Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Ресторан "Маска"


Ресторан "Маска"

Сообщений 211 страница 240 из 307

1

http://savepic.su/1903546.png

На одной из уютных улочек примостилось дорогое, но роскошное при том заведение, скрытое за тяжелыми дубовыми дверями. В "предбаннике" встретит услужливый официант, который проведет посетителя к свободному или приглянувшемуся столику, выдаст на руки меню в кожаной обложке, с золотым тиснением страниц. Заглянув туда, человек с худым кошельком сразу поспешит покинуть настолько внушительное ценами заведение.
Но и обслуживают здесь по высшему разряду - владельцы ресторации не вмешиваются в дела своих клиентов и не спешат их терять, а здесь, право же, собираются многие, чтобы обсудить дела, решить вопросы, устроить банкет. И платят за все круглые суммы.
Выложенные плиткой полы блестят в свете множества маленьких светильников, бежевые, с темными узорами, стены частично завешаны бордовыми бархатными драпировками, что придает помещению ресторана дополнительный отблеск роскоши.
Темные столы накрыты белыми, длинными скатертями, а около них - стулья с красивыми резными спинками, тоже темного цвета и только сиденья на на них мягкие, цветом в тон драпировкам. Вдоль стен расположились столики с диванчиками точно такого же, темно-красного цвета, и выглядят они несколько уютней, чем места со стульями.
Особое внимание следует уделить небольшой, невысокой сцене, на которой стоит, блестя лаковой поверхностью, черное фортепьяно и есть место для певицы - нередко сюда приходят просто послушать великолепную игру, а не просто обсудить что-то в компании теплого помещения и аппетитных запахов изысканных закусок.
Форма официантов строгая и без излишеств - темно-красные рубашки и черный, строгий низ. Отличается только фарфоровыми брошками в виде венецианской маски, что приколоты на правую сторону отворота рубашек.

+1

211

Снег за окном. Он был до боли знаком Эмили. Возможно, это был очередной проблеск давно потерянных воспоминаний, возможно, лишь прихоть девушки. Мирор давно перестала доверять своим мыслям. Почему? Они тянули за собой все новые и новые вопросы, ответы на которые девушка не знала. Да и надо было ли? Сейчас они были ей не нужны. А значит, к чему оно?
«Какая же скука», - любовь-любовь-любовь. Настолько же предсказуемое чувство, насколько предсказуем футбольный матч. Хотя бывали на памяти Мирор исключения. Да такие, что девушка порой сама задумывалась побегать на этом поле. Но…
Официант поставил на столик чашку, получил кивок на чай и ушел к другим столикам. Эмили никогда не ела при других. Почему? Она сама не знала. Не помнила. Единственное что она могла сказать, так это то, что прихотью это не было. Скорее страхом, основанным на болезненном опыте.
Эм провела указательным пальцем по краю чашки. Девушка любила этот звук. Он успокаивал её. Хотя бы на мгновение.
Компания, роняющая мысли, предметы и, разве что, не роняющая друг друга начинала надоедать хозяйке. Да и не только ей. Ресторан «Маска» был элитным местом. Тут не принято было мешать другим. А что не принято, то запрещено. По крайней мере, в представлении Эм. Но стоило девушке подумать о том, чтобы угомонить посетителей путем телесного вознаграждения победителей соревнований «урони да не разбей», как те стихли. Только заинтересовавшаяся Эм, жаждущая крови, хлеба или хотя бы бурных страстей, стихла вслед за ними. Сейчас, пожалуй, она выглядела как очень обиженная девочка, которой уделили недостаточно внимания.
Мирор кивнула музыкантам, чтобы те сменили унылую печаль на менее унылую гармонию. Разговор «соседей» интересовал её меньше всего. Ничего интересного они не говорили, ничего хорошего (в понимании Эм) их разговор не предвещал.
Глоток чая. Приятное тепло разлилось по всему телу. Эмили правда любила зеленый чай. Но одним этим сыт не будешь. Вновь подозвав официанта, который, как казалось, уже подозревал, что хозяйка что-то задумала, Эмили начала:
-Все сделали, что я говорила? – вот и развеян миф о том, что Мирор не говорит с подчиненными. На деле, до сих пор девушка просто не хотела прослушать ничего интересного. Сейчас же прослушивать было, собственно нечего.
В ответ на слова хозяйки официант коротко кивнул, уже наученный опытом о том, что Эм не любит долгих тирад и затянутых спектаклей. Эмили на глазах тухла все сильнее. Неужели, вечер и правда не предвещал ничего интересного и она ошиблась? Да быть такого не может! Раздраженная девушка отмахнулась от официанта:
-Тс! Катись, - Эм вновь сделала глоток чая.
Сосредоточено оглядывая зал, падшая ждала. Вот только чего? Да чтоб она сама знала. Но ресторан покинуть сейчас девушке было нельзя - это она знала наверняка. В конце концов, она отвечала за него головой. Хоть обычно Эм было на это чихать с высокой горы, сегодня был явно не такой день.

0

212

..я никогда не умела врать тебе. Я никогда не умела быть честной с тобой. Я вообще никогда ничего не умела сказать так, чтобы выразить мысли такими, какими они приходили в голову, чтобы не прокрутить их через мясорубку своих эмоций. Схожесть с полу правдой, прикрытой оберткой полу лжи – видишь, в этот раз даже похоже на правду. Сладко, правда?..
Почему-то именно эти строчки из какого-то бульварного романчика возникли в голове, когда Эмми почувствовала горячее дыхание Габриэля на своих пальцах. Посмотрела по сторонам – будто бы пытаясь найти того, кто мог подсмотреть этот знак нежности, украсть его у нее. На щеках выступил легкий румянец, словно от мороза, но нет – от робости и смущения. Так непривычно – выставлять на всеобщее обозрение свои чувства. Не банальные желания плоти, а именно теплые и такие ранимые чувства души. На них не обращали внимания, поэтому кукла улыбнулась уголками губ. Чуточку успокоилась.
..ты никогда не станешь тем смыслом, ради которого стоит жить. Ты никогда не станешь тем чувством, которое со временем надоедает и называется простою привычкою. Ты будто каждый раз заново и впервые, так остро и ярко. Нам обоим нравится в это играть – наша жизнь состоит из… из тонкого запаха не_моих_духов на твоей рубашке, из моей ярко-красной помады не_на_твоих_щеках. Это лишь банальности – они все банальности. Они - не мы?..
Кукла любила сладкое смешивать с горьким – кофе, тающий айсберг мороженого и мягкость круассана. Вкусно, даже могло показаться, что Эмили полностью поглощена такими простыми, но невероятно вкусными вещами, совершенно забыв о Габриэле. Нет, она внимательно слушала, просто почему-то боялась. Иногда размышления ведут в тупик, а выход из тупика, как известно один – начать все заново… оставляя в прошлом все.
..место встречи – наши сны. Место встречи всегда неизменно, но его не найти другим, потому оно только наше. Мое и твое. Твое даже чуточку меньше, чем мое. Ведь во снах, я ощущаю нереальность происходящего. Не вижу снов – не понимаю их великолепия, как живые способны радоваться им, увы, не знаю. Но только из-за того, что ты есть в мире грез, я готова учиться. Д.ы.ш.а.т.ь. в.о. с.н.а.х.
- Габриэль…
начала тихо, почти шепотом. – Мне в студии очень удобно. Ты же и сам видел – там все, что нужно есть… да и работа порой заканчивается очень поздно, или начинается слишком рано… нет, она была просто слишком ошарашена предложением. Кукла хотела быть рядом не меньше его, но страшно делать такие шаги навстречу. Так неожиданно. – Я не хочу мешать тебе. А ведь с моим режимом это будет. Я знаю. Эмили поняла глаза. – Я…
..знаешь, почему нам так просто быть вместе? Мы не связаны обычными обязательствами – каждый живет своей жизнью. Знаешь, почему нам так сложно быть вместе? Мы волнуемся друг за друга слишком сильно – ведь даже не знаем, что происходит ежедневно. Мы не в силах изменить себя. Мы хотим изменить мир. Тебе, как и мне, не хватает только…
- Ангел мой, я хочу жить с тобой, но ты уверен, что я уместна в твоем доме?
..Я люблю смотреть в твои глаза – в них всегда можно найти опору и уверенность. Я ненавижу смотреть в твои глаза – боюсь, однажды не смогу отвести взгляд.
Я люблю тебя. Я н... нет.
я просто тебя люблю.

0

213

Ах, вот в чем дело. Видимо, все было действительно так, как вы говорите. В таком случае, подробности меня не интересуют, нельзя ли указать на плане место, где была намечена в то утро встреча? Красноватый свет, не дающий никакой тени. Окружающие пустынные пейзажи выдирающего зрение белого-белого раскинутого поля, собранных холодом в битые стаканы хрупкого стекла, в битые байты, в битые руки, где еще один пласт тонкой мокрой бумаги рвется, проминается под тяжелым горячим телом. Плеть дикого шиповника обвивает ладонь, белый закрывает белые глаза, в черном омуте голос в голосе с улыбкой черной пасти закупоривает все выходы, лупает тупо слепая рыба на глубине с бесцветным маяком и органами под прозрачной чешуей. Там, внизу, на снежной равнине, которая одна и способна тебя держать сейчас, в конце лета, в начале зимы, мышцы рвет болью, выгибает хребет, перилами в висок прямо насквозь с такими выбитыми проводами конечно очень. Он смотрит перед собой - не налюбуется.
Я купил одеколон, который пахнет снежными горами, разлитый в черный флакон неровного квадрата.
Купил, хотя ненавижу вообще духи и одеколоны кроме трех, тех трех, что встречались по пепельным перронам.
Хотя он не тяжелый и не липкий.

Рельсы под снегом. Запорошенное изогнутое железо.
Ледяное - сводит кости.
Героями умирают.
Но рельсы под снегом. Запорошенное грязное железо.
Всю грязь с белого солнца волос я готов смыть своей кровью. Всей до последнего куска граната. Героями живут.
Кровавить пальцы, но разбить, разметать в мелкие осколки этот предательский проход, где тебя ждет тот, кто моргает левым глазом, когда ты моргаешь правым. Или протянуть руку, сомкнуть пальцы, позвать. На закрытом веке просеченный сверху вниз шрам, словно выиграли войну, вернулись домой на гудящем корабле, и елозили сухими губами по мокрым просоленным доскам - руками по податливому телу живого воздуха. Как моряк с палубы, он рвался рассказать Эмили все, что на душе, что в сердце осело на дно и едва колышется, сотрясаемое неровным биением, но молча мешал стальной ложкой кофе в холодной керамической чашке.
- Машина, вертолет, поезд - все, чтобы ты могла добраться до работы вовремя, - Лед должен быть чист. Как снег в белого солнца волосах. Я бы так хотел увидеть, - ты никогда не помешаешь мне.
Колесо фестивалей угля и крови костров. Через пять дней закончится год. Этот Самайн действительно сожжет все листья и щепки, по струнам заскользят оттаявшие опоры голосов и музыки; холодный гвоздь не пройдет мимо. До грустного смешно было бы рассказывать девушке, что сам он уже который месяц ночует на работе или просыпается на вытертом кожаном диване в известном на весь город клубе, а как-то раз - в предместьях подпольного колизея, где вместо крыс сцепляются ощеренные собачьими зубами, накачанные стероидным бешенством люди, готовые проломить череп всякому, кто выйдет на усыпанную песком арену. С его образом жизни помешал бы только самосвал, решивший прикорнуть на месте спальни второго этажа и загостивший на неделю. Габриэль улыбнулся, отодвигая кофе - желания пить уже не было.
- У тебя не должно возникать подобного вопроса.
Их любимый предрассудок - лечение. Ты не должен пока совершать резких движений и громко кричать. Но это легко - катония мысли скрутит вены, а голос уже сорван смехом. Единственная линза, позволяющая сконцентрировать в  одной точке бесчисленные гипотезы и придать им реальные очертания - кристально чистый взгляд голубых небес.
Мне подарили чудесный кусочек жизни, наполненный сказками севера, песнями ветра, плеском воды и мягким, успокаивающим молчанием. Как спокойно - сидеть на земле, погрузив пальцы в холод воды, наполнив грудь ветром. Габриэль открывает и закрывает меню, два раза разгоняя теплый воздух.
- Если тебе не помешает моя собака, - на новой фразе он сильно сбавил тон, - и ты согласна, то можно хоть сегодня собирать твои вещи.
Осколки миров смешались сильнее.
Я никогда не думал, что могу увидеть прекрасное в городе. Но сегодня боли не было вообще. Теперь у меня вечные сумерки. Весь мир совершенно других цветов и оттенков. На стеклах антибликовое покрытие, и все блестящие предметы имеют мягкое матовое свечение, как от пламени. Мне не противно смотреть на солнце - нет режущей боли и яркого блеска. Тени совершенно изменились и падают абсолютно по-другому.
И теперь, когда несовершенство этого мира немного сглаживается, будет намного легче видеть.
Мужчина жестом попросил счет.

+1

214

Кукла молчала, только улыбалась, смотря на проезжающие машины. Она и не думала, что когда-нибудь покинет свою коморку в агентстве. Никогда не думала о том, что вновь сможет доверять кому-то - свои мысли, чувства и желания. Вложить в чужие руки свою хрупкую жизнь. Никогда не думала, но после первой же встречи с Габи, знала наверняка, что он только для нее. Сколько уже времени прошло… для него – не очень много, но вот для нее – почти вся жизнь. Возможно, даже это чувство не навсегда. Возможно, это лишь очередной обман - жизнь вновь решила пошутить. Пусть смеется, пусть... но, переступая одну черту за другой - приходит понимание, что назад пути больше нет. Только вперед, шаг за шагом приближаться к своей мечте. Затаив дыхание, тихо радоваться каждому слову, словно шороху ветра в знойный день.
Официант подошел, Габриэль расплатился. И, в общем-то, все – они поговорили. Каждый высказал свое пожелание, несмело, но настойчиво, будто это жизненно важно. Для каждого.
Но Габриэль так и не получи свой ответ. Слова. Они важны, разве? Эмили перевела глаза на охотника, в них легко можно было прочитать капельки солнца, тонкость и полупрозрачность. Улыбка дрогнула лишь для того, что бы тихим ответом согласится на предложение.
- Надеюсь, я понравлюсь твоей собачке… Куколка встала с места, шаг к мужчине, и тонкие пальцы сомкнулись на широкой ладони. – Тогда поехали ко мне, собираться. Раз никто никому не мешает, тогда почему бы не попробовать осуществить мечту? Почему бы не попытаться засыпать и просыпаться вместе? Быть чуточку ближе. Если они оба этого хотят, то нужно жить сейчас, а не завтра.
Как маленькие – столько много разговоров, переживаний. Лишних слов.
Куколка уводила своего мужчину прочь из этого места. Кто-то с интересом провожал взглядом пару, кто-то с безразличием. Администратор с ехидной улыбочкой, думал, что все понял. Думал, что кукла решила пополнить коллекцию покровителей, или наоборот – Габи играл с этой глупенькой моделью, пользовался ею, как делали многие. Он не замечал счастья в уголках глаз, не видел нежности в каждом прикосновении. Он не слышал, как быстро билось сердце, и как тихо было дыхание. Он все пропустил, но думал, что понял. Эти грязные мысли не заденут сердец, не навредят.

Медленно падал снег. Хлопья уже не были такими большими и вычурными. Нет – они превратились в узорчатые кристаллики, которые становились украшением на телах и одеждах живущих. Они с хрустом ломались под тяжестью ног, таяли от горячего дыхания и кожи. Они все медленно умирали. Красиво и медленно.
- Габриэль, что мы делаем? Останавливаясь у машины, спросит куколка. Посмотрит с надеждой в глаза. Будто ребенок, ища ответ, спросит у взрослого, который обязательно все-все знает и, конечно же, ответит. Пальчики как всегда холодны, как всегда без перчаток, но зачем они нужны, если можно греться о теплого родного человека, который рядом, который не оставит в одиночестве…
зачем нужен мир, без этого тепла?
--> Модельное агентство "Подиум"

+2

215

Знание собственного определения в чужой судьбе выше способности сказать, сколь сильно ты кому-то здесь рядом определенно необходим, но все проходит наскользь по хребту, сколь параллелистично иррационально в каждый открытый, обнаженный, выгнутый навстречу выбеленно вытянутый нерв, дергать за тонкие светлые, красные, черные провода, может, и неокупаемо, но так думают только выпотреблянные отстойщики.
Давай, попробуй обойтись одним патроном в катоническом кризисе приступа задохнувшегося реальностью.
Давай кусочки холодного живого зеркала с мутным пузырем, которым вымощена площадь под снежным пеплом.
Давай несколько страниц с истекающими словами, будто кубики, потерявшие точки из-за того, что были облиты кислотой.
Семь букв из слова спасибо можно и возможно нужно даже выразить теперь только так, потому что оно уже настолько выупотреблялось, что совершенно неверно, закончено неправильно фиксирует нужное напряжение, которое греет его всем тем, что было в этой боли в треснувшей с самого раннего утра губе, всей благодарности внутри, всем восхищении формой, высотой, абсолютно пустым безграничным серым небом сохраненного и переданного тобой выше.
Каждым знаком выше.
Ah human, human fucker
Подробностей вроде было больше, да и предисловие, продолжение вроде имелось, но смысл тот же.
ВходящееSMS.Раэль.
Нет, должно быть, все гораздо проще. Хотя бы такой пример. Лишь одно предчувствие не дает покоя. Робкая надежда, которая ни за что не хочет покинуть меня. Тот нежный лимонный свет в окне, когда я стоял на пронизывающем ветру, обратившись в мороженную рыбу, приковал меня и не отпускал. Я не мог отделаться от ощущения, что меня поманили и я вошел, игнорируя преграды, однако ведь никаких оснований для такого ощущения не может, конечно, быть, но это беспокойство, проклятое подозрение:  не совпадает ли преграда, воздвигнутая заявительницей, с той, что воздвигнута ее самозваным  братом. Потому-то я и хочу притаиться у щели в преграде, приняв стойку охотничьей собаки, чтобы иметь возможность выскочить в любую минуту. Щель в преграде. Спичечный коробок.
ВходящееSMS.Локки.
Сворачиваю за угол по дорожке, идущей вдоль кинотеатра - облупленные стены, выщербленный асфальт, темные  укромные уголки -  они точно ждут кого-то. Сюда доносится шум оживленной улицы, но тем не менее я замечаю мужчину, пристроившегося у столба, заклеенного объявлениями. Толкаю левую половинку большой двустворчатой двери, ничем не примечательной, ярко освещенной распивочной-автомата на следующем углу и вхожу внутрь. Может быть, такое время, но посетителей вдвое меньше, чем обычно, и поэтому кажется очень тихо. У входа в одной из разменных  касс меняю четыре стоиеновые монеты на десятииеновые. Я скучаю по оранжевому ренессансу евро.

Отвлекшись на меню мобильного телефона, пока официант забирал счет с оплатой и возвращал сдачу, Габриэль по нескольку раз перечитывал мелко набранные обширные тексты с тратами денежного вложения между каждой строки, но не знал, что набить в ответ. Улей даже в его отсутствие питался и функционировал своей жизнью, кого-то грызли на части, кого-то склеивали по фрагментам кафельной плитки, кого-то размазали и оттирали теперь влажной тряпкой, и все слишком рутинно, что можно рехнуться. Открывая окно нового сообщения, он быстро отщелках по вдавленным кнопкам короткую просьбу на мобильный телефон секретарши: "Наведи порядок у меня в доме и посади Ноэля на строгий ошейник. Мы будем через пару часов.".
Ссыпав сдачу в кожаный карман на папке счета, Габриэль добавил к ней щедрые чаевые и поднялся вслед за Эмили. У гардероба придержал ее легкую шубу. Мельком вдохнул аромат ее волос.
И только на выходе обернувшись, вложил в руку администратора распечатанную на глянцевой бумаге фотокарточку, на которой тот сверкал голым задом у не задернутого шторами окна. С обратной стороны карточки было радушно набрано пожелание к счастливому новому году в объятьях резиновых игрушек на публике. Пунцового от злости лица Габриэль уже не увидел.

Кусочки разжимающихся с глубоким вдохом морозного воздуха легких, как птички, малые невесомые, вылетают, вырываются из распахнутой на всю грудины, из глотки, через клочья стекла в кофейных отблесках ночного лунного солнца. Специфический возбуждающий запах заполз под одежду, впитался в запястья, городская вонь, которая окутывает неуклонно город, когда после десяти часов вечера массовое пользование канализацией резко сокращается и в обрамленную латунью щель ловко и точно под красной стрелкой в правом верхнем углу автомата опускают несколько монет номиналом в десять иен каждая, и всякий раз раздается мелодичный звук. После того, как опущена восьмая, зажигается трепетно и ярко красная лампочка, цвета неба дэдлайна, проектируемого на слишком светлое полотно. Запрокидывая на минуту голову, погружаясь отеками век в безоблачность чужой сказки, подставной на карточном быдле в сукне с зеленым тусклым ворсом были, где не были и не жили, он видит ясный пепел - пепел сожженного в Йоль ясеня с праздничным подарком гвоздичных яблок и яблочных гвоздик. Слышит напевностью тройки свечей с фонарей опавшие провода, во льду утонувшем замерзшие до самого окончания бешеной ядовитой зимы, что скалится в холодное небо, гвоздями дождя на куски разбитое, ощеренное шрамами, о чай крепкий греющиеся раздробленные требухой легкие.
От улыбки трескаются губы, волосы попадают в разъем, бьет на позвоночнике с пляской святого Витта.
У тебя есть пальцы, и я накрашу твои ногти красным лаком вместо своих, у меня же нет больше пальцев.

Потроха от сотового телефона на дне кармана медленно выстраиваются в гладкий корпус. Смятая салфетка с каплей вишневого джема пристает к кончикам пальцев. Пустой коробок размельченных спичек. Початая бутылка. Сигареты. Брелок с ключами. Мозаика взгляда, дыхания, слов.
- Мы пишем цветом свое солнце, - сумбурно отвечает он, в сигаретном дыме раскручивая на ладони ключи с брелком в виде початой бутылке на коробке использованных черных спичек, черных скрюченных пальцев, отпирает автомобиль. Пропуская девушку вперед, занимает свое место на водительском сиденье и заводит двигатель.
По ощущениям, разбужены почти все основные инстинкты.
Кофе, грейпфруты, коньяк в прозрачных бокалах - прекрасное к ним, но далекое дополнение.
Секундные стрелки наручных часов рывками через силу сердечного ритма движутся вперед, уходят вкруг белого кругляшка, а события отматываются со скрипом давно разлаженных частей в обратном порядке, но в кадре лишь мелкие точные детали. Разбитая чашка кофе в белом ореоле пыльного мусора на полу, шелковый шейный платок с запахом луговых цветов, сжатый в кулак, звучание натянутых до крайней точки предела измазанных сиренью струн, чистые листы и подписи в конце строки после имени в крупной вязи наоборот, заключенный контракт, вишневые косточки в спину между лопаток, размыкание рук при рукопожатии, оборванный звонок, бесцельно истлевшая сигарета.
Он знает, что еще только четыре часа вечера, что совсем еще рано для принятия ответственных решений и того, чтобы заваливаться без задних ног в холодную постель, но глаза усталые и видят сумерки и мертвый свет фонарей, а значит примерно одиннадцать.
Да будь проклят тот, кто не помнит своего имени. Будь проклят.
Машина плавно трогается с места. Снег сыпется на заднее стекло.

--> Общественные места -- Модельное агентство "Подиум".

0

216

- начало игры. vol2. приперлись откуда-то с шоссе, судя по всему.
- время. день: небо потихоньку заполняется тучами. Падает легкий снежок. Но от этого холоднее не стало. Появился слабый и приятный ветерок.

двое парней расположились на лавке через дорогу от входа в ресторан.
- ты будешь на меня злиться?
- конечно, буду. это урок для тебя. никого ближе меня нет и не будет.
- да я знаю, просто... Младший Футцу замолчал и закатил глаза. Просто хотелось почувствовать себя нормальным.
- в смысле? не понял Буцу. его братец нес какую-то чушь, но это можно было списать на пост шоковое состояние.
- ну полюбить. как все. а не быть частью чего-то эээ непонятного.
- ясно. тишина растекалась по воздуху. как шкодливый кот, что повис на занавеске и вот-вот раздерет ее своими маленькими когтями. шум улицы сливался с ее очертаниями и терялся на фоне ярких огней. казалось, заложило уши.
- прости. младший Футацу не выдержал первым.
- ничего. ты снова пожалеешь. когда тебя в очередной раз выбросят как ненужную вещь, разобьют об пол вдребезги. а я буду рядом. чтобы усмехнуться и повторить в который раз... Буцу картинно развел руками, изображая крайнюю степень сожаления.
- я же говорил.
- я же говорил. произнесенное в унисон с различной интонацией.
- да я даже рад. немного... мне казалось, что все это сказка. Буцу тошнило от этой мечтательности и наивности, но даже думать об этом было бы неправильно.
- я тоже рад. просто рад. Син положил голову на плечо брата.
- она не исчезла. Буцу выглядел спокойным. но все же можно было заметить, что он слегка поморщился. в глазах Сина загорелась не то надежда, не то это догорали искорки былой страсти. она нашла дверь. нашу дверь, я полагаю. и тоже уже не вернется. В голосе Буцу сочеталось торжество над братом и в то же время лютая ненависть. причин было предостаточно, но он мог бы накинуть сверху еще парочку. Син уставился в пустоту пред собой. кажется, ему хотелось плакать. он с минуту сидел, не моргая. но светлые глаза оставались остекленевшими и не выражали ничего, кроме пустоты.
Буцу тихо щелкнул зажигалкой и закурил.  я думаю, нам больше не следует думать об этом.
- да, но разве это не означает, что мы больше не выберемся отсюда? Син вышел из транса.
- совсем необязательно. Буцу сделал несколько глубоких затяжек. Дым клоками опускался в глубину грудной клетки. объемными хлопьями снега оседал на языке и в гортани. курить было приятно. привкус табака приятно остывал внутри.
- ладно. Син решил поиграться в легкомыслие. его теперь бросало из одной эмоции в другую. резко и неожиданно. как иногда бывает, если кто-то нажмет на слив, пока ты в душе. а еще знаешь... младший Футацу выдержал паузу. воспоминания о еде в этот год тоже, кажется, выветрились. фразу тут же подтвердило мирное урчание живота.
- это из тебя никогда не "выветрится". произнес Буцу с издевкой и дал легкий подзатыльник брату.
- надо выпить кофе. потирая теоретически ушибленное место, Син отобрал у брата сигарету и потушил ее об урну.
- согласен.
Близнецы поднялись с лавки и тихо побрели через улицу. она была забита уютными кафе как автобус в час пик.
дверь ресторана открылась одновременным прикосновением двух ладоней. шаг в шаг они вошли внутрь. развернулись в разные стороны. заценили ассортимент столиков. и бинго оба остановили взгляд на одном единственном знакомом лице.
что было дальше догадаться нетрудно, а может и наоборот. в пру секунд они оказались совсем близко.
спустя еще пол секунды, с обеих сторон девушку обнимало по лохматому белобрысому чудовищу.
- аааа, мелкая, привет. давно не виделись. как тебя сюда занесло? и что ты тут забыла? как жизнь? давно была в поместье? синхронность вопросов. даже запинаться и паузы расставлять одинаково. и улыбаться, конечно, улыбаться. - какого черта она здесь делает? - откуда я знаю? - ну ты ни черта не забыл за этот год, как я погляжу. - нет, я просто не был влюблен без памяти, как некоторые придурки.
Футацу сели за столик Миррор. Син перевернул стул, сложил руки и уперся подбородком в собственное запястье. Буцу вальяжно развалился на другом стуле и закинул ногу на ногу. оба пристально смотрели теперь на девушку. их прожигало любопытство, но ни один из них не должен был показать это. по крайней мере первым. мысленные перепалки их стабильно заканчивались взаимным посыланием куда подальше без возможности вернуться.

Отредактировано Bounds of blood (2010-12-29 00:24:52)

0

217

Эмили проводила взглядом уже успевшую надоесть парочку. Внутри она все еще была напряжена как струна, снаружи – мирно попивающая чаек девушка потрепанной наружности. Мирор спешно осматривала зал, словно выискивая того, кто мог начать дебоширить. Ну, или же повод уйти отсюда поскорее, успокоив себя надежностью охраны.
«Может, я начинающий шизофреник? А что, все предпосылки к этому имеются. Почему бы и да?» - спросила себя девушка, но ответа на вопрос найти она не успела.
Две ладони коснулись дверей в ресторан. Две бесконечно теплые и близкие для Эмили ладони. Какое беспокойство, какое напряжение?! Вы с ума сошли? Все мигом как рукой сняло. В пару мгновений братья Футацу оказались совсем близко, крепко обняв девушку, которая, кажется, забыла при этом дышать. Два белобрысых парня, которые заменили Мирор семью и друзей, внезапно оказались так близко! Она даже могла их коснуться (что для Эмили, должна сказать, уже было огромным счастьем).
Девушка хлопала глазами, словно кукла-неваляшка. Только сейчас она догадалась наконец выдохнуть и снова вдохнуть. Синхронные вопросы белобрысых кошаков посыпались на нее, как подарки из мешка связанного Деда Мороза.
- аааа, мелкая, привет. давно не виделись. как тебя сюда занесло? и что ты тут забыла? как жизнь? давно была в поместье? – братья как всегда были удивительно схожи друг с другом. Просто поразительно. Хотя ЭМ уже давно научилась безошибочно их различать, уж слишком разные ребята были по характеру.
Столик, за которым девушка просиживала столько времени, окруженная лишь скукой и одиночеством внезапно преобразился до неузнаваемости, став чем-то вроде «места встречи», которое изменить нельзя. Син перевернул стул, сложил руки и уперся подбородком в собственное запястье. Буцу вальяжно развалился на другом стуле и закинул ногу на ногу.
«Ничуть не изменились», - наконец, придя в себя, подумала Эм, улыбаясь обоим братьям. Их пристальные взгляды были ей даже приятны. Чудовищно! Просто чудовищно была рада девушка их появлению.
Демонстративно тяжко вздохнув, Эмили начала отвечать по порядку на все «подарочки» братьев:
- Сюда меня занесло, как всегда, ветром. Тут я потому, что я хозяйка этого ресторана и надо периодически появляться. Жизнь без вас была невыносимо скучна. Из поместья я ушла, кажется, через неделю после вас и больше туда не возвращалась, - выдохнув, девушка закончила и, предвещая очередной поток вопросов, задала свой, - а куда вы тогда делись?
Отодвинув чашку с чаем подальше, девушка уперлась подбородком в стол (да-да, именно эта страшная картина, которую вы представили), глядя снизу вверх на своих названных братьев. Её тоже прожигал интерес, но, как и парни, девушка не спешила его показывать.
«Ну, кто из нас смельчак?», - Мирор улыбалась. Улыбалась искренне, как давно не улыбалась. Широко распахнутые зеленые глаза жаждали услышать ответ, пожалуй, единственно выдавая скрытый внутри интерес.

0

218

раз. два. синхронно склонить головы на бок. каждому подумать о своем. Буцу поправил волосы и усмехнулся.
- твое заведение? да неужели? что-то я не замечаю грибов в интерьере... поправить свитер. всегда что-то поправлять. старший Футацу в силу своей педантичности погубил бы мир. склонность не то что к симметрии, а к определенной упорядоченности вещей всегда доводит его брата до белого каления. Син почесал указательным пальцем нос.
- оу, ну раз оно твое, подскажи мне, чем здесь можно поживиться? я не ел... он сделал многозначительную паузу и с загадочной улыбкой произнес. где-то год...
снова поменять свое положение в пространстве. младший Футацу развернул стул и облокотился на стол, рукой теперь подпирая правую скулу. Буцу принял аналогичную позу. оба ответили очаровательным оскалом на взгляд Эмили. оба достали по пачке сигарет. оба закурили. оба выпустили по тонкой струйке дыма, которые подобно им несколько минут назад обвили девушку с обеих сторон.
черт, я думал узнать у нее как дела у старого графа. старший Футацу продолжал улыбаться. а я очень рад, что она скучала. ты ведь тоже скучал, бесчувственная скотина? Син посмотрел украдкой на брата, а затем снова перевел взгляд на Миррор. Буцу как всегда проигнорировал нападки на собственную персону и решил на несколько секунд отвечься мысями о предстоящем заказе. хм кофе. банально приятное латте... Оба глубоко затянулись и на этот раз выдохнули в разные стороны.
- почему ты ушла из замка? там плохо? в голосе чувствовалось искреннее беспокойство. Син до безумия любил родной дом. он казался ему единственным безопасным местом на земле. там ошивалось неимоверное количество непонятных людей, но с Футацу всегда обходились мило. даже если это было лицемерие. оно было настолько органичным и нужным в тот момент, что у младшего близнеца сложилось впечатление об идеальном детстве. это как жизнь в пряничном домике, всегда говорил Буцу. сверху красиво, но кто-то всегда вгрызается в стену твоего дома. и хоть все снова возвращается на круги своя... если ты однажды увидел, как что-то рушится, то ты уже никогда не избавишься от чувства панического страза за себя и своих близких.
- да, все-таки было бы интересно узнать, как там старый граф... Буцу в две коротких затяжки прикончил сигарету и потушил ее о пепельницу.
- не такой уж он старый. Син растягивал удовольствие, аккуратно вдыхая табачный дым. мелкая, он тебя не домогался? ты не поэтому ушла? он расплылся в широкой улыбке, а старший многозначительно хмыкнул.
- не задавай компрометирующих вопросов. это крайне неэтично. Буцу откровенно заскучал. он улегся на стол, положив локоть под голову и тихо недовольно заурчал. Син продолжил улыбаться и мучить серый от пепла бычок, размазывая его остатки по пепельнице. такая довольно нелепая и в чем-то милая картина двух сиамов, убитых повседневностью.
Оба Футацу старались оттянуть разговор о причине своего ухода. по непонятным во многом причинам. может потому, что вспоминать неприятно. может потому, что не всем положено знать. может потому, что это было просто нелепое желание. может еще много может.
Буцу как обычно взял на себя смелость тактично перевести тему. но Син его перебил-таки.
- а ты разве не в курсе, почему мы тогда ушли? я думал, все знают про Хозяина... Буцу зашипел со злости. Младший Футацу прикусил язык и невинно посмотрел на брата, как будто бы совсем не хотел проболтаться. трепло. мысленно констатировал Буцу. я тебя тоже люблю. умиленно заявил в ответ Син. - ну а зачем это скрывать? - действительно. завтра же дам в газету объявление. пропал мужик. и особые приметы непременно...
Син оскорбился и отвернулся от брата. оба посмотрели стеклянными глазами на Эмили. младший из близнецов протянул к ней руки, хотел взять ее маленькую ладошку и приложить к собственному лбу.  старший слегка повернул голову и надменно уставился в окно, не желая вдаваться в дальнейшие объяснения происходящего.

0

219

Эмили не надоедало наблюдать за братьями. Спустя столько времени, наконец, ощущать рядом свое, родное… что могло быть лучше?
- Оформлял дизайнер до меня. Поэтому и нет грибов, - Мирор замолчала, задумавшись. А ведь и правда… Почему в её заведении и ни одно грибка? Обязательно надо будет на досуге купить поварам колпаки в форме гриба-лисички. А шеф-повару в форме мухомора. Он сам виноват, что такой зануда!
Тихонько засмеявшись в ответ на слова Сина, Мирор подозвала официанта. Тот, словно почуяв, что два странных парня напрямую связаны с хозяйкой (еще бы, так много чудаков в одном месте просто так не собираются), учтиво оскалился, протянув братьям по меню.
-Я так полагаю, за счет заведения? – мимолетный взгляд на Эм, - что закажите?
Мирор понимала, что теперь она будет главной темой для обсуждения в своем собственном заведении. Еще бы. Хотя лучше пусть они обсуждают её, чем друг друга. Как там говорят? Общий враг сплотит коллектив. Хотя куда им до коллектива… Безмозглое стадо.
Приятный запах сигарет Футацу. Пожалуй, это единственное пристрастье Эмили – этот запах. Она знала, что когда они выйдут из ресторана, её волосы все еще будут пахнуть этим дымом. Улыбка девушки стала еще шире, только теперь она еще и прикрыла глаза.
- почему ты ушла из замка? там плохо? – в голосе парня слышалось беспокойство. Но Эмили не видела для него повода. Было ли ей плохо в замке? Определенно, нет. У нее был свободный доступ к огромнейшей библиотеке, еда и здоровый сон (зачастую на полу этой же библиотеке). Ей было там нормально после ухода братьев. Но одного нормально Мирор было мало.
- Нет, там хорошо, но, говорю же, без вас смертельно скучно. Да и у меня почти закончились книги, - Эм пожала плечами. Не могла же она так прямо сказать, что беспокоилась. Да и братья все сами были в состоянии понять, Эм не из тех, кто будет долго сидеть на одном месте, закрывшись в книгах. Теория – это хорошо, но практика лучше. Гораздо лучше.
Мирор допила свой чай и кинула взгляд на официанта. Тот, мигом уловив суть, черкнул что-то в своем блокноте.  Эмили и правда любила зеленый чай.
«И как я за все это время раньше с ними не пересеклась? Хотя какая разница как. Главное – суть», - девушка снова прикрыла глаза, погрузившись в свои мысли. Она часто вот так выпадала из реальности. Особенно, когда была уверенна в защите. И как раз сейчас она чувствовала себя в наибольшей безопасности за все эти годы.
-…мелкая, он тебя не домогался? ты не поэтому ушла? – Син как всегда не проявлял чрезвычайной скромности. Не от него ли Эмили взяла аналогичную свою черту характера?
Выпрямившись, девушка зажала себе рот обеими ладошками, чтобы не смеяться на весь ресторан. Подобный вопрос и правда её позабавил. Да уж, если бы граф её домогался, он бы рискнул быть жестоко изнасилованным, а после и вовсе – стать графиней.
- а ты разве не в курсе, почему мы тогда ушли? я думал, все знают про Хозяина... – Эмили нахмурилась. Отлично. Теперь за книгами она пропустила разговоры о «Хозяине».
«В жизни не буду больше читать!» - Мирор явно не выглядела довольной подобным ответом. Не столько потому, что Син ляпнул что-то не то, сколько потому, что об этом чем-то, Эмили была не в курсе. Собственное незнание всегда выводило Эмили из себя.
Пожалуй, Футацу спасало только то, что они были слишком близки для Мирор, чтобы та говорила с их прахом на камине. Да и коты всегда успокаивали падшую.
Вздохнув, Эмили отступилась от неприятной для обеих сторон темы, осторожно взяв Сина, за протянутые им руки. Снова улыбнулась.
-Давайте, закажите уже хоть что-нибудь, год не евшие, - Эм оттаивала на глазах. Пожалуй, только в присутствии братьев, она могла позволить себе подобную слабость.

0

220

- Ммм, я надеялся на что-то более провокационное. грустно улыбнулся Буцу. его пальцы плавно прошлись по краю отполированного до блеска стола. как по клавишам воображаемого фортепиано. а взгляд теперь был прикован к миловидному официанту. оценив его достаточно положительно (в горизонтальное положение, но не при свидетелях) и одарив кивком благодарности и усталой ухмылкой, старший Футацу забрал меню и открыл его на станице с напитками. Син даже не взглянул в сторону парня, а носом тут же влез в меню брата. Буцу привычно вытянул руки вперед и наклонил голову, чтобы младшему было удобнее подглядывать. Син разглядел красивые печатные буквы и без энтузиазма стал изучать меню напитков.
- латте. и немного мяты, будьте любезны. показная вежливость и манерность жестов. Син всегда обращает на это внимание, пару секунд наблюдая за братом из под своих белесых ресниц. реакция окружающих на эту полу улыбку, полу прикрытые глаза, приподнятые кисти рук, легкий беспорядок в волосах. ведь только мелкому известно настоящее лицо этого лакированного. младший Футацу подбородком толкает брата в плечо, призывая его открыть нужную ему страничку.
покажи мне еду. срочно покажи мне еду. я готов съесть что-угодно...
Бровь Буцу скептически ползет вверх. - Зачем тебе смотреть, если ты готов съесть что-угодно?
Син перевел взгляд на руки Эмили. едва заметное напряжение. положить ее ладошки на стол. повернуться к брату. и приставить указательный палец к его виску.
- ты же прекрасно знаешь, чего я хочу. так почему ты не закажешь на двоих? младший Футацу медленно и монотонно тыкает брата в висок, отчего его голова мирно покачивается из стороны в сторону. Син подбирает под себя одну ногу. кед упирается в стул брата. да-да. на двоих. почему нет? неужели тебе так понравился этот официантишка, что ты забудешь обо мне?
Буцу чуть не подавился вдыхаемым воздухом. ухватив брата за запястье, он, едва сдерживая смех, посмотрел на Миррор и дал братцу подзатыльник. слегка дезориентированный от подобного отвлекающего маневра Син чуть не грохнулся со стула, но во время ухватился за спинку.
- латте два. и несите, все вторые блюда, что есть. преимущественно рыбные. Буцу провел пальцем по нужной странице в меню, одной рукой захлопнул его и передал обратно официанту, не взглянув на него больше ни разу. Доволен? Истеричка.
- ты сказала про книги. неужели ты прикончила всю библиотеку графа? старший Футацу решил тактично прервать очередное братское соревнование по идиотизму и обратился к Эмили. он был-таки впечатлен. 
- ага. это же просто невозмооожно. отвлекся отчаянно пытающийся не упасть Син. все их может прочесть только такой зануда, как Браааатец. младший Футацу улыбался во все клыки. он улегся на стол, положив локоть под скулу. так, чтобы видеть и брата, и Эмили. оставалось только смаковать выражение лица Буцу. старший Футацу выглядел со стороны невозмутимо и только бросил беглый взгляд в сторону Сина. но этого было достаточно. это означало очередную маленькую победу над его нервами.
- между прочим к нам поступило несколько интересных экземпляров исторических хроник четырнадцатого века. битва золотых шпор. могу тебе принести почитать. Буцу трогательно потупил взгляд. Син фыркнул. когда ты успел побывать в бюро? почему я всегда обо всем узнаю последним? младший Футацу надул губы. я там не был. просто я иногда включаю мобильный. Буцу кивнул и указал на карман джинс.
Син уставился теперь на Миррор. он внимательно рассматривал девушку. она, кажется, изменилась. стала старше что ли...
Буцу поддержал мысленный разговор забавным замечанием. да но осталась эта странная "грибная причуда". Близнецы одновременно переглянулись и рассмеялись.

Отредактировано Bounds of blood (2011-01-04 04:55:34)

0

221

Эмили тихонько смеялась, наблюдая за этой словесной перепалкой между братьями. Она правда за ними соскучилась. В конце концов, без Футацу правда скучно. Нет этого вечного повода не грустить. С вами случалось такое? Словно что-то держало Эмили в циничном таком, потном и вонючем кулаке, а сейчас отпустило. Это чертовски приятно. И чем больше Эмили было тепло, комфортно, тем более ей хотелось удержать братьев с собой подольше. Она понимала, что у нее просто совести не хватит держать их силой, но все же. Будучи эгоисткой до мозга костей, Мирор знала все же меру. Она не была капризной принцессой. Она была гордой, хоть и безумной, королевой. Как минимум. 
Как только Син выпустил руки девушки, опустив их на стол, Мирор, чисто из вредности, спрятала их под стол. Постукивая ногтями по столешнице с той стороны. Снова подбородок на стол. Так и правда удобно. Снизу вверх.
«И все же», - мелькнула в голове уже было потекшая мысль, но падшая оборвала её на корню. Порой, еще когда и Футацу, и она жили у графа, Мирор хотела научиться читать мысли. Потому что её смущало, что вот они умеют, а она нет. Позже это желаннее рассеялось. В конце концов, переступи она и эту завесу, сказка могла бы рухнуть, не дойдя до кульминации. Самое интересное всегда должно оставаться за кадром. Или оно перестанет быть таковым.
Мирор погрузилась в свои мысли об этом, перестав улавливать смысл слов, которыми перекидывались братья. Только интонация. Знаете, как много можно узнать по интонации? Вот например интонация, с которой Син или Бацу обращаются друг к другу, к официанту, к Эмили – эти три интонации в корни отличаются друг от друга. Словно разные пьесы исполненные на одном и том же инструменте.
-…прикончила всю библиотеку графа? – уловив знакомую интонацию Бацу, Эмили словно «проснулась».
«Прикончила графа? Я не убивала графа», - мелькнуло в голове. Смысл доходил постепенно, из-за чего, если бы Син не начал тут же говорить, могло бы создаться впечатление, что Мирор просто на просто «тормозит». Девушка всегда тяжело возвращалась в реальный мир. Осознав, что в убийстве её все-таки не обвиняют, Эмили облегченно выдохнула и снова заулыбалась.
-Почти все. Вы когда ушли я почти перестала спать. Чувство защищенности пропало. Я все ждала, когда вы навестите меня, чтобы вздремнуть. А книги заканчивались, - пожала плечами (на сколько это было возможно) Мирор, делая вроде бы безразличное лицо. Она не хотела задеть братьев. Все-таки девушка их ни в чем не винила.
«Ляпнула-таки, ляпнула. Довольна, да?» - тихонько грызла внутри себя девушка. А что, если братья слишком остро отреагируют? Нельзя-нельзя-нельзя.
- между прочим к нам поступило несколько интересных экземпляров исторических хроник четырнадцатого века. битва золотых шпор. могу тебе принести почитать, - отвлекшись от своих мыслей, девушка снова улыбнулась. Это выглядело даже немного комично: улыбка, нет улыбки, словно улыбка. Эмили сейчас больше всего походила на законченного шизофреника.
-Я могу к вам заглянуть и взять её, я бы не отказалась почитать, - Мирор была довольна. Она уже и знать забыла про свое недавнее табу на книги. В конце концов, чужие слабости нужно уважать. Девушка мысленно уже перелистывала страницы книги, смакуя… и тут её осенило:
-  И, кстати, «к вам» - это, собственно, куда? – Мирор посмотрела в начале на Бацу, потом на Сина. О чем они сейчас говорят? Пусть.

0

222

- оу, инсомниа. прослезился Син. это было выражения лица вроде "я вас так понимаю". он снова сменил позу, поскольку сидеть долго на одном месте без движения было не совсем в его правилах. проще говоря, его начинало ломать трясти и возникало жуткое желание срочно сорваться и куда-то бежать
- это своего рода психическое расстройство. подытожил Буцу. он, напротив, застывал в одной и той же позе порой на несколько часов. ни  единый мускул, даже на бледном скуластом лице, не двигался. репродукцией человеческого тела он мог восседать где-либо уставившись в пустоту и ничего не делать. но только когда рядом не было никого настолько умиляюще-раздражающего. то есть его брата.
- суета. суета. мирская. от нас самих осталось немного. мы устали. стерли ноги. сломали руки. вывернули кисти. и стали немыслимо далеки. от всего, что нас тогда держало там, здесь и везде. кажется, мы стали свободны. как птицы. как стаи птиц, которых беспорядочно кидает в темноту небес, в грозовое облако. и снова вниз, как будто в этом есть какой-то смысл. Буцу смотрел куда-то насквозь и говорил очень вкрадчиво и с полу улыбкой. но от этого его слова приобретали какой-то искусственный, неживой оттенок. будто за него говорит кто-то другой.
Син, отвернувшись от брата, говорил с ним в одно и то же время и слова образовывали какую-то сложную непонятную паутину, в которой мысли запутывались как мухи, липли друг к другу и перемешивались, топя одна другую в липкой бесцветной массе монотонных голосов.
- тишина. тишина и блеск глаз. все всегда было, но не для нас. потому что мы играли. нас позвали, мы пришли. у нас не было души. только краешки того, что нам досталось от него. тихой песней нас зовет. никогда. никогда. не найти того, что ищем. нас кормили не духовной пищей. нам кидали кости и крошки.мы никто. мы всего лишь кошки.
славные монотонные песнопения прервал официант, во время притащивший заказ Футацу.
Буцу, мягко улыбнувшись, забрал свой кофе и закурил. тихо обмотав вокруг себя тонкую ленточку пепла, он смотрел теперь на Эмили, склонив голову на бок. Син церемонно сложил ладони и терпеливо смотрел, как сервируют еду. Пожелав себе бон аппети, младший Футацу с легкостью расправился с очаровательным запеченным лососем в клюквенном соусе. за ним последовал тунец с лаймовым маслом. палтус в овощной корочке. и напоследок - угорь с абсентом. Буцу всегда раздражала способность брата проглатывать еду, не различая вкуса. но он даже не догадывался, какая феерия творилась сейчас во рту у мелкого Футацу. он блаженствовал и сходил с ума. но все-таки сохранял рамки приличия. сегодня при Миррор Син почему-то был крайне аккуратен и последователен даже в выборе столовых приборов. хотя и уничтожил продуктов на обед для четырех персон. закончив с едой, он взмахнул белоснежной салфеткой, привел в порядок лицо и, сложив из хлопкового квадрата довольно странного вида оригами, наконец-то довольно улыбнулся.
Буцу за это время успел прикончить лишь одну сигарету.
- мы слегка отвлеклись. произнес он, рассматривая радостного брата и переводя взгляд на Эмили. живем мы сейчас в старом бюро находок. у старьевщика. старший Футацу слегка поморщился. ему не нравилось так называть свой дом.
- да. там очень славно. сытым взглядом пройдясь по окружающим поделился своими соображениями Син. он только притянул к себе чашку с кофе, как вдруг услышал кукую-то возню возле дверей. Буцу тоже нахмурился и стал искать взглядом источник шума. Любопытные коты всегда вытягивают шеи или даже встают на задние лапы. Вид у обоих Футацу был сейчас примерно такой. из соседнего зала потихоньку выползала толпа народу. первое инстинктивное желание было закрыть глаза и уши Миррор. но, пожалуй, тогда она пропустит все "веселье". Син вопросительно уставился на девушку. а Буцу стал поправлять челку, так некстати свалившуюся ему на нос.
прежде чем кто-либо успел сделать следующее движение, братья почувствовали, как реальность медленно расплывается перед глазами.
Син успел ухватиться за рукав брата, то тот уже не заметил, как когти впились ему в руку, потому что без сознания лежал лицом на столе...
===>
таинственный лес. квест. квест.

Отредактировано Bounds of blood (2011-01-19 16:35:07)

0

223

------> Начало игры
Время: Позднее утро. С неба падает пушистый снег, по красоте с которым не сравнится и самое прекрасное кружево. Ветра нет, небо ясное.

Аккуратно, даже как-то опасливо, отворив дверь, в ресторан вошла долговязая девица. Откинула на спину капюшон короткой курточки, тряхнула волосами, стрижеными мальчишеской "шапочкой". Огляделась по сторонам.
Посетителей в роскошной зале не наблюдалось - рано еще. Только пара скучающих официантов и охранник разглядывали посетительницу, не торопясь подходить. Увы! Среди блеска и роскоши ее потертые джинсы, шнурованные сапоги на плоской подошве и руки, спрятанные в карманы темно-синей курточки, смотрелись весьма неуместно. Вдобавок девица слегка сутулилась.
Со своей джинсовой сумкой на боку и электрогитарой в чехле за спиной, ремни которых накрест перечеркивали на груди долговязую худую фигуру, она явно ощущала себя здесь лошадью в бальной зале - отчего именно на оную и походила.
Вон, следы грязные на сияющем полу...
Между тем взгляд посетительницы, безразлично обежав помещение, остановился на сцене с фортепиано и микрофонной стойкой.
- Бехштейн! Старый Бехштейн, чтоб меня... - негромко сообщила она, ни к кому конкретно не обращаясь. Кажется, это относилось к инструменту на сцене.
Перестав наконец мяться у входа, девушка пересекла залу и подошла к официантам.
- Доброе утро. С кем я могу поговорить насчет трудоустройства? Если вам требуется певец или музыкант...
Еще раз окинув взглядом девушку, один из официантов снизошел до ответа:
- Требуется. Одну минуту, вас сейчас послушают.
Вскоре он вернулся в сопровождении ухоженной женщины средних лет, одетой не в форму, а элегантное узкое платье цвета слоновой кости. Взгляд женщины показался Каэтане не столь откровенно оценивающим, но чувство неловкости от этого только усилилось.
Администратор, догадалась Кэт.
- Доброе утро. Итак, вы хотели бы работать у нас?
Каэтана кивнула, склонив голову чуть набок - отросшая челка лезла в глаза, а смахнуть ее в сторону рукой она не решилась.
- Да. Я играю на фортепиано, гитаре, бас-гитаре. Могу вполне прилично петь. Имею музыкальное образование - венецианский колледж.
Одобрительный кивок немного ободрил девушку.
- Хотите послушать что-то конкретное?
- Нет, пока на ваше усмотрение. Потом, если мы с вами понравимся друг другу, музыканты познакомят вас с репертуаром.
Женщина выжидающе облокотилась на парапет, окружающий сцену, а Каэтана подошла к фортепиано. Инструмент действительно оказался старым, редким, но в отличном состоянии. Когда она откинула крышку, блики света скользнули по клавишам, лукаво подмигнули: ну что, сыграем?
Девушка улыбнулась, провела по клавиатуре кончиками пальцев - легко, не извлекая звука. Еще раз улыбнулась, сняла сумку, бросила на пол. Прислонила к боку фортепиано гитару. Кинула куртку на гриф.
Ля... Пауза. Ми, до, ля, фа...
Почему-то Кэт всегда стеснялась распеваться при посторонних. Особенно - таких. И хотя администратор никакого нетерпения не выказывала, она почла за лучшее сразу запеть.
Минуты две женщина внимательно слушала, постукивая пальцами по краю парапета. Потом подняла руку:
- Достаточно. Как вас зовут?
- Каэтана. Каэтана Алькаро.
- Хорошо, Каэтана. Вы приняты. Приходите после обеда, обсудим подробности. Познакомитесь с музыкантами. И, надеюсь, вы оденетесь немного по-другому, - администратор безмятежно улыбнулась девушке, будто напомнила о ничего не значащей мелочи, так, на всякий случай.
И Кэт кивнула в ответ, хотя особенной альтернативы этой одежде у нее не было.
- Всего доброго, - приветливо кивнув на прощание, женщина удалилась.
Каэтана проводила ее взглядом и машинально погладила клавиши кончиками пальцев. Ей не верилось, что все получилось так просто.
Черт побери, что бы в обед надеть?..

Отредактировано Каэтана (2011-02-23 07:47:37)

+1

224

это было нечто невообразимое. черные перья охапками сыпались на голову. постепенно заполняя все пространство вокруг. удушье. плавно и постепенно к горлу подкрадывалась шелковая лента. перехватывало дыхание. и когти выпускать нет смысла. все равно не занавесках не повиснуть. не спастись.
Син сделал спасительный вдох. ладони прилипли к коже лица. небольшая агония. пальцы аккуратно проползли по коже от лба до скул. напряжение медленно спадало. младший Футацу взъерошил пепельные волосы и открыл наконец глаза. Буцу тихонько потягивался. кости хрустели так, как будто они провели во неестественных позах несколько часов. Син подозрительно покосился по сторонам и окинул взглядом только недавно опустошенные тарелки. старший Футацу погладил брата по голове и улыбнулся.
- тебе снилось то же самое, да? он решил вернуть реальность на прежнее место и даже зевнул для пущей убедительности. но у Сина после "древолазанья" чертовски болели руки. так что он не поверил.
- хотел бы я иметь такую вещь, которая бы вселяла в меня столько уверенности. никогда ничего не бояться... младший Футацу отхлебнул кофе. сладкое и холодное. сколько же времени мы провели в отключке?
- а у меня уже есть. Буцу, судя по всему, не собирался продолжать разговор. тем более, что он как обычно первым вспомнил, что они собрались делать до этого незапланированного "сказочного путешествия" в страну морфея. старший Футацу отвесил мелкому легкий подзатыльник, дабы тот понял, где они находятся, сделал жест аля "аривидерчи" для Эмили и направился к соседнему столику. Син обиженно потер ушибленное место, медленно поднялся, приобнял Миррор и направился за братцем. это было весьма в их стиле - внезапно исчезать посреди разговора. и иногда возвращаться. но в конце концов, все их действия были направлены во спасение самой Эмили. так что ей грешно было бы жаловаться.
Буцу легким движением стянул со свободного стола салфетку, повесил себе на руку и, изобразив галантного официанта, долил остатки красного вина двум прелестным дамам, не забыв прихватить с собой пустую бутылку. с добытым трофеем он направился в соседний зал. Син тем временем засмотрелся в приоткрытую дверь соседнего зала на выступающую в соседнем зале девушку. ну какого черта мне в другой зал, а? что нельзя было разнести тот, в котором собираются красивые девушки? Он тряхнул головой, выкинув остатки нот из головы и проскользил мимо разбушевавшихся мужчин. да так неловко, что врезался в главного дебошира. прежде чем кто-либо спел что-то предпринять, появился старший Футацу, и все трое исчезли в черной дымке.
следующее мгновение распалось на части и закружило голову. братьям казалось, что их тела терзают невидимые собаки. напомни мне, чтобы мы почаще тренировались, прежде чем пытаться перенести кого бы то ни было с помощью мерцания. это была опрометчивая мысль. парней выкинуло на соседнюю улицу за углом.
- какого черта ты подумал об этом месте? я полагал, что стоит оттащить его подальше. Буцу был явно не доволен сложившейся ситуацией. Син отпустил парня сразу же после телепортации, и тот нелепо завалился на тротуар.
- а что ты хотел? чтобы я его в отель на мальдивах отправил? Син тоже вышел из себя. парегь, которого внзапно похитили из ресторана похоже пришел в себя и по-прежнему был не в настроении. он явно хотел что-то сказать. но успел только подняться и прорычать что-то невнятное. поскольку Буцу, предварительно наградив его презрительным взглядом, разбил ему ту самую бутылку из под вина, прихваченную из "Маски". дебошир снова отправился видеть третий сон. Син присел рядом с ним на корточки и стал шарить по карманам. нашел какие-то документы и кошелек. к сожалению, пустой. младший Футацу с досадой выдохнул и выпрямился. Буцу вышел на обочину и стал голосовать. через пару минут старенькое такси, скрипя тормозами, остановилась аккурат рядом с его черными кедами. братцы втащили парня внутрь, дали таксисту денег, наврали с три короба по поводу встречи выпускников и масштабной пьянки и попросили какать его по району, пока не протрезвеет.
когда вся эту кутерьма закончилась Син наконец-то плюхнулся на лавочку. голова почему-то трещала так, будто он и правда пил за чье-то здоровье. Буцу закурил и поставил ногу на лавочку рядом с братом.
- поехали домой? жалобно промяукал мелкий.
бровь старшего Футацу поползла вверх. он с полминуты смотрел на Сина, а потом мягко произнес.
- ты только что избавился от своих последних денег... домой мы пойдем пешком.
еще пару минут они не двигались с места. потом младший все-таки встал и тихо поплелся вдоль дороги. Буцу последовал за ним.

===> ...

Отредактировано Bounds of blood (2011-03-16 02:29:24)

0

225

>----Центральное полицейское управление---->
Солнце приятно греет и все вокруг тает. Дороги, которые правительство совсем не спешит убирать, по прежнему похожи на нечто невразумительное, заваленное сырыми остатками грязного снега. На небе встречаются редкие белоснежные облака, которые не грозят осадками.
Температура воздуха: + 15

По пути к «Маске» нам то и дело попадались пыхтящие мужички с лопатами и ломиками наперевес. Каждый определенно бурчал что-то про светлое будущее и сверхурочные. Те же меховые куртки на пыхтящих телах, те же сигареты в зубах и почти те же шапки ушанки набекрень. Вспоминаю Томск, эх… Наверное, мужичкам приходилось всю ночь бороться с льдом и его последствиями на заветную Азбуку и чего-нибудь для души, раз они так пыхтят. По крайней мере, когда я жил еще с отцом, его друг дядя Вася всегда приходил к нам в гости не с пустыми руками, а, как он говорил, с эликсиром души. Маленький я тогда был, ничего не понимал. Да и не очень меня интересовали увлечения вечно сонного дядьки, что считал своим долгом дыхнуть на меня пару раз в день и как следует растрепать волосенки. Но гораздо больше меня волновала не тяжелая судьба японских «ЖЭКов», а будущая работа… или не работа. В этом и проблема. Когда мы решали вопросы жилья в парке, все казалось веселой игрой, в которой нужно заработать побольше денег, построить расписной дворец, вырастить зеленый сад и десяток-другой орущих сорванцов – счастливым стать, ага. Сейчас же, перед порогом ресторана, не очень-то хотелось не то, что устраиваться на работу, вообще хотелось забиться в самый дальний угол и не вылезать с месяц – слишком уж роскошно выглядело заведеньице. Даже сквозь залитое окно были видны дугой развешанные белоснежные и бархатно-красные шторы. Лед сверкал в свете люстр с самыми настоящими свечами. Пол был усеян плиткой в замысловатом узоре. Сверкающие скатерти не помещались на столах и свешивались полами прямо на пол. А еще, а еще…
Больше я предпочел не рассматривать зал, иначе желание обзавестись работенкой улетучится к чертям мартыньим. Да и не пришлось, ибо с тихим бурчанием с тропинки меня оттолкнул растрепанный парень лет двадцати с виду, направившись прямо ко входу в ресторан. Первые секунды я стоял столбом, отходя от роскоши, увиденной в окно, но когда понял, что копошащийся у дверей парень не посетитель, а очень даже работник, судя по ключам в его руках, метнулся к нему и остановился в метре-другом, настраиваясь на разговор. Парень обернулся на миг, одарив меня беглым взглядом, и снова принялся за дверь. Через минуту молчания и звона ключей послышался мягкий мужской голос:
- Тебе сюда, парень?
Отыскав в услышанном нотку раздражения, я решил не мять… ммм… торс, а дерзать!
- Да, мне сюда…
Супер-ответ, мастер беседы… Расскажи, зачем ты пришел!
- А!
Легонько хлопнув себя по лбу, я сбросил дурацкие сомнения, вспомнив свои выступления в Храме по вечерам. Помню, как Гридус, самый близкий мне человек после отца (человек! про обезьян я ничего не говорил!) собирал всех близких в одном из внутренних ворот Храма, и я играл им на флейте, взгромоздившись на огромный ящик из-под… не помню уже чего. Как тогда было весело! Я плясал, закрывая от музыки и удовольствия глаза, радуясь успехам в игре на флейте. И все монахи так радовались за меня! Так поздравляли с тем или иным выученным заклинанием на флейте или комбинацией звуков! И так тяжело вздыхали после выступлений… я так и не понял, почему. Наверное, потому, что после моей замечательнейшей музыки весь мир казался серым и скучным. Да.
Но вернемся к необходимостям обслуживания воспроизведения этой самой музыки. Нужны деньги.
- Ну... Я бы хотел устроиться на работу. Я недавно приехал в город, и мне нужны деньги…
Мы-ы приехали… На-ам нужны деньги…
Да какая сейчас разница?! Лучше бы сидела и молчала в тряпочку…
- Это ясно. А что ты умеешь?
- Да многое… на флейте хорошо играю… флейтистом и хотел.

0

226

Пока парень оставил ключи и принялся внимательнее осматривать меня, обиженная обезьяна завернула оставленный на лавочке пакет с пирожными хвостом и в своем любимом стиле «полу-полета-полу-прыжка» отправилась на крышу ресторана. По пути она опасно размахивала хвостом, а при достижении цели чуть не грохнулась на голову работничка передо мной. Кстати, тот заново обновил свои представления о стоящем перед ним юноше и теперь размышлял, что же делать. Делал он это, манерно приставив руку к подбородку и усердно потирая его, прищурив веки. При этом глаза его почти совсем закрылись, демонстрируя узкоглазое происхождение. Хм… Наверное, нехорошо так говорить.
Когда я очухался от нездоровых рассуждений о национальностях и их причудах, мартышка исчезла из виду, а взъерошенный работничек окончательно расправился с дверьми. Расстегнув куртку, он ступил за порог, уступая место на входном коврике и мне. Но я не очень-то спешил. Роскошь ударила в лицо с новой силой.
Со стороны закрытого окна все выглядело совсем по-другому. Да, были все те же расписные шторы, полы и скатерти, но… не было ощущения приближенности ко всему этому. Там, на улице, роскошь казалась царицей этого места, правительницей разумов и кошельков, неизменной и непоколебимой. А я был маленьким никчемным оборванцем, что пришел во дворец, как к себе домой, и принялся таращиться на прелести ее величества, роняя челюсть. И королева расписных обоев будто страшила меня, нагоняла дикую неловкость, заставляя чувствовать свою никчемность. «Вот! Посмотри-ка, как живут люди!» - говорила она оборванцу, макая его носом в мрамор и свечи, ковры и плинтусы, столы и салфетки. А оборванцу только и хотелось, что в страхе убежать, теряя тапочки и прочее бедняцкое имущество.
Сейчас же, когда я стоял на пороге «Маски», все в корне поменялось. Не было той властности и жесткости в роскоши заведения. Не было и устрашающе угловатых прямых контуров вместилища дорогущего ресторана. Не было пустой выправки и сдержанности, насмешек и взглядов свысока.
Было лишь гостеприимство.
Конечно, коврик под ногами и косяк под рукой никуда не упрятывали узорчатую позолоту и мягкие ворсинки (гладкие брусочки). Но из яростных деньго-высасывалок они превратились в ухоженных мягкотелых работников дорогого заведения, не более. Как люди после хорошего разговора полностью меняют отношение к себе у собеседника, так и эти выгнутые стулья и округлая посуда выворачивали наизнанку мое сознание, заставляя поверить, что они – хорошо, они – свои.
И именно это пугало больше всего.
И тот факт, что меня готова принять даже мебель, не сильно-то успокаивал.
Второпях скинув тяжелые сапоги, я проследовал за парнем, который уже успел раскинуть весь верхний гардероб по стульям и теперь прихорашивался у зеркала. Зеркало находилось в какой-то неприметной комнатке за сценой вместе со всеми остальными служебными помещениями. И она была ближе всех к сцене.
- Ну, если ты и вправду хочешь здесь работать, - мурлыкнул изрядно повеселевший и прихорошившийся парень, поправляя пестренький галстук, - то с самого начала ты должен зарекомендовать себя как работника не по должности.
А?
Договорив, он уселся на стул, стоявший тут же (и мне показалось, что он несколько отличался от своих соседей в роскоши…), и, манерно закинув ногу на ногу, скрестив руки, с ухмылкой промолвил:
- Любишь ли ты готовить?
А?!

0

227

Глядя на только что серьезного работника «с верхушки», а теперь на простого задорного парня с примесями лишнего оптимизма, у меня несколько отвисла челюсть. Где это видано, чтобы в дорогущем ресторанище работали такие… разгильдяи?.. Это же… ну… неправильно, что ли! Идеальная выправка и осанка, отглаженная модная строгая одежда, стильные прически, высокие манеры и воспитание, особые изысканные методы общения с клиентами, небрежное отношение к большим деньгам… Но сейчас я не видел ничего из этого… полуприглаженные волосы если и являлись частью замысловатого стиля, то такому вороху соответствовала лишь одна знакомая мне прическа, о которой рассказывать не очень-то хочется. Было дело еще в Красноярске, на пути в Храм. Приехал я из Кемерово, только-только оправился с разлуки с отцом и стал искать по всяким забегаловкам доброго человека, который согласился бы подбросить меня в следующий пункт. Человек, проявивший желание подвезти действительно нашелся. Вот только был он не очень добр… на этом желание рассказывать заканчивается. Прическа у него была из серии «Здравствуйте!». А зеленый в прямом и переносном смысле слова костюм сейчас подчеркивал только «дворовые» качества работничка: рукава засучены, складки на рубашке одна на другой, за идеально выправленным галстуком торчит-красуется кусок футболки.
А может, во всех зеленых заведениях так?
- С чего такой вопрос? Я же пришел играть на флейте… - чуть хмуро отозвался я. – Какое значение имеют мои способности в готовке…
- Видимо, у тебя совсем нет опыта работы в дорогих заведениях. Пардон… в хороших дорогих заведениях, - сбрасывая пиджак, отрезал парень. – Не в том ты месте, чтобы четко выполнять свою работу.
Он изменился в лице, вновь посерьезнев. Встал, решительно подошел к позолоченной загогулине (вешалка, наверное) и небрежно накинул пиджак поверх. Принялся вдумчиво расстегивать пуговицы на рубашке.
- У нас не игра, где, чем больше работников, тем больше прибыли, нет. Мы не бездушные машины, накачанные изящностью, небрежностью к денежкам и манерами. Мы такие же люди, как и ты.
Сказав это, парень лучезарно улыбнулся и выставил указательный палец на меня в позе. Мурашки потоптали кожицу.
- Не зарекайся о важности нашего дела и не присущей нам расхлябанности.
Рубашка полетела на пиджак. Только галстук идеально висел на торсе лохматого. Надо же, я никогда не думал, что на голом торсе галстук может выглядеть настолько идеально…
- Все в точности наоборот. Слышишь?
Он подошел ко мне и заглянул в глаза, встряхнув за плечи.
- У нас другая работа. Не служить. Лишь даровать. Хоть и за деньги. В этом заведении работают только люди, не знающие непреодолимых препятствий. Только люди, уверенные в своих умениях. Люди, не способные потерять надежду и каплю радости в душе.
Как мне ни хотелось вынести из лепета лохматого нравоучительную истину, в голове отчаянно вертелась одна мысль.
Бред! Что за бред?!
Стой на месте. Да, пока что идет бред, но… мысли… Слушай внимательно, и все поймешь.
Мысли, что меня наставляет обезьяна, пусть даже столь умная и близкая, но… обезьяна, блин!
- Мы должны следовать зову сердца, понимаешь? Должны делать то, что можем, должны выплескивать на работу все, что есть у нас в душе. Должны покорять сердца своими сердцами! Никак иначе! Если хочешь что-то приготовить – готовь. Хочешь станцевать перед публикой – танцуй. Хочешь поиграть на флейте – пожалуйста. Но ты должен быть большим человеком.
Его кисть потянулась и легла мне на солнечное сплетение.
- Большим вот здесь. В душе.

0

228

Эх…
Ты чего?
Он так и не сказал главного…
Какой еще бред он должен был до меня донести?
Не бред. Людей с такими мыслями я еще не видела…
Да в чем дело-то?
Терпение… Мне нужно собраться с мыслями…
Это непросто…
Ага…

Парень вдруг нахмурился, убрал от меня руки и скрылся в коридоре. Через секунду раздался всплеск воды.
Вздохнув, я присел на стул попроще и, недолго думая, взгромоздил на его спинку плащ. Шляпу я бережно повесил на еще одну позолоченную загогулину. Выглядело это несколько странно. Еще немного подумав, я повесил плащ рядом со шляпой. Снова присел. Немного поразмышлял, как это лохматый принимает душ в галстуке. И да, откуда здесь душ? Непонятно…
Вскоре шум воды прекратился, а в голову мне увлеченно начала пыхтеть мартышка. Это несколько неприятно, знаете ли.
Вернулся чистенький и светящийся парень. Лохматость уступила место прилизанности. Не обращая на меня внимания, он прошелся по комнатке, бурча что-то под нос. А я сидел. Просто сидел. Это скучно.
Вот! Я знаю, как до тебя донести!
Так?
Понимаешь, он считает, что в «Маске» должна быть атмосфера дружбы и комфорта. Все должны помогать друг другу, иногда делать работу за них…
Хорошенькое дело…
Ты не понимаешь! Ну… я не знаю, как можно сказать точнее.

- Ты, наверное, неправильно меня понял, да? Я нес бред?
Парень уже расчесался и теперь надевал рубашку перед тем же зеркалом. Галстук по-прежнему идеально висел!
- Эээ… Да.
Парень повернулся и с виноватым выражением лица ответил:
- Я имел ввиду несколько другое. Понимаешь, - управившись с рубашкой, он принялся надевать пиджак, - я являюсь временным управляющим «Маски», а также считаюсь старшим официантом. Я управляю людьми. И официантами, и уборщиками, и всеми-всеми-всеми.
Чистый, причесанный и приглаженный парень теперь действительно казался высокой фигурой.
- Я лучше всех знаю, как и что творится в ресторане. Люди доверяют мне, а я доверяю им. Так вот, каждый работник «Маски» готов заступиться за коллегу, выполнить его работу. Каждый умеет почти все. Мы считаемся элитой общества.
Сказав это, он выпрямился, загнул одну руку за спину, чуть прищурил глаза, поднял подбородок.
- Хоть это и не всегда видно, мы идеальны. И пусть слова мои высокомерны и циничны, факт остается фактом. Если ты готов вступить в такой коллектив безо всяких комплексов и недоразумений, то добро пожаловать. Если же ты ленивый, черствый, глупый неумеха, нам придется расстаться.
Незримо передо мной стоял мудрый повелитель, а не веселый разгильдяй, как мне отчетливо виднелось вначале. Так и хотелось идти под его знаменем, хоть на поле боя. Сейчас во мне была сухая готовность сделать все, чтобы понравиться этому человеку, повелителю душ и желаний. Ни капли грусти или сомнений. Веселый уверенный в себе флейтист-повар? Чтож, да будет так.

0

229

- Что мне делать?
Парень расплылся в улыбке и вновь засучил рукава. На смену идеалу пришло обаяние. Такое обаяние!
- Давай-ка приведем в порядок зал, ага? Помоем плитку, протрем столы, поменяем скатерти, перенесем стулья… Еще сцена… С посудой бы разобраться… Поможешь?
Челюсть снова поменяла положение.
- Так я не только поваром?..
- Ты что? Кому же нужен повар?! Поваров у нас и так достаточно. А вот с уборочной силой проблемы.
Чувствуя себя говном, я пошел за ним в гостеприимный зал. По пути нам попался пыхтящий паренек, который, не обратив на меня ни малейшего внимания, почтительно поздоровался с управляющим и зачесал дальше по коридору. И кто это был? Непонятно…
Стульчики, столики, красивые занавесочки… как это все шикарно, когда ты всего лишь смотришь! Глаз радуется волшебному блеску золота, белоснежности штор и идеальному расположению столиков.
Но когда ты начинаешь приглядываться… Столики уже и не так-то идеально стоят – где стул чуть перекошен, где-то скатерть съехала на бок, а где и не хватает свечки или двух. На краю шторы чуть заметно виднеются пятна вина, икры и прочих вкусностей, мне не известных. Ну а золото и вовсе оказывается не золотом, а очень даже… ну, я не знаю, из чего там делают стулья.
Возня с полами тоже удовольствия не принесла. Рыбка-то она рыбка, но когда она лежит на полу, вся из себя грязная и затоптанная, тебя не тянет на деликатес.
И только сцена изрядно порадовала своей чистотой и порядком. Ах, как хорошо! Не зря, флейта, не зря…
- Кстати, я так и не спросил твоего имени. Мы так и не познакомились… - повелитель замялся и стыдливо почесал затылок. – Это, наверное, не очень хорошо выглядит… Меня зовут Такеши, Ямамото Такеши. Приятно познакомиться!
Парень лучезарно улыбнулся и протянул распахнутую ладонь.
- Руб… Руб Симундо. Тоже очень приятно. – Пожав руку, я облегченно выдохнул, стараясь не подавать виду, что напряжен.
- И да… Наверное, все же стоит послушать, как ты играешь, правда? Принимаю я тебя как флейтиста, помни это.
Ямамото спрыгнул со сцены и присел на краешек стула (чтобы ни в коем случае не опрокинуть чего-нибудь!). Сложив руки на груди, он мурлыкнул:
- Ну-с. Начинай.
Бррр… Всего один слушатель, да? Справлюсь…
Не дрейфь, салага.
А ты, вообще, кто такая?! Шляется непонятно где, да еще и указания всякие дает!
Не было никаких указаний. Я тебя поддерживаю! И всего-то! Хе-хе…

Надувшись, я бережно вызволил на волю флейту, потер ее рукавом, вздохнул, закрыл глаза… и начал.
Мягкий свист, что проникает в каждую клеточку твоего тела, пронизывает каждый мускул, забирается в душу, пускает мурашки поначалу. Прочувствовав его, пальцы начинают плавно сменять друг друга, зарождая витиеватую мелодию, способную выкрасть из души что-то, заставляя слушать вновь и вновь, наворачивая слезы, даря великие ощущения счастья, самого настоящего счастья.
Мелодия льется из инструмента, который, в общем-то, и не способен воспроизводить подобные звуки. Но воля мага и умения прирожденного флейтиста воистину дают о себе знать. Грусть… неоправданная печаль… и непонятно, откуда это все берется. Ведь вот оно! Вот та самая флейта! Вот человек, что играет на ней. Ну что же удивительного? Ровным счетом ничего. Но только на первый взгляд.
Я и представить себе не мог, кто такой Ямамото Такеши…
- Это великолепно… Ты зеленый маг, верно? Удивительно… Я вижу тебя как на ладони. Ты просто не можешь заставлять своими силами издавать флейту столь нелогичные для нее звуки… Она тоже непроста?
Ноги подкосились от переизбытка эмоций. Эх, тело, тело! Но что делать… Если совсем уж невмоготу, можно и в обморок упасть.

+1

230

Центральная больница -------> Улицы города -------> Городской парк.
Март, 2011 год.
• утро: пришло, озарив все вокруг приятным солнечным сиянием. Небо ясное и чистое. Ветра, который был спутником предыдущей ночи, не наблюдается.
Температура воздуха: + 7

Демону некуда было спешить, и он позволил себе немного поблуждать по просыпающемуся городу. Если честно, приятно видеть этот ещё не проснувшийся, немного сонный город. Машины ещё гудят, люди ещё не спешат, а встающее солнце весело подмигивает из-за высоких зданий. Благодать, что и говорить... ноги сами унесли Меншу в парк.

Вот где и вправду тишь и спокойствие... мирно распеваются робкие птицы, лёгкий ветерок шевелит кроны деревьев... как говорилось, "красота-то какая... лепота!". Что-то миролюбиво-размеренное напало на демона и не спешило отпускать. Тихо гуляя по тропинкам, Менша втайне жалел, что он - не поэт, и воскликнуть "остановись, мгновенье, ты прекрасно!" права не имел... даже просто остановиться и насладиться красотой просыпающейся природы не мог - дела, дела, дела. Как ни крути, нужно было идти за Стерховскими вещами, нужно было искать новую работу, нужно было хотя бы просто переодеться - грязный плащ Нищце (или как там звали того чистильщика?) пришёл в полную негодность, да и в таком виде не пускали в элитные рестораны. Благо, судьба, кажется, была на стороне демона.

Пути господни неисповедимы... - с усмешкой подумал Менша, подходя к занятого вида человеку, разговаривавшему по телефону.
Окстись, придурок!

Доброе утро, милейший. Мне нужна ваша одежда, - с улыбкой начал демон...

Через десять минут демон уже шёл по улице, одетый более-менее удобоваримо - чёрное пальто, чёрный пиджак под ним, синяя рубашка с галстуком в тон - стильно одевающийся менеджер среднего звена налицо. Вроде неплохо так получилось, человек попался со вкусом. Разумеется, демон был сама благодетель - оставил бедолаге денег на новый костюм. Самому покупать - ни вкуса, ни желания, а вот забрать - раз плюнуть. Сила есть, как говорится...

Городской парк  -------> Ресторан "Маска"
• день: Солнце приятно греет и все вокруг тает. Дороги, которые правительство совсем не спешит убирать, по прежнему похожи на нечто невразумительное, заваленное сырыми остатками грязного снега. На небе встречаются редкие белоснежные облака, которые не грозят осадками.
Температура воздуха: + 15

Город окончательно проснулся к тому времени как демон пришёл-таки к заветному заведению.
Сперва пришлось немного попетлять среди похожих друг на друга как кореец на корейца улочек, но вскоре нужный ресторан был найден. Тяжёлые дубовые двери удивительно легко открылись, впустив демона вовнутрь.

- Чём могу быть полезен?
- тут же подскочил услужливый паренёк лет двадцати, видимо, официант или местный администратор.
- Хотелось бы заказать столик. Надеюсь, свободные имеются? - отвечал Менша, с любопытством рассматривания убранство комнаты.

Нехило так обставили...
Фи! Вспомни маскарады в Венеции и балы при Екатерине Второй. Жалкое на них подобие...
Да вы, батенька, всё же скептик. Не люблю брюзжащих стариков, по мне так неплохо здесь всё оформили. Гляди - они даже без пафоса не обошлись.
Где?
Да ты на брошку глянь...

Демона тем временем спровадили за свободный столик недалеко от сцены.

- Ваше меню, господин. Сделаете заказ сейчас?
- Да-да, мне, пожалуй... - демон быстро окинул взглядом меню. Цены были неслабые, но и денег у Менши водилось предостаточно - у карьеры киллера всегда были свои преимущества. - Для начала, думаю, чашечку зелёного чая, нашего, японского. У вас ведь найдётся, - демон посмотрел на официанта через стёкла очков характерным испытующе-насмешливым взглядом, коим привилегированные члены общества заказывают в ресторанах то, чего нет в меню, - верно? Сорт можете выбрать сами, я вам доверяю.

Официант, не показав ни нотки эмоций, записал заказ и осведомился:
- Что-нибудь ещё?
- Да-да, я слышал, у вас должна играть одна моя знакомая на пианино... когда она начинает?
- Скоро они начинают, не смейте беспокоиться, - ответил официант. - На этом всё?
- Да, благодарю, вы свободны, - улыбнулся Менша и стал ждать... заказа или девушки, кто знает, что появится быстрей?

0

231

Улицы города ------->Ресторан "Маска"
Март. 2011 год.
• утро: пришло, озарив все вокруг приятным солнечным сиянием. Небо ясное и чистое. Ветра, который был спутником предыдущей ночи, не наблюдается.
Температура воздуха: + 7

   А за сценой, из незаметной двери гримерки, на звук флейты появилась Каэтана. Прислонившись плечом к стене, чуть изогнувшись, стараясь не шелохнуться, она слушала невесомую горечь мелодии - как слушают птицы и змеи, как слушали дети из старой сказки о Гаммельнском крысолове, и только тонкие пальцы с коротко остриженными ногтями едва заметно переступали по дверному косяку, обозначая пульс, ритм, тайное сердце, живущее в звучании флейты.
   Флейтист ей понравился: невысокий, плотненький, взлохмаченный; тонкие, чуткие, тревожные пальцы кажутся принадлежащими совсем другому человеку, не этому... И забавные уши, какие-то детские. И нос забавный. И наспех приглаженная небрежность, так часто свойственная мыслителям и музыкантам, и просто людям, у которых собственная персона далека от центра внимания.
   Когда паренек перестал играть, девушка молча поднялась на сцену и принялась возиться с микрофонной стойкой. Тот, кто пользовался ею раньше, ростом явно был пониже Каэтаны, а винты зачем-то затянул намертво - хоть плоскогубцы бери.
   В зал посмотреть она удосужилась, но мельком - просто скользнула взглядом по официанту у столика раннего посетителя и тут же опустила голову, пыхтя над проклятым винтом проклятой стойки, и короткие блестящие волосы ссыпались ей на лицо.
   Разумеется, она была уже не в том старом свитере с растянутым воротом, в котором пришла сюда впервые. Потертые джинсы и ботинки на шнуровке, правда, остались, а вот свитер сменился похожей на рубашку белой приталенной блузочкой с черными и голубовато-серыми принтами - цепочками звериных следов разной величины.

Отредактировано Каэтана (2011-03-27 22:29:27)

0

232

Оранжерея--------
Март. 2011 год.
Вечер: С приходом вечера ветер так и не угомонился и по-прежнему завывает в подворотнях и арках. Из-за резкого перепада дневной и вечерней температуры возможны головные боли и повышение давления.
Температура воздуха: + 8

Роше с превеликой радость предложила довести меня до дома, наглядно осознавая, что собственной машины у новоприбывшей не имеется. Однако ей и в голову не пришло, что она же, помимо машины, не имеет жилищного обеспечения, то беж везти было-то и некуда. Посему мы расстались где-то в центре города. Роше высадила меня у тротуара, целиком забитого невинными душами людей, в сою очередь торопившихся по домам после натруженного дня. Сама же покатила дальше в свою родную квартиру. Хотя и не скажешь, что именно «свою». Живет Роше с отцом и новой, насколько я помню, третьей мачехой (квартирка, кстати, тоже её). Работает в оранжерее совсем недавно: не больше года – на самом же деле ей лишь двадцать лет и она ещё студентка чего-то там интересного.
Но вернёмся ко мне. Стоило автомобилю отъехать, как вопрос «Что делать дальше?» вновь встал перед лицом. Каждому в этом городе в этот самый час было чем маяться и куда отправиться. Кому угодно, но только не мне! Сколько путешествую одна, приходилось по неделям проводить в одиночестве, занимаясь сборами информации или пытаясь влиться в стрёмную компанию. Я практически не работала по-настоящему и не знаю, что значит получать зарплату или как часто её выплачивают.
- Как обычно…
Я прошлась в неведении, куда именно, по дороге вдоль несущихся автомобилей, изредка поглядывая на угрюмые лица прохожих. Вскоре всё надоело, и я поняла, что…
…Чёрт, я есть хочу! Найти б забегаловку, что ли…
Если я хочу есть, то это серьёзно. Не всякие там канопе, шесть роллов и маленький стаканчик желе, а гамбургер, большой окорок и кусьмяру вишнёвого пирога – вот, чем я наемся! Это вам не топ-моделей разводить. Самое смешное, стоило животу завыть, как ладонь правой руки опёрлась прямиком на стену, не поверите, спасительного едохранилища. Из любопытства подняв голову, я заметила надпись «Ресторан “Маска”», так, для особо одарённых, и поняла – это место ждало моего прихода.
Мельдерель, ты гениальна.
Войдя, я поняла, что просто так отсюда не выйду. Скоро вы поймёте, о чём я. А пока что я села за центральный столик, в надежде… нет, не то, что официант подойдет, плюнув на остальных, скорее я рассчитывала на мужчину в сером, деловом костюме, на которого я ещё при входе положила глаз. Он был совершенно один, отсиживал своё свободное время в четырёх столиках от моего, обсуждая что-то весьма скучное по сотовому телефону. Для меня такие люди почтенней и аппетитней любого биг-мага. Были причины и хороший повод смотреть на него пронзающим, зелёным взглядом одинокой кокетки, чтобы, отключив телефон, он обратил на меня внимание. Нарочный отвод глаз только добавил интереса у делового мужчины: он не мог не подсесть за центральный столик и поближе, да, да.
Сейчас начнёт крутить шарманку, а скажет что новенькое – мне же интереснее.
Порою, чтобы узнать человека требуются дни, недели, месяца, а то и больше. Мне же хватило менее семи минут для опознания его основных качеств. Мужчина лет сорока – сорока пяти, не женатый или, скорее всего, разведённый (не буду описывать его подробную внешность) пришёл в ресторан совсем недавно. Это было наглядно видно по той причине, что на его прошлом столике не осталось ничего съестного. Понимая, что я не против его вмешательства в моё личное пространство, от лица последовал заказ. Он не сказал, что именно, следовательно, очень частая и запоминающаяся персона в сия заведении, раз официант знал, чего хочет клиент.
Ой, а он не шутит.
- J'espère qu'elle n'est pas contrarié si je adhérer? (Надеюсь, девушка не огорчится, если я присоединюсь)?
У моего собеседника был очень красивый голос: грубоватый, и одновременно романтичный, несущий холод в каждом своём слове, от которого пробегали колкие мурашки… Одно но – он говорил по-французски!
Этот день приносит кучу сюрпризов. Сначала немец, теперь француз… а чему я удивляюсь!?  Я знакома со всеми расами людей – их всего три, а вот стран… Балин, я уже и не помню, сколько иностранцев встречала..
Madame? (Мэм?)
Время моего раздумья пусть и длилось каких-то жалких полминуты, заставило мсье задаться сложным вопросом: «А что у неё на уме?», а его резкое «Мэм?» действительно напугало и без того дрожащее тело. Я говорю слишком прямолинейно, без интереса для слушателя, но кому оно надо, когда, общаясь с французом, мой внешний вид превратился в испуганного котёнка, которому наступили на хвост, и тот ответил:
- А!? Я слушаю, - быстро поправила волосы, подперла левой граблей свой маленький подбородок, наивно улыбнулась, - Je pense que je peux trouver ce que vous parlez. (Думаю, мне найдётся, о чём с вами переговорить)
Вроде так...
Мой акцент был хорош, а вот знание языка – упаси Боже. Когда официант принёс заказ - а именно красное вино (на его счастье, не шампанское) с вяжущим сладковатым привкусом – и разлил по округленным бокалам, француз включил своё обаяние и чрезмерное любопытство. Что? Где? Как? Когда? И многое, многое другое… А самое смешное, стоит ему задаться вопросом, ответ следовал со скоростью пьяной чайки блуждающей по песку азиатского пляжа. Мой французский (в прочем, как и немецкий, английский, испанский, русский и т.д.) ограничивался парочкой вызубренных текстов из книжек и стандартными «Да», «Нет», «Пох». Поэтому с каждым вопросов выступала длинная пауза и широченная улыбка. Спрашивалось, а зачем я вообще с ним парилась? Такие люди – большой успех, особенно если предстать перед ними в умном… или хотя бы показаться в умном свете.
С каждым новым вопросом, я всё глубже вливалась в общество Жанпьера – мужчины разведённого, сорокатрёхлетнего, с тремя взрослыми детьми и одним внуком, который приехал из Франции в Японию отдохнуть по восточным методам. И с каждым новым вопросом бутылка вина пустела и пустела. Откровенно говоря, я пью всё! Мой организм выдерживает любую гадость, которую только может придумать человечество. Жаль, что новый дружок так быстро пьянеет. Стоило бутылке опустеть, Жанпьер разошёлся, похлеще меня в периоды цветения. Однажды Нагарэ – падший ангел из прошлого – нахлебался точно так же, что нисколько меня не затрагивало, поскольку пить в компании, значит пить всем. Персона в сером костюме жадно выхлебала бутылку и долго не могла понять, почему пудели летают в бассейне из ваты.
Твою же ж мать, такой деловитый, и такой неуправляемый… Эх, как в старые добрые времена.
Поведение Жанпьера вконец вывело мои нервишки из стабилизации, когда эта красная морда отрывала меня от добросовестного поедания салатика из даров моря. Один шаг оставался до взрыва эмоций; ещё одно неверное движение до самоликвидации.
Ещё раз он тронет мой салат, и, да простят мне крабовые палочки, я разукрашу ему лицо остатками и аккуратно вытру рот его галстуком.
Но, посмотрев на это жалкое, убогое состояние одинокой и, простите, нажравшейся душонки, потянуло быстренько удалиться из «Маски». Тем более что самое главное давно сделано. Однако собеседник был против:
- Go? Déjà? (Уходите? Так скоро?)
Дверь ресторана наполовину открыта мною. Словно гордый лебедь, уделила я последнюю частицу своего внимания качающемуся на стуле деду, пафосно и утонченно произнеся:
- Je ne sais pas comment boire - ne pas boire. (Не умеешь пить – не пей)
Последнее, что успел увидеть француз, была ироничная улыбка моего лица, скрывшегося за дверью ресторана. Вновь я была довольна самой, так как удачно подобрала намеченную жертву. К слову о жертве, вернёмся к фразе «Скоро вы поймёте, о чём я». Чем ещё может заняться одинокий вор, как не обобрать богатенького простофилю в одном из высоких заведений. Разве что поесть за чужой счёт. А заодно прихватить его бумажник.
Как всегда успешно.
Подсевший за столик в центре Жанпьер совершенно не подозревал, какие грязные деяния творились в светлой головке незнакомки. Задавая вопросы и что-то очень быстро и неразборчиво говоря о себе любимом, француз обращал внимание лишь на левую руку, нежно подпирающую подбородок, совершенно не представляя, что моя правая рука ловко вынимала из заднего кармана серых, деловых штанов кожаный кошелёк с хрустящими бумажками. И дело не столько в ловкости, сколько в моём умении использовать телекинез в нужном моему желанию русле. Бумажник практически сам попал ко мне в ладонь. Особенно меня порадовала кругленькая сумма французского предпринимателя Жанпьера Люсо (как было написано на визитной карточке) в наличном виде. Как ни крути, а доллары меняют везде, что и оставалось воплотить в жизнь.
И он никогда не узнает, кем являлась очаровательная леди в джинсах и берете… Но сколько бы здесь не было, а часто воровать опасно, даже если не знаешь: как скоро выдадут первую зарплату.
- Однако удачное дело всегда требует, дабы его обмыли! – закричала я, смело перемещаясь вдоль улицы навстречу заходящему солнцу Токио.
-------Бар "Осколки" 

Отредактировано Мельдерель (2011-04-01 08:55:37)

0

233

Квест "Словоблудие"

Мавр, сыграем в ассоциации?
Чего ради?
Ну-у... не знаю. Просто заказ ждать долго, делать нечего... ну давай сыграем!
Иди-ка ты нафиг, Менша, сколько тебе лет?
Ну-у... все мы дети в душе, Мавр. Ну дава-ай, хотя бы в "я вижу"!
Нет, я тебе говорю!
Ну дава-ай, старый брюзжащий старикашка, докажи себе, что песок, который из тебя порой сыплется, нельзя в бетон добавлять!
Как ты меня порой достаёшь... Какой песок, какой бетон?!
Ну-у... мне всегда казалось, что песок в бетон добавляют. Не суть важно, мы играем?
Не отстанешь ведь... окей, кто водит?
Давай ты, -
Меншу буквально распирало от необоснованной, детской, щенячьей радости. Хотя, почему необоснованной? Мавра удалось развести на игру, почему бы не порадоваться?
Дёрнул же рогатый... окей.
Я вижу что-то небольшое, красное с зелёным и прозрачным...

С ПРОЗРАЧНЫМ?! Засранец... так, ладно... тут слишком много красного!
Сдаёшься? -
ехидно отозвался Мавр. - Как всегда, у тебя три попытки...
Чёртов засранец. Здесь четыре красных предмета! Так, ладно, логически. Ты - хитрый старикашка, очевидное вроде драпировок и диванов загадывать не станешь... что остаётся?.. Вон тот официант?
Который?
Что у стойки, стакан держит. Красный, зелёный, прозрачный.
А зелёный ты где тут увидел?
Посмотри на его носки...
А, да
, - Мавр про себя прыснул, - но не он. Ещё две.
Оке-ей... алые цветы!
Где?
Вон, видишь, на столике стоят. Красный, зелёный, прозрачный!
Твоя взяла, хитрый ублюдок... ты раздаёшь.
Ладно-ладно, Мавр, теперь готовься... Я вижу что-то цвета морского бриза, что-то полосатое, и это что-то рядом с тем, что отдалённо связано с пантомимой.
Япона-мама... я, конечно, видел на своём веку вредных и мстительных, но чтобы так... ладно, жди...
Вон тот парень, что за третьим столиком,
- после двухминутного молчания ответил Мавр.
КАК ТАК?!
Элементарно. На нём полосатый костюм, чёрно-белый. Вещь, отдалённо связанная с пантомимой - маска-брошь у официанта, что принимает рассказ.
Почему не придумали литературного мата?.. твоя взяла, молодец, возьми конфетку. Только одно - подкрути яркость, костюм у него синий в белую.
Не суть важно, главное - что ты продул, дорогой. Ещё разок?
Это шутка такая? С тобой неинтересно играть, старикашка.
Арлекин без грима ду-у-уется
, - улыбнулся Мавр. - Ладно, хватит дурачиться, нам чай принесли.

Благодарю, - кивнул демон официанту.

Эх, тортика бы сюда... солёненького...
Солёный торт?! Это как?
Ну-у... торт, солёный на вкус. Что непонятного-то?
Непонятно, зачем тебе это и откуда такие предпочтения...
Ну-у-у... мечта у меня такая... попробовать солёный торт... помнишь тот рассказ про сумасшедшего картёжника?
Эм... это который? Про бутафорские слёзы и смех в шариках?
Да-да-да, аттракцион "Смысловые метаморфозы"!
Ну-у... помню в общих чертах, а что?
Помнишь, он возвращался домой однажды вечером?
Когда толпа его обсмеяла?
Да-да-да, оно самое. "Шёл дождь, разводами луж рисовавший картины перед глазами уставшего шута. Ему казалось, что завтра выглянет солнце, и радуга поплывёт вместе с корабликами по мокрой мостовой. Мостовая же ему представлялась какой-то большой, выложенной брусчаткой, с которой можно было зайти в парк. Конечно, в парке было много собак и голубей, потому что горожане с радостью их кормили... явно не те горожане, что высмеивали его сегодня и закидали палатку помидорами."
Ты запомнил наизусть?
Да, строки что-то в память запали... бывает иногда. Кстати, как думаешь, почему автор захотел убить его?
Не знаю... может, персонаж ему просто надоел. Или слишком сложно было его вести. Или он просто понимал, что таких весельчаков мир не примет.
Но всё же, зачем было топиться? Автору нравятся утопленники? Почему бы не прыгнуть с крыши или не умереть от избытка стали в организме?
Потому что он перед этим думал о мостовой, о набережной. Куда бы утекла его радуга? В море, друг мой, в море. Он хотел уйти вместе с ней, уйти вместе с радостью этого мира, туда, где, ему казалось, его примут.
Хм... может, ты и прав. Тем не менее, я его не понимаю. Зачем было умирать?
А что ему было делать? Заново строить палатку и тишине ждать у моря погоды? Когда вокруг, на ярмарке, веселятся люди и шумит народ? Ты, как артист, должен понимать, каково это - быть непризнанным.
Да, я знаю и понимаю, какие механизмы крутят колёса у нас внутри, но всё же... смерть - не выход.
Я знаю, что не выход... не суть важно, гляди - не эта ли миледи нам с тобой нужна?
- Мавр постарался как можно быстрей перевести тему с разговоров о суициде - были свои причины.
А, где? Вроде бы да... ладно, подойдём, поможем девушке, может, она знает чего.
Только помни - по японски она ни бельмеса, шпрехай по-англицки.

Миледи, - обратился перевёртыш, вспорхнув на сцену и ослабив противный крутящийся механизм держателя, - вы не могли бы помочь мне отыскать некую... помнится, Каэтану. Вы должны знать её, она говорила, что играет здесь на фортепиано.

0

234

Рыжая подняла голову, откидывая с лица волосы, и неторопливо убрала руку из-под пальцев незнакомца - взявшись за микрофонную стойку, он накрыл ладонь девушки своей. Впрочем, это случайность.
   А через миг, вглядевшись в его лицо, Каэтана судорожно сморгнула - будто привидение увидела. Кстати, лицо у молодого человека было во всех отношениях приятным: тонкие черты, тонкий нос, очки в тонкой оправе, одна бровь чуть приподнята ироничным изгибом, и ускользающий намек на улыбку смягчает резкие, будто иглой прорисованные линии губ... Так что испуг долговязой итальянки никаких очевидных оснований под собой не имел. Даже наоборот. Если, конечно, не считать неожиданности встречи или чего-то в словах незнакомца:
- Миледи, вы не могли бы помочь мне отыскать некую... помнится, Каэтану? Вы должны знать её, она говорила, что играет здесь на фортепиано.
   Каэтана перестала пялиться и принялась сосредоточенно регулировать высоту стойки. Вставила в нее микрофон, покачала. Свернула кольцом микрофонный шнур. Развернула, снова свернула, повесила получившуюся петлю на винт. И только потом не спеша ответила:
- Не узнаёте? Я вас тоже не сразу узнала. Кстати, я не могла вам говорить, что здесь работаю. Тогда меня вообще здесь не было. К тому же я тут не играю, а пою. Меня принимали вокалисткой. Во всяком случае, в основном вокалисткой.
   Глаза девушки, серые глаза с острыми желтыми звездами в центрах зрачков, изучали незнакомца, оказавшегося знакомым - ненавязчиво, но внимательно, ничего не упуская. Кажется, первое удивление прошло. Зато появился интерес.
   Правда, она так и не стала спрашивать, откуда эти сведения - про работу, про фортепиано... Почему не стала, невозможно было в точности угадать. Во всяком случае, на лице ее ничего особенного больше не отражалось: ну, неожиданная встреча с давним, но случайным знакомым... Подумаешь. Мир-то ведь тесен.

Отредактировано Каэтана (2011-04-05 18:02:34)

+1

235

Как-то странно она замешкалась...
А ты чего хотел? Когда за тобой так неиллюзорно пытается ухаживать незнакомый посетитель...
Пытается приударить? О чём это ты?
Ну-у... слишком вы, батенька, вежливы, да и обращение "миледи" вышло из моды лет эдак... сто назад. Да и руки не стоило касаться. Складывается впечатление...
Кхм, Мавр!.. на самом деле всё было не так.
Но впечатление у девушки уже сложилось, де-факто.
М-да... умеешь ты в краску вогнать. Ладно, будем выпутываться...

- Не узнаёте? Я вас тоже не сразу узнала. Кстати, я не могла вам говорить, что здесь работаю. Тогда меня вообще здесь не было. К тому же я тут не играю, а пою. Меня принимали вокалисткой. Во всяком случае, в основном вокалисткой.

Уп-с... - прикусил Менша язычок. Так банально проколоться...

- Прошу прощения, миледи, я видел вас единственный раз, и даже в тот, увы, не смог должным образом запомнить, - обезоруживающе улыбнулся демон девушке, мимоходом изучая её внешность. Милая белая блузка со следами неведомых зверушек, добротные джинсы, видавшие, видно, немало за свою жизнь, шнурованные ботинки - просто и неброско. Менше нравился подобный стиль, что и говорить.  Личико у неё было, не сказать, чтобы милым или красивым - простое лицо простой девушки, никаких излишеств. Осиная талия, высокий, почти с демона рост - и это в Японии-то! - и рыжие волосы... рыжие... один из немногих "фетишей" Менши - как раз такие волосы. Кажется, дело обещало быть интересным... - Могу ли я угостить вас чаем, чтобы мы могли кое-что обсудить? - Перевёртыш кивнул в сторону столика.

Думаешь, откажет?
Хм... пятьдесят на пятьдесят. Кажется, ты заинтересовал её, что уже неплохо. Кстати, заметил? - глаза как у Иши...
Я никогда её не видел, а в твоих образах глаз не видно - только общие черты. Кстати, ты знал её при жизни?
Кого? Ишу?
Да.
Нет... да... нет. Не суть важно, не отвлекайся - ты уже прокололся один раз с ней. Сосредоточься.

Комментарий был по делу - Менша чуть не проболтался, что задействовал некоторых знакомых, чтобы найти девушку. Всё-таки найти человека, о котором знаешь лишь, что он ехал в Скорой - дело сложное, но осуществимое. Через два дня поисков у демона уже были её описание, фотография и место работы - минимум, который он запрашивал. Порой сохранить жизнь жертве бывает полезней, чем убить. Хотя бы потому что она будет вечно благодарна...

0

236

А рыжая, кажется, совсем успокоилась и улыбнулась собеседнику с безмятежной приветливостью - той самой улыбкой, которая с головой выдает в человеке долгую привычку к случайным знакомствам. Сложив руки на микрофоне и прислонившись к ним щекой, чуть изогнувшись, Каэтана искоса смотрела на гостя и улыбалась.
   Улыбка была лукавой. А резкий изгиб бедра, наклон головы, аккуратно сложенные вместе ладони, высокоскулое худое лицо и вся неустойчивая, обманчиво-ленивая поза сделали девушку похожей на статуэтку египетской кошки.

   - Могу ли я угостить вас чаем, чтобы мы могли кое-что обсудить?

   Помедлив несколько мгновений, она ответила:
- Я на работе. Но если кое-что обсудить - тогда конечно. Мне даже интересно, - улыбка явственнее тронула маленькие губы, накрашенные розовым блеском, искорками заплясала в желто-серых глазах, - на какое такое "кое-что" может хватить десяти минут времени и чашечки чаю?
   И, на сей раз не дожидаясь ответа, Каэтана легко спрыгнула со сцены и пошла к столику - к тому, на который кивком указывал ей мужчина. Она шла, ставя ноги по одной линии, как по нитке, изгибаясь чуть заметно и плавно - будто переливая что-то из бедра в бедро. Села, закинула ногу на ногу, обернулась, облокотившись на спинку стула...
   Долговязая худая фигура, небрежная аккуратность, неустойчивое, ломаное изящество движений... Взгляд из-под челки, искоса. Насмешливо прищуренные глаза. Голос - низкий, затягивающий.
- Кстати, не напомните, как вас зовут?

Отредактировано Каэтана (2011-04-09 16:33:54)

0

237

А что-то в ней есть... - мимолётно подумал Менша, глядя на небрежно опёршуюся о микрофон девушку. Улыбка рыжеволосой, мягкая и приветливая, чем-то завораживала демона. Наверно, как и всякий ценитель, он просто был очарован этим изгибом губ, который в последнее время редко видел - что-то сонно-спокойное и простое было в девушке. Наверно, это и есть шарм.

- Я на работе. Но если кое-что обсудить - тогда конечно. Мне даже интересно, на какое такое "кое-что" может хватить десяти минут времени и чашечки чаю? - и, не дожидаясь ответа, девушка бабочкой спорхнула со сцены, уверенно заша... нет, не так - заскользив к столику. Что-то... что-то кошачье явно было в этой особе.

Аниото? - предположил Менша, следуя за девушкой.
Вряд ли. Хотя - не исключено. Меня другое интересует - почему она напомнила мне Египет?
Мм... неужто сама Баст облачилась в плоть и явилась к нам?
Сравнил ты её, однако, с богиней. Но вот за жрицу богини женщин и кошек она бы ой-как сошла...

- Кстати, не напомните, как вас зовут? - спросила девушка, чуть насмешливо глядя исподлобья.

Мм... - на секунду задумался Менша, прикидывая варианты. Вряд ли она успела перемахнуться словечками со Стерхом, да и обстановка не располагала на тот момент, но всё же придётся доигрывать. - Зовите Стерх. Но никакого сходства с цаплями у меня нет, отнюдь. Своего имени я не люблю, а мать была орнитологом... в общем, у меня небольшие проблемы со спиной, - Менша придумывал историю прямо на ходу. Лопатки на теле, отзываясь на историю, немного деформировались.

Официант, увидев, что девушка покинула сцену и вообще занимается вовсе не теми делами, ожесточённо жестикулировал за спиной демона. Менша, про себя ухмыльнувшись, вскинул руку, подзывая активиста.

- Могу я заказать ещё чашку чая для миледи? Это же не противоречит вашему уставу, верно? - Менша красноречиво посмотрел на официанта, обернувшись. Тот, не дрогнув ни мускулом на лице, принял заказ и удалился на кухню. Истинный японец - не покажет эмоций, хоть ты тресни. Вновь повернувшись к девушке, демон весело подмигнул ей и продолжил:
- Помните, во время нашей последней встречи я оставлял вам рюкзак со своими... вещами, - Менша вновь на секунду  запнулся и заглянул в глаза девушке. Та, кажется, была вполне серьёзна. - Он всё ещё у вас, верно?

Отредактировано Менша Данан (2011-04-09 15:47:38)

0

238

[off]Последующие действия санкционированы администрацией.[/off]

- Да, конечно, - улыбнулась девушка. - Я не стала хранить его у себя и оставила в камере хранения. Вы хотели его забрать?
- Если вам не сложно, разумеется, - с лёгкой улыбкой отвечал Менша.

Надеюсь, внутрь она не заглядывала...
Вряд ли - улыбается открыто и пытается заигрывать. Не боится даже. Совсем.
Тем не менее... хотя, думаю, ты прав. Так, ладно, Менша, закругляйся, у нас на сегодня планы и соблазнение смертных в них не входит. Оставь на вечер, если совсем невмоготу.

- Вы не могли бы дать мне номер ячейки и код сейфа? Просто, увы, я спешу, а вещи нужны мне очень скоро, фактически сейчас, - продолжил Менша, виновато улыбнувшись и чуть разведя руками, мол, не моя на то воля - обстоятельства сильней.
- Да-да, понимаю, записывайте...

Через две минуты, взяв на прощание у девушки телефон, Менша покинул ресторан и направился на вокзал. На прощание оставил на столе какую-то купюру, не глядя.

Отредактировано Менша Данан (2011-04-24 15:13:51)

0

239

Начало игры.

Май, 2011 год.
Вечер, температура воздуха +15
В смену спокойному дню пришел такой же спокойный вечер, не предвещающий смены погоды. Температура немного упала, но всё ещё достаточно тепло.

На улице было почти пустынно. Желтым светом светили фонари. Порой встречались люди, какие-то понурые и мрачные. Цокая каблуками, Кагами шла по направлению к ресторану "Маска", где любила проводить все тихие и спокойные вечера вроде этого. Рабочий день закончился, а девушка работала в центральной больнице. К ней приходили люди со своими страхами, нервные, в депрессии или в стрессе, а порой даже и с психическими расстройствами, но это уже редкость. Девушка очень уставала за весь рабочий день - ни минуты отдыха, а теперь ей захотелось просто расслабиться. Она не любила шумных заведений, поэтому предпочитала ужинать в этом ресторане.
На улице было безветренно, небо было ясным. Заходящее вечернее солнце озаряло его, окрашивая его в оранжево-фиолетовый цвет. На дороги улиц так же падал рыжеватый свет, что делал атмосферу здесь ещё более мрачной. Впереди появился бар. Девушка прибавила шагу и вскоре оказалась перед входом в заведение. Она зашла внутрь и, приметив свободный столик, села за него. Тут же к ней подбежал официант. Он положил на стол меню.
- Сразу заказывать будете? - услужливо поинтересовался он.
- Да. Красного вина. Любого, - мягким голосом ответила Шико.
Официант раскрыл блокнотик и начал там торопливо писать заказ.
- Что ещё?
- Пока все.
Официант отошел от столика и направился к кассе. Девушка облокотилась о стол. Тут было не так много народу, как в выходные. И это хорошо. Хоть где-то здесь можно уединиться. Приятная музыка, мягкие стулья, светлое освещение - все сделано для удобства. Вскоре ей принесли бокал с вином. Кагами с благодарностью кивнула официанту и, когда он отошел, сделала пару глотков вина. После того, как она это сделала, она поставила бокал на стол. На языке оставался приятный сладковатый привкус красного вина. Оно, как всегда прекрасно здесь! Ещё ни разу в своей жизни я не пила такого вкусного напитка.. Вспомнив о прошлом, девушка опустила глаза, смотря на бокал. Интересно, как там брат?.. И жив ли он..

0

240

Начало игры

Май, 2011 год.
Вечер, температура воздуха +15
В смену спокойному дню пришел такой же спокойный вечер, не предвещающий смены погоды. Температура немного упала, но всё ещё достаточно тепло.

Страница шуршала за страницей. Строка мелькала за строкой. И в этом низменном книжном беге, в этом омуте знаний спокойно и благоговейно плыло сознание девушки. Когда она читала, весь мир переставал существовать для неё. Леоне даже не приходилось шикать на кого-то, если ей мешали. Ведь она никого и ничего не слышала. Сейчас существовала только эта встреча - её и книги. Вот она - идеальная пара.
Как и многие, после рабочего дня, девушка решила сходить куда-то. Ей хотелось посетить такое место, где б она чувствовала себя совершенно свободной и самостоятельной. Так оно и есть, в сущности. Однако, зная, что на самом деле ты не принадлежишь сама себе - сложно расслабиться. Так что Леона старалась просто не думать о том, что когда-нибудь появиться тот, кто будет иметь право управлять её жизнью.
"Как же прекрасно быть самой себе хозяйкой..." - отвлеклась от книги девушка, делая глоток чая. - "Эх... Как подумаю, что у меня вдруг появиться хозяин..." - девушка передёрнула плечами. - "Даже не представляю, каким он может быть и что за жизнь меня тогда ждёт..."
Леона вздохнула, и положив закладку в виде красной шёлковой ленты в немаленькую книгу, поднялась с места.
Счет девушка оплатила сразу, ибо не любила все же этой тягомотины денежной. Деньги это зло, хотя это зло помогает некоторым держать под контролем фирмы, корпорации и даже целые города. Взяв в руки свой томик, которым любой атлет может спокойно поддерживать свои бицепсы-трицепсы в тонусе, девушка направилась к выходу.
Но Лео была бы не Лео, если бы в самый неожиданный момент не случилось что-то незапланированное. Проходя между столиками, девушка смотрела в пол, прижимая книгу к груди и совершенно не заметила поворачивающего прямо на неё официанта, а тот совершенно не ожидал встретиться с преградой, в виде девушки с фолиантом. Столкновение миновать не получилось. Однако равновесие Лео таки удержать смогла, чего не скажешь о её очках, которые свалились на пол и скрылись где-то под стоящим рядом столиком.
Лео обреченно вздохнула и, щурясь, чтоб хоть что-то увидеть, опустилась на четвереньки в поисках своих зараз. Книгу девушка своевольно положила на свободный стул, перед тем как опуститься на пол.
-Да где же они...? - заглядывая под стол, простонала девушка, зацепившись пальцами за скатерть.
Если бы она только знала, что это не скатерть, а чужая юбка....

Отредактировано Леона Мэрридью (2011-05-11 22:48:32)

0


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Ресторан "Маска"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC