Вверх страницы

Вниз страницы

Town of Legend

Объявление

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
Волшебный рейтинг игровых сайтов
Лучшие AD&D и RPG ресурсы Рунета
Town of Legend - литературная ролевая игра. Город, населенный демонами, авторский мир.
Horror, трэш, мистика, магия - вас ждет качественный жесткий отыгрыш с сильными партнерами. Несколько видов прокачки персонажа, огромный выбор школ магии, не договорные бои на арене и в локациях. Система иерархии "хозяин - слуга" с несколькими уровнями и возможностью игровым путем изменять иерархию.
Рейтинг игры 18+ В отыгрышах разрешены нецензурная лексика, насилие, хентай, юри, яой. Перед регистрацией мы настоятельно рекомендуем Вам изучить раздел «Информация». Обратившись в гостевую, Вы можете связаться с администрацией и получить больше сведений о мире. От гостей скрыта большая часть форума - увидеть технические разделы игры можно после того, как Ваша анкета будет принята в игру.
Регистрируясь, Вы соглашаетесь с данными условиями, а так же с тем, что Вы уже достигли совершеннолетия.








• Проводится набор модераторов. Подробней можно узнать в теме объявлений.


• Система игры: Локации
• Дата: Октябрь. 2015 год.



а д м и н и с т р а т о р ы:
Вилетта
Amber
м о д е р а т о р ы:
Ozzy
g a m e - m a s t e r s:
GameMaster

Jack
Хор Мэлет
р r - а г е н т ы:
Blue


Реклама на форуме разрешена только от имени:
Аккаунт: Спамер
Пароль: 0000

Правила рекламы
Наши баннеры
Дружба с городом


Друзья форума



ТОП-ы форума

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Бар "Осколки"


Бар "Осколки"

Сообщений 481 страница 510 из 730

1

http://savepic.su/1920954.png

Лучшее спиртное, и все для вас!
Приходите в бар, засранцы, ждут вас музыка и танцы! Вход в бар освещает неоновая вывеска, чья расцветка резкими миганиями сменяется с темно синего на темно-красный и обратно: гласит она, разумеется, известную всем кутящим этого города истину. Здесь находится бар "Осколки", что манит своим вполне оправдывавшимся не раз названием из-за закрытой железной двери черного цвета. Около нее регулярно дежурит кто-нибудь из вышибал - огромные, сильные амбалы.
При входе помещения не трудно сразу же вляпаться в настоящую дымовую завесу - здесь курят, разумеется, практически все и жалобы не курящих пропускаются обычно мимо ушей. Вид открывается на ряды круглых деревянных столов с придвинутыми к ним стульями, и длинную барную стойку со внушительным количеством алкогольной продукции за ней. Вы уже догадались, почему бар назван именно "Осколки"? Посуда бьется здесь даже чаще, чем произносятся тосты.
Темные стены теряются, потолок уходит в далекую неизвестность - света в помещении мало, да и то большая его часть расположена над барной стойкой и танцевальной площадкой, что и освещает разноцветьем огоньков.
Стойка представляет собой широкую, из толстого слоя дерева, пластину стола, что протянулась на несколько метров, отгораживая барный "арсенал". В ее массиве, засело множество пуль, виднеются отверстия от ножей и даже одного меча, царапины, вмятины, но бармен все равно умудряется пускать по ней кружки с пивом так, что те не спотыкаются, не расплескивают содержимое на пол-пути к посетителю: многие предпочитают садиться сразу за стойку, на высокий стул, но не всем хватает места.
Танцпол представляет собой не слишком большую площадку, на которой чаще всего отплясывают уже совершенно пьяными - играет тяжелая, громкая музыка, среди которой почти не разобрать слов песен. Да это, по сути, и не нужно никому.
Форма работников питейного заведения отличается демократичностью - разве что, начальство объявило забастовку и потребовало разделение цветов. Теперь девушки-официантки носят не только короткие юбки, но все-таки еще и белые рубашки с надписью "Осколки" во всю спину. У бармена наряд примерно в том же ключе, разве что вместо юбки ему выданы брюки. Слева от барной стойки находится вход в подсобные помещения и длинный коридор, который в конечном итоге приведет к ответвлениям в ВИП-комнаты, а потом - прямиком в кабинет управляющего заведением. Где-то дальше расположен черный вход.
В остальном можно заметить так же то, что в баре часты перестрелки, разборки на кулаках, ножах, стульях, бутылках и практически всегда вышибалам все равно на все это, как все равно и посетителям.

0

481

Вот за что я тебя люблю, так это за то, что ты можешь прирезать кого угодно в любом месте и при любых обстоятельствах. Но может, не надо было так жестоко. Он чуть не обделался…- Кец как всегда умеет поддержать. У них с Севериной была обоюдная любовь друзей.
О, да, Кец. Спасибо большое!- часовый взрывной механизм уже был заведен, и теперь с Севериной лучше было не шутить.
Северина ушла в свои мысли. Приходили все новые люди, что-то заказывали, но Волчонку было глубоко плевать. Кец затих, видать понял, что сейчас лучше не лезть. Северина взялась за голову и закрыла глаза. Локти стояли на столе.
Выйти из логова… Это плохая идея! Плохая! Лучше бы я осталась там. Осталась там навечно. Этот мир… Тут слишком много шума и хаоса… Сводит с ума!- мимика лица была самой что можно представить раздробленной. Волосы упали на левый глаз. А правый был прищурен. Безумная улыбка застыла с правой стороны.
Северина, помни кто ты. Всегда помни кто ты.- голос дракона изменился. Такое ощущение, что говорил тот самый демон.
Прости, Кетцалькоатль. Но этот шум...- Северина подняла  и села, как ни в чем не бывало. Глаза она все так же прятала от всех.
- Малыш, вот твои креветки. И да, минут пятнадцать-двадцать советовала бы тебе смыться отсюда, ибо придет великий и ужасный дядька, который не любит видеть тут малышей. Приятного аппетита
Северина такой фамильярности была явно шокирована. Но практически сразу Северина отошла от шока и взяв две креветки положила во внутренний карман. Там кто-то радостно закопошился. Северина лишь глотнула воды и поморщилась.
Это не вода, а черт знает что. Или в этом городе везде такая вода?- с отвращением подумала Северина и поставила стакан на стол.
Постой.- сказала Волчонок официантке,- Присядь со мной. И что это за «великий и ужасный»?
В кармане кто-то снова закопошился и боднул в ребра Волчонка. Северина взяла еще пару креветок и снова положила во внутренний карман.
Я не из любопытных л…,- Северина осеклась. Она не любила врать, не могла, но иногда приходится,- людей, но мне все же интересно узнать многое.
Я что-то не понял. Ты что, собралась делать?! Девка, ты с омелы рухнула и на голову приземлилась! Ты ж нас подставишь людям, а они еще те животные!- явно негодовал дракон.
Заткнись и жри креветки. - Северина положила еще несколько креветок к Кецу. Тот, послушавшись, заткнулся.
И что я у нее спрошу? Где мне найти людей для мяса по-татарски? Или что делать, если я живу в руинах? Ладно, придумаю.
Челка снова упала на лицо, Северина подняла один глаз на официантку. Почему-то ей было плевать на то, что ее могут рассекретить.

Отредактировано Severina Saep (2011-06-23 15:04:25)

0

482

- Ночь, день, лето, зима пройдут.. Снова будет ночь.. День.. Лето.. Зима.. - привычка что-то напевать под нос по-прежнему давала о себе знать, и Нэйт с удовольствием мурлыкала под нос любимые мотивы. Сейчас она уже собиралась вновь упорхнуть в свою любимую комнатенку, открыть свой тайничок и выпить еще немного горячо любимого виски. От одной только мысли об этом у дампирки повышалось настроение. Оглядев помещение, она убедилась, что пока что в её услугах никто не нуждается и почти уже обрела ускорение в направлении к двери..
- Постой. Присядь со мной.
Нэйт остановилась. Что за приказной тон, мать твою? Она обернулась и с насмешкой глянула на малышку. Чуть опустив взгляд, она заметила, что часть креветок уже была благополучно уничтожена. Она развернулась всем телом и медленно зашагала к девчонке. При этом она с трудом сдерживала улыбку умиления - и почему эта девка так влияет на нее? Ребенок, такой ребенок..
Нарушая всякие правила, официантка устроилась напротив девочки, оперевшись локтями на ровную поверхность столика. Она, ничуть не стесняясь и не ограничиваясь, изучала молодую особу. К сожалению, сейчас она не могла ничего сказать об этой малышке, но в том, что та является несовершеннолетней, нисколько не сомневалась. Женская интуиция? Очень даже может быть.
- Ну? - дампирка улыбнулась одними губами, не переставая в открытую пялиться на девушку.
- И что это за «великий и ужасный»?
Тут уже не было сил сдерживаться. Нэйти захихикала, чуть наклонив голову. Более-менее успокоившись, она исподлобья глянула на собеседницу. Похоже, только сейчас в голову ударила первая порция алкоголя. По телу еще не растекся жар, но удар по рассудку был заметен. Однако, стаж дала знать о себе, и Виски чувствовала себя превосходно. Пока что.
Она восприняла это всерьез? Ну-ну..
Она не стала отвечать на вопрос брюнетки. Повернувшись боком, она оглядела барную стойку - Азраила всё еще не было. Это самое "великий и ужасный" синеволосая ляпнула от балды, но сейчас она задумалась.
Действительно, как Азраил относится к подобного рода нарушениям? Выгонит малышку? Дампирка вновь обратила всё своё внимание на девочку. Или же нет?
Пока Нэйт отмалчивалась, девочке, видимо, уже надоело ждать ответа. Однако ни истерик, ни вопросов, ни наездов не было. Это было приятно. Даже очень, факин фак.
- Я не из любопытных л…
Голос затих, и это вызвало очередной приступ любопытство. Нэйт не отводила глаз ни на секунду. Возможно, она так придуривалась тупо от нечего делать, не каждый день она старалась прожечь взглядом первого встречного. Скучно, что поделаешь, такой народ, такие люди.
- ..людей, но мне все же интересно узнать многое.
Интересно узнать о великих и ужасных? Мда..
Девчонка особо не задумалась о фразе, выданной малышкой, но её насторожила другая деталь. Заметив флюиды злобы, Нэйт нахмурилась, лицо ее тут же омрачилось. Конечно, она редко применяла способности некроманта, но сейчас она не могла не заметить этой странной ауры. Странное существо довольно маленьких размеров начало буквально источать из себя злобу именно после того, как брюнетка закончила говорить. Дампирка с нескрываемым любопытством вглядывалась в слабые очертания ауры - что там, черт возьми, у этой девки?
Любопытство. Оно такое непредсказуемое. Недоуменно хмыкнув, Нэйт резко привстала и потянулась через весь столик. Руки она приложила на то место, где смогла различить местонахождение странного существа. Она почувствовала какое-то копошение и улыбнулась.
- Что там у тебя такое, мм?

0

483

Дракон, как настоящий джентльмен… Хотя кого я обманываю? Он был не рад тому, что без него сейчас будет разворачиваться диалог. И поэтому он еще раз боднул Северину в знак «дай креветок, твоя мать!» Северина знала, что если не выполнить просьбу дракона, он в конец порвет топ, который и так уже был немного потерт на месте вечных боданий, Но как можно положить незаметно в карман креветки, когда перед тобой сидит человек. Но проблема была исчерпана, ибо официантка нежданно-негаданно перекинулась через весь столик и положила свои руки на внутренний карман, но выглядело это почти так, как будто официантка за трогает Северину за грудь. А вот Кеца придавило конкретно к той самой груди. Он тихо крякнул и попытался вылезти из кармана, но не вышло.
Эй! Да что ты себе позволяешь?!!- Северина резко встала, чем пошатнула столик. Актерский талант не подвел. Северина прекрасно играла жутко возмущенную, обиженную и опороченную. С какого-то столика послышалось: «Девочки, подеритесь давайте!» Северина быстро зыркнула на того, кто произносил, и тут же в баре наступила тишина. Если бы не официантка, которая могла увидеть копошение Кетцалькоатля, то Волчонок расслабилась и спокойно съела бы креветки дракона, не смотря на то, что она сама терпеть не может почти всю еду людей.
- Что там у тебя такое, мм?
Этого вопроса Северина боялась больше всего. Волчья осторожность запрещала говорить официантке правду, но врать Северина не могла чисто физически. Тут нюх волка уловил что-то вроде трупизны. Неужто, официантка вампир? Нет, если бы она была вампиром, то запах смерти был более явным.
Не важно…- негромко сказала Северина и села обратно. Надежда, что официантка не полезет к ней в плащ, была единственной мыслью в больной голове Волчонка.
Не важно? Не важно?!!- Дракон стал жутко возмущаться и немного подрос,- Это я теперь не важный?! Живо выпусти меня! Я уйду! В зоопарк! Пусти, говорю! А то я сейчас из тебя жаренные ребрышки сделаю!!! - Кец явно был в жуткой ярости, что могло обернуться разрушением бара, ибо дракон вырастет…
Прости, пожалуйста, Кец. Ты сейчас нас подставишь…- тихо, практически одними губами сказала Северина. Официантка явно заметила шевеления губ или даже различила некоторые слова. Саип это вообще не радовало. Никак. Никаким местом.
Я не могу тебе доверять… Тем более, здесь слишком много людей. Тебя человеком не называю. Чую… Мне нужно существо, которое мне кое-что объяснит и расскажет. Готова выступить в этой роли? Может я буду доверять тебя тогда…- Северина убрала длинные волосы на левое плечо. Иссиня-черные пряди упали на половину лица. Левый глаз закрылся, правый же стал еще больше, чем был. Полностью изумрудные глаза стали еще ярче, зрачок приобрел почти круглые очертания. Верный признак того что Северина нервничает, но на лице и в поведение ничего, абсолютно ничего не изменилось.
ЭХ, ты… Врать не умеешь… Учись!- примирительно сказал дракон и устроился поудобнее. Креветок он больше не требовал.

0

484

Небольшая квартира (Demis)>>>


Июнь, 2011.
Ночь: ночь принесла с собой долгожданную прохладу для жителей города и небольшой дождик, который прибил поднявшуюся за день пыль.
Температура воздуха: + 18

Демон открыл дверь. Его обдало жаром бара. Он вошёл и залопнул дверь. Пристально осмотрел бар исподлобья. Нэйт была здесь и болтала о чём-то с какой-то девчонкой. Выглядит лет на пятнадцать... Холодный, жёсткий взгляд... Копошение в кармане. Кладёт в карман креветки Что это? Азраил резкой, отчётливой и быстрой поступью приблизился к бару, доставая сигарету из пачки.
- Нэйт, синеволосик ты мой, принеси мне, будь добра, чего-нибудь забросить в желудок, а то я с утра ничего, кроме сопливых речей про любовь, в нём не наблюдал. И выбрось из бара эту малявку. Несмотря на то, что у неё в одном ножницы, даже принимая во внимание тот факт, что из неё выйдет неплохой убийца, ей, мать твою, нет восемнадцати. А в качестве поощрения получишь за мой счёт бутылку твоей фамилии. Он сверкнул жёлтыми глазами, взял тумблер и вполовину наполнил его ромом, прикуривая сигарету. Затем вынув сигарету изо рта и осушил тумблер. Сделал ещё пару затяжек.
- И давай быстрее, мне нужен ребёнок, а не родовые муки. - сказал он, выпуская дым. Он явно был не в настроении. Явно. Слепой бы заметил. Он испускал клубы негатива. Он давал понять о своём настроении, а точнее о его отсутствии, всем: своей позой, движениями, взглядом, выражением лица.
Кстати, о последних двух пунктах... Взгляд был тяжелее чем обычно. Его можно был сравнить с шестидесятипудовой гирей, и она падала на того, на кого падал взгляд этих кошачьих глаз.
Он был хмур. Нет, не просто хмур. На носу его появились складки напряжённости. На лбу обазначились морщины, обычно почти незаметные в минуты полного его спокойствия. Скулы были более угловаты, чем обычно из-за сильного напряжения. Он крепко сжал челюсти.
Каждый мускул его тела был напряжён. Особенно спина. Но он держался ровно. Идеальная осанка привита ему ещё в детстве. Влияние лицея.
К стойке подошло людей пять за минут пять. Ни слова. Он сегодня был особенно необщителен. Если кто протянет к нему руку, он её сломает. Однозначно.

Отредактировано Demis (2011-06-23 22:44:56)

0

485

Какая нежная.
Нэйт всё с тем же умилением смотрела на девчушку. У той была довольно горячая реакция на действия дампирки. Девочка вскочила, чуть не опрокинув столик и начала о чем-то кричать. На всё это Виски смотрела с неизменным выражением лица, не отрывая ни на секунду глаз от фигурки незнакомки.
- Девочки, подеритесь давайте!
Нэйт обернулась к сторону кричащего и, кивнув, послала воздушный поцелуй в темноту. Кто там кричал, ей было пофиг, она всего лишь получала удовольствие  от текущих минут. Ответом ей послужил одобрительный свист, и она снова посмотрела на негодующую малышку.
- Эй! Да что ты себе позволяешь?!
Тут уж Нэйт в открытую засмеялась. Девочка была талантлива, да. Изображать истерику у нее получалось довольно неплохо, но ей не повезло. Виски видела эмоции малышки, в прямом смысле этого слова. Она видела лишь нервы. Возможно, дикий страх. Но внешне же брюнеточка выдавала совершенно иное, от чего дампирка все еще смеялась.
Скрывает что-то? Боится? Ай-яй-яй, Нэйти, какая ты плохая..
Дампирка подавила остатки смеха и собралась. Похоже, сейчас не время было раскрывать свою проницательность, и синеволосая ждала. Чего ждала? Да хоть конца света... И этот самый конец света пришел довольно неожиданно.
- Нэйт, синеволосик ты мой..
Боже, только не это.. Девчонка закатила глаза и вновь уперлась руками в бока. Развернувшись в сторону двери, она узрела так долго ожидаемого коллегу, который, кстати, был сегодня явно не в духе. Эмоции Азраила буквально захлестывали, и дампирка недоуменно вскинула бровь. Сейчас ей нужно было выполнить "заказ" бармена.
- Я не могу тебе доверять… Тем более, здесь слишком много людей. Тебя человеком не называю. Чую…
Пф.. Чует она. Нэйт смотрела сверху вниз на малышку, и в её взгляде можно было отчетливо прочитать "Еб*ть я хотела ваш пафос, доверие и любовь". Синеволосая хотела уже покинуть общество малышки, дабы накормить Азраила, но она не успела.
- И выбрось из бара эту малявку. Несмотря на то, что у неё в одном ножницы, даже принимая во внимание тот факт, что из неё выйдет неплохой убийца, ей, мать твою, нет восемнадцати.
Капитан Очевидность спешит на помощь..
Дампирка остановилась посередине помещения и скрестила руки на груди. Она с недовольством смотрела на мужчину - тот же нервно курил, вызывая еще один поток отрицательных эмоций. Девочка по-прежнему сидела на месте, и теперь Виски не могла решить, что делать. Потакать этому засранцу ради бутылки или же продолжить общение с этой красоткой, при этом  получая мощную пафосную атаку по мозгам?
- Это не моя обязанность. Охранник пропустил, я не знаю, как она тут оказалась. Мое дело обслужить её, да. А насчет еды, - девчонка заметила пустой столик и поспешила убраться на нем, собирая на поднос посуду. - Тебе нужно, ты и ищи, чего пожевать. Не у тебя одного может быть плохое настроение, мать твою!
На последних двух словах Виски хлопнула дверью - за все это время, пока она собирала посуду, она уже успела выговориться и теперь исчезла за дверью кухни. Дело оставалось за посудомойкой, и Нэйт поспешила обратно к бару.
Плевать. Достали. Приду и треплют нервы. С*ки.
Синеволосая побежала обслуживать очередного посетителя и старалась не смотреть ни в сторону малышки, ни на бар.
Прости, малышка, я тебе явно помочь не смогу..

0

486

Писец подкрался незаметно…
- Нэйт, синеволосик ты мой, принеси мне, будь добра, чего-нибудь забросить в желудок, а то я с утра ничего, кроме сопливых речей про любовь, в нём не наблюдал. И выбрось из бара эту малявку. Несмотря на то, что у неё в одном ножницы, даже принимая во внимание тот факт, что из неё выйдет неплохой убийца, ей, мать твою, нет восемнадцати. А в качестве поощрения получишь за мой счёт бутылку твоей фамилии.
А манеры ваши оставляют желать лучшего. И не слишком ли многое вы выдали про меня? М?- совершенно спокойно и даже без пафоса. Дракон начал беспокойно копаться в кармане. Он всегда очень и очень беспокоился, если рядом возникает демон, суккуба или прочие существа адского происхождения.
Сердечный господин демон, будьте добры быть более мягки к существам слабого пола,- сладко, даже приторно шепнула Северина, но, к сожалению, без улыбки. Ну не умеет она улыбаться. Не умеет!
Девчонка открыла рюкзак и достала оттуда гитару. Вот теперь ей было глубоко плевать, что люди не поймут, как в маленьком рюкзачке могла поместиться гитара и где-то там усилок к ней. Севи подвинула стул в левую сторону от стола и стала играть. Не смотря на то, что гитара была электрическая и без усилка, играла она довольно громко.
Эй, трактирщик, наливай, ты что, не видишь краёв?
Уже который тост мы пьём за здоровье твоё.
Не беспокойся, деньги есть, чтоб заплатить за вино,
А если завтра их не будет, нам уже всё равно.
- песня была быстрой, бойкой и немного больной на голову. Этим самым Северина бросала вызов бармену. Роли в песне уже были подарены окружающим. Голос у Северины довольно хороший, тем более, она менестрель, а значит, никто ей ничего не сделает. Да-да. У нее, можно сказать, на лбу написано, что она менестрель. Ну любит она это дело! Кто мы такие, чтобы судить?!
Эй, служанка, подойди, дай нам тебя рассмотреть –
Ты будешь общей дамой сердца обречённых на смерть.
Пусть мы оборванны, небриты и немного пьяны,
Зато мы оба тебе будем до могилы верны.
- нежно и ласково называя официантку служанкой, Северина наблюдала за тем, как она снует между столиками. Скажите, мило. «Великий и ужасный» злой до белого коленья, официантка явно пофигистка со стажем, какая-то девчонка брынькает на гитаре и голосит какой-то бред.
Рука предательски дрожит, а в голове пустота,
Я обречённо выливаю кружку бырла на кота.
Пора отправиться под стол для беспробудного сна,
Но тут вошёл через порог доминиканский монах.
- Публике песня явно нравилась, ее темп, ритм. Определенно нравился и голос самой певицы. Кто-то начал хлопать, его подхватила пара человек. Севи улыбнулась одними глазами. В кармане пытались тоже хлопать, но дракона зажало гитарой. Северине все это очень и очень нравилось, но песню пора бы закончить…
Мы стремительно трезвеем, кот бросается вперёд,
Повисает на монахе, тот пронзительно орёт.
Девка бьёт монаха скалкой, заступаясь за кота,
И в трактире возникает беспредел и суета.
Это наш счастливый случай! Эй, братишка, держись!
Между следствием и дыбой предлагаю выбрать жизнь!
Через битую посуду и разлитое вино
Триумфально покидаем мы кабак через окно!
- К концу песни темп еще увеличился. Северина долго этому училась.
А-а-а! Нас снова ищет инквизиция… - песня кончилась и гитара умолкла. Волчонок встала со стула и поклонилась слушателям, взвалив гитару на плечо.
Прошу прощения, но мне тут явно не рады,- Севи покосилась на бармена,- Так что я пожалуй пойду…,- она знала, что ее не отпустят, даже не смотря на то что ей нет 18-ти. Ну, так и произошло.
Спой еще что-нибудь!,- послышалось с одного столика.
Да-да! Что-нибудь слезливое. Для девушки моей!,- кричали с другого.
Северина снова покосилась на бармена. На счет официантки она не сомневалась, а вот бармен мог и выбросить из бара за милую душу.
Ну… Коль просите…,- скромно начала Северина. Она поставила стул боком к основной части столиков так, чтобы можно было видеть барную стойку и самого бармена.
Подберите бродячего пса, о сиятельный мастер
Я устал подаянья просить у обычных людей
Я немного блохаст и не слишком породистой масти
Но разборчив в хозяевах и без претензий в еде
,- песня лилась не быстро и так пронзительно, что кто-то из «зала» всхлипнул. Такая у менестрелей работа- заставлять смеяться и плакать.
Я умею смотреть в глаза, я умею идти по следу
Я стану беречь ваш дом от кошек и дураков
Вы станете другом мне, единственным и последним
А я буду гордо носить тяжесть новых оков
Подберите мне новое имя, сиятельный мастер
Я устал быть подобием тряпки в ногах у судьбы
Я начну как бы новую жизнь, и отступят напасти
Не беда, что сейчас мои ласки нелепо грубы
,- Северина почувствовала тяжесть на сердце. Если бы она была человеком, то уже заплакала бы, ведь песня эта… про нее…
Я умею просто любить, понимаю команду: "Рядом!"
Я отлично чую врагов, и зубы мои крепки
Что стоит вам сделать шаг и вырвать меня из ада
Не дав умереть к утру от голода и тоски
Подарите мне право на небо, сиятельный мастер
Я мечтаю скользить над землей, не касаясь камней
Я несу сквозь помойку и смерть мое право на счастье
Протяните же руку и тихо скажите: "Ко мне!"
Я буду нужен и чист, я буду верен до гроба
И солнце коснется меня, и скажет: "Не умирай!"
И боль уйдет навсегда, исчезнут шрамы и злоба
А я получу надежду пробраться в собачий рай.
,- Северина посвящала эту песню mell raug (кто знает, тот поймет, переводить не буду).  Струны смолкли, Северина положила голову на руку, что лежала на гитаре. Она ничего и никого не видела, да и не хотела, но тут произошло нечто, чего она не ожидала. Кто-то из слушателей подошел к столику Северины и положил несколько купюр. Северина была в замешательстве, ведь она всегда пела для себя, для души, но никак не для денег. Ну… Кто не гнушается малым…
Благодарю, конечно… Но…,- скромно стала отказываться Северина чисто для вида. Деньги она захапает и отдаст только с кровью. Ну надо же на что-то жить!
Спойте веселую, шутливую.- коротко сказал мужчина, нет, парень, и сел на место.
Ну как скажете. Сегодня моя гитара и голос в вашем распоряжении господа!- скромность? А что это?..
Полет нетопыря в глухой ночи...
Глухой полет...
Нетопыря...
Он это зря!
- завела песню Севи, растягивая последние гласные,-
На крыше склепа Дракула в плаще...
В одном плаще!
В одном ВАЩЕ!
В натуре граф!
- Северина театрально сделала огромные глазки, как будто сама видела, как «его величество» стояли без штанов на склепе,-
Полёт меня на бешеной метле...
В туманной мгле!
На бешеной метле!
Я первый раз в седле!
Ща упаду!
В кустах лежит обколотый ведьмак:
"А что не так?" - Да все не так!
Весь мир - бардак!
Вот так.
- бойко и с ироничным сожалением окончила Северина. Дракон был в восторге и валялся в кармане в нирваническом экстазе. Он всегда в экстазе, когда поет Северина.
Ну, теперь с меня хватит точно…- только и успела подумать Саип, как из «зала» послышался чей-то голос:
Официант! Бутылку шампанского менестрелю сегодняшнего дня!
Э, не, господа, я не пью. А вот от мяса не отказалась бы,- так опять скромно сказала Волчонок. Опять в ней проснулась сила внушения. Тот самый парень, что заказал песню, попросил официантку принести мяса Северине за счет парня. Саип это все явно радовало.
В удачное местечко я зашла,- Севи усмехнулась и отложила гитару.

0

487

- Это не моя обязанность. Охранник пропустил, я не знаю, как она тут оказалась. Мое дело обслужить её, да. А насчет еды, - девушка ушла убирать со столика - Тебе нужно, ты и ищи, чего пожевать. Не у тебя одного может быть плохое настроение, мать твою! - Нэйт громко хлопнула дверью кухни. Ооооо.... Да ты её похоже реально взбесил... Ну и пошла на хуй. Тут подала голос та самая малявка. Она могла бы уже понять, что с ним лучше не связываться, но до неё как-то не доходило... Наглости ей не занимать. Азраил уже подумывал при первой же возможности снести заразе башку.
А манеры ваши оставляют желать лучшего. И не слишком ли многое вы выдали про меня? М? - много о себе думает. Очень много. Азраил, всё же, стараясь сдерживать эмоции, ответил:
- Мои манеры, милая леди, зависят от моего настроения. А вот настроение сегодня оставляет желать лучшего. А насчёт количества информации... Хм... Давайте мыслить логически. Все ваши движения и сама ваша поза выдаёт внутреннее спокойствие, сохраняющееся и при ситуациях, провоцирующих резкий выброс адреналина. Ножницы я заметил, когда проходил мимо вас. Должно быть, это и есть ваше оружие. А так же вас выдаёт ваш взгляд. Про возраст говорить не буду. Хотяя... Выглядите вы лет на пятнадцать, хотя вам явно бльше... сколько? Семнадцать? - надменная улыбка нарисовалась сама на лице бармена. Он любил издеваться. Его душа искала, где бы ей выпустить негативные эмоции, а эта девчушка явно подходила. Она сама нарывалась.
Сердечный господин демон, будьте добры быть более мягки к существам слабого пола,- - Хм... Неплохо. Она либо анимаг с хорошим нюхом, волк или собака, либо вервольф. Ну да и хрен чай с ней. Девчонка достала из рюкзака гитару и принялась играть. Голос у неё был неплохой, демон оценил. Посетителям нравилось. Но давайте не будем забывать, что бармен сегодня - злой дяденька и просто не может не поиздеваться. Как только прозвенел последний аккорд и малышка отложила гитару, он ловко подхватил инструмент и, усевшись на барный стул, произнёс:
- А вот, дамы и господа, что я примерно услышал в последней песне... - Азраил прокашлялся. Пальцы заскользили по ладам. Он начал старательно, но легко выбивать из струн звук. С жутким грузинским акцентом он запел:
Полет летучий мыш над мокрый крыш
Над мокрый крыш
Летит летучий мыш
От водка из киш-миш
Совсем бухой

Два зомби заглянули в мой духан
С пустой карман
Какой болван
Просили в долг стакан
Вай, алкаши

На крыше склеп сидит румынский князь
К нему не лазь
А то зубами хрясь
Он проиграл штаны
Какой позор...

Два валкалака жрать один носок
Без хлеб и соль
И каждый очень зол
То старый был козел
Я знал его

Шакал паршивый цепь в кустах бренчал
Урчал, стучал
И всякий бред кричал
Я бросил кирпича
И тишина...

Ночной полет на ржавый кочерга
Сквозняк в мозга
Невидно нифига
Кончайте гнать пурга
Хочу домой
- посетители бара заливались гомерическим хохотом, а Азраил глянул на девчонку взглядом "учись, салага, пока жив!" Демон дождался, пока смех стихнет. Теперь он уже не хотел издевнуться, он хотел петь. Просто элементарно петь. И вновь струны испускали мелодичный звон, но в этот раз лицо азраила было поразительно серьёзным, в глазах читалось что-то прожитое, дающее не самые приятные, и в то же время самые радостные воспоминания. На вступлеии он произнёс:
- Эта песня..кхм..Эта песня посвящается моему хорошему другу Газиру. С ним никогда не было скучно, он не унывал даже в ситуации, казавшейся тогда безвыходной... Замечательный был человек. Он не боялся жить. И умереть не боялся. - голос полился горным родником. Теперь он вспоминал. Он полностью отдался этим звукам.
Последняя чаша прощанья вино золотое
В молчаньи по кругу серебряный кубок идёт.
Никто не вернётся изэтого боя,
Последнюю песню сегодня певец допоёт.

Пой, через смерть страшен путь и далёк, песня замрёт в тишине,
Когда менестрель берёт в руки клинок, лютня сгорает в огне!

В битве равны перед смертью сказитель и воин,
Рука менестреля обнимет меча рукоять.
В глазах-обречённость, но бледные лица спокойны,
Война на пороге, но в битве им не устоять.

Поёт менестрель, голос чист и высок, песня звенит в вышине,
Когда менестрель берёт в руки клинок, лютня сгорает в огне!

Хоть обучали науке владенья оружьем,
Всё же певцу не под силу воителем стать.
Меч менестрелю держать тяжело и не нужно.
Ещё тяжелее его для убийства поднять.

Рыцари песни и дальних дорог гибнут в жестокой войне.
Когда менестрель берёт в руки клинок, лютня сгорает в огне.

Окончился пир и допета последняя песня,
Железные струны в последний раз гладит ладонь.
Пора! На пороге застыл в ожидании вестник
И бережно лютню певец опускает в огонь.

Чисто и звонко в зарю поёт рог, порваной вторя струне,
Когда менестрель берёт в руки клинок, лютня сгорает в огне!
- он положил гитару на барную стойку. Ему не надо было благодарности зевак. Он пел для себя. Он зашёл за барную стойку и встал на законное место бармена. Он был спокоен. Оставалось только работать.

Отредактировано Demis (2011-06-26 13:58:17)

+1

488

- Вот если бы не зако-о-он.. - официантка уже без улыбки бегала туда-сюда, приводя в порядок помещение и разнося многочисленные заказы. Теперь уже настроение было хуже некуда. А всё из-за чего? Из-за одного ублюдка, эгоистичного дегенерата, который был первым, кому удалось за эту неделю настолько взбесить дампиршу.
Собрав грязную посуду, Нэйт рванула к посудомойке и с шумом вывалила всё в раковину. Тут же она с чувством вздохнула и, подняв глаза к потолку, уселась прямо на стол.
- Блеать, надо узнать, в какие дни он появляется и вычеркнуть эти даты из графика. Блеать! - крайне раздраженная Нэйти спрыгнула обратно на пол и на пять минут прикрыла глаза. Глубоко вдохнув, она попыталась освободить мозг и сознание от тяжелых мыслей. Раздраженность. Злость. Неприязнь. Настолько эти чувства и мысли о них тяготили разум, настолько это было тяжело..
Спокойствие, только спокойствие.. Блеан, с каких это пор ты такая нервная, а, дорогуша?
От собственных мыслей было смешно. Действительно, впервые из-за какого-то пустяка Виски завелась так быстро, да еще и довела себя до такого состояния. Более-менее придя в себя, Нэйти пригладила юбку, поправила блузку и вышла, высоко подняв подбородок и уверенно расправив плечи. В общем, всем своим внешним видом официантка посылала бармена нах*й. Тем не менее, работа снова вошла в привычный темп. Вышла из кухни дампирша в тот момент, когда малышка заканчивала выступление.
- В одном плаще! В одном ВАЩЕ! В натуре граф!
Синеволосая обратила внимание на малышку именно в этот момент. Девочка выпучила глаза, и увиденное крайне заинтересовало дампиршу. Глаза. Глаза малышки были слишком яркими. И эти зрачки.. Понятное дело, чего это она постоянно глаза прятала.. Но сейчас-то, сейчас! Как разошлась. Уже не стесняемся, да?
Девушка с усмешкой наблюдала за выступлением малышки. Та уселась в удобной позе, веселилась, пела - в общем, отдыхала от души. Нэйти уже побаивалась за судьбу девочки - мало ли, какой будет реакция "великого и ужасного" Азраила. К удивлению дампирши, тот продолжил выступление, от чего Нэйтя скривилась - не любила она подобные выходки. Да и песни тоже. Тем не менее, она решила не пакостить (хотя идея сделать музыку погромче, дабы клубняк заглушил голосок бармена) и поспешила в очередной раз забежать в свою комнату и оросить горлышко капельками дорогого сердцу виски. Удовлетворенная и уже спокойная как слон, официантка вернулась в помещение.
- ..я не пью. А вот от мяса не отказалась бы.
- Девушка, принесите этой красавице то, чего она желает. Я оплачу! - парень, очевидно, попал не туда, куда ему следовало бы идти со своей подружкой. Совершенно трезвый, он был, к тому же, в белом рубашке. Его подружка была в не менее опрятна.
Что они тут забыли?
Девчонка даже с некоторой любовью встречала на работе типичных алкашей, своих "собратьев", которым совершенно насрать на внешний вид, которым нужна только выпивка и хорошая душевная компания. При виде подобных павлинов Нэйт просто выворачивало наизнанку. Несмотря на подобные мысли, она по привычке улыбнулась:
- Конечно!
Нэйти подхватила за локоть малышку и потянула ее за собой, подальше от сладкой парочки, сладкой настолько, что дампирку просто тошнило от одного вида расфуфыренных посетителей. Она мягко усадила малышку за барную стойку, а сама просто встала рядом. Тяжкий вздох.
- Зайчик, тут тебе не столовая. Я, конечно, могу пойти и поднапрячь себя поисками сырого мяса, заняться приготовлением.. но это не моя работа, малыш. Все, что тут можно съесть, готовится днем, и то едой можно считать закуски в виде овощей или же просто креветок для чего-то там, - Нэйт многозначительно кивнула на карман малышки, где еще недавно дампирша лапала её. - Я, честно, была бы рада тебя накормить, но нечем. Ресторан через дорогу.
Виски кивнула в сторону выхода.
Черт, каким же все-таки ветром ее сюда занесло..
- Кстати, я уже закончила смену и намереваюсь отдохнуть от души! Ты как? - похоже, Нэйти не только успокоилась, но еще и приподняла себе настроение, и это явление дало о себе знать в виде самой милой улыбки, которую только могла выдать Виски. - Поехали со мной, деткааа, ты не пожалеешь, я тебя... накормлю!
Медленно проговаривая каждое слово сладким голосом, девушка наклонялась к личику малышки все ближе и ближе, и только на последнем слове сделала шажок назад. Она была уверена, что эта девочка не любит девочек, но все же поиграть хотелось.
- Ладно, я шучу. Просто странная ты. Держишь что-то втайне, - Нэйтя снова попыталась что-то высмотреть на груди малышки, - Шляешься по барам, поёшь, да и глазки такие.. Не каждый день такое чудо вижу. Стоило бы познакомиться и..
Оглядев бар, Нэйт убедилась, что Азраил по-прежнему занят своим выступлением. Она, словно прогуливаясь, прошла к рядам бутылок, спустя мгновение обе ее руки были заняты. В каждой ладони были сжаты по два горлышка бутылок такого дорогого сердцу виски, и девушка грациозно зашагала к подсобке. Через минуту она так же грациозно прошла оттуда к выхожу, но теперь уже в своей одежде. Форма официантки уже понадобится, та.
Я жду тебя, малыш..

----> Гостиница "Celestin", номер 715.

Отредактировано Нэйт (2011-06-26 21:40:31)

0

489

Слова бармена Северина пропускала мимо ушей и пыталась успокоить дракона, который все еще жутко нервничал от нахождения в одном помещении с демоном. Демон что-то там говорил про логическое размышление по поводу персоны Северины, задал какой-то вопрос (это было по интонации понятно). На любые провокации девушка не обращала никакого внимания.
Семнадцать. Верно.- абсолютно спокойно сказала Северина, и в душе она была такой же спокойной.
Когда у Волчонка сперли самым наглым образом гитару, она скептически посмотрела на бармена и подняла одну бровь. Взгляд выражал нечто вроде: «И что ты мне доказать хочешь?» Струны запели и бармен тоже. К сожалению. Грузинский акцент ему явно не шел. На душе у Северины скреблись кошки от такого ужаса обращения со своим инструментом. Гитара таких… таких… короче, таких песен не слышала. Но ладно, пока Северина более или менее добрая можно было.
После снова провоцирующего взгляда Северина облизнула верхнюю губу с левой стороны, получилось лишком по волчьи, что были видны длинные глазные зубы.
Мои песни для душевного покоя или тоски. А этот ужас… Бред какой-то… Только песню испортил…
Из желудка донеслось урчание. Плохо дело. Если Северина сейчас не проглотит хороший кусок мяса, то в ней проснется волк, которого и так сдерживать не просто. И тут же Северина почувствовала, как ее куда-то волокут. Успев только схватить рюкзак, Волчонок поняла, что тащила ее официантка только, когда была уже за стойкой.
- Зайчик, тут тебе не столовая. Я, конечно, могу пойти и поднапрячь себя поисками сырого мяса, заняться приготовлением.. но это не моя работа, малыш. Все, что тут можно съесть, готовится днем, и то едой можно считать закуски в виде овощей или же просто креветок для чего-то там
Зайчик??? Зачйчик?! Да я ими питаюсь!
Успокойся, и пошли отсюда. Мне он не нравится.- дракон явно хотел смотаться отсюда куда подальше, лишь бы демона не чувствовать.
Я, честно, была бы рада тебя накормить, но нечем. Ресторан через дорогу.
На бар, то деньги были, а вот на ресторан- нет. Саип грустно вздохнула. Придется идти на охоту.
- Кстати, я уже закончила смену и намереваюсь отдохнуть от души! Ты как? Поехали со мной, деткааа, ты не пожалеешь, я тебя... накормлю!
Издевка или соблазнение? Саип никогда не любила, и ей даже никто не нравился из мальчиков или девочек, поэтому она была податлива в смысле отношений, как пластилин. Надежда, что ее таки накормят была самым сильным аргументом пойти с абсолютно незнакомым человеком.
- Ладно, я шучу. Просто странная ты. Держишь что-то втайне. Шляешься по барам, поёшь, да и глазки такие.. Не каждый день такое чудо вижу. Стоило бы познакомиться и..
Ну и что, что у человека волчьи глаза? Хотя, кого я обманываю? Ни у каждого глаза не имеют белка и имеют вертикальный зрачок.
Две минуты, и официантка вышла из бара, а бармен закончил выступление и положил гитару на барную стойку. Северина быстро схватила свою гитару. Мельком взглянув на ее состояние, она взвалила ее на плечо.
Мы еще встретимся, чтобы познакомимся поближе. Я вас найду, не сомневайтесь.- тихо сказала Северина бармену. Буквально выбежала из бара.
Постойте! Я иду с вами!- крикнула Волчонок официантки и пошла следом за ней.
----> Гостиница "Celestin", номер 715.

0

490

Июль. 2011 год.
вечер: небо прояснилось, поднялся ветер и разогнал тучи, однако солнце уже не успело нагреть землю.
Температура воздуха: + 21

-------- Переулок Киояма

Ты заставляешь меня нервничать, Джеки. Ты ведь уже взрослая. К чему этот подростковый максимализм? Думаешь, что победишь меня, если возьмешь контроль над телом? Глупышка. Ты будешь сидеть к комнате своих страхов столько, сколько я пожелаю. И ничто не сможет тебя оттуда освободить, моя милая девочка. Комната, где с потолка капает вязкая кровь, а под ногами растекается липкое покрывало багровой жидкости. Твои босые ножки ощущают прохладу, которая исходит оттуда? Они чувствуют прикосновения смерти, которая тянет тебя вниз? Как тогда, Джеки, в тот памятный день, когда ты захлебывалась в реке, а твои ноги были скованы кандалами судорог. Невидимое чудовище тянуло тебя на дно в то время, как ты так отчаянно взывала о помощи, а друзья, сидящие на берегу, безмятежно играли в карты. Они услышали тебя слишком поздно, ты помнишь? Та боль и страдание, которые ты ощущала, покидая свое тело. Ты ведь не хотела умирать, верно? Слишком молода, слишком красива для госпожи смерти. Плачь, малышка. Плачь и вой, я хочу услышать твои рыдания. Громче!
После встречи с той женщиной прошло не так много времени. От силы минут двадцать. Я шла по тротуару и вспоминала гулкий цокот её каблуков, который эхом отдавался от стен зданий. Снова и снова прокручивала в памяти нашу с ней встречу. Моё бессмысленное нападение на женщину в темных одеждах. Её хохот и крик «Спасите! Помогите!», которым она смеялась мне в лицо, сдавливая запястья с кинжалом. Почему-то по спине пробегаются колючие мурашки, когда я вспоминаю её взгляд. И эти глаза… Черные блестящие глаза, поглощающие меня целиком, без остатка. Хочется вернуть то мгновение и вновь посмотреть на её лицо. Быть может я могла ошибиться в своих поспешных выводах.
Ноги остановили меня у стены какого-то здания, в которое то и дело влетают бездарные человеческие тела, одушевленные похотливыми инстинктами. Оттуда слышна громкая музыка, а нос схватывает ароматы никотина и еще больше героина, который плывет по воздуху, соединяясь с кислородом в опьяняющем коктейле. Я закрываю на миг глаза, пытаясь воссоздать в памяти образ женщины в черном. Из тьмы сознания на меня смотрит худое бледное лицо. Я добавляю реалии, заставляя память вспомнить все, как было. Её родимое пятно, в точности, как у Дюмах, расплывается по левой щеке. Она застыла в ужасе, когда я произнесла его имя. И в этот момент появилась моя малышка.
На плечо мне упала тяжелая рука.
- Эй, детка…!
Дальше я не слушала и, резко развернувшись, вогнала кинжал в брюхо жирного пьяницы. Мой наряд привлекает слишком много нежелательного внимания. Если раньше это шло мне на пользу, то теперь я чувствовала себя дискомфортно. Падаль видит во мне шлюху, но почему-то никому не приходит в голову, что шлюха может быть с сюрпризом под юбкой. Они платят за свои похотливые желания жизнью. Стоит ли распутство такой жалкой платы?
Джеки тихонько хнычет в сознании. Я чувствую, как она сжалась в комок, и опять читает молитвы в надежде на спасение. Похоже, ей опять не по себе от моих игр с мертвой плотью. Она чувствует, как жизнь покидает его тело, слышит угасающий стук его сердца, видит душу, так же, как и я. Она сожалеет так, словно сама убила этого несчастного. Бедняжке становилось плохо, когда сталь вонзалась в человеческую плоть. Малышка молится за каждую душу несчастного, которую я отнимаю у невинных жителей Токио. Молись, девочка. Молись.
Здесь темно и труп, оперевшийся об стену здания, не привлекает к себе должного внимания. Пьяниц здесь полно, а лужа, растекающаяся под мужчиной, ничто иное, как его собственные испражнения. Мне повезло, что я стояла на заднем дворе, где не было людей. Обнаружить его здесь сможет разве что персонал бара или бомжи, скитающиеся по мусорным бакам. Самое место для смерти толстопузого ублюдка.
Вытерев руки от крови, я обхожу бар и захожу через главный вход, как и надлежит правильным гражданам, вроде меня. Мне нравится здешний аромат. Он напоминает мне атмосферу квартиры, в которой я в последнее время живу. Здесь витает никотиновый дым, словно пробка, закупоривая лёгкие и заставляя меня дышать еще глубже. Я отвыкла от этого. Пробираясь через толпу извивающихся тел, я слышу, как плещется экстази в их крови, как танцует героин вместе с эритроцитами, и как текут в желудок реки абсента. Я останавливаюсь и обвожу взглядом блеющий от похотливой жажды скот. Они извиваются в такт гремящей музыки. Трутся телами друг о друга. Стонут, воют, вздыхают. Их глаза сонны, а разум пьян. Кто-то тронул мою спину. Слишком нежно, как для грубой мужской руки. Я оборачиваюсь и смотрю на молодую девушку. Ей едва исполнилось восемнадцать лет, но почему-то мне плевать на её возраст, а ей плевать на то, что я тоже женщина. В её глазах отражается желание. Жаркой волной охватывающее меня и заставляющее улыбнуться. Она танцует совсем рядом, извиваясь, словно змея в брачный период. Мне кажется это красивым. Её тонкие пальцы скользят по моим бедрам, поднимаются к груди и переходят на руки. Наши губы находятся так близко, когда она касается зажатой в правой ладони дневнике. Моя страсть к ней затухает так же быстро, как появилась. Стопка старых бумаг в старом переплете заставляет меня вспомнить про то недавнее происшествие, которое произошло в переулке. Я хочу найти Дюмах. Мне нужны его ответы. Нужно увидеть его лицо и заглянуть ему в глаза. Ведь он здесь, я вижу в этой малолетней малышке его клиента. Наркотик помутнил её рассудок. Хорошая работа, мышонок.
Девчонка больше не представляет для меня интереса. Я продолжаю пробираться через толпу танцующих тел, выходя к барной стойке. Хочется что-то выпить чего-то крепкого, но садясь за стул, я прошу бармена принести мне воды. Я не до конца понимаю, кто из нас произнес заказ: я или Джеки, как вдруг чувствую, что мой сапог упирается в что-то мягкое и, по всей видимости, живое, что находилось под стойкой. Мне не нравится, как оно ёрзает, это отчего-то раздражает. Заглядывая под барную стойку я была готова увидеть там очередного пьяницу, но только не в Его лице.
- Дюмах? – мой голос кажется хриплым и сухим.
Я смотрю на него и застываю, словно вкопанная. Складывается такое впечатление, будто бы мы не виделись несколько месяцев, хотя прошло от силы пару дней. Я забываю обо всем, когда смотрю в его глаза. Музыка уходит куда-то за задний план, никотин освобождает мои лёгкие, позволяя вдохнуть аромат его тела. Я раскрываю рот, чтобы что-то сказать ему, но слова теряются в неизвестности. Хочется сжать его в объятиях, чтобы стать еще ближе к этому тощему телу, но что-то меня останавливает. Моя малышка Джеки перепугано скулит и тянет тело обратно на стул, когда я медленно сползаю под барную стойку, не отрывая взгляда от того, кого так безнадежно полюбила несколько месяцев назад. Рядом с ним мне хочется молчать, но почему-то я веду себя, как стерва.
- Какого черта ты здесь делаешь?! – я срываюсь на крик, хватая его за жилет, и тяну на себя. Беру ладонью его за подбородок и поворачиваю к себе левой щекой. Безо всяких церемоний, детально рассматривая его лицо и родимое пятно, с которым за сегодняшний вечер встречаюсь уже дважды. – Двойник? Сестра? – задумчиво проговариваю, проводя пальцами по коже.
Он никогда не рассказывал мне про своих родственников. Никогда не говорил о том, что у него есть сестра. Почему он всегда держал меня так близко и одновременно так далеко от своей личной жизни? Я в него безнадежно влюблена, хоть и пытаюсь это скрыть за приступами агрессии, но он наверняка знает, что мне его не хватает даже спустя пару минут отсутствия. Это повторяется со мной вновь и вновь. Зависимость от любви. Такая жалкая и нелепая!
Резко отпускаю мужчину, чуть ли не с ненавистью отталкивая его обратно. Я ненавижу признавать свою зависимость от кого-то, но не могу противиться своим чувствам. Хозяин теряет надо мной власть. Нить, соединяющая меня с ним, в скором времени разорвется. И если это сделает не он, то сделаю я.
- Шинигами… - хрипло шепчу, встретившись взглядом со своим учителем.
Он здесь. Рядом. Нас разделяет нелепое расстояние в протянутую руку. Сколько времени прошло с тех пор, как я с ним виделась? Мне казалось, что целый год, хотя прошло всего два месяца.
- Ты…
Я не знаю, что мне произнести. Внутри что-то колыхнулось. Джессика узнала его темную ауру и перестала читать молитвы. Я так и не поняла, была ли она рада встречи, но от нее исходила волна встревоженности. Похоже, она уже знала, чем закончится наша встреча. Догадывалась и я, поэтому на лице отразилась хитрая полуулыбка, а в глазах – понимание.
- Давно не виделись, учитель.
Я до сих пор не знаю его имени, да и оно мне ни к чему. Зато мне известно, к чему приводит блеск в его глазах. Я научилась видеть жажду крови еще тогда, с момента нашей первой встречи.

+2

491

Упёрли гитару. Упёрли. Пииииичаааааль.... Бармен просто стоял за стойкой, выполнял заказы, говорил с посетителями. Серо. Серо и глухо. Он ненавидел такие моменты, когда время из текущей жижи превращалось в обволакивающую густую массу, оно было почти неподвижно, ткни его пальцем, и оно будет так же безвольно колыхаться, пружинить... Оно не выпустит. Ни за что. Но сейчааас... Оно было не желейной массой, оно было медленно затвердевающим цементом. А ночь уже близилась к концу. Свет невыспавшегося раннего солнца блёкло светил, теряясь в облаках, как взгляд едва открывшего глаза человека теряется на подушке. Никто не танцевал. Были лишь несколько уставших от жизни людей, страдающих бессонницей, выхлёбывавших одну кружку крепкого кофе за другой, втягивающих в себя сигарету за сигаретой, со всем их шлаком, со всеми смолами, желая получить лишь лёгкий туман никотина в лёгких, но получающих вдобавок грязь, медленно приближающую их к тому, чтобы заиметь дыры в лёгких. Эти черви серых струй дыма изгрызут плоть их никчёмных тел, так же, как черви грызут свежий труп. А Азраил мог курить вдоволь и насмехался над уязвимостью смертных туловищ, сидящих за столиками полусгнившего и пропахшего похотью, спиртным и никотиновой дымкой бара. Смешно.
Он так ничего и не ел. Ему чертовски хотелось есть, да и не только еды. Он бы с радостью скурил кого-нибудь из прохожих, как сигарету, втянув в себя его душу, словно полный никотина дым, со всем её шлаком грехов и смолами воспоминаний. Он бы получил от этого ту же лёгкую эйфорию, что приносит голубовато-серый дым, что испускает тлеющий табак, завёрнутый в бумагу. Он смотрел на сборище получивших от жизни бедняг за столиками как на пачку сигарет с разными оттенками вкусов.
Вон тот, что зашкерился в углу, как последняя крыса, как жалкий таракан, зашуган настолько, что источает зловоние эмоций, сравнимое лишь с бесконечно потеющим идиотом. Кстати, он постоянно потеет. Ещё бы... Если бы Азраил боялся всех и вся, он бы тоже стал заводом по производству солоноватой росы... Этот идиот настолько хотел показаться крутым, что припёрся в заведение, где его сразу прикончат, но он настолько труслив, что пришёл под утро, когда никого нет, да ещё и сел в самое неприметное место. Зашуганная свинья. Привкус его души будет ещё долго надоедать присутствием на языке... Ведь дерьмо смывается в последнюю очередь, да?
А парень, что развалился на столике рядом с пачкой сигарет и допивающий уже пятнадцатую кружку кофе? Ему всё осточертело. Он сел в центре. Он чертовски хотел бы, чтобы мир вращался вокруг него, но он понимал, по его взгляду было видно, что понимал, что этого никогда не будет, ведь все вокруг придурживаются обычного мнения любого самовлюблённого идиота, которое состоит, в сущности, в том, что этот парнишка - ничтожество. Он явно клерк, это видно по его рубашке. Он глотает таблетки. Бармен готов поставить на то, что это успокоительное или что-то вроде того. От его души пахнет куревом, а вкус у неё, словно от накрепчайшего кофе, но есть какой-то привкус... Это привкус усталости. Когда этот парень допьёт кофе, он пойдёт на мост, с коего и скинется. Отличный кондитат для приглашения на завтрак в качестве главного блюда, но... Азраил не выдержал бы столько кофеина и не смыл бы этот надоедливый вкус с языка пару недель.
Ещё одна сигарета. За ночь демон втянул в себя полпачки. К чёрту всё. К чёрту. Он вновь зажмает в губах сигарету, заставляет табак в ней тлеть, касаясь его лепестком пламени, вырывающимся из нехитрой конструкции зажигалки, втягивает дурманющую дымку и выходит из бара в просыпающийся город.

>>>Неизвестное направление

Отредактировано Demis (2011-06-30 19:10:44)

0

492

Сигареты имеют свойство заканчиваться, в прочим как и все остальное без исключения. Под настроение Джек задумался о Конце света. Эта тема всегда волновала умы людей. А сейчас в последнее время стала на столько популярной среди всех поколение, что разговаривать об этом в слух становилось скучно. Это сначала озвучиваются вариации всяких ученых или шаманов, которые предсказывают и время, и причину. Потом каждый высказывает свое мнение или соглашается с тем или иным предсказанием. А заканчивается все тем, что все это бред и именно это поколение до Конца света не доживет. Как же это печально, господа. Но вот Джек уверен, что все имеет конец, как эта сигарета. Можно курить ее медленно, а можно быстро. А можно терять ее и тут же находить новую. Тогда Конец света настанет тогда, когда кончатся все сигареты. А вот это уже больше похоже на правду.
Подумав о том, что все сигареты могут закончиться, Джек будто отрезвел и оглянулся. Но ничего не изменилось... Народ все пил, вокруг был сигаретный дым, который поднимался до потолка и там растворялся в воздухе. И если бы дверь периодически не открывалась, а где-то на кухне не было кондиционера, то скоро сигаретному дыму не во что было переходить, ибо воздух бы закончился. Тогда бы все эти людишки подохли не увидев Конца света. Эта мысль плавно расплывалась каждым словом, как капли жира по дереву, впитываясь в древесину и оставляя после себя неизгладимый запах. Согнув руку в локте, чтобы сделать очередную затяжку после долгих раздумий, Джека ждало разочарование, ведь на сигарете уже даже не было уголька. Он печально посмотрел на этот маленький Конец света и решил, что пока рано умирать. Пока он пьян, а его Голос где-то бродит, а сновидка все еще в поисках... Вот так и получается, что слишком много дел. Никак нельзя умирать, пока в мыслях есть планы на завтра. Когда закончатся идеи, тогда... Задумавшись, он запрокинул голову, но был виден только край барной стойки, а дальше части вечно подвижных тел. Потолка видно не было и это казалось печальным. Сейчас бы этот потолок являл бы собой для шинигами грязное ночное лето, и это была бы осень. Октябрь и ночь после дождя. Думая про осень, Джек ничего не испытывал, как если бы думал про зиму или весну. Все для него было одинаковым. Сейчас он мог даже путать события, которые происходили зимой, думать что они были в теплое время года. Но все это такие мелочи - особенно память. Джек знал много людей и прочих отбросов этого гигантского мира, но помнил единицы. Да, это раньше у него была хорошая память, а сейчас понимаешь, что просто нет смысла весь этот мусор держать у себя в голове. А если все это записывать, то получится полный бред. Усмехнувшись этой никчемной идеи, которая казалась не своей, Джек повернул голову, выискивая что-то новое для себя. Взгляд попал на чудака, что сидел так же под стойкоя рядом. Джек уже думал пихнуть его локтем, но потом вспомнил, что этот добрый дяденька снабдил его одноразовым весельем. И мне сейчас весело? С этих мыслей Джек залип еще на каких-то пол часа. Он все думал, весело ему или нет. Но раз я принил, значит мне весело. На этой логической ноте, Джек в энный раз запрокинул бутылку, и из горлышка полилась жидкость прямо в глотку. Доля алкоголя смешалась с тем, что уже было, и в голове ударил гонг. Оглядев еще раз нового друга, Джек понял, что хоть тело вот оно рядом, но душа соседа где-то не здесь. Так что Блек решил не тревожить покой ушедшего и достал пачку сигарет. Потом сигарету. Сигарету в зубы. Нашарил зажигалку. Раз чиркнул. Два чиркнул. Три... Огонь, и вот дым уже валит из носа.
-Почему именно на третий раз?..
И как только нос освободился от дыма, он учуял запах свежей крови. А этот запах Джек никогда и ни с чем не перепутает. Его голова, хоть и казалась не своей, но все же начала крутить из стороны в сторону, принюхиваясь. Но от того, что помимо крови еще был запах пота, перегара, алкоголя, сигарет, отходов и всякого такого, сложно было уловить направление. Голова упала на грудь, но Джек все так же принюхивался, позабыв о сигарете. И вот он резко дернул головой, но все так же пялился куда-то в пол, когда уловил приближение знакомого. Пару минут из жизни куда-то вырвали, хотя это ничтожно по сравнению с неделями. Только вот совсем рядом уже шинигами услышал знакомый голос. Только вот интонация голоса казалась грубее чем в пошлый раз. Но когда его странным образом позвали, то Джек открыл глаза (как оказалось, он закрывал их и на долго), и приподнял голову. Перед взглядом был только черные цвет, и Джек сразу же вспомнил про нее. Странно так вот вспоминать знакомых, разглядывая их ноги, но сейчас это казалось даже вполне достойным занятием.
-Метро?..-пробормотал Джек, вспоминая последние события, что связывали его и новорожденную девочку.
Он икнул, от чего грудь резко поднялась и опустилась, двигая за собой голову на расслабленной шеи.
-А это ты только что убила сейчас очередную овцу?-с непонятно откуда взявшимся строгим тоном, спросил Джек, вспоминая про сигарету и затягиваясь, вновь прикрывая глаза.

+1

493

--->Неизвестное направление
2011 год, июль
вечер: небо прояснилось, поднялся ветер и разогнал тучи, однако солнце уже не успело нагреть землю.
Температура воздуха: + 21

Работа. Дом. Работа. Дом. В последние дни примерно так и выглядела жизнь Дарроу Остин. Иногда, ради разнообразия, девушка развлекала себя походами в магазин за продуктами. Осточертело. Отдыха ей отдыха!
Сегодня она с особым трудом вылезла из-под одеяла. Не хотелось даже идти на кухню, что бы позавтракать, не то, что выходить на улицу. Но смена зовёт.
Она опоздала. На целых десять минут. Бывает. Влетев в подсобку, начала срывать с себя одежду, бросая на пол, и одела форму заведения. Брюки и рубашку. Помниться, долго спорила с шефом из-за низа. Она девушка – следовательно, юбка и покороче. Нет-нет, господин директор, она же бармен! Где вы видели бармена в юбке? Все бармены в брюках. Съязвили, а не уволить ли её из-за недоразумением с полом, но разрешили оставить брюки. Это упрощало дело. Бармен-девушка и так привлекала достаточно внимания. Бармен-девушка в мини, да ещё и фаэри, грозила заведению кровавым побоищем.
Заняв привычное место за стойкой, улыбнулась сама себе – кажется, опоздание осталось незамеченным. Народу было много, пришлось сразу включатся в работу.
- Три тёмных.
- Космо.
- Б-52 для меня и леди.

Разлив пиво по кружкам, пустила через стойку. Компания из трёх мужчин, перебивающих в кризисе среднего возраста,  была знакомой – всегда заказывали тёмное, всегда оплачивали счёт и оставляли щедрые чаевые. Можно было не беспокоится о том, что незаметно слиняют, скрывшись в толпе.
Дальше коктейли? Она их не любила по той простой причине, что на них тратилось чуть больше времени, чем на разлитие по рюмкам уже готовых к употреблению напитков на вроде водки, виски или текилы. Смешав в шейкере водку, клюквенный сок и лёд, вылила в конусообразный бокал, насадила на край дольку лайма и поставила перед одинокой девушкой в платье телесного цвета. Кажется, она будет напиваться одним и тем же коктейлем всю ночь, пока не найдёт себе х*й на ножках.  Именно поэтому Дарроу не стала убирать из-под рук необходимые ингредиенты.
Б-52 в двойной порции заказал молодой симпатичный  парень, но леди, которой предназначалась вторая рюмка, не было рядом. Возможно, отошла в туалет? И что делать? Верхний слой необходимо поджечь, а пока девица выстоит очередь в уборную и вернётся, верхний слой выгорит к чёрту. Ладно, разберёмся. Дарроу поставила на стойку две высокие рюмки, налила на треть кофейный ликёр, затем по ножу ирландский крем и последним – ликёр. Вытащила из кармана зажигалку
- Будете ждать, пока ваша спутница вернётся или поджигать?
- Поджигайте. Она никуда и не уходила. - Фаэри послушно подожгла содержимое рюмки перед парнем.
- Но я её не вижу. Коктейль испотится, если ликёр будет гореть слишком долго. - Ох уж эти несообразительные мужчины.
Свою порцию парень выпил залпом по всем правилам и ударил рюмкой по стойке. Самодовольно улыбнулся и опёрся локтями о стойку, что бы чуть приблизится к ней.
- А эта порция предназначается Вам.
Подобное было не впервой. За ночную смену таких кавалеров могло набежать от десяти и больше. Если бы Остин пила всё, чем её пытались угостить, она не выстояла бы и половины смены. К тому же на работе за распитие спиртных напитков по головке не гладили.
- Я не пью на работе, - сказала, как отрезала и спрятала зажигалку в карман. Иногда удавалось охладить пыл молодых людей и те находили себе другой объект воздыханий на ближайшие несколько часов с продолжением на чьей-то квартире. Парень, видимо, понял, что угостить фаэри не удастся, но не отступал:
- Может быть, тогда просто познакомимся? – поджёг Б-52 собственной зажигалкой и выпил, но без особого энтузиазма.
- Дарки. Бармен. И опять же… на работе не знакомлюсь.
Похоже, что от головной боли на сегодня не отделаться. Печально. Придётся звать вышибалу. Кто-то очень вовремя заказал текилу. Поистине спасители. Это позволило показать, что у неё нет времени на ухаживания. И вновь по кругу: разлила напиток по рюмкам, поставила перед клиентами солонку и блюдце с нарезанным лимоном. Эти расплатились сразу же и, забрав заказ, ушли в сторону столиков.
Работа ей нравилась, даже очень, не смотря на хроническую усталость. Она совпадала с её биологическими ритмами. Если ты сова по натуре, то заниматься делами днём настоящий геморрой. Пробовала. Не получилось. Она напоминала сонную мышь, а голова плохо соображала. Девушка уже и забыла о клиенте, пытавшемся угостить ей, как вновь услышала его голос.
- Ну, может тогда после работы? Ты во сколько заканчиваешь?
Блядство. Это напоминало дешёвый американский фильм, провалившийся ещё на кассовых сборах. Можно было позвать вышибалу. Можно. Но, по сути, к ней пока ещё не приставали на столько, что бы лишаться клиента. Даже напротив: при таких условиях у заведения мог появиться постоянный клиент. И потом привести сюда своих друзей. Заведение не страдало от недостатка посетителей, но всё могло произойти впервые на пороге мирового кризиса.
- Послушай, мальчик, а чем тебя не устраивает вон та девушка в бежевом? – Дарки указала на девицу, потягивающую «Космополитен», которая заинтересованно оглядывалась по сторонам. Скорее всего, она бы была совсем не против компании молодого человека, приставшего к бармену. Ухажёр окинул оценивающим взглядом девицу и прищурившись заявил
- Она неинтересная.
- А я значит интересная? – со скукой спросила Дарроу, протирая полотенцем разлитую на стойку водку. Похоже, одному из посетителей уже пора домой на боковую.
- Вполне. – Парень облизнул нижнюю губу, пожирая девушку взглядом. При этом ощущения, что тебя мысленно раздевают, не создавалось. О боги, это очередной романтичный тип. От таких избавится сложнее, чем от похотливых самцов.
- Ну а что, если у этой интересной слишком забитый график? – Дарки улыбнулась и, пританцовывая под грохочущую музыку, направилась на другой конец стойки. Там уже был балаган, вызванный ни чем иным, как желанием напиться, и отсутствием бармена, который эту возможность подарит.

Отредактировано Darroy (2011-07-25 18:46:07)

+2

494


Начало игры
Июль 2011
• вечер: небо прояснилось, поднялся ветер и разогнал тучи, однако солнце уже не успело нагреть землю.
Температура воздуха: + 21

Очередной день протянулся одной серой и неинтересной лентой, которая постепенно обвивается вокруг шеи и душит. Убивает незаметно, но убивает, и не тело, а разум. Из-за скуки просто теряешь сноровку и навыки, которые нужны для выживания. А из-за безделья Элли могла превратиться в бесполезного котенка. Впрочем, она и раньше не была тигром, но бездеятельность просто истощала её. И хотя тело было позаимствовано, ему не хватало адреналина. Эль это понимала и понимала, что хорошенько отгребет, появись на драгоценной оболочке хоть царапина.  Но сегодня девушка решила слегка разбавить свои однотонные деньки, и не смогла найти места получше, чем бар «Осколки». Это заведение давно манило совей неоновой вывеской и плохой репутацией, и сейчас девушка решительно направлялась туда.
Шум, такой жизненный шум. Уже не сквозь стекло, а ощутимый, настоящий, как и запах табака. Все эти ощущения были неожиданно яркие, от чего девушка еле сдержала улыбку.  Сознание воспалилось и начало возбужденно  выпрыскивать идеи, словно яд. Появилось назойливое желание не просто отвлечься, а устроить бунт, хотя бы самой себе. Это последняя стадия усталости, которая наступает внезапно. И не смотря на все противоречия, желания слишком сильны, они каждую секунду будоражат сознание, яркими картинками, фантазиями и нарушением запретов. Кто устоит? Только мертвый.  А Элли была еще жива, жива и это ей хотелось доказать самой себе,  чего бы не стоило ей подобное…
Элли присела у барной стойки и снова принялась изучать окружение, с любопытством  осматривая каждую мелочь и каждого человека. В целом была очень даже гармоничная картина. Такой себе маленький мир образовался в одном здании и каждый  имел свое значение, которое состоялось в том, чтобы быть собою. Ведь  они и есть главными элементами этой картины, которые делают её живой.
-Сто грамм виски, с колой и льдом! - наконец  обратилась Эль к бармену, которым являлась вполне симпатичная девушка, чему Смит даже порадовалась. Казалось, вечером у девушки наконец начали появляться козыри, от чего настроение начало стремительно улучшаться, что может потянуть за собою массу безумных последствий. Ибо не использовать такие моменты для веселья было страшной глупостью. Сейчас все было в её руках, стоило лишь вдавить педаль газа в пол и наслаждаться скоростью на встречной полосе. Ярко, красиво, быстро и самоубийственно.

Отредактировано Ellie (2011-07-24 22:22:40)

+1

495

------------->начало игры
ночь спокойная и теплая. Легкий ветер, безоблачное небо - отличная погода для того, что бы лишний раз полюбоваться на звезды.
Температура воздуха: + 15

Фелицио бродил по городу без особой цели. Вокруг него мерцали тысячи огней большого города, которые к слову его раздражали.  Чёртовы люди, понапичкали город вывесками, фонарями и другой ненужной дрянью, теперь даже и не знаешь точно – день или ночь.[/i] Он шёл по городу без особой цели: на работу не хотелось идти сейчас, хоть и надо бы, сидеть где-то тоже не очень хотелось. Хотя проходя очередную вывеску, что-то потянуло его подойти. На ней значилось «бар Осколки». Толкнув входную дверь, он очутился в просторном зале, заполненном народом. Интерьер был не плохим, но так – был однотипным, как и во многих других неплохих барах.
Фелицио сразу начал питать неприязнь ко всем посетителям, он вообще был не большим любителем посещать увеселительные заведения, в котором помимо него находится ещё больше 10 человек. Только бы не было людей, думал он. Голод начал потихоньку грызть его.  Прекратив оглядываться, он направился к запримеченному столику в углу зала - там было довольно темно (для освещённого зала). Сев на стул, он подождал пока официантка подойдёт к нему, и заказал бокал пива. Его всё больше начинало злить всё вокруг – нерасторопность персонала, количество людей, музыка, в общем всё. Зачем я зашёл сюда, думал Фелицио, но теперь уже ничего другого не оставалось, все-таки он уже сделал заказ. Он тряхнул головой, и его белые волосы рассыпались по плечам, как снег. Становилось всё более душно, да и голод не переставал грызть его, надо было искать «донора», но стало вдруг лениво и противно. Что ж, хотя бы пива сейчас попью, с этими мыслями он принялся дожидаться свой заказ. Лень и скука были его главными врагами каждый вечер, ведь когда живешь на свете уже не мало лет, начинает сильно надоедать однотипность пролетающих дней, в этом плане людям было лучше, ведь для него они были мотыльками-однодневками, и чего уже греха таить, он им завидовал. Он завидовал их беззаботности, их жажде движения, в общем всему, что они обычно и делали, и ненавидел их по этим же самым причинам. Его глаза при этих мыслях начали наливаться яростью, но вовремя опомнившись, он тряхнул головой, возвращая мысли в нормальной русло. Что бы хоть как-то отвлечься, он осмотрел зал, взгляд его остановился на девушке, странно отсвечивающей в тесноте, она сидела возле барной стойки. Фелицио присмотрелся, к той, что сидела возле барной стоийки. Бля - еле слышно сказал он, облизнувшись Ему всегда нравились такие как она, маленькие хрупки, а их кровь как правило будоражила его сознание. Со злости он слегка пнул ножку стола - бесчинствовать, тем более в общественных местах, особенно сейчас, ну никак не хотелось, а тем более не хотелось потом разбираться с властями, хозяином бара и прочей шушерой. Наконец ему принесли пузатый бокал, по боку которого сбегали капельки влаги. Он с удовольствием, выпил первый глоток, погружаясь в воспоминания, навеянные образом девушки.

Отредактировано Аваддон (2011-07-26 06:28:04)

+2

496

---> Центральный парк

2011 год, июль
Вечер. Небо прояснилось, поднялся ветер и разогнал тучи, однако солнце уже не успело нагреть землю.
Температура воздуха: + 21

Под фонарями и неоном кожа разительно бледнела, глаза вдавались глубже, тени придавали Дмитрию вид не просто боллезненный, - скорее, жуткий. Весь этот шум, осточертелая работа лишали его сил. Он неуверенно мялся под железной дверью, тщётно пытаясь отыскать себя на глянце обшарпанного полимера. Вдох, кривая улыбка, поворот посеребрённой ручки - главный вход. В конце концов, пока он не коснулся швабры и тарелок, - он не на работе. И без того на час раньше пришёл.
Первый удар пришёлся по обонянию: в горле запершило от смеси дешёвого дыма и дорогих духов. Непьющий, некурящий - пускай всё хлынет к чёрту. Смелым, чуть неуклюжим в своей решительности шагом он прорывался к бару, крейсируя между столов, сталкиваясь с нетрезвыми, а трезвых - избегая.
Едва дрожа, Дмитрий упал на освободившееся прямо перед ним место и с чётким намерением напиться гаркнул:
- Сок! Апельсиновый! - И под дружный гогот. - С водкой!
Молился: "Только бы раздельно - спирт и сок."
От одного запаха водки молодого волшебника мутило. Он чувствовал тошноту от вони потных тел, от снисходительного их презрения. В мозг назойливо пробивалась непривычная музыка, ядовитый сумрачный свет утомлял глаза. Не здесь его место, ещё не здесь.

0

497

Количество клиентов то убавлялось, но наплывало с новой силой. Обычное явление. И всё-таки, Дарр нравилось, когда посетителей поменьше. Так было веселее – меньше работы, музыку приглушали, а какой-нибудь очередной несчастный решал, что нет лучшего психолога на земле, нежили бармен. Вот и сейчас толпа убывала, что бы уже через час вернуться наводнением. Самое спокойное время – что-то около четырёх-пяти утра. Но до них ещё нужно было дожить.
Алкоголь заказывали постоянно: сюда приходили напиться от радости или с горя, иногда – со скуки. Почти всегда для поиска новых знакомств или секса и никогда ради танцев. Остин с обычным усердием разливала напитки, создавая видимость заинтересованного слушателя перед девушкой с «Космо». Она жаловалась на то, что её – такую обаятельную и привлекательную никто не угощает, никто не хочет её, да и вообще: все мужики – козлы.
Альфа: Дура. И-ди-о-тка!
Бета: Альфи, ну не будь ты такой грубой. У неё моральная дилемма.
А: У неё мозги набекрень. Мужик – охотник, а она искренне верит, что травоядное и изображает из себя стог сена, вместо убегающей дичи.
Б: Ну не все же такие опыт… умные, как ты.

Девушка продолжала жаловаться и плакаться в жилетку, от чего у фаэри уши скатывались в трубочку, а мозг закипал. Нет, что бы рассказать что-то интересненькое. Таких нервных и недотра*анных пол-Токио. Не все же они идут жаловаться к барменам. Нужно линять. Дайте нового клиента, Дарроу требует амнистии. Хотя бы временной.
Вот она! Амнистия! Торжественная дробь барабанных палочек и фанфары. Гип-гип, ура! Новый клиент – блондинка. Эта уж точно не будет жаловаться на бешенство матки.
- Сто грамм виски, с колой и льдом!
Фаэри быстро залила в шейкер виски, колу и колотый лёд,  проделала несколько развлекательных финтов, перемешивая напиток, на радость клиентам и перелила жидкость в невысокий бокал, предварительно подождав, пока пена осядет.
- Ваш заказ, - настоящая, искренняя, благодарная улыбка спасительнице. Нимфоманские рыдания выведут из себя даже образец терпеливости и великодушия.
Не успела Волчица нарадоваться новой клиентке, как на горизонте замаячил уборщик ночной смены. Он был забавным, почему-то своей неприспособленностью и едва заметной неуклюжестью создавал в голове девушки образ подростка, о которого надо оберегать. Плюхнулся на стул и попросил сока. Вокруг раздался смех. Парень, видимо, сообразил, что в барах обычно пьют чего покрепче и добавил, - С водкой!
- А, привет, Димка. Чего не в духе? - Появление этого милого паренька заставило Остин расплыться в улыбке. Девушка сделала вид, что наливает в бокал водку, но зажала мерную трубку пальцем. И быстро, что бы никто не заметил, наполнила пустой бокал соком. Поставив напиток перед пареньком, наклонилась поближе и шёпотом произнесла:
- По секрету скажу, что то, что ты заказал, называется «Отвёртка».
То, что Дмитрий жуткий трезвенник она знала с первого дня его работы. В тот день она предложила ему бонусный коктейль от заведения  (без уведомления этого самого заведения) – за знакомство, так сказать. Парень отказался, сказав, что не пьёт. Но, видимо, это не модно – отказаться от алкоголя, судя по смеху уже напившейся до состояния нестояния студентческой компании. Впрочем, она всегда ему подыгрывала и все были довольны. И Димка, который вроде как пил «отвёртку», а на самом деле сок; и она, выручавшая его от нелепой ситуации; а компании студентов просто показали их место.

+2

498

Ближе к ночи толпа несколько редела, но у Дмитрия складывалось ощущение, что эти оставшиеся считают себя обязанными восполнить утечку никотина и винных паров в воздухе. Что сейчас было немодным, - так это кислород. Он размышлял уже чуть заторможенно; думал о том, что ад, наверное, для него будет выглядеть именно так. И чёрт с ней, - с годячкой из парка. Теперь он был уверен, что сможет найти сто, тысячу таких созданий - и не может быть такого, чтобы ни один из них не знал, как ему помочь. А после - бросить всё и дёрнуть домой, вон из этого чёртового мегаполиса, с его вонючими по вечерам людьми, с его преступностью, агрессией, показной вежливостью, бензинными супами на дорогах. В необоснованности бульварной характеристики японцев он убедился, поступив на работу - его топтали так, как топчут любого иностранца в любой цивилизованной стране. Он чувствовал себя обиженным мальчишкой, при котором кушают конфету, не делясь. Наверное, товарищ Бог всё же видит разницу в национальностях: каждый должен знать своё место. Не в кайф ему, понимаете ль, Вторая Вавилонская башня.
Дарроу была просто милашкой. Он так и не научился правильно произносить её имя - и потому всячески избегал использовать его в повседневном лексиконе. Хотя стремление обращать на себя внимание человека прикосновением было, пожалуй, в его странном характере. Для него она Дарья, Дашенька, Дашуня - вполне симпатичное русское имя - но другим (и Даше в том числе) совсем необязательно об этом знать.
Дмитрий бросил через стойку бармену чуть ошарашенный взгляд.
- Если водкой что-то и отворачивается, то только мозг, - он благодарно присосался к стакану с соком - все мои проблемы из-за женщин, и только ты - мой талисман.

+1

499

Торгово-развлекательные заведения города, секс-шоп "Лолита" ---->

Июль, 2011 год.
Ночь.
Ночь спокойная и теплая. Легкий ветер, безоблачное небо - отличная погода для того, что бы лишний раз полюбоваться на звезды.
Температура воздуха: + 15

Топ-топ-топ. Неторопливые шаги были еле слышны, ведь город жил. Жил даже ночью. Да что там жил, из весь сверкал жизнью, огни вечно шумящих улиц придавали переулкам даже некий романтический вид. Да, похоже, Нэйтя прониклась любовью к этому городу.
Дорога на работу была одной из самых приятных вещей. Темнота, народу чуть-чуть поменьше, да огоньки-огоньки-огоньки - не шикарно ли для дампира?
Правда, ранее Виски частенько позволяла себе добираться до места работы пешком. Дома у неё не было, поэтому с приближением своей смены Нэйт старалась добраться до бара. Пришло время делать множество исключений, принимать перемены. А всему виной был парень с волосами цвета крови, как бы лирично это ни звучало. Уставившись в окно, дампирша не переставала размышлять о маэстро, а если быть точнее, о его странном поведении. Она готова была признать, что лис очень необычный парень, но чтобы так часто исчезать в никуда..
А что, если он опять на месяц-два пропадёт? Я поржу..
Улыбнувшись невеселым мыслям, девушка отвела взгляд от окна. Слишком много ненужных мыслей лезет, когда пытаешься что-то разглядеть на проносящихся мимо улицах. В поле зрения попал пакет. Яркий пакет, в котором надежно и аккуратно покоился костюмчик.
Вглядываясь буквально в каждую детальку пакета, Виски пыталась найти ответ на один-единственный вопрос: почему она не стала молча проходить мимо, а взяла с собой эту форму школьницы, которой секса не хватает?
- Нахера? - пробормотав вслух мысль, Нэйт осеклась.
- Что?
- Ничего-ничего, продолжайте ехать.
Странно, однако.
Неужели дампирку настолько озадачили мысли о хозяине, что она не стала нервничать? Виски хорошо себя знала, она непременно бы начала вести себя как настоящая истеричка. Спокойный и ровный тон немного удивил саму девчонку.
Еще месяц-другой общения с Мэттом - и я буду супер-брутальной стервой. Очешуеть..
Перемены Виски никогда не принимала. Но сейчас, похоже, придется.
Еще несколько минут прошли она провела в раздумьях, пока такси неслось к пункту назначения. Мысли занимал, как и всегда в последнее время, кицунэ, и на данный момент Нэйт пыталась вспомнить ощущения, что она получила несколько минут назад, когда маэстро подарил ей поцелуй. Пора уже было признать, что она сошла с ума. Окончательно, так сказать. Нэйтя соскучилась по телу лиса, вот какой вывод можно было бы сделать, если бы можно было прочесть мысли девушки.
Наконец, автомобиль остановился у нужного заведения. Расплатившись и поблагодарив водителя, дампирша захватила с собой злополучный пакет и шустро направилась ко входу бара "Осколки".
Двери открываются, и вот, уже в который раз, Нэйт попадает в свой личный маленький рай. Этот мир она любила, пожалуй, больше всех. Сегодня в баре было на удивление людно. Дым сигарет первое время заставлял жмуриться, но, спустя некоторое время, это ощущение становилось привычным. Всё, чувствуйте себя как дома! Или даже чуть свободнее.
Отлично..
Нэйти немного расстроилась, когда не увидела у барной стойки ни Азраила, ни Асумы. Всё-таки единственные знакомые коллеги и прочее-прочее. Соскучилась Нэйтя.
Быстренько прошмыгнув в комнату для персонала, Виски понадежнее спрятала пакет и принялась переодеваться. Любимая накрахмаленная рубашечка, короткая синяя юбка - как всё-таки это радовало. Счастье складывалось из мелочей. Сейчас Виски была почти на все сто процентов счастлива.
Отложив виски в шкафчике на потом, девушка вернулась в темное помещение. Крики сегодня были особенно громкими и веселыми. Вот в воздух взмыла чья-то здоровая ручища, а воздухе раздается крик.
- Официантка!
Дампирша вливается в толпу, уворачиваясь от пьяных тел. Получает заказ, улыбается, внимательно слушает и, выдав типичное "Уже несу" возвращается к бару. Там она самостоятельно, уже без помощи бармена (где же Азраил?) достает бутылку портвейна и, секунду подумав, решает не разливать алкоголь, а просто принести клиенту. Прихватив с собой парочку граненых стаканов, она несется к нужному столику и, все с той же приветливой улыбкой, вручает нужный напиток.
Кажется, сегодня мой день.
Возвращаясь обратно к бару, дампирша случайно натыкается на какую-то девушку и еле сдерживает крик. Девица нарядилась в платье со множеством стразов. Ткань такого платья не отличается мягкостью. Мелкие камушки неприятно касаются раны, что была получена еще сегодня утром. А боль такая колкая, не ослепляющая, конечно, не очень даже неприятная.
- Бл**ь, - решив не тратить время на девицу, официантка заторопилась к барной стойке. Кажется, рана снова начала кровоточить. Пытаясь унять кровь, Виски чувствует, как тонюсенькая струйка крови ползет по тыльной стороне ладони. Сжав кулачок правой руки, Нэйт все же не уходит в свою комнату. Просто спрятавшись за рядом бутылок, что изящно стояли на отполированной поверхности стойки, девушка продолжает попытки уменьшить давление и замедлить кровоток. Попытки увенчиваются успехом, но настроения эти факты не повышают.
Нахмурившись, синеволосая игнорирует крики клиентов и стирает салфеткой капельки крови. Когда проблема была устранена, она опускает рукава до предела, дабы история со стразами не повторилась.
Я, получается, с этой раной весь день бродила? Шикарно.
- О-фи-ци-ант-каааа!
Вздохнув и собравшись с мыслями, Виски вновь идет выполнять работу, подбадривая себя бесполезными словами.

0

500

-------> Театр "Дзерури"

• ночь: ночь спокойная и теплая. Легкий ветер, безоблачное небо - отличная погода для того, что бы лишний раз полюбоваться на звезды.
Температура воздуха: + 15

Репетиция шла неимоверно долго, измучив всех музыкантов. Их руки покраснели от усердия и долгих часов игры в театре, глаза выражали мученическую меланхолию и равнодушие ко всему внешнему. Было ясно - все что им сейчас нужно, это еда и сон. Даже Хикару чувствовал себя несколько измученным, хотя сейчас ему было скучно так, как никогда в жизни. К тому же он был раздражен - постоянное повторение мелодий просто выводило марионетку из себя, а нерадивых музыкантов, которые периодически фальшивили, он готов был просто убить.
Но всему приходит конец. Только поздно ночью многострадальная репетиция была окончена. Теперь Хикару желал лишь отдохнуть и набраться сил. Впрочем, силами его обеспечил один знакомый. В темных туалетах театра он угостил куклу коксом.
Шиндзи давно ушел с работы и опрометчиво оставил Хикару одного в этом полном искушений мире. Марионетка направилась в бар - не важно куда.
В первый попавшийся, не все равно где пить?
Он гулял недолго, внимательно вглядываясь во все окружающее. Довольно быстро марионетка набрела на заведение, называющиеся "Осколки".
Это вполне подходит.
Здесь было людно, очень людно, гремела музыка, был приглушен свет. Прекраснейшее место, чтобы провести ночь, как показалось Хикару. Он сел за столик - барная стойка совсем не привлекала. Это было место совсем в углу, его освещала лищь тусклая лампа. Хикару исподлобья смотрел на людей. Его зрачки расширились, и казалось, что у него огромные черные глаза, обрамленные кроваво-красным ободком. Бледная кожа, странные глаза и невероятная сухость во рту, забитый в темном углу, он дожидался официантку. Пожалуй, сейчас он был похож на рептилию - многозначительный взгляд умных глаз, но вместе с тем некоторая неестественная оживленность. Если бы у него было сердце - он бы непременно бешено стучало, желая вырваться из груди.
- I`m a lizard king, I can do anything, - прошипел он знакомые слова из песни, не замечая близко стоящую официантку с синими волосами.

Отредактировано Yuko (2011-07-27 00:27:26)

+1

501

Kill the humans.. Kill them quick..
Мурлыча под нос мелодию одной из многочисленных песен, что так любила дампирша, Нэйт старательно повышала себе настроение. Это самое настроение было изрядно подпорчено маленьким инцидентом с раной, но этого, видимо, кому-то показалось мало.
Одному из парней не понравилась выпивка. Разъяренный пьяный посетитель швырнул почти полную бутылку в толпу. До слуха доходили маты и брань, после чего из общей толпы вышел какой-то мужик.  Крупный, весь в черном, с цепью на толстой шее, он напоминал то ли байкера, то ли вышибалу. Проще говоря, неслабенький такой типчик. Еще более грозный вид ему придавала тонкая струйка крови, стекавшая по виску к шее. Очевидно, сегодня госпожа Удача улыбалась ему, раз он был не только жив после удара бутылкой, но еще и в состоянии материться.
- Ты с*ка! - с диким криком верзила бросился на молодого парня, вместе со столом повалив его на пол. Звон битой посуды, ругань, крики одобрения с соседних столиков.
Нэйти со вздохом поспешила отойти подальше от места драки. Охрана уже спешила выполнять свои обязанности, и это еще больше забавляло зрителей шоу. Виски оглядела помещение. Сейчас никому не было дела до выпивки, все с улыбками уставились на картину маслом: ранее дерущиеся теперь объединились против охраны и пытались сопротивляться.
Нехорошо, ой как нехорошо..
Покачав головой, официантка рухнула за один из свободны столиков. Она принялась внимательно рассматривать посетителей, которые теперь совершенно не обращали внимания ни на что, кроме драки. Люди они были все самые разнообразные, в равной степени интересные и необычные. Жаль, что Виски не может просто взять и прочитать их воспоминания, узнать них побольше. Действительно, хотелось узнать каждого.
Внимание не мог не привлечь тот, кто находится в стороне от толпы. Сегодня этим одиночкой оказался очередной незнакомец. Высокий, гордый, в деловом костюме. Такие люди тоже захаживали иногда в бар, но явление это было все же редкое. Всем своим существом мужчина излучал презрение ко всем и вся.
Почему в одиночках так часто сидят парни, мм?
В упор уставившись на брюнета, Виски словно надеялась, что он прочтет ее мысли и ответит на ее вопрос. Увы, ее ожиданием не суждено было оправдаться.
Страшно подойти?
Видеть эдаких хозяев своей судьбы, самоуверенных и нахальных, Нэйт уже научилась. Не принадлежи она целиком и полностью Мэтту, официантка непременно бы поспешила оказаться подальше от очередной самодовольной личности. Но дело так сложилось, что Нэйте теперь нечего было бояться. Хуже быть не может, как говорится.
Она встала из-за стола и направилась к мужчине, устроившимся за столиком в углу. Разборки с двумя пьяницами продолжались, но сейчас это обстоятельство даже немного радовало.
Тихо и грациозно подойдя к столику, девушка одарила брюнета приветливой улыбкой.
- Чего-нибудь желаете?
Знал бы этот парень, что имеет ввиду эта синеволосая официантка. Вопрос был типичный, но дампирша же воспринимала его немного иначе. Каждый раз задавая его подобным посетителям, она словно спрашивала их, чего же они хотят от жизни. Сегодня она получит еще один ответ.

+2

502

Офф: начинаем, господа. Формируем очередность постов и наслаждаемся игрой.

Я давно не видела тебя, шинигами. С тех самых пор, как мы расстались у тебя в квартире. Ты оставил мне записку с одной короткой фразой, я помню её наизусть. «Бери все, что хочешь», именно так. Ты щедр к своим друзьям, но друзья ли мы? Можно ли связать  нас этим обязывающим к тесным дружелюбным отношениям словом? Ты всегда стоял выше меня. Как бы я не прыгала, насколько бы ступеней не забиралась, ты всегда будешь выше. Быть может потому, что ты мой учитель? Тот, которого я всегда буду пытаться обыграть в карты судьбы. Ты не ругаешь меня, не даешь четких указаний, и я благодарна. Мне не нужен тотальный контроль над тем, как я выполняю свою работу. Очищать мир от бездарных людей – чудная политика для такой мрази, как я, верно?  Я приношу вред обществу, давая пищу для размышлений. Вы когда-то задумывались над тем, как живете? Спрашивали себя, кто вы? Задавались вопросами? Я заставляю людей жить. Именно жить, а не существовать. С каждым трупом, который попадает ко мне в морг, общество становится на шаг ближе к своему истинному предназначению – жить сегодняшним днём, не забивая свой разум социальными стереотипами. Разве это не прекрасно?  Я вру. Вру самой себе, ведь мне просто нравится убивать. Разрезая плоть по кусочкам и смотреть на то, как тело извивается в судорогах смерти и его медленно покидает душа. Нравится слушать стон призрака, его негодование, ненависть, злость и страх. Все эти чувства питают меня, позволяют дышать в полную грудь, насыщают мой организм полезными флюидами. Я живу для того, чтобы убивать и убиваю для того, чтобы жить. Это даже не философия. Это способ провождения времени. Мне скучно жить, уподобаясь праведному гражданину. Скучно слушать рассказы своих коллег по работе в центральной больнице. Скучно заводить знакомства на улицах. Скучно пить выпивку в окружении похотливых самцов. Поэтому я развлекаю себя, ломая пальцы медсестры, бывшей ко мне слишком доброй; рассекаю горло случайного прохожего, спросившего меня, который час; кастрирую ублюдков, чьи грязные руки лапали мой зад. Это доставляет мне удовольствие. Наблюдая за угасающим взглядом, я задаюсь вопросом. Создавал ли меня Господь по своему образу и подобию? Если да, то у него определенно есть свое чувство юмора.
Дюмах… я думала, что не способна любить по-настоящему. Оказывается, я лгала самой себе, чтобы избавиться от этого навязчивого чувства. Пройдя сквозь муки боли и страданий, перерождаясь в безнравственную, порочную тварь я все же сохранила зачатки любви. И для того, чтобы она не сожгла меня изнутри мне нужно на кого-то её направлять. Это ты, мышонок. Мой выбор стал слишком очевидным после той ночи. Ты знаешь о чем я думаю, и это бесит. Ты знаешь, что я к тебе чувствую, но не всегда отвечаешь взаимностью. Порой мне кажется, что я для тебя не существую. Но сейчас по-другому. Ты рядом. Берешь меня за шею и притягиваешь к себе. Я замираю. Мне трудно дышать, когда ты давишь пальцами на горло, но я не сопротивляюсь. Мне было бы даже приятно принять смерть из твоих рук. Но сейчас ты ко мне слишком добр. Никогда не думала, что смогу питать к кому-то настолько безнадежные чувства. Я смотрю на тебя и не понимаю, хочу рыдать или смеяться.
- Не знаю, что за бред тебе сегодня приснился, но этот парень хочет меня убить, - шипишь мне на ухо, заставляя содрогнуться от желанной близости к твоему телу, и показываешь в сторону учителя, широко ему улыбнувшись.  Я хочу повторить свой вопрос, но ты отпускаешь меня и, шатаясь, встаешь и уходишь, напоследок пробормотав: - Где-то здесь был мой виски.
Я хочу остановить тебя, но внимание привлекает к себе учитель. Я не могу раздвоить свое тело, чтобы одна часть последовала за старым наркоманом, а вторая осталась здесь, слушать тихую речь шинигами. Это похоже на какой-то каламбур. Я чувствую запах алкоголя, который помутнил твой рассудок, учитель. Я не понимаю, зачем ты делаешь это с собой. Мне хочется ударить тебя, вернуть обратно в реальный мир, но я не осмеливаюсь. Ты изменился с тех пор, как научил меня убивать. Что с тобой произошло? Я не хочу смотреть на то, как ты опускаешься до уровня грязных смертных. Выпивка убивает в тебе инстинкты, делает тебя мягким и податливым. Ты превращаешься в животное. И это не тот охотник, который поделился со мной своей кровью три месяца назад. Я верну тебя, учитель. Верну.
- Помнишь ту ночь? – сидя на корточках, я протягиваю руку и отбираю у тебя бутылку. Это кажется жалким – зависеть от такой дряни, как спиртное. – Ты и я. Вдвоем против сотни людей. Мы были подобно волкам, окруживших стадо овец. Ты помнишь их взгляды? Чувствовал их страх, видел конвульсии смерти?
Моя рука скользит по твоей щеке, берет за подбородок и разворачивает к себе. Я хочу, чтобы ты смотрел на меня.
- Сейчас ты сидишь здесь, на грязном полу какого-то вшивого бара. Упиваешься выпивкой, словно пытаясь замолить все свои грехи. Ты жалок, учитель.
Надавливаю пальцами, позволяя своим ногтям войти в твою кожу. Взгляни на меня.
- Я не люблю мужчин, от которых несет выпивкой. Ты ведь не хочешь меня разочаровать, правда?
Ногти внедряются в твою кожу, позволяя капелькам крови стекать по моим тонким пальцам. Я приближаюсь к тебе еще ближе. Слышу твоё дыхание, чувствую запах твоей крови. Как мне вернуть тебя, учитель? Что сделать, чтобы ты стал прежним? Мне нужно животное, способное растерзать тысячи человеческих тел! Вернись ко мне, ублюдок!
Резко отпускаю тебя и бью кулаком справа. Это не пощечина, это настоящий удар, который заставляет треснуть переносицу. Запах твоей крови заводит меня.
- Ты спрашиваешь, убила ли я кого-то? – поднимаясь с пола, говорю, облизывая с пальцев багровую жидкость. Ты бог смерти и твоя кровь по истине божественна.
Я загораживаю путь молодому парню. На вид ему не больше двадцати лет. Он смотрит на меня и улыбается. Мне не нужно уметь читать мысли, чтобы догадаться, о чем он думает.  Мы потанцуем, он напоет меня абсентом и одурманенная, я потащу его в туалет, где произойдет славный секс без обязательств. Но я ведь не из этого теста, милый, не смотря на то, что мой откровенный костюм говорит тебе совершенно о противоположном.
Я приближаюсь к нему, мягко опустив руки на торс и проведя ими до шеи. Тянусь к его ушку, вставая на носочки. По-твоему, это так мило?
- Я хочу… - томным голосом щекочу его воображение. - чтобы ты страдал.
Удар кинжалом в пах. Я люблю так начинать вечеринки. Он кричит, согнувшись передо мной и собираясь упасть на колени. Музыка не дает его крику распространиться достаточно далеко. Хватаю его за волосы, резко отдёргивая голову назад. Ты смотришь, учитель?
- Я знаю, как вернуть тебя. – смотрю на шинигами и подвожу тело поближе к нему. – Тебе стоит выпить. Крови.
Взмах рассекает воздух, а затем и плоть его горла, которое извергает из себя ярко-красную жидкость. Тело падает рядом с учителем. По моему лицу растекается веселая улыбка, словно я подарила ребенку долгожданного щенка. Я  смотрю на учителя и медленно перевожу взгляд выше, сталкиваясь им с барменом.
- Привет, куколка. – склоняю голову на бок, слизывая с острия клинка багровый нектар. Мне нравится смешивать его со своей кровью. Чудный коктейль.
Но меньше слов и больше действий. Сзади я слышу истошные женские крики. Еще пара минут и музыка заглохнет. Плохо, я хотела сделать все под дикие ритмы, от которых лопаются барабанные перепонки. Меня хватают за плечо в попытке развернуть, и я протыкаю кинжалом руку храбреца. Он кричит, называет меня сукой и тянет ко мне вторую руку, уже через секунду лишившись на ней двух пальцев. Мне не нравится разговаривать с людьми, я предпочитаю трупы, поэтому рассекаю кинжалом  ему глотку. Слышу страх в крике, потом бульканье. Люди отбегают от меня, как от прокаженной. Я улыбаюсь им, ведь мне весело. Особенно сейчас, когда труп первого парня поднимается со все еще выплескивающейся кровью из своего горла. Через минуту поднимется и второй, лишенный двух пальцев на левой руке. Для настоящего веселья мне нужна помощь.
Страх наполняет меня тёмной энергией. Я впитываю его в себя, словно губка, позволяя каждому негативному чувству: будь то злость, ярость или печаль, войти в меня. С каждым отчаянным криком мои пять чувств увеличиваются. Это похоже на всплеск адреналина.
Я скалюсь. Потанцуем?

Отредактировано Amber (2011-07-28 02:21:34)

+5

503

Всякую нечисть тянуло в этот бар…
Дорога от черного до белого лежит через миллионы оттенков. И слишком сложно найти отличия в них. Мы видим только гаммы, но кто хорошо знает людей,  умеет отличить ложь и правду  различает намного больше оттенков.  Изучая публику этого заведения, Элли видела их как  темно-голубое пятно, и оно превращалось, постепенно перенимая все новые и новые оттенки.  Вот девушка -бармен, которая умеет угодить каждому клиенту, она – золотистый оттенок. Золото оценивают по достоинству, и все тянутся к нему. Золотой цвет имеет солнце и звезды, они светят, не смотря ни на что.  Вот с барменом заговорил молодой человек. Он – темно-зеленый. В нем есть жизнь. Но сейчас она более похожа на болезнь. В толпе проскальзывает синеволосая официантка. Элли еще долго наблюдала за ней, пытаясь определится с цветом.  Морская волна. И не сколько цвет, а сколько воспоминания о бархатной осени на берегу моря были связаны с образом официантки. Столь стремительна она была  как поток воды, но в то же время и глубока словно океан.
Переходя с образа на образ, задевая этой нитью свои собственные  воспоминания, Эль могла очень долго убивать время. Беспощадно.  К счастью его у девушки было более чем достаточно. В этом смысле она была богата как никто другой. Вот только это богатство было и грузом. Порою настолько невыносимо медленно тянулось время, что даже болела голова от вечного ожидания. Оно затрудняло дыхание, впрыскивало в вены тягучую смесь, которую с трудом перекачивало сердце.
Элли сделала несколько маленьких глотков виски, растягивая впечатления от приторно горького напитка. И мысленно пыталась рассчитать дозу, которая  была бы предназначена для удачного вечера. 
В очередной раз окинув бар взглядом Эль заметила новый оттенок.  Это тень, которая  серой дымкой притаилась в самом углу. Без теней не бывает  объемных картин.
Незнакомец смотрел на неё.  И Эль не стесняясь наблюдала на ним. Вскоре девушка достала из сумки блокнот и карандаш. Сделав щедрый глоток виски, Эль слегка поморщилась  и принялась рисовать…
Сначала были тонкие резкие линии. Но они переплетались, соединялись. Образовывался силуэт. Незатейливыми движениям  рук очертания приобретали четкую форму. Грифель карандаша послушно скользил по белой бумаге, оставляя за собой серый след. Вскоре можно было увидеть, как прорисовался четкий силуэт мужчины, который сидит за столиком. У него длинные волосы и слегка вытянутое лицо. Над мелочами девушка не стала заморачиваться, поэтому рисунок получился несколько небрежным. Когда он был готов, Элли сделала еще глоток виски. Следом девушка отдала бармену деньги за напиток, также полагались чаевые, а потом Эль взяв бокал решила подойти к незнакомцу.
Довольно ловко Эль удалось проскользнуть мимо пьяной компании, а потом избежать столкновения с какой-то девушкой и порхнуть к незнакомцу. Смит села за столик, ничего не говоря, просто улыбнулась и протянула листок, на котором и был рисунок.
-У вас необычная внешность.. – заметила Элли, - это вам подарок. – блондинка в очередной раз улыбнулась и сделав небольшой глоток виски собралась уходить. Раз уж он  решил сесть за столь неприметный столик, значит скорее всего он просто устал и решил отдохнуть. Быть назойливой Эль не любила. Она знала, что нужно вовремя уходить. Пусть его вечер остается той тягучей жидкостью в крови.
Еще секунда и в баре произошел настоящий эмоциональный взрыв. Оглушающие женские крики. Эль их не любила. Не любила  тех девиц, которые визжат от страха, увидев кровь. Её это жутко раздражает.
Любопытство срабатывает как основной инстинкт. Она не могла пропустить представления. Поэтому девушка стремительно направилась в сторону криков. Как ей хотелось покинуть отягощающее тело и просто пройти сквозь толпу зевак. Вот так просто. Но она не могла этого сделать, пока не удостоверится, что игра стоит свеч. Поэтому Эль просто и нагло расталкивала людей в жадном желании зрелищ. Это её пища. Любопытство её главный движок. Он оставляет её живой.
Картина, которую Эль увидела заставила застыть. Она просто растеряла все слова.  Паркет окрасился в багровый, очередное тело рухнуло на пол, как безжизненный кусок плоти. А рядом её охотник. Уже измазан кровью. Но... но кто источник этой эпидемии? Привидев, как мертвые начали подниматься Элли сделала шаг назад.  Некромант. Некромант. Вот она! Блондинка взглянула на девушку, которая с удовольствием резала чужие тела. И она получала от этого удовольствие.  Это нельзя не заметить. Кровожадность, словно безумие просочилась в воздух.  Теперь он вонял чужой кровью, чьей-то потерянной жизнью. Эль чувствовала отвращение. Но не к смерти. А к запаху крови.  Она была грязной, как и все эти люди. Она несла в себе их грехи.  И быть настолько близко к ней, к чужой грязной жизни, грехам и их слабостям, девушке казалось настоящим извращением.  Не думая Эль отделилась от тела.
-Уходи… быстрее – прошипела Эль своей подруге, а та лишь мысленно выругала духа, но поспешила скрыться в толпе зевак.  Элли решила остаться тут. Рядом с шишигами. Не смотря на страх. Она не скрывала его, а лишь признала.  И признала, что даже эта незнакомка не сможет подарить ей смерть. Пусть подчинит себе её разум.  Но это не самая высокая цена. Смит твердо решила: игра стоит свеч. И пусть это будет самым крайнем безрассудством. Разве не такой должна быть жизнь? Полным безрассудством. Разве связаны лишь с чистым разумам все наши самые сильные эмоции, которые делают нас хоть на один предел счастливее?

Вот он… багровый оттенок.

+2

504

Музыка грохотала. Голова не болела лишь из-за того, что она уже привыкла к этому грохоту, который, по началу, закладывает уши. Слова песни разбираются с трудом, поглощённые какофонией звука, отбивающегося от стен.
Сегодня Димка был особенно грустен. Она ещё слишком плохо знала его, что бы с уверенностью говорить о том, нормальное ли это для него состояние. Но печаль, запавшая во взгляд, коснулась не только глаз. Она затронула и лоб, двумя складочками легла между бровей. Если бы он не был таким трезвенником, она бы предложила ему выпить рюмочки две.
- Какой же я талисман? Разве я похожа на кусок железки? – в глазах девушки прыгали весёлые чертенята. Может она сумеет развеселить его хотя бы собственной улыбкой? Говорят, что бывают заразительные улыбки. Про её улыбку так никто и никогда не говорил. Но может сегодня она такой станет хоть для кого-то?
Чей-то крик на грани слышимости, перекрываемый грохотом музыки. Дарроу отрывает взгляд от Димки и ищет глазми его источник. Наверное, опять кто-то к кому-то пристал. Возможно, этот кто-то положил глаз на чью-то даму сердца и теперь петухи выясняют отношения. Но нет, толпа чуть расступилась, и её глаза встречаются с другими глазами. В свете неоновых вспышек они кажутся безумными, дикими и устрашающими. С лица Дарроу медленно, словно в замедленной съёмке, сползает улыбка. В руке то ли брюнетки, то ли шатенки – при таком освещении не разобрать – окровавленный кинжал. От вспышек светомузыки алый смотрится ещё ярче, словно фильтр фотоаппарата установили на красный. Не хочется опускать взгляд вниз, к ногам незнакомки. Фэари уже знает ЧТО увидит. В голове будто щёлкнуло, отключив все эмоции, оставив только инстинкты и способность трезво мыслить.
- Привет, куколка.
Незнакомка облизнула окровавленное лезвие с видимым наслождением. Извращенка. Дарроу перевела взгляд на Димку, он пока ничего ещё не видел. И это было хорошо. Она даже завидовала ему.
- Дима. Медленно встань и иди к чёрному выходу. – твёрдо, чётко, как робот. – Когда выйдешь – вызывай полицию.
В зале начали кричать. Увидели. Испугались. Правильно сделали, что испугались. Незнакомка прирезала второго. У неё на глазах. У всех на глазах. Как свинью. Что же  они как дибилы всё ещё в зале? Почему не бегут отсюда, хоть и образовали большой круг, в центре которого стоит дьявол? Или инстинкты самосохранения под воздействием алкоголя уже не работают?
Когда человеку перерезают горло – крови много. Почти так же много, как в фильмах соевого соуса. Но всё же, не двадцать пять литров из одного человека. Яркая, под большим давлением, бьёт из пореза, орошая брызгами окружающих. Артериальная. Дарроу всё ещё ничего не ощущает, лишь хватает за горлышко бутылку с виски и разбивает об угол стойки. Алкоголь брызгает на ноги, осколки стекла лишь чудом никого не ранят. Она на своей территории. И она постарается её защитить, как бы глупо это не звучало. Девушка жалеет, что всё ещё не попросила Сина научить её стрелять. Он, наверное, умеет. Но это сейчас не имеет никакого значения – пистолета всё равно нет.
Незнакомка явно страдает психическим заболеванием. Нормальные люди не перерезают глотки другим в барах. Нормальные люди не облизывают кровь с лезвий. Человеческую. Раня собственный язык. Нормальные люди? Кто говорит о людях? С пола поднимается труп. Давление ещё есть, потому, что кровь пока всё ещё брызжет из его горла. Только секунду Дарр думала, что парень ещё жив – мозг не сразу захотел воспринимать увиденное. А потом глухой щелчок в голове повторился, и страх липкой паутинкой стал расползаться по телу. Она не хотела видеть то, что видела. Не хотела знать то, что поняла. Рука, сжимающая бутылочное горлышко дрогнула. Кто-то собирался защищать «свою» территорию?
Бета: Альфа, успокойся, пожалуйста.
Альфа: Ты просишь меня, что бы я успокоилась?
Б: Да. Сосредоточься на дыхании. Давай вместе: вдох, выдох… вдох…

Дарки прикрыла глаза. Это было опасно – кто знает, кому следующему захотят перерезать глотку? Что она увидит, когда откроет глаза? Вдох… Удар сердца… Выдох… Удар… удар… удар… вдох...
Она открыла глаза. И первое, что увидела – ошарашенного Димку. Он всё ещё был здесь, почему-то не ушёл пока нпроисходящее вокруг было не на столько ужасным. Глупый. Любопытство губит. Или он испугался на столько, что просто не смог понять, что нужно убираться?

Отредактировано Darroy (2011-07-28 05:52:21)

+4

505

Фелицио сидел и пил безвкусный напиток, состоящий из всякой бурды, хорошее пиво уже давно разучились варить, что не год, а оно только хуже и хуже. И не важно, что он не могу различить вкуса этого напитка, испортилось всё – цвет, консистенция, наличие такого количества пузырьков. Ему нравилось пить алкоголь, так можно почувствовать себя частью такого притягательного и столь ненавистного общества. Оторвав взгляд от поверхности стола, его глаза встретили взгляд девушки-блондинки. Она смотрела на него довольно долго, потом достала блокнот и принялась яростно пачкать девственно белый лист, куском графита. Он улыбнулся в душе и подумал: Скучно-то как. Ему не нравился ещё ни один из портретов, где изображён непосредственно Фелицио. Видимо её радовало это занятие Чем бы дитя ни тешилось… - чуть слышно сказал вампир. Видимо решив, что рисунок закончен, она поднялась и села к нему за стол, положив перед ним листок, на котором довольно грубо, но вместе с тем узнаваемо было нацарапано изображение Фелицио. -У вас необычная внешность.. произнесла девушка - это вам подарок.  Не стал сразу смотреть на листок, ведь вампир знал, что это можно сделать и потом, а вот эти пронзительно зелёные глаза, он мог уже никогда и не увидеть. Да и честно говоря, он немного растерялся, редко  приходилось получать подарки, особенно в барах, особенно от незнакомок. Наоборот куда чаще приходилось самому приходилось дарить их, чтобы, в конце концов, сытно поужинать.
Лишь незнакомка собралась подняться, Фелицио почувствовал соблазнительный запах крови, наполнивший помещение бара этим великолепным запахам до потолка. Для него это выглядело наверно, как для человека входящего в бар смог от табачного дыма. Он протянул руку, чтобы схватить девушку за руку, но той уже не было рядом, а меж тем запах становился все нестерпимое и вампир уже мечтал вцепиться кому-нибудь в шею. Вцепиться и чувствовать, как кровь бежит по нему, заполняя его жизнь смыслом, давая возможность почувствовать себя снова живым, а кровь будет тонкой струйкой стекать с его губ, падай на пол и разбиваясь мириадами искорок. Фелицио встряхнул головой. Рано - подумал он про себя  Чувствую, сегодня и у меня будет праздник . Он поднялся из за стола и пошёл как пёс на запах. Рядом с эпицентром запаха, он увидел ту самую блондинку, а в самом эпицентре стояла девушка с длинными чёрными волосами. Пространство вокруг неё было заполнено следами крови людей. Представительница смерти в баре - с удовольствием подумал Фелицио, глядя на смерть в обличии милой девушки. Раздался звон бьющегося стекла, откуда-то сзади. Стах и отчаяние охватывало эту забегаловку всё больше и больше, и казалось что этот ужас, сейчас примет материальные очертания. Да собственно этот ужас уже имел и очертание и довольно миловидные формы.Его глаза залило безумие – он увидел жалкое существо, которое стояло сзади блондинки.  Он подошел к нему сзади и сжал сорванный с руки медальон – тот потёк, как нагретый воск, и вот рука сживает небольшое лезвие. Он не сомневался в его остроте. Взяв мужчину за волосы, Фелицио резко потянул его голову на себя и неуловимым, для обычного глаза движением, воткнул его в незащищенную нижнюю челюсть, а затем потянул вниз. Острый кусок метала, разрезал горло поперёк и уткнулся в грудную клетку. Мужчина хрипел, и кровь толчками лилась из него, а вместе с ней из этого тела уходили и радости и печали, добро и зло совершённое за столь не долгую жизнь, заботы и отрада. Всё уходил вместе с этой красной жидкостью. Руки были залиты кровью и безумие, занявшей сейчас тело Фелицио, звало его оказаться в кругу рядом с той, кто так прекрасна сейчас. К той, кто наполнила эту ночь болью и смыслом. Неизвестно зачем, его окровавленная рука схватила блондинку под локоть, потащив её в центр этого безумия. Он не знал зачем ему нужно было хватать её, но тело без его ведома уже расталкивало толпу, освобождая проход в центр зала. Ночь, луна звёзды - казалось бы что ещё нужно? Ответ просто - этой ночи давно не хватало крови. Эта ночь прямо таки просила, чтобы кто-то напоил её кровью. Эта ночь никогда ещё не видела крови, и была жадной до такого зрелища. И зрелище не приминуло быть. Оно должно было быть.
- Шоу продолжается - прокричал Фелицио фразу из знаменитой Красной Мельницы.

Отредактировано Аваддон (2011-07-28 05:15:36)

+3

506

- На горную хрустальку с сапфировым разрезом на груди, - ляпнул в ответ Димка. Настроение уже не было безнадёжно упавшим - мысли его переключились на пьяное недоразумение, всё ещё похрюкивающее на барных табуретках. В конце концов, он ясно понимал, что маг с его способностями не может быть обыденным задротом. Не должен, не имеет права. Взгляд Дмитрия стал чуточку рассеянным - он погружался в себя, следуя простенькому ритуалу.
Минут через пять он понял: предел, большего он не достигнет - и с любопытством уставился на пьянь.
А пьянь потела. Кислый дух струился из подмышек, стекал по лоснящимся лицам, капал с носов. Отметка в термометре поднялась явно выше 30°C. На общем состоянии воздуха это мало отразилось - обоняние Дмитрия было ликвидировано подчистую ещё на входе в бар. Зато люди вокруг раскрепощались: внимание Димки снова переключилось, на этот раз оно было захвачено процессом повсеместного расстёгивания женских декольте. Невинная проказа принесла много неожиданный плюсов. Димка украдкой изо всех зеркал наблюдал то за мрущей компанией, то за жеманством и обнажением дам - и наслаждался, затягиваясь холодным апельсиновым соком. Неорганизованное освещение бара дарило стакану в руках Дмитрия восхитительный глянец: мир в нём отражался извращённо - криво, в перламутровых тонах. Люди то растягивались, срезаясь горлышком по шею, то компактно плющились в пузатых и не менее уродливых людишек.
Кровь отражалась рыхлой и чёрной, как росчерк гуашью на куске неподсохшей смолы.
Димку начинало лихорадить. Каждый стакан, контактная линза в распахнутом от ужаса глазу, неподсохший плевок на тарелке, каждое зеркало в баре - отовсюду его взор выхватывал разрозненные кусочки картины. Складывал мозаикой, сопоставлял. Ему казалось, что он стал этой комнатой - наблюдая за всем, что можно было видеть. Глаза маньяка, лижущего кровь с клинка - с его, Димкиных, глаз - он хотел забыть.
Натужно, вяло, как в бреду, отчаянно борясь с подступившей к зубам тошнотой, опираясь о стойку, Дмитрий тащился из бара. Без мыслей, без помыслов, инстинктами, покорный чужому приказу.
Чёрный вход. Из двери он выпал семидесятикилаграммовым мешком - и побежал по переулку. Чёрт его знает, где здесь отделение полиции - как звонить туда, он тем паче не знал.

----> Переулок Киояма

Отредактировано Дмитрий (2011-07-28 21:53:06)

+4

507

Сквозь грязную пьяную толпу, затеявшую драку Хикару заметил грациозный силуэт официантки направляющийся прямо к нему. Марионетка грозно исподлобья взглянула на девушку,  но лишь потому его взгляд был тяжелым, что в его голове крутились только мрачные мысли о собственном существовании.
- Чего-нибудь желаете? - проговорила официантка и улыбнулась Хикару. В этот вопрос был вложен особый смысл, несколько фамильярный для официантки, как показалось марионетке. Он вцепился в нее глазами, ни на секунду не отводя дикого взгляда, заставлявшего смущаться. Ах, эти синие огромные глаза собирались его поглотить своей красотой. Несколько мгновений он просто смотрел на нее ничего не говоря, все глубже и глубже погружаясь в синеву глаз, все сильнее и сильнее погружаясь в транс.
Женский истошные крики словно разбудили его, он обернулся. В центре зала девушка стояла с окровавленным кинжалом, вокруг валялись трупы. От нее исходила такая сильная энергетика, совершенно незнакомая Хикару, но не ощущать ее просто было невозможно.
- Я бы заказал шартрез. Если его постоянно пить, глаза становятся изумрудного цвета, - бархатный голос марионетки резко контрастировал с обстановкой в баре – истошно кричащие девушки, женщины, даже мужчины с особенно слабыми нервами, импульсивные ритмы музыки, заставлявшие биться чужие сердца быстрее. Он засмеялся, так жестоко, злорадно, будто бы все окружающие лишь игра, но для него – это действительно так. Он – всего лишь марионетка своего хозяина, а люди – такие же игрушки судьбы.
Истинный смех – смех злорадный. Не истина ли?
Его внимание мгновенно переключилось на происходящее в зале, сложно было все это игнорировать. Какие-то неведомые силы потянули его к это дикой девушке убийце, но более всего Хикару занимал сам кинжал и кровь… Кровь, которая капала с него. Он видел, как убийца слизывала ее, и ему захотелось того же.
Он никого не расталкивал, лишь юрко проскальзывал между людьми, чьи вены были наполнены паникой. Ничего не замечая и одновременно подмечая каждую мелочь он стремился в центр. Хикару не сводил глаз с девушки убийцы, как балерины, делая сложны па «держат точку». И очень скоро он оказался около нее. Не долго думая кукла схватила кинжал за самое острие и дернула на себя, вырывая оружие.
- Наверняка у тебя есть еще, - негромко, но чтобы девушка слышала сказал Хикару. О, до чего опрометчивый, глупый, необдуманный и наглый поступок. Только что она перерезала несколько человек на глазах изумленной публики пьяных людей. Но в голове не было страха, мысли, что она может как-то повредить ему. Потом будут искать орудие убийства и придут к нему, найдут этот кинжал. Он просто освободит девушку от улик. Смешно. Она из тех, кто неподвластна закону.
Хикару взглянул на руку, она осталась цела. Ни крови, ни шрама, ни следа. А боль он практически не чувствует. Самозабвенно, пребывая в каком-то неистовстве, трансе, смешанном с чужим влиянием он провел пальцем по кинжалу,  оставляя еще теплую красную жидкость на собственной коже, а затем попробовал кровь. Новые впечатления, одурманивающие. Но куклы не должны питаться кровью, нет, так быть не может, невозможно. Или Шиндзи допустил ошибку?
Очень быстро он отогнал от себя всякие мысли и заспешил удалиться из эпицентра событий. Его взгляд упал на синеволосую девушку. Хикару схватил ее за руку и поволок за собой.
- Пошли, - этому слову невозможно было возражать.

Отредактировано Yuko (2011-07-28 22:44:15)

+3

508

Фарс.
Было что-то в этой атмосфере терпкое,  приторное.
Удушающее, оно растекалось по глотке Дюмах тягучей, липкой массой, похожей на страх, но не являвшейся таковым в основе своей. Не страх, нет. Наркоман хорошо помнил, как пахнет это чувство, старое подобно эволюции рефлексов. Это был тот самый парень, без лица и сути. Он способен был приобретать любые формы и оттенки. Он мог быть нависшей над ребенком шторой, чернеющей в ночной мгле или побочным эффектом от передозировки галлюциногенными препаратами. Страх мог быть игривой дамочкой, что зарежет тебя в темном переулке, но прежде вдоволь наиграется с твоими отрубленными яйцами. Хохоча, она будет брызгаться слюной. Да, вот такой он, этот господин Страх.
Липкую массу разрушает пузырящийся поток шампанского. Он обдает мозги так шумно, что в какую-то секунду теряется ориентация и господин Этьен ничего не слышит, ничего не чувствует и, конечно же, ничего не видит. По темным коридорам, усеянным картинами текут пузырящиеся потоки.
- Вот именно. Они все сдохнут. А когда же это случится со мной? Ты видел!
- Я видел? – спрашивает Дюмах, когда поток шампанского подбирается к его ноздрям и забивает лобные доли. Он жует язык, закатив глаза и улыбаясь. Сегодня, чистое удовольствие.
- Ты знаешь что там, за Гранью? Я почти добрался до туда. Однажды! Но видишь. Видишь. Я все еще тут. Я так и не узнал что там...
Вчера, чистое удовольствие.
- Еще сигареты...
Завтра он будет испытывать чистое удовольствие. Его тело будет легким и вертлявым. Чем больше он выпьет, тем легче оно будет поддаваться сиесекундным порывам духа. По глотке бежит алкоголь, по венам страсть. Конечности мелко дрожат и мозг завуалирует осознание красоты.
Он видит красоту невероятную, покинувшую пределы кинематогрофа. Все возможно и все это здесь. Все это ломается под различными углами в такт музыке. Бедра вальсируют на грани, вращаются из стороны в сторону, по кругу. Все это Дюмах видит в золотых рамах. В рамах прогнивших и покрытых пылью. Дюмах может слышать музыку, но не знает, в какую сторону нужно шагнуть чтобы найти ее. В конце одного из этих коридоров, но какого именно?
Дюмах заплутал. Он видит картину.
- Кто ты в этом мире? Простой человек или ты уже забыл себя? Хотя... Тут все никто. От бомжа до президента. Никто никто. Просто воображение, при чем дешевое и скучное. Все стремятся в высь. Но это... Там слишком людно и нечем дышать.
Картина является наглядной иллюстрацией последствий пресыщения, как в мире кино, так и за его пределами. Что происходит с людьми, когда уже ничто не способно возбудить интерес, до чего способна дойти человеческая изобретательность. Алкоголь, наркотики. Секс. Все это отчаянно устарело.
- Нам нужен толчок. Такой, чтобы пробить череп, иначе разуму ни за что не достигнуть космоса, - говорит Дюмах. Его зубы вновь смыкаются на горлышке бутылки, а из ноздрей валит дым. Он чувствует, что еще немного, и он не сможет встать. Он уже так многое не может. К примеру, не может отвечать впопад. Не может четко выразить самую банальную мысль, что может посетить мужчину в его плачевном для репутации состоянии. Не может заставить язык подчиняться, вылизывая гласные так, чтобы они срывались с него с нужными интонациями, без шипения. Все, что мог Дюмах, это наслаждаться легкостью тела, и чьим-то каблуком, уютно устроившимся прямиком меж его ребер.
Движения легки и плавны, а горло вновь питается новыми пузырящимися потоками алкоголя в то время, как заплутавший в театрализованном абсурде пьянства собеседник продолжает что-то такое лепетать. Дюмах сложно сконцентрироваться на его любопытстве к бесполезным размышлениями о шальных играх между добром и злом. Дюмах отвлекается, ведь нечто, все еще пытаясь проткнуть каблуком его израненное, и опухшее от непомерных нагрузок сердце, хватает его за грудки жилета и наркоман вновь получает возможность повиснуть в чьей-то мертвой хватке.
Мертвая хватка пахнет как его дом: концентрация смешений пыли, секса и табачного дыма, оседающих на музыкальных инструментах и шкуре старого кота. На коже, от которой так же неизменно и уже столь по-родному пахнет запекшейся кровью.
Амбер всегда пахла так, словно ежедневно принимает омолаживающую ванну из свежепущенной крови. Амбер каким-то неведомым образом находила его везде, куда он запускал свою коварную лапу, сжимающую пакетик с наркотой. И вот опять, она здесь. Держит его за грудки и вопрошает что-то неразборчивое. Да она пьяна! Кажется, ей приснился страшный сон и то, что она пришла поплакаться ему – умиляло, и умиление это пробирало до костей.
Привычным жестом Дюмах вцепился в глотку своей сердечной подруги и потянул на себя в легком приступе возбуждения, заставляя маленькую тушу убрать свой поганый каблук подальше от его драгоценного сердца.
- Амбер, любовь моя, это ты – растягивая гласные мурлыкал Дюмах, на секундочку позабыв о своем собеседнике. Привычным движением наркоман провел жадной ноздрей по разгоряченной коже, втягивая ее характерный аромат подобно дорожке кокса, вкладывая в этот жест максимум чувственности.
Дюмах видит картину очевидного удовольствия, смешанного с наигранным раздражением в трусливой попытке спрятать то, что лежит на самой поверхности коры головного мозга, позволяя наркоману жадно слизывать эту простую истину, как уже приевшееся лакомство. Омерзительный вкус пресыщения, который господин Этьен запил шампанским в то время, как сердечная подруга наконец обратила внимание на его, казалось бы, заскучавшего приятеля, несомненно ставшего ему роднее, чем мать, сестра и эта шкодливая мерзавка, что восседала у него на коленях.
Когда легким движением руки внимание ее вновь было захвачено только им, Дюмах вновь заговорил послав в предположительную сторону бывшего уже собеседника слепой взгляд.
- Не знаю что за бред тебе сегодня приснился, но этот парень хочет меня убить, - наркоман широко улыбнулся упомянутому, как улыбался клиентам, что приходили за дозой в моменты когда господин Этьен был в особо приятном расположении духа, - где-то здесь был мой виски..
Порывшись в кармане джинс, Дюмах нащупал несколько сиротливо позвякивающих колес.
Химическая формула веселья C11H15NO2.
- Прости, учитель, - мурлыкнул наркоман, передразнивая Амбер и с коварной улыбкой вкладывая в потную ладонь клиента «веселье», - я должен найти виски.
Более не желая задерживать себя и свое разгоревшееся вдруг либидо, Дюмах подхватил солнечные очки, что смялись под весом его задницы и, нацепив их на теряющийся в вечной мгле беспробудного пьянства нос, выскользнул из под стойки навстречу беснующейся на танцполе толпы, что уже тянула к нему свои горячие объятья.
Все-то здесь слишком просто. Дети растут, старики умирают, зрелые пропивают свои органы. Кто-то даже делает это в буквальном смысле, выручив деньги за счастливую почку.
Нет, это еще не конец, это.. представление. Дамы и господа, ваше внимание. Дамы и господа, это Дюмах, и он смерррртельно пьян. Сегодня вчером, вчера и завтра – всегда ваш, безнадежно потерянный Дюмах. Возможно ему не хватает глаз, зато у него лучшие наркотики и очаровательная маленькая шлюха под боком в тот момент, когда он неуклюже движется к выходу. Когда шлюха глупо хихикает, в притворном исступлении зарывая острые когти под его рубашкой, а где-то там, в аду, из которого он едва успел выскользнуть вскрылась первая глотка.

----------> Ниоткуда в никуда

Отредактировано Dumah Etiene (2011-07-29 02:40:55)

+3

509

Не улавливая нить собственных мыслей, Джек скучающи обвел взглядом зал и почти не замечал черную девушку, которая была рядом. Сложно понять о чем она сейчас думает, но четко чувствуется запах крови. Это стало настолько обыденно, что Джек почти ухмылялся, когда чувствовал подобный аромат и при этом чувствуя ауру этой девушки. Вспоминая все то, что было раньше - теперь это кажется как совсем далеким. Жизнь разбита на несколько томов. А писателю так полюбились некоторые герои, что он просто не может от них избавиться. Но читатель растет и требует чего-то большего. Он уже кричит критику, что мол его дурят своими добрыми сказками. Так что остается? Персонажи все те же, а характер их меняется с каждым новым томом.
-Как я хочу все это уничтожить.
Джек ощущал дикую и давящую боль внутри себя от того, что ему все давно было понятно. Ему не надо жить вечно, он хочет знать суть. И вот взгляд устремляется куда-то в пол сквозь пальца. На щеке остается собственная кровь.
-Да... Я это помню. Та паника в метро. Запах человеческой кожи. Именно так там пахнет. И кровь. Много крови. Я помню то время. И квартиру. И... Джек поднял голову на девушку, почему-то сейчас он не может вспомнить ее имя, но вспомнил Арахну. Та тоже была вся в черном - его бывший сахар. Но сейчас она куда-то пропала, а у шинигами даже нет желания искать ее. Но сейчас, глядя на ту, кто принесла с собой запах крови, хочется назвать ее чужим именем, и Джек лишь губами шепчет Арахна...
Из руки что-то выпало и покатилось по полу, но далеко не укатилось, преградой послужило тело мертвого паренька. Прищурившись, Джек наклонился и кровавыми пальцами поднял колесо. Мимо его сознания проскользнул тот момент, когда неизвестный собеседник шутливо назвал его "учителем" и вложил в ладонь вторую порцию. Но сознание четко подсказало, что эту малую долю иллюзорного счастья лучше сейчас убрать в карман. А когда Джек посмотрел возле себя, то заметил подлую подмену за место его рома на кровавую глотку. Но что это?! Разве он недавно вылупившийся орленок, который не умеет летать, так что мамаше приходится таскать птенцу несвежее мясо. Это показалось шинигами возмутительно, хотя это слишком сильное слово для такого как он, кто вовсе не умеет испытывать ярких эмоций, не считая гнева и безумия. Безумие! О да... Оно то что двигает и поддерживает его за лопатки, не давая упасть. Безумие - это его позвоночный столб, его челюсть. Но... Сейчас он слишком мягок, он слишком устал, чтобы поддерживать эту беспочвенную ненависть. Поднимаясь с пола, Джек спиной облокачивается о барную стойку и достает сигарету. Его взору открывается чудная картина, где в центре событий та, кто завет его учителем.
-Мне кажется, что я немного уже устал от этого. Мой удел - это выходить на улицы и с долгим упорством трудиться над одним телом. А тут...-Джек замолчал, как бы ожидая ответа. Он покивал головой, будто и впрямь разговаривая с кем-то-Тут уже массовое убийство. Слишком людно. Слишком много всего и лишнего. Не люблю скопление большого количество мясо. Одно дело! Когда ты просто сидишь в баре и ни с кем не разговариваешь. Ты один. А тут... Ну посмотрите на это.
Кажется дыхание закончилось, и Джек поспешил затянуться. В горле было сухо и хотелось пить. А в баре уже было слишком громко, но вместе с этим и тихо.
-Закрой дверь, если хочешь тут устроить бассейн из крови, плоти и костей.-достаточно громко сказал Джек, обращая эти слова именно к девушке в черном.
Сказав это он просто повернулся к бару, где стояла девушка с розочкой из бутылки. Можно было бы ухмыльнуться такому банальному оружию, но Джеку настолько было плевать, так что он попросил просто воды.

+3

510

Что ни делается, то делается к лучшему. Порой Нэйти подбадривала себя этой фразой, если случалось что-то чрезвычайное. В качестве примера отлично подходил случай с Севериной Саип. Рана не кровоточила, скорее, из-за способностей дампирки, в генах которой кодировалась особенность вампиров клана Крови. Да, милого малыша с гитарой и дракошей Нэйти запомнит надолго. Хорошее ли они оставили впечатление? История долгая, да и неважно это сейчас. Сейчас Виски даже не подозревала о том, что сюрпризы еще не закончились.
Неужели у нас есть что-то общее?
Дампирша умела выдерживать сверлящие взгляды посетителей. Не зря же она и сама любила поглядеть на заинтересовавшего ее человека. И брюнет, очевидно, тоже. Игра в гляделки продолжалась бы, наверное, долго, если бы тишину не разорвал дикий крик.
Нэйт продолжала смотреть в одну точку. Она почувствовала, как температура ее кожи стремительно начала понижаться, а тело проняла легкая дрожь. Такой крик ни с каким другим не спутаешь. Крик обреченной жертвы, чье тело испытало острую боль. Сжав кулачок, Виски все же заставила себя обернуться. В ноздри тут же ударил запах крови. Если раньше Нэйт нравился этот запах, нравилось наблюдать за драками пьяниц, то сейчас ее тошнило от вида страшных ран. Сегодня выбор убийцы остановился на "Осколках". Официантка не сомневалась ни секунды, что обезумевшая девушка пришла сюда убивать всех. Женская интуиция?
Крики. Суматоха. Паника. И сладкий голос недавнего собеседника.
- Я бы заказал шартрез. Если его постоянно пить, глаза становятся изумрудного цвета.
Не обращая внимания на парня, Виски продолжала смотреть на происходящее в баре. Сегодня явно не ее день. Слишком много крови. Слишком много ужаса. А ведь она ребенок..
Музыка прекращается, а, спустя секунду, воздух взрывается от очередного крика. Нервы натянулись, подобно струне, еще один крик - и синеглазка просто закричит в истерике. Ей страшно видеть боль, ее тошнит от вида крови и изуродованных тел, туман обволакивает ее сознание, когда она видит улыбку на лице юной убийцы.
Все это слишком страшно.
Шокированная Нэйт продолжала сидеть за столиком, словно происходящее вокруг ее не касается, а вот ее клиент, похоже, решил действовать. Пройдя мимо столика, за которым сидела дампирша, он заставил ее очнуться от легкого оцепенения. Теперь ее сознание взял в свои руки страх. Дикий страх трусихи. Но таким, как Нэйт, страх служил спусковым крючком для действий. Даже если эти действия были нелогичны.
Позабыв обо всем, официантка встала из-за стола и оглянулась по сторонам. Казалось, каждый стоящий рядом - убийца. Нервно сглотнув, девушка медленно зашагала к выходу, надеясь, что никто не обратит на не внимания. Хотя бы ни один убийца.
Нэйт старалась не смотреть на лица, словно боясь, что вновь увидит эту безумную жестокую улыбку.
Спокойно... Все под контролем...
Уставившись в пол, местами уже испачкавшийся кровью, она шла, осторожно обходя каждую фигуру. Сейчас она была похожа на робота, основная цель которого - дойти до выхода. Дыхание выровнялось, а потом Виски и вовсе перестала дышать. Все шло прекрасно. До некоторых пор.
Чья-то рука крепко ухватила дампиршу за запястье. Испугавшись, Виски истерично вырвала свою руку.
- Нет, не трогай меня! - по ее крику можно было понять, что до настоящей истерики недалеко. Бешено оттолкнув неизвестного, она сделала шаг назад и осмелилась поднять глаза. Неизвестным оказался уже ранее знакомый клиент, и это заставило Нэйт немного затормозить.
Он тоже убийца? Он тоже пришел убивать?
Взгляд спустился чуть ниже, и девчонка заметила нож. Сомнений не осталось, и она торопливо развернулась, намереваясь убежать куда-нибудь подальше. Знакомое спокойное лицо немного успокоило ее.
Успев сделать всего один шаг, Виски вдруг почувствовала уже знакомую хватку. Чья-то холодная рука схватила официантку за второе запястье, и, спустя мгновение, кто-то сомкнул руки дампирши за спиной. Слабые попытки вырваться были прекращены почти сразу - силу напавшего Нэйт оценила мгновенно. Не решаясь оборачиваться, она замерла.
Ноздрей коснулся какой-то странный запах. Принюхиваясь, девушка все-таки обернулась и снова закричала. Это был тот самый парень, в пах которого та психопатка воткнула кинжал. Именно от этого мертвеца шел незнакомый более запах.
Колоссальная доза адреналина хлынула в кровь, и Виски задергалась в попытках освободиться от зомби. Результат был неутешительным: кровь из раны мертвеца начала заливать одежду и кожу синеволосой, несколько капель попало в рот, и она снова закричала. Труп внезапно приложился всем телом к девчонке, и, ощущая мертвеца кожей, Виски в истерике заплакала.
Ненавижу.

+4


Вы здесь » Town of Legend » Европейская часть города » Бар "Осколки"


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC