Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Ресторан "Маска"


Ресторан "Маска"

Сообщений 271 страница 300 из 307

1

http://savepic.su/1903546.png

На одной из уютных улочек примостилось дорогое, но роскошное при том заведение, скрытое за тяжелыми дубовыми дверями. В "предбаннике" встретит услужливый официант, который проведет посетителя к свободному или приглянувшемуся столику, выдаст на руки меню в кожаной обложке, с золотым тиснением страниц. Заглянув туда, человек с худым кошельком сразу поспешит покинуть настолько внушительное ценами заведение.
Но и обслуживают здесь по высшему разряду - владельцы ресторации не вмешиваются в дела своих клиентов и не спешат их терять, а здесь, право же, собираются многие, чтобы обсудить дела, решить вопросы, устроить банкет. И платят за все круглые суммы.
Выложенные плиткой полы блестят в свете множества маленьких светильников, бежевые, с темными узорами, стены частично завешаны бордовыми бархатными драпировками, что придает помещению ресторана дополнительный отблеск роскоши.
Темные столы накрыты белыми, длинными скатертями, а около них - стулья с красивыми резными спинками, тоже темного цвета и только сиденья на на них мягкие, цветом в тон драпировкам. Вдоль стен расположились столики с диванчиками точно такого же, темно-красного цвета, и выглядят они несколько уютней, чем места со стульями.
Особое внимание следует уделить небольшой, невысокой сцене, на которой стоит, блестя лаковой поверхностью, черное фортепьяно и есть место для певицы - нередко сюда приходят просто послушать великолепную игру, а не просто обсудить что-то в компании теплого помещения и аппетитных запахов изысканных закусок.
Форма официантов строгая и без излишеств - темно-красные рубашки и черный, строгий низ. Отличается только фарфоровыми брошками в виде венецианской маски, что приколоты на правую сторону отворота рубашек.

+1

271

Аристократичные посетители, как всегда, с восторгом слушали пианисток-сестер - те играли в четыре руки и звучало это, честно сказать, потрясающе. Любой другой пианист или же просто человек, страдающий излишней завистливостью по отношению ко всем талантливым и не очень, немедленно воспылал бы далеко не белой завистью. На наше счастье, Бьяртэй не пианист ,не завистливая и тем более не человек. Так что, дождавшись окончания одной мелодии, девушка поднялась на сцену, под одобрительные взгляды некоторых, подошла к выступающим. Под бодрый аккомпанемент началась витиеватая, сложная для исполнения мелодия. Достаточно долго падшая, пусть и обладая немалыми навыками, разучивала это произведение. Зато теперь, освоив его в полной мере, падшая пожинала плоды своего почти что каторжного труда. Спокойствие, правда, не владело ее душой - там поселилось удивление и какая-то мрачная радость, предвкушение. Сестра, та, которую рыжая даже не начинала искать, обнаружилась сама собой, словно пришла на негромкий зов магической флейты. Я будто крысолов из старой детской сказки. Веду за собой некоторых крыс, вернее, одну. И совсем скоро выведаю ее тайну. Тайну рыжей крысы.
Под конец игры легкие совсем устали, губы онемели. На сцене Бьяртэй провела больше получаса, а никак не обещанные сестре пятнадцать минут. Но что значит это время по сравнению с годами ожидания и поисками ответа на самый главный вопрос? Ничтожная, незаметная песчинка, которая, даже попав в глаз, не станет его раздражать. Просто растворится за неимением выбора. Падшая убрала флейту, кивнула пианисткам. Те продолжали выступление, и игра их была потрясающей. Ее хотелось слушать, хотелось остановиться за темной драпировкой, замереть и слушать. Только самое главное - не дать никому увидеть, как на всегда бесстрастном холодном, иногда жестком лице, появляется самая добродушная и искренняя улыбка. Ее никто не должен увидеть. И не увидит - потому что драпировка слишком плотная и темная. А все остальные заняты: официанты прислуживают, свиньи - простите, люди - едят, а девушки играют. И ведать не ведают, что от их вонючих духов осталось лишь воспоминание. Нужно успеть уйти прежде, чем они закончат работать.
Комнатка, в которую минутой спустя проскользнула тенью падшая, насквозь провоняла. Куревом, которое Бьяртэй ненавидит искренне, и духами, ненависть к которым куда сильнее. Рыжая сестра обнаружилась в кресле - моем кресле - уши ее были заткнуты темными наушниками, из которых лилась незнакомая Бьяртэй музыка. Стекла рассыпаны по полу, и убираться, судя по всему, никто не собирается. Флейта аккуратно перекочевала в объемную сумку из темно-коричневой кожи, вместе с футляром, конечно же.
- Тебе стоит уйти, как и мне, - громко, так, чтобы даже сквозь наушники было слышно, произнесла падшая, убрав небольшим веником все осколки куда-то в уголок гримерки. - И перестань курить, воняет ужасно. На твое-то здоровье мне наплевать, свое дорого.
Вот такая манера - плевать на эмоции собеседника, словно его вообще нет. А что, кого-то не устраивает? Недовольных нет, а если таковые найдутся, то долго им не протянуть.
- У тебя в глазах много невысказанных вопросов, девочка. У нас на сегодня пятнадцать-двадцать минут, потом пересечемся через пару дней. Если есть желание - а оно есть - спрашивай.
Но это не значит, что я расскажу тебе все. Ведь у меня вопросов еще больше, и все они далеко не безобидные. Они касаются жизни и смерти, последней - в большей степени. Еще неизвестно, как эти впоросы и ответы на них повлияют на твою и мою жизнь, ребенок, испуганные и избалованный.

+1

272

Мэй лежала на кресле, слушая музыку. Белые наушники сильно выделялись на фоне темной одежды и ярко просвечивались через рыжие волосы. Ее любимый плейлист уже подходил к концу, ведь прошло уже больше 30 минут, а "сестрица" так и не вернулась со сцены. Видимо блистает перед публикой. И с каких это пор она играет на флейте? Комната была словно в тумане из-за сигаретного дыма, поэтому было сложновато отличить бордовый цвет обивки от бежевого оттенка стен, но дым помог хоть чуть-чуть отбить этот отвратный запах того самого парфюма.
Бьяр прошмыгнула в комнату незаметно, как мышка, и девушка не обратила на нее внимание до того, как та стала подкашливать и вести с ней диалог, который на самом деле являлся монологом. Мэй вытащила левый наушник, продолжая прислушиваться к песне, нежели к флейтистке.
-…У нас на сегодня пятнадцать-двадцать минут, потом пересечемся через пару дней. Если есть желание - а оно есть - спрашивай.
Рыжая усмехнулась и встала с крела, отбросив плеер с наушниками и оставив дотлевающую сигарету в пепельнице. Она медленными размеренными шагами подошла вплотную к сестре, смотря ей в глаза, словно призывая к разборке. Узнаешь этот взгляд? Миллей словно влезала внутрь головы и глаз Бьяр и рассматривала в них ту же жестокость и холод, но все равно понимая, что это уже не ее сестра. Поэтому назревал вопрос главный, единственный и самый важный, ответ на который мог дать одновременно ответы на все остальные вопросы, накопившиеся в голове у Мэй за последние 2 часа.
-Знаешь, несмотря на то, что мы с сестрой общались плохо, наверное даже почти не общались, я знаю ее наизусть. И хоть ты так же выглядишь, так же говоришь, так же ведешь себя, ты - не она.
Девушка отвернулась от нее и, отойдя в другой конец комнаты, присела на подоконник перед открытым окном. Она бросила взгляд на улицу, прохладную и тихую, освещенную мерцающими звездами и мягким светом фонарей. Затем она окинула взглядом Бьяртей, рассматривая ее с головы до ног, поднимаясь по шлейфу платья, и остановилась на ее глазах, таких чужих и незнакомых.
-Так что у меня всего один вопрос. Вопрос, на который я хочу услышать полный, честный и подробный ответ. Вопрос, после которого я смогу решить, что делать дальше, как продолжать жизнь, зная, что копия твоей сестры бродит по соседним улицам того же города, в котором живу я. Вопрос, после которого я пойму, есть ли смысл задавать еще вопросы. И поверь мне, я пойму, лжешь ли ты.
Эмоциям Мэй не поддавалась. Да, они присутствовали, но в этот раз она не давала им возможности выбраться на поверхность ее тела или хоть чуть-чуть отразиться ней. Она выглядела пустой и холодной, с дерзкой насмешкой на лице. Она выглядела именно такой, как ее видели окружающие последние несколько лет. В то же время и Бьяр ей не уступала. Посмотрим, что она скажет и как отразится на ней мой вопрос.
-Итак. - девушка выдержала приличную паузу - Кто же ты?

Отредактировано Millay (2012-05-26 20:49:01)

+1

273

Дым понемногу выветривался, вместе с собой унося запах (читайте: вонь) духов. Испарялось все это через небольшое окошко, распахнутое настежь. Штора чуть колыхалась, говоря о несколько ветреной погоде снаружи. Падшая оглядела комнату придирчивым взглядом еще раз, проверяя, не осталось ли ничего неубранного или чужого. Все лежало на своих местах и выглядело совершенно обыденно. Убедившись в этом, рыжая перевела свое внимание на сестру тела, что главное, вовремя. Девушка встала и, оставив сигарету в пепельнице  - непорядок, убрать немедленно, - подошла почти вплотную к Бьяртэй. Она опять смотрела глаза в глаза, пытаясь выразить что-то взглядом. В общей смеси мутных взглядов падшая разобрала только любопытство и невысказанный вопрос. Какой? Нетрудно догадаться. Младшая наверняка хочет понять, как удалось воскреснуть ее сестре, как она оказалась здесь и теперь продолжает жить. Объяснять почему-то не хотелось, напротив: хотелось объяснений со стороны Миллей. Что все-таки произошло тогда, той ночью, когда тело рыжей оказалось проткнуто ножом?
Нельзя дать ей понять, что я не помню прошлой жизни. Если она не распознала во мне падшую, значит не разбирается в общей системе этого мира. Тем лучше мне, удастся какое-то время быть под прикрытием. Что же, ситуация пока выигрышная для меня.
- Ты - не она , - закончила небольшую речь сестра. Начало ее речь Бьяр пропустила, но понадеялась, что ничего важного сказано не было. Ничего. за что можно уцепиться, как за тонкую соломинку, а вытянуть немаленький такой сноп пшеницы. Тайны. которые этот самый сноп скрывает.
- Говорят, люди меняются, - резко проговорила падшая, чеканя каждое слово, выделяя его интонацией. Вовсе не стоит этой девочке сейчас строить тучи предположений, не стоит. Нужен такой ответ, что на время удовлетворит маленькую дурочку, возомнившую себя кем-то, только ей известной. Бьяр поправила прядку, выбившуюся из общей копны волос, осталась довольна результатом. Казалось, что разговор, как и присутствие индиго, ее совершенно не интересовали. Такой вид всегда принимало лицо падшей. с кем бы рядом она не была. Сама по себе, беспристрастна, как статуя.
- Ты, однако, совсем не изменилась, - чуть наморщив нос, падшая устало опустилась в кресло, поставив на колени тяжелую сумку. - Могла стать умнее, научиться разбираться в словах, как своих, так и чужих. Ан-нет, говорят же, что г....кхм-кхм, не тонет.
Никакой усмешки, ни в глазах, ни на лице. Правильно, зачем кому-то понимать, что над ним издеваются? Только прирожденный эмпат уловит в голосе насмешку, ну или вампир какой. Они сами с детства такую школу воспитания проходят, что даже падшая по своей жестокости, если сравнивать с кровопийцами, наивный ребенок. А уж по части не-выражения эмоций... Еще учиться и учиться.
Девушка тем временем толкнула еще одну речь. На этот раз она была в разы длиннее предыдущей. И скучнее, соответственно. Вопрос, вопрос, лгу ли я. Кем ты себя мнишь, Мэй? Следователем? Ты подражаешь кому-то, мне неизвестному, даже в речи и манерах. Чья, интересно, школа? Познакомиться бы с этим существом, да посмеяться ему в лицо холодным смехом. Неуч.
Рыжая спокойно достала из сумки резинку для волос, расческу и принялась неторопливо расчесывать густые пряди, к низу переплетая их в косу. Прическа простая, но эффектная. В самый раз, когда надо отвлечь руки и глаза, но послушать. Закончила Бьяр одновременно с коронным, последним вопросом сестры. Слишком многого сразу ты хочешь, Милка.
- Кто я? - переспрашивает с теперь уже явной насмешкой девушка. На лице не дрогнул ни один мускул, - Ты сама прекрасно это знаешь, и понимаешь, что в произошедшем лишь твоя вина. Я оживший мертвец, а каким способом такое случилось, тебе знать незачем. Неинтересно и пресно, не в твоем стиле.
Падшая оправила платье и встала, закинув сумку на плечо. Чуть приподняла левую бровь, выразительно посмотрела на сестру. И направилась к выходу, не тому, что вел в ресторан. Черный выход, небольшой коридор, что выводит в темный переулок, от которого до метро  - пять минут пешком. А там и до дома рукой подать. Впрочем, домой не хотелось совершенно. Лишь напиться, напиться до чертиков. Это Бьяр умела лучше всего, и новая цель на вечер была поставлена.
- Теперь ты должна уйти, - внушение - прекрасная способность, - Мы сможем встретиться через несколько дней. Думаю, на этот раз в Центральном парке.
Рыжая закрыла за собой дверь, пропустив девушку вперед, и, не оглядываясь, направилась своей дорогой. Она теперь никуда не пропадет, слишком много вопросов для обдумывания я предложила этой девочке.

----->куда-нибудь

Отредактировано Bjarte (2012-05-27 13:38:35)

+1

274

раннее утро: звезд уже не видно. Солнце медленно поднимается за горизонтом. Легкий ночной ветерок летает по улицам города. Немного прохладно.
Температура воздуха: +11

Бьяртей, закончив свою речь, подошла к черному входу. Уйти? Ладно, но не думай, что я от тебя отвяжусь. Сестрица открыла дверь и дала Мэй прошмыгнуть на улицу первой. Рыжая ничего не ответила и, надменно развернувшись от Миллей, направилась в сторону метро. Девушка смотрела ей вслед, раздумывая о произошедшем. Слишком много было всего на этот вечер и ночь.
Нет, все-таки она не человек. Слишком… другая. Моя сестра бы начала читать мне "лекции", выговаривать, наезжать. А также она бы слишком серьезно бы затронула тему той ночи. А эта… Ей словно все равно.
Мэй отряхнула юбку и застегнула кожаную куртку. На улице был легкий ветер, который заставлял волосы развеваться, ночь уже подходила к концу и солнечный ореол стал появляться за горизонтом. Да, вопросы остались, да и предыдущие ответы толком ничего не дали, лишь подтвердили то, что понимала девушка. Переночевать было негде, ведь не было ни денег, ни дома. Миллей обошла здание ресторана вокруг и стала брести по дороге вниз. Девушка выглядела слегка обиженной и подавленной, как птица в стоящей у окна клетке. Мысли не давали покоя, наоборот, подбрасывали дрова в бушующий костер, который следовало бы утихомирить.
Пора брать себя в руки. Для начала найти работу. Не уступать же Бьяр. Да, соперничество между сестрами, как "необычно". Жилье? Может через знакомых… Ой, о чем я думаю, каких знакомых! Ладно, я знаю, где попытать счастья.
Мэй повернула в другую сторону. Она быстрыми шагами направилась в одно определенное место. Ведь там она могла бы помочь самой себе.
-----> Квартира Мэй

Отредактировано Millay (2012-05-28 15:37:49)

+1

275

----->Резиденция клана
• вечер: ветер затих. Воздух начал остывать. На небо появились редкие облака, солнце медленно, будто нехотя садится за горизонт. Тепло, но еще душно.
Температура воздуха: + 26

Прошел месяц с последних ярких событий для Гвен в Городе Легенд. Жизнь шла по спокойной струе, а дополнительные проблемы пока что не всплывали на поверхность.
Та дурацкая история с кинопленкой весьма серьезно и сильно врезалась в память, оставив за собой крайне неприятные впечатления. Несмотря на то, что все вполне себе хорошо закончилось, тот стресс и переживания по поводу дела с каждым днем все больше и больше изнуряли ее.
Но, не желая вспоминать о грустном, достаточно лишь было написать о происшествии пару строчек в своей полувековой кожаной книжке, тогда воспоминание будто переходит из головы на бумагу.
Придя на работу, Гвен в первую очередь пошла в свою маленькую гримерку, чтобы привести лицо в порядок. Все-таки, главная певица - это не халва по рубль 20. Необходимо было распеться, мысленно собраться и перебороть страх перед сценой.
Слава богу, с этим она справилась еще в первые несколько дней после того, как стала здесь работать. А это было приличное количество времени назад.
Все шло как обычно. На сцене выступали близняшки-пианистки, исполняя в четыре руки замечательные и милые, переливающиеся разноцветными нотами произведения. После них обычно выступала флейтистка или другая ненапрягающая сильно своим представлением девушка, чтобы оставить сладенькое напоследок. Но сегодня новенькая, которая совсем недавно устроилась, но очень даже неплохо выполняет службу, не соизволила прийти, поэтому Гвен пришлось выступать пораньше остальных.
Просидев полчаса-час в гримерке, наводя марафет и укладывая волосы, наконец, настало время выступления. Собравшись с духом, девушка подошла к сцене, ожидая, когда заиграет музыка.
Свет софитов озарил место для шоу и девушка сделала шаг на сцену. Музыканты сидели рядом и подмигнули беловолосой, чтобы та сильно не волновалась.
Песня заиграла сначала тихо, постепенно становясь все отчетливее и громче, ближе к припеву стали подтягиваться посетители и наслаждаться прекрасной вечерней музыкой, заполняющей все пространство и создавая атмосферу заведения.
Но вместе с тем, как люди заходили в помещение, становилось несколько не по себе. Стараясь не замечать этого, Гвен продолжала выступление.
Она смотрела на вход, будто ждала чего-то странного. Вдруг, внутрь зашел мужчина лет 20 на вид. Ничего необычного в нем не было, но по спине почему-то пробежал холодок.

0

276

----> Квартира Фауста
• вечер: ветер затих. Воздух начал остывать. На небо появились редкие облака, солнце медленно, будто нехотя садится за горизонт. Тепло, но еще душно.
Температура воздуха: + 26

Фауст легким зашел в весьма уютный ресторан. Все вокруг было затемнено и лишь легкий свет от свечей или небольших светильников у стола освещали помещение. Ресторан был, как ни странно, полон богатых пар. Все были одета с иголочки, а ели и пили одни деликатесы. Фауст, немного смутившись, подумал, куда бы сесть.
К его счастью, к нему подошел человек и спросил, чего гость желает. Инкуб сел на предложенное ему место недалеко от сцены, где, в свете софитов, пела местная певичка. Грейс никогда не обращал внимания на подобных девушек, считая их ветреными и глупыми. Но, несмотря на свои принципы, Фауст все же обратил свой взор на девушку. Она была даже не то, чтобы красива, а привлекательна. Инкуб почувствовал слабую красную ауру, но она была так слаба, что нить обрывалась слишком часто, чтобы понять, что это за существо. Ото всех вокруг отдавало нескрываемым удовольствием и душевной атмосферы. Где-то даже недалеко кто-то делал предложение своей даме. Инкуб как-то грустно вздохнул и облокотился о стол, закрывая глаза. То инфантильное настроение куда-то испарилось. И на секунду, Грейс пожалел, что пришел сюда, так как сегодня, видно, вечер "а-ля, пятидесятое свидание".
- Здравствуйте. Меня зовут Курт и сегодня я буду вас обслуживать. Чего желаете? - четко проговорил официант, подошедший к Фаусту. "Курт" был совсем обычным, даже скучным. Грейс уловил мысли суицида мужчины и где-то внутри пожалел парнишку. Все-таки, жить с больной матерью и сестрой, которой нужны деньги - тяжело. Не каждый справится с этим. Инкуб немного помедлил, посмотрел в окно, вздохнул, а только затем посмотрел сегодняшнее меню.
- Знаете, Курт. Я понимаю, что вам тяжело. Но не сдавайтесь. Считайте, что это все жизненные испытания и, если вы их пройдете, вас ждет приз. - говорил Фауст, все еще смотря в книгу. Голос его звучал спокойно, с долей сожаления.
- А пока... принесите мне какой-нибудь легкий салатик, - повернувшись, с сочувственной улыбкой проговорил Грейс симпатичному юноше, который вскоре, скорее всего, покончит с собой. Мысль о том, что люди не ценят свою жизнь - давно мучила голову инкуба. Но в конце концов, он думал, что человек не должен так страдать. А, собственно, сегодня его вечер. Надо отдохнуть, от всего.
Курт скрылся в дверях кухни, а Фауст облегченно вздохнул, вновь поднимая глаза на певицу, которая то и дело прикрывала глаза в течении песни, видно, получая какое-то удовольствие от него. Инкуб всегда любил музыку, даже музыкальную школу закончил. Фауст не подозревал, что обладает талантом к пению, поэтому даже не пытался петь, хотя, может, что-нибудь из этого вышло.
- Я не люблю одиночество. Просто не завожу лишних знакомств - чтобы в людях лишний раз не разочаровываться, - устало подумал инкуб.

Отредактировано Faust de Grays (2012-10-06 12:06:06)

+1

277

Номер уже подходил к концу, так что атмосфера блаженного отдаления от мира сего потихоньку рассеивалась.
Знаете, это чувство, когда играет прекрасная музыка, когда по телу проходят еле заметные, но тем не менее ощущаемые? Ты закрываешь глаза и полностью погружаешься туда - в мир эмоций, связанных с мелодий. Ты ощущаешь себя героем чего-то нереального, связанного с другой реальностью, той самой невероятной реальностью, в которой возможно все.
Примерно то же самое происходит тогда, когда ты выступаешь на сцене.  Только чувства гораздо сильнее - настолько, что у тебя захватывает дух. Проблема в том, что даже от одной мысли, что скоро все кончится, возвращение в рутину неминуемо, можно испортить все представление. Нечаянно сбиться - и все.  Пытаясь подстроиться под музыкантов, выходя из ритма, все рушится на глазах, все эти прекрасные грезы, возникающие во время действия. Именно поэтому перед выходом певцы так долго собираются. Это даже не мандраж, не какая бы там ни было боязнь сцены, это лишь открытие дверей в ту реальность.
Наконец, раздались громкие аплодисменты. На удивление, девушка выступила прекрасно, несмотря на предчувствие странностей. Но, в конце концов, с этим она могла бы разобраться и позже.
В горле пересохло, так что в тот же момент, когда она сошла со сцены, Гвен поспешила выпить пару глотков жидкости. Насытившись, пусть только водой, вампирша отправилась в гримерку и немного освежила себя, протерев лицо влажной салфеткой. Она вылезла из тесного облегающего одеяния и надела на себя легкое шифоновое платье, которое, несмотря на простоту, выглядело очень элегантно и эффектно.
Выйдя из-за кулис, девушка сразу направилась к одному из дальних столиков, чтобы хоть немного отдохнуть от вечерней суеты. Но, как назло, свободных мест не было.
С одной стороны, это, конечно, было огромным плюсом для самого ресторана: больше посетителей - больше прибыли. Но вот для Гвен это было разочарованием.
Пришлось искать человека-одиночку, чтобы составить компанию, да и просто выпить.
Проходя мимо столиков, Гвен слышала замечания и похвалы от богатеньких парочек, которые являлись "знатоками" во всем. Иногда это льстило, но в данном случае излишние комментарии доставали, даже бесили.
Взгляд девушки упал на молодого парня, сидящего на одном из ближних к сцене столиков.
- Не возражаете, если я присяду? - милая улыбка - неплохое начало знакомства. На удивление настроение было хоть куда.

+1

278

Песня подходила к концу, а Фауст до сих пор смотрел в одну точку. Не ясно было, куда он точно смотрел, но взгляд его был пустым, чем-то озабоченным, даже капля горя проскальзывала в глубине зеленых глаз. Тело его было неподвижно, порой, он даже забывал моргать, запутываясь в собственных мыслях, толкования, вопросах. Он тщетно пытался понять, почему его жизнь не сложилась? В чем была ошибка? Что было не так? Инкуб вздрогнул. Понял, что сейчас жалеть пройденный путь – худшее занятие на сегодняшний момент, да и собственно вся жалость, которая еще была у Фауста, давно высохла в груди. Можно, было сказать в душе, но души у этой шлюхи не было.
На фоне заиграла соул-классика и слова песни резко вошли в мозг, заставляя вновь задуматься. Фауст чуть вздохнул и оперся головой о поставленную на стул руку. – Так, завтра нужно оформить бумаги на клуб, кому-нибудь продать и валить отсюда, - вздох. – Почему я не могу найти человека или нечеловека, который бы понял меня? Который бы сказал, что все хорошо, что я смогу? Ну, или человека, который бы оказался маньяком и сделал мою жизнь хоть чуть разнообразнее. Боль уже ничего не значит для меня. Точнее. Теперь – не значит. Боль – для людей, для жалких смертных, боль – это признак слабости.
Если бы Фауст видел себя со стороны – он бы, наверное, ужаснулся. Сидел мужчина. Красивый. Бледный. Уставший. Чем-то обремененный. Кажется, что сейчас, вот-вот, и с ним случится что-то. Рука его замерла, а глаза и вовсе стали каменными. Даже жилка на шее не дергается.
- Надо бы развеяться… придумать что-нибудь. В Изнанку, что ли, слетать. Здесь так скучно. Точнее. Моя жизнь тускнеет с каждым днем. Я знаю, что сотни нелюдей в городе замешаны в весьма интересных авантюрах, а что я? Мне приходится сидеть здесь. Вот так. Одному.
По телу вновь пробежали мурашки и инкуб встряхнулся. Провел руками по лицу, вздохнул и окинул взглядом помещение. Он хотел подозвать Курта, но приятный женский голос перебил его.
- Не возражаете, если я присяду? Отвечать, откровенно, не хотелось. Хотя, он же хотел чего-то нового? Но, будет ли это чем-то новым?
- Да, конечно, - тихо отвечает Фауст, вновь твердо садясь на кресло и устремив свой взгляд на девушку. Она была довольно симпатичной, даже красивой. Свет на этой белоснежной коже, напоминающий мрамор, ярко переливался. Блондинка. Полу-вечернее платье. Похоже, сегодня Фауст не будет скучать. Улыбка проскользнула на лице инкуба и тут же исчезла.
- Должен заметить, вы талантливы, мисс… - немного отрешенным, даже холодным голосом, сказал Грейс.

Отредактировано Faust de Grays (2012-10-14 14:39:43)

+1

279

Ловя на себе взгляд юноши, Гвен улыбалась. Было интересно наблюдать за тем, как думают существа. Это, в некотором роде являлось проникновением в сознание, попыткой читать мысли.
- Должен заметить, вы талантливы, мисс…
Выслушав предложение, девушка тут же поспешила ответить, не теряя времени. К чему были лишние отвлечения, на тот момент она была сосредоточена лишь на этом диалоге
- Сазерленд. Но для вас просто Гвен, к чему формальности. Спасибо за похвалу...
Поудобнее устроившись на кресле и закинув ногу на ногу, блондинка вытащила из сумки сигарету и, достав маленький огонек, прикурила. Выдохнув сладкий дым, она продолжила.
- Надеюсь, вы не против… - Прошло несколько секунд прежде, чем кто-то из них заговорил, - А ваше имя? Раз уж сидим вместе, я была бы не прочь познакомиться.
Несмотря на некоторую усталось девушка совершенно не хотела лежать на месте, скучать или, чего хуже, идти домой. Внутри тела гулял азарт и предвкушение чего-то интересно. Есть не хотелось, напротив, из-за мыслей про очередные убийства становилось только хуже, так что Гвен решила не занимать свой мозг этой чепухой и просто продолжить беседу.
Знаком она подозвала неподалеку стоящего Курта, чтобы тот принес чего-нибудь выпить. Тот быстро подбежал, оставляя за собой маленькие вмятины на ковровом покрытии.
- Принеси красного вина. На твой вкус, главное - не моложе пяти лет.
Официант незаметно кивнул и убежал к другим столикам, принимая заказы. Тем временем на сцене гармонично и спокойно играли джаз-музыканты, преимущественно довольно тихие песни. Это было неплохо, потому что к этому времени многих уже стала бы напрягать быстрая и резкая музыка, отчего ресторан мог бы потерять некоторое количество посетителей.
Скинув пепел, Гвен посмотрела в глаза юноши и улыбнулась. Он был явно нечеловеческой природы, эту ауру очень легко было почувствовать. Особенно тому, кто прекрасно в этом разбирался.
- Как вас занесло сюда? Мне кажется, вы нечасто бываете в подобных заведениях.
Курт наконец вернулся с бутылкой Каберне Савиньон, что было очень неплохим выбором. Также в руке он держал два бокала, так что девушка понадеялась, что парень не станет отказываться от подобного удовольствия, тем более не за его счет.
Улыбаясь, блондинка выслушала ответ. Вечер становился все приятнее с каждой минутой.

Отредактировано Gwen (2012-10-28 16:55:19)

0

280

- Мое имя, думаю, редкое. Даже аристократичное, что ли, - инкуб улыбнулся, поправил волосы и, опустив руку на стол, продолжил: - Фауст, меня зовут Фауст де Грейс. Знакомство – интересная штука, не правда ли, мисс Гвен? Мне кажется, каждая новая встреча с новым человеком предначертана судьбой, - мужчина призадумался, на секунду отведя взгляд на прозрачное стекло. В его глазах скользнула молниеносная мысль, он чуть сжался, а затем, начерно пересилив себя, вновь обратился лицом к девушке.
Курящие девушки всегда отталкивали Грейса. Он всегда пытался бороться со своей брезгливостью, но выходило это весьма плохо. И на этот раз, мужчина недовольно шмыгнул носом, но все равно добродушно улыбнулся концами губ, чтобы не обидеть девушку, если вдруг она заметит. Жизнь сложилась так, что немало лиц, да тел перевидал инкуб, включая и мужские, и женские. Были, конечно, красивые, на самом деле, от природы, но редко. Чаще всего это были либо девушки с красивыми глазами (особенно с голубыми, у инкуба фетиш на голубые глаза), или прокаченные парни,… но про похождения Фауста как-нибудь потом.
На фоне играла приятная уху джазовая музыка и ситуация предполагала к расслаблению. Собственно, конечно, Фауст – Александр Македонский, герой, но отчего же и не отдохнуть один денек, сбросить рутинную маску усталости и душевного разложения?
В это время девушке уже несли заказанное вино. Красное, видимо, дорогое. Распробовать возможности не было, так как надпись стояла стороной к Гвен, но на оценочный взгляд настоящего профи можно было сказать, что это Каберне Савиньон.
- О, вино. Что же, - Фауст взял осторожно взял бокал, дабы не разлить и не опозориться перед всеми, ненароком опозорив девушку, - вы правы. Рестораны это, конечно, весьма презентабельно, празднично и не буднично, но я все равно предпочитаю им уютные кофешки. Особенно летние. На улице. Когда воздух пропитан теплотой, чуть не хватает воздуха, а шоколад тает на языке, - инкуб прикрыл глаза, вспоминая восхитительное свидание с мужчиной в Лондоне, это было одно из самых запоминающихся событий из «старой жизни». Правда, жаль, что он оказался не тем, кем хотел его видеть Грейс. Скажем, ненависть со временем утихает, обида проходит, злость угасает, а разочарование навсегда отдаляет людей друг от друга. 
- Можно поинтересоваться, какое ваше любимое время года? – Фауст скромно улыбнулся, сделав глоток красного вина. Про стоящую на улице погоду говорить не хотелось, а вот поддержать разговор – стоило, особенно с такой прелестной дамой. Мелкий противный дождь тихо стучал по окну, не вызывая особенно раздражения, но, конечно же, портя общее впечатление о «Маске».
- Знаете, - вновь заговорил Фауст, переходя на низкие обертоны, - жизнью следует наслаждаться, как превосходным вином,  - чуть поднял бокал, впившись глазами в чужую радужку, словно исследуя на вкус, - глотком за глотком, с передышкой. Но даже лучшее вино теряет для нас всякую прелесть, мы перестаем его ценить, когда пьем, как воду, - вздох.
- По-моему, у меня уже вода соленой стала, - прокомментировал свою ситуацию инкуб. Из бокала вновь убыло. Время хотелось растянуть, как резину. Но, к сожалению, это невозможно, а это, однако, печально.
- Я так понял, вы пытаетесь пробиться в звезды? Как давно вы в городе? Я, лично, приехал недавно, купил клуб и теперь развлекаюсь, - добродушная ухмылка. Грейс удобнее сел в кресле, чтобы было удобнее держать бокал, оперевшись локтем на подлокотник.
Где-то зазвонила знакомая мелодия "Gravitation", а затем и почувствовалось вибрирование в кармане - звонил телефон. Фауст, закатив глаза и тихо вздохнув, не без труда достал свой Iphone и поднял трубку. Звонила его стилист. Спрашивала, когда подвезти костюм, сшитый на Хеллоуин.
- Хм, я сейчас в Маске, можешь, сюда принести, - барским тоном заявил инкуб и отклонил вызов. Затем он улыбнулся и вновь посмотрел на девушку.

Отредактировано Faust de Grays (2012-10-28 11:00:10)

+1

281

- Судьба... А что мы знаем о ней? Лишь то, что сюрпризы, которые она нам готовит могут оказаться в любом месте и в любое время. То, что она коварна и импульсивна, никогда не даст забыть о себе. - Какая-то философская беседа получается - проскользнуло в мыслях у Гвен, - Я считаю, что все предопределено изначально. Даже те, кто воспринимают правильной свободу выбора и то, что будущее зависит от наших решений, не правы. Любое наше решение известно с самого первого вздоха. А что касается тех, с кем мы встречаемся на протяжении этой дурацкой жизни...
Официант аккуратно достал бутылку из ведра со льдом и наполнил два бокала темной благоухающей жидкостью. Кивнув, он убежал и вновь оставил девушку и ее нового друга наедине.
- Как я уже сказала, все преопределено.
Гвен сделала глоток вина. Холодный ароматный напиток разливался внутри организма, оставляя за собой тепло. Самое древнее и самое вкусное, как считала блондинка, питье.
Мысли на какой-то момент переместились в совершенно другое место, будто разум отделился от тела и улетел куда-то в пространство и время.
Это случалось довольно часто, особенно в последнее время. Резко накатывала некая волна воспоминаний или мыслей, бывало все в одной куче. В этот момент она отключалась от мира и сидела на одном месте с несколько измученным взглядом, направленным в одну точку.
- Гвен! Очнись! Бомба... БОМБА!
Несколько туманная картинка. Окружающая девушку местность не была похожа на Город Легенд, все было в коричнево-бежевых тонах, будто девушка находилась на каком-то полигоне.
Она огляделась. Вокруг бегали какие-то люди, рядом находились больничные койки. На стене здания был нарисован огромный красный крест.
На вампирше находилась все та же одежда, в которой она была секунду назад, находясь в "Маске". То же черное шифоновое платье, жемчужные бусы и маленькая сумочка. Бокал вина выпал из рук, осколки разлетелись по земле и заставили жидкость разливаться, пропитывая поверхность.
- Гвен!
Она оглянулась. В нескольких метрах от нее находился мужчина, который сидел на чьем-то безжизненном теле. В воздухе витал дым, сложно было разглядеть черты лица. Из последних сил блондинка бросилась в ту сторону и резко оказалась рядом. С телом. Своим телом.

Резкий вздох. Бокал все еще в руке. На фоне играет спокойная джазовая музыка. Напротив сидит Фауст и с важным видом разглагольствует по телефону.
Несколько раз моргнув, чтобы убедиться в нахождении на месте, Гвен поставила напиток на стол и привстала с места. Посмотрев парню в глаза и помолчав пару секунд, лицезрея его, мягко говоря, офигевшее лицо, попыталась выдавить из себя одну фразу.
- Я... Я вернусь через пару минут.
Отойдя подальше от столика так, чтобы никто не видел ее, девушка зашла в тень и вышла уже в своей гримерной. Взглянув на себя в зеркало, она сразу же опустила глаза. Не было ни малейшего желания смотреть на себя, а особенно пытаться вникнуть в произошедшее.
На стуле лежал чехол с костюмом. Блондинка сразу же вспомнила про праздник, к которому уже успела подготовиться. Схватив костюм, она быстро выбежала из комнаты и вернулась в зал.
Через секунду оказавшись возле Фауста, она схватила его за руку своими весьма холодными пальцами.
- Нужно срочно выйти на улицу. Зонт у меня есть. 
----> клуб V.I.P.

Отредактировано Gwen (2012-10-31 00:10:57)

+1

282

Фауста немного обидел факт того, что девушка, буквально, проигнорировала большинство реплик инкуба. Разговор, откровенно говоря, не клеился. Грейс, хоть и был инкубом, но он устал уже соблазнять потенциальных жертв на ночь одними «пылкими» речами. Люди перестали быть идиотами, стало сложнее определять ветреных особ, что усложняло миссию «переспать за одну ночь».
Фауст чуть тихо выдохнул, когда девушка все же пришла в себя после какого-то помутнения. Это «нечто» даже испугало его. Она превратилась, словно, в камень. Показалось, что ее и так бледная кожа стала ее бледнее, а глаза потеряли тот яркий, характерный для жизни, блеск. На секунду даже показалось, что она умерла,… но оказалось – не казалось, собственно говоря.
- Судьба. Может, мы как-нибудь встретимся? – мысленно соглашаясь с Гвен, подумал инкуб. Столько дум было пройдено, столько мыслей терзало его душу и все сводилось к одному – судьба. Если даже и представить, что существует такое подобное существо из плоти и крови… то, вряд ли, бы это был мужчина. Большинство мужчин вряд ли бы смогли плести столько интриг на Земле, вряд ли бы смогли держать все «человечество» в постоянном страхе будущего. 
Девушка выскочила из-за стола с каким-то озабоченным, с долью удивления и непонимания, лицом.  Эмпатия, конечно, помогла бы понять, в чем проблема, но нужен тактильный контакт, а так… можно определить лишь, какие эмоции: положительные, отрицательные, дурманящие, позитивные и так далее.
Инкуб вновь грациозно взял бокал и отпил, желая, чтобы время в данную секунду шло побыстрее. Ресторан весьма наскучил ему, и все те люди, которые шепотом обсуждали, а скорее, осуждали друг друга, просто бесили его. Почему люди так завистливы и жадны? Недалеко сидела пара: молодая, наверное, тупая блондинка, а рядом с ней какой-то пожилой старичок. Вот как в наше время на бабло-то разводят девицы!
Грейс чуть улыбнулся, а потом и вовсе ядовито засмеялся, вспоминая, как в свое время тоже «одурманивал» богатых женщин, высасывая из них, в прямом смысле, все. В его банке на данный момент, наверное, больше, чем 150 миллионов долларов, вроде бы. От них же он получал довольно дорогие подарки: кольца, костюмы, стоящие от 100.000 $ и выше, и остальную смертную бредню.
Гвен вернулась довольно быстро. Было видно, что она какая-то нервная. Ее резкие, на глаз, наверное, слишком быстрые движения, опять удивили инкуба. Он немного даже опешил, когда она чуть ли не силком вытащила его из стола.
- Хорошо, хорошо, успокойтесь, Гвен, - не то утешающим, не то удивленным голос говорил Фауст. Ему, конечно, уже не нравился ресторан, а ей, наверное, он просто уже опротивел. Всем этим. Этими людьми, этой мебелью, этой надменной, подобострастной атмосферой. Грейс, взяв ситуацию в свои руки, крепче сжал руку девушки и направился к выходу. Находу набирая на телефоне см-с своему стилисту: «Костюм привезешь в мой клуб».
На выходе он добродушно отчеканил «благодарим за прекрасное обслуживание» и вместе с девушкой вынырнул из душного помещения прямо в прохладный дождик.
- Я предлагаю, - он повернулся к девушке, до сих пор сжимая ее руку, - нет, даже настаиваю пойти в мой клуб. Скоро начнется праздник, там особая вечеринка, - он улыбнулся, стоя под дождем, -  и вы приглашены. Кстати, он тут недалеко, - подзывающими обертонами закончил мужчина.
Долгожданная прохлада заставила вновь протрезветь, инкуб провел ладонью по лицу, смахивая капли. Он медленно начал ступать в сторону клуба, почему-то даже и не думая, что девушка может отказать.
---> Клуб V.I.P.

+1

283

-------> Резиденция клана
• вечер: ветер усилился. Темно, даже горящие фонари кажутся какими-то блеклыми. Дождь прекратился, улицы стали покрываться наледью.
Температура воздуха: 0

Девушка шла по улице, закутавшись в плотный шарф, который закрывал ее губы от холодного зимнего ветра. На улице уже потемнело, даже самые светлые места погрузились в пелену вечера. Приходилось идти аккуратно, лед под ногами не был посыпан солью, так что Гвен в любой момент могла улететь в другой конец улицы.
Зайдя внутрь уже такого родного ей места, беловолосая стащила с себя дубленку и прошла в свою гримерку, дабы привести себя в порядок перед выходом на сцену. Времени у нее было полно, вампирша пришла в этот раз задолго до своего выступления, которое, между прочим, в этот раз будет не таким уж и длинным.
Повесив куртку на крючек, Гвен присела возле зеркала и посмотрела на себя. Ее до сих пор мучали воспоминания, а точнее почти полное их отсутствие, о ночи Хэллоуина. Было похоже, что все события ее жизни будут стираться на следующий же день после их появления.
Глубоко вздохнув, она положила на стол сумку, а затем, открыв ее, вытащила оттуда любимую алую помаду и аккуратно прошлась ей по губам. Взглянув на себя еще раз, девушка растерянно встала с кресла и, оставив все вещи в комнате, вышла в общую комнату, где просиживали очень многие из персонала.
Краем глаза она заметила рыжеволосую девушку, которую видела несколько раз выступающей. Она очень неплохо орудовала флейтой, умея воспроизводить действительно очень и очень красивые мелодии. Они были с ней знакомы только приветствиями, а завести друга в месте, где работаешь, было бы неплохо.
В комнате стоял едкий запах сигарет. Гвен не была ярой противицей курения, но дым словно разъедал глаза, из-за чего пришлось идти прищурившись, особо не видя направление.
Подойдя к окну, девушка открыла его нараспашку, запуская холодный воздух внутрь. Несмотря на то, что оно и до этого было открыто, форточки не хватило для того, чтобы впустить свежесть внутрь комнаты.
Простояв пару секунд у окна и почувствовав проникающий в легкие воздух, она прошла к дивану и присела рядом с той самой девушкой.
Не знаю, почему, но она вызывает у меня интерес. Живой, настоящий интерес, это весьма и весьма непривычно.
- Ты давно здесь работаешь?
Вопрос был задан так, чтобы она слышала. За все время, что вампирша провела в комнате, она не увидела на лице девушки ни одной новой эмоции, та просто сидела и смотрела в одну точку.
- Я Гвен, кстати. - Выдержав недолгую паузу, беловолосая продолжила, - А ты очень неплохо играешь на флейте, заслушаться можно.

+1

284

----> Особняк Ксэо
Декабрь 2013 • вечер: ветер усилился. Темно, даже горящие фонари кажутся какими-то блеклыми. Дождь прекратился, улицы стали покрываться наледью.
Температура воздуха: 0

Работа-работа, вечная рутина, на которую падшая сама же и согласилась. Все дело, загвоздка в том, чтобы тебе нравилось дело, за которое решено было однажды получать средства к существованию. Если это монотонный труд, то нет, увольте, отпустите  таких денег не нужно было рыжей, привыкшей к свободе тела и духа. Игра на флейте, музыка, приносящая успокоение после ссор с самой собой или неблизкими людьми (ведь близких-то и нет) - вот что стоило того, чтобы терпеть на себе разнообразные взгляды посетителей, тычки от начальства и прочие неприятности. Многие коллеги Бьяр, пытавшиеся сблизиться с ней, быстро оставили свои попытки, за девушкой закрепилась репутация железной и бесчувственной леди, которой наплевать на общество. Такое положение дел рыжую вполне себе устраивало. Никто не трогал ее, она, в свою очередь, никому ничего не была должна - не это ли свобода? Вот только почему мне становится как-то странно, стоит лишь увидеть смеющихся группкой официанток? Завидую, что ли. Не замечала за собой такого раньше. Всегда была самодостаточно, а тут вдруг такая подстава.
За размышлениями незаметно пролетела дорога до ресторана, уже призывно распахнувшего двери перед посетителями. На самом деле, конечно, двери были закрыты, однако приветливые швейцары, столь важные для состоятельной публики, уже мерзли. Никого из них по именам девушка не знала и знакомиться желанием не горела, а потому расплатилась с водителем и, проверив, не забыла ли чехол с флейтой, сразу после входа в здание свернула в служебные помещения. Комната, достаточно просторная для двух-трех человек, не пустовала, к великой радости девушки. Ей почему-то хотелось хоть парой ничего не значащих слов переброситься с кем-то, а тут так удачно оказалась относительно недавно устроившаяся на работу певица. Голос у девушки был прекрасный, с этим не поспоришь. Часто Бьяр наблюдала за выступлениями других девушек, дабы сравнить себя и их, может, научиться чему-то новому, однако по-настоящему нравились ей лишь выходы Гвен. Имя девушки не было особой тайной - это при работе-то в женском коллективе.
В тот момент, когда рыжая прошла в комнату, блондинка как раз раскрывала окно после того, как отработавшие в дневную смену девушки прокурили помещение. Слишком часто по этому поводу злилась падшая, вышвыривая за окно чужие пачки, пока никто не видел, да и нередко опустошала пепельницы в сумки особо злостных курильщиц, что умудрялись прокуривать все вещи рыжей. Что интересно, ни разу еще она не попадалась. Перед выступлением делать было решительно нечего: падшая оставила пальто в шкафу, оправила платье и, положив на колени чехол с флейтой, уселась на невысокий мягкий диванчик. Гвен вскоре уселась рядом: вид у нее был такой, что свойственен человеку, жаждущему начать разговор с целью что-то узнать. Ну, горящие глаза, улыбка и все такое.
- Сазерленд, верно? - уточняет падшая, обратив наконец взгляд на новую собеседницу. Внешне она была красива, что тут скрывать, и куда больше соответствовала представлениям о красоте, что есть у мужчин, нежели сама Бьяртей. Впрочем, ее это не особенно волновало.
- Бьяртей. Могу сказать то же и о твоем голосе, - услышать похвалу из уст этой веснушчатой статуи - настоящая редкость. Так что если случается такое, можно с готовностью говорить о ее хорошем настроении, что бывает еще реже похвал. Сдержанная улыбка, которую себе позволила Бьяр, все же стала искренней - ну очень уж не хотелось становиться привычным камнем в этот вечер. Идея пришла в голову достаточно быстро, и столь же быстро девушка высказала предложение, чтобы не было возможности взять слова назад.
- Можно выступить вместе, если есть подходящая композиция на примете, - пожимает плечами, мол, как хочешь, так и будет. Ведь никогда не поздно меняться, верно?

Отредактировано Bjarte (2012-12-16 18:48:09)

+1

285

В комнате становилось проще дышать. Запрелый грязный воздух выветривался, оставляя за собой чистый неиспорченный ничем запах свежести. 
Со временем многие из персонала покинули общую комнату. Пианистки ушли на сцену , девушки на побегушках занялись своими делами. 
- Бьяртей. Могу сказать то же и о твоем голосе.
Рыжая показалась Гвен не просто необычной, даже странноватой. Для творческого человека, особенно с такой внешностью, она была чересчур замкнутой, тихой, безэмоциональной. Даже свою последнюю фразу она произнести без ноты искренности в голосе. Но при этом реплика все же показалась правдивой. 
- Спасибо. - Нечасто услышишь похвалу от кого-то. Обычно все заканчивается более печально, особенно в общении с людьми, так что было действительно приятно. 
Улыбнувшись, беловолосая устроилась на кресле поудобнее и, продолжая слушать рыжую, немного больше задумалась о своей собеседнице, нежели о работе или о теме их разговора. 
- Откуда ты? У тебя необычный акцент.
Услышать в голосе некую чуждость мест было несложно. За столько лет путешествий вампирша посвятила себя изучению жизни; каждому языку присущ свой оригинальный акцент, также существует множество диалектов. Но определить принадлежность существа к другой языковой группе и культуре настолько же просто, как и зарядить телефон. 
Предложение выступить вместе получилось внезапным. Не сказать, что Бьяртей была камнем в общении с кем-то, но дружбы та ни с кем не заводила, так что неожиданная инициатива действительно удивила девушку. 
- Я могу покопаться в нотах. Может что-нибудь и найдется. - Привставая с места, Гвен продолжила, - Можешь сходить со мной, если хочешь.
Покинув комнату, вампирша направилась к себе в гримерку. Тихо открыв дверь, она зашла внутрь и направилась к сумке. Внутри лежали различные бумажки, ноты, записи. Она вытащила их оттуда и не спеша отобрала одну из бумаг. 
- Вот. Думаю, эта подойдет.

+1

286

Что же, стоит быть честной самой с собой и признать, что холод улиц уже вышел из тела, наполнив его теплом несколько душного помещения, а вместе с ним потихоньку уходил и холод души. Становилось немного легче морально, рыжая позволила себе расслабиться и встать, пройдясь по комнате. Следующий вопрос собеседницы не удивил девушку. Многие отмечали ее акцент, хотя на английском она говорила свободно, но преодолеть это никак не могла. Нельзя сказать, что акцент раздражал, но когда каждый тычет тебя в носом в происхождение твоего тела, не так-то просто оставаться совершенно спокойной. Странно, но сейчас этот вопрос не вызвал желания жестко отшить потенциальную собеседницу. В конец концов, она просто интересуется тем, на что обратила внимание. Мне присуще точно такое же любопытство, так почему бы не попробовать быть немного мягче с теми, кто действительно интересуется мной?
Бьяртей улыбнулась - улыбнулась! - быстро, почти незаметно. Историю своего тела она знала прекрасно, благо изучила ее досконально, пусть это было и сложно. Девушку похоронили в ее родном городе, а потому добраться до информации о мертвом человеке, занимая его приметное по внешности тело, не так-то просто. Времени на долгие разговоры не было, так что рыжая направилась за Гвен, чтобы найти ноты, по пути рассказывая.
- Литва, Вильнюс. Я там прожила до совершеннолетия, потом решила перебраться сюда. Более живое место, - в ее речи всегда преобладали короткие, рубленные фразы. Так было часто, а те немногие, кому удавалось разговорить падшую, могли довольствоваться и пространными рассказами на разнообразные темы. Она могла долго рассуждать над тем или иным вопросом только в том случае, если было сопутствующее настроение. Сейчас оно почти стало таким, однако некая скованность не пропала.
Проглядев глазами лист, испещренный понятными лишь музыкантам значками, то бишь нотами, девушка удовлетворенно кивнула. Необходимо было потренироваться, конечно, однако и эту мелодию просто адаптировать под флейту, чуть подстроившись где надо. Импровизация была коньком Бьяр, ибо играла она очень и очень неплохо, если не сказать мастерски. Долгие тренировки и искренне желание преуспеть творили чудеса. Флейта была вытащена из чехла с бережностью, так как к этому предмету девушка привязалась сильнее, чем к кому-либо из людей. Приложить к губам, чуть размять пальцы и, не отрывая взгляда, попробовать сыграть - чем не поднятие настроения и не простенький, но необходимый разогрев?
- Очень даже подойдет, - она улыбнулась снова, позволив улыбке задержаться на лице чуть дольше, чем обычно. Скоро пора было выходить, минут эдак через двадцать, а пока можно было занять время разговором или подбором нот. В конце концов, посетителям важно не точное соответствие нотному листу, а само звучание, чистота игры и искренность музыкантов. Очень многие разбирались в музыке, а потому брать в качестве певиц, скрипачек и флейтистов в "Маску" абы кого не стали бы.
- Ты здесь недавно работаешь, - утверждение, не вопрос, - Зачем? - а вот это уже куда интереснее, так как подобные вопросы были коньком Бьяр. Узнать чью-то тайну она всегда была не прочь, но для этого требовалось разговорить человека. Иногда он мог выдать свой секрет или нечто особенное совершенно случайно.

+1

287

Передав рыжей в руки листок с нотами, она ожидала ее позитивной реакции. В конце концов, мелодия действительно была хорошая, партию девушка знала, да и сыграть на флейте не составит, как ей показалось, никакого труда.
- Вильнюс… Никогда не была там. Красивое место?
Любовь к путешествиям давала о себе знать. Гвен как раз хотела поехать куда-нибудь, где еще не была, в какой-нибудь уютный уголок мира, без особой шумихи и сумасшествия. Интересно, а Литва являлась одной из таких стран?
Наконец, Бьяр все же одобрила композицию, тем самым подняв вампирше настроение. В ее существовании было мало радостей, так что творчество являлось одной из тех вещей, которые очень много значили в ее жизни.
Улыбка некоторое время не сходила с лица собеседницы, но глаза выдавали, что ей сложно было удерживать ее. Что же такое случилось у девушки, что ей сложно даже выдавить из себя малейшие эмоции?
- Отлично, тогда можно заняться отработкой. Думаю, ты сможешь это сыграть, - Взглянув еще раз на ноты, Гвен убедилась в правильности своих слов, - Да, безусловно.
Беловолосая направилась обратно в комнату для персонала, сейчас там было пусто, а специально оставленное открытое окно проветрило помещение, так что провести там время до выхода - было бы отличной идеей. Правда, надо было предупредить остальных о совместном выступлении, а то получится неудобно. Одним номером меньше, запросто можно сбить все расписание.
Вопрос, прозвучавший из уст рыжей немного сбил девушку с толку. То есть, задан он был абсолютно понятно и конструктивно, но особого смысла в нем не было.
Что значит, зачем? Деньги, во-первых. Любовь к музыке. Хороший коллектив и приятная публика. Было множество причин, да и ничем не примечательных.
- Место хорошее. Да и деньги не помешают.
Хотя, возможно, Бьяр уже пронюхала о принадлежности Гвен к другой расе. Что можно было сказать и о ней самой. Людям не свойственна такая аура, скрытность и безэмоциональность. Но, тот факт, что у рыжей что-то произошло, что сильно на нее повлияло, нельзя было отрицать.
Но, раз уж на то пошло, то надо бы и продолжить разговор, может даже перевести тему. А лучше вообще заняться музыкой.
- А ты?
Ответный вопрос задан лишь для приличия, как в стандартных диалогах. Правда, с другой стороны, собеседница показалась вампирше довольно приятной личностью. Может быть, стоит все же ей симпатизировать более активно?
- Если наше выступление будет удачным, то можно будет это и отметить.
Все равно делать нечего. А компания не помешает и одной, и другой. Девушка была в этом абсолютно уверена.

+1

288

Говорят, что человеческая душа - потемки. Кто-то умел прекрасно разбираться в себе, но не отличал людей даже по характерам, другие же видели мельчайшие червоточины в окружающих, но не замечал собственных. Бьяр, судя по всему, относилась к совершенно иной категории людей, которые периодически прекрасно отмечали все детали, а временами были словно слепые котята. Для нее этот период слепоты настал именно сейчас - девушка не могла понять, чего ей хотелось. С одной стороны, не подпускать к себе близко никого, чтобы не быть беззащитной. С другой, утомление вечным одиночеством давало о себе знать все больше и больше с каждым днем.
- На разный вкус покажется по-разному. Мне раньше нравилось, теперь - слишком скучно, - по пути к комнатке, от которой можно было выйти на сцену, вполне себе приятно перекинуться парой-тройкой фраз. Сегодняшний вечер девушка не обиралась проводить в одиночестве, пусть уверенности в том, что блондинке не надоест ее компания, не было.
- Аналогично - неплохо платят. Я бы даже сказала, более чем неплохо, - легкое пожатие плечами, мол, а что здесь еще добавить, - Насчет коллектива сказать нечего. Не общалась. Действительно, ни с кем из коллег рыжая так и не завела отношений пусть даже похожих на дружбу отдаленно. Приветствия-прощания, не больше. А вот дальнейшая идея выпить после выступления показалась весьма себе неплохой перспективой на вечер. Раз уж Гвен предложила сама, так почему бы и не попробовать завести нечто похожее на дружеские отношения.
- Даже если провалим, выпить не помешает, - снова улыбка, правильно, раз уж решила побыть чуть более эмоциональной, чем обычно, так не нарушай своих обещаний. Бьяр часто напоминала окружающим кусок скалы - не внешне, конечно, но эмоциями.
Впрочем, пора было уже договориться с остальными членами творческого коллектива ресторана, так как в абсолютном согласии на совместный выход девушка не была уверена. Так и оказалось - одна из певиц, достаточно давно устроившихся в "Маску", возмутилась нарушением распорядка. Исходя из полученного ранее опыта, а также наблюдений и внимания, падшая достаточно быстро уняла возмутительницу спокойствия, припомнив ей парочку подслушанных телефонных разговоров. Ну а что, как говорят, на войне все средства хороши, а уж в таких мелких стычках сгодится все, что только есть.
- Идем? - короткий вопрос, и рыжая уже стоит у двери, ведущей к небольшой сцене. Осталось лишь выйти из-за кулис, не похожих на театральные, конечно, но все же кулис. Народу в зале было уже прилично, ведь вечерами публика любила проводить время по программе еда-услаждение слуха-услаждение зрения-еда. Медленно, улыбаясь в зал чуть натянутой улыбкой - люди любят доброжелательных хотя бы с виду артистов, а не пафосных и серьезных - падшая расчехлила флейту, оставив чехол на специальном выступе. Ноты, переданные Гвен, устроились там же. Краем глаза рыжая отметила, что на сцене она уже не одна. Их выступление объявили, флейта поднесена к губам. Проигрыш достаточно длинный и красивый, однако простой. Рыжая прикрыла глаза, вдохнула и заиграла. Творчество успокаивало ее мятежное существо, приносило какой-никакой, но покой.

+1

289

Бьяр взяла на себя попытку договориться с остальными ребятами из коллектива. Хотя, насколько показалось беловолосой, в руках этой девушки данная задача не будет являться попыткой. Судя по ее характеру, она была тем существом, которое в любом случае добилось бы своих целей. Пусть с виду ей и все равно, но когда дело доходит до собственных желаний, отступать она не собирается.
В этом они были с ней похожи, пусть и не до конца. Мелкие цели и желания - да, Гвен пыталась всегда добиться их любым способом. Но когда дело доходило до чего-то масштабного и практически невозможного - она старалась отложить это на задний план, а вперед выводила то, что сделать легче и проще, что тоже может принести плоды успеха, пусть и не такие, какие могли бы быть с той другой задачей.
Пока Гвен размышляла, рыжая уже сумела сделать все необходимое для того, чтобы выйти на сцену.
- Идем?
Просто кивнув, вампирша последовала за своей новой приятельницей и через пару секунд уже  стояла у входа на сцену. Еще несколько мгновений - они уже оказались перед залом, этими людишками, требующими больше шоу. Их интересовало только это, с древних времен концепция человеческого поведения в общественных местах не изменилась. Народ всегда требовал и будет требовать хлеба и зрелищ, что абсолютно идеально преподносил им ресторан "Маска". С каждым днем посетителей было больше и больше, телефоны разрывались от звонков и попыток забронировать место на вечер. Безусловно, а куда еще вести старому богатенькому холостяку свою молодую подружку? В клубе он уже не зажжет, а пускать на собственную яхту еще рано. Вот и остается бросать деньги на ветер и запивать свое одиночество изысканным французским вином, которое настолько надоедает с годами, что хочется повеситься, но ты ничего не можешь поделать, ведь ничего лучше ты уже не найдешь, старик. Твоя никчемная жизнь для кого-то является идеалом, но ты-то понимаешь, что интересней было бы бомжевать на улице, это придавало бы хоть какого-то драйва. Ты думаешь об этом, сидя в кресле за тысячу долларов в своем кабинете и докуриваешь кубинскую сигару, периодически выдыхая из своих почерневших легких колечки. Это уже не шалость, теперь, видя эти дымовые шарики в воздухе, ты думаешь о виселице. Как веревка будет жать тебе горло и ломать трахеи в тот момент, когда ты решишь все же свести счеты с этой глупой жизнью. Наконец-то ты осознаешь, что все твои миллионы были накоплены зря, если ты не можешь отдать их своим потомкам. Потому что ты понимаешь, что когда пресса опубликует жалкую статейку о том, что знаменитый олигарх покончил жизнь самоубийством, твои банковские счета не перейдут к нуждающимся или больным, детям или взрослым, которые пытаются согреться этой чертовой зимой, а перейдут к таким же жлобам и идиотам, самое большое развлечение которых - сходить в казино. Поставить эти несчастные фишки, играя в рулетку и потерять их. Но если для кого-то это является кошмаром и разочарованием - они даже не словят кайфа. Потому что поставь они хоть в десять раз больше, это не сделало бы никакого удара на их кошелек. Ни малейшего.
Время пришло.
Это было первое коллективное выступление. Но волнения девушка не испытывала. Наоборот, глаза искрили радостью и уверенностью в себе, а также в том, что публика не будет разочарована.
Словно прохладным весенним ручейком полилась музыка флейты. Еще немного и пора будет начинать. Раз, два, три…
Закрыв глаза, девушка вступила. Сложно смотреть на всех этих людей, когда они видят что-то впервые, это может заставить переволноваться и сделать что-то не так.
Но пока что все шло прекрасно.

0

290

=> школа
день. Март. 2014 год. Температура воздуха: + 4
Небо тяжелое, серое. Снег закончился, но ветер лишь усилился.
Немного потеплело, но из-за ветра так не кажется.

Во время поездки Вилетта предпочитала молчать. Включила радио и слушала новости - в мире, как и прежде, было страшно жить, тем более в этом городе. Мотор автомобиля тихо урчал в руках госпожи, словно покорный зверь направлялся туда, куда укажет наманикюренный ноготок. Дневное скопление машин ограничивало скорость, что несомненно раздражало. Сейчас не хватало скорости и ощущений отторжения действительности. В такие моменты приходит спокойствие. Приходит само собой.
Зверь затих на обочине возле ресторана, в котором любила бывать Ви. Она помнила еще те времена, когда здесь хозяйничал демон, потом вампир, после него... столько уже прошло после того момента времени, что и не вспомнить. Все в мире слишком быстро меняется, и только что-то внутри нее остается прежним.

В ресторане играла тихая приятная музыка, туда-сюда сновали официанты, при этом они были такими ненавязчиво-привычными, что никто не обращал на них никакого внимания, пока они небыли нужны.
Девушек встретил чопорный метрдотель, провел у любимому столику фаэри, он был очень внимательным человеком, и запоминал всех, кто бывал здесь хотя бы два раза. Мужчина знал любимое место посетителя, предпочтения в обслуживании и еде. Казалось, что у него на каждого есть отдельное досье, ведь запомнить все, что помнил он, практически невозможно.
Ви отказалась от вина и спряталась в книжечке меню. Это место всегда благоприятно действовало на нее и ее настроение. Что сказать, фаэри была очень падкая на роскошь и амфотерность заведения.
Подошел официант, фаэри заказала курицу с ананасами, дала время сделать заказ Френки и только когда официант скрылся из поля зрения начала обсуждение ситуации.
- Я не сержусь на тебя. - И это было правдой, потому с этой правды и следовало начать. - Но я не школьные учителя и не директор. - Достав из серебряного портсигара тоненькую сигаретку, Вилетта закурила. Это было, наверное, одно из последних заведений, где еще разрешалось курить. Дым тонкой струйкой поднялся вверх. - Надеюсь, ты понимаешь, что тебе стоит доучится и получить аттестат. Большего я от тебя не прошу. - Женщина посмотрела в глаза девчушки, и что-то в этом взгляде было проникновенного, не такого, что было обычно. - Но если ты не перестанешь вести себя так, как ведешь, то тебя отстранят. Директриса мне сказала это прямым текстом - следующий вызов к ней и автоматически отстранение от занятий. А это отстранение может повлиять на контрольные и получение аттестата, что оставит тебя на еще один год школы. Осталось всего пару месяцев и что ожидает тебя зависит только от тебя. - Голос был спокоен и тих, фаэри не ругала, она лишь объясняла возможные варианты.

+1

291

=> школа
день. Март. 2014 год. Температура воздуха: + 4
Небо тяжелое, серое. Снег закончился, но ветер лишь усилился.
Немного потеплело, но из-за ветра так не кажется.

Сидеть в ресторане с Вилеттой приятно. Приятно оттого, что нахожусь в хорошем заведении с достойным уровнем обслуживания. Приятно оттого, что рядом такая прекрасная девушка, как Ви. Да ну и просто чувствуешь себя иначе, когда вокруг шикарная обстановка, дорогие вещи... Я даже научилась не стесняться этой роскоши. Научилась чувствовать тут себя своей. Конечно благодаря тебе, Вилетта. У меня больше нет ощущения нашкодившего котенка и я не чувствую себя "не в своей тарелке", когда я переступаю порог дорогих заведений. Теперь я открыто улыбаюсь, спокойно здороваюсь и не важно, что на мне надето - кожанка с рынка или из дорогущего бутика. Никто и внимания не обратит, если будешь вести себя уверенно.
Вот и сейчас я приветливо улыбаюсь обслуживающему персоналу и прохожу за твой любимый столик. Тебя всегда без лишних слов проводят к нему, если он свободен. Стоило только поудобнее устроиться и полистать меню, как тут же появился официант, готовый принять заказ. Есть фактически не хотелось, поэтому я заказала себе эклеры и кофе.
Стоит тебе начать говорить, как я перевожу взгляд с окна на тебя, даю понять, что я слушаю каждое твое слово. Я всегда тебя слушала и буду слушать. Ты не тот человек, от которого я могу отмахнуться.
Ты закуриваешь и мой взгляд соскальзывает с твоих глаз на твои губы. Я не тороплюсь перебивать тебя, спорить с тобой. Мне проще подождать, пока ты закончишь. Да я и не ребенок уже, что бы перебивать и с пеной у рта доказывать тебе что-то.
- Я всё понимаю. - Произношу спокойно, уверенно, отрываюсь от созерцания твоих губ, потому что ты заглядываешь ко мне в глаза.
- Просто мне противно, понимаешь? Противно, что я вижу в их взглядах, направленных на тебя "как жаль, что вам досталась такая дочь" и "нам так жаль, что она столь неуравновешенная". Меня коробит всю, когда я вижу в их взглядах сочувствие к тебе.  Понимаешь?
Прикрываю глаза, глубоко вздыхаю и откидываюсь на спинку стула.
- Я не претендую ни на что, конечно. И едва ли меня можно назвать твоей дочерью или даже близким человеком, но... - Рука тянется к пачке сигарет. - Ты единственная, кто у меня есть. И мне невыносимо думать, что я причиняю тебе дискомфорт, что из-за меня на тебя смотрят с сожалением. И просто дурно от мысли, что они сомневаются в близости наших семейных отношений. Даже если их нет. Все равно дурно. - Нервно закуриваю. Ногтями свободной руки стучу по столешнице в ожидании кофе.

+1

292

Порой размышления ребенка заставляют улыбаться. Ведь они так наивны и чисты в своих намерениях. Так и фаэри - расцвела с улыбкой на устах и тихо сообщила: - мне, конечно приятно, что ты об этом думаешь, но... - взгляд ее смеялся, искрился бликами, словно в глубине глаз поселились озорницы-звездочки. - меня не волнуют, что они думают обо мне, тебе и нашей жизни. Подумай сама - в моей жизни есть все, о чем мечтают эти завистливые барышни. Они всю жизнь проживут в своей школе, раз в год насобирав деньжат возможно съездят куда-нибудь в отпуск и на этом развлечения закончатся. Их мужья будут изменять им, а дети не слушать и презирать, жаждя лучшей участи для себя. В конце-концов, у них будет очень унылая во всех отношениях жизнь и единственное развлечение - это обсуждать и жалеть других. У них в жизни будет только зависть и разочарование, так зачем переживать из-за них? Подумаешь, посмотрели они на меня с жалостью. Прф! У меня были такие ситуации в жизни, когда меня действительно нужно было жалеть, но я выпутывалась и выпутаюсь всегда. А сейчас у меня все замечательно, сейчас у меня есть все, что нужно. Потому, ты избавишь нас обеих от ненужных хлопот, если просто не будешь лезть к этим обиженным судьбой женщинам и спокойно закончишь школу. Их жалось не принесет мне вреда, потому на нее просто не нужно обращать внимания.
Принесли заказ, фаэри поблагодарила официанта и принялась кушать. - Золотце, не трать себя на людей, которые не достойны этого. - Это было последнее предложение в монологе, после которого Вилетта принялась за еду. Чем старше ты становишься, тем меньше начинаешь думать о том, что думают другие люди.
Очень давно, фаэри была так же наивна, как сейчас ее дочь, но к женщине опыт пришел через долгие годы мучения и Ви надеялась, что сможет уберечь от этих же ошибок Френки.

+1

293

- Хорошо.
Легко согласиться со всеми словами, доводами этой умной женщины. Легко согласиться, утопая в бесконечной красоте её глаз. Легко согласиться, понимая, что конечно стоит быть поспокойнее и закончить школу. Легко согласиться с этим любому, но только не Френки Фитч.
Мне трудно согласиться со всем этим. Трудно, даже если я понимаю, что моя драгоценная мамочка права. Трудно, во-первых потому, что я это я и во мне всегда живет жажда бунта. Во-вторых, потому, что мне всё-таки противно поведение этих ужасных женщин. И это тебя не волнует, что думают о нас, а меня волнует. Волнует, ведь у меня в моем сознательном возрасте не было семьи. Меня никто не любил и никто не защищал. Сейчас моя мамочка ты, Ви.
Только похожи ли мы на семью? Разве могут быть семьей успешная молодая женщина и девушка-подросток? Особенно если учесть то, в каком возрасте ты меня удочерила. Каждый будет сомневаться в том, что нас связывает хоть что-то. Каждый будет задаваться вопросом, почему ты удочерила не маленькую девочку, которую можно вырастить по-своему, а меня?
Я и сама задаюсь этим вопросом. Почему?
Потому что со мной всё ясно. Ясно как божий день. Мне нужна была помощь и неоткуда её было ждать, кроме тебя. Да и ты, в принципе, могла мне не помочь. Но ты помогла. Почему?
- Зачем я тебе?
Глупо спрашивать о подобном, но я не сдержалась. Просто не смогла. Не смогла еще и потому, что время от времени понимаю, я смотрю на тебя не просто как на близкого человека, а как на женщину. Красивую, соблазнительную женщину. Это было еще тогда, при нашей первой встрече в поезде. Это есть и сейчас. И я уверена, ты знаешь это. Ты видишь это в моем взгляде, в моем поведении.
Запуталась.
Чего я хочу на самом деле? Быть тебе дочкой или любовнцей?
- Хотя ладно, не заморачивайся. - К тому моменту, как мне приносят кофе, я заканчиваю курить и тушу окурок в пепельнице.

Отредактировано Franky (2013-04-19 06:58:13)

+1

294

Вкусно. Именно это словно можно использовать к данной обстановке – вкусная еда, вкусный интерьер, вкусная музыка, официанта и компания. Вилетта умела наслаждаться даже мигом, а если состояние удовлетворения было дольше, что внутри нее так вообще расцветали сады, и жизнь приходила в равновесие. Вот только это равновесие нарушалось. Оно всегда нарушалось слишком внезапно и стремительно. Вот и сейчас – слова молотом ударили по ее миру, заставляя его раскрошиться и со звоном упасть к ногам. Пространство больше не наполняли краски и звуки – все стало серо и обыденно.
- Зачем? – Переспросила Ви, делая глоток воды. Подняла бокал выше, посмотрела сквозь него на Френки. Вот только девушка уже передумала – пошла на попятную, но Вилетта не сможет смолчать, сделав вид, что ничего не слышала.
- Если б я знала, то мир был бы куда проще, правда? – Легкая улыбка. – Ты никогда не должна задаваться вопросами зачем, почему и для чего. Порой ответа найти невозможно и единственное, что можно сказать – так было нужно и все тут. – Наколов очередной кусочек, девушка повертела его, рассматривая. – В этом моя порода, милая. Понимаешь? – На твоем месте не могла быть другая – мне не нужен ребенок, чтоб самореализовать себя, как делают многие женщины, мне нужен был человек, который бы отдавал мне столько же, сколько я отдаю ему. В нашем случае, я питаю тебя, а ты – меня. – Съесть его, так и не съела – отложила вилку и выпила еще глоток воды. Фаэри вообще не любила подобные разговоры, ей начинало казаться, что кто-то забирает у нее свободу или она это делает. Свобода, порой, единственное, что есть у людей.
- В общем, не забивай себе голову подобными мыслями. - Ви улыбнулась, показывая, что все хорошо. – Лучше расскажи, как продвигается твое рисование. Ты давно мне ничего не показывала. Надеюсь, ты не перестала рисовать? – В глазах у женщины можно увидеть тень беспокойства, будто рисование – главное в жизни.

+1

295

Я питаю тебя? Ты питаешь меня? Тогда почему бы тебе не дать мне то, чего я действительно хочу? Ты ведь только делаешь вид, что не понимаешь моих очевидных желаний. А может даже и вид не делаешь, а просто держишь на расстоянии.
Рука тянется к чашке кофе, делаю глоток приятной, ароматной жидкости и чуть жмурюсь. Второй рукой тянусь к тарелке и беру один эклер. Прежде, чем что-либо сказать, мне, пожалуй, стоит подумать. Я и так часто говорю не думая. Сейчас стоит сменить тактику. Сейчас я должна говорить то, что хочу сказать и правильно это преподнести. Если получится.
Планы рушатся.
Выстраиваемая тактика - тоже.
Сердце пропускает удар.
Вот оно. Вот то, почему я рядом с тобой. То, почему ты подпустила меня близко. Мои рисунки.
Хочется вспыхнуть, сорваться, закричать, что я никогда больше не буду рисовать. Потому что тебя интересуют мои рисунки, но не я. Тебя интересуют мои портреты на холстах и простые наброски на полях тетрадей. Тебя интересует все то, что выпорхнуло из под моей руки.
Успокойся, Френки.
Вдох-выдох.
Держи себя в руках.
- Я рисую, Ви. - Улыбка начинает искриться на губах, а в глазах заплясали озорные чертики. - Я много рисую, Ви. - Я курила совсем недавно, но снова тянусь за сигаретой. Я скажу тебе то, что должна сказать. Скажу, вывернусь наизнанку. Даже если ты не хочешь этого слышать и знать. Ты сама спросила. - Я рисую тебя. - Наклоняюсь к тебе через стол, свободной от сигареты рукой беру за прядь волос и пропускаю ее через пальцы, продолжаю шептать. - В одежде. Без одежды. Профиль и анфас. В полный рост или только портрет. Четко или силуэтом. Это все равно ты. Ручкой в блокноте. Красками на холсте. - Обжигаю твою щеку поцелуем и отстраняюсь. - А самое главное, ты нарисована в моем сердце и этого не стереть.

Отредактировано Franky (2013-05-14 16:12:25)

+1

296

Я умиляюсь, замечая твои безумно милые попытки вывести меня из себя. Шокировать своими желаниями. Шокировать тем откровением, что я заполнила твои мысли и мечты. Хочу сказать - не получится, не выйдет, но молчу. Ты и сама скоро это поймешь, если до сих пор ничего не поняла. Глупышка.
Я смеюсь, не решаясь больше ни не что. Тебя обижает это? Правда? Что ж, терпи.
Ты касаешься моей руки, и я ее не убираю, продолжая пытать тебя собой. Это не обоюдная пытка, я попросту не могу рассматривать тебя не как дочь. Прости. Ты мне нужна. Чтоб я могла гордиться тобой. Чтобы я знала, что что-то я в этом мире сделал правильно.
Мои волосы скользят меж твоих пальцев, и я все так же молчу, слушая тебя, словно что-то в тебе способно будоражить меня. Будоражить так, как делают это совершенно другие люди, люди, которые для меня ничего не значат, но я хочу их.
Думаю - а не начать ли игру с тобой. Думаю - а не буду ли я слишком жестока в этом.
Молчу.
Даже когда ты касаешься своими губами моей щеки. Даже когда официант засматривается на этот жест, попросту слишком интимный, чтоб был между дочерью и матерью. Нет, мне кажется, что это пытка уже для окружающих. Ты, будто, специально вызываешь и на бой с со мной. Провоцируешь их, меня, себя.
- Повторишь подобное еще раз - тебя у меня могу и отобрать, а меня - посадить за растление несовершеннолетних. - Говорю серьезно, разграничивая наши отношения. Но говорю это слишком мягко, слишком по-доброму. Будто шелудивому котенку, который в порыве игры разбил недорогую вазу.
- Не губи свой талант, есть масса других прекрасных вещей. А я - не могу быть той, ради кого ты загубишь себя. – Улыбаюсь, обдумывая дальнейшие слова. Есть расхотелось, потому зову официанта, прошу убрать все и принести стакан свежевыжатого морковного сока. Он уходит, а взгляд вновь направляется на Френки. – Если хочешь, я буду тебе позировать, но ты должна хотя бы раз в пару недель показывать то, что со мной не связано. Или мне придется снять для тебя квартиру. Мне не нужны жертвы. Только искусство приемлет их.
Приносят сок. Пью, смотря на тебя. Это не ультиматум, это неизбежность, потому лучше ты поймешь это сразу. Моя любовь, как продажная шлюха, требует взамен чего-то определенного, материального. А если фаэри перестала вдохновлять, значит она должна исчезнуть.

+1

297

Сучка.
Это единственное слово сейчас, которое я могу применить к своей... матери?
Раздражает твое безразличие, твоя никому сейчас не нужная улыбка. Раздражает. Раздражает потому, что я к тебе не безразлична. Хочется сорваться, накричать, а потом забиться в угол и плакать там, словно я маленькая пятилетняя девочка или прыщавый подросток. Черт.
Слабость.
Ты - невыносимая слабость. Ты обладаешь разрушительной силой. И я ненавижу тебя за это. И люблю. Ненависть граничит с любовью, идет с ней рука об руку. Так всегда бывает, ты ведь знаешь?
А я знаю, что я не первая, влюбленная в тебя. Десятая? Сотая? Да какая разница, если я ничем от них не отличаюсь. Такая же дура. Можно даже сказать, что ничтожество. Так ты на это смотришь?
Такая холодная, колючая. Даже твое милое, беззлобное поведение не может скрыть этого холода. Ничто не может скрыть его от меня, потому что я этот холод кожей чувствую. Сердцем. Всеми внутренностями.
- Посадить? Да ты шутишь! - Усмешка касается моих губ. - Никто рядом не знает о том, что ты моя мать. Никто при взгляде на меня и не подумает, что я несовершеннолетняя. Пытаешься сберечь меня, не сказав о том, что тебе на все это просто плювать? - Продолжаю горько усмехаться и играть с кольцом на своем указательном пальце. - Будь на моем месте та, которую бы ты захотела, возраст бы никогда тебя не остановил.
Мне надо заткнуться. Просто закрыть свой рот, но где уж там мне с моим максимализмом. Обида переполняет меня. Да я просто не понимаю, какого хрена со мной происходит! И почему я, собственно говоря, на что-то там надеялась?
Ебаный бред.
- Ви, я, конечно, все понимаю, но... тебя волнует хоть что-нибудь, кроме искусства? Знаешь, это обидно.
Тушу сигарету о запястье, вместо пепельницы и только потом выкидываю окурок. Мне без разницы, как этот жест расценят окружающие и кто что подумает.
- Можешь не волноваться, я рисую не только тебя. - На губах вместо усмешки расцветает улыбка. - Не надо мне позировать. Я справлюсь без этого.
Наверное.
Пусть лучше ты будешь на моих портретах не четкая, загадочная и в туманной дымке, чем я точно сниму копию с тебя. На этих портретах ты будешь моей. И это будет греть мне душу дождливыми вечерами.
А для тебя и для других, я напишу совсем иные картины, Ви.

Отредактировано Franky (2013-05-27 21:02:08)

+1

298

Шутить? Нет, Вилетта даже не думала шутить. Слишком уж она была известной личностью в этом городе, не могло остаться незамеченным удочерение, не могло остаться в тайне то, в каких она отношениях со своей дочерью. И здесь даже не проблема морали – будь фаэри безразлична Френки, то она уже давным-давно побывала бы в постели с этой девчушкой, высосала из нее все, что только можно, и избавилась бы. Эта маленькая сиротка осталась бы с искалеченной душой, которую потом уже никак не залатать. Полюбив фаэри однажды, не забудешь ее больше никогда. Даже если вы не будете вместе – память, как о самом светлом существе в мире, сохранится до смерти.
И слыша весь потом обвинения, Ви лишь отрицательно кивает головой. Ну как втолковать ребенку, что она ее любит, только по своему, так, как умеет. Так, как может. Любит с желанием не причинять боли, а направлять и поддерживать.
Френки не хочет принять такую правду. Такие чувства.
- Кроме искусства? – Переспрашивает, словно не понимая. Потом улыбается, сдерживая смех. Ее маленькая глупышка думает, что разгадала фаэри. Думает, что уже все поняла и протестует против этого. Протестует против того, чего нет. – Нет, искусство меня интересует в малой степени. Меня больше интересуют люди и тот свет, что разжигается в них в момент создания. – В глазах заплясали мечты и сны живущих сейчас и живших раньше. – Разве ты не ощущала ту энергию, которая исходит от людей, увлеченных созданием чего-то нового, чего-то, что потрясет умы миллионов… такие люди подобны детям, в них искра Творца не гаснет с возрастом, они не окрашиваются в серый. Не становятся продолжением тех, кем были созданы, находят свой путь. – Вилетта улыбается, прикрывает глаза, а когда открывает их вновь, тени прошлого попросту исчезают из них.
Если бы Френки согласилась на коварное предложение де Мериан, она была бы вынуждена сегодня же собрать свои вещи и поехать на съемную квартиру. Вилетта не хотела видеть в малышке посредственность, а приняв предложение, Френк тут же переместилась бы в эту убогую категорию. – Вот и замечательно, я рада, что ты меня не разочаровала. – Сделав несколько глотков сока, фаэри попросила счет.
– Думаю, сегодня вечером у меня будет достаточно времени посмотреть на то, как и что ты рисуешь. Ты же не откажешь мне? – Ви смотрит пристально, словно ожидая отказа, хотя отказ в данной ситуации попросту неприемлем. – Сейчас мне уже пора возвращаться, я и так потратила на эту нелепую драму слишком много времени, но вечером надеюсь застать тебя дома.
Расплачивается по счету, оставляя приличные чаевые.
– У тебя деньги есть? Доберешься домой сама? – Выходя из ресторана, спрашивает, смотря на свою девочку. "Я тебя люблю, правда, только совсем не так, как хотела бы ты… простишь ли ты меня когда-нибудь?"

Фонтан "Иори"

+1

299

дом------>
май
вечер:
Солнце садится за горизонт. На небе появились небольшие тучи.

Весной всегда погода столь переменчива. Ты просыпаешься рано утром и наблюдаешь за окном серое небо. На улице пахнет свежестью росы, и складывается такое впечатление, что в этот день солнце не порадует нас своим присутствием. Но уже день: тучи расползаются во все стороны горизонта, а теплые лучи высушивают траву и землю, прогревая воздух. Это столь не существенно, если жить, не обращая внимание на подобные вещи. Просто уходить с головой в личные проблемы, на которые погода никак не сумеет повлиять. А жаль. Особенно тогда, когда за место дождя над головой ясное небо.
От чего-то, Маргарита была преисполнена грустью после пробуждения ото сна, только вот причин для таковых чувств не было и в помине. Не торопясь, девушка откидывала одеяло и выползала из спальни в коридор, дальше вниз по лестнице, мысленно проходя но коридору своих внутренних переживаний. Ведь бывает, что люди грустят просто так, и подобная грусть бывает даже приятна. Но не все же время скакать от радости, как полоумная. Каждый имеет свой лимит, каждый может выдохнуться…
-Может, случилось что-то? Ох…
Когда есть предчувствие, то его нельзя игнорировать, но и сделать мало что можно полезного. Проанализировав свои ощущения, стоя на кухне в полной тишине, со стаканом прохладной воды, Маргарита решила не углубляться в тоску. Это переживание может пройти в любой момент. Например – повстречает знакомого на улице, который улыбнется заразительной улыбкой. Девушка улыбнулась сама себе и потянулась, разминая сонные косточки, словно сбрасывая с себя тяжесть утренней прохлады.
Слишком рано встала сегодня, ведь на работу только к вечеру, а будильник показывал около девяти утра. Ну не ложиться обратно спать, ведь все равно не уснуть. Дабы, не терять время понапрасну, Конан припомнила дела, которые часто откладывала на потом. Видимо, как раз на такой день. Приняв освежающий душ и позавтракав кофе с омлетом, музыкантша собрала, все необходимые на сегодняшний день, вещи и покинула старинный дом покойной бабушки. Чудный домик, который всегда подходил под любое настроение девушки, будь то печаль или неподдельная радость.

Как и следовало ожидать, день радовал жителей Земли теплым солнцем, что светило на радость флоре и фауне. Пришлось даже очки солнечные надеть, дабы спрятать глаза от яркого света. А город не менялся: все так же люди по утру спешили на работу, или учебу; машины терпеливо стояли на светофорах; отовсюду доносились мелодичные и не очень звонки мобильных телефонов. Это здорово, когда тебе звонят, и когда есть те, кому можешь позвонить сам. Просто так, чтобы сказать «привет», узнать как дела. Все ли в порядке? Можно договориться о встрече, или совершить безумный поступок – встретиться прямо сейчас! Забывая про дела, на время отходя в сторону из огромной очереди, которая спешит жить. Подарить самому себе и другому дозвонившемуся бесценное время, занимая его болтовнёй и неспешными прогулками.
-Карл уже давно не появлялся. Надеюсь, что с ним все хорошо. Хотя, за кого я волнуюсь? – хмыкнув про себя, Маргарита ставила на полку книжку, следом доставая следующую, которая привлекла своим названием – И все равно. Мог бы от звониться, хотя бы.
Покинув книжный магазин, приобретя пару новых книжек, Маргарита сверилась со временем и решила, что до ресторана пройдется пешком. Идти не так далеко, только девушка предпочла сделать полукруг, прохаживаясь по более спокойным улицам города. Ее по-прежнему наполняла необъяснимая тоска, которая усугублялась под лирическую музыку, которая играла наушниках, но это не мешало Маргарите улыбнуться охраннику ресторана, проходя внутрь заведения.
Вечер только-только наступал, и небо спешило вновь затягиваться ненавязчивыми тучами. Музыкантша очень редко просматривала в Интернете погоду, так что внезапный дождь в разгаре летних деньков, всегда был для девушки сюрпризом. А вот подавляющее большинство, приходящее в ресторан под вечер, прихватили с собой зонтики. Пока Конан настраивала усилитель на сцене, то наблюдала за посетителями, точней – за зонтиками.
Где-то около семи вечера Маргарита извлекла свой ненаглядный инструмент и объявила первую композицию блюзовой музыки. Настроение подсказывало ей, что неплохо было бы сегодня поиграть нечто мелодичное, спокойное, что может расслабить и подарить минутки покоя. Уже после часа, примерно, Конан не объявляла композиции, а просто играла в свое удовольствие. Как чувствовали ее пальцы, как напевала внутренняя мелодия духа.

+1

300

[улицы японской части города]

Май. 2014 год.
• вечер: ветер утих. Солнце садится за горизонт. На небе появились небольшие тучи.
Температура воздуха: + 15.

Премилая загадка, в чем же заключается очарование весенних вечеров, не давала Оди покоя во время поздних прогулок. Отдаваясь всем существом простому чувству искристого забвения, она растворялась в неуловимой для спешащего прохожего атмосфере весны, дышала медленно и так же медленно передвигалась по улицам. Идеальная картина, цепляющая и целиком, и отдельными пятнами фрагментов, открывалась ей во всем своем великолепии. Ветер утих, и на улицы плавно опустилось покрывало спокойствия: новая буря, новый день, непременно ожидают жителей уже совсем скоро, но насладиться - при желании - минутами затишья можно. В эти драгоценные минуты мечтателями и беззаботными людьми овладевают благородные чувства и высокие вдохновения. Под взглядом таких окрыленных горожан любая сложность теряет свою грозность и превращается в искусно выстроенную систему, каждый элемент которой так же ясен для взирающего, как и связующие нити между ними. Все упрощается. Проблемы никуда не исчезают, но их несуществующий груз, давящий на плечи работников в течение томительных часов, наконец, тает миражом. Любой и каждый может позволить себе относиться к сложностям чуть менее серьезно, проблема лишь в том, что мысль об этом никому в голову не приходит. И тогда сама природа заставляет суетливых детей своих прекратить спешку и - лишь на несколько минут! - прислушаться к мирному течению жизни в этом городе.
Оди, к ее великому счастью, никогда не позволяла себе слишком долго мучить себя, такие случаи были исключением, а не правилом. Она умела видеть прелесть во всякой погоде, в любое время суток, и не одолевала надуманными проблемами ни себя, ни других. Дампирша даже пару раз осмеливалась на попытку открыть глаза кому-нибудь еще, но единственное, чего она добилась в большинстве случаев - слегка приподнятое настроение и глупый смешок, мол, посмотрите, какая чудачка. Взрослая женщина пытается заставить меня пялиться на трассу, на прохожих, на серые тучи - и надеется, что в этом есть нечто прекрасное! Комедия! В силу своего нрава Оди никогда не обижалась на подобную реакцию и пожимала плечами. Кто знает, может, она действительно мается какой-то ерундой. Зато она счастлива.
Заглядывая в лица незнакомых людей, она улыбалась с тем добродушием, с каким продавщица среднего возраста протягивает шоколадное мороженое мальчишке, выпросившему у родителей пару центов. Зашла в магазинчик и порадовала себя баночкой ледяной колы, провела несколько минут, сидя на скамейке и вспоминая строчки из любимого стихотворения. Вечер - он принадлежит только нам.

Примечательно, что долгое любование за размеренностью пробуждает желание сравнить и влиться в нечто шумное. Оди не отказывала своим прихотям, когда бывала в одиночестве Неспешная прогулка завершилась посещением ресторана "Маска", где женщина надеялась ощутить новую энергию. Долгий путь немного, но все же утомил дампиршу, настало время остановиться. Бесшумно захлопнувшаяся дверь огородила Оди от городского проспекта, как бы давая знак: о времени суток и года можно забыть. Слух уловил приятные мотивы, воздух после порыва относительно свежего воздуха вновь сгустился, угощая дампиршу ароматами дорогих блюд. Подлетевший официант встретил нового клиента профессиональной улыбкой и провел к свободному столу - Оди было все равно, куда устраиваться. Тихо попросив юношу принести вина - намекая при этом небрежным "пока мне нужно" на перспективу заказать еще несколько блюд,  - она оглядела скатерть, затем - зал, и лишь потом взглянула на сцену.
Знакомые фигуры распознаются мгновенно, особенно если речь идет о людях, чей пыл и нрав оставил когда-то сильное впечатление. Губы зашевелились, бесшумно произнося имя, а взгляд не отрывался от темноволосой девушки, унесенной музыкой. Потрясающее зрелище. Заказанный губительный напиток уже принесли. Оди забыла об изначальном намерении, увлеченная наблюдением за музыкантом, занятая в попытках прочувствовать состояние давней подруги, чей дух сейчас пылал и играл со всей возможной страстью с мелодией, купался в звуковых каскадах и сиял, как могут сиять только звезды.

+1


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Ресторан "Маска"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC