пальцы согнуты в судороге, лицо искажено ужасом. Пропасть вместо одного глаза. Хотите узнать, отчего этот бедолага умер? – отдал фотографию, вдоволь насмотревшись на фантазию какого-то маньяка.
- Нет. Очевидно же, отчего наступила смерть. Мне сказали в одном учреждении, что это не человек. Если это так, то одно дело сдвинется с мертвой точки. Мне посоветовали медицинского эксперта из центрального управления! Сказали, что вы изучали не людей ещё до катастрофы и сможете сказать намного больше, чем другие люди.
- А…
- обалдело протянул Зевс. Когда люди узнали о существовании других существ рядом с ними, кое-что встало на свои места, и потребовались более осведомленные специалисты во многих областях. Удачно даже, что метаморф «засветился» когда-то с нетрадиционными взглядами на убийства, ещё при первой встрече с Зоуи. – Это мог быть вампир когда-то. А сейчас – лишь труп человека, у которого подозрительно мало крови и больные органы, судя по цвету кожи. Номер дела не скажешь?
- Не скажу
, - парень благодарно кивнул и ушел, оставив медэксперта задумчиво пялиться на папку со вторым заданием.
Странно. Расследуется смерть вампира. Нет. Вряд ли. Они ищут убийцу, выбирающего себе жертв по особой системе. Пытаются предугадать следующий шаг. Наверное. – Демон раскрыл папку, откинувшись на спинку кресла, и начал читать, через минуты две здорово развеселившись и нервно посмеиваясь теперь. Какой материал! В папке обнаружился диск с видеозаписями и несколькими подробными фотографиями. Зевс всё это просмотрел, после чего ещё с полчаса умилялся попавшемуся ему делу. Серия убийств, насилие, применение неизвестных (пока неизвестных, до экспертизы) веществ. И всё это сделал неизвестный, но явно не человек. – Черт-черт-черт! – истерил в приступе веселья метаморф, наворачивая круги вокруг стола и воссоздавая картину преступления в своей голове. – Мой почерк, мой почерк! Почти. – Схватил маленький томик в герметичном пакете и нож в такой же упаковке и ушел в лабораторию…

~вечер: ветер затих. Воздух начал остывать. На небо появились редкие облака, солнце медленно, будто нехотя садится за горизонт. Свежо и довольно тепло.
Температура воздуха: + 15

Он не планировал так долго заниматься работой. Даже не заметил, что за окном уже спустился вечер, погруженный в выполняемые действия и музыку, льющуюся из динамиков мобильного телефона. Закончив с выделением вещества с бархатной обложки книги и его анализом, парень сделал всего одну короткую запись в блокноте. С ножа снял отпечатки пальцев нескольких человек, которые предстоит сверить с имеющейся базой данных из подозреваемых лиц (но не ему уже), обнаружил два разных набора ДНК по крови, засохшими пятнами оставшейся на лезвии и рукояти, осмотрел нож на наличие повреждений. Сделал записи, снова. – Итак, что мы имеем? – сидя за компьютером, медик медленно набирал текст, осторожно подбирая слова. - …обнаружено наркотическое вещество. Класс – яд, неизвестной природы… - мысли мыслями, а слова печатались другие. Объяснения, ссылки, сравнения и т.д. и т.п. - …показанные раны в предоставленном видеоматериале нанесены бессистемно, без спешки, чем-то тупым и зазубренным… - Остановился на середине отчета, бросив взгляд на панораму за окном. Продолжил минуту спустя. - …орудие убийства – всё, что угодно, только не перочинный нож. Лезвие ножа покрыто трещинами. (Он принадлежал жертве?) Смерть наступила в результате отсутствия сердца… Как-то глупо звучит! – Вель вздохнул, прикрыл глаза и запустил пятерню в волосы (фуражку снял ещё в лаборатории, отдав её прибежавшему дежурному офицеру), чувствуя небольшую усталость. Какая же помощь ему нужна была от Зоуи? Из головы совершенно вылетело. Неужели по этому делу… Но, он не знал подробностей до того момента, а теперь сомневался, сможет ли человек хоть что-нибудь сказать об убийце.
Закончил отчет через полчаса, убрал всё по местам в лаборатории. Заполнил кое-какие бумаги в папке, вложив туда распечатанную информацию с компьютера. Всё, что ему сегодня принесли, Зевс прихватил с собой, когда вышел из кабинета. Отнес, куда следует, и с видимым облегчением поплелся к Зоуи. Конечно, её не оказалось на месте. Она давно ушла, уехала... далеко.
Вель фыркнул, осмотрелся по сторонам, нет ли кого, и прошел сквозь запертую дверь. Уже темнело. Комната в сумерках. Пустая и неприветливая. Неважно! Ничего неважно. Метаморф опустился в одно из кресел, удобно развалившись в нем полулежа и откинув голову назад. Глаза не закрыл, рассматривая потолок отсутствующим взглядом. Внутри тлело такое чувство, будто ещё ничего не закончилось на сегодня. В общем. Цвет радужки вернулся в норму, к янтарю. Больше не донимали побуждения отжечь что-нибудь огромных масштабов. Лишь убивать по-прежнему хотелось страшно (!) и… получать от этого массу эмоций – наслаждаться и... наслаждаться! Демон изобразил подобие улыбки, адресованной своим желаниям, поставил локоть на подлокотник кресла и подпер кулаком голову, уставившись в пространство перед собой. – Чую неприятности. Слишком много связей. Слишком много…  - Вздохнул тяжело, прислушиваясь к окружающему пространству. Люди. Их много. Но среди них чувствуются и… другие. И не только люди. – А я тут один такой, придурок, веду двойную… нет, тройную игру. – Психолог должна вернуться на рабочее место, он подождет. Необходимо лишь сказать кое-что, на время попрощаться и уйти. Внезапно захотелось разобраться с накопившимися делами, а в Лондон он обещал своему знакомому наведаться летом. – Разговор. Только разговор. Что-то происходит. Пора выяснить всё. Така, займись шпионажем! Всё, что хоть немного выходит за рамки обыденности, должно быть проверено. Просто наблюдай, в головы чужие особо не лезь. Локации: полиция и институт. Задание о присмотре за женщиной отменить. – Узнаю-узнаю бывшего Зевса! Почуял что-то? Ладно, молчу, выполняю. – Стой. Не забудь о камерах. Вылезающий из ниоткуда зверь, на взгляд людей – очень странно. Не привлеки внимание тех, кто способен распознавать запах существ с Изнанки. – Я не пахну, - возмутился тысячелетний. – Тебе и мне этого никогда не узнать без стороннего «нюхача» из числа других (людей и нелюдей). Выполняй. Немедленно! – Спокойствие пошатнулось, сменившись настороженностью. – Пора устранять помехи. - Настало время прогнать лень! На какой-то период.

+1

245

Тот же день, уже вечер.
Ветер затих. Воздух начал остывать. На небо появились редкие облака, солнце медленно, будто нехотя садится за горизонт. Свежо и довольно тепло.
Температура воздуха: + 20
другой город/вокзал ------>

Не воспринимай эти слова всерьез. Его жизнь давно кончена, но он еще пытается утащить с собой побольше душ… Ну! Что я тебя учу? Ты лучше меня знаешь.
На пожилого мужчину и молодую женщину, уже минут двадцать беседующих у здания Центрального полицейского управления, никто не обращал внимания – ни простые граждане, ни сотрудники полиции.
Да, – Зоуи, сощурившись от света фар проезжающей мимо машины, взглянула на темнеющее лилово-синее небо. Тонкая, уже догорающая, полоска заката красноватыми бликами отразилась в ее карих глазах. – Знаю, – как-то не слишком уверенно отозвалась она, заступая на первую каменную ступеньку. – Что с ним будет? – не то чтобы ее так тревожила дальнейшая судьба заключенного. Она больше хотела понять, какое наказание будет достаточным за все то, что он совершил.
Казнь заменят пожизненным, все ж мы больше не часть Японии, а здесь совсем другие законы, – мужчина отошел чуть в сторону, пропуская компанию из пяти человек, двое из которых были в наручниках. – По мне, так одного пожизненного для него мало. Ну все, беги! И не сиди допоздна! – уже бодро закончил он, разворачиваясь, чтобы уйти.
Как обычно, – Зоуи проводила его взглядом до поворота, а вместе с ним и свои надежды на приятный вечер. Преодолев оставшиеся несколько ступенек, женщина нырнула в ярко освещенный холл. Пропуск. Ключ. Кивок головы.
Поездка в другой город оказалась не такой утомительной – скорый поезд всего за два часа долетел от вокзала до вокзала и обратно, не позволив даже толком осознать всю грандиозность покрытого расстояния. Ну, и плюс двухчасовое «свидание», испорченное чересчур пристрастным «кавалером». Физически женщина ни капельки не устала, чего нельзя сказать о ее моральном состоянии.
Она остановилась, прислонившись к стене и одной рукой копошась в недрах сумки. Женские сумочки они такие, имеют свойство поглощать объекты, оставляя лишь воспоминания о них. А потом, через месяцок-другой, «выплевывать» в ладонь незадачливой владелицы нечто неординарное вроде завалявшейся конфетки или билетика на сеанс в кино, годовой эдак давности. Наконец пальцы нашарили и выудили на свет тонко пиликающий входящим вызовом мобильный телефон. Быстрый взгляд на загоревшийся дисплей заставил Зоуи тяжело вздохнуть и, запрокинув голову к стене, уставиться в потолок. Там ничего не было – ни послания, ни совета, даже глас свыше не раздался – только ярко светила в глаза лампа дневного света. В итоге пришлось девушке ответить, мягко ударив пальчиком по сенсорному экрану:
Если ты хочешь, чтобы я все переделала, то можешь вешать трубку прямо сейчас, – говорят, лучшая защита – это нападение. И, кажется, Зоуи целиком и полностью поддерживала это мнение. – Серьезно? – растерялась девушка, когда вместо коротких гудков в трубке раздался звонкий голос молодого научного редактора Блэквелл Паблишерз. Она с трудом верила, что ему не требуется переписать статью в десять страниц, чтобы уместить на четырех. – По голосу слышу, ты что-то скрываешь, – улыбнулась – кривовато, неумело – за последние несколько часов мышцы лица просто забыли, как это делается. – Ладно, пришли мне правленый текст. Я посмотрю вечером.
Вечером… – отключилась и безрадостно усмехнулась, взглянув на часы. – А сейчас, можно подумать, утро. Даже не день… Есть хочу, – окончательно расстроившись, заключила Зоуи и добрела наконец-таки до лифта, не глядя ударив по кнопке вызова. Телефон снова исчез в сумке, а девушка капризно поджав губки, шагнула внутрь и нажала свой этаж. – One, Two, Freddy’s coming for you, – посылала она мысленные образы крекерам на небольшой общей кухне отдела криминалистов. – Three, Four, better lock your door, – в общем-то, кухня, это громко сказано – скорее скромный, но уютный закуток шкафчиков и полок. Главным ее достоинством была кофеварка, обычно пустующая, ну и упаковка соленых крекеров, которые Зоуи методично таскала с кухни по паре штук в свой кабинет (не забывая, разумеется, пополнять запасы яств). – Five, Six, grab… –  двери распахнулись. Не тихо, не громко – обычная вечерняя ленивая атмосфера, когда уже вроде и уйти домой не совестно, да незаконченные дела так и держат ребят у своих рабочих мест, словно призраков на земле.
От лифта девушка, влекомая легким чувством голода, сразу свернула на кухню. – Вот это да! – кофе был и, кажется, даже горячий. А всему «виной» молодой криминалист, недавно отметивший год в Управлении.
Что за вид?
А..? – женщина даже немного смутилась, обернувшись на голос. – А что за вид? – Зоуи просто не замечала, что, с того самого момента, как она пару часов назад покинула территорию тюрьмы, внешне представляет лишь слабоt подобие себя настоящей. И вымученная бодрость мыслей не способна скрыть ни потерянного взгляда, ни побледневших щек.
Тяжелый день?
Не напоминай, а, – устало и холодно отмахнулась, наливая в кружку кофе. Вот черт! А ведь напомнил, заставил всплыть на поверхность все эти тщательно упрятанные черные образы. – И тебе хорошего вечера, – не слишком любезно попрощалась женщина и, с парой печеньиц в одной руке и дымящейся терпким ароматом добычей – в другой, удалилась прочь.
Кое-как справившись с проблемой занятых рук, Зоуи поковырялась в замке ключом и толкнула дверь, уже изнутри подтянув ее носком туфли, чтобы та захлопнулась. – Тяжелый день, тяжелый день, – вполголоса передразнила она парнишку-криминалиста. – Нет, черт возьми! Я ромашки собирала на лугу… Вокруг одни идиоты! – Свет включать женщина не стала – пробивающегося сквозь жалюзи сумеречного свечения вполне хватило, чтобы, тихонько ворча, без аварий добраться до стола.
Сумку в кресло, чашку на стол, печенье на салфетке туда же, рядом. Зажглась маленькая лампа, и девушка замерла… всего на мгновение.
Да зачем мне вообще дверь кабинете, а?! – Зоуи рассмеялась, бессильно всплеснув руками. Все больше знакомств с личностями, которым не то что двери – стены-то толком не нужны. – Я скоро стану параноиком, – лишь мельком скользнув по фигуре демона взглядом, стянула с себя верхнюю одежду, которая тут же отправилась на вешалку. Там же повис и коротенький пиджачок. Она не спешила оборачиваться. Зевс сейчас представлялся чем-то вроде очень болезненного укола для иммунитета – и знаешь, что нужно, и как-то совершенно не хочется. – Не надеялась, что ты вернешься, иначе предупредила бы, что уеду, – вот так странно Зоуи извинилась за ожидание, все же повернувшись и взглянув на парня прямо и открыто, насколько позволял мрачноватый свет настольной лампы, отсветами и тенями создающий ощущение тайны и недосказанности на ее лице. Женщина не знала, чего ждать – язвительных шуток ли, нежности, проявления агрессии или чистейшего равнодушия. И обычные-то люди подвержены резким перепадам настроения. А перепады настроения Зевса были воистину масштабны. Ей еще учиться и учиться чувствовать его, если она намерена быть рядом.

Отредактировано Zowie (2012-05-01 16:58:07)

+1

246

Помехи. Высших ты не устранишь. Если только не придумаешь способа их обезвредить. Кстати, о Них! – Я заметил. Слабовато так. Как будто и нет его вовсе. Может быть, у нас с тобой глюки, Саламандр? – Не знаю, но я не о том. Твой главный «папочка» времени среди людей даром не теряет до сих пор. Он, конечно, ленится, но продвигается к своей цели. Он тебе ещё не мешает? – Нет. Как и сорок лет назад – не мешает. Да и цели наши похожи. Яблоко от яблони… - Парень откинулся на спинку кресла, раскрыв перед собой ладонь полусогнутой руки. – По сути. Что я могу сделать? Найду величайшую книгу заклинаний. Воззову к магии. К древнейшим силам. Разбужу то, что нельзя будить. Но… будет ли уничтожено только человечество? А планета? Не желаю её гибели. А я… Смогу ли вообще выжить после истощения? А есть и другой способ уничтожения. Война. Кровопролитная война вместо болезней и стихийных катастроф. – Сжал ладонь в кулак. – Уничтожение – конец. Не так. Подчинить. Положить новое начало из старой основы. Эволюция. Тем не менее, это уничтожение. И зачем мне это? – Метаморф даже не знал, почему хочет того или иного. Последствия вряд ли обрадуют его, но сам процесс достижения цели так приятен и интересен! Пожалуй, ему стоит пересмотреть некоторые пункты. – Вель… зевул. Единственный создатель, настоящее имя (в этом мире) которого мне известно. Это имя! Нет, для меня он тот же ленивый и безответственный Вельран. – Так, шеф, замолчи уже на мысленном внешнем плане, иначе сойду с ума. Откровенно говоря, бредишь! – Знаю. Замолчал. Скучно мне без дела. – Зевс прикрыл глаза, погрузившись в легкую дрему. Его ожидание – из ряда вон. Не стал бы он со своим своеволием беспокоиться о ком-то. Раньше.
Кажется, он играет лишь роль, притворяется.
Кажется, в игре нужно сделать паузу.
Кажется, к паузе следует подойти серьезно.
Кажется… Всего лишь.
Он дождется Зоуи, поддаваясь своим необъяснимым желаниям. Хочется. Не только дождаться, а больше не отпускать. Никогда. Оберегать, защищать, согревать и дарить радость. Научить смотреть на жизнь иначе, притом не смотря на жуткую её сторону. И на свою «жуткую» сторону. – А ты прав. В этом управлении есть кое-что, - заметил Такионо, в этот момент где-то рыская. – Позже расскажешь. – Отмахнулся парень, в воображении рисуя своё счастье. Не имеет значения, что уже какое-то время Зоуи совсем близко, там, на улице, и ведет разговор с мужчиной, потом поднимается на нужный этаж и натыкается на ещё одного… Глазам демона недоступно увидеть всё. Только почувствовать, есть ли рядом с его женщиной кто-то ещё. Ему остается фантазировать на тему отношений между сотрудниками управления и удерживаться от бессмысленной ревности. Легко. Очень легко, на самом деле при нескольких условиях.
И я тоже… среди этих идиотов, наверное, - с иронией подумал Зевс, приоткрыв глаза и проводив девушку взглядом. Она его просто не заметила. Забавно. Не полная темнота в комнате, в конце концов! – Меня не заметили. Не заметили… Веревку мне и мыло! – забавлялся Алькано, изображая в сознании несчастного и брошенного. Вель сел вполоборота на кресле к столу психолога и внимательно посмотрел на Зоуи с прищуром и кривой усмешкой на губах. – Если станешь параноиком, я займусь твоим лечением, - с преувеличенной серьёзностью заявил демон, не посмев даже превратить это в шутку. Почему нет? Оригинальных способов лечения такое множество. Особенно при близких отношениях и без страха открывать шкаф, чтобы показать очередного скелета. – Обещал же вернуться, - склонил голову к левому плечу, скользя взглядом от линии губ женщины к груди, по талии. – Я не нуждаюсь… - метаморф встал с кресла, медленно подходя к Зоуи. В голосе нет яда, но… В его движениях слишком открыто сквозит хищный настрой, слегка агрессивный и, тем не менее, мягкий. - …в предупреждениях, - закончил он, делая новый шаг и сокращая расстояние между собой и желанной «добычей». – Потому что ты, - легко словил в ненавязчивые объятия, начиная любимую игру взглядов, и облизнулся, чувствуя, как быстро теряет контроль над собой, - моя, - тихо, очень тихо, склоняясь и накрывая губы девушки в страстном, глубоком поцелуе. До безумия хотелось большего, намного большего! Да хоть прямо здесь. Но не в этот раз. Закончит с делами и тогда сможет снова расслабиться. Наверное.
- Так… хватит, - пробормотал парень, прерывая затянувшийся поцелуй. Облизнул губки Зоуи и снова впился в них поцелуем, не удержавшись. – Эй. Опоздаем на «свиданку» с помехами. – Алику и правда стоило вмешаться. Наконец, огонек страсти перестал разгораться сильнее, замерев несмелым костром в ожидании. Вель отстранился, сделав шаг назад и пока ещё просто держа её ладони в своих. – Извини за сегодняшний цирк. Или не извиняй! – внезапно встрепенулся и рассмеялся. – Не важно, совсем. Приму любое наказание… вплоть до отрывания головы, - без переносного смысла. В сознании прояснилось, а желания отодвинулись на второй план. – Можно организовать всё прямо сейчас, потому что в ближайшее время мы… вряд ли увидимся. Дел накопилось. И… - склонился к ушку девушки, - хищник внутри меня требует мяса и крови, - чмокнул в висок и крепко обнял, прижимая Зоуи к себе, будто больше шанса этого не выпадет. – Мне надо идти, – едва слышно произнес метаморф и усмехнулся бесцветно, бросив всю свою волю на подавление инстинктов. Понятно, какие инстинкты бесятся при близости объекта страсти. Он бы с радостью снизошел до секса на рабочем месте, но Зоуи вряд ли согласится на вопиющее нарушение правил и столь удивительную дерзость. – Давай уже, сделай что-нибудь во имя мести, Зоуи. – При последних словах в янтарных глазах отразился неподдельный интерес, по губам пробежала тень хитрой улыбки.  Зевс сделал шаг назад, разрушая объятия и окидывая девушку раздевающим относительно скромным, скользящим, взглядом. Мечтать не вредно, как говорится.
Нет… Нет! Женщины мыслят иначе. Секс на прощание – это бред, скажу я тебе. Мотаем отсюда, Вель. Любовь, пусть и наигранная, мозги тебе отшибает напрочь. Недавно же собранным был. Выйдем за дверь и всё. Сделать десяток шагов и всё. – Цыц, Зара. Всё под контролем. Если она меня сейчас взашей выгонит, не обижусь. Просто у меня появится лишний час на прогулку до полной темноты. Да-да-да, я хочу Зоуи прямо сейчас и здесь. И выйти за дверь я смогу, если моё наказание не будет слишком жестоким, да. – Пошляк! Пощечину влепит и успокоится, - надулась вторая личность и «спряталась».

+1

247

Стук сердца разразился эхом по испепеляемым стенам. Склонив голову, мужчина врезался пальцами в пол, соскабливая с него неожиданно возникающие грунт и землю, в ногти к нему пытались забраться извивающиеся черви, а в разум, похоже, уже давно ворвался иной червь. Шкафчики падали, роняя с себя все записи, все документы, все спрятанные за полками книги и всю прочую утварь. Она мгновенно испарялась в огне, всё испарялось в огне, оставляя мужчину наедине с темнотой.
Что.. Что происходит!?, - пальцы его начинали покрываться волдырями и ожогами, но боли он не чувствовал. Внутри зародилась новая паника, стремительно сводившая его с ума. Боль неожиданно прояснилась, единым потоком вгрызаясь в черепную коробку детектива. С губ его сорвался кашель, обгорелые руки сжали живот. Казалось, будто что-то выворачивало его наизнанку. Или кто-то?
Симбионт.. Зачем.. Зачем ты делаешь это со мной!? Всё это из-за твоего Одонга, так!? Ты мучаешь меня из-за опасности вокруг!? Ты говорил, что поможешь мне! Ты хочешь убить меня!, - отчаянно кричал мужчина. Его голос растворялся в пустоте, не покидая глотки. Дрожь проносилась по телу, лишая его возможности контролировать собственные конечности.
Хэйтерррр, - переходящий на рычание шёпот донёсся из ниоткуда, исчезая в никуда, - Я считаю, что ты готов. Ты наконец готов познакомиться с "Дателем" поближе. Ты наконец готов узнать обо мне чуточку больше, чем знаешь сейчассс, Хэйтерррр, - сбитое дыхание вновь переходит в кашель. Мужчина поднимает глаза, обнаруживая себя вне своего кабинета. Его окружала лишь тьма, под ногами текли ручьи багрового цвета крови, быстрыми струйками обводившими его широкий силуэт.
- Я.. Я не понимаю!, - кашель постепенно начинал разрывать грудную клетку, с синеющих губ сорвалась алая жидкость. Стиснув зубы, Скотт попытался подняться на ноги. Тщетно. Пульсирующая в венах боль отстранялась, но бессилие и скованность движений продолжали давить на него.
- Ты сейчас всё поймёшшь, - стрекочущий язык вонзился в мозг "тюрьмы" демона. Кисти и ступни его обнимали его торс, постепенно врезаясь всем телом. Они сливались воедино. По коже их текла желчь в перемешку с мерзкой слизью, вызывая новые кратковременные приступы тошноты. В очернённых радужках прояснялись блики, в бликах мерцали картины. Мужчину ждала "старая новая правда", всё это время страждующая ему раскрепоститься. Сдирая с себя гордыню, будто кожу с костей, она впитывает себя ему в сердце, будто наркотик, насильно загнанный иглой в клапан. Конвульсии демона становятся конвульсиями детектива. Их окутал пожар. Тот самый пожар, что окутал когда-то лишь одного из них: того, кто всё это время охранял последнего перворождённого, в реальности - нерождённого ребёнка, чья жизнь была незаконна с первого дыхания. Тебе предстоит наконец оказаться в шкуре того, кто был всё это время в твоей, Габриэль Хэйтер.
Рёв этой шкуры выворачивает рёбра во внутрь, со страшным скользким грохотом мяса и костей разбивая тело о землю. Вспышка света: его мёртвые серые глаза внимали новый сюжет.
Затёртый до ржавчины, его взор наблюдал за тем, как его руки в тонких багровых перчатках касаются тела маленького ребёнка, завёрнутого в пелену. Кончиком пальца он касается лба младенца, оставляя на нём жёлтый жидкий след, медленно сползающий вниз по его носу.
- Дитя будет жить, - прозвучал голос мужчины. Он был мелодичен и красив. Могло показаться, что шёл он из собственных его уст, то есть с уст самого Скотта.
- Вы слышали слова его? Он будет жить! Наш сын будет жить! Его руки действительно от Бога! Хвала Богу! Хвала нашему Лорду!,- кричал бородатый мужчина, падая на колени. Он медленно целует деревянный крест, что всё это время был сжат в его руке. По щекам его бежали слёзы. Что всё это означает?
Сильная головная боль разрывает картину в клочья. Через некоторое время к нему возвращается зрение и следующим, что он видит, была шершавая книга, к коей прикасались его губы.
- Агада, я склоняюсь перед тобой, будто раб твой. Пути мои несовершенны, в них я не вижу смысла, в них я не вижу себя. Себя я вижу в тебе, в тебе, в прозрении моём. Я есть Метатрон твой. Я есть второй после Творца. Я есть Мессия мира этого, я есть тот, кто защитит души бренных. Я есть ангел твой, что когда-то отступился от значения своего ради болезней людских. Я есть тот, кто сбросил крылья свои, я есть ангел твой! Я ангел твой!, - взывающие крики прерваны тьмой. Скотт слышит свое сердцебиение, но не чувствует себя. Где он находился на самом деле?
- Сумасшедший еретик! Лишь за заслуги перед людом мы не сожжём тебя сегодня! Беги, Асхарадонт! Не смей приближаться ни к людям сына господа, ни к творениям его! Сгори во тьме своего безумия, отречённый от Лорда еретик!
Тело чувствовало боль, но довольно странную. Ощущения эти показались ему знакомыми, что лишь сильней взбудоражило разум.
Его глаза наконец видят зло. То самое зло, что некогда остановило его сердце, лишь страхом внушённым испепеляя внутренности. Женский торс на мужском теле, руки его были в разных реальностях. "Распадайся", "Застывай". Его голова с кровавыми рогами, что торчали из козлиной морды, грозились вонзиться в очи, дабы лишить вас возможности смотреть на него. Это был Бафомет, точнее - его статуя, перед коей он лежал на коленях.
- Услышь мой зов, Бафомет! Прими слугу своего, что чтил тебя и берёг, как брошенного ребенка Лорда, отрёкшегося от тебя также, как отрёкся он от слуги твоего! Позволь языкам пламени твоего забрать жизнь слуги твоего! Воссияй на костях его, охвати мир этот карой своей!
Раздался грохот выбиваемой двери. Инквизиция была уже рядом. Она жаждала проломить еретику череп за то, что он основал собственную церковь, не смотря на поставленный запрет появляться в люд.
- Сожги же сына своего в объятиях своих! Слейся же с ним воедино, будто рождён мы был един!
Яростные крики инквизиротов содрогали мозаику, вместе с песком и камнями летевшую вниз по тёмным стенам. В конце-концов, они выбивают дверь гигантским бревном. Вваливаясь туда, они сразу же замечают распятое в центре зала тело мужчины, со спадающей вниз жёлтой робой. Его мясо горело синим пламенем, его лицо было невозможно разобрать. Но по рисункам, что были набиты на плечах, было ясно, что перед ними висел труп Асхарадонта. Вокруг него были писания из крови, буквально высеченная плотью.
"Лишь сквозь пламя и слёзы рождаем мы бога. Лишь сквозь боль своих слуг он дарует им шанс. Всё окупается кровью. Всё окупается плотью".
Это место постепенно охватил пожар. Медленно уменьшаясь, мир этот обращался в пепел, вместе с внутренним "Я" Скотта. Тьма расступилась, возвращая реальности грубость её черт, её оттенки, плотность её объектов, ощущения и, наконец, эмоции. Мужчина будто воспрянул ото сна. Задыхаясь, он крепко обнимает себя за плечи, падая на спину. Всё еще плывущий взгляд видит потолок, вытянутую лампу, что висела по середине. Взгляд обретает ясность, но дышать всё ещё было довольно тяжело. В груди будто застрял камень, мешающий сделать полный вдох. Чуть приподнимаясь, он прислонился к столу спиной. Его вдруг осенило: руки! В страхе детектив смотрит на собственные руки, но замечает, что с ними всё было в полном порядке.
- Проклятье.., - прижал ладонь к лицу. Подтянув ногу коленом к груди, мужчина опускает голову. Всё это было настолько реальным, что, казалось, он сам был там, он сам горел и сам расписывал стены кровью. Комнату освещал серый свет, сочащийся сквозь белые решетчатые занавески. Ему не хватало слов, чтобы выразить то, что он ощущал. Мысли путались, в черепной коробке, казалось, заместо мозгов сейчас был беспросветный туман.
- Симбионт!, - отчаянно произносит он на последнем выдохе.
- Симбионт, ответь мне!, - в ответ лишь собственное эхо. Единственной жизнью, кроме него самого, была поднявшаяся пыль, что просвечивалась сквозь холодные лучи света.
- Асхарадонт, значит?, - пальцы врезаются в глаза, стараясь убить накатившую сонливость. Рука вскоре падает на пол, будто в нём уже не осталось сил. Единственное, что мог он себе сейчас позволить - это смотреть в пустоту, до тех пор, пока объекты не расплывутся в своей невзрачности в большой комок серого и белого.

Отредактировано Scott Mason (2012-05-02 03:23:04)

+1

248

Знаешь, я все же предпочитаю традиционные методы, – нервно посмеялась Зоуи и скептически покачала головой, не отводя пристального взгляда. Девушка выглядела настороженной. Воображение уже успело нарисовать несколько будоражащих примеров демонического лечения. Это первичная реакция застарелых, слишком укоренившихся в сознании стереотипов. Она еще привыкнет. Не сразу, но привыкнет реагировать нормально – смело, открыто. Как ни крути, а отношения с существом нечеловеческой природы для женщины новы. И как ни старается, она все же немного его побаивается. Даже теперь. Особенно теперь!
Зоуи шагнула назад к застекленному шкафу, сглотнув подкативший к горлу комок. Зевс всегда заставляет ее трепетно замирать, когда ведет себя вот так, ничуть не скрывая своей истинной природы. В приглушенном желтоватом свете на лицо демона ложатся совсем уж сказочные тени, придавая его облику несколько инфернальный оттенок даже в человеческой оболочке. В обычной ситуации, будь он, действительно, человеком, это было бы просто забавно – эдакая игра в кошки мышки. Но с Велем же любая игра приобретает реальные очертания, и Зоуи зачастую на самом деле чувствует себя мышкой, загнанной в угол. Правда, от этого игра не теряет своей привлекательности, наоборот – приобретает особую опасную остроту.
Как же я люблю эти глаза, – невольно подумала Зоуи, с некоторой досадой признавая, что в очередной раз попалась в их янтарную ловушку. Вдох замер на губах. Навеки закованная, застывшая во времени, пойманная в совершенстве своей слабости перед его дьявольским очарованием. – Твоя? – от этих слов мурашки побежали по коже, на какое-то время вообще лишая способности мыслить трезво. И вопрос-то сорвался с губ нечаянно, исключительно из желания, бессознательного желания, услышать вновь… еще и еще. Своего рода признание в любви – вывернутое наизнанку, странное, наверняка, свойственное тому, кто не умеет чувствовать так, как чувствует она. – Твоя… твоя, – ее пальчики цепляются за темный ворот рубашки. Не отпустит. Никогда. По собственной воле уже точно. Откровенно захотелось послать все к чертовой матери. Дела? Анализ полученных фактов? Пополнение статистических данных? К дьяволу! Пусть хоть весь мир сгорит дотла! – Не отдавай меня. Никому. Никогда. Я только твоя. До последней капли. До последнего вдоха. Пока… – Девушка взглянула на Веля из-под ресниц и тихонько вздохнула только для того, чтобы поймать еще один несдержанный и так болезненно короткий поцелуй. Даже такая томительная близость обладает присущим всем приятным вещам препротивным свойством – талантом неожиданно заканчиваться.
Зоуи была бы рада, если б Зевс не напоминал о том, что произошло днем. Извиняй – не извиняй. Случилось, и ладно! Момент, что называется, упущен, и теперь и говорить не о чем. Да и самые неприятные моменты, не все, разумеется, уже успели потереться в памяти, уступив ценное место более ярким и тревожащим событиям. Но всех вокруг сегодня, кажется, так и тянет на подвиги с испытанием терпения и выдержки женщины. Она еще держала себя в руках, хотя мысль о воздаянии по заслугам, так любезно подкинутая в ее светлую голову, живо там укоренилась. У Зоуи вообще крепкая сила воли, и закрыть глаза, когда это требуется, она может на многое... Вель, как известно, не тот случай.
Прекрати так на меня смотреть, – обходя парня по небольшой дуге, сквозь зубы процедила девушка, злясь уж скорее на себя за то, что поддалась все-таки на провокацию, чем не него. На Веля она вообще долго злиться не могла, или пока просто достаточно веского повода не представилось. – Знаешь, мне и без тебя сегодня мозг изнасиловали так качественно, что я еле на ногах стою, – ни грамма лжи. «Скромная» беседа с психиатром, так некстати страдающим вялотекущей шизофренией, действительно, была из разряда «один шанс на миллион», и Зоуи повезло вытянуть «счастливый» билетик. – И если ты не прекратишь свои игры, я на самом деле отрежу тебе одну ценную часть тела, выкину в окошко и ни капли не расстроюсь, – говоря это, она как раз прошла мимо стола в опасной близости от лежащего там ножа для бумаг. Чистейшее совпадение, на самом-то деле, но, как показывает статистика, криминальная история славится своей любовью к совпадениям и стечениям обстоятельств. – Говоришь, у тебя дела? Так иди – займись чем-нибудь полезным, – Зоуи остановилась и посмотрела на Зевса так, словно перед ней нашкодивший мальчишка. – Давай, давай, – добавила она, отмечая, что парень все еще тут. – Что я делаю? – эхом разнесся в голове голос предчувствия. Легкое ощущение дежа-вю. Смутное, ничем не обоснованное. – Что же я делаю?!
Вдруг, словно передумав, а для объекта недовольства, наверняка, все выглядело именно так, она в пару шагов оказалась возле него, обнимая и прижимаясь крепко-крепко, не тратя драгоценные секунды на долгие прелюдии. – Проклятье… Вель, ты не представляешь, как сильно я хочу тебя… И как не хочу тебя отпускать, – горячо прошептала девушка, обжигая дыханием его кожу чуть ниже уха. Благо рост, а точнее, каблуки (да-да-да! Зоуи не так давно оценила эту маленькую хитрость и пересмотрела свое отношение к такого рода обуви) позволяли не чувствовать себя натуральной коротышкой рядом с парнем. – У меня голова кругом от одной мысли, что ты сейчас выйдешь за дверь, и… когда мы увидимся, одному провидению известно, – ее голос отчаянный, с легкой, едва заметной хрипотцой. – Но сейчас. Здесь. Не своди меня с ума... Я с тобой и так ненормальная, ты же знаешь, – тихо рассмеялась, утыкаясь носом в щеку парня. Уж он-то точно знает, как у нее крышу срывает, когда он рядом. Настолько… рядом! И, кажется, действия Зоуи противоречат тому, что она говорит. Кажется. Со стороны. На самом же деле странное ощущение, тлеющее где-то глубоко-глубоко в душе (шестое чувство, инстинкты, интуиция – называйте, как вздумается) не дает покоя. Не может она вот так отпустить его. Выгнать, черт возьми! Недосказанность. Незавершенность. Однажды она уже совершила эту ошибку и больше повторять ее не станет. Урок выучен на отлично.
Не геройствуй, – тщетно стараясь скрыть накатившее волнение в голосе, уже совсем тихо добавила девушка, нехотя отпуская Веля и медленно отступая назад. Дальше и дальше. – Хищник требует крови? Зачем мне знать об этом? Как ты не понимаешь… Глупый, – Зоуи знала, что убить его не так легко, но… не невозможно. И этот его образ жизни, о котором демон говорит с такой беспечностью, ей совсем не нравится. Не из чувства вселенской справедливости и даже не от природной гуманности. Просто хочется, как можно дольше, насколько позволит ее собственная хрупкая человеческая жизнь, ощущать его тепло. Скажете, любовь ослепила ее? Зоуи же ответит, что наоборот – позволила видеть многие вещи четче.
Подарив Зевсу еще один долгий взгляд, который лучше любых слов сообщал, как он дорог для нее, и как много значит, женщина совсем отошла к столу, словно бы в намерении заняться уже собственными делами, от которых ее так бестактно отвлекли, и в притворном рвении закопошилась в ящике с документами. – Ну, же… Уходи, пока я еще могу отпустить. Уходи, – умоляла она. Зоуи не прощалась. Не хотелось. А так они будто бы расстаются совсем ненадолго. И время не властно. И мгновения не существуют.

+1

249

Хорошо-хорошо, прекратил. – Взгляд приобрел другие оттенки, без намека на явные желания. Раз Зоуи хочет, он без проблем справится с её просьбой. Ведь маски так привычно менять, даже не задумываясь. Внешние элементы, эмоции, чувства – «вещи», которые можно как надеть, так и снять. Истинны только мысли, глубинные, и инстинкты – пока ещё относительные рабы разума. – Ценная часть? Так, с точки зрения человека – это… - Демон наблюдал за женщиной и слушал её с таким видом, будто пропускает всё мимо ушей. – Это. Жестоко. И бессмысленно. – Логика не человека никуда не денется, сколько не пытайся удавить. Удобно. Практично. Он смолчал, едва заметно усмехнувшись и покосившись на стол. Определенно, совпадения бывают. Бессмысленно. Не важно. – Прогоняешь? Да-да, уже ухожу, - смешок и несколько шагов назад, не отрывая от Зоуи глаз. На мгновение Зевс подумал, что всё так и закончится: он уйдет, прямо сейчас, не оставив ни единого обещания. Хотя, за ним долг – чудо. Мгновение. Не ушел, остался, расплатившись за промедление заключением в объятия. Улыбнулся чему-то, обнимая женщину за талию и сверля сосредоточенным взглядом стену напротив. - Не представляю, - повторил эхом, одними губами. Дыхание тяжелее обычного. Сердце заходится громким стуком в груди. – Не люблю этот стук. Ненавижу! Как люди несовершенны. Раздражает. – Провел ладонью вверх по спинке Зоуи, ещё больше прижимая к себе. Стиснул зубы. – Их тела легко поддаются искушению в предчувствии удовольствия. Ан нет, не будет сегодня тебе, тело, ни-че-го хорошего. И завтра. И послезавтра. И… всё. Достаточно. – Поцеловал девушку в ушко и прошептал в ответ, - Не буду. Сейчас не буду, - уточнил он, откровенно не понимая, что может подразумевать «геройство». Спасать мир он вроде бы не собирается. Устраивать Армагеддон рано. Тягаться с равным соперником – чуть позже.
Демон отступил, направившись к дверям. Шаг. Ещё шаг. Остановился и обернулся, засунув руки в карманы штанов. – Я вернусь. Летом. Может быть, сразу в Лондон. С Изнанки туда легко попасть, как и в любое другое место, - чуть тише последнее. – Созвонимся ещё или увидимся на улицах города. Не на край света же уматываю! – резонно возмутился парень, не чувствуя никакой тяжести прощания столь надолго. Тепло улыбнулся женщине и снова повернулся к выходу. Уже в дверях, снова сделал остановку, немного повернул голову. – Зоуи, не смей умирать в моё отсутствие, - небрежно бросил без примеси шутки и скрылся в коридоре. – Я не вездесущ. Не бог. Не дьявол. Смертное создание. Сильное, но… не бессмертное и не всезнающее. – Метаморф ускорил шаг, удаляясь в совершенно другой отдел, потому что Така поведал о внезапном посетителе около кабинета медика.

Барышня, вам попался самый интересный, на мой взгляд, экземпляр из числа метаморфов. В нём есть всё, - тысячелетний обратился к Зоуи, наверное, перепугав её изрядно своим незнакомым голосом в её голове. – Не пугайтесь, я не ваша шизофрения! Всего лишь Наблюдатель. И мысли я ваши не читаю, если они не адресованы мне. – Пауза. – Я сую нос не в своё дело, потому что крайне любопытен. А вы не думали никогда, каков на самом деле Зевс? Сколько ему уже лет и что он успел пережить? В свои годы он… многое испытал. Испытание болью, ненавистью, предательством, повиновением. Любовью, - с некоторой задержкой добавил незримый собеседник. Он пытался понять то, что женщина может сказать ему в ответ. У неё не будет много оправданий или объяснений. За своё существование тварь изучила людей вдоль и поперек. – Вам повезло сойтись с ним. И одновременно – не повезло. В его отсутствие на вашу защиту могу прийти я, но лишь в одном случае из пяти. Не хотел бы я увидеть, как метаморф провалит это странное и самое тяжелое испытание. Будьте осторожны, барышня. Вы попали не только под моё внимание… - голос в голове женщины стал постепенно тише, а далее вовсе растворился.

Сало! Что за тишина в эфире? – пытался дозваться Таку, но в ответ не слышал ничего. Парень мотнул головой и забыл на время о фамильяре. Около кабинета действительно его ждал некто. – Вечер добрый, - безразлично поздоровался Зевс, остановившись в паре метров перед человеком. Человек взглянул на молодого медика и кивнул. – Чем могу быть полезен под конец рабочего дня?
- Нужен анализ крови. – Человек протянул перепачканную в крови светлую мужскую куртку. – Достаточно узнать, человеческая ли это кровь. Конкретики не надо. Справитесь быстро? – Медэксперт усмехнулся, принимая вещь, и поднес её к лицу, втягивая запах. Лениво ему проводить анализ. Тем более, пятна свежие. Человек, собравшийся было уходить, застыл на месте. – По запаху умеете определять? – с сарказмом спросил он.
- Да, это человеческая кровь, -  будто мимо ушей пропустил вопрос демон и вернул испачканную кровью куртку «заказчику». – Я быстро справился? Если хотите точной экспертизы, то приходите завтра. Это быстро не делается. – На том и распрощались. Похоже, человек не слишком серьезно отнесся к оценке эксперта, но на заметку взял. Времена нынче другие…
Докладывайся, Така! Где ты там… - Парень спустился по лестнице на первый этаж и вышел на улицу. – Несколько секретных дел. Это не очень важно для нас. Путаница в информации и сокрытие файлов. Тоже не представляет важности. Меня обеспокоило только одно. Чую отголоски странной силы. Демонической. Но… странной. Ты этого не сможешь уловить, метаморф. То есть, увидишь не весь спектр такой силы. Создается впечатление, что где-то поблизости Высший демон. Он как бы есть и его как бы нет. Как-то так. Да не пытайся засечь! – Не пытаюсь уже. – Эта Сила… Я уже видел такое когда-то, очень давно, - учитывая, какой возраст у Корры, «очень давно» может быть крайне растянутым промежутком времени.  – Не видел. Ощущал. В разы мощнее. Хм. В чем-то вы… - тысячелетняя тварь замолкла, убравшись из головы демона. Вель пожал плечами и хмыкнул. Ему нет дела до опасений Такионо. Какие-то предчувствия, неожиданная тревога – паранойя, когда нет реальных доказательств. – Время покажет. Источник беспокойства будет найден. – Он медленно обошел здание по контуру, задумчиво глядя на асфальт под ногами, поднял голову к меркнущему небу, обернулся, бросив взгляд на окна верхних этажей здания. Така прав. Здесь что-то такое есть, где-то среди людей, затаилось. – Кто же ты. Кто же? – непонятно к кому обратился метаморф и решительно пошел прочь, оставляя позади здание главного управления, Зоуи и… своего слугу, даже двоих слуг, в каком-то смысле!
> флешбек (кое-что ещё в апреле) > Скейт-парк

Отредактировано Zeus (2012-05-03 04:03:52)

+2

250

Казаться бесстрашной когда опасности нет рядом или она далеко достаточно легко. Вот только врать самой себе чревовато последствиями. Чем больше, дольше, скрываешь страх, тем он опаснее. Наверное так появляются фобии. А может быть они основаны на чем-то. Например, после клинической смерти или в "нежном" возрасте. Не знаю. Я не философ и не ученая. Просто вру себе, что я совершенно равнодушна к демону. Мне плевать, что он остановился в шаге от стола. От меня. Что он нарушил зону моего личного пространства или что-то типа того. Чем больше я повторяю это себе тем больше верю, закрывая необоснованные страхи в самих глубинах сознания.
Слышу как сильно бьется мое сердце. Но громче чем это был голос Зевса. С виду спокойный и непоколебимый. Но тем не менее слишком опасен. Особенно в таком состоянии. Я специально нарывалась. У меня была цель и её нужно было достичь. Даже сидя на столе я оказалась ниже его. Пришлось по обыкновению поднять глаза выше и смотреть на него, снизу верх. Слушать каждое его слово, напрягаясь все больше. Но это не был страх. Еще нет. Как обычно - осторожность в отношении каждого тщательно подобранного слова, мимики и эмоции. Внешне это выглядит совершенно не презентабельно. Показываю себя с худшей стороны. Говорю что попало и вообще приперлась сюда только чтобы сказать им обоим, что не хорошо меня бросать в наручниках посреди коридора.
[Угрожать одному из отделов значит угрожать всей УИЭЭ. Ты же лучше меня знаешь, мистер Зло. Бесполезно угрожать тому "кто тебя кормит". Разве ты этого еще не знаешь? Нет, отлично знаешь. Невозможно уничтожить ВСЕ сразу. И весь этот театр из двух актеров и одного зрителя... Скучно. Может подогреть обстановку и посмотреть насколько тебя хватит, м? Хм, определенно ты хорошего обо мне мнения. Почему ты считаешь, что я могла отказаться от задания в любую минуту? Могла проигнорировать приказ начальства и уйти как не в чем не бывало. Не надо врать себе и мне заодно. Ты отлично знаешь, что приказы не обсуждаются, но в связи в некоторыми особенностями я никогда не откажусь исполнять приказы. Какими бы нелепыми или опасными они не были. Щенячья преданность? Нет, значительно хуже. Я знаю, что ты специально угрожаешь. Играешь. Словно с какой-то куклой. Охо-хо-х. Похоже я слишком предсказуема раз используют "мои слабости" против меня. Заманивают.]
Мимо воли улыбнулась, пробуя на вкус только что произнесенное слово в голове. Заманивает. Нет, это не удачное сравнение. Меня никто не заманивает. Меня просто поставили перед фактом и это где-то даже раздражает. Стоически выдерживаю всю броваду демона и заставляю себя сидеть на месте, хотя очень хотелось оттряхнуть, когда он касается пальцем гладкого чистого участка кожи. Не защищенного одеждой. Кажется мои глаза выдавали охватившее меня смятение и легкий приступ паники после него. Мои эмпатические способности слишком непредсказуемы и даже я не знаю когда они захотят проявиться. Все чего мне хотелось это чтобы эмпатия не решилась включить рубильник в "рабочий" режим. Раньше (да и сейчас то же самое) хватало прикосновения к кому либо или чему либо, чтобы пробудить от спячки эмпатию. Было время когда была слишком чувствительной и не выходила из комплекса целыми неделями. Видеть поверхностные воспоминания и читать эмоции других людей было сущим кошмаром. Сейчас я боялась повторения. пугал не сам факт воспоминания и то что я могу увидеть, а именно эмоциональная насыщенность, яркость. Проще говоря испугалась и замерла как кролик перед волком.
Палец очертил полосу на коже, а я затаилась, молясь чтобы не возникли всплески эмпатических способностей. Выдохнула и с облегчением в глазах опустила голову, чтобы не смотреть на него, надеясь что моя реакция осталась незамеченной. Далее было проще. Я со спокойной миной на лице отрешенно слушала завершение тирады и обещание объяснить все при следующей встрече в... Кстати где? Он не назначил место встречи для задушевной беседы, а значит я могу придти куда угодно и списать все на недоговоренность. Вот только мне дали понять, что лучше придти самой, чем ждать когда придут ко мне. Деваться некуда. Согласно кивнула с обреченным стоном сползая со стола и медленно проходя стороной парочку. Но замерла у самой двери, когда меня отчитала еще и Зоуи. Морщусь как от зубной боли и послушно стою неподалеку от двери, давая время выпустить пар женщине. К тому времени как это закончилось Зевс смылся, оставив меня здесь, а Зоуи послала далеко и надолго. А что я? Я и ушла, предварительно оставив свое слово последним.
- Знаешь ли не важно что я говорила. Главное совсем другое. Ты была слишком невнимательна и не слушала. - сокрушено качаю головой и когда снова смотрю на женщину (сомневаюсь что после произошедшего меня уберут с этого задания) и скорее всего мою непосредственную начальницу уже с дерзкой улыбкой на губах. - Теперь понятно какую роль каждая из нас занимает в его... скажем так повседневной жизни. Разве не это тебя беспокоило?
Прикрыта как можно тише дверь, задумчиво осматривая коридор. Жизнь малость не удалась. как-то раньше не могла представить себе, что я буду чьей-то игрушкой. Университет сюда ни коим боком не касается. А вот демон... Быть его цепной зверюшкой или, что ничуть не лучше, игрушкой? Безобразие. теряю хватку и квалификацию. Мотнула головой как мокрая собака, выгоняя причудливые мысли и планы на будущее. В первую очередь предстояло как следует думать над тем что я говорю и кому. Кажись мне будет не до веселья при следующей встрече с любым из них. Но будет еще "лучше", если я буду провоцировать на опрометчивые поступки. Хочется как можно скорее уйти из нового рабочего места и отоспаться. Нарочисто громко насвистываю веселую мелодию, удаляясь с этого этажа, мысленно составляя план дальнейших действий. Хорошая идея.

Разве я не говорила идя была хорошей. Отоспаться несколько дней подряд и не о чем не думать, не переживать. Просто выпасть из реальности. Так просто. Угу, почти правда. Я пообещала одному молодому человеку, что наведаюсь к нему и как раз над этим я и собиралась поработать, перед тем как со спокойной душой уйти на отдых. От обещания никуда не уйти. Я не клятвопреступница. Ни-ни-ни, не в коем случае. Именно поэтому я провела около часа или более того на допрос с пристрастием. О том молодом преступнике, которого мы с Зоуи и еще несколькими оперативниками допрашивали. Меня интересовало все. Любые детали. А на деле и со стороны это выглядело немного не так. Я беззаботно смеялась и без умолку болтала с парнями и мужчинами. Заводила знакомства. Вела себя вполне естественно и непринужденно.
Наступил вечер и большинство полицейских, детективов и других сотрудников полицейского управления разошлись. Остались самые стойкие (это у них-то и работы с бумагами или архивами вагонка с маленькой тележкой) и охрана. Моя смена окончилась и я с привычной наклеенной улыбкой на губах попрощалась со всеми и бодро зашагала на второй этаж. Там я оставляла свои вещи. В пустом кабинете, не теряя попусту времени, внимательно изучила все вокруг. Запоминала, прикидывала и считала вероятность "за" и "против" посещения заключенного. Отказать себе в маленькой шалости не было никакой возможности, никакого желания. Добрая и доброжелательная улыбка так и осталась на моей личике, когда я подошла к стене. Легким касаем к шероховатой поверхности пошладила темную из-за освещения тень и сделала шаг вперед, исчезая с этой части кабинета.
[Поиграем?]

+1

251

Она наконец-то выудила из бардака ящика такой «важный» сейчас для нее «документ», выпрямившись и сжимая в руках несколько неопознанных листов. При ближайшем рассмотрении это оказался отчет-статья с зимней выставки ледяных скульптур. Одному Богу известно, что этот хлам вообще делал в столе Зоуи, но сейчас это не представляет большого интереса.
Летом? – явно разочарованно выдохнула девушка, устремив взгляд на Веля. Два месяца. А может, и не два – лето, оно долгое. Зоуи явно не ожидала такого поворота. «Не увидимся в ближайшее время» в представлении девушки означало неделю. Две. Ну, три от силы. Сказать, что Зоуи была огорчена – не сказать ничего. – Да, не на край света… Всего-то на другую сторону мира. Да, – она опустила глаза, заламывая уголок бумажной стопки в своих руках. Не особо хотелось показывать демону, что она так уж сильно будет скучать, но иначе просто не умеет. Лгать ему? Скрывать свои настоящие чувства? А смысл? Вяло текущие целый год, за последний месяц их отношения выкрутили такие обороты, что голова шла кругом. Перерыв. Ошибка многих пар, считающих, что короткий отдых принесет ответы на вопросы. Зоуи как-то неопределенно кивнула и даже не взглянула на Зевса. Она чувствовала себя очень странно, и чувство это ей совершенно не нравилось. – Не смей умирать… Да не дождешься! – со злости шарахнула коленом по выдвинутому ящику, так что тот, «въезжая» на место, чуть не стал причиной разлива кофе. – Интересный? Не то слово! – Зоуи сначала ответила, и только потом до нее дошло, что говорит с ней вовсе не ее собственный внутренний голос. По крайней мере, так странно она сама к себе еще ни разу не обращалась. – Это еще что?! – девушка застыла без движения, даже «ценный документ» выскользнул из ее пальцев, рассыпавшись белыми листами по полу.
Разъяснения были лишними – за время тесной работы с коллегой-телепатом психолог относительно научилась различать чужие голоса в голове и собственные нездоровые. Но все же ментальные «посиделки» она устраивала очень редко, да и то – по делу (если не считать некоторых шутников). – Наблюдатель? – на лице Зоуи отразилась крайняя степень изумления. В общем-то, уже сам факт его «присутствия» вызывал у девушки массу вопросов. А уж, какое отношение ко всему этому имеет Зевс, и вовсе привело ее в замешательство. Однако она и не надеялась, что существо, назвавшееся «наблюдателем» пустится в разъяснения по этому поводу. Наоборот, последовавшая затем речь неожиданного "гостя" напрочь отбила желание задавать вопросы ему вообще. Машинально переложив сумку на стол, женщина медленно опустилась в кресло. Со стороны она больше походила на тень некогда живого человека, нежели на создание из плоти и крови. Лицо утратило всякое выражение, превратившись в бледную маску отрешенности. Лишь в темных глазах, неотрывно глядящих на узкую полоску света под дверью, еще теплилась жизнь, мрачными переливами грусти и тихими всполохами огорчения обозначая всю тяжелую гамму чувств, что всколыхнул в душе заданный Неизвестным вопрос. Его любопытство стало заключительным актом в пьесе об испорченном настроении и только прибавило Зоуи поводов ненавидеть… себя. – Думала, – честно ответила девушка на открыто поставленный вопрос. Не было ни дня, когда бы она не останавливала себя в последний момент, уже готовая обрушиться на голову демона расспросами с дотошностью непризнанного миром прокурора. Взгляд еще больше потемневших от печали карих глаз, до того бесцельно скользивший от двери по стене, остановился на полке шкафа, где за стеклом мирно пылилось давно и не один раз зачитанное до дыр собрание сочинений Ремарка. – Один очень талантливый человек писал: «Дальше полуправд нам идти не дано. На то мы и люди. Зная одни только полуправды, мы и то творим немало глупостей. А уж если бы знали всю правду целиком, то вообще не могли бы жить», – тяжелый вздох на мысленном плане. – На то мы и люди, – бесцветно повторила она, обращаясь к Голосу в голове. – Смелые и гордые, мы на самом деле жуть, как страшимся разочароваться в тех, кого любим. И я… не исключение, – повернула мысль дальше и чуть в другую сторону. Она любит Зевса и очень, очень хочет его узнать, но… боится, так же сильно. Очень боится заглянуть дальше того, что уже дано увидеть. Зоуи поджала губы, пару раз моргнув, сгоняя размытую пелену подступивших слез, и судорожно вздохнула. Прошлое остается прошлым, но не уходит никогда, не оставляет живых, и до конца дней имеет над ними особую власть, противиться которой порой не хватает сил. – Я, наверное, полная дура, – заключила расстроенная женщина, безрадостно усмехнувшись. Тяжело признавать собственную трусость и смотреть правде в глаза. Еще тяжелее осознавать, что эта глупость может обернуться большой ошибкой. Она слушала этого, невесть откуда взявшегося, Наблюдателя дальше. Уже сосредоточенно. Настороженно, но без страха. Не было повода бояться его. Он не угрожал, не проявлял агрессии даже на таком плане, лишь предупреждал. Создание это говорило сплошными загадками. Казалось бы, смысл лежит на поверхности, но так сразу его не увидеть. – Стой! Что значит «не только»? – встрепенулась Зоуи, когда чужое присутствие в сознании начало блекнуть, но ответом стала лишь тишина, даже собственные мысли почтительно удалились, оставив растерянную женщину в полном одиночестве.
В одном случае из пяти?! – наконец произошло хоть какое-то возмущение в образовавшейся пустоте. Она так и не пошевелилась. Надо сказать, Зоуи не планировала подвергать свою жизнь опасности так много раз. Да что уж, она не планировала делать это вообще! Только Жизнь, или тут стоит сказать: Смерть, могла рассуждать совсем иначе, и девушке не дано было подсмотреть в разложенный на столе пасьянс собственной судьбы.
Внутри жалобно сжалось сердце, сообщая, что ему слишком тяжело, но Зоуи не обратила не него внимания. Она не могла перестать думать, и чем тревожнее замирало в груди, тем яснее становились мысли. Девушка прилегла на стол, подложив под голову одну руку, а второй – поигрывая подвернувшимся нечаянно карандашом. – Испытание… испытание, – растягивая, повторяла она это слово, будто пробуя на вкус его черствость. Это было грубо, бесчувственно… безжалостно. Но очень честно. Зоуи не считала встречу с Зевсом везением. Не считала она и иначе. Их отношения не были для нее ни даром, ни карой. Они просто были. Странные, запутанные, стали неотъемлемой частью жизни, данностью – без причин и следствий. Возможно, Зоуи для демона лишь испытание. Возможно. Он же для нее… Жизнь пока медлила с выбором фигуры для следующего хода. – Когда это закончится, ты забудешь обо мне, – уголок губ дернулся в каком-то вымученном подобии улыбки. – Забудешь все, что между нами было. Забудешь мой смех. Забудешь, как я загоняла тебя в тупики логики своими дурацкими поступками. Однажды ты растеряешь все то тепло, что я хочу тебе подарить… Однажды. – Карандаш в очередной раз приземлился на поверхность стола грифельным кончиком и…  сломался. – Вель… Давай не будем жить будущим, побудем еще немного… здесь – в нашем странном настоящем. – Настанет минута, когда Зоуи при всей ее нелюбви к прощаниям придется произнести это заветное слово. Но когда в твоем распоряжении целая жизнь, очень уж сложно всерьез думать о такой проблеме. В таких масштабах она и проблемой-то уже не кажется.
Еще какое-то время девушка провела в таком странном состоянии, когда нет ни желаний, ни нежеланий, даже все чувства как-то притупляются – растворяются в небытии запахи, звуки, пальцы перестают ощущать прикосновение действительности – все вокруг кажется ненастоящим, несуществующим, и реальны только собственные переживания, собственные мысли.
Минутная стрелка успела завершить круг, когда Зоуи наконец поднялась из-за стола, стряхнув прочь коматозное отупение. Кофе безнадежно остыл, а чувство голода куда-то бесследно исчезло, оставив только легкое ощущение тошноты при малейшей мысли о еде. Собрав устилающую пол вокруг стола бумагу и вооружившись целеньким карандашом и блокнотом формата А4, женщина выудила из сумки папку с делом и одолженный у детектива диктофон. Работа была сейчас тем единственным, что могло отвлечь от разъедающих сознание дум. Особо не растягивая удовольствие, она переместилась к маленькому столику и, скинув туфли на пол, удобно забралась с ногами в одно из кресел. Тени здесь гуще – то, что надо для полного погружения, а для редких заметок и не слишком пристрастного чтения уже выученного наизусть содержимого папки света вполне хватает. Зоуи еще разок пробежалась по страницам и, не найдя ничего нового, отшвырнула папку в сторону. Постучав карандашом по губам, словно сомневаясь, стоит ли, она все же нажала на «PLAY»:

– …етесь записывать наш разговор?
– А вы против?

Из динамика небольшого устройства зазвучали мужской и женский голоса. Женский принадлежал самой Зоуи, мужской – одному из заключенных тюрьмы строгого режима, куда она совершила сегодня небольшое путешествие с целью провести интервью. Не обычное, какое бывает в случае со знаменитостями, –  ответы на заданные ею вопросы никогда не станут достоянием общественности, не принесут мужчине признания, как и не вызовут уже еще большей ненависти.

– От чего же… Я ведь сам вас позвал. Откровенно говоря, не ожидал, что ко мне отправят… женщину.
– Почему? Я не слышала, что у вас есть проблемы с женщинами.
– Ха! Нет-нет… Что вы, что вы. Просто… вы еще так… молоды, так…
– Как ваши жертвы? Или… Быть может, вы предпочитаете – пациенты?
– Они ими и были. Кто это?
– Не узнаете?

– А… малышка Миа. Помню ее. У нее были большие проблемы с темнотой. Никтофобия… Знаете, что это такое?
– Знаю.
– Конечно. Мы ведь с вами почти… коллеги.
– Думаете, вы сильно помогли своим лечением? На долгие часы запирая девушку в кромешной темноте. Она кричала, пока могла. Пока голос не срывался на хрипы. И даже тогда продолжала пытаться звать на помощь? Вам это доставляло удовольствие, Ли? Несравненное ощущение всевластия, когда вы выпускали ее из камеры, и она первое время смотрела на вас, как на спасителя. Это такой странный комплекс Бога или вы на самом деле считали, что помогаете ей?.. А когда ее сердце не выдержало очередного «эксперимента»? Вы расстроились? Нет. Вы выбросили ее, как неудачный экземпляр. Выкинули и забыли, поставив крестик в своем ежедневнике напротив ее имени. Поэтому, господин Фэн, не говорите мне, что мы с вами коллеги. Ваши действия настолько далеки от понятия медицины, что вы просто не достойны звания доктора, и уже тем более не имеете права называть себя врачом.
– Не смотрите на меня, как на врага, доктор Мэй. Мы с вами по одну сторону – хотим избавить людей от их страхов, их проблем, хотим найти этот корень зла и уничтожить.
– Вы убийца. И мы никогда не будем по одну сторону.
– Какой же из меня убийца? На моих руках нет крови. Все они умерли естественной смертью.
– Это вы называете естественной смертью? Это? Рей. Умер от сердечного приступа, когда вы столкнули его в озеро. Он же боялся воды, правильно? Сердечный приступ в восемнадцать лет. Это, по-вашему, естественная смерть?.. Амалия – разрыв артерии. Минако – остановка сердца. Том – вскрыл себе вены под давлением шума из динамиков в его палате. Будить мальчика по ночам записью грохота железнодорожного состава – это тоже часть терапии, доктор Фэн? Соня – черепно-мозговая. Она билась головой о стену, да? Почти, как случай с Миа? Боязнь темноты. Я кого-то забыла… доктор?
– Разве я Бог? Я ученый. И объектом моим являются страхи людей. Эти эксперименты… если бы мне дали возможность закончить. Бороться со страхом можно только его же методами, доктор Мэй. Но вам не понять. Вы ведь даже не врач.
– Мне не нужно быть врачом, Ли, чтобы понять, что ваше «лечение» с самого начала было обречено на провал.
– А с вами интересно беседовать, миссис Мэй. Вы не притворяетесь, что я вам противен. Это так честно, так благородно с вашей стороны.
– Я здесь ради другой цели, Ли.
– Что вы хотите узнать? О моей жизни? Например, о детстве?
– Если есть что-то, нам еще неизвестное, то – да.
– Да что там интересного, доктор Мэй! Я вырос в приемной семье. Десять человек детей – за всеми ведь не уследишь. Поэтому меня воспитывала улица. А настоящих родителей я так никогда и не знал.
– Зачем ты меня позвал, Ли? Приемная семья? Десять детей? Что за бред? Думаешь, я не знаю, что у твоего отца была шизофрения? Не знаю, что мать с самого твоего рождения сидела на таблетках, лечась от депрессии? В такой семье сложно вырасти здоровым. Ты знаком со статистикой? Больше пятидесяти процентов серийных убийц воспитывались в семьях, подобных твоей. А поступление в университет? Психиатрия. Ты считаешь, что просто так выбрал эту профессию. Просто так твоей жизненной целью стали страхи людей? Чего ты сам боишься, Ли? Какие кошмары толкали тебя... когда ты забирал надежды и жизни этих юных созданий?
– Мои страхи глубоко внутри. Я давно научился их контролировать.
– Научился. Я еще раз спрашиваю, зачем ты позвал меня?
– Поговорить… Знаешь, доктор, здесь просто страшная тоска.
– Это бесполезно. Я ухожу.
– Стойте, стойте… Доктор Мэй, сядьте… Пожалуйста. Я отвечу на ваши вопросы. А вы… ответьте на мой.
– …
– Вы ведь тоже чего-то боитесь, мисс. Я вижу – страхи мой профиль. Чего… вы… боитесь?

– Не тебя – это точно.
– Ха! Я весь внимание… Вопросы, док.

Вздрогнув, Зоуи нажала на паузу. Ее вовсе не интересовал весь диалог, но прежде чем она успела опомниться, залипла и прослушала уже тридцать минут от начала беседы. – Так не пойдет, - девушка бросила взгляд на часы и, сосредоточившись, промотала запись чуть вперед.
Последующие несколько часов Зоуи провела в постоянном прослушивании и «перемотке» разговора с некогда успешным психиатром, а по совместительству серийным убийцей, за плечами которого шесть чужих жизней и двадцать пять лет собственной несвободы. Иногда девушка делала заметки в своем блокноте. Собственно, это «иногда» вылилось в целых двадцать семь страниц не слишком размашистого почерка. Выбрать крупицы информации из того бреда, в который периодами впадал психически нездоровый человек – лишь сотая часть ее работы. Дальше – сравнение с уже имеющимися фактами его прошлого. Проверка на достоверность, работа с оставшимися в живых близкими и знакомыми. Все ради того, чтобы дополнить и обновить базу знаний о личностях преступников. Работа бессмысленная на первый взгляд. Но криминалисты не составляют профили просто так, из воздуха. Они опираются на факты так же, как и на имеющиеся прецеденты. Статистика работает всегда… почти всегда.

ночь: Небо ясное, звезды яркие. Ночь еще холодна, по сравнению с днем, но с каждым новым днем становится лишь теплее
Температура воздуха: + 9

Когда в деле была поставлена воображаемая точка, стрелки часов на стене кабинета Зоуи Мэй уже показывали половину третьего ночи. Первый рабочий день, кажется, давно закончился и плавно перетек в новый. Женщина потерла глаза, аккуратно, кончиками пальцев, чтобы не смазать еще стойко держащий оборону макияж. – Ну, вроде бы не слишком допоздна, – вяло улыбнулась она, вспомнив вдруг напутствие детектива. Домой не хотелось. Новая ночь пугала ее. Она не хотела возвращения прошлого кошмара. Совсем не хотела. Но и сидеть до утра в Управлении тоже не резон, а значит, выбора не оставалось. – Может, приготовить на ужин спагетти? – О! Здорово, – откликнулся воображаемый оппонент в лице таинственного второго Я. Зоуи усмехнулась, глядя на себя в зеркало и поправляя складки плаща. – А какая разница, что на ужин?
Документы по делу доктора Фэн Ли, свои записи и аудиоматериал женщина забрала с собой, бросив все в сумку. Наверняка еще найдет время перед самым сном. Наманикюренные пальчики погасили свет, погрузив кабинет во тьму. А через несколько секунд и тихо прикрылась дверь. Во мраке ночи, наполнившем комнату, остались лишь отпечатки недавнего прошлого: слова, мысли, разные чувства – словно фантомы на снимках, легкие тени на срезах времени, раз за разом обреченные повторяться в петлях замкнувшихся воспоминаний.

----------> флешбэк Зоуи: "Апрельские эпизоды"

Отредактировано Zowie (2012-05-03 23:50:29)

+2

252

Люблю эффектное появление на публике. Появится в тот момент когда тебя совершенно не ждут и даже мечтают (молятся господу богу!), чтобы я не появилась там. Но я всегда появляюсь там где меня не ждут. Этот раз не был исключением. Все расчеты оказались правильными, как всегда, и я опустилась вниз на один этаж, оказавшись в тюремной камере. Впереди меня сидел на кровати парень. Няшечка - как сказала бы раньше, увидь я его раньше и не знай что он из себя представляет. Это был Тот самый паренёк из мед.факультета, с которым общались на допросе днем. Убийца нескольких девушек и покушавшийся на третью, так и не удавшееся полностью. Не люблю таких самоуверенных беспринципных и вообще бесхребетных людей. Погрязшие в собственном греху и не видящие дальше собственного носа.
Гневно шиплю, сузив глаза. Он меня не видит, потому что я пусть и в камере теперь, за его спиной, но еще не вышла из тени. Позволяю своей фантазии и больному воображению пофантазировать насчет продолжения допроса, с пристрастием. не волнует тот факт, что его как бы поймали и собрались судить. Строго по закону. Это меня как раз и не устраивает. Такие мерзавцы с ангельской внешностью и черной душой не должны выходить из места заточения никогда. Или же просто умереть, чтобы позволить вздохнуть спокойно другим людям и хоть на некоторое время почувствовать себя в безопасности. Возможно ложная безопасность, но все же. Хочется верить в лучшее.
[В последнее время совсем размякла и подобрела. нужно исправлять оплошность. А еще лучше наконец взяться за свои прямые обязанности. Т.е. добыча информации, новые связи и укрепление старых.]
Вздохнув, дождалась когда никто не обращал внимания на камеру, в которой собиралась себя проявить. Протянула руку и вышла из тени, тихо и бесшумно. Стоило побеспокоится о кое-чем. Камеры слежения. О них позаботился наш гений из когда-то собранного отряда. должок отдает. А я собираясь ошеломить гостя, к которому пришла, прыгнула на его спину, тихо шепча на ушко. Стараясь следить за временем, временным заключенным и обстановкой вокруг. У меня так много времени.
- Я пришла в гости, как и обещала. Ты же сам хотел чтобы я помогла тебе чем могу и вытащила отсюда. Помнишь? Вот я и пришла.
Прижимаюсь теснее к смертнику и улыбаюсь, радостно и открыто. Что прячется за моей улыбкой и о чем я думаю он не догадывается. Что ж скоро узнает. Воспринимаю со всей присущей своей природе спокойствием (да-да, есть немного и использую то же, только в самых крайних случаях) когда меня сбросили со спины и сильно прижали к стене, из которой я собственно и появилась. На лице его читалось ошеломление, неверие и скептицизм. Да, еще один параноик на мою голову. Однако он не настолько осведомлен, чтобы знать что я могу сделать, а чего не могу. на лице его читалось очень выразительно желание использовать меня как приманку и щит. Вдруг отпустят? Но я предвидела такой вариант. Мило улыбнулась с преданностью и полным доверием, обожания, в глазах. Скептически хмыкнул, но похоже поверил. Трудно скрыть себя настоящую если глаза - это зеркало души. А я умею.
- Ну веди, крошка.
Все, что он сказал, с напряжением наблюдая за мной и все-таки удосужился отпустить мою тушку. Встряхиваюсь, поднимая глаза и осматривая камеры слежения. Вздох. Прижимаю смертничка к стене, с интересом наблюдая за реакцией. Выдох. Он позволил мне эту маленькую шалость и лишь напряженные плечи и подозрительные глаза говорили о го истинных чувствах. Мне не доверяют. Вот честное слово, мне плевать. Все так же молчаливо смотрим друг другу в глаза. Молчим. Он ожидает подвоха, а я с умилением наблюдаю за метаниями "мистера непробиваемость". Секунда и он проваливается в тень, следом я. Так мы оба очутились в мире теней, где правят тени, пустота и безразличие. Парень не ожидал такого поворота событий и какой-то вертящийся на его языке вопрос так и остался в мыслях. Глаза - две плюшки. Черт, приятно то как. И я беззастенчиво улыбаюсь, отпрыгивая от него. Он и не держал, похоже сам вознамеривался оттолкнуть меня. Но новая реальность ошеломила и испугала его. Особенно когда он понял, куда он попал.
Взмах рукой и попытка схватить меня провалилась. Схватил воздух, который оказался на самом деле очередной тенью. Обманом зрения. Галлюцинацией, если уж на то пошло. Тихий вскрик и сердце его забилось как сумасшедшее. Отползает от тени, поскуливая и на четвереньках пытаясь уползти. любое слово, сказанное им, было поглощено пустотой и безразличием этого мира. Миру все равно кто он и каким образом попал сюда. Он просто уничтожает, стирает, всех враждебных и лишних (в моем представлении это все кроме коренных жителей) существ. К нам, путешественникам по их темному миру, относятся нейтрально. Позволяют беспрепятственно приходить и уходить. Только каждый раз приходя все меньше и меньше хочется уходить отсюда. Тени - паразиты. Они всегда добиваются цели. Но эта жертва, такая заманчивая, теплая и еще живая, не трогают. Ждут. А я смеюсь, подходя ближе. Позволяя увидеть себя настоящую. Приседаю на корточки, изучающе впиваясь взглядом в испуганное лицо парня.
- Расскажи все, что я хочу знать и я освобожу тебя. Отпущу на все четыре стороны.
Голосом змея-искусителя шепчу тихо-тихо. но знаю точно, что он меня услышал. Поднял глаза и быстро-быстро закивал головой. Проникся важностью момента. Я же даже нечего не делала. Только привела в этот чуждый к теплу и свету мир. Он еще не видел худшей стороны теней, но похоже немного осознал. Проникся. решил избавиться от всех неприятностей и меня в том числе. Похоже уже забыл мое обещание. Там в комнате допроса. Ну и ладно. Начал говорить слишком быстро и мало разборчиво, постоянно заикаясь и сменяю одну тему на другую. Возмущаюсь, отвешивая подзатыльник. так дело не пойдет. Я хочу знать о чем он успел переговорить с Зевсом тогда. ну и для общего развития все, что знает о влиятельных людям мира сего. Было забавно.

- Всего хорошего и спокойной смены вам, господа. - пропела довольным голоском пересытившейся сметаной кошки. Щеки красные. Глаза горят. Ноги сами просятся поскорее покинуть это тихое и унылое место ради ночных развлечений. Работа ждет. Мне кивают головами и наперебой желают хорошего дня. Смешно. Актуально. А я ухожу, закрывая за собой входную дверь. Мысленно уже начался разбор полетов и расклад новой информации по полочкам. Вспоминаю не было ли каких застоек и проколов в небольшой прогулке. Прохожу мысленно весь путь повторно. Весь допрос с тем парнем. Свой уход после этого на то же самое место откуда исчезла. Не видела правда как тени напали на не умеющую им сопротивляться жертву, как изголодавшиеся щенки. Не мешаю. Прошлась по коридору, отмечая все детали в голове, к выходу. Да, вроде ни сучка ни задоринки. Все правильно, быстро и безболезненно. Еще раз улыбнулась. Интересная информация однако ко мне попала. Надо все обдумать.

Улицы города

Отредактировано Рэйвен (2012-05-13 13:40:46)

0

253

Центральный парк----->>

Май. 2013 год.
• вечер: ветер затих. Воздух начал остывать. На небо появились редкие облака, солнце медленно, будто нехотя садится за горизонт. Свежо и довольно тепло.
Температура воздуха: + 20
______________________

- Я вам честно говорю, не виновата я!, - раздавался громкий голос девушки, которую сейчас насильно тащили два бугая-полицейских под руки, заставляя громко шаркать ботинками о кристально чистый пол. Чуть поджаренные томным солнцем сапоги оставляли после себя небольшие следы резины, будто прошедший сорок кругов Фудзи Спидвэй в чемпионате Формулы-1. Она всячески извивалась, недовольно дёргала руками, но хватка их была столь злостной и крепкой, что, казалось, если она продолжит сопротивляться, то те просто-напросто оторвут ей непослушно дёргающиеся будто змеи конечности. Напрочь.
- Неужели? А кто тогда побил тех мужиков в парке, мм?, - язвительно спрашивал один из них, поглаживая свободной рукой чуть заросший колючей щетиной подбородок. И вот, наконец, они пришли. Девушку посадили в непонятную серую комнату с неудобными жесткими стульями, перед ней стоял стол, а обстановка в целом напоминала фильмы ужасов с пытками на электрическом стуле, ну или же несколько видов наказаний всё в той же "Пиле", где людям приходилось пропускать собственные конечности сквозь движущиеся лезвия и заливать пустые канистры бурлящей в венах кровью. Место, само собой, никаких бед не предвещало, но богатая фантазия Айи уже успела обрисовать сотни, если не тысячи картин, полных страха, ужасов и насилия. Сглотнув, девушка кладет ладони к себе на колени, тут же собирая их в кулачки. От волнения она легонько покусывала губы, уже предвкушая, что сейчас к ней занесут сначала детектора лжи аж две штуки, дознователей тоже две штуки, ну и, конечно же, дабы картина имела полноту красок собранных стереотипов, пригодятся хороший и плохой коп, кнут и пряник, коими будут скармливать ни в чем не повинную молодую барышню. Как и следовало ожидать: спустя несколько секунд после того, как в помещении всё стихло и двое громил ушли, к ней зашел зрелый мужчина в таком же сером, как и вся обстановка, пиджаке, с пробивающейся в висках его сединой. Он задвинул очки, разложил несколько папочек и принялся что-то записывать, окидывая Кисараги беглыми взглядами.
- Имя?, - неожиданно спросил он.
- Айя Кисараги, - не растерявшись, ответила блондинка, переводя дыхание. Она чувствовала себя как студентка на первом экзамене. Это вообще первый раз, когда она попадает в такое место.
- Чудно, - вскинув бровями, посмотрел он на неё исподлобья, - Скажите мне, мисс Кисараги, зачем вы избили двух взрослых мужчин? Я уже даже не спрашиваю о том, как вам, хрупкой на вид девушке, вообще удалось такое учудить.
- Они сами напали на меня! Вернее.. Это была самооборона, но напала всё же первой я. Со мной была моя новая подруга - Эмили. К сожалению, фамилии её я не запомнила и... Я даже не уверена, что она её назвала. Эти двое извращенцев принялись приставать к нам, и начали эти мужланы с моей подруги. Один из них принялся распускать руки и говорить разные непристойности. Вы ведь понимаете, что у меня не оставалось другого выбора?
- Ммммхм, - кивает мужчина, что-то старательно записывая. Поставив точку, он закрывает писанину и встает из-за стола. Его взгляд выражал что-то очень неопределенное. Но, кажется, он понял девушку и готов её отпустить. Он удалился и тут же за ним зашли те самые два амбала с довольно доброжелательными ухмылочками.
- Пройдёмте, дамочка, - сказал один из них. Не будь он полицейским - он бы уже давно лежал на земле с текущей вдоль его наглой хари кровью, струящейся вдоль его пухлых губ и волос над ними. Удовлетворенно представляя то, как она бы расправилась с языкастым негодяем, Айя и не заметила, что вели её не совсем туда, куда она предполагала. Стальные решётки рядом с будкой сторожа не очень-то смахивали на выход. Спустя несколько секунд с неё снимают наручники. Спустя ещё несколько - закрывают решётку на ключ.
- Так, я не поняла, - хлопает глазами девушка, не решаясь шелохнуться. Был риск просто-напросто сбиться с мыслей и потерять цепочку событий, столь быстро пришедших к такому неприятному завершению.
- Эй! Какого чёрта? За что меня сюда посадили!?
- Сиди тихо, раз попала в "обезьянник"! Что ты разоралась-то!? Ты хочешь, чтобы тебя успокоили!?, - громко рявкнул престарелый сторож, сидя в соседней будке с закинутыми на стол ногами. Он полистывал какой-то журнал и Айя, похоже, мешала ему вникнуть в суть тех картинок, в которые пялились его заплывшие мешками глаза. Старый извращенец.
- Сажайте обезьян в "обезьянник", а меня отпустите!, - схватила она решетку руками, чуть высовывая наружу мордаху и продолжая громко ругаться, - У меня есть свидетели! Моя подруга Эмили! Моя подр.., - орлиный глаз Айи наконец замечает, что за журнальчик был в руках сторожа. Показ мод! Но дело было не в самом журнале, а в том, что она успела углядеть на раскрытой сейчас странице. Светловолосая дива в роскошном платье, чуть спадающими с её плеч бретельками и яркими туфельками. Это была она, Эмили!
- Вот! Прочитайте имя модели! Прочитайте, если не верите!, - Айя, похоже, всё-таки оказалась права. Эмили сказала неправду насчет своей работы, но зато теперь она куда более уверена в собственной памяти и интуиции. Интуиция её не подвела: на развороте того старого журнала действительно была Эмили, её новая подруга.
- Эмили.. Блант?, - почесал мужчина бородку, с недоумением поглядывая то на журнал, то на крикунью. Сначала он расползся в улыбке. А потом, не выдержав подступающий хохот, засмеялся, - Пххххх... Боооо-хо-хо-хо-хаа-хааааа, - шлепнул старик себя по животу, - Да хоть сестра Наоми Кэмпбелл - мне-то что, глупая? Да и потом, действительно ли ты думаешь, что я поверю в эту чепуху?, - старик вытер слезу и перевернул страницу. Айя тяжело вздыхает, начиная стучать зубами. Нервишки потихоньку начинали сдавать. Не то чтобы её угнетала обстановка тюремных камер или полицейский участок в целом, вовсе нет. Просто это стало ещё одним подтверждением того, как ужасен сегодняшний день.
Отменили концерт, подставы утром, а теперь ещё и в "обезьянник" этот непонятный попала. За что мне всё это? За мои мысли в институте? Меня наказывает Бог за всё то, что я напридумывала? Так прости же меня, Господи! Господи, останови это! Я больше не буду выдумывать всякую чушь про постижение Бога! Я больше ни слова не оброню касательно постижения истин и саморазвития в режиме "Альфа"!
Раздался телефонный звонок.
-, Алло. Алло. Да. Угум. Угук. Хорошо, - старик кладет трубку и подходит к камере.
- Сегодня твой счастливый день, бунтарка. За тебя внесли залог, - он открывает камеру и выпускает молодую барышню на волю. Быстро перебирая ногами, она стремится к выходу.
- Господи, спасибо тебе! Ты так великодушен, наш Лорд! Спасибо! Я тебе этого никогда не забуду!, - она была готова целовать землю, Айя никогда не верила в случайности и действительно считала, что извинения её были услышаны свыше.
- Ах да, ещё кое-что. Тебя к телефону, - подозвал её старик. Девушка вернулась к будке довольно удивлённой. Кому вообще нужно было платить за неё? Звонить, тем более.
- Эмили!?, - прижав трубку к уху, с надеждой она поинтересовалась. Неужели новая подруга действительно решила выручить бедолагу? Выразить таким образом благодарность за сегодняшнее спасение?
- Это не Эмили, это твое начальство. Если ещё раз попадешь в такую передрягу - никто тебя вытаскивать не станет. И это послужит тебе отличным уроком, Кисараги, - туут-туут-туут.
Ах, ну да. Кто же ещё это мог быть, - тяжёлый вздох, - Зато теперь я знаю её фамилию. Эмили Блант. Мне нужно будет позвонить ей как-нибудь. Но смогу ли я пробиться через её менеджера?
------> Европейская часть города (Локация неопределенна)

+1

254

События проходили по привычному, давно переставшему будоражить ум детектива сценарию. Быстро меняющиеся картины от резких вспышек своих или же чужих воспоминаний, на некоторое время вводящих скованное невидимыми цепями тело в кому, что могла длиться от нескольких дней до нескольких недель. Охваченный судорогами, мужчина, стоит ему выйти из анабиоза, сразу же прибегает к попыткам вернуть контроль над собственным телом. Начиная от кончиков пальцев, после долгих усилий начинающих скоблить пол, заканчивая всем туловищем, постепенно поднимающимся с холодной земли. Пошатываясь из стороны в сторону, все ещё слабое тело его с трудом стоит на ногах. Размытость окружения постепенно собирается в единую четкую картинку, из десятка ярко светящихся ламп образуя одну единственную и четкую деталь интерьера. То же касалось и других объектов, беззвучным эхо, слоящимися контурами, разрывавшими пространство. Дрожащие пальцы стучат по столу, случайно задевая телефон и ручку, что глухо падают на пронзенный сквозящим ветром пол. Уперевшись обеими руками в стол, мужчина прикрывает глаза. До него постепенно начинало доходить многое из того, о чём он ранее и не осмелился бы подумать. Прерывисто срывался пар с его губ сквозь зубы, что будто ножи кромсали извергаемое дыхание. Произошло то, чего он ожидал меньше всего за последнее время. Симбионт раскрыл ему множество фактов о себе, раскрыл то, кем он был при жизни. Асхарадонт? Это твоё имя? Было совсем не ясно, зачем Симбионту понадобилось рассказывать про "Асхарадонта" тогда, когда на то не было никаких нужд. Симбионт наконец проникся уважением, доверием к Скотту? Из всего этого также становилась ясной ненадобность детектива в продолжительном самокопании.
- Пора браться за дело, если так сказал Симбионт, - да, он действительно видел в этом призрачный, но всё же намёк. Он также расценивал это как попытку демона огрызаться на бездействие Мэйсона, и если переводить это на простой язык, то звучало бы это как "Нравиться рыть землю? Поройся ка в моей плоти". Симбионт, определенно, знал, чего хотел. И если Скотт не бредит, то демон ждал от него сосредоточения на работе. И это действительно шокировало. Стоит лишь только вспомнить последовательность его "приветов". Демон никогда не толкал детектива навстречу злу, если на то нет никаких причин. Старый случай с телом оборотня - верное тому подтверждение. Но почему он всегда пытается сбить Скотта со следа "У.И.Э.Э."? "Истинного" их следа. Что на самом деле скрывается за институтом? Возможно, что истинные их мотивы заключаются вовсе не в очистке мира от демонического зла. А что, если "У.И.Э.Э." - и есть зло? Демон никогда не мешал мне помогать людям, но всегда вмешивался, стоит мне хоть как-нибудь помочь Айзеку. И теперь я понимаю, почему он так одержим людьми. Всё это успокаивает, но и пугает одновременно, - детектив медленно поднимает голову, замечая тихо лежащие на столе документы с некоторыми неизученными делами, -
- Похоже, что мы перешли на новый уровень, - Мэйсон сжимает кулаки, буквально в секунду собираясь с расбросанными в пустоту силами, - Последний Перворождённый готов вернуться к основным своим обязанностям. Я готов слушать голос Симбионта как свой собственный, готов принять его веру как свою собственную. Не потому, что мне страшно. Не потому, что мне больно. А потому, что Симбионт никогда не предаст меня.
Быстро падая в кресло, детектив распахивает папки с документами, стремительно перелистывая страницы в поисках чего-либо интересного. Подойдёт любое дело, коих здесь была чёртова дюжина. Любая зацепка, любой криминал. И вот, он здесь. Убито трое моделей в особо жестокой форме. Преступник срывал со своих жертв скальп и исписывал их лица непонятными символами. Детектив полон решительности. Он возьмется за это дело и доведёт его до конца, - и если понадобится, то собственной дланью я буду пожинать грехи его, - он быстро хватает с пола телефон и ручку, бросая последний предмет на стол.
Следующее дело - также об убийстве. Следующее - тоже.
Этот город стал куда темнее за тот период времени, пока я спал. Я был слеп. Я был слеп, пока шёл за собственным врагом в ядро саморазрушения, игнорируя как собственный, так и его голос. Я отказывался мыслить здраво, обращать внимание на те вещи, которые и помогли мне стать собой, а не кем-то другим, лишённым возможности свободно выбираться наружу.

Демон помог мне стать человеком. Но Человек помог мне забыть его заслуги, помог мне стать "демоном". Он без конца обращает меня в монстра, заключенного в собственных страхах ублюдка, теряющего чутье, теряющего хват. Ярость и ненависть ослепила меня настолько, что я стал служить тем, кого хочу уничтожить.

Я больше не поддамся ни одному из своих инстинктов. Одержимый очищением, я позволил лишь сильнее кануть этому миру в непроходимую чернь. И с каждым щелчком минутной стрелки на часах, с каждым ударом сердца в моей груди, с каждым вздохом и хлопком ресниц, город этот всё сильнее утопает во тьме. Кому обелять его, если не закону?

Оружие закона снова на готове. Последний Перворожденный,  пусковой крючок закона, готов снова кормить каждую криминальную мразь его правами и обязанностями, до тех пор, пока те не вытекут из его ушей с раздавленными под чувством вины внутренностями.

Телефонный звонок разрывает тишину кабинета. За быстрыми гудками мгновенно следует робкий, чуть сонный голос человека, ответственного за полицейский архив.
- Это Скотт Мэйсон. Дела под номерами #M654, #M675, #M234 и #M235 оформить лично на моё имя. Также оформите шестьдесят дел схожего характера и тяжести. Не позволяйте никому заниматься данными делами, кроме меня. Любой, кто захочет вмешаться, будет вынужден переговорить со мной. Но учтите: ему не понравится мой ответ. В случае моей гибели - перебросьте эти дела на плечи следующего детектива.
Он кладет трубку. Хватая висящий на стуле кожаный плащ, мужчина набрасывает его на широкие плечи. Пистолет - на готове. Документы - при себе.

Шестьдесят дел плюс дела особого характера? Более, чем выполнимо.
Мужчина без оглядки покидает кабинет, широкими шагами пробираясь сквозь офисные перегородки, где большое множество людей окидывало и провожало его взглядами. Это была своего рода "Контрольная точка" Детектива. Сюда он вернётся лишь тогда, когда выполнит половину заданий. До этого момента он не повстречает ни одну из этих физиономий, что быстро проносились перед высоко задранной его головой. Он покидает полицейский участок, дабы вернуться сюда следующий раз с чистой, как первый декабрьский снег, совестью. И он не успокоится, какие бы преграды перед ним не возникли.

Я снова возвращаюсь в игру, где в любой момент меня могут лишить головы. И я чертовски этому рад. Если меня всё-таки пожрет мрак - то погибну я не как трус, но как полицейский и, в первую очередь, как человек.
----------------> Город Легенд

Отредактировано Scott Mason (2012-06-02 17:56:19)

0

255

Июнь. 2013 год.
• день: поднялся сухой горячий ветер. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. Вокруг все зелено - трава, листья, цветы. На солнце невыносимо находится - слишком жарко.
Температура воздуха: + 34

- Да меня, блядь, не волнует, что зацепок нет! Меня пытались подстрелить и если вы в течении двух суток не отыщите того, кто в меня стрелял. Я вас сам перестреляю к чертовой матери!
Частные детективы, блядь... Одни прям Шерлоки и Пуаро... Нет, хочешь что бы что-то было сделано хорошо - делай сам. Именно по этому я и стою тут, точнее перед входом в полицейский участок. Отношения с нашей доблестной полицией, у меня скажем прямо натянутые... Особенно с дорожной службой, вот кого я постоянно натягиваю так это их. Мою скромную точку зрения, что тормоза, ограничения скорости и светофоры придумали трусы и имбицилы, они почему-то не разделяют. По этому мы либо играем в догонялки либо я выступаю в роли спонсора какого-то очередного среднестатистического гаишника. Последнее бывает редко, меня догнать тяжело. Ну да это лирика, если бы не крайняя необходимость - ноги б моей в этом гадюшнике не было. Но необходимость была. Днём ранее, какой-то явно недалёкий киллер имел наглость выстрелить в мою весьма дорогую мне тушку. И собственно подписал сам себе приговор промазав. Поймать суку не удалось, но зато на месте не состоявшегося преступления  я нашел довольно оригинальную покерную фишку. В своё время я прилично спустил в различных казино, однако ничего похожего не видел, так что скорее всего незадачливый убийца любит поиграть в покер в каком-то закрытом и явно подпольном клубе, где собирается местная уголовщина. Во первых меня задевало, что существует закрытый покерный клуб о котором я не знаю, во вторых я бы с удовольствием поиграл с этим мазилой, и дай Бог, что бы в покер он играл лучше чем стреляет. Дилетант. Тьфу.
Докурив сигарету я щелчком пальцев отправил её в аккурат на ступеньки перед входом. Мусорка стояла ближе, но это была так сказать моя принципиальная позиция. Сплюнув, я наконец-то открыл дверь и ввалился внутрь.
Охранник, с лицом явно интеллектом не изуродованным тут же преградил мне путь. Я вот не могу понять, ему моя желтая рубашка не понравилась или я всё таки лицом не угодил?
Нацепив солнцезащитные очки на голову я выжидающе на него уставился засунув руки в карманы белых льняных брюк.
- По какому делу? Конкретно офисно-занудный тон. Так и ждёшь заунывное "Не положено!" Вот же инвалид системы...
- Да так.. Торговый представитель. Хожу предлагаю оружие, наркотики... Вам ничего не нужно? Цена сдельная, в честь первого знакомства могу сделать скидку...
Угу. Судя по лицу - осознавать ты будешь долго. Это ещё одна причина по которой я стараюсь не иметь дел с полицией, в основном там работают вот такие вот буратины с отпечатком лёгкого даунизма на лице.
- Шутка. Юмор. Андестэнд? Позови какого нибудь офицера. Дело личное и срочное, так что было бы не плохо, что бы ты метнулся кабанчиком и мы сократили время моего пребывания тут.
Ну давай, перезагружай свой мозг, не нервируй меня.

+2

256

Июнь. 2013 год.
• день: поднялся сухой горячий ветер. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. Вокруг все зелено - трава, листья, цветы. На солнце невыносимо находится - слишком жарко.
Температура воздуха: + 34

Ненавижу жару. Правда. У меня создаётся впечатление, что  в такую погоду мой бедный мозг высыхает, а потом гремит погремушкой при малейшем движении. Потому и кондиционер работает в полную мощь, а окно открыто. Я долго воевала с созданием температуры, приемлемой для хоть какой-то мозговой активности и пришла к выводу – что открытое окно, через которое проникал сухой жаркий воздух и кондиционер – самое, что ни на есть  решение. С закрытым окном я начинала замерзать. Да я, блин вообще тепличное растение. Мне хорошо только от плюс двадцати двух до полюс двадцати пяти.
С чувством эйфории и выполненного долга я дописывала квартальный отчёт, уже предвкушая чашку кофе в ближайшем кафе, от которой меня отделяло три-четыре предложения. Не довелось. Закон подлости во всей красе является, когда его не ждали. Явился он в виде дежурного с вахты, не удосужившегося постучаться.
- Там какой-то тип требует, цитирую: «Позови какого нибудь офицера. Дело личное и срочное».
- Отмазаться никак? – моя мечта о кофе стала покрываться сумраком изображения кипучей деятельности. Вы не поверите, сколько людей приходит заявить о «готовящимся террористическом акте», «похищении людей в целях опытов» и так далее. На деле же просто кто-то закупается пиротехникой для салюта на свадьбе или юбилее или же людей «позищают» любовники-любовницы у нерадивых супругов. А мне потом бюрократией в виде очередных бумажек занимайся из-за всякой чепухи. Как будто у меня других дел нет. Я люблю свою работу. Но именно ту, которой я должна заниматься, а не «кипучую деятельность» для успокоения всяких психов и параноиков.
- Почему? Можно. Усадить в обезьянник за плоское чувство юмора.
- Не катит. Мы же не звери. Пригласи пройти.
- Угу – дежурный, у которого чувство юмора было не плоским, а вообще на зачаточном уровне, скрылся за дверью.
Времени до появления «просителя» у меня минут пять, плюс-минус одна. Отлично, по крайней мере закончить отчёт успеваю. Успела, не только закончить, но и распечатать. Когда дверь открылась, я копалась в шкафу с документами, спиной к вошедшему, в поисках пустой папки для отчёта. Пустой не находилось, так что я осуществляла просмотр старых дел, которые можно освободить от хранения в папке.
- Садитесь. – я махнула рукой куда-то в направлении стула для посетителей, всё ещё продолжая рыться в личном архиве.
- Так что у вас там за «личное и срочное»? Если заявление – канцелярия на столе. Можете приступать.
Боги, как я надеялась, что «личное и срочное» - лишь очередное преувеличение и уже через десять минут я смогу нормально пообедать. Наконец найдя искомое, я повернулась к столу и поместила в папку свой отчёт. Тоже дань бюрократии. И только тут посмотрела на посетителя.
Не знаю, какая там мимика у меня по лицу пробежала, но в мыслях у меня начался явный бедлам. Сказать, что я удивилась – значит ничего не сказать. Заштамповано, зато правда. Да у меня блин комок в горле размером с Тибет вырос! Я уже даже начала подозревать, что мне в воду что-то не то подсыпали или подлили, и я теперь галлюцинирую.
- Ты? – всё, что смогла, вымолвила я в шоке.

+1

257

Ндаааа.... Наверно стоило сказать "зайчиком" , а то какой-то сильно медлительный из дежурного кабанчик вышел... Желуди он там что ли по дороге собирает? Или грязь ищет повалятся? Да бы развлечь себя, я начал представлять свинью в полицейской форме жующую вместо желудей купюры, но на долго меня это не развлекло.
- Вас ждут. Дальше было из разряда :поднимитесь, поверните, ещё раз поверните, обойдите кругом и зайдите в пятую от входа дверь с табличкой " не заходи - убьет" Можно подумать я в лабиринт попал, а не в полицейский участок. Я быстренько прикинул, стоит ли моё ребяческое желание потрепать дежурного за щёчку со словами: "хороший кабанчик", потраченных после времени и средств на урегулирование конфликта и решил, что времени мне всё таки жалко. По этому ограничившись коротким: "умничка" пошел разыскивать нужную мне дверь. Искать пришлось не долго, стучать я не стал. Я стучу только если дверь закрыта и то ногами.
Угу... Знакомый голос, знакомая спина. Блядь. Твою мать. Пиздец просто. Дарки, какого хрена ты тут забыла?! Когда я говорил сменить работу, я имел ввиду совершенно не это! Ну как? Каааааак?! Почему из всех профессий именно эта? Ну почему, не спокойная женская работа? Свой салон красоты или, скажем, секретарь(хотя нет. Место моего секретаря занято, а работать на "дядю" с лёгкой озабоченность плавно перетекающей в сперматоксикоз... Не бить же мне всех бизнесменов?), и другие не пыльные работы. А лучше, что бы ты вообще не работала, а развлекала меня. Ну чем не работа для женщины??? В общем-то желание тебя прибить, на моем лице никак не отражалось, но грозило перерасти в хроническое. Скрестив руки на груди и игнорируя твои штампованные фразы, я терпеливо ждал когда же ты повернёшься. И вот оно... Бинго! Я целую минуту наслаждался твоим лицом играющим всеми красками эмоций от шока до удивления.
- Я. Дело по которому я сюда пришел, отступило на второй план. Тут бы со своим строптивым сахаром разобраться.
Я медленно, что бы не спугнуть будущую жертву, начал приближаться, обманчиво спокойным голосом поинтересовался:
- Радость моя, а что ты тут делаешь?
Дарки, ты же догадаешься, что меня совершенно не интересует суть твоей работы и тому подобная чушь? Мне бы услышать какой логикой ты пользовалась когда искала себе работу, а вообще идеально в данной ситуации: " Син, я совершила самую большую ошибку в своей жизни, я всё поняла, я уже пишу заявление на увольнение и собираюсь посвятить всё свое свободное время ублажению тебя в постели, готовке и сооружению тебе памятника в полный рост." Но только, что-то мне подсказывает, что ты как всегда не проявишь благоразумия, более того, оно тебе не свойственно в принципе. В прочем, как и инстинкт самосохранения... Но я же мечтатель... Глубоко. Где-то очень глубоко... Во всяком случае мечту о том, что я таки услышу от тебя такие слова, я бережно храню и лелею.

+1

258

- Я.
Вот так просто? Да вы, молодой человек, прямо сказать прихерели. Совсем прихерели. Я тут, понимаете ли вообразила, что вы во время катострофы соизволили издохнуть или ещё чего. Ну там кинули меня, пристрелили вас, заблядовали вы, или обзавелись амнезией и пышногрудой блядо-блондинкой. Уж и не знала носить тебе веночек из орхидей на могилку аль в больницу, или собственноручно пристрелить к едрене фене!
- Да твою ж мать! Син! Я частного детектива нанимала, что бы узнать что с твоей великосветской жопой произошло, засранец несчастный!
Я осела в кресло, выражая во взгляде весь свой гнев вперемешку с облегчением. Но гнева было больше. Раз в тысячу.
Ты сказала это вслух.
Серьёзно?
Серьёзнее некуда.

Осечка вышла. Не так я себе эту встречу воображала. Ну как воображала – предполагала, если она когда-нибудь состоится.  Я хотела смерить тебя презренным взглядом, дать по морде за такой произвол, развернуться и уйти. А тут уже совершенно другая картина вырисовывается. И что-то она мне совершенно не нравиться.
- Радость моя, а что ты тут делаешь?
Рука непроизвольно потянулась за пачкой сигарет. Прикуривала я уже на автомате. Вот сейчас возьму себя в руки и расскажу тебе, говнюку, что я тут делаю. Хорошие сигареты. В меру крепкие. Надо будет исключительно на них переходить.
Успокой нервишки, ты уже фильтр куриш.
- Я тут работаю, если не заметил. На двери табличка с именем. Опять же, если не заметил, - забычковывая сигарету, прошипела я хрипло и зло. – Сказал сменить работу – я её сменила. На ту, что по специальности. Если бы полюбопытствовал раньше – знал бы.
Я зла? О, да, я зла, была бы драконом – сожгла бы нахрен твою симпатичную рожу вместе с хитрой задницей. Надеюсь, тебе не требуется объяснять почему я так зла? Пошатнул мои нервы, пошатнул моё материальное положение. Думаешь, услуги частных детективов дёшево обходятся? Да я только на то, что бы выйти на него заплатила пятнадцать штук. Почему так дорого? А не хотела, что бы кто-то знал, включая тебя самого, что я тебя, скотина, ищу. А теперь сама же эту информацию тебе и выложила. Идрить модрить! Столько денег в жопу!  Плюс расходы на самого детектива. Хакершу, если быть совсем точной. К сожалению, она о наличии у тебя пульса ничего узнать не смогла, зато все твои финансовые операции до катастрофы лежат у меня дома в сейфе, распечатанные на качественной бумаге. И пусть лежат. На всякий случай.
И что мне теперь с тобой делать? Без ста грамм не разберёшься. Мне вот интересно, что ты мне сейчас скажешь.
- Мне вот интересно, что ты сейчас скажешь, - повторила я свои мысли вслух, одновременно тянясь за очередной сигаретой.
Успокойся, выслушай, если он чего умного скажет, а потом шли на все четыре стороны.
Мало будет.
Чего мало?
Послать на все четыре – мало. Тут надо нечто более грандиозное и фееричное. Я бы сказала, даже приправленное пафосом.
А по-моему, в самый раз.

- И зачем ты в участок пришёл? Что там у тебя приключилось такого, что ты казённый дом соизволил посетить?

+1

259

Ого... Мой сахар - меня же ругает... Интересный поворот... А Рич тебе не сказал, что я просто занят? Ах да, я просил его незаметно наблюдать... Собственно я просто получал от Рича отчеты в устной форме, что ты жива, здорова и в меру упитана, и как-то не особо заморачивался. Но тебе Дарки, совсем не обязательно знать о том, что я тоже нанял частного детектива, который следил за тем, что бы у тебя было всё в порядке... Но вот то, что ты беспокоилась, даже детектива наняла - это меня удивляет. Почему Дарки? Ты же решила, что благополучно от меня избавилась... Признаться, я совсем не ожидал встретить женщину способную на... Верность что ли? Или точнее будет - преданность. А тут на тебе, оказывается за меня переживали... Неожиданно. Неожиданно но приятно. Так, об этом нужно будет подумать после. Шпильку по поводу того, что я не интересовался тобой - пропустил мимо ушей. Да, возможно стоило читать отчеты детектива лично, но... Год выдался суматошный. А при всем моем особом к тебе отношении, принцип: в начале дело, а девушки потом - я не нарушаю. А ещё молчу. Молчу и спокойно на тебя смотрю. Всё сказала? Ну и злючка ты Дарки... Ещё и наивно ждёшь от меня оправданий. Обойдя стол, я подхватил тебя подмышки и поднял, с тем, что бы сев на стул - усадить на колени. Не дергайся Дарки и не шипи как масло на сковородке, в конце концов, я же появился... Я собственно собирался к тебе заехать на днях, да только это покушение.... Кстати о покушении, раз ты уже временно тут работаешь, то сможешь помочь мне в моем деле... А потом, потом я не решил. Можно в ультимативной форме закрыть тебя дома, можно пусть в ход связи и тебя уволят... А можно приставить к тебе незаметного телохранителя, который не даст тебе никуда вляпаться... В общем я ещё не решил, посмотрим на твое поведение.
Повернув тебя к себе, насмешливо посмотрел в твои глаза.
- Скучала? Я был занят Дарки, хватит ворчать.
То что ты сама спросила меня о деле - это хорошо. Но оно подождёт. Не знаю я как называется это чувство, но я вроде как рад тебя видеть. Задумчиво накручивая на палец прядь твоих волос я смотрел на твои губы, и в мою голову закралась мысль послать всё к черту и утащить тебя домой. Эх, ладно, успеется.
- Мне нужно поговорить с одним из заключенных. Микаэль Блэквуд, у вас сидит?

+2

260

Вот в этом, Син, ты весь. Эгоист хренов. Пропадаешь, больше, чем на год, не сказав ни слова, а потом являешься, как ни в чём не бывало. С девушками так делать нельзя. Мы воспринимаем это где-то на одном уровне с изменой и предательством. Нет, ты мне особо ничем и не обязан. Это я, по твоему мнению, тебе обязана верность хранить, почивать, холить да лелеять. Я тебе кто? Наложница? Честно, я для себя ещё толком не уяснила всю эту иерархию сахар-маэстро-охотник, да и объяснять особо некому было, а ты этот пункт проигнорировал. Ну как проигнорировал – полуотшутился-полусъязвил. А теперь хочешь вернуть всё на круги своя? Да хрен тебе.
С другой стороны – ты мужик. Не у всякого близкого знакомого, даже друга получается меня успокоить, а у тебя всё каким-то невероятным образом выходит. Вот просто взял, на колени усадил и всё. И начала отступать злость километровыми шагами. То ли как наркотик на меня действуешь, то ли как успокоительное.
Соберись!
Фак, кто тут фаэри, а кто медведь неуклюжий?! Захотела встать и отойти, желательно в другой конец кабинет, но руки на мне и одурманивающий запах одеколона делают эту попытку какой-то вялой и неуверенной. Сука, да что ж ты со мной делаешь-то?!
- Скучала? Я был занят, Дарки, хватит ворчать.
Вот как тебе ответить, что бы не соврать? Ладно, попытаемся. Сейчас только накручу себя, да надену гневную маску.
- Больше злилась и волновалась, чем скучала. – Ну вот, почти не соврала. Даже в принципе и правда. – А позвонить, прислать Рича, на худой конец есть эмейл – недосуг? И я не ворчу, а низвергаю на тебя свой праведный гнев.
Предупреждать надо. Всегда. А то, что ты делаешь, называется – держать на невидимом поводке. Терпеть такого не могу. И хватит, хватит у меня в волосах копошиться, иначе я совсем растаю! А я не готова так быстро тебя прощать! Я уже сделала себе зарубку – напиться. Вот напьюсь, протрезвею, отосплюсь, а потом подумаю как к тебе дальше относиться, каким боком и относиться ли вообще.
Собирав волосы в высокий хвост, что бы ты дальше не будил во мне звериные инстинкты забить на всё и повиснуть у тебя на шее аки пятнадцатилетняя дурочка, тянусь к служебному телефону. После несколькх долгих гудков, мне ответили.
- Микаэль Блэквуд задерживался? – в это время пристально смотрю в глаза своему чёрт-знает-кому, я пока не разобралась. – Почему не в КПЗ?... Понятно. По чьему делу проходит?... – а вот тут уже сложнее, чужой отдел. Ладно, чуть что – договоримся. В конце концов, я фаэри. – Подготовьте третью допросную и сопроводите... – Выбор пал на третью по той простой причине, что комната представляла из себя обычную комнату с четырьмя стенами и одним окном. Никаких видиокамер и сторонних наблюдателей. – Занята? Кем занята?.. О, Боги, ну подвиньте этих малолетних угонщиков, дело не горит…  Нет, он проходит по моему делу тоже… - эта страна бюрократии начинала меня злить. – Нет, я буду допрашивать его одна….  Раньше никак? Хорошо.
Не знаю зачем тебе понадобился этот тип, Син. Ох, не знаю. Но теперь ты мне обязан. Верёвки вить не буду, но поизмываюсь всласть.
- Через полчаса поговоришь. Как понимаешь, мне придётся присутствовать. Так что постарайся, что бы мне не пришлось слышать лишнюю информацию.
Таки, пересилив себя, я встала. Умница, девочка, начинаешь соображать, - войну гормонам. Кажется, мой обед отодвинулся на неопределённое время вместе с вожделенным капучино. Слава богам, что холодильник у меня есть. Потому достаю питьевой йогурт себе - тебе даже не предлагаю. Ты ж мужик, питьевой йогурт только в случае изжоги пить начнёшь, верно? А мне в самый раз по жаре. Ах да, жара. Холодное тёмное пиво тоже имеется - светлое не пью принципиально - на мочу похоже, ты уж извини. Кажется, я просекла, какого поведения ты от меня ожидал. Твои трогательные глазки тому доказательство. У меня даже не получилось сдержать злорадную ухмылочку, кода я ставила стеклянную бутылку перед тобой.
- Извини, но ты накрыл мой обед медным тазиком, - произношу, отпивая йогурт и всё ещё держа руку на горлышке бутылки с пивом, успешей покрыться испариной.

Отредактировано Darroy (2012-06-26 11:23:00)

+2

261

Дарки-Дарки-Дарки... Ты смешная... Обиженная, злая и смешная... Знала бы ты как мне поднимает настроение твоё детское возмущение...  Оно меня даже умиляет. Кому бы ещё было позволено вот так вот возмущаться? Ты вряд ли понимаешь, что значит то, что я весь этот год о тебе помнил и даже немного переживал за твою шкурку. Мне самому чертовски не нравится, что в моей жизни появился кто-то, кого я не отпускаю. Но мне нравится, что ты есть. Смешная, забавная, строптивая. Я даже позволю тебе показывать характер, в меру конечно, и пока меня это забавляет, а не напрягает... А ещё забавно слушать, как ты работаешь, отдаёшь приказы. Знаешь, пожалуй я позволю тебя работать здесь, раз тебе нравится. Конечно же приму меры предосторожности, так, что бы ты не знала. А ещё, я знаю чем мы займёмся сегодня вечером. Мне очень нравится идея увидеть тебя у себя дома, в костюме полицейского и с наручниками. Всё, решено, я тебя вечером забираю.
- Через полчаса поговоришь. Как понимаешь, мне придётся присутствовать. Так что постарайся, что бы мне не пришлось слышать лишнюю информацию.
Мммм... У нас есть целых полчаса? Так Дарки, куда это ты собралась? Нда, пока ты в таком настроении с тобой каши не сваришь. Господи, велика беда - обед пропустила... И это, что, проблема по твоему?
Косо взглянув на пиво(пора бы уже знать, что твой охотник не любит пиво), я достал телефон и порывшись в номерах, нашел номер службы доставки.
- Алло? Метровую пиццу, мясное ассорти. Два кофе. Да. Полицейский участок. Да. Если заказ будет доставлен в течении получаса, то я заплачу по двойному тарифу. Да. Спросить Дарроу Остин.

Ну вот, а ты расстраивалась...
Поймав тебя за руку, я снова усадил тебя к себе на колени. Ладно злюка, я знаю как тебя утихомирить. Я собственно это никогда никому не говорил, но прекрасно знаю, как вы ведётесь на такие слова. Мне совершенно не нужно, что бы ты вредничала и упиралась, у меня серьёзные планы на этот вечер Дарки, и в этих планах ты не вредная и не колючая, а весьма милая и нежная в моей кровати. По этому, снова распустив твои волосы и зарывшись в них лицом, тихо протянул:
- А я скучал, Дарки... На всякий случай, я тебя крепко держу, а то вдруг тебе опять придёт глупая мысль вырваться? Что мне потом, по всей комнате тебя ловить?
- Конечно поприсутствуешь... Там ничего такого, что было бы опасным для твоих ушей.
Знаешь Дарки, а возможно я и вправду соскучился. Ну как соскучился. Мне чертовски нравится, что ты у меня сейчас на коленях. А ещё меня тронуло, что ты переживала. Можешь отнекиваться сколько угодно, я-то знаю правду... И да, большего не жди. Я не буду объяснять почему меня не было, я не не посвещаю никого в свои планы, не шлю письма на мейл и не оправдываюсь. И тебе придётся к этому привыкнуть и не требовать от меня того, что мне не свойственно и абсурдно. Какая разница где я был год, если сейчас я здесь? Ты бы ещё поревновала меня ко всем блядям который за этот год были. Глупо Дарки. Бляди есть Бляди. Я даже их имена не запоминаю. А твоё помню.

Отредактировано Синистер Гейтс (2012-06-26 13:17:57)

+2

262

Обалдеть. Посмотрите на меня – я мужиГ, называется. Да что он себе возомнил. У меня есть планы и я не люблю, когда их ломают. Не важно какие, даже если газету купить. Так вот, засранец, ты сломал мой план счастливо пообедать в одиночестве в близлежащем кафе. А теперь всем своим видом показываешь, что способен решить любую проблему и даже мелочь. Вот не хочу я пиццу. Что-нибудь другое хочу. Не знаю что. Чисто из природной вредности. Да меня вообще твоя самодеятельность на моём рабочем месте убивает. Дарроу Остин не обедает с посетителями у себя в кабинете. И нехрен тут мою репутацию подрывать. Я только рот по этому поводу открыть хотела, когда меня снова наглым образом на колени усадили, ещё и волосы распустили. Чувствовать себя марионеткой мне уже как бы поднадоело.
- Хватит! – я взбрыкнулась, но не тут то было – меня прямо железной хваткой удерживали. Ну всё, Син, ну всё, дорогуша, допрыгался. Сейчас будет «уберите от меня эту чокнутую!» Я уже примеривалась что бы такго гадкого сделать, что бы у тебя руки опустились, когда:
- А я скучал, Дарки...
- Враньё, наглое враньё!
И я так думаю. Всё, можешь посылать.
Рано.
Почему?
Вот поговорит со своим Блэквудом – тогда и покатиться калачиком. Или чем там катятся.

Что-то у меня отношение к тебе стабилизироваться не может. Туда-сюда, как фибрилляция. Ё-моё, да шарахните вы меня уже током или нет, пока я в предсмертных конвульсиях дрыгаться не начала? То поплыть то убить готова. Это точно что-то гормональное. Флюиды там, феромоны. Ещё чуть-чуть и я объявлю тебе личностное эмбарго. Только, скажем так, твоё «геополитическое положение» меня устраивает. Местами. Иногда. Очень не вовремя. Как раз тогда, когда я готова объявить тебе санкции, ты выруливаешь обстановку в сторону моего самоанализа. Как-то не привыкла я самоанализом при тебе заниматься – у меня от этого мозг размягчается и работает в неправильном направлении. Вот. Началось. Уже хочу послать всё к чертям собачьим, забить на твою невъебенную промашку и просто позволить вот так обнимать меня. Может даже поцеловать, или закрыть нахрен дверь на замок и…
Сработал служебный телефон. В кои то веки его звонок показался райскими переливами арфы, а не предвестником проблем. Я молниеносно схватила трубку.
О, Боги, спасибо, что уберегли от побочных действий недотраха.
- СлушаюДа что у вас там с организацией, вы можете всё делать по плану или нет? – злость была наигранной, в душе я ликовала. Сейчас я была ярым последователем неорганизованности. – Хорошо, через пару минут буду, - я повесила трубку и медленно выдохнула, надеясь, что эмоции, сменяющиеся на моём лице, пока я то злилась, то хотела -  были незаметны.
- У них там какая-то ерунда вышла. В общем, Блэквуд уже в допросной. Нам надо идти.
Но, прежде чем вставать,  я сделала звонок на вахту, попросив расплатиться за заказ по двойному тарифу и принести еду в мой кабинет. Согласились? А то! Ещё и предложили перед моим возвращением еду разогреть. Что бы там ни было, но я – это я.
- Пошли.
И последнюю вещь, которую я сделала – переобулась в босоножки на каблуке. Это, с учётом моего плана, было нелишним.
--------(3 минуты спустя)--------
- Стой тихо и молчи, - я заглянула за угол коридора. У двери допросной стоял офицер, сторожил нашего «клиента». – Жди, когда я подам знак. А потом со скоростью света и очень-очень тихо дуй в допросную. Можешь применить свои звериные штучки.
Покачивая бёдрами, улыбаясь во все тридцать два я подошла к офицеру лет тридцати. Взгляд невольно упал на руки. Кольца нет, отлично, с такими проще. Такие и с крокодилом флиртовать будут. Я стала так, что бы офицер был вынужден отойти от двери на шагов пять и повернуться к ней спиной. Честно, не знаю, что я там ему порола – флирт у меня как-то на автомате выходит. Тем более, я была сосредоточена совершенно на другом. Когда меня уже приглашали сходить в кино на последний сеанс, я показала Сину большой палец. Надеюсь, он не тормознёт от приступов собственичиства или ревности. Когда задуманное свершилось, я отпустила офицера, пообещав сбросить на пейджер, когда закончу и зашла в допросную.
Надеюсь, этот Микаэль Блэквуд просидит в одиночке ещё долго. Не хватало мне, что бы среди зэков пошли слухи о возможности меня подкупить.
- Я полагаю вы знакомы? – обратилась я к преступнику. Нет, в этот разговор я вмешиваться не собираюсь. И очень надеюсь, что не придётся. Потому и заняла нейтральное положение у окна, облокотившись на подоконник. Всё. Морду кирпичом, я статуя. Разговаривайте, товарищи джантльмены.

Отредактировано Darroy (2012-06-26 15:00:42)

+2

263

Так, на долго моего ангельского терпения не хватило. Сколько можно вырываться, возмущаться, и вообще вести себя так, будто я какой-то смертный грех в отношении тебя совершил? Хватит. Зачем тратить время на разговоры, если и ты и я знаем, что я получу то что хочу. Интересно, у тебя дверь закрывается? Должна закрываться....
Телефонный звонок был не вовремя. Ну вот совсем. По моему я даже зубами скрипнул. Ладно, черт с тобой Дарки, дома поговорим. Молча поднялся, молча же за тобой пошел. Я хочу пульт. Маленький такой, стильненький пульт, которым можно будет управлять женщиной. С кнопочками, готовить, секс и регулировкой громкости. Я что, много хочу?
И вообще мне не нравится этот план, и я уже тихо проклинаю ту минуту, когда решил тебя в это впутать, более того отдал контроль над операцией в твои руки. Можно ведь было по другом. Можно. Но я имел несчастье подумать не головой, а совсем другим органом. И вот теперь, стою за углом, слушаю как ты флиртуешь с офицером. Где ж я так нагрешил?
Под конец мне очень хотелось сломать этому придурку ногу. Во первых, что бы привести его в чувство и он не велся на хитроумных, коварных стервочек, а во вторых... А во вторых я не придумал. Просто бесит.
А нет-нет да закрадывается в голову мысль, что я рядом с тобой веду себя как придурок. И что по большему счету, отпустить бы тебя на все четыре и жить спокойно. Вот думала ты, что я пропал без вести и хорошо. И дальше все бы жили спокойно. Ан нет. И развернуться уйти не могу. Всё, слова твои в голове крутятся, что мол не смогу, испугаюсь и тд. Что я, с девчонкой какой-то не справлюсь? Не получится у тебя ведьмочка из меня верёвки вить. Угу, если хотела жить дальше спокойно и без меня, то не фиг было характер показывать и вызов бросать. А ты бросила. Ты мне, черт возьми всё время вызов бросаешь. Нормальные бабы легко покупаются, ну а тебе чего надо?
Нет, я таки сломаю этому идиоту челюсть, если он сейчас не отвалит!
Хвала всевышнему и языческим Богам, парень вовремя испарился. Через несколько секунд я уже был в комнате для допроса и изучающе рассматривал Блэквуда. А он сдал... Пять лет назад это был рыжий, картавый живчик, с ракетой в заднице и вечно бегающими хитрющими глазами. Игрок. Игрок, не мыслящий свою жизнь без азарта, адреналина. У него был талант искать себе на жопу неприятности. Что же, в этот раз ты влип по крупному, да Мик?
- Привет Мик...
Я не сильно изменился за эти пять лет. По этому в глазах Макаэля сразу же блеснуло узнавание вместе со страхом. Ну да, Мик ты торчишь мне прилично денег, но сейчас я тут не за этим.
- Привет Синистер.
- Не буду тянуть кота за яйца. Ты мне должен и прилично. Но, по доброте душевной я прощу тебе долг, в обмен на информацию. Кивни, если понял.
- Иди в задницу Синистер! Я никого здавать не буду, я одногой ногой на зоне, а слухи расходятся быстро. Мне ещё жизнь не надоела!
Угу. Не понял значит.
Метнутся к столу, схватит этого идиота за горло и очень внимательно взглянуть в глаза. Всё это заняло у меня чуть меньше 20 секунд.
- А по моему тебе всё таки жить надоело. Мы друг-друга не поняли, ты ГОВОРИШЬ мне то, что я хочу узнать. А то, что я прощу долг - приятный бонус. Ну так как?
С передавленным горлом говорить тяжело, но попытки кивнуть мне было достаточно.
Отпустив Мика я достал из кармана покерную фишку и положил перед ним на стол.
- Знакомо?
- Да. Такие фишки в одном из закрытых покерных клубов.
Айя-йяй... Таки существует одно злачное заведение о котором я не знаю... Нужно исправить эту вопиющую несправедливость.
На столе очень кстати лежало пару листков А4 и ручка. Протянув это всё Микаэлю, я скомандовал:
- Пиши, адрес клуба. Хозяина, и завсегдатаев.
Через пять минут у меня была вся необходимая информация для масштабного расследования. Пора валить изэтого гадюшника.
- Дарки, я закончил. Собирай вещи, ты едешь со мной.
И не спорь. Сделай исключение в честь того, что я год тебя не трогал.

=== > Студия звукозаписи

+1

264

Я пристально смотрела на мужчин, можно сказать, даже изучала. Влазить в мужской разговор – не в моих правилах. Обычно. Потому внимательно слушала и мотала на ус. Информация – это всё. Любой журналист подтвердит. С помощью пары фактов можно сделать бомбу, если прилично обмозговать и просчитать все возможные ходы. С помощью недомолвок, искажения информации и манипулирования сознанием можно сделать термоядерный грибочек. Вот вам и четвёртая власть.
У нас не принято совать нос в чужие отделы. Ещё не известно каким боком мне этот Микаэль и «допрос» выльются. Если скажу правду – по головке не погладят. Ни Син, ни руководство. Сина сдам, вылезут непонятные проблемы, его начнут прессовать, разузнают всю подноготную… а если очень захотят – точно разузнают. А я прослыву пособницей и неквалифицированным специалистом. Занесут в личное дело с пометкой «способна на преступление закона», переведут куда-нибудь в дорожный патруль – так сказать показательное выступление, что бы остальным неповадно было.
Так, детка, успокой свой пессимизм. Ты тут себе из-за какой-то ерунды уже ужастик на ночь придумываешь.
В то время, пока Микаэль Блэквуд писал на листочке пароли-явки-адреса, я любопытства ради и как ниточку на будущее, заглянула за плечо мужчины. Запомним, грех не запомнить. Знаешь, Син, можешь меня к стулу привязать, пытать, умолять, на колени встать – не забуду. С помощью пистолета, умения как следует вмазать в драке и природного очарования можно горы свернуть. Так что не надо беспокоиться за жопу своего бесценного сахара. Ну, правда же я бесценна? Ну, порадуйте меня комплиментом.
- Дарки, я закончил. Собирай вещи, ты едешь со мной.
Кто бы сомневался. Ну правда, ты таким предсказуемым становишься, аж тошно. Надеюсь, в этот раз мне не придётся строить из себя барби из службы эскорта на очередной твоей попойке?
Открыв дверь и осмотрев пустой коридор, вновь её прикрыла.
- Значит так, спокойно, на расслабоне топаешь из отделения. Никого не трогаешь, - мой взгляд прямое предупреждение, что будет бунт в каюте, если ты мне на корабле бунт устроишь. – Если кто чего спросит – шёл из туалета и заблудился. В принципе, я не сомневаюсь, что ты найдёшься что ответить, но давай лучше «по протоколу», - бросаю тебе ключи от своей машины, даже не сомневаясь, что словишь. Да, Син, да! Мы поедем на МОЕЙ машине. И вести её буду Я! – Всё, иди.
И не надо мне тут красноречивые бешеные взгляды адресовать. Сейчас я начальник, а ты –дурак. Будь благоразумным. Мы тут с зэком, между прочим. А они народ общительный. Если не хочешь, что бы ко мне пришли с пушкой и деньгами и предложением выбирать за конкретные «услуги» - слушайся. Иначе они не поймут,  почему ты смог меня подкупить, а у них не получается.
Когда ты вышел, я сбросила офицеру на пейджер – знак того, что «собеседование» завершено. Затем очень внимательным и заботливым взглядом посмотрела на Микаэля и, наклонившись, прошептала в самое ухо.
- Этого «допроса»… не было… Ты меня... не знаешь, - мои пальцы легли на горло преступника и несильно, но ощутимо сжались. – Хоть слово, - на моих губах заиграла злорадная усмешка, Микаэль её не видел, но усмешка всегда слышится в голосе. – И ты покойник…
Я выпрямилась, когда в допросную зашёл офицер за своим «багажом» и напоследок посоветовала «Подумать над этим».
Пока спускалась по лестнице – позвонила на вахту и попросила разогреть злополучную пиццу.
Всё, теперь начинается самое страшное. И снова здравствуй, Син. А насколько хорошо ты знаешь японский? Ты в курсе, что сокращение от твоего имени по фонологии совпадает с японским «правда», «действительность», «реальность», «истина»? По-моему, как-то не соответствует. Тебе бы что-то вроде «заноза в заднице» больше подошло.
Решительно подхожу к машине  и ставлю пиццу и кофе на капот. Кофе мне необходим сейчас, а за рулём я его пить не собираюсь. Так что подожди, солнышко моё, пока я допью свой капучино и выкую заслуженную сигаретку. Облокотившись всё на тот же капот, пристально смотрю в твои глаза. Как тебе игра в гляделки на протяжении минут семи? Гррр, ты мне ещё порычи.
- С тебя массаж ног. – злорадно ухмыляясь, сажусь за руль.  – Как минимум. Всё, поехали.

=== > Студия звукозаписи

+1

265

Начало игры

утро: роса на зеленой траве. Солнышко греет землю, и обещает к полудню очень жаркую и душную погоду. Безветренно и безоблачно.
Температура воздуха: + 18

Как обычно у простого человека начинается первый день работы?
Вот ты добираешься каким-то способом до здания, где отныне ты будешь трудиться ради какой-то цели: денег, славы, "мира во всём мире"... да мало ли причин, что притащили тебя сюда? Ты стоишь, неуверенно переминаясь с ноги на ногу или теребя от тщательно скрываемого волнения кусочек ткани на одежде, что попался под руку, или облизывая пересохшие губы и смотришь. Смотришь на большой или не очень кусок бетона/кирпича/дерева (подчеркнуть нужное), где сидят люди, от которых зависит теперь твоё благостояние, люди с деньгами, связями, знаниями, верными подчинёнными, инвентарём самых разного назначения, всем, что дали им в этом месте или что они отобрали у других. Они умны, властны, гордятся своим положением, не терпят неудач своих "слуг" и, чаше всего, видят лишь один свет в окошке - Себя. Как с такими найти общий язык? Лебезить, есть глазами, соглашаться со всем, что ни скажут? А если твои жалкие попытки обмануть этих волков, насквозь пропитанных опытом работы с людьми, этих психологов, что одним взглядом выворачивают твою душу наизнанку и видят тебя от самого детства до нынешней секунды, провалятся после первых же твоих слов? Гордо выпрямится, отвечать на все вопросы быстро чётко, не мямля, строя из себя уверенного в себе человека, в надежде, что это им понравится? А если этим хозяевам жизни нужен только молчаливый забитый раб, и они просто не будут тратить своё время на того, кого сложно подмять под себя?
Примерно такие невесёлые мысли гоняет обычный человек, стоя у места своей новой работы. Обычный, но не Наная Шики. Ничем не примечательный парень в простой малозаметной одежде даже не замедлил шаг, подходя к полицейскому управлению, где пару дней назад он легко прошёл собеседование. И правда, почему бы не принять на работу образованного крепкого молодого человека, умеющего за себя постоять, без вредных привычек, вежливого, скромного, приятного в общении, с хорошей характеристикой из школы? Довольно быстро вчера кадровик убедился, что парень вполне достоин проходить стажировку на мелкой должности, и теперь Шики имел полное право называть себя полицейским. Четвёрка вооружённых блюстителей, ммм... относительного порядка, стоящих у входа, изучающе заскользила взглядами по пареньку, после чего один из них потребовал ту легкоподделываемую бумажку, называемую пропуском. Шики это только позабавило: "Ну-ну, проверяйте. Зря я что ли всегда столько голову ломаю, пока выбираю, в чём пойти по своим делам. Меня даже вампиры раскрыть не смогли, к их несчастью, куда вам, камешкам под ногами своего начальства". Фамильный нож, пока удостоверения полицеского на руках ещё нет, лежит недалеко от управления в кустах, на автоматичечкой пистолет Стечкина, взятый из-за мощи, глушителя и режима автоматического огня, есть лицензия, а святую воду, которую охранники даже и не искали, носить никто не запрещал. Чего ему волноваться? Молодой полицейский, предъявив документы и отдав ствол, открыл дверь управления, пропустил двух что-то негромко обсуждающих белых воротничков, по виду связистов, и вошёл.
Здание дышало, кипело работой, людьми, делами, не связанными друг с другом, на первый взгляд, но, после того, как приглядываешься к снующим везде офисников и полицейским, обретающими подобие отлаженного механизма, двигателя Системы. Правда, после ещё более внимательного разглядывания, проявлялась ржавчина на этом двигателе. Шики подошёл к дежурному. Тот оторвал скучающие глаза от колен, где у него наверняка лежал какой-нибудь сканворд, и грубо спросил посетителя:
- Чего?
Шики эта грубость совершенно не удивила. В конце концов, полицаи постоянно имеют дело с самым разным отребьем, и если у копа нет мозгов, он может надавить на очередного уголовника или нечисть только грубостью и силой; судя по ленивому маслянистому взгляду дежурного и тому, что он не сразу заметил постороннего, не так уж много весил его компьютер в черепной коробке. " Не надо оскорблять компьютер."- пронеслось у парня.
Не спуская с лица вежливой клыбки, Шики подал паспорт и пропуск.
- Доброе утро, меня недавно приняли на работу. Куда мне сейчас пройти?
- А, так ты стажёр! - дежурный что-то записал, вернул паспорт, оторвал  корму от стула, и с ехидцей в голосе крикнул:
- Малетт, проводи стажёра до начальства!
Другой полицейский, сухопарый, высокий, с худым лицом и чересчур раскосыми глазами, жестом позвал за собой Шики, который быстро на ходу оценивал масштаб дурдома, где ему предстоит теперь работать. "Цель, всё ради Цели. Эти обыватели в форме не имеют значения" - с этой мыслью парень пошёл за проводником на третий этаж. Магическая защита, чувствуемая с самого входа, ещё меньше беспокоила Шики, чем охрана, ибо знал с детства: нож часто куда более действеннее, чем магия.
На верхних этажах народу было меньше, чем в фойе, но ненамного. Малетт шёл сзади, хоть и был проводником, говоря только "направо", "налево" и "вверх". Наная сразу же обратил внимание на некоторую напряжённость голоса и лица копа в те мгновения, когда то попадалось ему на глаза. Причина была ясна, как небо перед Днём Города, очищенное самолётами от облаков: боятся. Боятся знакомых, незнакомых, звуков, теней, резких движений, непонятных взглядов, всего, что может быть хоть немного опасно. Да ещё и это покушение. Теперь эти рядовые будут осторожнее в полтора раза, что, разумеется, врагам Синистера Гейтса особых проблем не прибавит. По крайней мере, до тех пор, пока дежурные на проходной проницательны, как бараны у ворот, и молниеносны, как черепахи с бодуна.
Пройдя к какой-то двери без таблички, судя по следам, недавно снятой, Шики, опять же по жесту полицейского, был посажен на стул в коридоре рядом с дверью, после чего Малетт всё-же удосужился раскрыть рот на большее количество слов:
Начальство уехало по делам. Сиди здесь, сейчас найду кое-кого - полицай исчез за поворотом коридора.
Что же, Шики умел ждать. С тревогой, умело наброшенной на лицо, молодой сахар стал поглядывать по сторонам, ожидая хоть кого-то, кто развеет его скуку.

Отредактировано Nanaya Shiki (2012-07-28 14:42:05)

0

266

Шики сидел в коридоре уже полчаса, и никто за это время так и не удосужился его позвать на рабочее место. И вот, наконец, свершилось: к парню подошла невысокая блондинка лет тридцати в голубой полицейской форме.
- Шико Тоно, я права? - она задала этот вопрос, подавая руку для знакомства. - Аксель Роуз, специалист по стажировке. Временно вы поступаете в моё распоряжение. Идёмте, я дам вам ваше первое задание
Шики пожал руку своему освободителю от скуки и пошёл за ней в кабинет рядом с местом его томительного ожидания. Небольшой кабинет Роуз был оформлен в бело-зелёную гамму, на стенах висели какие-то дешёвые пейзажи, чистый рабочий стол был накрыт вязанным ковриком. Видимо, - подумалось Шики - она не слишком напрягактся на рабочем месте".
Собственно, стажёр ожидал, что его первые задания будут скучными и рутинными, но Роуз его приятно удивила прямо с первых же слов:
- Ситуация такова, что вы, несмотря на свою неопытность, долдны будете прямо сейчас поехать на своё первое полевое задание, точнее, на демонстрацию выполнения нашими сотрудниками этого задания. Вы готовы к такому?
- Да, конечно! - Шики даже не пришлось играть. Он действительно был полностью готов к тому, чтобы начать зарабатывать себе очки в полевой работе, чем выше он поднимется, тем больше сможет информации достать про своего врага.
Роуз тут же посвятила его в детали операции. Имелся некто Чемберлен, чьи собаки, как подозревалось, вчера ночью совершили нападение на молодую женщину. Этого асоциального типа прямо сейчас должна будет захватить уже высланная группа из двух полицейских, за чем Шики, собственно, и должен наблюдать. Табельного оружия сахару пока не давали, мол, не потребуется, выдали только удостоверение, благодаря которому Шикт превосходно мог обходиться и без табельного, спокойно передвигаясь по городу со своим вооружением.
- В драку, если таковая начнётся, не лезьте без необходимости. Думаю, все детали вам ясны, отправляйтесь!
- Есть!
Итак, началась работа. Он должен выкладываться на полную, цепляясь за любые нити, ведущие к диаспорам нечисти, ради победы над которой уж точно можно вытерпеть тупость окружающих обывателей. Наная Шики пройдёт по этому пути до Цели и неважно, что будет потом. Впрочем... Шики, забрав всё своё оружие, подошёл к мотоциклу, который его практически насильно заставила взять с собой сводная сестра.
"Акиха" - Шики вспомнилась девушка с длинными чёрными волосами, в неизменной белой блузке с красным тонким бантом у шеи и того же цвета длинной юбке, истинная леди, которая, однако, не смогла спрятать умоляющего взгляда, провожая его на битву с самой Тьмой. Взгляд этот не говорил, а просто кричал:" Брат, вернись!"
"Наная Шики вернётся к тебе, милая сестра. Если выживет. Простишь ли ты меня, если я умру? - таковы были грустные думы полицейского, отъезжавшего на своё первое задание.
====> Детская площадка

Отредактировано Nanaya Shiki (2012-07-28 23:08:10)

0

267

Июль, 2013 год
день: поднялся сухой горячий ветер. Яркие лучи солнца согревают землю и прохожих. Воздух сухой и жаркий. Вокруг все зелено - трава, листья, цветы. На солнце невыносимо находится - слишком жарко.
Температура воздуха: + 34

Детская площадка====>
Управление полиции возвышалось посреди домов, отбрасывя яркие блики любому, кто смотрел в его сторону, в глаза, иному могло бы прийти на ум, что оно слепит простых людей величием своей силы, способной изменять судьбы людей так, как требуется сидящим иерархии этой силы на самом верху.
Но только на первый взгляд.
Шики, слезающему с мотоцикла, никак не удавалось понять некоторых вещей:
1. Почему в полиции стажёры не могут не то, что бы результативно отстреливаться от врага, но даже просто палить в его сторону? Вместо этого молодняк, к коему по возрасту принадлежал и наш свежеобстрелянный полицейский, прячется за машиной, закрывает уши и надеется, что пули не попадут в него или, что ещё хуже, в бензобак, развея скуку находящихся рядом обывателей небольшим фейверком, после которого неуча, пущенного под пули, можно будет собирать пинцетом.
2. Что в полицейской группе захвата могут делать типы, от которых просто несёт демонами? Магический След, хорошо вычисляющий оборотней и вампиров, может лишь почувствовать присутствие магического излучения демона, но не то, что это излучение значит. Для вычисления демона следует использовать прикосновение со святой магией или же святую воду, вот тогда-то и становилось ясно, кромсать его в лоскуты или нет. След демона чувствовался на троих из группы захвата, и вряд ли они работали в полиции - оружие у них было явно не полицеское, копы не взяли бы на опасное предприятие ружья со снотворным.
Впрочем, сейчас Шики должен был на время позабыть об этих доказательствах дибилизма организации, где он теперь работал, поскольку теперь начальство считало, что он, защищая жизнь напарника и вступая в огневой контакт с преступниками, нарушил всё, что можно. Сможет ли он не вылететь за порог чудесного дурдома, дающего ему, Шики, пропитание и возможность легально бороться с Тьмой? Сейчас выясним.
Охранники у двери удивлённо посмотрели на того утреннего гостя с русским пистолетом, что теперь припёрся в пыльной - на земле полежать пришлось во время боя - одежде и с удостоверением рядового полицейского, и пропустили его, даже не попытавшись обыскать. Примерно такие же взгляды на Шики, которому на подобное было плевать, бросали и немногочисленные служащие Управления, что находились в здании в обеденный перерыв. Парень, не желая оставаться в грязной одежде, поямым ходом пошёл в арсенал, где, по совместительству, находилась и выдача формы, выбрал себе подходящую по размеру синюю одежду полицейского и, уже не сопровождаемый никакими непонимающими взорами, пошёл к своей нынешнеей начальницей, что отправила его в бой, даже не подозревая об этом.
Роуз сидела в своём кресле, нервно поджав губы и постукивая ногтями по столу. Увидев вошедшего подчинённого, она аж подпрыгнула:
- Тоно!
"Без именного суффикса? Видимо, ей сейчас не до этого."
Роуз быстро к нему подскочила, осмотрела с головы до ног, понажимала на тело, и, не найдя ранений, облегчённо вздохнула:
- Слава богу, цел! Не сносить мне головы, если бы вы пришли израненным или вообще не дошли, отключившись по дороге. - объяснив причигу своей взбудораженности, она села в кресло. - Джонсон по рации сообщил всего лишь о нападении на вас с Наймлессом и жертвах среди нападавших, он ни словом не обмолвился о вашем с ним состоянии, а только что он сказал мне, чтобы я расспросила вас поподробнее и отправила домой. Но перед этим вы должны будете написать рапорт, как же без этого.Так что присаживайтесь и рассказывайте о своём боевом крещении, - специалист по стажировке усадила Шики на стул напротив себя, закинула ногу на ногу, и, выражая всем видом нетерпение, приготовилась слушать.
За несколько минут Шики относительно пересказал свой разговор с качками во дворе и перестрелку. Накрашенные карие глаза Аксель Роуз по ходу повествования раскрывались всё шире и шире, и, когда Шики закончил, она возмущённо фыркнула:
- Нет, это ж надо! Средь бела дня начать палить в слуг закона за то, что те отказались их пустить на закрытую
для свободного посещения территорию! Ну, ничего, теперь этот клуб...

- Прошу прощения, командир Роуз, - перебил Шики зарождающееся словоизлияние в адрес развлекательного заведения со странно умными охранниками, - но будет трудно доказать, что эти ребята приехали из клуба. Мало ли, что нам нам говорили те секьюрити, если они не оставили сильных улик на площадке, мы никак не докажем то, что нападение было совершено из-за Чемберлена. Нападавшие были в масках, требования Наймлессу вряд ли озвучивали - впрочем, надо у него спросить - и, что важно, я запомнил фигуры и походки тех двоих и не заметил явного сходства этих признаков с признаками у нападавших, . Номеров их машин я не видел, не та ситуация была. Вся надежда на Чемберлена и отработку его круга знакомых, а пока у нас ничего нет, - выдал Шики своё видение картины произошедшего, чем, судя по всему, приятно удивил своего начальника:
- О, и вы это всё сами... - протянула она, рассеянно помешивая кофе. - Опять же, в одиночку умудрились задержать и заставить отступить нападавших на группу лейтенанта Джонсона и гражданских, что ему помогали, даже одного ранили.  Чёрт! В первый день работы! Такого я не припомню! Многие хотели бы оказаться на вашем месте, Тоно. Правда, не я, - хихикнула Роуз, вконец разрушая свой образ требовательного и строгого начальника. - Кстати, насчёт "в одиночку". Вы почему-то ничего не сказали о вашем напарнике. Как он себя показал?
"Напарничек, тоже мне" - подумал Шики, вспоминая белое лицо и испуганные глаза стажёра Найма, который даже пальнуть в сторону врага не попытался. Сдать его с потрохами?
- В горячке мне было не до него. Наверняка он тоже в них вёл огонь, другое дело, что ему было не высунуться из-за машины, пока я не прибежал. Ничего не могу сказать, - в планы Шики не входило заниматься интригами в первый день работы. Если повезёт, он уволится сам, а если нет, то с ним можно будет построить неплохие отношения для вытягивания информации, как же отказать тому, кто спас твою ж...изнь.
- Прям-таки ничего? Что ж, понятно. Ладно, займёмся формальностями, - Роуз пощёлкала мышью, что-то включая. - Итак, вы мне ещё раз всё подробно рассказываете, я это печатаю, вы подписываете и можете быть свободны. Договорились? Начнём.
Когда рапорт был готов, Шики обратился к начальнице:
- А та девушка, пострадавшая? Что с ней? - и получил от выключающей компьютер Роуз ответ:
- Её отвезли в городскую больницу. Если хотите, можете съездить и узнать, вы - полиция, вам не откажут. Только без перестрелок, договорились?? - она снова хихикнула.
Специалист по стажировке и её
подопечный вышли из кабинета, и, когда Шики уже уходил вниз по лестнице, он услышал вдогонку:
- Я вас прикрою, если что. Только не подставляйте меня, а то оба полетим. Договорились? Кстати, форма на вас хорошо сидит.
И вновь хихиканье.
Дурдом.
====> Центральная больница

Отредактировано Nanaya Shiki (2012-08-04 20:17:14)

0

268

Август. 2013 год.
Утро: роса на зеленой траве. Солнышко греет землю, и обещает к полудню очень жаркую и душную погоду. Безветренно и безоблачно. Температура воздуха: + 18

Флеш (Рэйвен)

После настолько долгой отлучки из старой части города (японская часть бывшего Токио), мне предстояло отчитаться перед начальством о проделанной работе, результатам исследования и детальный отчет о всем мною увиденным. Но тут есть маленькая загвоздка. У меня официальный отпуск, а до его окончания нельзя появляться на работе. Конечно, Университет я обожаю и боготворю, готова на многое ради него и прочее, но у всего есть предел. А если конкретизировать, то мне пригрозили пальцем (почти в прямом смысле этого слова) и запретили там появляться ни под каким предлогом. Они видите ли отдыхают от одной надоедливой особи и хотят хотя бы три месяца отдохнуть от нее. Но если кто не понял, то это был камень в мой огород. Вот я и обиделась. Вместо того, чтобы трудолюбиво писать отчет длинной в 4-6 км, я бесстыдно прогуливалась по городу. Пока мне пришло в голову мысль посетить свою вторую работу, где я состою только по одной большой темной наглой проблемы.
[Стоило спросить надолго ли это задание затянется или точнее: приблизительное допустимое время окончания задания. Хотя с тем, что мне задали и приказали без результатов не возвращаться, нет точных сроков. И вообще, с ними одни проблемы.]
Праведно возмущаюсь в свое удовольствие и наконец приступаю к полноценному трудовому дню. Несколько уже знакомых мне лиц из полицейского управления так смешно выглядели, увидев на пороге маленькую шкоду. Лица вытянулись, у некоторых нервный тик, у других выпала ручка, а у некоторых отличившихся у меня так совсем кашель проснулся. Черт, как меня любят-то. И я не стала их разочаровывать, махнув всем рукой и, весело насвистывая, пошла к лифту. Мне предстояло много работы в архиве, куда после последнего происшествия в этом же полицейском управлении на минус каком-то этаже произошла небольшая операция по выманиванию маньяка из его ракушки. Но это все так, семечки, потому что уверена: в архиве полно разбросанных документов или не туда поставленных. Работы будет очень много. А потому когда я добралась до архива, взяв ключи от металлической двери, ничуть не удивилась отсутствием там порядка. В основном на нескольких стоящих там столах.
Я мысленно закатила рукава, потому что в реальности кофточка была коротка с четвертным рукавом, который не прикрывал мой живот, и джинсовыми бриджами с несколькими заклепками. Работы предстояло много и я отключилась от реальности, ползая по полу и пытаясь собрать все документы, убрать лишние и разобрать образовавшиеся кучи на столах. Обложилась папками с документами капитально, почти по пояс зарывшись в них и сильно хмурясь. Чем дальше я разбирала и укладывала их на места, тем больше становилось. В самый неподходящий момент, когда я с увлеченностью вчитывалась в один из рапортов офицера полиции и мотала ножками в воздухе (лежала на полу на животе и ничуть не боялась, что застанут), позвонил стационарный телефон, что стоял на столе неподалеку. Как же не хотелось отвлекаться, кто бы только знал. Вот я и проигнорировала звонок, махнув на все рукой.
[Офицер Мао был подстрелен точным выстрелом в голову, но он не пострадал. Пуля не зацепила его мозг, она прошла навылет и вышла в затылке. Мда... что только не придумают эти граждани полицаи.]
Покачала головой, стараясь не рассмеяться в голос. Поначалу неплохо получалось, но в конце концов из-за приоткрытой двери архива то и дело доносился редкий смешок или подозрительное шуршание бумаги. Она бы наверное не заметила прихода еще кого-то, если бы не очередной звонок телефона. Трезвая мысль была пробилась через несколько барьеров, но так и не достигла разума. если подумать логически, то раз я тут не отвечаю на их требование сверху и не беру трубку, значит кого-то обязательно пошлют сюда. Только вот мне не до этого. Стопки папок и нагромождений ящиков с документами вокруг меня мешали нормальному движению, не говоря уже о том, чтобы кто-то мог увидеть меня в своеобразном окопе. Единственное что выдавало с головой тихий смех и шуршание бумаги, опять же.

+1

269

Август. 2013 год.

утро: роса на зеленой траве. Солнышко греет землю, и обещает к полудню очень жаркую и душную погоду. Безветренно и безоблачно.
Температура воздуха: + 18

Квартира Тоно<====
Итак, настроение отвратительное. Казалось бы, давно уже мысленно отрешившийся от возможности радоваться жизни и вставший на путь крови и насилия постепенно сходящий с ума полицейский не подвержен смене настроения... а вот хрен. Голод - по дороге он вернулся, напоминая, что он не тётка - и моральная усталось вкупе с тем, что вряд ли ему сейчас дадут нечто интересное, портили день на корню. Прокатиться с ветром в угах, глушащим все дурные мысли и обещающим хороший день, не получалось из-за отсутствия времени, ибо на работе следовало быть в восемь. Объезжая припаркованные авто, Шики подъехал к невесть как оставшимся пустым местом у небольшой бетонной тумбы на асфальте.
Обдувало слабым ветерком, пели какие-то птицы. Не то, чтобы они так уж красиво изливали свои трели, но звуки живой природы немного согревали, отводили прочь дурные мысли. "В конце концов, я тоже человек. В бою я забуду всё, что не будет иметь значение, там я продолжу свой Путь, а сейчас... сейчас пора забыть о всяких там пернатых, если только не получится находиться у окна, выходящего на эту сторону."
Итак, вход. Бабуина со сканвордом сменил молодой бойкий рыжий паренёк, что было неплохим началом дня. Молодой стажёр проследовал по оббитому древесного цвета пластиком коридору и поднялся на четвёртый этаж к кабинету своего начальника, Роуз. Офицер, что Шики в первый же день случайно послала в небольшое пекло, наверняка что-то для него припасла. Быть может, даже не слишком нудное.
Ну что же, входим...
Нет, не входим, ибо дверь закрыта, а между дверью и косяком торчит некая сложенная бумажка. И написано там:
"Тоно-сан, идите сегодня в архив и помогите другому стажёру, у меня неожиданный выезд. Хоть знакомство среди своего контингента заведёте. Ваш начальник, Аксель Роуз."
Мораль: не верь в приметы. Сегодня будет адски скучно.

Шики проследовал по коридору к лифту, и хотел уже поехать вниз, когда внимание стажёра привлёк разговор каких-то двух офисных девочек:
- Телефон чего-то в архиве не отвечает. Там должна работать стажёрка... ну, та, что наглеет постоянно. Совсем уже нюх потеряла - начальству не отвечает! Как таких в полиции держат?
- Не говори, она...
Девушки, промывая неизвестной стажёрке кости, хращи и прочее, удалились, а у парня появилась в голове мысль: а почему она не отвечает? Недавно в полиции, по слухам, был какой-то инцидент... может, это нехороший звоночек о том, что что-то могло случиться? Надо бы прибавить шагу.
Итак, вот он, архив: шкафы-шкафы-шкафы, дела, пыль и царство страшнейшего врага любых благих начинаний - Скуки. Она пронизывает каждый стеллаж, каждое дело, обещая невыдержанной жертве смерть от множественных ударов головой об стену, выполненных, разумеется, самим несчастным. Впрочем, ситуация могла сложиться так, что скучно не будет.
За одним из столов, на котором само понятие "порядок"должно быть занесено в Красную книгу, раздавалось слабое шебуршение. Шики направился туда и увидел... ауру мага. Ауру мага, что может превращаться в некое животное - анимага. Самого же обладателя ауры не было видно за бумагами.
На Шики это подействовало как удар током. Рука сама дёрнулась к пистолету, а неизвестному колдуну был задан вопрос:
- Здравствуйте. С кем имею честь здесь встретиться?

+1

270

Мои мечты об одиночестве так и остались всего лишь мечтами. Кому-то все-таки не было плевать на мою внезапную пропажу в этом хранилище знаний, под которыми так легко пасть. Точнее быть погребенной под ними. Но нет, кажется я рано обрадовалась той тишине после очередного звонка телефона, трель которого разносился далеко вперед. Который эхом отскакивал от стен и многократно усиливался, пока не возвращался к первоисточнику. Нечего не поделаешь, слишком большая библиотека человеческих грехов и глупости. Я почти чувствую их эмоции, преодолеваемые страницами и пытающийся жить своей жизнью. Мне не впервой при легком касании к предмету видеть его прошлое. Всего кусочек, но и этого чаще всего достаточно, чтобы поймать незримый след. Тонкую нить, по которой можно выйти к преступнику, кем бы тот ни был. Сейчас правда не было такой нужды и я могла просто читать папки с личными делами некоторых преступников, не о чем не думая. До тех пор пока на пороге не появился парень. И такая хрупкая тишина была разбита на сотню тысяч осколков.
[Жаль. Мне понравилось то время, проведенное с документами наедине. Когда есть время утолить жажду знаний и собственное любопытство. На грани с эгоизмом.]
Я не сразу ответила на вопрос. Просто не могла ответить, ведь стоит открыть свой длинный язычок, как кучка пыли, что только-только осела после моего прихода, снова поднимется и попадет в легкие. Это вызовет цепную реакцию и заставит не одну меня долго кашлять в попытке избавиться от настырной вездесущей пыли. К тому же я не настолько глупа ка кажусь и лишний раз рисковать не собираюсь. От тебя, мой незнакомец, идет плохая аура. Моя интуиция твердит не связываться с тобой, но я так не могу. Я еще не видела твоего лица.
- И тебе не хворать, любезный. Неужели обо мне вспомнили и решили прислать отряд спасения? - тихое беззлобное пыхтение аки ежик доноситься со стороны заваленного папками и ящичками с документами стола и вот кучка задвигалась. Словно волны воды во время отлива. Несколько папок упало с глухим ударом об пол и на этом затихли. Сначала миру явилась моя левая пятка полностью со всем к ней прилагающейся. Или это была правая конечность? Ай, запуталась пока пыталась как можно тише и аккуратнее выползти из укрытия и башни бумаг в одном флаконе. Далее показалась...как бы это назвать пристойно? Нет, не вторая конечность. Моя попа и вслед за ней обе руки, которые бережно держали с десяток упитанных папочек. Я с ними закончила и собираюсь без вреда для себя донести до конечного пункта назначения. К шкафу с этой самой буковкой в фамилии. Так что не мудрено, что последнее что ты увидел была моя взлохмаченная в полном беспорядке макушка. Затем голова с большими изумрудными глазищами и веселой улыбкой. Это я еще не отошла от недавнего смеха по время чтения одного дела. Вот только за кого ты меня примешь? За девушку или парня? К счастью, для тебя, на этот раз я не пыталась строить из себя хулиганистую личность мужского пола. Грудь отчетливо выделяется под кофточкой, перевязанной узлом под грудью.
- Хотя нет, не похож ты на спасителя. Скорее наоборот: проверить умерщвлена ли, наконец. - беззаботно пропела, очень осторожно выползая из-за стола. О чем я только что сказала тебе не составит труда понять, не так ли? Вот мне хватило одного броского взгляда, чтобы заметить твое напряжение и лежащую руку на том месте где обычно держат пистолет. Да и чувство опасности предупреждает. Так что я со спокойствием айсберга пробиваю себе путь к цели. Т.е. прохожу к интересующему меня шкафу, постоянно находясь к тебе профилем, хотя бы. Не хочу подставлять спину, ибо не доверяю. Такая уж я. Ты еще можешь слышать, bad boy, как мои босоножки стучат по полу когда я иду вдоль рядов в поисках искомой буковки. Но вот она находится и я с удовольствием мурлычу, ставя все осмотренные и приведенные в порядок папки на свое законное место.
- Так что в самом деле тебя сюда привело, м? - это я уже выходя из-за угла лабиринта шкафов, интересуюсь. Следовало бы сделать хотя бы заинтересованную моську, но думаю и так понятно. Ах да, вопрос о том кто я такая и что здесь забыла. Пока не отвечаю и испытываю твое терпение. Просто так. Мимоходом прислушиваюсь к твоим эмоциям, останавливаясь возле своего рабочего стола. Потягиваемся до хруста в костях и зеваем. Все готова к новому сражению с бумагами. - Ну и... - хотелось задать вопрос кто ты, ежик тебе в задницу, такой. Но вынуждена прерваться и с негодованием уставится на оживший вновь телефон.
Звонит. Как старый испорченный телефон.
Что будем делать с этим?

Отредактировано Рэйвен (2012-08-14 23:04:00)

+1


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Центральное полицейское управление


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC