Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Побережье » Пирс и набережная


Пирс и набережная

Сообщений 241 страница 270 из 345

1

http://savepic.su/1953551.png

Традиционное место прогулок, знаменитое как среди влюбленных парочек, так для одиноких романтиков и суровых бизнесменов, которые, решив отдохнуть от нудных дел, прогуливаются здесь вечерами. Редкие автомобили, мощеные камнем дорожки и тротуары - широкие, ярко освещенные фонарями и подсветкой витрин роскошных магазинов, что пристроились по краям, создавая разноцветный, яркий коридор в любое время года. На набережной много деревьев всех мастей, ближе к праздникам из ветви украшают мириадами светящихся лампочек, увешивают гирляндами. Аккуратные клумбы в бетонных "вазах" виднеются там и тут. Под некоторыми деревьями прикорнули деревянные лавочки на чугунных ножках и, через каждые несколько метров, фонари. Спуски к воде прячутся в тени, но найти уложенную камнями дорожку не так сложно, как может показаться. Так же, чуть вперед от начала набережной, есть пристань для прогулочных катеров.
На набережной, однако, есть места, где не остается и следа от магазинов - словно оказавшись в парке, человек идет вдоль невысокого забора, кустов, деревьев и аккуратных газонов, с одной стороны видя аккуратные бортики, молодые деревца, и спуски непосредственно к воде. В этих местах гораздо тише и уютнее.

0

241

- Ты мой шедевр. Разве я могу такое сотворить с тобой - услышав ответ на столь ненужный, по мнению парня, в данный момент, вопрос, Рей только улыбнулся, повернув голову к морю.
- Я - шедевр. Это даже немного льстит..- глубоко вдохнув свежий воздух, Юко слегка потянулся, пробормотав что-то невнятное, а затем снова переключился на Кукловода.
- Пойдем домой? - почему-то сразу перевел тему парень, не прекращая нежно улыбаться.
Почему-то ему сейчас захотелось поговорить про что-то другое, перейти на какую-нибудь нейтральную тему, но, как на зло, в голову ничего не лезло.
Ему вдруг захотелось закутаться в одеяло с чашкой горячего чая в руках..наверно ему захотелось начать тренироваться чувствовать.
"Какая глупая затея, ей-богу.."мысленно посмеялся парень над самим собой и вопросительно взглянул на Шиндзи, ожидая согласия или отказа на предложение.

0

242

- Я - шедевр. Это даже немного льстит.. - Шиндзи проследил за взглядом Рея в результате окинув взглядом море, опять начал думать о чем-то своем, совсем постороннем и вообще неумесным, но не долго размышляя на "левую" тему, кукловод возвратился к предыдущей теме.
- Пойдем домой? - поняв, что он не один думает совсем о посторонних вещах, Шиндзи только еле заметно улыбнулся.
- Пойдем. - парень осмотрелся вокруг, определяя в которую сторону надо двигатся, и не долго помедлив, прогулочным шагом направился вдоль берега, эта дорога была немного длиннее, чем та что шла вдоль трассы, но кукловод просто не смог устоять перед желанием еще немного прогулятся по набережной. Засунув одну руку в карман, Шин уставился прозрачным взглядом в землю, опять таки начиная думать о каких-то глупых вещах, что-то вроде "какое кофе я бы сейчас выпил?". Юко хотелось о чем-то поговорить, но он совсем не знал, с чего можно начать разговор. Сделав выражение лица попроще, кукловод перевел свой взгляд на Рея, с интересом посмотря на того, продолжая идти.
----->>> Особняки---->>>Улица

Отредактировано Shindzi (2010-05-16 01:13:54)

0

243

------Особняк 666

Июль. 2010 год.

Весла плавно уходили под воду. Ритмично отбивали такт, вверх-вниз, вверх-вниз. Черная вода глотала наживку, не справлялась, не хотя отпускала обратно. Струи тяжелой, мутной жидкости хлюпали внутри лодки, дно немного протекало постепенно заполняя полости грязной водой. Бог весть знает, зачем этому человеку понадобилось в разгар карнавала, плыть черт знает куда, да еще и в таком корыте?! Но как говориться, пути неисповедимы. И не только Божьи. Весло уперлось в камень. Старательно развернув лодку, человек встал во весь рост. Небрежно откинул деревяшку, служившую в этом недолгом путешествии вторым веслом, шагнул на берег. Несколько минут понадобилось, для того, что бы оттолкнуть "старушку" от пирса.
-Давай!,-уперся на весло, помог себе ногой-Пшла!
Отряхнув руки, опустил глаза к низу. Носок сапога был мокрым. На память о недолгой водной прогулке. Гаспар шагнул в темноту.
Тишину разорвал щелчок. Яркий огонек рассеял ночной мрак, осветил профиль мужчины. Мелкие капельки воды, собирались, стекали тоненькой струйкой по щеке. Демон смахнул их рукой, подкурил сигарету. Гасить огонек не спешил, поводил немного по сторонам, словно высматривал что-то. А и вправду, высматривал. На одном из камней, по правую сторону пирса, виднелось углубление, засечка в виде стрелочки. В глазах мужчины вспыхнуло пламя и тут же погасло. Дэффо постучал  над вычерченной стрелкой, прикусил сигарету, глыба бесшумно подалась. Склонился к сапогу, достал узкий нож, подковырнул, вытащил камень. Повертел его в руках, прикинул на руку, не высоко подбросил, ухмыльнулся только себе понятным мыслям. Если все не так как Он сказал, я перережу ему глотку от уха до уха. Гаспар придвинул зажигалку к проему в стене. Отменное зрение не подвело и в этот раз. Кусок камня, аккуратно, не создавая лишнего шума, положил подле ноги, свободной рукой влез в зияющую черную пасть стены, пошарил, поморщился.
-Хоть бы пылюку протер, урод.,- сквозь стиснутые зубы, пробормотал демон. Горячие пальцы наткнулись на что-то холодное. Не долго думая, мужчина рывком вытянул небольшую коробочку. В ту же секунду, камень, находившийся сверху над проемом, издав щелчок, опустился вниз. Прекрасно! Сделав несколько шагов в сторону, оперся плечом на стену, железная коробочка, приятно холодила пальцы. Докурив сигарету и потушив окурок, принялся рассматривать произведение искусства. На верхней крышке, стальной коробки был выгравирован павлин. Каждое перо его хвоста, украшал красный рубин, а в проемах глаз, поблескивали опалы. Старый скряга, сколько же лет ты прятал эту штуковину от своих?! Налюбовавшись внешним видом, откинул крышку. Гаспар много побрякушек видел, но что б такое. Меня не просто удивить, но Тебе удалось. Словно услышав его мысли, над водой пролетел легкий смех. Коснулся плеча мужчины, развеял волосы. Дэффо покачал головой, произнес в темноту:
-Помалкивай, а не то моя милость обратиться в казнь. Глухой стон, разорвал темноту. Так, что же так удивило демона?! Браслет. Две серебрянные, сплетенные между собой змеи, в порыве страсти, а может и ненависти, рвали на части золотую корону. Глазницы пылали мертвым огнем. Из пасти исходил багровый свет. Казалось бы, ничего особенного. Да только не все так просто. Браслет давал своему хозяину способность перемещаться во времени. За этот дар, необходимо поить змей кровью, отдавать часть своей души. Один полет - одна часть. Не велика плата за возможность изменить прошлое, не так ли? По губам демона проскользнула горькая усмешка. Он рад бы воспользоваться этим браслетом, да только души у него нет, отдавать нечего. Сунув коробку в карман, вгляделся во тьму. Ночь только начинала открывать свои тайны.

Отредактировано Gaspar Daffoe (2010-07-25 15:39:56)

0

244

< ----- Замок.

Июль. 2010 год.

Нир медленно прогуливалась по ночному городу. Любуясь торжеством летней природы. Откуда-то доносился легкий аромат цветов, образуя с морским воздухом странную композицию: кошка еще не могла определиться – нравится ей этот запах или нет.
Забавно, но вновь, как и в прошлый раз, после бала, чутье привело ее к пирсу.
- Кошку влечет к воде, как это мило – Сэй усмехнулась, вспоминая, как в тот раз, она повстречала здесь очень интересную персону, но, к сожалению, а может и утерянному интересу, больше они с ней так и не встречались.
- И все-таки здесь намного лучше, не смотря даже на наличие больших объемов воды – Сэянир была рада вырваться из объятий лживых улыбок и сладостных речей этого карнавала. Конечно, она и сама могла продолжать играть одну из ролей в этом замке, но это быстро наскучивает и тем более, Нир не хотела изображать театр одного актера. Ей же хотелась быть на первом плане: утешить свою эгоцентричность вниманием к своей персоне или потушить это желание в тишине и призрачном одиночестве.
Ветерок все еще не отпускал пряди серебреных волос, переплетая их между собой. Сэй вздохнула – ни одна расческа потом не поможет… - как ни странно, но это ее нисколько не огорчало, а наоборот, веселило даже, скорее всего, сказывалось вино.
Кошачьи глаза, вновь цвета янтаря, смело вглядывались во тьму, пытаясь разглядеть дорогу или удостовериться, что нет летучих мышей поблизости – Нир, очнись, какие мыши?! Уже не то время – кошка громко рассмеялась, слегка осуждая себя за эти глупые мысли.  Вдруг какой-то шорох рассек темноту, от чего кошачьи ушки нервно дернулись, заставляя золотое колечко покачиваться.  Сэянир слегка напряглась, но кошачье любопытство уже вовсю рвалось наружу, поэтому неко ловко в несколько шагов, стараясь не шуметь, подобралась к тому месту, откуда шел этот звук.  Но когда Нир всмотрелась, то впервые на нее напало оцепенение. По коже пробежались мурашки: кошке и в правду стало как-то не по себе и одновременно ее снова тянуло к этому мужчине. Она не отводила от него глаз – они сверкали в темноте, выдавая настороженность, но в тоже время непонятную восторженность. Цвет их незначительно изменился: стал более насыщенным, как будто с примесью, словно сквозь них хочет вырваться другой цвет, но его предусмотрительно сдерживают.  Шейд легко усмехнулась, слегка обойдя его:
- Я, кажется, нарушила ваше уединение? – голос сквозил хитростью, и где-то проскальзывали нотки интереса, а в это время хвост предательски дрогнул, напоминая об осторожности.

0

245

Над темной, непроглядной мощью воды, собирался белесый туман. Его молочные клубки, стягивались со всех сторон водоема. Укрывали поверхность  мутной пленкой, боролись между собой, протягивали щупальцы к краю пирса. Гаспар молча наблюдал за происходящим. Его сознание разделилось, неспеша проникло в каждый предмет, находившийся неподалеку. Демон ощутил могильный холод каменной стены, прохладу темной воды, невесомость тумана, легкость ветерка. Прощупал пространство. Сейчас ничего не существовало. Он отождествил себя с Единством мира. Стал всем и в тоже время ничем. Он был полон и пуст одновременно. Можно только посочувствовать существам, живущим в паутине чувств. Их ограниченное сознание не может принять окружающий мир со всей его полнотой. Обычное ухо не в силах услышать "как" звучит Голос Безмолвия... Легкий поток ветра, развеял подол плаща, прикоснулся к коже. Дэффо открыл глаза, чуть склонил голову на бок. Позади него, там в темноте ночи, хрупкое существо, пытливым взором оглядывало его с ног до головы. Гаспар физически чувствовал этот взгляд. Наверное так смотрят, те кто безумно влюблен или же, когда ненавидят всей душей. Милый, нежный голосок, прозвучал совсем близко.
-Напротив,-демон улыбнулся. -Вы его скрасили. Дэффо взял ручку девушки, едва касаясь губами поцеловал. Короткий кивок в знак приветствия, ничего личного, простая формальность. Повернувшись в сторону воды, сделал глубокий вдох. Ощутил прохладу ночного воздуха, как вздымается под натиском грудь. В далеке послышались веселые смешки, народ возвращался с карнавала. Смейтесь господа, ведь никогда не знаешь, скоро ли предстоит повторить празднество... Не стоит скрывать, Гаспар ожидал появления ночной гостьи. Сколько он себя помнит, интуиция не подводила его. Вот и сейчас, удивительная незнакомка, волшебное приобретение, да и отличное расположение духа. Все обстоятельства его далекого путешествия в этот город, ночная прогулка, знакомство - собирались пазл за пазлом в одну картину.
-Что привело Вас в это уединенное место?

+1

246

Сэянир могла вовсю насладиться увиденным: стоящий перед ней  мужчина словно растворялся в ночном пейзаже, сливался с ним, превращался в него. Кошачьи глаза  пытались не упустить никакой детали, только вот зачем неке это. Она сама еще не знала.
Ее появление не вызвало удивления, словно ее тут поджидали. – А вот это уже интригующе… - девушка приподняла уголки губ в полуулыбке, когда в знак приветствия ее руки второй раз за сегодняшнюю ночь коснулись губы.
- Значит, вы ожидали, что кто-то нарушит очарование этой тишины вокруг вас? И эта участь выпала мне, забавно… - Нир говорила на автомате, переводя взгляд с мужчины на непослушную гладь воды. Слышался едва различимый шелест листвы неподалеку, плеск темной воды и все эту картину дополняли угасающие звезды. Весь запас неистощимого любопытства на мгновение пропал, оставляя  лишь детское ожидание того, что она здесь и сейчас нелишняя. – Странное состояние…. И от него я не чувствую негатива к себе,  наоборот…. Он как будто и в правду ждал тут меня…бред… -  это неожиданное чувство одновременно пугало и влекло девушку. Было неожиданно для нее чувствовать чье-то состояние, тем более не близкого человека. Сэй нахмурилась, вглядывалась в просветы в небе, словно там должен был быть ответ на интересующий ее вопрос.
- Что меня сюда привело? – переспросила Шейд, скорее всего для того, чтоб понять смысл вопроса для самой себя. На какую-то долю секунд захотелось укрыть правду от чужих глаз и приплести к разговору липкую паутину лжи, неправды, но что-то останавливало.
- Я ушла с карнавала, из замка…. Там стало очень скучно… - Сэй говорила немного отстраненно. – И когда я вышла на улицу, меня как будто кто-то незримый зазывал именно сюда.  Кто-то увлекал в это место…. В прочем, кажется не зря…. - почему кошка сейчас это говорила, она сама даже не подозревала. – Я точно брежу…. Ох, уж это вино…. – девушка развернулась лицом к мужчине и попыталась увидеть реакцию на ее слова.

0

247

Ах! Женщины, женщины...как же с вами тяжело и просто в одно время. Вы маните, интригуете, завораживаете и холодите. Разрешаете себя любить, ласкать, подпускаете совсем близко, открываете дверки сердца. Раните, а иногда и убиваете. Господь создал вас для утешения... мужчин...но только собой вы больше тешитесь...И почему эгоистами называют нас? Одно Гаспар знал точно, эту милую девушку ему послали не спроста. Неужели там, в глубине Бездны, грозный правитель смилостивился и бросил как голодному псу на растерзание кость, это нежное создание. Или может на небесах, Господь Бог из жалости над демоном, пытавшимся жить по-чести, преподнес великий дар, возможность избавиться от тоски одиночества. От невыносимого ощущения пустоты в груди, от тягучего, липкого страха, а может и от самого себя. Кто знает...пути Господни не неисповедимы...
Дэффо посмотрел в глаза девушки, совершенно не скрывая своей заинтересованности, напротив, он хотел дать понять ей, что ее появление что-то означало для него. Мужчина потянулся рукой к щеке девушки, провел совсем рядом, касаясь лишь воздух. То ли спугнуть боялся, то ли не хотел торопить событий. На самом же деле, это прикосновение могло означать намного больше, чем просто желание ощутить бархат кожи живого существа. 
-Мы никогда не знаем своего "завтра",-демон опустил руку, посмотрел даме в глаза -Не можем решать, что сделаем или не сделаем. Наш дар выбора, просто иллюзия, необходимая для  укрытия истины. Того, что нами руководят, того, что все происходящее уже когда-то случалось. Вы знаете, что случайности не случайны? Гаспар улыбнулся. Улыбка вышла горькой, как крепкий кофе. Что я могу дать тебе?! Чем поделиться? Нужен ли тебе тот, кто сам ищет утешения...

+1

248

Сэянир молча наблюдала за мужчиной. Ей вопреки всему сейчас не хотелось говорить, тишина приятно ласкала слух в данный момент. Она сейчас походила на застывшую фарфоровую статуэтку: заворожено смотрела и молчала, лишь едва заметные эмоции пробегали по лицу. Но когда к ней была протянута рука, Сэй внезапно слегка вздрогнула и чуть подалась вперед, необдуманно, да, но инстинктивно. Кошка всегда останется кошкой и никак иначе. Да и любому существу нужно внимание, не то, когда ты в центре внимания всех, а когда  тебе просто пытаются донести до слуха немые слова действиями. Прикосновения не было: неко не могла понять в тот момент, что она чувствовала – разочарование или наоборот легкое облегчение. Эта нежданная встреча не давала ей покоя.
- То есть, все уже предначертано и мы ничего не решаем? – девушка опустила глаза вниз, задумываясь. Нир никогда не нравилась такая позиция взглядов, нет, это не её. Она думает по-другому. – Да, именно, это слишком для меня… - Сэй слегка оживилась, вновь встречаясь взглядом с мужчиной. Она не собиралась сейчас открыто спорить, нет, еще не время для этого, позиция не совсем ясна.
- Может случайности и не случайны, но тогда для чего жить, если все за тебя решили? Ведь это глупо, не находите?  Если так думать, то вкус жизни теряется, окончательно и теряется смысл всего. Это уже переходит в границы апатии, которая может перерасти в безумие…  - кошка нисколько не смущалась хода своих мыслей, это ее мнение, и она в праве его огласить. Сэянир на какое-то время замолчала. – Становится невыносимо грустно…. Подобное я уже слышала…. И до сих пор я не соглашаюсь с этим мнением.
- Если это так, то это становится больше всего похоже на театр теней. Кукловод вершит судьбу своих кукол… это трагедия для безмолвных кукол…. – девушка нахмурилась, от чего ее личико еще больше приобрело кошачьих черт.
- По мне так лучше позиция – что мы можем изменить ход действия, что мы влияем на него. – Сэянир замолчала. Может она и не поняла сути, но зато смогла высказаться – а это тоже для сегодняшнего вечера было неплохо.
И все же одно нарастающие чувство внутри не давало покоя – Сэй лишь оставалось гадать, что тут твориться.

0

249

- Согласен!,- демон произнес довольно громко. -Конечно выбирать намного интересней. Появляется азарт. Сегодня одно, завтра другое...Мы путаемся в своих желаниях, становимся их рабами. Ах, как сладостно решать самому ход своей жизни. Быть ее хозяином. Гаспар подошел к девушке почти в плотную, взял прядку длинных волос, накрутил на палец. О юность! Наивность и глупость...
-Вот вы миледи. Говорите, что позиция "выбора" намного лучше, а соответственно и приятней на слух. - мужчина поднес прядь к лицу, вдохнул аромат. -Не значит ли это, что вы атеистка, хотя какая разница. Сейчас куда не глянь, неверующих пруд пруди. Отпустил прядь, взглянул в глаза. Там в зеленых кошачьих, пряталось нечто удивительное. Гаспар смотрел сквозь призрачную стену фальши, сквозь тонкий слой льда. Там, внутри билось живое, настоящее сердце. Что отдал бы он за это? Да все что угодно...свою проклятую душу...
- Я не представился и это не делает мне чести.,-улыбнулся.- Гаспар Дэффо. Чуть склонил голову, позволяя ветру трепать волосы. Мой мир жесток, но ваше присутствие в нем неизбежно...
Рассвет появился незамедлительно. Багровые лучи окрашивали воду в кровавый цвет. Такое огромное озеро крови. Что могло произойти здесь? Кто мог это сделать? Гаспар знал. Там наверху, управляли всем этим, невидимые стражи вечности, проходящей для нас дольше чем для кого бы то нибыло. Решайся. Второго такого рассвета может и не быть. Делай свой выбор. Я не смогу ждать вечно...смерть настигнет в любой момент. Наверное и менно поэтому, люди предпочитают думать о свободе выбора, цепляясь за иллюзию прожитого дня...

==> неизвестное направление

0

250

- Да, азарт – это то, что толкает всех нас на это, вы правы. Но разве это не лучше, чем смериться с тем, что ты – марионетка? – с вызовом выпалила Нир, глядя прямо в глаза мужчине. У нее и в мыслях не было, оттолкнуть его от себя или отойти самой – что-то заставляло кошку оставаться на своем месте.  Был ли это простой интерес? Девушка не могла ответить на этот вопрос, возможно даже просто не хотела разбираться в этом.
- И почему его слова заставляют меня так бурно реагировать и даже сомневаться в своей правоте? – это нисколько не нравилось неке, вводя ее в пространственную растерянность.
- Атеистка ли я? Скорее да, чем нет. Я верю в себя и в свои силы, остальное лишь повод поверить в зыбкую эфирную надежду – она сделала шаг назад. Ее видели как будто насквозь. Это пугало, настораживало и одновременно будоражило сознание.
- Гаспар Дэффо – вслед за мужчиной протянула кошка, стараясь одновременно запомнить имя и пытаясь понять, что за ним скрывается.
- Может я и не чувствую опасности, но он явно не из тех, кого украшает нимб над головой – Сэй откинула волосы с плеч, пытаясь собраться с мыслями.  – Я пришла сюда сама, поэтому могу уйти ведь в любой момент – но уходить и не хотелось как раз… Холодные губы растянулись в полуулыбке, подобной прекрасному сверканию драгоценностей.
- Сэянир Шейд – в свою очередь представилась кошка. – Надеюсь, мое имя оставит отпечаток в вашей памяти, так как… - Нир подошла так близко к мужчине, как только смогла. – Ведь думаю – голос снизился до шепота – а может, и сама надеюсь на это – пауза, простая пауза, говорящая о многом. – Мы непросто так увиделись… Думаю эта случайность оставит свой след на дальнейших событиях. -  Кошка аккуратно провела рукой по плечу мужчины и следом, развернувшись, не задумываясь, стала удаляться от этого места.
- Кажется, я впервые скована по рукам и ногам…

----> Квартира Сэянир.

0

251

===> Центральное полицейское управление
11.30 Октябрь 2010 года
светит неяркое солнце, немного согревая. Слабый ветерок.

Осень смеялась, смотря на город. Он казался ей таким одиноким и чужим, что не заслуживал и одного ее прикосновения, но по законам этого мира, золотая лисица непременно должна была заглянуть во все уголки своего царства. Мир людей, холодный асфальт и под стать ему – унылые лица живущих. Золотоволосая барышня направлялась прочь из бетонных джунглей, в которых не осталось и тени цвета, и капли чувства, лишь заевшие пластинки жизней – работа/дом/работа. Скучно! Однообразно! Не ради этого каждый год просыпалась она, хотелось праздника и чего-то интересного. "Жизни! Больше жизни, живущие! Или идите на кладбище, ложитесь в уютные могилки и спите дальше. Ничего не измениться будете вы существовать или нет!"
Осень уходила, тихо шурша подолом из листвы… она была не довольна.
Такси остановилось, выпуская из своего чрева пассажиров. Куколка улыбалась, быть может, это был последний день ее жизни. Жизни, наполненной светом, горящими от желтой листвы деревьями и детской беззаботностью. Может, это был ее первый день. Такой… теплый.
Золотоволосая красавица замерла, показалось или в глазах живущей отражался блеск осенней нежности? Город сохранил еще мимолетные воспоминания ее чувств и раздаривал их первым встречным? Каков нахал! Но, не смотря на это, лисица-осень замерла, любуясь парой. Даже ветер притих на миг, что бы после с силой взметнуть желтые листья, закружить их в танце и дождем опрокинуть их на пару, прогуливающуюся по пирсу.
- Красиво… прошептала Эмили, чуть сильнее сжав пальцы Габриэля. – Это наша первая осень. Так же тихо и немного задумчиво, вырвались слова.
На пирсе было довольно много людей, но они находились, будто за гранью, где-то далеко и совершенно отдельно от пары, которая неторопливо шла вдоль набережной. В мире случается довольно много нелепостей, одной из них была кукла, одной из них был Габи. Это лишь случайные совпадения? Осень знала, кто-то придумал эту встречу за них. Это было написано в душах. Как клеймо. Золотоволосая улыбнулась, она нашла то чувство, которое прятал от нее город. Она осталась довольна.
- Ты никогда не хотел изменить свою жизнь?
Смешно! Какой несуразный вопрос от той, которая ничегошеньки не знала о жизни Габи. Неужели пустоту нужно чем-то заполнять? Словами, которые не несут ясности, а лишь пытаются нащупать ниточки к пониманию. Не находят, обрываясь.
Несмелая улыбка. Взгляд в глаза. И еле слышное:
- Я почти ничего о тебе не знаю…

0

252

---> Центральное полицейское управление
11.30 Октябрь. 2010 год.
Неяркое солнце, слабый ветер.

Это было похоже на медленное всплытие с глубины. Он продирался сквозь обволакивающую завесу забытья нетерпеливо и жадно-болезненно, как ныряльщик тянется к глотку спасительного кислорода после долгого погружения. Сначала вернулся слух. Мерзкий статичный звук помех врывался в сознание, заставляя болезненно содрогаться внутри. Звук абсолютно равнодушный, как скрежет наезжающего на тебя скоростного поезда. Следом вернулись запахи, целый букет ароматов ударил по еще не пришедшим в себя нервным окончаниям: гарь, паленая проводка, жженый пластик, и то, что он особенно ненавидел - запах раскаленного металла. Сознание заполнилось вихрем возвращающихся обрывков прошлого. Он вспомнил, где он, и что произошло. Нападение. Взрыв. Не спастись. Вереница погибших и погибающих. Слишком много смертей за одно мгновение, позже он обязательно подумает об этом.
Габриэль открыл глаза, ощущая, как электрический импульс пронзил его тело с головы до кончиков пальцев ног, но находя себя не на краю обрыва в обломках рухнувшего вертолета, а в такси, где тепло, пахнет машинным маслом и бензином на грани внимания, и практически в объятьях не пламени, а Эмили. Вот кого точно не могло быть в его кошмарной реальности. Это было бы слишком злой насмешкой судьбы: очнуться в тлеющей матке железной птицы со взорвавшимся главным компьютером и смотреть, как к тебе неотвратимо медленно приближается концентрированная лужа охладителя, сочившегося из верхнего контура, а рядом держится за руку и смотрит огромными глазами цвета самого глубокого моря та, ради которой и стоило бы жить. Он медленно потянулся, чтобы не привлекать к себе особого внимания и на пределе взбунтовавшегося подсознания ощущая сильную боль в ребрах. Кажется, туда пришелся удар отлетевшей части компьютера, когда он изволил взорваться и...
- Уважаемые, мы прибыли.
Звонкие монетки падают в работящую, мозолистую ладонь азиата-водителя, дверца такси хлопает за спинами двоих молодых людей и автомобиль, мягко урча, двигается с места, оставляя их наедине друг с другом против всего великолепия осеннего города. В данный конкретный момент они висели посреди бесконечной пустоты, где даже не видно далеких звезд. что уж говорить о других людях?
Постепенно Габриэль приходил к мысли, что действительно слишком давно не бывал на улицах вот так - запросто. Не тащил за собой неподъемные человеком грузы, не прятался и не выслеживал, а просто...как это? вышел на прогулку?
- Первая... - эхом повторил он, должно быть действительно искренне улыбаясь, как делал это прежде...они такие разные. Безумно. Лилит и Эмили. Боль, страдание, горящее на смерть и умершее там, в захламленных подвалах, среди тупорылых морд слепых хищников и янтарная осень, в танце кружащаяся рядом теперь, счастье и глоток прибрежного свежего воздуха. Ледяная вода колышется на уровне колен.
- Хотел, веришь или нет, даже пытался. А ты - свою? - пожав плечами, мужчина чуть сбавил свой широкий, солдафонский шаг, чтобы спутнице не приходилось семенить за ним следом, а вольно было бы рядом, почти под опекой и действительно под охраной. Огромная цепная собака на страже своего благоразумия, - а...х-ха...
Сбился. Стушевался и замер, кашлянув в кулак. Жуткая паника трупным червем пробиралась в мозг, которые множились под черепной коробкой, захватывая все больше жизненного пространства, грозя выйти через плотно сомкнутый рот криком безысходности.
- Это страшная сказка, Эмили, - серебряная нить разума трещит по швам, расползаясь, выбиваясь из общего узора ткани самого сознания. Что-то мешает ему думать и отдыхать. Словно дурное предчувствие, вылезающие черными жуками из появляющихся постепенно дырок ткани, оно заставляет Габриэля зримо нахмуриться. Дурное предчувствие того, что сегодня что-то произойдет. Не нужно понимать эту нотку Голоса, чтобы пойти вперед: губя складываются в усталую и добрую улыбку, - сказка не для тебя. Хочешь чего-нибудь?..

0

253

Страшные сказки не для кукол вроде тебя. Что ты видела в своей короткой жизни, что ты успела пережить, а? Вот именно - все происходящее с тобой лишь твои личные маленькие трагедии или победы. Ты не видела жизни, не чувствовала почти ничего. Ты - еще ребенок, поэтому не спрашивай у взрослых дяденек о таких сложных вещах. Все равно не поймешь. Или не поверишь. Не будь наивной…
Слова Габриэля неприятно кольнули, хоть и мягкие, но все равно обидные. Фразы будто намекали ей на возраст, на опыт и на... на то, что она ребенок для него. Но, несмотря на это, Эмили не перестала улыбаться. Не стоило портить мимолетный отдых рядом с ним из-за таких мелочей. Это не ее мысли, всего лишь хорошо усвоенный урок.
Кое-чему малышка Эмми научилась, пока была в окружении падшего. Нет, о нем остались неприятные воспоминания, этот человек навсегда останется кошмаром. Ее личным монстром из прошлого, впрочем, она не смела ненавидеть Ассара, просто до дрожи боялась. А вот учителем была женщина этого чудовища. Вилетта де Мериан. Эмили часто наблюдала за фаэри, и, кажется, даже сделала ее своим идеалом. Вилетта, сама не зная того, учила куклу правилам поведения в обществе, с мужчинами, женщинами. С любимым. Она жила, играючи, и играла в жизнь, но никто бы не посмел упрекнуть ее в этом. Особый шарм. Жаль, но куколка так никогда и не решилась заговорить с этой женщиной, лишь наблюдала. А теперь было уже поздно что-то менять. Но в памяти Эмили навсегда остались эти уроки. Чему кукла была благодарна. Именно благодаря фаэри кукла научилась улыбаться, даже когда в сердце было совсем не то.
- Не я хозяйка своей жизни и не мне ее менять. Зазвенели колокольчики голоса. – По крайней мере, до последнего времени было так. Теперь же я пытаюсь жить, как хочу. "С тобой. Рядом." Последнее не в силах произнести, лишь подумала. Мысли отдавали сладким и нежным клубничным муссом, с еле ощутимой частичкой горечи.
Было прохладно, да еще и ветер приносил ледяные капли моря, орошая прогуливающихся людей. Эмили немного поежилась, но, мысленно настроив себя не обращать на это внимание – попыталась расслабиться.
- Может горячий шоколад? Улыбнувшись, почти с детской радостью, предложила Эмми. Впереди маячил киоск со всякой всячиной, куда и направилась пара.
Кукольные мечты вскоре разобьются, столкнувшись с реальностью, они уже начали медленно рушиться. Впрочем, пора взрослеть, раз уж решила сыграть по взрослому – в любовь.
- Мы из разных миров, я еще слишком молода и не всегда правильно принимаю решения, и во мне нет страха, я лишь учусь, как и все – на своих ошибках. А ты… кукла остановилась на мгновение, заставляя посмотреть себе в глаза. – А ты порой слишком глубоко в себе. Ее голос не был грустным, скорее прозрачно-стеклянным, не отражающим ничего. Пустые слова. Иногда она не знала, каким цветом эмоций следует окрасить слова, поэтому оставляла их недосказанными.
После, испугавшись своих собственных слов, Эмили приблизилась к рыжему ангелу и легонько поцеловала, будто хотела почувствовать, что он реален, а не плод ее воображения. Когда кукла отстранилась, в глазах вновь уже сияли огоньки мягкости и неуловимой нежности.
- Расскажи мне о себе то, что считаешь нужным... отвела взгляд и добавила, - или не говори ничего. "Тогда придется слушать меня. И, думаю, ты не услышишь ничего нового для себя. Хотя, быть может, я и не смогу сказать о том, что действительно волнует."

+1

254

Ему хватит времени осмотреться, ощутить себя неотъемлемой частью огромного червя, в утробе которого суждено было оказаться, сделав один неверный шаг по долгому коридору. Не вперед, назад. И почувствовать холод, холод не такой, как на улице зимой, как в морозильной камере среди подвешенных, освежеванных туш коров и быков, а пробирающий изнутри, леденящий душу, потом уже только сковывающий тело. Несколько часов, что бы привыкнуть. Безмолвный вопрос «что делать?» и показная готовность к действию в полуобороте корпуса, в расправленных плечах и чуть опущенной голове. Странно несвойственно. Впрочем, как и все последующие, все предыдущие дни. Иногда он не понимал, что происходит вокруг, иногда не верил в то, что происходит с ним. Два года назад тоже была осень, правда поздняя и отчего-то совсем не по-восточному знойная, и безумная желтизна крон вовсю радовалась красному, как наливное яблоко, солнцу. Два года назад тоже были прогулки по набережной, но вечерние, темные, мимо жидкого золота в черном чугуне фонарей: совсем, как на фотокарточках девятнадцатого века; непроглядный черный туман, дым, отступающий по мере движения вперед - марево испарений от луж, не успевших стечь в канализацию и хлюпающих от того под ногами так сыро, от них отчетливо пахнет ржавчиной и, отчего-то, старым заплесневелым сыром. Что-то касается щеки.
Провод?
Петля.
Ледяная вода накатывает до середины бедра и замирает, напряженно колеблясь, словно от брошенного камня. Она пропитывает насквозь крашеную в черный джинсу, что начинает уже ощутимо тянуть вниз, куда-то, где теряются уже ноги, не видно дна. Там, в темноте, рыбы с полными зубов пастями. Слова помогают не смотреть вниз, а только лишь ловить взглядом пестрокрылую бабочку Эмили, все кружащуюся вокруг.
- Ты способна жить так, как сама этого захочешь, - надежда и доверие дрожат в запахе камфары и хлорки, - не верь тем, кто говорит обратное.
Два года назад среди серых плашек лиц Габриэль видел на набережной улыбки детей, женщин и мужчин. Наблюдал подолгу, как общаются они между собой, каждый по разному, но все в едином порыве. Студенческая жизнь всегда весела и беззаботна, а здесь так часто можно было встретить учеников любого курса в старшей или специальной академии. Одинаковые сумки в руках, форма с нашивками слева на груди, мобильные телефоны в слегка озябших руках. Вряд ли хоть один подросток найдет такое существование непривлекательным. Большинство даже намеренно ищут университет в дали от дома, чтобы, наконец, вылететь из под родительского крыла, начать новую самостоятельную жизнь, завести новые знакомства и найти свою единственную и неповторимую любовь. Мужчина медленно кивнул на предложение о горячем шоколаде, словно действительно ощущая между лопаток чей-то сверлящий взгляд. Может, показалось.
- Это действительно так.
Это - невероятно точно. Слегка сжал изящные пальчики куклы в своей ладони, такие длинные и тонкие, словно предназначенные для срывания тихих стонов со струн какого-нибудь музыкального инструмента. И, быть может, не только с них. Изысканный звон серебряного бубенца. Замершее на морозе стекло с тонким узором прикосновения инея. Слова, как дыхание зимы из раскрытого окна.
Эффектом 25 кадра в осколках и крошеве обожженного пластика.
Шелк губ. Рассыпающаяся жаркими искрами осень - подняв руку, он коснулся мимолетно пшеного цвета ее волос, скользнувших между пальцев так легко и почти прозрачно.
- Нашим мирам нельзя соприкасаться, - и я благодарю всех самых древних богов за то, что это так, - наверное, поэтому мы знаем друг о друге так мало.
У небольшой лавчонки, где продавали и горячий шоколад, и чай, и кофе, и даже только что сваренные глинтвейн и пунш, было достаточно много народу, но не пришлось бы стоять в долгой толчее за вожделенным горячим напитком. Несколько человек только держало наготове деньги - Габриэль потянулся за кошельком в карман куртки так же, как сделал бы любой на его месте.
- Эмили...вся моя жизнь - война и я в ней далеко не самый положительный герой. Я, в общем-то, вообще не герой, - среди нескольких достаточно крупных купюр, сваленных куда попало пластиковых и скидочных карт, чьих-то визиток и фотографий, вырезанных, видимо, из общих, находится горстка мелочи, звенит по мягкой подкладке и выпадает на подставленную ладонь, - скорее, враг.
Мир словно замкнулся.
Почему? Как это почему? Потому что это не правильно и не естественно и аморально.
Но сейчас была совсем другая ситуация. Они находились в общественном месте, за его спиной стоял невысокий старик в широкополой шляпе, цедящий кофе маленькими голоточками, а за Эмили маячили две студентки, в такую рань решившие порадовать себя сладостями: веяло от них дешевыми духами и завистью.
-Лучше, если ты расскажешь о себе. Правда?

0

255

- У нас с ним нет будущего.
- Запомни, будущего нет у того, кого трамвай переехал.(с)

Эмили однажды прочитала в какой-то умной книге мысль не менее умного человека, которая гласила: "Полюбить можно лишь то, что знаешь." Тогда она даже поверила в это. Наверное, потому и не заводила слишком тесных знакомств - не хотела любить, потому что это слишком тяжело. Так говорили, она сама не знала. Но случайная встреча изменила все. Вот так однажды и навсегда. Это называют судьбой? Кукла считала это лишь сном, который рано или поздно закончится. Вспомнив прочитанную когда-то цитату, кукла лишь грустно улыбнулась в душе. Только теперь она поняла, что это все пустое. Главное не то, знаешь ты или нет, главное - что говорит по этому поводу сердце. Кукла чувствовала, что пусть каким он бы не был, из ее сердца это уже не вырвать. Его не вырвать. Поэтому Эмили не особо волновало для кого ее рыжий ангел враг, а для кого друг. Для нее он всегда будет одним-единственным. Ее сердцем.
Стаканчик с горячим шоколадом приятно грел пальцы, а аромат, который разносил ветер, наполнял ее воображение картинами воспоминаний. На устах появилась улыбка, немного задумчивая и чуточку лукавая.
Пара остановилась у лавочки:
- Присядем? Солнышко довольно хорошо нагрело сидение, да еще и ветер затих, поэтому было не холодно.
- Моя жизнь не сказка, как многие могут подумать. Голос слегка дрогнул, Эмми думала над тем, что сказать. Слова последнее время теряли всякий смысл, их было недостаточно. - Но я уже привыкла. Кто-то может завидовать такой жизни, известности, работе, но, к сожалению, я не выбирала. Скорее уж этот город, или судьба... не знаю. Кто-то за меня это все придумал. А потом рассмеялась, звонко и по-детски радостно. – Знаешь, а ведь это не важно. Для меня не имеет никакого значения эта работа, и этот город… осеклась. Задумалась, а кто же или что же ей важно. Оказалось, что в ее жизни нет никого близкого, никого, кто бы всегда был рядом, в любую минуту. Из ее жизни все уходят, а в сердце после остаются черные дыры. И даже не больно, просто холодно по ночам. – Я бы могла быть счастлива в любом месте этой планеты… я уверена. Она не скажет, что счастье – это он, сам должен понять. – Счастье в малом, как сейчас… куколка поставила стаканчик на лавочку, встала, и закружилась, будто в неизведанном танце, под симфонию, которая состояла из шума волн и шелеста пожелтевших листьев. Ветер танцевал вместе к Эмми, осыпая девушку золотым дождем. Лучи осеннего солнца окружали куколку золотым ореолом, создавая впечатление, что девушка горит. Она смеялась. Эмили действительно была счастлива.

0

256

НПС.[человек]Кенжи. «Аська» мигнула наконец долгожданным зеленым огоньком - громкость переносного компьютера была поставлена на максимальную громкость и даже среди шума проносящихся мимо автомобилей по новой автостраде, задорное «ку-ку» было услышано. Компьютер - прекрасное средство общения. С человеком, облаченным в простой серый плащ, вышли на связь совершенно стабильно, минута в минуту. Есть такие дурачки, которые думают, что чем шикарнее место, куда они отправляются, чем дороже они платят, тем выше будет качество обслуживания, питания и всего прочего. Есть такие дурачки, которые гуляют по набережной, забыв о безопасности. Придя на заранее оговоренное, а ныне уточненное в коротком сообщении, место, человек осмотрелся, не снимая темных очков и не опуская серого, крупной вязки, шарфа, поднятого на уровень переносицы. Он знал, что все будет происходить именно в закутке набережной, а еще, еще ему конечно было известно, где скрывается тот дурачок, с которым он недавно общался. Выждав момент, когда на улице никого не было, он юркнул в закоулок, и осторожно ступая, поднялся по пожарной лестнице на крышу невысокого дома - в нем располагалась популярная в этой части города не то кофейня, не то дешевый ресторан. Человек устроился на скользкой, покрытой тонко лежащим льдом, крыше так, чтобы с улицы его нельзя было разглядеть и начал распаковывать свою сумку, предназначенную, в общем-то, для посещения боулинга и никак не идущую к его внешнему образу. Ближе к краю крыши, на узком скате, под тоненькое перекрытие легла собранная укороченная винтовка. Выстрел должен был получиться идеальным - это не первое задание его, Кенжи, но он до сих пор оставался киллером-недоучкой, едва раздобывшим деньги на приличное вооружение. Долго, со старанием прилежного ученика, он рассчитывал траекторию полета и то и дело смещал винтовку, чье дуло неприятно скрежетало по металлическому ограждению. Но уже он представлял, как примерно будут развиваться события, так что мог с 98% уверенностью в своих догадках сказать, где именно будет находиться его цель. Установив ее, юноша принялся ждать. Молодой, он все же привык проводить время в ожидании. Но у него была слабая психика. Стоило взгляду различить среди образовавшейся бреши в людской толпы необходимого человека, как палец тут же выжал курок три раза до упора. Выстрелами, которые произвел Кенджи, могла бы похвастаться любая блондинка, которая после бессонной ночи идет домой и распугивает пистолетом встречных бомжей. Сорвавшись с места, путаясь в полах плаща, юноша спешно старался запихивать оружие обратно в матерчатую сумку, мельком глянув, что - не попал.
НПС.[маг теней]Ноэма. Когда человек теряет связь с реальностью неосознанно, то можно сказать, что он душевнобольной. А если человек все - таки понимает, что он делает, то тут можно говорить лишь об отказе от общения с другими. Строго говоря, можно утверждать, что в каком - то смысле в отказе от общения всегда заложено безумие. Холодный ветер приятно обдувал разгоряченное лицо, играя со светлыми прядями - блондинка, кутаясь в теплую куртку, спешила по набережной; за ней, неслышно, легко скользили тени. В кармане пуховика изящная ручка наманикюренными пальчиками сжимала новый, еще пахнущий оружейной смазкой, пистолет. Она знала, что должно было произойти, что происходит сейчас и что прокатится дальше, когда дым от выстрела осядет к дулу снайперской винтовки, а лох, которому было поручено сложное дело, постарается сбежать. Ему не дадут уйти далеко. Или она, или сорвавшаяся с цепи, возможно раненая, но совершенно точно живая, жертва. Блондинка с модельной внешностью была здесь скорее для подстраховки ситуации, в которой никак нельзя было допустить, чтобы жертва узнала причину покушения. Нет. Габриэль не должен был ничего узнать.

Это - утро нашей любви,
Это - только заря нашей любви.
Янтарные бусины веселья, растопленные слабым осенним солнцем по темным пластиковым стаканам. Звонкими монетками расплата за минутное удовольствие так же проста, как и все, каждый день совершаемое в этом городе и даже когда тень ложится не ресницы, достаточно сморгнуть, смахнуть их, как ажурную льдинку, невесть откуда взявшуюся в чистом небе снежинку. Щебет птичек, голоса студенток, старичок в широкополой шляпе - все они остаются далеко за спиной, когда странная, но сцепленная сердцами крепче, чем всякие замки, пара останавливается у находящихся в отдалении, выстроившихся в ровные ряды, скамеек с красивыми литыми перильцами и ножками, утопающими в палой осенней листве. Стало заметно теплее.
- Жизнь все расставляет так, как ей заблагорассудится. Она весьма стервозная женщина, - еще немного, и все слова уйдут, оставив после себя глубокие, не зарастающие дыры в привычном шаблоне устройства мира. Только на самом деле пережив исчезновение слов понимаешь, какими сухими и безжизненными они были, как мертвые листья под ногами или старые, вышедшие из обращения деньги. Слова и комбинации слов – чем больше ты на них полагаешься, тем меньшей властью они обладают, поэтому, рано или поздно, наступает то время, не окрашенное цветом, лишенное эмоций, но полное жестов и действий, которые единственно правильно могут выразить и цвета, и эмоции, и мысли и слова, что, став пустыми, сморщились порванными бумажками под половицами. Их погоняет сквозняк над полом да отпустит. Жесты останутся выжженными по всему, что начинаешь видеть под новым углом.
Слушая Эмили дальше молча, Габриэль рассеяно крутил на указательном пальце смотанную в два раза цепочку с металлическими, звякающими на каждом обороте, жетонами. Их счастье - одно на двоих. Маленькое, робкое, как запуганный ребенок из церковного приюта, оно неразделимо и исчезает, стоит оказаться вдали друг от друга, но возникает снова от тепла встретившихся взглядов и соприкоснувшихся рук. Эта связь опутала сердце тончайшей, но столько прочной цепью, и так хорошо от этого ощущения, сейчас - сплетены, и духовно совсем без движенья. Это то, чем никто из них не в силах управлять, - чистое владение души и сердца.
Она так совершенна сейчас...
Земные радости меряя золотом, он завороженно смотрел, жадно ловил каждое движение - то время, когда начинают умирать сумеречными тенями те слова, что потеряли вложенный в них людьми смысл. Эти краски – последняя память и поэтому, должно быть, так крепко западают в душу, так нравятся, что взахлеб будешь рассказывать ночью сам самому себе, тому внутреннему я, что всегда поймет и выслушает, это кто-то придумал и кто-то дал. Дал им это время. Благолепие в кружении тонкого стана.
Мне будет вечно сниться осень.
Маленькая, невесть откуда взявшаяся пылинка опустилась на медную проволоку ресниц, ослепила на мгновение и он часто заморгал, в первые секунды пытаясь сбросить липкую тяжесть, не дающую открыть глаза. Цепочка скользнула с пальца, упала на расчищенную от листьев и грязи дорожку; мужчина опустился, чтобы поднять ее.
Странный, резкий звук щелчком лопнувшей денежной резинки, и тихий свист вспарываемого воздуха, как последнего дыхания, прозвучал совсем близко, где-то над пригнувшейся головой.
Как же за решетку попало наше небо?
Вскрикнула пожилая женщина, проходившая мимо. Габриэль посмотрел вверх, словно ища источник звука и быстро встал. Взгляд недолго рыскал по сторонам, по отшатнувшимся в стороны людям, пока наконец не остановился внимательно на замершей Эмили.
Как же за решетку попали наши листья?
Словно в замедленной съемке ткань плаща на левом плече куклы начала менять цвет на бордовый. Вишневое пятно стремительно расползалось от маленькой дырочки, зияющей провалом вселенской глубины в желтой материи. Томительная секунда, растянувшаяся в вечность и - вновь - характерный короткий свист стального тельца совсем рядом. Вспыхнуло огненным заревом справа, ссадило опаляющей болью вдоль виска и ушло в неизвестность останавливающим свой бег кусочком металла.
Пуля...
Бессмысленный шаг, болезненный взгляд. Окаменевшее, залитое мертвенным внутренним светом лицо. На удивление слаженные и систематичные действия через события, которые казалось, совершенно не выбили мужчину из колеи. Он схватил девушку за здоровое плечо и рванул на себя, спрятал в объятьях всего на мгновение, чтобы не дать больше причинить ей вреда. Третий раз просвистев в воздухе, кусок металла вспорол одежду на спине, но оставил после себя едва ли ушиб, встреченный тонким, но проверенным бронежилетом. Перед глазами, словно в плохом кино, красное на желтом. Насыщенное холодом пятно. Отпустив девушку, силой заставив ее сесть на скамейку за прикрытием раскидистого дерева, роняющего свои листья с той же размеренностью, что и до этого, и пригнуться, Габриэль быстро и цепко пробежался взглядом по ней, оценивая повреждение. Не сквозное пулевое ранение. Сбитая с ажурного крылышка пыльца. Моя гребаная жизнь, Эмили, решила с тобой познакомиться.
    Тварь одним чудовищным прыжком разогнала группку зевак, как раз ставших собираться на набережной и та взметнулась стайкой перепуганных пташек, раскатилась в стороны, чтобы снова сомкнуться через минуту. Страх не перебивал в этих людях интереса. Влажный нос повел по ветру и полоске растворяющегося дыма и вскоре на черные глаза отложился силуэт человека, подсвеченный ярким светлым небом, сбегающего по крыше, спотыкающегося о громоздкую сумку для боулинга. Огромная туша чудовища легко метнулась по проулку между домами и как раз вовремя, чтобы настигнуть убегающего человека и сбить ударом в спину с ног; наступив лапой на откинутую в сторону правую руку лежащего человека, Тварь не заметила, как сломала ее, еще сжимающую расстегнутую сумку. Выпавший карабин, рассыпавшиеся из жестяной банки из-под кофе патроны, грязная тряпка и сложенная кое-как винтовка. Удивленно-сдавленный всхлип. Габриэль, едва успев встать на ноги, подхватил обозначенного противника за ворот серого пальто и, вздернув вверх, пригвоздил ударом к стене популярного в этом районе ресторанчика. Дуло «Вальтера» смотрело испуганному юнцу в висок.
- Кто тебя послал? - железная хватка за шею, злой, смазанный рычанием голос. Принцип талиона, кто мыслит абстрактно?
    Замершая в тени мусорных баков, распространяющих неповторимое амбре, тень не привлекла в тот момент никакого внимания; не появилось даже ощущения, словно бы кто-то наблюдал за театральным действом, где тупая овца пытается уложить хитроумного волка. Человеку, один раз проявившему себя идиотом, тень, тщательно скрывающуя свое хорошо известное полиции лицо, больше не доверяла и потому, прицелившись, выстрелила в не задавшегося киллера, прижатого к спине взбешенной, но тоже не состоявшейся жертвой. Пуля угодила молодому азиату как раз между испуганных карих глаз. Задание сорвано, цель жива. Блондинка теряется в толпе солнечным зайчиком в ясной комнате.
     Ответа на свой требовательный вопрос Габриэль так и не получил, и не получил бы после, даже начни применять самые изощренные способы пытки - просто потому, что давать его было уже не кому. Человек странно и вполне неожиданно для ситуации обмяк и голова, внезапно откинувшаяся на твердую кладку стены, в ту же секунду безвольно опустилась на плечо. На холодном камне зловещей запятой остался багровый след. Меж бровей молодого юноши зияло маленькое аккуратное отверстие, а струйки крови стекали по изгибу носа и не стоило к гадалке идти, чтобы понять - он убит. От затылочной части не осталось почти ничего, кроме битой кости и мозгового наполнения. Габриэль поспешно обернулся, но никого не было ни на крышах, ни в окнах окружающих домов, ни в самом переулке и стрелок, к досаде, остался неизвестен. Он отпустил плечо наемника и тот дешевой тряпичной куклой с выпотрошенным содержимым осел на землю, неестественно выгибая сломанную в запале руку. «Вальтер» небрежно брошен в карман. Общее беспокойство грозной волной разливалось по набережной, мелькали искаженные страхом лица, слышались испуганные вскрики - начиналась паника, грозящая затронуть соседние районы. Должно быть, кто-то позвонил в полицию и скоро здесь появятся не только сверкающие мигалками автомобили, но и борзописцы местного пошива с микрофонами и камерами. Утро. Обычное утро.
Тем временем, Габриэль, стремительно потеряв интерес к мертвому убийце, быстро направился из переулка в сторону стройных рядов скамеек, туда, где всего минуту назад оставил раненную девушку под худо-бедным прикрытием древесного ствола. Насколько он смог заметить, слишком обильного кровотечения не было, следовательно, артерия не была задета. В противном случае... о противных случаях он не желал сейчас даже слышать. Мужчина быстро опустился рядом с Эмили на корточки и обеспокоенно заглянул в напоминающие теперь глубокие озера глаза.
- Как ты? - не позволяя девушке сопротивляться или возражать, он распахнул ее пальто, осторожно убрал мокрую ткань с левого плеча и почти с облегчением понял, что хотя кровотечение и было обильным, но темно-бардовая кровь текла вяло и неохотно, а уже одно только это позволяло не задумываться о худшем. Но девушка была бледна и, практически верно, напугана. Если бы пуля вошла на несколько миллиметров левее... - заканчивать эту мысле-фразу не было необходимости, исход бы ясен и говорил явно не в пользу куклы, и ставил бы под угрозу само существование Габриэля. По крайней мере, вряд ли бы он стал жить теперь, лишившись смысла. Кое-как вытащив из-под куртки кобуру от пистолета, он недолго возился с ремнями и карабинами, и вскоре перетянул руку Эмили пониже раны полоской выделанной кожи. Так, чтобы кровь пусть не остановилась, но замедлилась.
- Ты можешь встать? - и вот теперь стало по-настоящему страшно. Ледяная вода колыхнулась раз, другой, да подскочила до самого горла, сдавила так, что не продохнуть под колкой толщей. Я, я вполне вижу признаки опасности, они только помогают подчеркнуть твою красоту, - прости меня, Эмили...

+3

257

Если бы ты смогла стать чем-то иным, чем бы ты стала? ..прошелестел ветер, обещая Эмили неведомое искушение. Кукла смеялась и отвечала тонкими нитями чувств – солнечными лучиками, что бы потеряться в его волосах, ночными снами, что бы быть рядом темными ночами, морозным воздухом, что бы целовать его уста… и движения были легки, а мысли порхали бабочками. Каждая секунду становилась короче вдвое, но и слаще, чем вся прожитая жизнь. Его глаза, Габриэль смотрел с таким трепетом на куколку, что это сводило с ума и заставляло подчиняться неведомым ранее законам этой пьесы.
Но за все приходится платить. А за счастье – вдвое дороже. Как бы, между прочим, мир качнулся, и замер на одну десятую секунды. Этого было достаточно, что бы из тонкой ранки начала сочится кровь. Липкое, вязкое, но еще ощутимое чувство боли разливалось волнами от плеча и дальше по телу. Улыбка, что еще оставалась на лице, исказилась в маску непонимания, а после появилась еле заметная тень страха. Кукла не могла осознать, что происходит, почему-то люди вокруг замерли с ужасом на лицах, а после началась паника. Габриэль, минуту назад казался расслабленным, теперь же источал волнение, собранность, ярость... кукла смотрела в его глаза и читала все новые и новые эмоции. "Что случилось?" Секунды тянулись, все происходило замедленно – время растянулась в длинную нескончаемую пропасть. Хотя, так только казалось. Ей.
Ноги предательски подкосились, только тогда кукла заметила причину всеобщего волнения – на ее левом плече растекалось пятно ржаво-оранжевое и какое-то уж совсем несуразное, будто ненастоящее. Красное на желтом всегда смотрелось неестественно-вульгарно. Эмили мягко падала, но охотник подхватил ее, и кукла почему-то улыбнулась. Боль была какой-то надуманной, или так лишь казалось, но самые яркие ощущения были на кончиках пальцев – легкое покалывание, будто они затекли, и тонкое пульсирующее чувство, будто от укола иглой, в плече. Моделька хотела сказать, что все хорошо, что не стоит так сильно волноваться, что это лишь мираж, но все слова лгали. Поэтому лишь смотрела в глаза своему ангелу, полностью подчиняясь. Габриэль усадил ее под импровизированную защиту дерева, и осмотрел, видно было, слегка успокоился. Куколка не успела ничего сказать – он исчез. Умчался куда-то, Эмми лишь несколько раз удивленно моргнула, убеждаясь, что мужчина покинул ее. "Вернется… он вернется…" утверждала, пытаясь успокоить страх, что потихоньку стал сковывать тело.
Голова начала медленно кружится, пуля мешала регенерации, замедляла, пыталась обмануть организм, стать частью тонкого тела. Эмили закрыла глаза, мысленно убеждая себя, что все будет хорошо. Что через минуту Габи вернется и обязательно придумает что делать. Только нужно потерпеть…
Глаза открылись только тогда, когда кукла почувствовала тепло его тела. Боль стала сильнее, это отразилось и в глазах, они помутнели, будто в темной воде заблестели черные осколки льда. Наверное, это выглядело красиво. Кукла вновь попыталась улыбнуться – не вышло, губы не слушались. Лишь легкий кивок, который мог означать как "все нормально", так и "твое лицо. Почему так много крови?" Правая рука попыталась коснуться Габриэля, но остановилась на пол пути. Мужчина расстегнул пальто и посмотрел на рану, кукла же не опускала глаз, почему-то боялась, думала, что если посмотрит, то боль будет сильнее, это перестанет быть непонятным "ржавым пятном на пальто", а станет реальностью. Охотник возился с раной, а кукла боролась с внутренними демонами.
- Все… прошептала, сделав над собой усилие, заговорила громче – будет хорошо? Нужна была уверенность в том, что это лишь небольшое и неприятное событие, которое не испортит никому жизнь.
- Встать? Эмили, забывшись на секунду, попыталась пожать плечами, и кукольные черты исказила новая боль. Правая ладонь мягко легла на руку охотника, тонкие пальчики крепко сжались и, девушка встала. Не могла Эмили показывать, какая она слабая, как ей больно и как страшно, ведь она обещала себе и миру, что будет сильной… но не хотелось быть сильной рядом с ним. Врать ему. Обнять, расплакаться, словно маленький ребенок, и попросить, что бы все закончилось – вот желания, какие пытались вырваться наружу. Кукла сдержалась, только в глазах плясали льдинки, которые должны были стать слезинками, но так и не стали.
- Габриэль, ты ранен… голос терял прежнее звучание, но в нем отражалось волнение. Волнение за его и не тени о себе. Ощущения собственного тела все равно притуплены. Кукла знала – убить ее не так уж и просто, под хрупкой личиной фарфоровой внешности, скрывалась настоящая внутренняя защита, данная создателем. Боль сменялась тягучим неприятным и совершенно непонятным чувством. Нужно было вытащить пулю, или после будет больнее. Тело не хочет держать в себе лишний метал. – забери меня отсюда, пожалуйста. Куда-нибудь…

--> Die Schatten

0

258

Люди и нечисть, плотно набившиеся на небольшой фрагмент пространства, все еще жались к стенам, обходили стороной место, где произошла вся кутерьма с выстрелами, криками и беготней, но страх медленно угасал в их глазах, уступая место обыкновенному любопытству. Прохожие замедляли шаг, кидая на оказавшуюся в центре внимания пару подозрительные взгляды, перешептывались, и, осмелев, пытались оказаться ближе в надежде услышать обрывки разговора. Как известно, при явной угрозе со стороны наглеть и браниться людям совсем не хочется - вот например у острых и опасных предметов, оказавшихся в непозволительной близости от них, есть такой побочный эффект, но о наличии оных они быстро забывают, стоит исчезнуть оружию из поля зрения. Колкие взгляды начинают тыкаться в спину немыми вопросами и откровенной наглостью, сотни глоток сотрясают воздух внутренними вибрациями и легкие гоняют в миг потеплевший воздух, утративший все осеннее, только оказавшись в организмах зевак. От их движений ему кажется, что вода начинает подниматься выше. Пан или пропал.
Становится жарче, и в воздухе все отчетливее витает едва уловимый аромат тления. Кажется, что-то горит на соседней улочке, а может быть это начало слуховых галлюцинаций, но, во всяком случае, если горит, о пусть горит. Пусть все эти твари, привлеченные чужими проблемами, рванут стервятниками к более свежему и сочному. Время натягивается тонким пузырем жевательной резинки, дробясь кадрами на доли мгновений.
Кто мог послать киллера, да еще настолько глупого, что стрелял бы обычными пулями и, все три раза, промахнулся? Кто убил его, прежде чем убийца назвал имя заказчика, хотя - по глазам было видно - уже собирался выложить всю правду? И, в конце концов, почему полиции еще нет на месте происшествия, и удосужился ли кто-нибудь вызвать блюстителей порядка на самом деле? В душе Кэйнер надеялся, что пока нет и хватит еще отведенного времени на то, чтобы увести девушку подальше.
- Да, да, все будет хорошо, - Заминка. Пауза. Должен сказать… надо… правила, закон, по которым жил много лет, обязывают. А язык не поворачивается. С минуту они стояли на одном месте недвижимые: мужчина давал Эмили возможность придти в чувство и унять возможное головокружение, мягко прижав к себе. Словно пытаясь спрятать о всех этих людей, от всего этого города, от мира, за считанные секунды ощерившегося острыми и жаркими шипами. Неблагодарный, жестокий, но родной и привычный - его, но не ее.
- Ранен? - одной рукой Габриэль коснулся собственного виска, стер не успевшую подсохнуть кровь: пальцы погрузились неглубоко в оставленную пулей бороздку, для человека может быть ставшую бы критично-опасной. Затягивается быстро - практически на глазах. Странно, а ведь сначала не заметил даже. Так беспокоился, - ерунда.
Три часа ночи. Он сидит за столом, положив локти на стеклянную поверхность и упершись подбородком в сплетение пальцев. Взгляд рассредоточен, в то время как мозг работает четко и слажено. Но вот взор, до этого рассеянно блуждавший по вееру раскиданных бумаг, останавливается на необычной конструкции, находящейся на конце рабочего стола. Тонкий металлический желоб на изогнутых ножках, зафиксированный строго параллельно поверхности. На его конце призывно поблескивает блестящим боком крупный шарик. Протянул руку и завел несложный механизм, шарик быстро побежал по желобу и, достигнув конца, покатился в противоположную сторону уже через несколько секунд повторяя это действие. Он был сделан из очень необычного сплава и при каждом движении неизменно менял оттенок, переливаясь всеми цветами радуги, приковывая к себе взгляд и создавая иллюзорное ощущение, будто бы вопреки законам физики движется сам по ровному, почти не видимому, желобу. Но стоит отвести взгляд от шарика, как тут же понимаешь, что в его вечном беге нет ничего удивительного, ибо маленькая пружинка, закрепленная на конце его короткой трассы, каждый раз подталкивает шарик, тем самым заставляя двигаться. Вся эта конструкция не приковывала бы взгляд, не изумляла своей уникальностью, если бы желоб был больше, шире, а сам шар-сделан из простого металла. Не учти хоть один пункт и твоя задача легкого оптического обмана провалена, задень нечаянно тонкий желоб, и шарик сорвется вниз. Сделай шаг в строну, поведи себя иначе и хрупкая иллюзия падет прахом. Только старые обесцвеченные фотографии накопленные днями, одна на другой освещает огонь, зажженный спичкой, успокаивающий слезы.
Эмили сдерживается - не плачет, как сделала бы любая девушка, окажись на ее месте - и Габриэль не сразу понимает то простое и единственно верное: перебарывая себя, она не может показать своей слабости и одновременно так сильно беспокоится за него. Ее зрачки широко расширяются.
Полный карт-бланш. Белым утром пальцы выстукивают по клавиатуре мобильного телефона короткое смс-сообщение. На поверхности воды лишь твоя лодка отражает середину поля битвы.
- Десять минут. Сейчас, потерпи, - одно мгновение и бледное лицо девушки оказалось рядом, золотистым огоньком отразился в глубокой, словно выбитой ножом, синеве радужки уличный свет. Таинственная, почти мистичная, словно сотканная из мельчайших осколков зимнего льда - такая же морозно чистая. Легкий ветер несущий на себе привкус моря, запах моря...шум моря. Слабое утешение. Внутренний голос сегодня как никогда скуп и циничен. Десять минут он не выпускает Эмили из своих объятий.
Вскоре невдалеке, черным змеем среди песка, замирает легковой автомобиль и призывно манит теплым салоном из открытой двери. Водитель машет рукой, не опуская рук с обтянутого кожей руля. Он – мужчина средних лет. Сейширо. Элегантен. Строен. Строг. Сдержан, только тень улыбки скрашивала его серьезность. У него был необычно приятный, несмотря на хрипотцу, мелодичный голос, которому небольшой, но заметный французский акцент придавал дополнительную прелесть. Карие глаза умудренного опытом человека, залегшие в уголках морщины. Азиат с зачесанными назад, тронутыми сединой, волосами и французским акцентом.
До машины Габриэль нес куклу с простреленным крылышком на руках, не решаясь дать ей волю идти самой. Помог сесть на мягкое сиденье сзади и сам устроился рядом, коротким кивком приветствуя выдернутого с работы хирурга. Коснувшись губами виска девушки, тихо прошептал:
- Еще чуть-чуть, Эмили, - автомобиль плавно тронулся с места и, развернувшись на набережной, покатил к автостраде: так и только так можно было оказаться максимально скоро к жилым кварталам.

--> Die Schatten

Отредактировано Gabe (2010-11-04 14:44:00)

+1

259

Жилой комплекс - Лестница
стальное небо тяжело нависло над городом. Дождь прекратился, но его место занял густой туман, который молоком растекся по улочкам. На расстоянии протянутой руки ничего не различить. Ветер затих
Температура воздуха: + 8

Девушка бодро шагала по улицам. Мерзлота пробирала до костей, от чего становилось противно, как физически, так и морально. На душе особенно было пакостно, даже сложно сказать почему. Руна снизила темп шага на более спокойный, прогулочный и глубоко вдохнула. Воздух, свежий, прохладный тут же наполнил всё её естество. Закрыв глаза, девушка и вовсе остановилась. По телу растекалась усталость, липкая, вязнущая в трясине других примесей. В памяти тут же стали появляться картинки, сперва расплывчатые и с трудом понятные, но после всё более четкие и реалистичные. Белый комочек шерсти, контрастирующий с черной волчицей. Только сейчас Киотсу заметила, что клыки у неё того же цвета, что и шерсть у котенка. Устрашающе...Вздрогнув и открыв глаза, она потерла руки и запихнула их обратно в карманы мешковатой, черной байки, не забыв накинуть на голову капюшон, тень от которого скрывала половину её лица. Мешковатые штаны покрылись мелкими капельками воды от тумана. Склонив голову набок, девушка подошла к краю набережной и, свесившись через перила, всмотрелась в воду. Словно покрытый полупрозрачной, мутной пленкой, океан прятался от неё, натягивая всё новые и новые полотна. Вздохнув, девушка протянула руку вперед и с завороженностью пятилетнего ребенка наблюдала, как по мере продвижения руки, кончики пальцев всё больше и больше скрываются в тумане.
- Красиво... - непонятно, что здесь было красивого. Ничего не видно, сыро и противно, однако, Руна с удивлением обнаружила, что любит туман. Эта его таинственность, скрытность, доля мистицизма, всё так удивительно, что кажется действительно красивым. Кажется, словно это пусть в другую реальность, не такую жестокую, как сейчас мир, окружающий её. Пусть в светлую реальность, готовую принять каждого. Однако, такого никогда не будет...чего лишний раз бередить себе душу наивными несбыточными надеждами? Лучше уж сразу обрезать их в корне, дабы потом, эти самые корни не пришлось резать по живому.

+1

260

Скалы и дикий пляж------->Портовый бар--------->
день: стальное небо тяжело нависло над городом. Дождь прекратился, но его место занял густой туман, который молоком растекся по улочкам. На расстоянии протянутой руки ничего не различить. Ветер затих
Температура воздуха: + 8

Убегая от непрошеного дождя, двое демонов успели скрыться в ближайшем портовом баре. Но все было как в тумане, будто они были под чем-то. Разговоры не о чем, пара бокалов вина. Кажется это было итальянское красное вино. Куро помнит, как расхваливал это вино. Говорил, что виноградники, которые специально выращивают под светлым солнцем Италии, сохранились с XVI века. Только вот сейчас все никак не вспомнит демон, как же называлось то вино. Что же он так усердно расхваливал, пуская в ход все свои яркие эпитеты... В любом случае, теперь это было не важно.
Акиха, так звали девушку, покинула Куро и отправилась по своим делам. Дэймон не решился навязываться к ней в сопровождающие. Эти глаза, будто небо перед грозой, говорили все. И то, что девушка что-то ищет в этой жизни. И то, что ей сейчас хочется побыть одной со своими мыслями. "Время от времени нам всем хочется побыть самим с собой..." Куро расплатился за вкусный завтрак или обед... А может это был внеплановый ужин? Прям как ливень с восходом солнца - не предсказуемо.
Он вышел на улицу, и его тут же поглотила белая пелена. Дэймон поднял голову, чтобы увидеть настроение неба. Но все плыло перед глазами и казалось серым. Нет, Куро был не пьян, ну только совсем чуть-чуть, он был расслаблен. Просто туман... Видимо воде было не комфортно в земле, и она спешила поскорее впитаться в облака, чтобы те унесли эти тысячи капелек на другое место.
"Может стоило ее проводить? Хотя..."
Куро смотрел куда-то в сторону, задумавшись, но скоро опомнился и шагнул в перед. Мысленно он убедил себя, что все сделал правильно, что позволил девушке скрыться в тумане, так что не из-за чего было переживать... Дэймон переводил взгляд то в одну, то в другую сторону, но все это было бесполезно. Вытяни он сейчас руку в перед, и черная перчатка померкнет и покажется очень далеко. Куро оставалось усмехнуться над очередной чудной мысли о том, что надо перед пляже, а может даже и по телевизору в виде ролика, поставит плакат с надписью:"Близоруким без очков или сопровождающего в туманную погоду по пляжу не ходить!"
...На слух Куро удалось определить, что он шел не далеко от моря. Под ногами был песок, что было не очень удобно. "Таааак... Кажется здесь где-то был пирс..." Щурясь и оглядываясь, но все же ориентируясь по шуму морских волн, Дэймону удалось наткнуться на дерево под ногами. Тут же в нем воцарилась его привычная уверенность, и он зашагал, отстукивая каблуками по дереву.
~Ойя~ А мне казалось, что это я один такой заблудший. Куф~ усмехнувшись, высказался он, как только наткнулся взглядом на темную фигуру, которая уже присутствовала на пирсе до него Надеюсь, что не помешаю, а то устал бродить по песку...
Куро совсем ненавязчиво облокотился о перила спиной и положив на них локти напротив неизвестной личности.

Отредактировано Kuro (2011-02-24 09:37:36)

0

261

Одиночество становилось приятным. учитывая, что оно было её единственным другом, то уединялась Руна довольно таки часто. Закрывая глаза не видишь ничего. Пустоту. Только иногда она бывает чёрная, а иногда белая. Сейчас, сероватый туман наполнял её пустоту светлыми красками, успокаивая, проводя рукой по голове и снимая оставшиеся следы напряжения. Стоило хотя бы кинестетически вспомнить то ускользающее чувство волнения и страха, как в памяти вновь всплыла огромная пасть с белоснежными клыками. Слюна длинными каплями лениво стекает на пол, глаза налиты кровью, ненавистью, злобой. Чёрная как ночь шерсть дыбом, тело пригнулось к земле, задние лапы готовы к толчку....
Сердце вновь забилось чаще, едва не сталкиваясь с ребрами. Руна резко раскрыла глаза и уставилась куда-то вперед. и снова впереди ничего...Приложив руку ко лбу, она вновь перевесилась через перила и вгляделась в синеющий океан. Волны гнались друг за другом в вечном соревновании. Протянув руку, Киотсу с какой-то грустью отметила, что не может дотронуться до воды, как ни старайся.
- Надеюсь, что не помещаю, а то устал бродить по песку... - послышалось вдруг совсем рядом. Руна вздрогнула, едва не подпрыгнув от неожиданности, и подняла глаза на незнакомца. Первое, что она выхватила из тумана, были иссиня-черные волосы, длинными прядями ниспадающие где-то до уровня поясницы. Девушка сразу отметила хорошую фигуру, телосложение. Взгляд поднялся выше. Заостренный подбородок, бледная кожа,темно-голубые, глубокие глаза. Задержавшись какое-то мгновение на них, Киотсу пошла дальше. Снова иссиня-черные волосы, тонкими прядями обрамляющие лицо. Чёрный, длинный плащ...образ склеился в единое целое, и Руна, наконец, улыбнулась.
- Вовсе нет, одиночество не всегда приятная штука, особенно когда наслаждаться им слишком долго. - заметила она, немного склонив голову набок. Каштановая прядь, выбравшаяся таки из под капюшона, мгновенно стала влажной и слегка завилась.
- Прямо картина получается: глубокий, синий океан, словно покрытый матовой пленкой небытия, и юноша, с контрастным чёрным пятном волос и голубыми глазами. А что, всё очень гармонична! Будь я художником,обязательно отобразила бы на холсте.

0

262

Все было таким тихим и спокойным, что даже не верилось будто это море. И нельзя было сказать, что это затишье перед новой бурей. Все казалось таким ленивым и умиротворенным, что и самому не хотелось торопить события. Куда-то идти и думать о чем-то повседневном. Вот и получилось, что сейчас Куро о времени. На его лице сохранялась ухмылка которая придавало его образу уникальность. Это как его визитная карточка. И плевать, что кому-то это может не понравиться.
"А было бы не плохо в такой туман перевезти товар." Размышлял парень, посмотрев туда, где должен быть берег. Но из-за молочной пелены еле-ели можно было разглядеть конец пирса. Но вот не вовремя Куро осознал это. Тогда он решил просто написать смс. Достав телефон из кармана, его пальцы застучали по кнопкам, набирая короткий текст.
"/Сегодня./ будет совсем удачно, если такой туман продержится до вечера. И пока уже обсудить дело с тем парнем..."
Убрав телефон парень взглянул на девушку. Она казалась чем-то опечаленной. И ее слова подтвердили это.
-Как я вас понимаю...-произнес Дэймон.
И ведь действительно понимал. Но одно дело, когда это одиночество у тебя не по не воле, ну а тут: личные проблемы. Легко отгородить себя от общества, а потом жаловаться, почему же с тобой никто не общается.
-Тогда моя совесть чиста, если моя компания станет вашем утешением.-приветливо сообщил Дэймон, который был готов к любому течению разговора. -Куро.- представился он, протягивая руку и заглядывая под капюшон в глаза девушки.

0

263

-Тогда моя совесть чиста, если моя компания станет вашем утешением. - Руна подняла глаза и дружелюбно улыбнулась. В последние дни силы всё больше покидали её, а новые из отпуска не возвращались. Усталость чувствовалась по всему телу. Глубоко вдохнув, она отметила, что температура начинает опускаться. - Может оно и хорошо...
- Куро. - представился парень, протягивая руку в перчатке. С какую-то секунду, девушка смотрела на руку, затем протянула свою. Взгляды встретились.
- Руна. - представилась она, пожимая руку и убирая её назад в карман. Переминаясь с ноги на ногу, она все таки решила задать мучивший её вопрос. - Эм, Куро, это нормально, когда большой волк спускается вниз по лестнице и защищает кота? - нда, мягко говоря, вопрос, говорящий о ранней стадии шизофрении. Запоздало осознав это, Киотсу хмыкнула и мотнула головой. Капюшон слетел, ну и ладно. В голове навязчиво закрутилась мелодия песни. Что-то депрессивное, или даже более философское. Прикусив нижнюю губу, Руна посмотрела вверх невидящим взглядом, пытаясь таки припомнить слова. - Вот оно!
Тень сюжета этой фотографии сошла с ума.
Ненависть и страх кричат вместе.
Видя отслаивающуюся любовь, почему это тело должно еще и разлагаться?
- удовлетворенно зажмурившись, Киотсу начала качать в такт головой, на лице появилась блаженная улыбка. Музыка стала для неё почти как наркота. Уносит в свой мир без возврата, да и не хочется возвращаться. Да и зачем? Кто её ждет? Пф, глупый вопрос. Учитывая её неумение и страх любить или каким либо образом сближаться с человеком, этот вопрос можно было даже назвать риторическим.
Руна устала стоять и сделала несколько шагом вперед. Ноги, казалось, задеревенели, отдаваясь беспокойным напряжением. Казалось, ноги кричали: "Оставь нас в покое!" - А нифига! - немного попрыгав на месте, она повернулась к Куро, не особо рассчитывая на ответ, даже более, морально готовясь к тому, что он лично отведет её за ручку в психушку. А может это было бы даже заманчивым! Вкалывают всякую фигню, проверяя, какой из препаратов быстрее сделает из человека овощ.

0

264

Еле уловимый жест, короткий поклон головой одобрения, когда девушка ответила ему взаимностью и тоже представилась. Манеры остались все те же. Только если в прошлом Дэймон считался не достаточно галантным кавалером, когда он довольно лениво вел очередную свою спутницы под руку на балы. Или когда пассивно участвовал в беседе среди знатных и сдержанных людей. "Как бы они не вели себя в обществе, я то знаю чего они хотят на самом деле. Деньги, власть, удовольствие. Этот мир пропит эгоизмом. Как и. В прочем это не важно. Мне не кому доказывать свои мысли. Нашелся бы достойный собеседник. Но ведь не с каждым можно говорить обо всем. Все наше общество делится для нас на небольшие подгруппы. Группа где можно здорово повеселиться. Те, с кем будет интересно обсудить вечные вопросы философии. Должны быть еще те, чье имя знать не обязательно. Это как наркотик от которого не избавишься. Эти короткие свидания. Каждый получает то, что хочет, на этом и держатся такие прочные и совсем незаметные для остальных отношения. Легкая беседа, еще один круг разговоров. И ни в коем случае нельзя допустить, чтобы одно смешалось с другим. А то нарушится привычный круг жизни, и это уже станет петлей. Будешь сам в нее лезть головой, лишь бы никогда больше не открыть ни перед кем глаз. Люди знают все это, они осведомлены о риске. А кто из них действительно живет по совести? Мораль. У каждого она своя, так что на это и вовсе надеяться не стоит, а то быстро проиграешь.
Веселая же это игра, наблюдать за водоворотом. Да?
Куро скользнул взглядом к небу, будто этот вопрос он задавал именно ему. Но небо оставалось быть безмолвным и хладнокровным. Таким гордым и неумолимым. Демон фыркнул и опять посмотрел на Руну.
Ему был задан странный вопрос. Но Куро даже виду не подал, что удивился, ведь это было нисколько не удивительно.
-Хм... Сейчас такое время, что уже нечему удивляться. Каждый творит что хочет и считает это нормальным. М...-демон оглядел девушку, приложив ко стяжки согнутых пальцев к подбородку-Мне очень бы хотелось знать, что именно произошло.
Сомнений нет: речь шла точно не о людях, а это уже было интереснее.

0

265

Руна, казалось, уже и забыла о своём вопросе. Она не ждала ответа, так зачем волноваться и терзать себя бессмысленным ожиданием? Жизнь такая штука, которая вечно преподносит сюрпризы. Она строит спичечные домики иллюзий и надежд, а затем с силой бьёт кулаком по столу совсем рядом, словно и не причастна она ни к чему, так, просто мимо проходила. А домик рушится. Иногда, спичечные дома могут напоминать шикарные замки, и тогда нам кажется, словно мы защищены от всех пакостей и невзгод. Но судьба бьёт тогда, когда мы совсем не ждем, когда стены, выстроенные своими руками, давят нас по её желанию, когда потолки рушатся лишь потому, что ей так захотелось. Она бьёт быстро, неожиданно, наверняка. Ну подумаешь, на одного человека станет меньше в этом огромном мире! Что с того? Остальные 6 миллиардом человек волнует судьба того бедолаги, что связался с жизнью? Вряд ли. и вспоминать никто не будет. И сожалеть. Не будет, никто. Ты уйдешь бесследно, просто исчезнешь, так бывает. Не бойся, это быстро. Иногда...может и стоит бояться. Какой смысл стараться выглядеть храбрецом перед лицом смерти? Её это не колышет, и героизм останется не оценен. Умереть нельзя красиво. Смерть сама по себе безобразна. Можно красиво жить, но это нужно еще уметь.
-Хм... Сейчас такое время, что уже нечему удивляться. Каждый творит что хочет и считает это нормальным. М... - Руна вздрогнула, совсем увлекшись своим внутренним монологом, и подняла на него глаза. Приложив костяшки пальцев к подбородку, Куро в задумчивости смотрел на неё. Как врачи в белоснежных халатах и с приторными улыбками смотрят на белого подопытного крысенка, который игриво тянется к их рукам, желая выразить свою благодарность за то, что приютили и кормят его. Он еще не знает, что он - эксперимент, обреченный на смерть, и всё что он увидит, будут белоснежные халаты и приторные улыбки. -Мне очень бы хотелось знать, что именно произошло. - девушка пожала плечами. Ситуация нестандартная, разумеется, но чего о ней говорить то? Ну бешенством волчица заболела, наверное, бывает.
- Наступила коту на хвост. Тот заверещал, а тут сверху по лестнице откуда ни возьмись, волчица. Начала рычать, кошак спрятался за ней...ну там пена изо рта, слюни и всё прочее. Потом взяла за холку кота и смылась.. - тупее не придумать...Кто бы мог подумать, что жизнь сама по себе глупа. Всё что происходит, научно объяснено, что опять же само по себе глупо. Волки, они же как бы даже мыслить не способны и живут инстинктами. Тогда бы она сожрала его, едва завидев. - Она поняла, что я сказала... - конец фразы она произнесла вслух. Затем потянулась и опустила ладонь на перила. Запрокинув голову назад, так, что волосы каштановым водопадом потянулись к земле, она опустила спину на перила и закрыла глаза. Так было гораздо удобнее. Она будет слушать, ловить тембр голоса, чувствовать каждую ноту, звучащую к нем, каждую эмоцию, что мелькнула в речи.

+2

266

Все держится на заезженных стереотипах. Когда-то люди признали единое мнение, и теперь это не поменять. Люди облегчили себе жизнь тем, что заранее на все вешают свои ярлыки. Выходит, что изучив кого либо предварительно взглядом, люди уже имеют свое мнение по поводу собеседника. Но их ли это мнение? Поденное?
"Глухота и слепота - вот их беда. Если каждый будет говорить о своем и стараться перекричать всех остальных, то это будет хаос. В любом случае нужен руководитель, который сможет из людей добиться слаженной работы. Это уже будет хор..."
Разглядывая море в прозрачном тумане, очень хотелось оказаться сейчас на горизонте. Но увы, это невозможно. За каждым горизонтом будет следующий. За следующим будет еще. И еще... Вот это и есть вечность, а точнее иллюзия вечности, которая по сути заперта в одном пространстве. Это если взять стальной шарик и замуровать его в другом пустотелом шаре. Он останется там на всегда, без возможности выбраться из этого плена. выходит, что вечность - это клетка. Она сдерживает людей, чтобы те ре разбежались и не увидели мир целиком.
Такие безумные мысли. Все из-за того, что когда-то было много свободного времени, чтобы разбирать каждую ситуацию по косточкам и находить в этом истину для самого себя.
-Волк в городе? Это должно быть странно и опасно. Видимо кто-то не умеет должно следить за своими зверушками...-задумчиво говорил Куро, все еще вглядываясь в холодные воды.
Он думал закончить эту тему и спросить девушку о чем-нибудь другом. Например: как давно она живет в этом городе и есть ли у нее здесь свои любимые места. Но неудачный звонок и приходится переключать свое внимание на мобильный телефон. "Ц... Номер скрыт. Значит это по работе."
-Момент. Да.-парень отвернулся, чтобы переговорить по телефону.
Как он и думал: звонил поставщик и говорил, что немного задержит товар из-за погоды. Это ничуть не удивило Дэймона, но проблемы от этого только прибавились. "Мне нужно на квартиру. Сегодня я должен успеть еще на две встречи."
-Без проблем. Еще созвонимся. Ну ты знаешь.-закончив телефонный разговор, парень повернулся к Руне и мягко улыбнулся ей-Прости. работа. Мне придется покинуть тебя. Но я был рад нашему знакомству. Уверен, что еще увидимся.
Коротко кивнув девушку, Куро пошел в сторону песчаного пляжа.
-И да!-произнес он, на пол пути-Советую и тебе пойти в город. Холодает.
Ничего больше не говоря, он ушел по песку, ругая про себя существование этого материала но упорно шагая в сторону города. Наконец таки он ступил на твердую поверхность, которая не исчезала из под ног и не заставляла балансировать руками, чтобы не упасть. Куро только мог сказать спасибо за то, что туман скрывал его несуразную походку.
"Буду ходить на пляж только летом и в шлепанцах."

---------->В город (домой)

0

267

Руна совсем казалось улетела. Меланхолия всецело владела ей. Еще этот туман. Словно пушистые куски ваты проплывали перед ней, хотелось протянуть руку, дотронуться, положить кусочек себе в карман, на память. Создавалось ощущение, что туман крутился вокруг неё, затягивая в водоворот. Кто-то пронзительно каркнул над самым ухом. Вздрогнув, девушка подняла взгляд, но ничего не обнаружила. Показалось? Пусть так. Вспомнив о Куро, она повернулась к нему. ДА уж, и впрямь, совсем забыла! Он вроде как тоже, летал где-то, точнее нет. Летала она, он размышлял о чем-то серьёзном. Об этом говорило выражение его лица. Сосредоточенное, полное внимания. Киотсу нравилось наблюдать за эмоциями на лицах людей. Словно открытая книга, всё понятно. Разумеется, когда человек не стремится спрятать их, скрыть от окружающего мира и стать куклой. Фыркнув своим мыслям, она намотала прядь на палец, а кончик сдавила губами, благо волосы длинные и чаще всего заменяли ей карандаш или ручку. Откуда такая привычка не понятно. Она вроде бы не студент, что бы на нервной почве пихать в рот всякую дрянь. Видимо, все люди похожи.
Действительно, становилось холоднее. Это было весьма ощутимо, за то время, что она находилась на набережной, температура упала градуса на три. Девушка мгновенно озябла и попыталась закутаться в кофту. Ну да, разумеется ей это удалось! Пф...пришлось мёрзнуть дальше, тем более, что просто так уйти посреди разговора было бы нелепо. Мораль её не беспокоила, скорее образ её персоны, выставляемый в свет.
-Волк в городе? Это должно быть странно и опасно. Видимо кто-то не умеет должно следить за своими зверушками.. - сказал он. Киотсу хмыкнула. Какие у горожан зверушки забавные! Тихие, мирные, маленькие и пушистые! А главное домашние. Представив такого волка в квартире, она поморщилась. Нонсенс! Хотя, чего только в этом городе не происходит. Пора привыкать. Вдруг, что-то запищало. Извинившись, Куро достал телефона и отошел немного. Пользуясь возможностью, девушка начала переминаться с ноги на ногу, разгоняя кровь. Пока парень обсуждал что-то деловым тоном, девушка не прекращала попытки согреться. Наивно. Закончив разговор, он повернулся к ней, Руна мигом замерла.
-Прости. работа. Мне придется покинуть тебя. Но я был рад нашему знакомству. Уверен, что еще увидимся. - Киотсу впервые отметила, что у него весьма обаятельная улыбка. Кивнув, она улыбнулась в ответ.
- Возможно. - она какое-то время всматривалась в исчезающую в тумане спину. Ровно до тех пор, пока он снова не повернулся к ней, словно что-то забыл. -И да! Советую и тебе пойти в город. Холодает.
- До встречи, - тихо сказала она, всё с той же улыбкой на губах. Настроение почему-то улучшилось. Интересная получилась встреча. На набережной, укрытые туманом, продрогшие от холода. Хмыкнув, Руна решила последовать его совету и, развернувшись, быстро зашагала прочь.
===)

0

268

Улицы города » Вишнёвый сад ---»

Декабрь. 2010 год.

• утро: пришло долгожданное потепление. Солнышко пригревает чуть теплее, небо чистое, ветра нет. Сугробы стали намного мягче. Самое время лепить снеговиков!
Температура воздуха: - 2

Вот он, уже близко и одновременно мучительно далеко. Еще немного, только сделай пару шагов да протяни руку... Пространство искажалось, Влад казался намного ближе, чем он был на самом деле.
В лицо брызнули холодные капли - Анна была уже на набережной.
От усиливающейся жажды тело норовит вывернуться наизнанку, скорчиться на скользких камнях пирса.
Быстрее, к дому чуть в стороне, окно второго этажа, свет... Стать бы птицей - так быстрее... Где же Кери? Почему отстал? Не смотреть назад, не смотреть на людей вокруг, не чувствовать их тепло, пульсацию жизни в них...
Кто это тут у нас? Надо же, с самого утра, а уже обдолбленная. - наглый смех, кто-то преградил дорогу.
Не смотреть, прочь от них. Толкнули в грудь, заставляя остановиться. Анна подняла взгляд на двоих мужчин в полицейской форме. Вид у них был не особо опрятный, к тому же еще и спиртным несло за версту. Вышли из борделя. - сделала вывод девушка, бросив взгляд на вывеску на ближайшем здании. - И судя по виду, были там явно не по службе... неизвестно, чем у них закончился этот визит, но, похоже, эти свиньи решили оторваться на первом встречном, кто выглядит слабее... Хм, что ж, удачи.
Что с лицом? - сделав умный вид, осведомился тот, что повыше, больно ухватив Анну за руку.
Просто макияж. Вам показалось, уважаемый. - спокойно. Как можно более уравновешенно, сдерживая раздражение, желание размазать его по ближайшей стене.
Нет, ну ты слышал, как она нам баки забивает? - обратился коп к своему сослуживцу, одарив того мутным полупьяным взглядом.
Да бери ее в участок, там разберемся... - лениво ответил второй. У него явно было поменьше энтузиазма.
Нет. Сперва я с ней разберусь. Что с лицом? - вновь повернулся коп к полукровке и сжал сильнее ее руку.
Анна сосредоточенно посмотрела в глаза "собеседнику". Тьма, одна лишь тьма... и поприще низких эмоций... Марионетка, знаешь ли ты, что мне достаточно лишь дернуть за нитку, дабы перемешать все те жалкие чувства, что будоражат твой мозг? Вот она, тонкая ниточка страха. Лишь дернуть, ничего больше не требуется, только усмехнуться, глядя как тебя сотрясает дрожь. Потянуть, медленно, мучительно плавно. Мучительно для тебя, у меня же это эмоций не вызывает. Вот он, страх, уже звенит в тебе натянутой струной. Ты отпускаешь мою руку, спотыкаясь, бежишь прочь, увлекая за собой своего дружка. Кстати, ему тоже страшно. И вряд ли вы вспомните эту встречу... А причину страха пусть породит ваше сознание.
На набережной вновь воцарился покой, лишь волны размеренно шумели, успокаивающими волнами вторгаясь в разум. Анна пошатнулась в сторону ближайшей скамейки, обессиленно опустилась на нее.
Боги..Только вам ведомо, чего стоило сдержаться... - девушка потерла руку, избавляясь от неприятного ощущения, оставшегося от грубого захвата. Уперев локти в колени, наклонилась спрятав в ладонях лицо. Смогла...  Влад все еще оставался там же, на втором этаже, над магазином. Наверное, это и есть тот магазин, который он купил... Какая разница.
Закурила, грустно смотря на волнующийся океан.

+3

269

Улицы города » Вишнёвый сад ---»

Декабрь. 2010 год.
• утро: пришло долгожданное потепление. Солнышко пригревает чуть теплее, небо чистое, ветра нет. Сугробы стали намного мягче. Самое время лепить снеговиков!
Температура воздуха: - 2

Твоё сознание стремится к бесконечности –
Так пусть же разум сосредоточится на настоящих проблемах, иначе ты можешь упасть.
Тебя манит мерцание вдали,
Грезятся голоса свыше,
Но тебе не избежать очередного представления.
Ненависть и любовь,
Наслаждение и боль –
Способы выражения этих ощущений.
Они показывают, что это всё одно и то же.
И когда наступит решающий день,
Всё это обернётся иной формой материи.
И когда ты найдёшь новое солнце,
Все формы материи сольются воедино.
Провалы, поражения и богатства наносят удары
Прошлому, настоящему и будущему.
И когда пески времени прекратят свой бег,
Одинокая ворона проведёт панихиду о нас, потерянных,
Через закрытую сердце-дверь.

Когда-то Кери не понимал, как люди пишут подобные песни. Думал, что в смерти нет ничего хорошего, как и в стремлении к покою - его наставляли только воссоздавать или творить добро.
Набережная. Тишина и отсутствие жизни. Странно, но так спокойно... Кери было и забыл, зачем сюда пришёл, если бы не запах смога. Всё же, дурная привычка подпитывать лёгкие этим... порохом. Анна сидела на лавке с полностью опустошённым видом, закрывая лицо руками. Честно говоря, и сказать-то было нечего - совершили какой-то бессмысленный пробег и очутились не пойми где... Не замёрзшая вода билась о берег, мягкие сугробы, готовые вот-вот развалится... и огромная дыра между существами, которые не могут выдавить и слова. Когда знаешь, чего хочешь - всё так легко. Но когда нет... тяжело придумать что-либо тяжелее. Главное - пытаться строить мост. Так как его ещё нет - его не разрушить.
- Прости, я задержался. - Объяснять где и почему Кери считал бессмысленным - лишняя трата времени, которого у него было не так уж много до полной потери разума. - Что-то случилось, пока меня не было?
Кери смахнул снег с части лавки, сев рядом с Анной. Ему было неприятно осознавать, что он ничем не может ни развеселить её, ни подбодрить, ни занять даже. Ничего. Просто пустое место, которое иногда говорит пару слов в тему. Похоже, это была его судьба - оставаться ничем. Своё Кери отжил, может, и нет. Но крупицы надежды всё быстрее и быстрее разлетались по миру.
Место и погода лишь благоприятствовали молчанию и осознанию своей ничтожности. Ведь что такое один человек перед мощью вод?

+2

270

Особняки -> Улица ------>

Декабрь. 2010 год.

Утро: пришло долгожданное потепление. Солнышко пригревает чуть теплее, небо чистое, ветра нет. Сугробы стали намного мягче. Самое время лепить снеговиков!
Температура воздуха: - 2

Сложные размышления - враг сущего. Но Сиаланта и не размышляла о сложном. Подобно тому, как озирает мир взгляд ребенка, фиолетовые глаза ощупывали все, до чего могли дотянуться. Брела она довольно долго, уже почти целый час от остановки, но усталость в ногах была задушена равнодушным осознанием. Даже несмотря на высокие каблучки.
Где-то там, в ее кабинете, остался кот по кличке Граф. Он очень любил печенку и молоко. Сновидке вдруг захотелось погладить его прямо сейчас, но это было невозможно. Наверное все в сущем, рано или поздно понимают то, от чего долгое время открещиваются... но ее разум не хотел понимать и смиряться. Птица в клетке билась постоянно, раня уязвимое тельце души о жесткую, непроницаемую решетку. А вместо дверцы... вместо дверцы была молотилка смерти и объятия собственной оболочки.
Что произойдет тогда? Какие безмолвные процессы вообще происходят под колпаком забвения. В черной, бездонной пропасти, затягивающей тебя даже тогда, когда ты просто смотришь внутрь. Сами собой приходят образы слепленных сознанием и склеенных скотчем ассоциаций... Тело, исчезающее в глухом мраке и наводящая ужас тишина. Потеря всего, даже осознания. Страх.
- А-а, - прошептала она сама себе скорее инстинктивно, чем осознанно, прижав кулачки к груди.
Каблучки мерно выстукивали по очищенному от снега тротуару. Умрешь, шептало подсознания. Но не исчезнешь. Ты, что за гранью, будет трепать твою душу, точно собака - тряпку. Пока не выжмет все, что ей нужно. Без остатков, без единой капли, падающей мимо. И тогда уже не будет тебя. Мир будет крутиться вокруг кого-нибудь другого.
А пока, под стук каблучком, отбивающего ритм времени, скалится тусклое солнце, пытаясь прогреть холодный зимний воздух.
Внезапно прилетевший снежок угодил точно в капюшон, сбоку, но сновидка даже не повернулась. Тоскливо сжалось в груди сердце, ударило холодком в груди. За снежком прилетел второй, попавший в плечо, но вгляд Сиаланты, внезапно уцепившийся за знакомое лицо, искал поддержки а не знания. Кери. Анна.
Вошедшая в раж детвора забрасывала сновидку снежками, упиваясь беспомощной молчаливостью жертвы.
За что? Что они... так? Я ведь... я ничего.
Она неосознанно сжалась в комочек, пара слезинок прочертила бороздки на мраморно-гладких щеках. Кто-то толкнул ее в спину и девушка упала, едва успев выставить перед собой руки. Забвение. Лучше забвение. Жестокость в фоне. Она окружает и подавляет волю. Кажется, что вся ненависть мира сконцентрирована здесь. В каждом броске снежка, в каждом движении кисти... почему? Слезы капали на мостовую, исчезая без остатка и ответа. Почему?

+2


Вы здесь » Town of Legend » Побережье » Пирс и набережная


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC